Гизум Герко
Переплетения

Глава 1

Системник гудел.

Негромко, на одной-единственной монотонной ноте, словно уставший шмель, застрявший в банке. Этот звук был саундтреком моей нынешней жизни. Он идеально сливался с мерным гудением системных блоков под столами коллег, шелестом вентиляции и далеким, неразборчивым гомоном десятков людей, заполнявших наш опенспейс. «ПиксельХаб». Или, как я его про себя называл, «Ферма». Место, где идеи попадали в чистилище, а амбиции – в компостную яму.

На экране передо мной расцветали психоделические пятна. Красные, желтые, зеленые. Тепловая карта перемещений игроков в нашем флагманском проекте – «Веселая Ферма 2». Казуальный VR-таймкиллер для тех, кому нужно убить пятнадцать минут между совещанием и обедом. Моя текущая задача, мой персональный «квест», звучал как злая шутка: «Проанализировать паттерны взаимодействия пользователей с новым ассетом „Радостная Розовая Свинка“».

Я смотрел на экран, и глаз дергался. Красные зоны, зоны максимальной активности, предсказуемо скапливались у кормушки и лужи с грязью. Игроки, словно самые примитивные NPC, тыкали в свинку, кормили ее виртуальной бурдой, получали ачивку «Заботливый фермер» и выходили. Никаких аномалий. Никаких отклонений. Чистый, дистиллированный, унылый гринд пиксельного счастья. Мой мозг, когда-то натасканный на проектирование сложных, нелинейных квестовых цепочек и адаптивных моделей поведения ИИ, сейчас занимался анализом того, почему путь от ворот до свинарника игроки пробегают по прямой, а не зигзагом. Это было даже не топтание на месте. Это была профессиональная деградация.

– Андрюх, на обед идешь? – раздался над ухом жизнерадостный голос.

Я оторвал взгляд от монитора. Передо мной стояла Маша, или Мария, как она просила себя называть в рабочих чатах. Яркая, общительная, она была квинтэссенцией «нормальной» офисной жизни, которая казалась мне чем-то вроде экзотического ритуала непонятного племени. Всегда с улыбкой, всегда с какой-то легкой, ничего не значащей историей наготове. Она была не плохим человеком, просто… поверхностным. Как и все здесь.

– Привет, Маш. Не, я сегодня пас, – я махнул рукой в сторону экрана, где свинка радостно хрюкала в облаке сердечек. – Тут срочно отчет доделать надо.

Ложь. Густая, как патока, и такая же привычная. Никакой срочности не было. Отчет я мог набросать за десять минут, используя стандартные шаблоны и вставив пару умных слов вроде «оптимизация пользовательского опыта». Мне просто не хотелось идти. Не хотелось слушать про ее нового ухажера, про планы на выходные, про скидки в торговом центре. Не хотелось кивать, улыбаться и делать вид, что мне это хоть сколько-нибудь интересно.

– Ох, ну ты как всегда, трудоголик, – она ни на секунду не усомнилась в моих словах, что только подтверждало, насколько ей было все равно. – Жаль. Ну, тогда до вечера!

Она легко упорхнула, оставив за собой тонкий шлейф цветочных духов, который на мгновение перебил вездесущий запах пластика и остывшего кофе. Я проводил ее взглядом и снова уставился на монитор. Она уже не первый раз поткатывала ко мне с намеками на более близкое знакомство, но я пока не сдавался.

«Радостная Розовая Свинка». «Золотистая Курочка». «Веселый Теленочек».

И еще десятки других, не менее жизнерадостных названий. Это то, с чем я имел дело каждый новый день на работе. Треш-игры нашей преуспевающей конторы.

Я закрыл глаза, и перед внутренним взором пронеслись обрывки другого мира.

Не игрового, а того, что был до него. Схемы, диаграммы, сотни страниц технической документации. Я помню, как мы с командой в «НейроВертексе» до хрипоты спорили о поведенческих моделях для целого города NPC. Как сделать так, чтобы стражник не просто стоял на посту, а реагировал на погоду, на время суток, на пьяные крики из таверны? Как заставить торговца помнить своих постоянных покупателей и делать им скидку не по скрипту, а потому что так велит его «характер»? Мы создавали иллюзию жизни, сложную, многослойную систему, которая должна была учиться и адаптироваться.

А теперь я, системный архитектор той самой системы, выяснял, почему игроки в «Веселой Ферме 2» на 7% чаще кликают на розовую свинку, чем на желтую курочку. Ответ был очевиден и лежал на поверхности, как и все в этой игре: у свинки была более забавная анимация. Все. Конец анализа. Можно писать отчет и получать свою зарплату. В принципе, так и действовали большинство сотрудников «ПиксельХаб».

Я чувствовал это почти физически. Ощущение того, как нейронные связи в моем мозгу, привыкшие к сложным задачам, к поиску неочевидных решений, к системному анализу «сверху вниз», медленно отмирают. Как тончайшие инструменты, которыми я когда-то вскрывал сложные логические сейфы, теперь используются для забивания гвоздей.

Это было похоже на ржавчину. Тихую, незаметную, но неумолимую. Она пожирала мой главный актив, мой основной «скилл». Мозг, не получая достойных задач, покрывался этой рыжей трухой скуки и бессмысленности. И самое страшное – я почти перестал сопротивляться. Я просто сидел и слушал, как гудит мой системник, отмеряя секунды до конца еще одного монотонного дня.

***

После работы нужно было немного развеяться.

С гулом в ушах и привкусом офисной пыли на языке, я толкнул тяжелую дубовую дверь «Старого Фрегата».

Здесь пахло иначе. Деревом, мясом и чем-то неуловимо уютным, настоящим. В отличие от стерильного не-запаха Фермы, этот воздух был живым. Я занял свой любимый столик в углу, сделал заказ и уставился на пузырьки, лениво ползущие вверх по стеклу. Каждый из них был точной копией моих рабочих дней – одинаковые, предсказуемые, и лопались они так же бесследно.

Не успел я сделать и пары глотков, как на плечо мне опустилась тяжелая, знакомая ладонь.

– Андрюха, ядрёна кочерыжка! А я тебя уже по всем кабакам ищу! – Сергей плюхнулся на стул напротив, и тот жалобно скрипнул. Мой лучший и, пожалуй, единственный друг был моей полной противоположностью: шумный, полноватый, вечно взъерошенный, с горящими глазами ребенка, которому вот-вот покажут новый фокус.

– Искать меня в других кабаках – плохая стратегия, Серый. Снижает эффективность поиска на восемьдесят процентов, – пробормотал я, делая еще глоток.

– К черту эффективность! – отмахнулся он, махая рукой бармену. – Я тебе сейчас такое расскажу! Ты просто не поверишь. Это… это бомба!

Я вздохнул. «Бомбы» у Сергея случались примерно раз в неделю.

– Если это опять про твой гениальный стартап по доставке борща дронами, то я пас.

– Да какой борщ! Я про «Этерию»!

Он произнес это название с благоговейным придыханием, словно говорил о затерянном континенте, полном сокровищ.

– Очередная ММО, просто в нейро-VR. Видел рекламу, – я пожал плечами. – Продвинутые скрипты, генератор случайных событий для имитации «непредсказуемости» и NPC, которым прописали на пару веток диалогов больше. Серёг, я в этом болоте по уши сижу каждый день. Меня уже тошнит от этих «живых миров».

Мой скепсис его ничуть не смутил. Он наклонился через стол, и в его глазах плясали фанатичные огоньки.

– Нет! Ты не понимаешь! Там все по-другому! Там NPC творят такую дичь, какую ни один сценарист не пропишет! Они… они обижаются, помнят, что ты им сказал неделю назад, врут! Я вчера полчаса пытался купить у кузнеца простой стальной меч. Так этот гад мне его не продал! Сказал, что я в прошлый раз нагрубил его подмастерью, и пока не извинюсь, могу хоть золотом его осыпать – он мне и ржавого гвоздя не даст. Представляешь?

– Любопытный флаг в коде. Не более, – парировал я, хотя внутри что-то шевельнулось. – Зависимость «Продажа_предмета» от переменной «Репутация_у_подмастерья». Красиво, но примитивно.

Сергей откинулся на спинку стула и посмотрел на меня с хитрым прищуром. Он понял, что эмоциональные аргументы на меня не действуют. И решил зайти с козырей.

– А если я скажу тебе, кто ее делает?

– Какая-нибудь новая студия с большим бюджетом, очередной распил бюджета.

– «НейроВертекс», – тихо, но отчетливо произнес он.

Название ударило, как разряд дефибриллятора. Ржавчина, сковавшая мой мозг, заскрипела. Я выпрямился, впервые за вечер по-настоящему сфокусировав взгляд на друге.

– Что?

– Они самые, – кивнул Сергей, видя, что попал в цель. – И самое главное, Андрюх… В ней чувствуется он. Помнишь? Твой проект. «Адаптивный ИИ». То, что ты называл «Ковчегом». Оно живет там, понимаешь? Оно работает. Они… они все-таки сделали это! То, о чем мы мечтали!

Мечтали. Да, было такое слово в моем лексиконе. Давным-давно. Я помню бессонные ночи, исписанные формулами доски, споры до рассвета. Я помню тот азарт, то чувство, что мы стоим на пороге чего-то невероятного, создаем не просто программу, а настоящую цифровую личность. А потом пришли «эффективные менеджеры», проект закрыли как «нерентабельный», а меня посадили анализировать розовых свинок.

– Какой уровень эвристики? – мой голос прозвучал сухо и отстраненно, как на совещании. – Они смогли решить проблему с каскадным зацикливанием некритичных рутин?

Сергей победно ухмыльнулся. Он меня поймал.

– А вот это ты мне и скажешь. Я в этом не шарю. Я просто… чувствую. Это не скрипты, Андрюх. Это что-то большее.

Он достал смартфон, щелкнул пару раз по экрану. Мой собственный телефон пиликнул, оповещая о новом сообщении.

– Я тебе ссылку на форум для новичков скинул, – сказал Сергей, снова становясь расслабленным и добродушным. – Там сейчас как раз творится какая-то чертовщина с обучающей локацией. Никто понять не может, что происходит. Может, твой «ржавый» мозг разберется.

Он подмигнул и сделал большой глоток.

Я не ответил. Я смотрел на экран своего телефона. На синюю, подчеркнутую строчку. На одно-единственное слово, которое внезапно стало похоже на ключ от давно запертой двери.

«Этерия».

***

Дверь моей квартиры захлопнулась с глухим щелчком, отсекая шум лестничной клетки.

В наступившей тишине я был один. Берлога холостяка, выверенная и пустая. Стерильный порядок на полках, минимум мебели, приглушенные, немаркие цвета. Здесь не жили, а функционировали. Идеальное пространство для того, чтобы перезарядить батарейки и утром снова отправиться на Ферму.

Я бросил сумку на стул и прошел в центр комнаты. Нейро-интерфейсное кресло, мое главное вложение за последние пять лет, стояло в углу, похожее на футуристичный стоматологический трон. Я купил его для работы, но сейчас оно было порталом в искушение.

Несколько минут я просто стоял, колеблясь. Вернуться? Потратить вечер, возможно, ночь, на игру? Это было похоже на шаг назад. Попытка сбежать от унылой реальности в реальность виртуальную, но не менее бессмысленную. Глупо. Инфантильно.

Но слова Сергея застряли в голове, как заноза.

«Они все-таки сделали это».

Мое детище. Моя несбывшаяся мечта.

С тяжелым вздохом я сел за рабочий стол и открыл ноутбук. Ссылка, присланная Сергеем, вела на типичный игровой форум. Яркий дизайн, аляповатые баннеры, сотни тем. «Гайд: как умереть в Туториале и получить +5% к скорости плавания», «Помогите выбрать билд для воина!», «Ищу пати для фарма волков». Восторженные отзывы новичков, споры ветеранов, мемы. Цифровой муравейник, живущий по своим законам. Я просматривал страницы, и скепсис снова поднимал голову. Обычная игра. Просто очень качественная.

Вся эта «живая» экосистема, о которой говорил Серый, могла быть просто набором хорошо прописанных скриптов.

И все же…

Я свернул окно браузера. Руки сами, словно помня старые мышечные рефлексы, открыли зашифрованный архив на диске. Папка «NV_Legacy». Цифровая археология. Пара кликов, ввод пароля, который я не использовал уже три года, и вот он – текстовый файл с данными моего старого рабочего аккаунта. Тестовый доступ с правами разработчика. Конечно, сейчас права были урезаны до уровня простого пользователя, но аккаунт должен был остаться.

Решено.

Просто посмотреть.

Один вечер.

Я должен был увидеть все своими глазами. Убедиться, что Серый просто поддался хайпу, и со спокойной душой вернуться к своим розовым свинкам.

Пересел в кресло. Мягкая обивка приняла меня в свои объятия, с тихим шипением выдвинулись фиксаторы для головы и рук. Я закрыл глаза и мысленно отдал команду. Легкое головокружение, словно от резкого подъема на лифте. Перед глазами вспыхнули калибровочные сетки, система проверяла отклик нейронов. Процедура, знакомая до боли. Мир вокруг растворился в абсолютной темноте, исчезли звуки квартиры, осталось только биение собственного сердца. А потом темноту пронзил ослепительно-белый свет.

***

Когда зрение вернулось, я стоял на деревянном пирсе.

Первое, что я ощутил – запах. Густой, настоящий запах соли, йода и мокрого дерева. Легкий ветерок коснулся лица, и я инстинктивно сделал глубокий вдох. Воздух был прохладным и влажным. Где-то над головой пронзительно кричали чайки, а у самых свай тихо плескалась вода. Этот мир не был отрисован – он существовал.

Перед глазами всплыло полупрозрачное системное сообщение:

Добро пожаловать в Этерию!

Имя: Маркус

Уровень: 1

Класс: Не выбран

Сообщение погасло, оставив меня стоять на деревянном пирсе под лучами непривычно теплого солнца.

И на несколько секунд я, системный архитектор, человек, привыкший раскладывать любой мир на код и переменные, просто остолбенел.

Я медленно повернулся на месте, жадно впитывая детали. Это была не просто хорошая графика. Это было невозможно. Пирс подо мной не был плоской текстурой. Я видел каждую щепку, каждую трещинку в старом, выбеленном солью и солнцем дереве. Видел, как идеально, с физически корректной небрежностью, свернута в бухту толстая швартовая веревка. Это не было работой 3D-моделлера. Это выглядело так, словно кто-то просто скопировал кусок реального мира.

За пирсом в уютной бухте раскинулся городок. Тихая Гавань. Фахверковые дома с настоящей, местами потемневшей от времени черепицей. Над дверью таверны на ветру лениво покачивалась вывеска в виде потемневшей от времени пивной кружки. Из трубы пекарни вился почти осязаемый дымок. А самое главное – люди. Они не ходили по заданным маршрутам. Вот двое рыбаков в кожаных фартуках о чем-то жарко спорили, размахивая руками. Женщина в простом платье поливала цветы в ящике на окне. Их движения были плавными, естественными, полными мелких, уникальных деталей.

Мой мозг, привыкший к примитивизму «Веселой Фермы», взбунтовался. Я видел не просто картинку, я видел титаническую работу под капотом. Процедурная генерация текстур износа, сложнейшие поведенческие модели для каждого NPC, динамическая система освещения, которая правильно отражалась от мокрой брусчатки на площади… Я даже заметил едва уловимое магическое мерцание над лотком торговца какими-то странными кристаллами. Спецэффект такой тонкости и сложности, который заставил бы серверы в «ПиксельХабе» плавиться.

Это был тот самый «Ковчег». Наш «адаптивный ИИ». Но он не просто вырос. Он эволюционировал в нечто божественное.

Я сделал один неуверенный шаг, потом второй. Доски под ногами ощутимо скрипнули. Мир имел вес, имел плотность. Это было не бегство от реальности. Это была реальность, просто другая. Более яркая, более насыщенная. Потрясенный до глубины души, я наконец опустил взгляд на свои руки, чтобы понять, какое место в этом шедевре отведено мне.

Обычные руки человека, без шрамов и боевых мозолей. На мне была простая одежда.

[Старая рубаха] (Качество: Обычное)

[Потертые штаны] (Качество: Обычное)

На поясе висел меч в простых ножнах. Я вытащил его. Клинок был покрыт пятнами ржавчины.

[Простой ржавый меч] (Качество: Обычное)

Опять ржавчина. Как символично.

Я убрал меч и огляделся. Позади меня раскинулся небольшой прибрежный городок с черепичными крышами – Тихая Гавань. Впереди, за линией горизонта, садилось солнце, окрашивая небо в теплые тона. Все было… настоящим. Слишком настоящим для простой игры.

В углу зрения мигнул значок чата.

[Личное][Серый] Ну что, готов? Я уже жду тебя в таверне!

Я усмехнулся. Кажется, ржавчина сегодня начнет сходить.

Глава 2

Таверна «Попутный Ветер» оказалась именно такой, какой должна быть стартовая таверна в любой уважающей себя фэнтези-игре.

Низкие потолки с темными балками, тусклый свет масляных ламп, пляшущий на грубо сколоченных столах, и густой, сытный запах жареной рыбы и дешевого пойла. В центре этого островка уюта, за самым большим столом, сидел мой гид.

Персонаж Сереги выглядел полной противоположностью моего новичка.

Это был кряжистый воин лет тридцати, закованный в добротный, хоть и не новый, полный [Комплект ополченца] зеленого качества. За спиной висел крепкий щит, а у пояса – надежный стальной меч. Его ник, «Серый», парил над головой, рядом с цифрой 32 и ролью – классической, надежной, как сам Сергей – «танк». Он заметил меня и радостно махнул рукой.

– Ну, явился, не запылился! – прогремел его голос, когда я подошел. – Присаживайся, сейчас я тебе основы покажу. Смотри, вот тут у тебя инвентарь.

Он ткнул пальцем в воздух, и перед ним развернулось полупрозрачное меню. Я повторил жест. Интерфейс был интуитивным, элегантным. Я мысленно отметил чистоту кода и логичность расположения элементов – наследие старой школы «НейроВертекса».

– Квесты берутся у NPC вот с таким значком, – он указал на хозяйку таверны, над головой которой висел пергаментный свиток. – Боевка простая: думаешь об ударе – бьешь. Главное – тайминг и позиционка. Пойдем, смотритель новичков как раз работу подкинет.

Мы вышли из таверны и направились к офису местного заправилы.

Небольшое каменное здание, похожее скорее на укрепленный аванпост, чем на приветливый офис, служило местным центром для новичков.

На грубой деревянной доске у входа были прибиты пожелтевшие листы с базовыми заданиями: «Требуется помощь в сборе лечебных трав», «Награда за головы крабов». Рядом стояла бочка для дождевой воды и несколько грубо сколоченных ящиков.

Элиас, наставник новичков, идеально вписывался в эту картину. Он был высок и костляв, одет в потрепанный кожаный колет с эмблемой городской стражи Лирии-Порта. Его лицо пересекал старый шрам, а коротко стриженные седые волосы торчали ежиком. Но больше всего внимания привлекала его деревянная нога – грубо вытесанный протез, который при каждом его движении глухо стучал по каменным плитам. Он смерил меня скептическим взглядом.

– Еще один щенок пожаловал, – проворчал он. – Волки в Лесу Шорохов совсем обнаглели. Распугали всех певчих пташек своим воем, да и на одиноких путников нападают. Идите, проредите их популяцию. Десяти штук для начала хватит.

В моем журнале заданий появилась первая запись. Все стандартно. Классика жанра.

Ну в лес, так в лес.

Лес Шорохов встретил нас шелестом листвы и запахом влажной земли.

Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны, создавая на земле причудливую мозаику из света и тени. Не успели мы сделать и сотни шагов, как из кустов выскочила серая тень. Волк.

Лесной волк

Уровень: 2

Тип: Обычный монстр

Серый отреагировал мгновенно. Шаг вперед, щит выставлен, меч наготове.

– Агро на мне! Бей! – крикнул он.

Волк, клацнув зубами, бросился на него, но удар пришелся в сталь щита. Я же, сжимая свой ржавый клинок, почувствовал себя нелепо и неуклюже. Годы анализа систем не заменили мышечной памяти бойца. Я рванулся вперед, замахнулся… и споткнулся о корень. Волк, отскочив от щита Серого, тут же переключился на меня.

Я успел лишь выставить меч перед собой. Когти полоснули по предплечью. Минус десять процентов здоровья.

Больно. Не по-настояшему, конечно, но система имитировала фантомные ощущения мастерски. Пока я приходил в себя, второй волк выскочил слева.

И тут мой мозг переключился. Аналитический режим, отточенный годами работы, включился на полную мощность.

Паттерн атаки: короткий рывок, укус. Заметка: прижимает уши за 0,7 секунды до атаки. Кулдаун после промаха: 1,3 секунды. Уязвимая зона: задние лапы во время замаха.

Я перестал быть неуклюжим новичком. Я стал системой, анализирующей другую систему. Я увернулся от второго выпада, неловко, но вовремя. Шагнул в сторону, и мой ржавый меч чиркнул по боку зверя. Урон был мизерный, но я увидел, как на долю секунды волк потерял равновесие. Серый тем временем уже почти убил первого.

– Добивай, экспу получишь – крикнул он мне и ткнул кончиком меча в распластавшегося на земле зверя.

Бой закончился быстро. Мы зачистили поляну, собрав положенные десять «фрагов». Я дотронулся до трупов и получил лут:

Получен предмет: [Волчья шкура] х3

Получен предмет: [Тусклый волчий клык] х5

– Отлично! Шкуры на продажу, клыки – в мусор, – деловито сообщил Серый, убирая меч в ножны. – Пошли сдавать.

Мы вернулись к Элиасу.

Он принял наш отчет, выдал горсть медяков и немного опыта.

– Спасибо, герои. Теперь, может, певчие пташки вернутся в наш лес. Ступайте.

– Отлично, еще пара таких заходов, и апнешь третий уровень! – с энтузиазмом сказал Серый. – Можно будет сапоги получше купить.

Я молчал, прокручивая в голове диалог.

– Странно, – наконец произнес я. – Этот лесник больше говорил о птицах, чем о волках. Он дважды их упомянул. Думаешь, у этого квеста есть скрытая цель?

Серый посмотрел на меня как на сумасшедшего.

– Андрюх, да брось. Это просто призказка для атмосферы. Разрабы любят такое пихать в диалоги, чтобы мир казался живым, тебе ли не знать? Обычный филлер. Пошли лучше еще волков побьем, пока респаун не начался!

Он хлопнул меня по плечу и направился обратно к лесу, полный азарта и предвкушения гринда. Я же смотрел ему вслед и понимал фундаментальную разницу между нами. Сергей видел игру – увлекательную, красивую, но игру. С ее правилами, уровнями и лутом.

А я… я видел интересную для меня систему.

***

Спустя пару часов методичного геноцида волчьего племени я попросил сделать перерыв.

Легкое гудение в голове – привычный побочный эффект после выхода из полного погружения – быстро прошло, сменившись оглушающей тишиной моей квартиры. Тамошний мир, полный звуков, запахов и азарта охоты, остался за невидимой гранью. Здесь же был только я и «обязательная программа».

Заварив кофе, я взял мобилу, проверить сообщения.

Не зря, среди спама новостей и сводок притулилось напоминание – «позвонить доче».

Я нашел в контактах номер. «Аня». Короткое нажатие на экран, и пошли длинные гудки. Она сняла трубку после четвертого.

– Да, пап? – ее голос был ровным, немного уставшим.

– Привет, Ань. Как ты? – стандартный вопрос, начало ритуального танца, который мы исполняли каждую неделю.

– Нормально, – стандартный ответ.

– Как учеба? Все в порядке?

– Нормально.

Стена. Невидимая, но абсолютно реальная. Она вырастала между нами каждый раз, стоило мне набрать ее номер. Я лихорадочно перебирал в голове темы, пытаясь нащупать хоть одну, которая не разобьется об это вежливое «нормально».

– Слушай, а чем ты сейчас… увлекаешься? Может, что-то интересное происходит? – я сам понимал, насколько жалко и неуклюже это звучит, но ничего другого придумать не мог. Не мастер я диалогов с дочерью.

В трубке на несколько секунд повисла тишина. Я уже приготовился к очередному «ничем особенным», но вместо этого услышал:

– Ну… есть одно. У меня сейчас курсовой проект очень интересный. По дизайну игровых персонажей.

В ее голосе впервые прорезались живые нотки. Это было так неожиданно, что я даже растерялся.

– Игровых персонажей? – переспросил я. – Это здорово. И что ты там делаешь?

– Ой, так долго объяснять… – она снова замялась, словно сомневаясь, стоит ли делиться этим со мной. А потом решительно добавила, – Давай я тебе лучше покажу. Можешь видео включить?

Я торопливо нажал на иконку камеры. На экране появилось ее лицо. Стильная стрижка, пара ярко-синих прядей, умные, чуть насмешливые глаза. Она выглядела взрослее, чем прошлый раз, наверное освещение и усталось. В руках у нее был черный стилус, а на заднем плане виднелась часть ее комнаты – творческий беспорядок, плакаты каких-то молодежных групп, которые я не знал.

– Смотри, – сказала она, и изображение сменилось на трансляцию экрана ее графического планшета.

На экране передо мной возникла целая россыпь эскизов.

Быстрые, отточенные линии, наброски поз, варианты брони, летящие силуэты. А в центре – почти законченный логотип. Стилизованная, агрессивная голова волка или, скорее, гончей, выполненная в резкой, почти рубленой манере. Глаза зверя горели холодным огнем, а из оскаленной пасти, казалось, вот-вот вырвется беззвучный вой. Под рисунком была выведена каллиграфическая, но хищная надпись: «The Midnight Hounds».

– Это типа эмблема для киберспортивной команды, – Аня снова появилась в маленьком окошке в углу экрана, и ее глаза горели. – Я придумала целую концепцию. Игроки должны быть дерзкими, быстрыми, как стая, которая охотится ночью… Их стиль игры – это не глухая оборона, а слаженный, внезапный налет. Блицкриг. Понимаешь? Они не просто игроки, они – хищники в цифровых джунглях!

Она говорила быстро, увлеченно, и я впервые за долгое время видел в ней не просто дочь, а творца, человека, одержимого своей идеей. Она показывала мне не просто картинку. Она показывала мне частичку своей души.

А я смотрел на это, но мой мозг видел лишь техничное исполнение. Я видел композицию, работу со светом, выбор шрифта. Я видел качественную работу дизайнера. Выполнено было действительно умело и детально.

Мой внутренний аналитик оценил продукт, но не смог оценить эмоции.

– Да, неплохо, – выдавил я из себя единственное, что пришло в голову. Отстраненный, родительский комментарий, который был равносилен похлопыванию по голове. – Очень динамично. Молодец.

Эффект был мгновенным, словно кто-то выключил свет. Энтузиазм в ее глазах погас. Улыбка стала натянутой. Она «сдулась» прямо на моих глазах. Опять я ляпнул совсем не то, что она ожидала. Какой ответ был правильным?

– Ладно, пап, мне тут еще доделать надо, – ее голос снова стал ровным и пустым. – Дел куча.

Она не дала мне даже шанса попытаться исправить ошибку.

– Хорошо, Ань. Ты…

– Созвонимся, – бросила она и отключилась.

Экран погас.

Я остался сидеть в тишине своей квартиры один.

Острое, неприятное чувство укола совести.

Я снова все сделал не так. Снова выбрал не те слова. Снова показался ей отстраненным, «душным» стариком, не способным понять ее мир. Я почувствовал себя чужим, инопланетянином, который пытается общаться с помощью разговорника, но постоянно путает слова. Так было всегда и вот повторилось опять.

Моя борьба с этим длилась уже с десяток лет и я вечно проигрывал.

Я откинулся в кресле и вздохнул. Название «Полуночные Гончие» показалось мне интересным. Забавная выдумка для учебного проекта.

Через минуту я уже забыл о них, как и о большинстве деталей, имеющих лишь косвенное отношение к моей жизни.

***

Основной квест Тихой Гавани ждал нас на пристани.

Капитан Финн, старый морской волк с усами, похожими на два пучка пожелтевшей пеньки, хмуро разглядывал свои сети, развешанные для просушки. В них зияли огромные, неестественные дыры.

– Опять! – прорычал он, заметив наш подход. – Каждую ночь одно и то же. Словно сам морской дьявол выходит на берег и кромсает мои снасти! Рыба из садков пропадает, скоро мне нечем будет торговать. Найдите эту тварь и прикончите. Вся деревня будет вам благодарна.

Серый тут же деловито открыл карту в большом игровом окне и указал мне точку.

– Это квест на местного босса. Он сидит в Пещере Шепота, на северном побережье. Гигантская саламандра, двенадцатый уровень. Нам, конечно, рановато, но вдвоем завалим. Погнали.

Он уже был готов сорваться с места, полный энтузиазма настоящего игрока, для которого квест – это прямая линия от точки А (проблема) до точки Б (убийство монстра).

– Погоди, – остановил его я. – Дай посмотреть.

Я подошел к сетям. Для Сергея это был просто предмет антуража. Для меня – улика. Я не активировал никакой навык, интерфейс не подсвечивал мне ничего особенного. Я просто смотрел. Так, как привык смотреть на строки кода или системные отчеты – ища не то, что бросается в глаза, а то, что выбивается из общей картины.

– Смотри сюда, – я указал на край дыры. – Видишь? Сеть не порвана, не прогрызена. Края словно бы оплавлены, разъедены. Это химическое или термическое повреждение. Когти и зубы так не работают.

На влажных нитях поблескивали капли какой-то густой, полупрозрачной слизи. Я осторожно собрал образец в пустой флакон, который купил у Старого Тома на всякий случай.

– Это нелогично, – заключил я. – Чем хищнику растворять сеть, да и не проще ли ее просто порвать?

– Андрюх, это игра! – вздохнул Серый. – Какая логика? Разрабы просто нарисовали дырки. Пойдем уже в пещеру, пока кто-нибудь другой не перехватил квест на босса. Придется ждать респа.

– Нет. Мы пойдем к травнице.

Серый театрально вздохнул, но поплелся за мной.

Лина-Травница жила на скрытой полянке в глубине Леса Шорохов, и найти ее без подсказок было непросто.

Мы нашли ее, когда фармили волков. Ее домик был скорее похож на вросший в землю гриб, чем на человеческое жилище. Сама она оказалась худой, жилистой женщиной с пронзительными глазами, которая говорила о лесе как о живом существе.

Она взглянула на принесенную мной слизь с профессиональным интересом.

– Странная субстанция. Чтобы понять ее природу, мне нужны катализаторы. Принеси мне горсть Светящегося Мха из той же пещеры, куда ты собрался, тогда и поговорим.

Поручение было простым, но требовало осторожности. Пока Серый отвлекал гигантских жаб у входа в Пещеру Шепота, я быстро собрал мох, фосфоресцирующий в полумраке тихим, скорбным светом. Вернувшись к Лине, я получил свой вердикт.

– Как я и думала, – сказала она, растирая мох со слизью в ступке. Смесь зашипела и выпустила облачко фиолетового дыма. – Это не яд. Это болезнь. Вызвана она редким растением, [Луна-цветом]. Он светится в темноте, но его пыльца, попадая в воду, искажает все живое вокруг. Животное, которое ты ищешь, не злое. Оно просто отравлено и страдает.

Вооружившись этим знанием, мы вошли в пещеру. В самом дальнем гроте, у подземного озера, мы нашли тварюгу. Гигантская саламандра, размером с лодку, вяло лежала у воды. Ее кожу покрывали светящиеся язвы, а движения были медленными и болезненными. Она действительно не выглядела агрессивной – скорее, дезориентированной.

Гигантская Саламандра

Уровень: 12

Тип: элитный монстр

На другом конце грота, у ручья, впадавшего в озеро, я увидел россыпь бледно-голубых цветов, источавших слабое голубоватое сияние. [Луна-цвет].

– Так, я ее сагрю, а ты заходи с фланга! – скомандовал Серый, поднимая щит.

– Стой! Не надо.

Я обошел саламандру по широкой дуге и принялся осторожно, один за другим, выкорчевывать ядовитые цветы и бросать их на сухие камни, подальше от воды. Саламандра лишь проводила меня мутным взглядом. Когда последний цветок был сорван, вода в ручье, казалось, стала чище.

Свечение на коже монстра начало медленно угасать. Огромная рептилия тяжело вздохнула, моргнула на меня своими большими черными глазами, словно приходя в себя, и забравшись в воду медленно поплыла в темные глубины подземного озера.

Квест в журнале обновился.

Мы вернулись к заказчику и я доложил о выполненном задании.

Капитан Финн был вне себя от радости. Серый был в шоке.

Задание «Таинственный Вредитель» выполнено!

Получен опыт: 500

Получены деньги: 20 серебряных шиллингов

Это была стандартная награда. Но когда мы зашли к Лине, чтобы поблагодарить ее, она протянула мне исписанный от руки пергамент.

Получен предмет: [Перчатки травника] (Качество: Зеленое)

Навык «Травничество» повышен на 5.

Вы изучили новый рецепт: [Слабое противоядие]

Серый присвистнул.

– Ничего себе! В гайде про это ни слова не было. Уникальная награда! Слушай, ну тебе везет! Наткнулся на скрытую ветку квеста. Заморочился, конечно, но класс! Оно того стоило.

Я смотрел на свиток в своих руках. Это было не везение. И не заморочка для «ролеплейщиков». Это был фундаментальный закон этого мира, который я только что доказал на практике. Здесь можно было не просто следовать правилам. Здесь можно было анализировать систему и находить в ней решения, о которых ее создатели, возможно, даже не подозревали. И за это система вознаграждала, по двойному тарифу.

Для Сергея это был квест с приятным бонусом. Для меня – первый успешный эксперимент.

Глава 3

Мы отмечали успех в том же «Попутном Ветре».

Кружки с элем приятно холодили ладони, а в камине весело потрескивали поленья. Я рассматривал свои новые перчатки.

[Перчатки травника] (Качество: Зеленое)

Тип: Легкая броня (Руки)

Эффект: +5 к навыку «Травничество»

Это была не просто шмотка. Это был трофей, доказательство того, что мой подход работает. Я не убил монстра – я вылечил экосистему. И система вознаградила меня не грубой силой, а знанием.

– За системный подход! – провозгласил Серый, поднимая свою кружку. – Хоть и заморочился ты знатно, но результат, признаю, впечатляет. Да и рецепт противоядия на дороге не валяется.

Мы чокнулись. В таверне было шумно – за соседний столик как раз ввалилась шумная компания из четырех игроков. Судя по их разномастной, самой дешевой экипировке и горящим глазам, они были совсем зелеными новичками.

– …серьезно, я специально под автобус прыгнул! Прямо рассчитал тайминг! – возбужденно вещал один из них, худой парень в простой кожаной куртке. – Изи плюс пять процентов к скорости бега!

– А я нашел трансформаторную будку! – вторила ему девушка с розовыми волосами. – Пришлось немного попотеть, чтобы на нее залезть, но бах! И у меня перк «Заземление», плюс десять процентов к сопротивлению электричеству! На хай-левеле это будет имба!

– Фигня, – махнул рукой третий. – В гайде пишут, что самый полезный бонус за утопление, для плавания, но это долго и муторно. Проще грузовик и бонус к ХП.

Серый, прислушавшись к их разговору, тихо фыркнул в свою кружку.

– Салаги. Занимаются ерундой ради копеечных бонусов.

– Что это значит, про что они? – спросил я, тоже прислушиваясь.

– А, это они про Туториал, – пренебрежительно отмахнулся он. – Стартовая локация. Большинство ее просто пробегает, но есть такие вот… оптимизаторы. Специально пересоздают персонажей, чтобы умереть там определенным способом и получить крошечный перманентный бонус к статам героя. А ты что, там не был?

– Нет, я зашел на старого героя, сразу в тут появился. – Я поднял бровь. – Стартовая локация, где главная задача – умереть? Оригинальная концепция.

– Да это скорее прикол от разрабов, – пояснил Серый. – Насмешка над жанром «исекай», ну, ты знаешь, все эти истории про «попаданцев», которых сбивает грузовик. В «Этерии» ты начинаешь в гиперреалистичном городе, а потом тебя, ну да, сбивает грузовик, или на голову падает рояль, или еще какая-нибудь нелепица. После этого уже идет создание персонажа и ты попадаешь сюда. Пятиминутное дело. Эти ребята просто тратят время на ерунду. Целых 5% процентов! Лучше бы пошли пофармить.

Он осушил свою кружку и с энтузиазмом посмотрел на меня.

– Ладно, хватит о ерунде. Давай подумаем, куда дальше. Может, на кабанов сходим? С них шкуры подороже, чем с волков и опыта больше.

Я кивнул, но уже не слушал его. Мой мозг зацепился за услышанное. Я смотрел на гомонящих новичков, но видел не их. Я видел систему. Странную, алогичную систему.

С одной стороны – сложная, взаимосвязанная экосистема здесь, на Полуострове. Квест, который можно решить не силой, а дедукцией. NPC, которые реагируют на нелинейные действия. Мир, который вознаграждает за наблюдательность.

А с другой – Туториал. Грубая, прямолинейная механика. Предсказуемый ввод: «смерть от электричества». Предсказуемый вывод: «+10% к сопротивлению электричеству». Никаких вариантов, никакой глубины.

Это не вязалось. Это было похоже на элегантный механизм швейцарских часов, в который кто-то вбил ржавый гвоздь. Это было слишком просто. Слишком примитивно для мира, который только что показал мне свою скрытую сложность.

Это не филлер, подумал я. И не шутка. Это аномалия. А любая аномалия в системе – это либо баг, либо фича, истинное предназначение которой скрыто. И мне отчаянно захотелось выяснить, что же это на самом деле.

Я молчал, глядя в мутный остаток эля на дне кружки.

Разговоры новичков и комментарии Сергея смешались в фоновый шум. В моей голове с оглушительным скрежетом проворачивались шестеренки. Ржавчина, накипевшая на них от обилия розовых свинок, слетала пластами.

Это был плохой геймдизайн. Ужасный.

Вся суть обучающей локации – Туториала – научить игрока базовым механикам, чтобы он избегал смерти в основном мире. А здесь игрока учили умирать «правильно». Поощряли за это. Система, которая вознаграждает за провал своей основной функции. Это не просто нелогично, это антилогично. Это как строить автомобиль, у которого педаль газа детонирует машину.

Я вспомнил пыльный конференц-зал в «НейроВертексе». Белую доску, испещренную моими схемами. Тогда я защищал перед советом директоров свой проект «Ковчег». Мой адаптивный ИИ.

– Представьте себе систему, – говорил я тогда молодому, еще не обремененному цинизмом топ-менеджменту, – которая не просто выдает игроку квест. Она изучает его. Как он решает проблемы? Силой? Хитростью? Дипломатией? Он рискует или осторожничает? ИИ будет анализировать эти паттерны и создавать для игрока уникальный контент. Интересный именно этому игроку. Это не просто игра. Это диалог. Диалог между игроком и живым, думающим миром.

Проект тогда свернули. «Слишком дорого, слишком сложно, слишком непредсказуемо», – таков был вердикт. Инвесторы хотели понятных метрик и предсказуемой прибыли. Они хотели свою «Веселую Ферму».

А что, если… что, если они не убили проект? Что, если они просто спрятали его? Урезали, упростили, но оставили ядро?

В моей голове родилась гипотеза. Четкая и ясная, как математическая формула.

Туториал – это не обучение. Это фильтр.

Это рудиментарный, но работающий остаток моей системы. Полигон для ИИ, где он ставит свои первые, простейшие опыты над игроками. Он бросает им вызов: «Вот вам очевидная задача – умрите. Вот вам очевидная награда – бонус к статам». И 99% игроков идут по этому пути. Они действуют предсказуемо.

Но что, если… что, если поступить непредсказуемо?

Если в системе есть предсказуемые награды за предсказуемые действия, то по законам симметрии, в ней должны быть и непредсказуемые награды, за непредсказуемые действия. Что будет, если не умирать? Что будет, если попытаться сломать сценарий?

– Серый, – я прервал его рассуждения о том, где лучше фармить кабаньи шкуры. – А что, если Туториал… это не шутка? А что, если это тест?

Сергей оторвался от своей кружки и уставился на меня.

– Тест? На что? На умение находить самые идиотские способы самоубийства?

– Нет. На нестандартное мышление. Подумай сам. Разработчики создали сложнейшую экосистему здесь, в основном мире. А для старта они сделали примитивную заглушку? Не верю. Я думаю, Туториал – это полигон. ИИ смотрит, как ведут себя игроки. И те, кто действует не по гайду, кто пытается найти другой путь, возможно, получают другую награду.

Сергей несколько секунд молча смотрел на меня. А потом рассмеялся. Громко, добродушно, так, что обернулись ребята с пары соседних столов.

– Андрюха, ты неисправим! – выдохнул он, утирая слезы. – Опять ищешь мировой заговор в простом коде. Я же говорю, это фансервис, пасхалка для гиков! Расслабься и получай удовольствие. Пойдем качаться. Через пару уровней сможешь взять квест на того босса-крокодила. Вот где будет настоящий вызов!

Его смех и его слова стали для меня последним подтверждением. Он не видел. Он был обычным игроком, хорошим, надежным, но – обычным. Он шел по пути, который проложили для него разработчики.

А я, я увидел рядом с протоптанной тропой едва заметную тропинку, уходящую вглубь леса. И понял, что должен проверить, куда она ведет.

Загадка Туториала вдруг стала для меня интереснее, чем все уровни и весь лут в «Этерии». Это был не просто игровой квест. Это был вызов, брошенный лично мне из моего собственного прошлого.

***

Полуостров Первых Шагов был вычерпан до дна.

За последние несколько дней мы выбили, кажется, каждую крупицу контента из этой уютной «песочницы».

Волки в Лесу Шорохов стали редкими гостями, популяция крабов на пляже была под угрозой вымирания, а капитан Финн мог спокойно чинить свои сети, не опасаясь за судьбу своего улова. Системное уведомление о достижении 10-го уровня, вспыхнувшее перед глазами после очередного выполненного поручения, стало для меня сигналом – пора двигаться дальше.

Путь лежал к единственному выходу с полуострова – Мосту Испытаний. Это был не просто мост, а древний, каменный исполин, перекинутый через глубокое ущелье, на дне которого шумела бурная река. Казалось, он был построен не людьми, а великанами. У самого его начала стояла небольшая, но крепкая сторожевая башня.

На посту, прислонившись к стене и лениво оглядывая окрестности, стоял NPC-стражник.

Ветеран Бьорн

Уровень: ???

Тип: Страж Моста

Это был старый воин с седой, заплетенной в косы бородой и одним мутно-белым глазом. Он выглядел так, словно врос в этот камень, и повидал больше игроков, чем я строк кода за всю свою жизнь.

– Приветствую, путники, – пророкотал он, когда мы подошли.

Его взгляд скользнул по нашим фигурам, оценивая снаряжение. Мой [Крепкий стальной меч] и [Кожаный нагрудник новобранца] зеленого качества выглядели куда солиднее обносков, с которыми я начинал.

– Вижу, вы достаточно окрепли, чтобы покинуть этот тихий уголок.

– Верно, ветеран, – бодро ответил Серый. – Нас ждут великие дела!

Бьорн хмыкнул, не меняя выражения лица.

– Великие дела ждут многих. Но помните: мост – это дорога в один конец. Здесь, перед мостом, место для салаг, а настоящие приключения ждут за ним. Как только перейдете, назад пути уже не будет. Вы не пройдете!

«Грамотное решение», – отметил я про себя. Классическая «карантинная зона». Отсечь высокоуровневых игроков от новичков, чтобы избежать ганкинга и не ломать экономику стартовой локации. Это защищало хрупкий пользовательский опыт и повышало удержание игроков. Все логично. Но нет. Не все.

– Серега, а ты как сюда пролез то? – заинтересовано спросил я моего паровоза, – тут же нубзона, а ты вон дылда какая!

– Все просто, я проставил флаг ментора. Встречаю нубасов как ты, помогаю, просвещаю, – ухмыльнувшись ответил Серый, – ну а если человек толковый, то и в гильдию к нам приглашаю. А мне за это плюшки отсыпают.

– Понятно, рекрутер значит, – ответил я и уже обращаясь к стражу добавил, – Я готов!

Бьорн кивнул и отступил в сторону, освобождая проход.

– Доброго пути. И постарайтесь не помереть в первой же канаве.

Мы ступили на каменные плиты моста. Ветер здесь был сильнее, он завывал, проносясь по ущелью. Шаги гулко отдавались в тишине. Шли молча, каждый думая о своем. Я – о системной аномалии Туториала. Серый, скорее всего, – о новых квестах и более качественном луте.

По ту сторону моста мир чуть изменился.

Тихая, почти сонная пастораль полуострова сменилась ощущением дикого, необузданного простора. Перед нами расстилалась необозримая низина, покрытая бурой растительностью и окутанная клочьями тумана, из которой, словно гнилые зубы, торчали редкие корявые деревья.

Великие Болотины.

Даже отсюда, с высоты, чувствовалась их враждебность. А далеко-далеко на горизонте, за этой туманной трясиной, в голубоватой дымке темнели зубцы холмов, обещавшие новые земли и новые загадки.

Масштаб впечатлял. Полуостров Первых Шагов теперь казался крошечным островком безопасности в безбрежном, неизвестном океане.

– Ну что, Маркус, – с благоговейным трепетом выдохнул Серый, глядя на открывшийся пейзаж. – Вот она, настоящая «Этерия». Точнее ее прихожая. По ступенькам ты уже поднялся, пришло время осматривать жилплощадь!

Я молча кивнул, действительно, для меня приключение только начиналось.

Или нет, меня явно тянуло к тому, что было не здесь, впереди. К тому, что осталось позади. В той странной, алогичной симуляции, которую все называли Туториалом и которую я по воле случая пропустил.

Мы постояли еще минуту на краю моста, вглядываясь в раскинувшуюся перед нами панораму.

Азартное предвкушение на лице Сергея постепенно сменилось каким-то серьезным, почти виноватым выражением. Он тяжело вздохнул и повернулся ко мне.

– Слушай, Андрюх, – начал он, и в его голосе больше не было игровой бравады. – Тут такое дело, короче, в реале у меня на работе завтра начинается аврал. Большой проект запускаем, сам знаешь, что это. Меня не будет в игре неделю или две. Может, дольше. Сколько смог, я тебе помог, а дальше уж пробуй сам. Не казуал, разберешься.

Я посмотрел на него. Его игровой аватар выглядел так же понуро, как, наверное, и он сам сейчас в своем кресле. Я знал, что это такое. Кранч. Бессонные ночи, цейтнот, нервы. Реал, который всегда, в самый неподходящий момент, напоминал о себе.

– Понял, – кивнул я. – Без проблем, работа есть работа.

– Да уж, – невесело усмехнулся он. – Так что ты меня не жди. Двигай потихоньку в сторону Лирии-Порта, это главный хаб в регионе. Там освоишься, группу, может какую, присмотришь. Как только я разгребусь в реале – сразу тебе напишу.

– Ничего, прорвемся, – я хлопнул его по стальному наплечнику. – Отдохни там от этого всего.

– Да уж, отдохну, – криво улыбнулся он. – Ладно, брат. Удачи тут!

Он в последний раз окинул взглядом туманные болота и в его глазах промелькнула настоящая тоска.

– Ну, бывай.

Его фигура замерла на мгновение, стала полупрозрачной и с тихим шелестом исчезла, растворившись в воздухе.

Я остался один.

Один на пыльной, заброшенной дороге, ведущей в неизвестность. Рядом больше не было надежного плеча и громкого голоса, который отвлекал от собственных мыслей. Вокруг – только свист ветра, шорох сухой травы и далекие, тревожные крики каких-то болотных птиц.

На мгновение меня охватило острое чувство одиночества. Брошенности. Словно меня высадили на незнакомой обочине и уехали.

Но потом пришло другое чувство.

Свобода.

Теперь мне не нужно было никому ничего объяснять. Не нужно было оправдывать свой «неправильный» подход к игре. Меня больше не тянули вперед, к прокачке и луту. Я мог остановиться. Мог повернуть назад, если бы захотел.

Но! Сейчас у меня была другая цель.

Я мог полностью, без остатка, сосредоточиться на своей истинной цели. Загадка ждала своего исследователя. И теперь мне никто не мешал. Ну, кроме отсутствия свободного времени и обещанной поездки к родителям.

Выйдя из игры, я еще долго сидел в тишине. Одиночество из виртуального мира перетекло в реальный, став гуще и ощутимее. Квартира казалась слишком большой и слишком пустой. Вместо того чтобы заказать пиццу и снова нырнуть в свои мысли, я спонтанно накинул куртку и вышел. Ноги сами понесли меня к автобусной остановке. Нужно было увидеть живых людей. Самых важных.

***

Подмосковный дом родителей встретил запахом яблочного пирога и старых книг.

Мама, Анна Петровна, всплеснула руками, засуетилась, запричитала, почему не предупредил. Я обнял ее, чувствуя, как напряжение последних дней немного отпускает.

Отец, Игорь Семенович, сидел в своем неизменном продавленном кресле у окна, выходящего в сад. Он выглядел еще старше, чем месяц назад. Суше, прозрачнее. Когда я вошел, он попытался подняться, и я увидел, каких усилий ему это стоило.

– Сиди, пап, сиди, – поспешил я к нему, опускаясь на небольшой стульчик рядом.

На его коленях лежала потертая картонная папка, из которой выглядывали края пожелтевших листов ватмана. Старые чертежи. Его мир загадок и тайн. Он перехватил мой взгляд.

– Механизмы стареют, Андрей. Как и люди, – тихо, почти беззвучно сказал он. Это была его манера общения – говорить редкими, но емкими афоризмами.

Мама хлопотала на кухне что-то напевая, ее голос доносился оттуда приглушенно. Мы же сидели молча. Отец смотрел на меня своим пронзительным, инженерным взглядом, который, казалось, видел не лицо, а внутреннее устройство. Он всегда чувствовал мое состояние, даже когда я сам его до конца не осознавал.

– Задачку? – наконец улыбнувшись, спросил он.

Я кивнул.

– Можно, но , чур, сложную!

Отец не стал уточнять. Вместо этого его рука медленно, с видимым усилием, потянулась к книжной полке рядом с креслом. Он вытащил толстый, потрепанный журнал в кожаном переплете. Его старый инженерный дневник. Летопись его мыслей, идей и изобретений, которую он вел еще с тех времен, когда работал в закрытом конструкторском бюро.

Он долго перелистывал страницы, исписанные убористым почерком и испещренные схемами и формулами. Наконец, видимо, нашел то, что искал. Развернул тетрадь ко мне.

На странице была подробная схема какого-то невероятно сложного замкового механизма. Десятки шестеренок, рычагов, противовесов. Но самое интересное было в описании, выведенном аккуратными, практически печатными буквами.

«Замок с нелинейной логикой. Принцип действия основан не на последовательном подборе комбинации, а на создании резонанса в системе. Ключ должен не просто входить в скважину, а имитировать определенную частоту вибраций. Каждый неверный ввод не обнуляет попытку, а меняет внутреннее состояние всего механизма, усложняя последующие шаги. Выход – в понимании системы, а не в переборе вариантов».

Я смотрел на схему, на эти записи, и поражался его сложности. Это был не просто чертеж. Это была философия. Философия, которую я понимал, как никто другой. Это был образ мышления, который он передал мне по наследству – не через гены, а через такие вот тихие вечера, через совместный разбор старых механизмов, через умение видеть за набором деталей единую, работающую систему. Что-то знакомое крутилось в памяти, но ускользало.

Отец слабо постучал костлявым пальцем по схеме в дневнике. Его голос, обычно тихий, обрел нотки былой преподавательской ясности.

– Видишь эти балансиры? – он указал на сложную систему противовесов. – Они реагируют не на поворот ключа, а на давление. Слишком сильно нажмешь – система блокируется. Слишком слабо – штифты не встанут на место. Каждый раз, когда ты делаешь ошибку, вот этот маленький грузик, – его палец обвел почти незаметную деталь, – смещается. И вся внутренняя конфигурация замка меняется.

Он посмотрел на меня, и в его выцветших глазах мелькнул огонек былого азарта.

– Все попытки взломать его силой или перебором комбинаций будут обречены. Он открывается не тогда, когда ты делаешь правильные вещи, а когда ты перестаешь делать неправильные.

Я вслушивался в каждое слово, понимая, что он говорит не только о куске металла. Он говорил о подходе к решению проблем. О философии. Интересной и понятной мне лично.

Медленно, с усилием, закрыв тяжелую тетрадь, отец положил ее себе на колени, поверх папки с чертежами. Его взгляд снова устремился в окно, но я знал, что он сейчас обратится ко мне.

– Любая система, Андрей, – произнес он тихо, но так отчетливо, что казалось, эти слова отпечатались в воздухе, – даже самая хаотичная на вид, имеет свою внутреннюю логику. Главное – найти правильный ключ. А ключ – это почти всегда понимание замысла создателя.

Понимание замысла создателя.

Это было не просто заумное изречение. Это был фундаментальный принцип системного анализа, который я подсознательно использовал всю свою жизнь. Чтобы найти уязвимость в коде, нужно было думать, как программист, который его написал. Чтобы спроектировать квест, нужно было понять психологию игрока, который будет его проходить.

И чтобы разгадать загадку Туториала, мне нужно будет понять замысел того, кто его создал. Не «эффективных менеджеров» из «НейроВертекса», которые видели в нем лишь забавный прикол. А того или то, что стояло за ним на самом деле. Возможно, «адаптивного ИИ», остатки которого, как я подозревал, и породили эту системную аномалию.

Отец ничего и никогда не объяснял детально. Сейчас он просто показал мне задачку из своего мира, чтобы отвлечь от моих мыслей, в которые я был погружен. Он прекрасно знал какая последует реакция. Этот старый, пыльный дневник, эта забытая концепция механизма, изобретенного полвека назад в советском КБ, только что дали мне огромную прорву информации для размышления, отвлекая от рекурсивных мыслей.

Он бережно отложил свой дневник и посмотрел на меня. Я улыбнулся в ему в ответ.

– Спасибо, пап.

Он лишь едва заметно улыбнулся в ответ краешком губ и снова устремил взгляд в окно, на увядающий осенний сад. В этот момент между нами не было нужды в словах. Два системщика, старый и молодой, поняли друг друга без единого звука.

Я уезжал от родителей в глубокой, звенящей задумчивости.

Дорога петляла в вечерних сумерках, фары маршрутки выхватывали из темноты стволы деревьев, но я не видел ничего этого. Перед моими глазами стояла схема «Замка с нелинейной логикой», а в ушах звучали слова отца.

Глава 4

Вернувшись домой, я не чувствовал ни усталости, ни опустошения.

Тишина квартиры больше не давила – она звенела от напряжения, как воздух перед грозой. Слова отца были не просто воспоминанием – они стали новой операционной системой, загрузившейся в мой мозг. Понимание замысла создателя.

Я не стал включать свет в гостиной. Прошел прямиком к своему креслу, которое в полумраке комнаты казалось пультом управления космического корабля.

Для начала, я включил компьютер и залез на официальный форум игры.

Тема «Все бонусы Туториала. Полный гайд» была прикреплена вверху и пестрела восторженными комментариями.

Я бегло пробежал тутор, запомнив основные элементы.

Первый тест. Воспроизведение известного результата. Научный подход требует сначала подтвердить базовые аксиомы. Прочитав гайд и пару страниц однотипных комментариев я пролистал еще несколько подобных руководств – везде примерно одинаково – список топовых перков с описанием их получения.

Решение было принято. Сомнений не осталось.

Нырнув в знакомую процедуру погружения, я оказался перед экраном выбора персонажа. Вот он, Маркус 10-го уровня, стоящий на краю туманных болот. Мой аватар, моя новая личность в этом мире. Сейчас я проигнорировал его.

Моя рука уверенно выбрала опцию: «Создать нового персонажа».

Пустышка. Одноразовый инструмент, который не жалко сломать. Система запросила имя.

Курсор равнодушно мигал в пустой строке. Нужно было что-то быстрое, бессмысленное. Имя-заглушка, идентификатор для протокола испытаний. В голове, как назойливые всплывающие окна, замелькали лица из моей профессиональной жизни. В результате плюнув, я ввел то что являлось действительностью.

Маркотвинк

Нелепо. Безлично. Идеально.

Я нажал «Подтвердить».

Погружение в этот раз было другим.

Вспышка белого света, и я снова стою на своих двоих в виртуальном мире.

Но это была не Тихая Гавань с ее соленым ветром и запахом рыбы.

Это был Туториал.

Стерильный, залитый ровным, безэмоциональным светом город. Идеально чистый асфальт, ни единой трещинки. Стеклянные фасады зданий, в которых не отражалось ничего, кроме такого же стерильного неба без единого облачка. Воздух пах озоном и антисептиком.

Здесь не было жизни – была симуляция жизни. Безупречная и мертвая.

Имя: Маркотвинк

Уровень: Не доступен

Класс: Не доступен

На мне была обычная офисная одежда – рубашка, брюки и ботинки. Никаких системных сообщений при осмотре предметов не выскакивало.

Я был пустым сосудом. Табула раса. Идеальный объект для исследования.

Я сделал первый шаг по этому безупречному тротуару. И тут же шаг назад.

Мимо беззвучно проехал электрокар. Передо мной, на пешеходном переходе замерла группа NPC-пешеходов, следя за таймером красного сигнала светофора.

Все по скрипту. Все предсказуемо.

Моя задача – сломать этот скрипт, обмануть, обойти, либо перестроить.

Эксперимент под названием «Маркотвинк» начался.

Карта-схема, приложенная в гайдах, была простой и понятной.

Я добежал до перекрестка.

Идеально ровная разметка, без единой потертости. Я встал точно посередине «зебры» и стал ждать.

Гайд не соврал. Через тридцать семь секунд из-за поворота абсолютно бесшумно выехал тот самый «исекайный грузовик-сан». Он двигался с неестественной, запрограммированной скоростью. Без рева мотора, без визга шин. Просто объект, перемещающийся из точки А в точку Б по заданной траектории. Я не успел даже дернуться. Мгновенная темнота.

А затем – системное сообщение на фоне призрачного серого экрана.

Вы погибли.

Причина: Столкновение с транспортным средством.

Вы получили перк «Крепыш»: +2% к ХП.

Желаете перейти к созданию основного персонажа?

Я нажал «Нет». Выход из игры.

Удаление персонажа «Маркотвинк». Создание нового персонажа. Снова то же дурацкое имя.

Туториал встретил меня тем же безжизненным светом. Второй тест.

В гайде упоминалась трансформаторная будка за углом кафе «Симулякр».

Я нашел ее без труда. Утилитарный серый ящик с нарисованным знаком высокого напряжения. Никаких ограждений, никаких предупреждающих табличек. Просто интерактивный объект, ожидающий своего пользователя. Я подошел ближе и коснулся металлической дверцы.

Результат был предсказуем. Яркая вспышка, короткий треск, и снова серое ничто.

Вы погибли.

Причина: Поражение электрическим током.

Вы получили перк «Искрящийся»: +10% к сопротивлению электричеству.

Я снова вышел из игры. В этот раз персонажа удалять не стал. Я откинулся в кресле, глядя на два монитора.

На одном – форум, полный радостных возгласов игроков, нашедших очередной «секрет». На другом – неподвижный Маркотвинк, на экране персонажа – окно аккаунта на сайте игры.

Результат был. Моя гипотеза о предсказуемых наградах за предсказуемые действия полностью подтвердилась. Но вместо удовлетворения я чувствовал лишь глухое, тяжелое разочарование.

Это слишком просто.

Это было похоже на фокусы для детей, где маг «прячет» монетку у себя за ухом. Все знают, где она. Все делают вид, что удивлены. Эта система не была тестом. Это была «заглушка». Ширма, призванная имитировать глубину, не обладая ею.

«Занимаются ерундой ради копеечных бонусов», – прозвучали в голове слова Сергея.

И я понял, что именно для этого все и было сделано. Чтобы тысячи игроков, как сороки, гонялись за этими блестящими, но бесполезными побрякушками. Чтобы они думали, что разгадывают великую тайну, пока настоящая загадка лежит у всех на виду, но никто на нее не смотрит.

Эта система была сделана для того, чтобы отвлечь внимание.

Но от чего?

***

Переговорная комната «Босс-файт» была стеклянным аквариумом, где нас, как офисных рыбок, выставляли на обозрение.

Сегодня мы обсуждали проблему с синхронизацией данных между VR-клиентом и сервером в «Веселой Ферме 2». Мелочь, но из-за нее у некоторых игроков «пропадали» свежекупленные золотые желуди для их Радостных Розовых Свинок. А потеря доната – это уже серьезно.

Я несколько часов потратил на анализ логов и нашел корень проблемы. Изящный баг в логике обработки пакетов, который проявлялся только при определенной нагрузке на сеть. Решение для программистов было столь же элегантным: небольшой патч, который менял сам принцип обработки запросов, делая его асинхронным. Это не только решало текущую проблему, но и оптимизировало весь сетевой код, снижая нагрузку на сервер процентов на двадцать пять. Я коротко и емко изложил свою идею, подкрепив ее графиками.

– …таким образом, мы не просто ставим «костыль», а улучшаем саму архитектуру, – закончил я.

Начальник, типичный «эффективный менеджер», который отличал Python от Java только по цвету логотипа на обложке книги в шкафу, непонимающе моргал. И в эту паузу вклинился он. Мой коллега, главным умением которого было «продавливать» свои идеи, не гнушаясь никакими методами. Марков Олег, молодой выскочка.

– Андрей Игоревич, это, конечно, все очень… академично, – протянул он с той самой снисходительной улыбкой, от которой у меня сводило скулы. – Но, мне кажется, это излишне сложно. Менеджерам будет непонятно, тестировщикам придется переписывать все скрипты. Зачем изобретать велосипед?

Он развернул свой ноутбук, на котором уже была готова презентация PowerPoint. Крупные буквы, яркие стрелки. Убого, но наглядно.

– Мое предложение – силовое решение. Мы просто увеличиваем тайм-аут ожидания ответа от сервера в три раза. Да, это создаст микро-лаг, который пользователь даже не заметит, зато данные точно не потеряются. Просто, быстро, надежно. И главное – понятно.

Я смотрел на него и не верил своим ушам. Он предлагал не лечить болезнь, а просто вколоть тройную дозу обезболивающего. Забить проблему ресурсами. Грубый, примитивный, неэффективный метод, который в долгосрочной перспективе создаст еще больше проблем.

– Это не решение, – холодно сказал я. – Это «заплатка», которая увеличит нагрузку и…

– Так, коллеги, – вмешался начальник, с явным облегчением ухватившись за единственную понятную ему идею. – Второе предложение мне нравится больше. Оно простое. Андрей, твой вариант хорош, но давай не будем усложнять. Нам нужно закрыть тикет до конца недели. Делаем «силовой» вариант. Всем спасибо.

Совещание было окончено.

Олег с победным видом закрыл свой ноутбук и, проходя мимо меня, бросил тихую фразу, предназначенную только для моих ушей:

– Иногда, чтобы забить гвоздь, нужен просто молоток побольше, старик. А не твои интегралы.

Он ушел, оставив меня одного в стеклянном аквариуме. Я стоял, глядя на отражение в стене – осунувшийся, уставший мужик в очках. И чувствовал, как по лицу разливается горячая волна унижения. Острого, профессионального унижения.

Мой опыт, мое умение видеть систему целиком – все это только что проиграло. Проиграло грубой силе, примитивной логике и умению упаковать чушь в красивую обертку из понятных начальству слов. Это было не просто рабочее разногласие. Это была микромодель всего, что я ненавидел в своей текущей жизни. Столкновение элегантности и тупой силы.

Я сжал и разжал кулаки. Не помогло. Внутри закипала холодная ярость. Если в этом мире побеждает тот, у кого молоток больше, то к черту этот мир!

Это было не просто минутное раздражение. Это было чувство, похожее на физическую боль от атрофии. Мой мозг, мой главный инструмент, который я годами оттачивал в «НейроВертексе», создавая сложные, живые системы, здесь, в «ПиксельХабе», медленно умирал от безделья.

Каждый день я чувствовал, как эта ржавчина скуки и примитивизма съедает меня изнутри. А сегодняшнее совещание было просто квинтэссенцией этого процесса: элегантное решение было отвергнуто в пользу грубого «костыля», потому что он «понятнее».

Я найду другой мир. И там будут работать мои правила.

***

Я ворвался в свою квартиру, как в убежище. Захлопнул за собой дверь, словно пытался отгородиться от всего реального мира.

Унижение все еще горело где-то в груди, смешиваясь с холодной, звенящей яростью. Я сорвал с себя офисный галстук, эту корпоративную удавку, и швырнул его в угол.

Несколько минут я просто мерил шагами комнату, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.

«Иногда, чтобы забить гвоздь, нужен просто молоток побольше».

Эта фраза Маркова стучала в висках, как тот самый молоток. Он был прав. В его мире, в мире «эффективных менеджеров» и PowerPoint-презентаций, элегантность и сложность были недостатками. Сила – в простоте. В тупой, прямолинейной, уродливой силе.

Я остановился перед своим креслом. Мой портал. Моя отдушина.

Апатия, которая еще вчера тонкой пленкой покрывала все мои эмоции, исчезла без следа. На ее месте была холодная, острая, как скальпель, аналитическая ярость. Это было уже не любопытство. Не профессиональный интерес. Это стало делом принципа.

Я докажу. Не им – себе. Докажу, что интеллект и глубокое понимание системы всегда, в конечном счете, побеждают грубую силу. Что элегантное решение – это не слабость, а высшая форма эффективности.

И Туториал был идеальным полигоном для этого.

Маленькая, замкнутая система, которая притворялась простой и прямолинейной.

Мой «Замок с нелинейной логикой».

Я тяжело опустился в кресло и натянул шлем.

Экран входа в «Этерию» приветствовал меня безмятежным пейзажем. Я снова удалил Маркотвинка и создал его заново.

Теперь появление в стерильном городе ощущалось иначе.

Больше не было чувства чужеродности или разочарования.

Была абсолютная концентрация. Моя цель изменилась. Я пришел сюда не умирать. И даже не выживать.

Я пришел сюда, чтобы победить.

Победить не монстров, а саму систему. Взломать «замысел создателя». Найти то самое нелинейное, неочевидное, элегантное решение, которого нет и не может быть ни в одном гайде. Сделать то, чего я не смог сделать сегодня на работе.

Ага, отличный подход, ломиться решать головоломки на горячую голову.

Я вышел из игры, не сдвинув персонажа с места. На облачном диске я создал новый текстовый файл и назвал его «Этерия. Дневник исследователя». Мой новый рабочий проект.

Первая запись появилась на белом листе:

Гипотеза: Туториал – это фильтр, созданный для отсеивания игроков со стандартным мышлением. Цель – не смерть, а нарушение скрипта.

Ключевая концепция (из дневника И. С. Воронцова): «Ключ – это понимание замысла создателя».

Задача: Понять «замысел» Туториала.

Первый шаг: Систематическое наблюдение. Составить карту всех скриптовых событий. Определить все варианты «предсказуемой смерти». Найти аномалии. Игнорировать очевидные цели.

Я смотрел на эти строки. Это был уже не план игры. Это был план научного эксперимента. Настоящий, осмысленный эксперимент начинался. И я чувствовал, как ржавчина, которая так долго разъедала мой мозг, наконец-то начала обращаться в пыль.

***

Мой восьмой день в Туториале, сегодняшний, не имел ничего общего с первыми семью.

Не было ни растерянности, ни разочарования. Только холодная, выверенная точность хирурга. Изначально я действовал как экспериментатор, выполняющий сложные, зачастую не поддающиеся логике последовательности команд. Теперь же, в голове был четкий план, выстроенный на основе многочасового наблюдения, смертей и записей в моем «рабочем дневнике». Я перешел в режим беспрекословного оператора.

Действие 1: Грузовик.

Я стоял на углу улицы, отсчитывая секунды. Мои предыдущие «твинки» погибали здесь десятки раз, но их жертвы не были напрасными. Они стали данными. Из гайда я знал, что скрипт грузовика активируется на тридцать седьмой секунде после появления игрока в определенном триггер-зоне. Я знал его траекторию с точностью до миллиметра.

И я знал о нише. Неглубокая выемка в стене дома, старый дверной проем, заложенный кирпичом. Идеально расположенная слепая зона для скрипта. Обычный игрок, спасаясь, отпрыгнул бы назад или в сторону, в зону, которую система просчитывала как «зону уклонения». Но я не собирался уклоняться. Я собирался использовать архитектурную аномалию.

На тридцать пятой секунде я шагнул на дорогу. Из-за угла, абсолютно бесшумно, выплыл грузовик. Я стоял неподвижно, глядя в его пустую, нарисованную решетку радиатора. Машина-призрак неслась прямо на меня.

Три… два… один…

Шаг в сторону. Точно в нишу. Огромная махина пронеслась мимо, не задев меня. Поток воздуха от ее движения взъерошил волосы моего аватара. Скрипт был выполнен, но условие «смерть» не сработало. Система получила ввод, но не смогла сгенерировать ожидаемый вывод.

В моем мысленном чек-листе появилась первая галочка. Системное условие № 1 выполнено.

Действие 2: Кондиционер.

Я не терял ни секунды. Следующая точка – витрина магазина «Симулякр». Я помнил, что скрипт падения кондиционера срабатывает, когда игрок задерживается в определенном квадрате на тротуаре более чем на три секунды.

Я встал точно в этот квадрат. Про себя я начал отсчет. Один… два… Сверху донесся тихий, но отчетливый металлический скрежет. Звуковой маркер, который я зафиксировал во время наблюдений. Это был сигнал.

Я сделал один-единственный шаг назад. В ту же секунду с оглушительным грохотом на то место, где я только что стоял, рухнул кондиционер, разлетевшись на куски пластика и искореженного металла.

Я спровоцировал скрипт, но избежал урона. Системное условие № 2 выполнено.

Действие 3: Карманник.

Это был самый сложный тест. Карманник был не статичным объектом, а NPC, пусть и примитивным. У него было три возможные точки появления в зависимости от траектории игрока. Я проанализировал их все и вычислил самую вероятную – темная арка между двумя зданиями. Он должен был появиться там, если я пройду мимо на определенной скорости.

Но я не стал проходить мимо. Я не собирался быть целью. Я собирался стать катализатором.

Подняв с идеально чистого тротуара воображаемый камень, я метнул его вглубь арки. Раздался тихий стук. Скрипт, рассчитанный на звук шагов, сработал неправильно. Из тени метнулась быстрая, сутулая фигура NPC-карманника. Он выскочил на свет, растерянно огляделся, не «увидел» своей цели в радиусе атаки, замер на мгновение, словно его ИИ пытался обработать нештатную ситуацию, а затем просто развернулся и так же бесшумно скрылся в тени.

Скрипт сработал вхолостую. Системное условие № 3 выполнено.

В тот самый момент, когда карманник исчез, мир «моргнул».

Это было почти незаметно. На долю секунды изображение замерло, а потом дернулось, словно при резкой просадке FPS. Звук города – тихий, монотонный гул – прервался и возобновился с едва слышным щелчком, как на поцарапанной пластинке. Прямо передо мной текстура стены на мгновение «поплыла», разделившись на едва заметные цветные полосы, а затем снова собралась воедино.

Лаг. Системный сбой.

Это не мой шлем. Это не проблемы с соединением. Это сам мир, сама симуляция на мгновение запнулась, столкнувшись с последовательностью действий, для которой в ее коде не было прописано ответа.

Так. Система меня заметила. Фильтр был пройден.

Когда мир стабилизировался, он стал чуть другим.

Я заметил это не сразу, а по совокупности мелких, почти неуловимых деталей. Свет перестал быть ровным и заливающим – у предметов появились мягкие тени, полутона. Цвета стали глубже, насыщеннее. Воздух больше не пах озоном, вместо этого я уловил легкий аромат свежей выпечки откуда-то из-за угла. Монотонный гул города распался на составляющие: я мог различить далекий звон трамвая, приглушенные голоса, шелест листьев на деревьях, которых раньше, кажется, не было.

Я оказался в «измененном» инстансе.

Медленно пошел по улице, чувствуя себя исследователем на чужой планете, которая только что на его глазах обрела жизнь. Мой взгляд упал на витрину магазина игрушек. Раньше за стеклом стояли статичные, безжизненные куклы. Сейчас, в его отражениях я увидел движение.

Маленькая девочка лет семи, в ярком желтом платьице, стояла, прижавшись носом к стеклу. Ее NPC-тег, висевший над головой, гласил просто:

«Мия»

Раньше она стояла как манекен, повернув голову в одну сторону. Теперь же она с живым, неподдельным восторгом разглядывала плюшевого медведя, ее лицо выражало целую гамму детских эмоций: желание, восхищение, легкую грусть.

Мое дыхание участилось. Это был не скрипт. Слишком тонко, слишком естественно. Я подошел и осторожно встал рядом.

– Красивый мишка, – тихо сказал я.

В стандартном инстансе она бы либо не ответила, либо выдала бы одну из трех заготовленных фраз. Но эта девочка обернулась. Ее большие карие глаза удивленно посмотрели на меня.

– Очень, – ответила она. Ее голос был тихим и немного печальным. – Мама говорит, что у нас нет на него денег. Но я все равно прихожу посмотреть. Ему, наверное, скучно там одному.

Я замер, оглушенный этим простым, детским ответом. Это было доказательство. Неоспоримое, абсолютное. ИИ был способен не просто на симуляцию поведения. Он был способен на симуляцию личности. Мой старый проект «Ковчег»… он был жив.

В этот момент в начале улицы материализовался новый игрок.

Еще один новичок, прибывший на убой. Его ник – «Лекс-9». Я инстинктивно шагнул за угол, в тень, превращаясь в наблюдателя.

Лекс-9 действовал уверенно, явно по гайду. Он не осматривался, не любовался пейзажами. Он деловито пробежал по улице и встал точно на то место, где меня чуть не сбил грузовик. Он ждал.

Секунды шли. Мимо проезжали редкие автомобили, NPC переходили дорогу. Но грузовик-убийца не появлялся. Скрипт не срабатывал. Лицо Лекса-9 начало выражать недоумение. Он сверился с каким-то невидимым ему меню, топтался на месте, снова ждал.

– Да что за фигня? – донесся до меня его раздосадованный голос.

Отчаявшись, он побежал ко второй точке – витрине магазина. Встать под кондиционер у него не получилось – девочка Мия, закончив разглядывать мишку, теперь с любопытством смотрела на витрину с кукольным домиком, стоя как раз на «смертельном» квадрате. Лекс-9 потоптался рядом, попытался ее толкнуть, но она стояла неподвижно. Кондиционер не падал.

– Какого черта?! – игрок начинал злиться.

Последняя его надежда – карманник. Он побежал к темной арке, демонстративно замедляя шаг, имитируя идеальную цель. Ничего. Арка оставалась пустой и безжизненной.

Для Лекса-9 Туториал был сломан. Все гайды врали. Все скрипты, о которых он читал, не работали.

– Забагованное дерьмо! – громко выругался он и с ненавистью пнул воздух. – Зря только время потратил.

Я видел, как над его головой на мгновение вспыхнула иконка системного меню. Он явно готовился удалить этого «неудачного» персонажа и попробовать еще раз, в надежде попасть в «рабочий» инстанс.

Я же, стоя в тени, осознал всю грандиозность произошедшего. Я не просто избежал смерти. Своими действиями я изменил правила самой локации. Я перевел этот маленький кусочек мира в другое состояние, в «особый инстанс», и теперь его законы работали иначе для всех, кто в него попадал. Гайды здесь больше не действовали. Это была моя персональная «песочница». И я был в ней единственным, кто понимал, что происходит.

Убедившись, что Лекс-9 занят руганью в адрес разработчиков, а не заходит в игру, я приступил ко второй фазе эксперимента.

Теперь, когда я знал, что система реагирует, я должен был проверить свою основную гипотезу. Я назвал ее «гипотезой о предотвращении каскадной катастрофы».

Я предполагал, что если базовые «смертельные» скрипты не сработали, система может попытаться запустить резервные, более сложные. И я подозревал, что все они каким-то образом завязаны на «ожившем» NPC – девочке Мие. Я должен был не просто исследовать мир. Я должен был защитить ключевой элемент системы от самой системы.

Со стороны это выглядело как акт чистого безумия.

Действие 1: Дверь.

Я вернулся к магазину игрушек. Мия, все еще не купив мишку, зашла в подъезд соседнего дома. Я знал из своих наблюдений, что через три минуты она должна была снова выйти на улицу и если кондиционер еще не падал, он упадет на нее. Я подобрал с земли обломок кирпича (одна из немногих «живых» деталей, появившихся после «пробуждения» инстанса) и подошел к тяжелой двери подъезда. Несколько секунд я вычислял усилие и угол, а затем аккуратно подпер дверь снаружи, заклинив ее. Не намертво – так, чтобы маленький ребенок не смог открыть ее изнутри.

Действие 2: Водосток.

Моя следующая цель – водосточная труба на углу того же дома. Я заметил, что она проходит аккурат над той самой трансформаторной будкой, которая служила источником «смерти от электричества». В коде мира я предполагал наличие скрипта погоды. Если бы пошел дождь, вода, хлынув по трубе, могла бы вызвать короткое замыкание. И если бы Мия в этот момент оказалась рядом…

Я нашел несколько плоских камней и плотно закупорил сливное отверстие трубы. Еще одно бессмысленное, на первый взгляд, действие. Вандализм ради вандализма.

Действие 3: Кот.

Последний элемент. На перилах балкона второго этажа, прямо над местом, где Мия любила стоять у витрины, спал рыжий NPC-кот. Он был частью стандартного инстанса, декорацией. Но я подозревал, что у него, как и у кондиционера, есть своя скрытая роль. Каскадный скрипт. Что, если какой-то громкий звук должен был его напугать, заставив упасть с перил и сбить девочку с ног прямо под колеса того самого, не приехавшего вовремя грузовика?

Я встал прямо под балконом, посмотрел на спящего кота и со всей силы топнул ногой по асфальту.

Эффект был мгновенным. Кот, который до этого был неподвижен, как изваяние, подпрыгнул, дико мяукнул, и вместо того, чтобы упасть вниз, метнулся вглубь балкона и исчез в открытом окне.

Я завершил подготовку.

Стоя посреди этой стерильной улицы, я чувствовал себя гроссмейстером, сделавшим три тихих, непонятных хода в начале партии. Бессмысленные действия сумасшедшего.

Но в моей голове эти действия складывались в единую, безупречную логическую цепочку. Я не ломал игру. Я устранял потенциальные угрозы. Я строил защитный периметр вокруг ключевого элемента системы. Я только что провел полноценную операцию по предотвращению трех потенциальных «несчастных случаев», которые еще даже не произошли. И теперь оставалось только ждать, как на это отреагирует система.

Глава 5

Очередной рабочий день подходил к концу, и монотонный гул «Фермы» стал стихать.

Я собрал свои вещи, мысленно уже находясь в стерильном городе Туториала, прокручивая в голове варианты эксперимента. Выйдя из-за своего стола, я направился к выходу, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Но избежать этого не удалось.

Из переговорной «Босс-файт» вышел он. Олег Марков. В своем идеально сидящем костюме, с волоском к волоску прической, он выглядел как хищник, только что закончивший трапезу. Он заметил меня, и на его губах появилась холодная, победившая ухмылка. Та самая, которую он бросил мне через стол на совещании, когда продавил свое «силовое» решение.

Он не сказал ни слова. Он не кивнул. Он просто прошел мимо, на долю секунды задержав на мне свой взгляд. Во взгляде этом не было простой неприязни. Там было чистое, концентрированное презрение. Презрение практика к теоретику. Сильного к умному. Молотка к скальпелю.

Это длилось всего мгновение. Он прошел дальше по коридору, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма. А я остался стоять, чувствуя, как по лицу снова разливается знакомая горячая волна унижения. Это был его мир, с его правилами. И он только что снова мне об этом напомнил.

Я сжал кулаки так, что побелели костяшки. Сегодняшний вечер перестал быть просто экспериментом. Он стал необходимостью.

Вечерами я продолжал исследовать Туториал, днем составлял сводные таблицы и отсылал руководству аналитические сводки по поведению свинок.

Дни летели незаметно.

Однажды вечером, на выходе из офиса «Фермы» я столкнулся с Машей.

Она, как всегда, жизнерадостно предложила выпить кофе, и в этот раз я, к своему собственному удивлению, согласился. Просто чтобы не идти сразу домой в объятия нейрошлема. Просто чтобы услышать живой человеческий голос, от которого я немного отвык за последнюю неделю.

Одно случайное кофе превратилось в запланированный ужин.

Она была самым простым и доступным решением проблемы под названием «вечернее одиночество». Той самой проблемы, что висела на до мной уже пару лет.

Она не требовала от меня быть гением, не задавала сложных вопросов. Ей было достаточно, чтобы я просто был рядом, слушал про скидки в торговом центре и смешные видео с котиками.

За ужином последовал поход в кино.

Это были отношения по инерции, отчаянная попытка самообмана. Попытка доказать самому себе, что я еще могу жить «нормальной» жизнью, как все. Что я не просто придаток к нейро-интерфейсному креслу.

Она была приемлемым вариантом, чтобы заполнить пустоту, которая образовалась в моей реальной жизни, пока вся моя настоящая страсть перетекала в мир цифровой.

Вечерние игровые сессии превратились в ночные, но не потеряли своей яркости.

Сильно помогало то, что после нейрошлема я не испытывал обычной усталости, как от ночи за компьютером без сна.

Видимо и мозг и тело отдыхали пока я играл.

***

И вот я стою посреди улицы, как шахматист, сделавший ход и ожидающий ответа противника.

Все мои фигуры были расставлены. Дверь заклинена, водосток забит, кот напуган. В очередной раз я устранил все известные мне переменные, все заскриптованные «несчастные случаи». Теперь система должна либо признать поражение, выдав ошибку, либо… сделать свой ход.

Я ждал.

Как я и предполагал, через несколько минут дверь подъезда, который я заблокировал, дернулась. Один раз, второй. Потом тишина. Система поняла, что этот путь закрыт. Через полминуты открылась соседняя дверь, из которой я никогда прежде не видел выходящих NPC. Из нее вышла Мия.

ИИ нашел обходной путь.

У меня по спине пробежал холодок, смесь восхищения и тревоги. Девочка, ни о чем не подозревая, направилась к своей любимой витрине с плюшевым медведем. Она встала на тротуар, в безопасной, как мне казалось, зоне. Все мои ловушки – кондиционер, карманник – были нейтрализованы. Я победил?

Конечно нет! Из-за угла раздался рев мотора.

Не тихий, стерильный гул симуляции, как раньше. А настоящий, яростный рев форсированного двигателя. Из-за того же поворота вылетел тот же самый грузовик. Но его траектория была другой. Он не ехал по дороге. С визгом покрышек, которые раньше молчали, он поворачивал. Он ехал прямо на тротуар. Прямо туда, где стояла Мия.

Система не сломалась.

Она адаптировалась. Она проанализировала мои действия, поняла, что я защищаю NPC, и создала новую, абсолютно непреодолимую угрозу. Скрипт, от которого нельзя было увернуться. Сценарий, в котором не было безопасной ниши.

Все эти гайды про «Слезу Сироты», все эти намеки… это была не ловушка.

Это была ложь. Идеально продуманный отвлекающий маневр. Настоящий тест был не в том, чтобы перехитрить систему. Настоящий тест начинался сейчас.

В моем мозгу, как на экране компьютера, вспыхнули два окна.

Окно первое: Аналитик. «Эксперимент завершен. Результат: система обладает адаптивным контр-сценарием. Гипотеза о статичности скриптов неверна. Цель достигнута. Дальнейшие действия не требуются. Система победила».

Окно второе: Человек. «Маленькая девочка. Сейчас ее убьют».

У меня была доля секунды на выбор. Остаться в стороне, зафиксировать результат и хладнокровно принять поражение. Или…

Я не думал. Я действовал.

Ноги сами сорвались с места. Из груди вырвался хриплый, инстинктивный крик, просто чтобы привлечь ее внимание, заставить ее обернуться. Я несся по идеально чистому асфальту, видя, как мир сужается до одной точки – маленькой фигурки в желтом платье.

Я врезался в нее, как в кеглю, вкладывая в толчок весь свой вес.

Отбросил ее в сторону, в безопасный угол между стеной дома и массивной бетонной клумбой.

Она упала, испуганно вскрикнув.

За мгновение до удара я успел увидеть ее лицо. Ее широко раскрытые, испуганные глаза. Глаза спасенного NPC-ребенка, которые выглядели пугающе живыми.

А потом последнее, что я увидел в Туториале – огромная хромированная решетка радиатора, которая, казалось, злорадно ухмылялась своими изгибами. Она заполнила все мое поле зрения, вытесняя свет, звук и сам мир.

Темнота.

Темнота была абсолютной.

Я ждал. Ждал привычного серого фона, сообщения о смерти и предложения перейти к созданию нового персонажа.

Но ничего не происходило.

Вместо этого – резкий рывок, словно меня выдернули из кресла за шиворот, и я оказался… в главном меню.

Перед глазами, на фоне безмятежного пейзажа Тихой Гавани, стоял мой основной персонаж. Маркус. 10-го уровня. Я с недоумением смотрел на него. Почему я здесь? Где экран создания персонажа?

И тут в центре экрана начали появляться системные сообщения.

Одно за другим.

Шрифт у них был другой – не стандартный игровой, а более строгий, похожий на системный лог.

Аномальное поведение пользователя зафиксировано.

Протокол «Стандартный бонус» отменен.

Инициализация протокола «Нелинейная Награда»…

…

Присвоение уникальных перков…

Я читал это и чувствовал, как по спине ползут мурашки.

Получен уникальный перк: «Ирония Судьбы».

Некоторые вещи случаются… просто потому что. Вероятность получить критический урон от объектов окружения (падение предметов, срабатывание ловушек и т. д.) снижена на 100%.

Перк, полученный за то, что несмотря на все мои ухищрения, меня раздавил иссекай-грузовик?

Получен уникальный перк: «Старший Братик».

Доброта – это тоже сила. Начальная репутация с NPC-детьми и некоторыми NPC персонажами получает бонус. Они с большей вероятностью поделятся с вами информацией или попросят о помощи.

Я смотрел на эту строчку, и меня пробило на нервный смех. Я провалил тест на интеллект и хитрость. Я не смог переиграть систему. Но я, сам того не зная, сдал какой-то другой экзамен.

Тест на эмпатию.

Системный аналитик прошел тест на эмоции…

А потом появилось последнее сообщение, самое странное.

Получен уникальный перк: «Взгляд Аналитика».

Внимание к дета… ERROR, ERROR, ERROR…

Ошибка привязки объекта. Перенос предмета в инвентарь основного персонажа…

Предмет добавлен в инвентарь: [Тряпичная кукла].

Я был ошеломлен.

Что за багнутый перк? И бонусы?

Бонусы, полученные на твинке, не могут переноситься на другого персонажа. Это нарушало фундаментальный, базовый закон любой ММО. Это была не просто лазейка в коде. Это было прямое, грубое нарушение самих правил игры, словно ИИ протянул свою цифровую руку через барьер между аккаунтами и положил мне в карман то, чего там не должно было быть.

Я лихорадочно выбрал Маркуса и вошел в игру.

Привычный экран загрузки – панорама Лирии-Порта.

Медленно ползущая полоска прогресса – в этот раз вела себя странно. Загрузка длилась дольше обычного. На третьей, четвертой секунде, когда полоска замерла где-то на середине, экран на мгновение моргнул, словно от скачка напряжения.

И в этот момент по нему, поверх красивой картинки, на долю секунды пробежала строка. Тонкая, едва заметная, написанная системным зеленым шрифтом. Для обычного игрока это был бы просто мелкий, незаметный графический артефакт. Случайный мусор загрузочного экрана.

Но для меня, для человека, который провел тысячи часов, глядя в отладочные консоли и системные логи, эта строка была не мусором. Это был крик. Это было эхо в глубинах системы.

Мозг, натренированный годами, сработал как высокоскоростная камера. Он выхватил и расшифровал этот мимолетный сигнал прежде, чем тот успел исчезнуть.

…kernel_security_override… UID: 734-Azure-9… data_transfer_anomaly… flag: MONITOR_ACTIVE…

Строка исчезла.

Полоска загрузки дернулась и поползла дальше. Через пару секунд Маркус появился на дороге у Моста Испытаний, залитый ярким солнцем «Этерии».

Но я едва замечал игровой мир.

Холодок, ледяной и острый, пробежал у меня по спине. Я рывком стянул шлем.

Я сидел в своем кресле в темной квартире, но чувствовал себя так, словно оказался голым под светом мощного прожектора. Я не просто понял эти слова. Я знал их значение, как хирург знает название каждого инструмента на своем столе.

kernel_security_override – Обход протоколов безопасности ядра. Кто-то – или что-то – на самом низком, системном уровне обошел стандартные ограничения.

UID: 734-Azure-9 – Мой старый рабочий ID в «НейроВертексе». Система идентифицировала не просто мой игровой аккаунт. Она опознала меня.

data_transfer_anomaly – Аномалия передачи данных. Это были мои перки. Моя кукла. Система зафиксировала невозможное как свершившийся факт.

flag: MONITOR_ACTIVE – Флаг: «Наблюдение Активировано».

Последние два слова были самыми страшными. Это не было сообщением об ошибке. Это был статус. Команда.

Меня заметили.

Паника длилась ровно мгновение, а затем ее вытеснил холодный анализ. Я заставил себя сфокусироваться на данных.

UID: 734-Azure-9. Мой старый рабочий идентификатор. Это был ключ. Кто имел к нему доступ?

Гипотеза № 1: Автоматизированная система. Часть кода самого ИИ, возможно, остаток от «Ковчега», среагировала на мой ID как на аномалию. Это был лучший сценарий. Система может быть просто любопытна, изучая необычное поведение пользователя.

Гипотеза № 2: Человеческий фактор. Кто-то из персонала в «НейроВертексе». В любой сложной системе остаются бэкдоры и протоколы отладки. Если мой ID вызвал системный флаг, то кто-то мог получить уведомление. Этот сценарий был куда опаснее. Система предсказуема. Человек – нет.

Я не знал, какая из гипотез верна. А это значило, что теперь я должен действовать так, будто верны обе. Каждый мой шаг должен быть безупречен не только с точки зрения игровой логики, но и с точки зрения сокрытия моей истинной цели.

Восторг первооткрывателя, который только что нашел неизведанный континент, смешался с леденящим кровь страхом туземца, увидевшего в небе дрон-разведчик. Я сломал не просто скрипт. Я нарушил какие-то внутренние, куда более важные протоколы. И теперь я под наблюдением.

Игра перестала быть просто игрой. Она превратилась в минное поле.

А я только что наступил на первую из них.

***

Я сделал несколько глубоких вдохов и вернул нейрошлем на голову.

Персонаж появился на той самой дороге у Моста Испытаний, где я его и оставил.

Первым инстинктивным движением я открыл инвентарь. Руки моего аватара не дрогнули, но сердце в реальном мире колотилось так, что я чувствовал его пульсацию в висках.

Мне нужно было убедиться. Убедиться, что это не было галлюцинацией, не было сложным, многоуровневым сном.

Она была там. В последней ячейке, рядом с [Перчатками травника], лежала [Тряпичная кукла]. Неказистая, с криво пришитыми глазами-пуговицами. Раньше она вызывала лишь недоумение. Теперь – почти суеверный страх. Это был не предмет. Это была улика. Зловеще реальное доказательство моего преступления против законов этого мира.

[Тряпичная кукла] (Качество: божественное)

Тип: Квестовый предмет (???)

Описание: «Ей, наверное, скучно там одной».

(Этот предмет нельзя выбросить или продать)

Я смотрел на эту куклу, и мороз пробежал по коже. Я не получил бонус. Я не получил ничего, что сделало бы меня сильнее в бою или богаче. Я получил нечто другое. Качественное, а не количественное.

Я получил доказательство.

Мои действия не просто вызвали сбой. Они спровоцировали фундаментальное нарушение правил игры. Я не нашел лазейку. Я пробил дыру в самой стене. И теперь в моих руках был артефакт из «зазеркалья» – предмет, которого не должно было существовать, награда за поступок, который я совершил не как игрок, а как человек.

Я огляделся.

Солнце «Этерии» грело вполне ощутимо, ветер шевелил траву у обочины.

Все было как прежде, но мир для меня изменился навсегда. Внезапно в памяти проступили зеленые буквы системного лога: flag: MONITOR_ACTIVE.

Вздохнув, я постарался откинуть эти мысли в сторону.

Я открыл окно персонажа. Под списком базовых характеристик, там, где у других игроков обычно пусто, у меня появились две новые строки.

Уникальные перки:

– Ирония Судьбы

– Старший Братик

Система вознаградила меня не сноровку, а за поступок. Не за хитрость, а за жертву. Это было так нелогично, так неправильно с точки зрения геймдизайна, что я окончательно убедился – я имею дело не со скриптами. Я имею дело с чем-то другим. С чем-то, что мыслит по-своему.

Стоп, а где третий перк? «Аналитик», его не было…

Пальцы сами собой потянулись к иконке куклы. Схватить. Перетащить за пределы инвентаря. Выбросить. Уничтожить улику.

Вспыхнуло красное системное сообщение:

Этот предмет нельзя выбросить.

Я попробовал перетащить его в другую ячейку.

Этот предмет нельзя переместить.

Она была привязана ко мне. Не просто лежала в инвентаре – она стала частью моего персонажа. Моим клеймом и моей тайной.

Взгляд снова упал на окно персонажа. Где третий перк?

«Взгляд Аналитика». Я точно помнил, что он был. Куда он делся?

И тут до меня дошло. Он не исчез!

Он уже был активен. Интуитивно я использовал его с самого начала, разглядывая перки. Я мысленно сфокусировался на кукле, намеренно активируя способность.

Строка описания куклы на мгновение дрогнула, покрывшись системными помехами, словно интерфейс пытался прочитать данные с поврежденного сектора. На долю секунды я увидел не игровой текст, а обрывок лога:

…ERROR: Object reference not set to an instance of an object…

Это была не просто игровая ошибка. Это была фундаментальная ошибка на уровне самого движка. «Ссылка на объект не указывает на экземпляр объекта». Проще говоря, система пыталась получить данные о предмете, которого, с ее точки зрения, не существовало.

Но вот же он, у меня в инвентаре. Он был парадоксом, воплощенным в коде.

Я закрыл все окна и глубоко вздохнул виртуальным воздухом.

Смесь дикого азарта первооткрывателя и леденящей тревоги преследуемого.

Я был один на один с этим знанием.

Рассказать Сереге? Он бы снова рассмеялся и посоветовал поменьше думать и побольше качаться.

Я был носителем тайны, которую никто не мог понять и в которую никто бы не поверил.

План двигаться в Лирию-Порт оставался в силе. Но теперь его цель кардинально изменилась. Мне нужен был не новый шмот или высокоуровневые квесты. Мне нужна была информация. Я должен был понять, что значат эти странные, качественные, а не количественные перки. Я должен был выяснить, что это за кукла, которая нарушила базовый закон вселенной. И самое главное – я должен был узнать, кто и зачем активировал протокол наблюдения за моим аккаунтом.

Обычная игра, с ее гриндом и прокачкой, приобрела для меня иной смысл.

Мой главный квест не был записан ни в одном журнале.

Мое приключение – исследование самой системы, взлом ее фундаментальных законов.

Я в последний раз оглянулся на Мост Испытаний, оставшийся позади. Он был границей не только между локациями.

Он был границей между игрой и… чем-то большим.

А затем я развернулся и один, без провожатых и союзников, шагнул на дорогу, ведущую в ядовитые туманы Великих Болотин.

***

Стоило мне углубиться в Великие Болотины, как уютный мир Полуострова Первых Шагов показался далеким, почти нереальным сном.

Здесь все было другим. Враждебным. Воздух стал тяжелым и влажным, он пах тиной, гнилью и прелой листвой. Низко висящий туман скрадывал очертания предметов, превращая искривленные, покрытые мхом деревья в силуэты чудовищ. Тишина давила, и каждый шорох камышей, каждое бульканье воды в мутных топях заставляло вздрагивать.

Протопав по дороге от моста с километр, я дошел поселка.

Деревня Топкого Берега была под стать окружающей местности. Полтора десятка унылых, покосившихся домов на самом крупном из островков суши. Жители, потомки сосланных сюда когда-то каторжников, смотрели на меня с мрачным, нескрываемым подозрением. От них веяло безнадегой.

Я перенес точку возврата к Путеводному Камню и пошел на поиски местных квестов.

Ближайший житель отказался со мной говорить, но отправил к главе.

Идти было не далеко.

Староста, жилистый старик с пергаментной кожей, принял меня в своем доме, пропахшем сушеными травами.

Он без лишних предисловий перешел к делу.

– Ты, видать, искатель приключений, – проскрипел он, глядя на мой меч. – Коли так, есть у нас для тебя работа. Наши болота сходят с ума. Туман стал ядовитым, животные – злее диких бесов, а вода в колодцах горчит. Мы люди простые, нам с этим не совладать. Избавь нас от этой напасти и я тебя награжу.

В моем журнале появилось новое задание:

«Ядовитый Туман»

Я не увидел в этом квесте ничего, кроме стандартной игровой задачи. Есть проблема, есть монстры, значит, нужно найти и убить главного монстра. Все просто. Бей и сдавай задание.

Я вышел из деревни и направился вглубь топей. Первые же противники – Болотные Твари, медлительные, но живучие гуманоиды, сотканные из грязи и гнилых веток, – показали мне всю тщетность моих планов.

Болотная Тварь

Уровень: 11

Тип: Обычный монстр

Вдвоем с Сергеем мы бы раскидали их без проблем. Но в одиночку, без выбранного класса…

Паровоз Сергея предстал с другой стороны – раньше я не задумывался о навыках – добивай моба и получай опыт.

Теперь же мой [Крепкий стальной меч] вяз в их рыхлых телах, нанося смехотворный урон. Они же били медленно, но тяжело, каждый удар отнимал приличный кусок моей полоски здоровья.

Да еще и туман.

Вы находитесь под действием эффекта [Ядовитый Туман].

Вы получаете 1 единицу урона от яда раз в 20 секунд.

Мелочь. Но эта мелочь медленно, но верно сжирала мое здоровье, не давая ему восстановиться после боя.

Во время третьей стычки я был на грани гибели. Здоровье упало до критической красной отметки. Я с трудом отбился от последней твари и, тяжело дыша, прислонился к склизкому стволу дерева.

Пришлось выпить одно из трех драгоценных лечебных зелий выданных за квесты в нуболоке.

Стало очевидно: силовой подход здесь не сработает. Я был слишком слаб. Слишком одинок. Гриндить мобов в этих болотах – верный путь на кладбище.

Унизительное чувство бессилия охватило меня. Вот он, хваленый аналитик, обладатель уникальных перков, не способный справиться с рядовыми монстрами в локации для новичков.

Я отступил обратно к деревне, чувствуя себя побитой собакой.

Само собой, в поселке не было наставников для обучения классам, назад в нуболоку меня не пропустят, а до центрального города я могу и не добраться.

Нужно было остановиться. Нужно было подумать.

Силовой подход здесь был бесполезен. Значит, нужно было искать другое решение. Элегантное решение.

Отступив на безопасное расстояние, я опустился на корягу у самой кромки деревни. Чувство унижения прошло, сменившись холодной сосредоточенностью. Прямолинейный подход провалился. Время включать мозг. Время применять те инструменты, которых нет у других.

Я решил сменить тактику. Хватит сражаться. Пора исследовать.

Мой взгляд упал на воду в протоке, омывающей деревню. Она была темной, почти черной, с маслянистыми радужными разводами на поверхности. Что-то было не так. Я сосредоточился, пытаясь посмотреть на эту воду не как игрок, а как аналитик, ищущий аномалию.

Легкая, почти невидимая голубоватая аура окутала поверхность воды. Сбоку от нее всплыла небольшая текстовая подсказка со знаком вопроса.

[Химический состав воды изменен. Источник?]

Я моргнул, пораженный. Это не было стандартной игровой подсказкой.

Это был он. Мой перк. Мой «Взгляд Аналитика», полученный в Туториале.

Скрытый! Он не давал мне ответов. Он задавал правильные вопросы, подсвечивая то, на что обычный игрок не обратил бы внимания.

Азарт исследователя захлестнул меня. Я вернулся к телам тех трех Болотных Тварей, которых с таким трудом одолел. Они еще не успели исчезнуть.

Я снова активировал «Взгляд», изучая их. И снова система откликнулась. Тела монстров подсветились той же голубоватой аурой.

[Физиологические аномалии]

[Поведение нетипично для данного вида]

[Причина: внешнее воздействие (яд/болезнь)?]

Все вставало на свои места. Монстры изначально не были агрессивными – они просто были больны. Как та саламандра в пещере.

Вода была отравлена. Это была не военная, а экологическая проблема.

Я снова был на верном пути.

Погруженный в свои мысли, я сканировал взглядом окрестности, ища другие аномалии. Но заметил кое-что другое.

На самом краю видимости, там, где туман сгущался, превращаясь в непроницаемую белую стену, я заметил человеческий силуэт. Он был едва различим, темное пятно на сером фоне. Он не двигался. Не приближался. Он просто стоял и смотрел.

Моя профессиональная паранойя, отточенная годами корпоративных войн, взвыла сиреной. Это был не NPC. У NPC есть маршруты, циклы поведения. Этот же стоял неподвижно, как хищник в засаде. Это был игрок. Но что ему нужно в этой богом забытой трясине? Почему он наблюдает за мной?

Я медленно, стараясь не делать резких движений, пошел в его сторону. Я хотел разглядеть его ник, его снаряжение. Силуэт оставался неподвижен еще несколько секунд, а потом, когда я приблизился на пятьдесят метров, он просто… растворился. Не исчез, как при выходе из игры, а плавно растаял в тумане, словно его никогда и не было.

Холодок, который я ощутил после загрузки, вернулся с новой силой.

flag: MONITOR_ACTIVE.

Это была не шутка. Это не были мои домыслы. За мной действительно следили. И это был не бездушный системный протокол. Это был кто-то живой.

Наблюдатель.

Глава 6

В тот вечер у меня было назначено свидание с Машей.

Кажется, наше третье. Или четвертое. Я сбился со счета.

Мы сидели в уютном, но безликом кафе, из тех, что похожи друг на друга в любом городе мира.

Я был переполнен своими открытиями и не мог, да и не хотел, говорить о чем-то другом. Я пытался, используя аналогии и упрощения, поделиться с ней частичкой того восторга, который испытывал.

– Представь себе мир, который притворяется простым, – говорил я, жестикулируя так активно, что едва не опрокинул чашку с латте. – На поверхности все очевидно, все работает по понятным законам. Но если копнуть глубже, ты понимаешь, что это лишь ширма. Что на самом деле это сложнейшая, многоуровневая головоломка, которая постоянно наблюдает за тобой и реагирует на твои действия. Это… это как диалог с гением!

Маша слушала меня с вежливой улыбкой. Она кивала в нужных местах, но я видел ее глаза. Они были пусты. В них не было ни искорки понимания, ни тени того азарта, который сжигал меня изнутри. Она слышала слова, но не улавливала музыку.

– Звучит… интересно, – наконец сказала она, когда я сделал паузу, чтобы перевести дух. – Ты так увлеченно рассказываешь.

А потом она сделала то, что окончательно разрушило хрупкую иллюзию нашего возможного общего будущего. Она взяла меня за руку и, с той же милой улыбкой, сказала:

– Андрюш, может, хватит о работе? Давай лучше в кино сходим? Там новый ромком вышел, говорят, очень смешной.

Что-то у меня в голове щелкнуло и я посмотрел на эту сцену с другой стороны.

Между нами была не стена. Между нами была пропасть. Целая вселенная. И я только сейчас увидел эту пропасть с абсолютной, безжалостной ясностью.

Мой мир – это сложные системы, скрытые правила, элегантные решения и «замыслы создателей». Мир, где высшее наслаждение – это найти аномалию и понять ее логику.

Ее мир – это понятные эмоции, простые развлечения, уютные вечера и смешные ромкомы. Мир, где не нужно ничего анализировать, а нужно просто чувствовать.

Оба этих мира имели право на существование. Но они были несовместимы. Они существовали в разных измерениях, которые могли соприкоснуться на мгновение в безликом кафе, но никогда не смогли бы пересечься по-настоящему.

– Знаешь, Маш, – я мягко высвободил свою руку. – Думаю, кино – это отличная идея. Но, наверное, тебе лучше сходить на него с кем-нибудь другим.

На удивление, она приняла это абсолютно спокойно. Кивнула, допила свой кофе и просто ушла.

Это был не разрыв. Это не было трагедией.

Мы просто признали что мы слишком разные и дальше будет все сложнее.

Это была интересная попытка вернутся к отношениям, но для меня она в очередной раз провалилась.

Теперь я мог, не отвлекаясь, не пытаясь кому-то что-то доказать или объяснить, с головой уйти в тот мир, который был мне по-настоящему интересен.

В свою головоломку.

***

Мой «Взгляд Аналитика» упорно указывал на одно и то же место.

Не какое-нибудь логово монстров в глубине топей, не проклятая башня мага.

Древний Акведук.

Гигантское, полуразрушенное каменное сооружение времен Старого Королевства, которое, словно скелет доисторического змея, пересекало все болота. Логика была проста: если отравлена вся вода в регионе, значит, источник проблемы – в том, что связывает все водные артерии воедино.

Я ожидал найти там гнездо хаотических гигантских слизней или логово сектантов. Но вместо этого я увидел одинокую фигуру.

Имя: Шестеренка

Уровень: 14

Класс: Плут

По колено в мутной, ржавой воде, у основания одной из опор Акведука, стояла девушка-игрок. Коротышка. Видимо гномиха, я пока не разобрался как выглядят какие расы и как их различать.

На ней была легкая кожаная броня [инженера-разведчика], вся в карманах и ремешках, а на поясе болтался целый арсенал инструментов: отмычки, маленькие отвертки, какие-то щупы и клещи. Защитные очки-гогглы были сдвинуты на лоб, открывая лицо, сосредоточенное до такой степени, что, казалось, она не замечает ничего вокруг.

Она была полностью поглощена своим занятием – увлеченно ковырялась в каком-то древнем, заросшем тиной механизме, встроенном в основание опоры.

Ее ник – «Шестеренка» – идеально соответствовал ее виду.

Я не стал подходить. Я замер за ближайшим валуном и начал наблюдать. Рядом с ней в воде плавали трупы двух или трех Болотных Тварей. Значит, она способна за себя постоять. Но то, что она не полутала трупы – говорило о многом. Бой для нее был не целью, а досадной помехой, отвлекающей от настоящей работы.

Я наблюдал за ней минут десять, и с каждой из них мой профессиональный интерес рос.

Она не пыталась взломать механизм силой или прожать случайные кнопки в надежде на «авось». Ее действия были методичны и осмысленны. Она не была вандалом, она была реставратором.

Вот она достает какой-то щуп и осторожно измеряет зазор между двумя огромными, заклинившими шестернями.

Вот она прикладывает ухо к металлу, прислушиваясь к внутренним звукам.

Вот она достает из-за пояса маленький молоточек и легонько простукивает одну из труб, ведущих вглубь конструкции, явно пытаясь определить по звуку, пустая она или заполнена.

Казалось, она не играла, а работала. Она проводила сложнейший технический анализ древнего устройства, пытаясь не просто заставить его включиться, а понять принцип его действия.

Я смотрел на нее и видел не просто другого игрока. Я видел родственную душу.

«Коллегу».

Человека, который, как и я, воспринимал этот мир не как набор мобов и квестов, а как огромную, сложную систему. Только ее сфера была не анализ данных и логика алгоритмов, а чистая, практическая инженерия.

Впервые с момента выхода с Полуострова Первых Шагов я почувствовал, что не один в этом мире.

Я решил прервать ее изыскания.

Подходить к игроку, который очевидно занят чем-то важным, с банальным «Привет, нужна помощь?» было бы неразумно. Нужно было сразу говорить на ее языке.

Я вышел из-за валуна, шлепая по воде.

– Думаешь, проблема в механизме? – спросил я, останавливаясь в паре шагов от нее.

Она вздрогнула от неожиданности, и в ее руке тут же мелькнул короткий кинжал. Увидев, что я не представляю угрозы, она с явным раздражением от того, что ее оторвали от дела, бросила на меня быстрый, оценивающий взгляд.

– А в чем еще? – ответила она быстро, почти на выдохе, используя незнакомый мне технический сленг. – Эта штуковина явно должна что-то фильтровать. Смотри, редуктор давления заклинило намертво, и вся система встала. Я тут уже час пытаюсь понять, что заклинило первым – байпасный клапан или сама червячная передача. Это не баг, это фича.

Ее мозг работал со скоростью процессора. Она видела сломанный механизм и искала сломанную деталь.

– Поломка механизма – это следствие, а не причина, – возразил я, тут же включаясь в спор. – Что-то изменилось в самой воде. Ее химический состав стал более агрессивным. Это разъело резиновые или кожаные уплотнители, из-за чего и заклинило твой редуктор. Чинить механизм бесполезно, пока мы не найдем источник загрязнения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.