Алина Мещерякова
Следуй за светлячками

Пролог

15 мая

Дорогой дневник,

Вот и закончились мои школьные дни в пансионе святой Елизаветы. Даже не верится, я провела здесь целых десять лет, а сегодня получила все необходимые документы и свободна теперь как птица. Конечно, когда покидаешь родные края, становится немного страшно, ведь за порогом столько дорог, но я верю, что меня ждет самая необыкновенная судьба.

Знаешь, наша директриса, Анна Сергеевна, даже прослезилась, вручая мне диплом. Еще бы, ведь она была первой, кто встретил меня, маленькую сиротку, на пороге пансиона, когда тетя привезла меня туда. Анна Сергеевна всегда была рада мне и готова дать дельный совет или утешить в трудную минуту. А их в жизни девочки-сироты хватает, ты знаешь… Нет, конечно, мне еще грех жаловаться, ведь учителя были ко мне добры, да и с девочками у нас не так часто возникали какие-то недопонимания, но все же очень грустно всего в восемь лет остаться без семьи. Порой я чувствовала себя самым одиноким человеком на свете, и первое время горько плакала по ночам. Да, у меня осталась тетя, но она небогата, а потому решила, что я стану лишь очередным ртом в их семье, и отправила меня на воспитание в приют, где за последующие годы навестила всего несколько раз. Я не виню ее, ведь в наши дни очень трудно прокормить четверых детей в маленьком городке, но в детстве мне бы хотелось, чтобы она с моими братьями и сестрами навещали меня почаще. А они не приехали даже на мой выпускной.

Но не время думать о грустном. Я пишу эти строки, сидя в поезде. Впервые в жизни решила себя побаловать и взяла билет в первый класс! Должно быть, глупо было потратить половину своих сбережений на такой дорогой билет, но уж очень мне хотелось узнать каково это – наслаждаться жизнью. Здесь все такое роскошное, что мне даже слегка неловко за свое скромное платье и все время казалось, что другие пассажиры смотрят на меня с подозрением. Поэтому я слегка задирала нос, чтобы казаться более уверенной. Но, должна признаться, малина со сливками в вагоне буфете была так хороша, что я позабыла обо всех глупых тревогах. Интересно, какого это, не испытывать нужды и считать такую жизнь нормой? Наверное, люди, которые так живут, очень счастливы и никогда не болеют.

Еще с месяц назад я решила, что после окончания учебы мне нужно перебираться в Градец. Ведь в столице наверняка найдется куда больше возможностей, чтобы исполнить мою заветную мечту и открыть пансион для девочек из неблагополучных семей. Если и есть в мире задача, для которой я должна жить, так это помощь тем, кому пришлось так же, как и мне, а может и хуже. Не хочу, чтобы другие чувствовали себя такими же несчастными, как я в свое время.

Скопленных денег мне должно хватить на первое время, чтобы найти себе какое-нибудь жилье, но как можно скорее я должна устроиться на работу! Ведь открыть целый пансион задача не легкая, да и денег для этого нужно не мало. Но, к счастью, пансион святой Елизаветы не последний в нашем графстве, а значит мне не составит труда получить должность преподавателя или гувернантки в какой-нибудь семье. Хорошо бы, конечно, найти работу с проживанием… В прочем, пусть я наивна, но все же уверена: все точно сложится наилучшим для меня образом.

На этом я закончу. Через несколько минут мой поезд прибудет на нужную станцию, а значит пора собирать вещи и делать первый шаг во взрослую жизнь.

Пожелай мне удачи, и путь Божья милость поможет мне на этом пути.

16 мая

Дорогой дневник,

Мне понадобился всего один день, чтобы найти подходящую работу в незнакомом городе. Невероятная удача? Конечно же да! Но кто сказал, что мне не должно было повезти?

Сойдя с поезда, я отправилась в небольшую гостиницу, которую мне посоветовал милый дедушка-контролер, когда помогал спустить чемоданы по узким ступеньками на серый камень перрона. Гостиница была совсем небольшая, но чистая, светлая и вполне мне по карману. Она расположилась в трехэтажном домике в исторической части города. Первые два этажа были отданы постояльцам, а на третьем жила хозяйка с мужем и очаровательной кошкой Маркизой.

После долгого путешествия и пережитых волнений я позволила себе хорошенько выспаться, а на следующее утро надела свое самое нарядное платье и отправилась на улицу, чтобы раздобыть что-нибудь съестное.

– Раз уж это первый день моей взрослой жизни, – решила я, – то он непременно должен быть похож на праздник. Это ведь давно известная истина: как за дело возьмешься, так оно и закончится. А я-то уже постараюсь исполнить все свои мечты!

С такими мыслями я вышла из гостиницы, кивнув на ходу улыбчивой хозяйке, и пошла на умопомрачительный запах булочек с маком. привел меня к небольшой пекарне, возле которой стояло несколько круглых лакированных столиков на выгнутых ножках. День стоял погожий, поэтому, заказав две булочки с маком и стакан молока, я села на улице и взяла забытую кем-то газету. Утро дышало ленивой негой, какая бывает при хорошей погоде. Горожане неспешно шли на службу, стуча каблуками по вымощенной мостовой. Вдалеке слышался детский смех. Все вокруг говорило о счастливой и спокойной жизни, какую я и представляла себе после выпуска в детских мечтах. Слегка прищурившись от яркого света, я сосредоточилась на прессе. Меня не слишком интересовала политика и новости экономики, но стоило мне добраться до раздела с рассказами и стихами молодых авторов, как я, забыв обо всем, погрузилась в чтение. К реальности меня вернуло чье-то вежливое покашливание. Я подняла глаза. Хозяин пекарни стоял с возле моего столика с готовым заказом:

– Простите, барышня, позвольте я поставлю стакан.

– О, благодарю Вас, – Я слегка смутилась от того, что заставила его ждать.

– Не стоит, – Мужчина добродушно усмехнулся, а затем указал на газету, – Никак увлекаетесь современной литературой?

– По правде сказать, мне бы сейчас совсем не на это тратить время, но все же не удержалась. Виновна, – развела я руками.

– А чем же должна быть занята юная барышня в такой приятный день?

– Барышне нужно искать работу, – слегка передразнила я его с улыбкой, – Но вот только совершенно не знаю, с какого боку за это приняться!

– Так вы газетку-то переверните, да посмотрите в разделе с объявлениями. Глядишь и подвернется что-то подходящее, – Я послушно выполнила его указание. И правда, последняя страница газеты была посвящена объявлениям и предложениями о работе. Одно из них сразу же бросилось мне в глаза. «Предлагается работа для молодой девушки. Состоятельная семья из высшего сословия ищет гувернантку для двух девочек одиннадцати лет. Просьба кандидаток обращаться лично по адресу: улица Садовая, дом три по левой стороне. Вход для прислуги со двора.»

– Простите, вы не подскажете, как пройти на Садовую улицу? – Я вскочила, залпом допила молоко и схватила пакет с булочками.

Пекарь любезно объяснил мне, как лучше пройти. Я поблагодарила его и поспешила в нужном направлении, цокая по брусчатке каблучками и запихивая на ходу в рот неприлично вкусные маковые булочки. Скажешь, это не слишком прилично для будущей гувернантки? Но что поделать, я очень боялась упустить это место.

Я без труда отыскала на нужной улице большой розовый дом с колоннами. Он был окружен диким садом в английском стиле и, казалось, занимал добрую половину улицы.

– Уж не в твою ли честь она Садовая, – улыбнулась я.

Вход для прислуги, как и было сказано в объявлении, действительно находился на заднем дворе. Из-за этого мне пришлось немного побродить по улице, чтобы найти заднюю калитку. Кованная металлическая дверца с легким скрипом распахнулась и впустила меня в таинственный лес. По тропинке я дошла до заднего входа в дом и аккуратно, но решительно постучала гольцом о деревянную дощечку.

Дверь мне открыла пухлая женщина в переднике. Ее лицо было слегка испачкано мукой, поэтому я решила, что она кухарка. Я объяснила, кто я такая и зачем пришла. Женщина смерила меня презрительным взглядом и слегка подвинулась. Я приняла это за приглашение войти в дом и протиснулась мимо нее. Тогда она, все так же не говоря ни слова, грубо схватила меня за руку и протащила через служебное помещение к черной лестнице. Поймав одну из горничных, она схватила ее свободной рукой за плечо и подтолкнула ко мне:

– Вот эта, – Она кивнула головой в мою сторону, – к маленьким хозяйкам в гувернантки пришла, чтобы им, маленьким лентяйкам. Давай-ка отведи ее к старшей хозяйке, раз уж без дела маешься.

– Ох, и договоришься же ты, Клавдия, – девушка мягко освободила руку и забрала у кухарки мою, – Глядишь, хозяйка услышит, что ты про ее девочек так говоришь, что будет? Ладно, пошли, – Она повернулась ко мне, и, пока мы поднимались по лестнице, представилась, – Кстати, я Мария, но все зовут меня Мари.

Глаза предательски защипало, и вовсе не от того, что на лестнице было пыльно. Марией звали мою маму.

– Очень приятно, Мари, я Елена, но ты можешь звать меня Элли.

Мария слегка сжала мою руку:

– Если устроишься к нам работать, можешь считать, что один друг у тебя здесь уже есть.

Она довела меня до комнаты с большой деревянной дверью, постучала три раза и, услышав глухое «Войдите», ободряюще мне улыбнулась и ушла.

Я осторожно зашла в кабинет. Там, за столом из красного дерева сидела худая женщина со строгим лицом и такими тоники губами, словно она только что поджала их, увидев что-то неприятное.

– Я вас слушаю, – Хозяйка дома даже не взглянула на меня, – У меня очень мало времени.

– Добрый день, сударыня, – Я присела в традиционном книксене, – Меня зовут Елена Добромышская. Я бы хотела стать гувернанткой ваших дочерей.

– Какое у вас образование? Где-то работали?

– Нет, я только окончила пансион святой Елизаветы, и это будет, по правде, моя первая работа, но я очень старательная, знаю несколько языков и отлично разбираюсь в литературе и словесности. Вы не пожалеете.

– А если через месяц вы сбежите и выйдете замуж?

Я покраснела:

– Поверьте, на такое я не способна.

Женщина смерила меня взглядом впервые за все время:

– Что ж, я, конечно, пожалею об этом, но с кандидатками нынче не густо, а вы воспитывались в приличном заведении, поэтому так и быть, я дам вам возможность. Можете сегодня же поселиться, а завтра приступить к обязанностям. Платить будем раз в месяц, а питаться можете со слугами. Выходной в воскресенье.

С этими словами она вернулась к бумагам, давая понять, что разговор окончен. Не веря своему счастью, я поклонилась и вышла из комнаты. Оглядевшись по сторонам, я запрыгала от радости. Опять скажешь, несолидно? А вот и не важно! Я теперь самостоятельная девушка с работой, и могу позволить себе маленькую шалость!

17 мая (утро)

Дорогой дневник,

Не в моих привычка жаловаться, но это просто какой-то кошмар! Не знаю, сколько я продержусь на этой работе прежде, чем сойду с ума.

Вчера после собеседования я сходила в гостиницу, чтобы забрать свои вещи, а после вернулась в дом, и Мари отвела меня в небольшую комнату на этаже для прислуги:

– Надеюсь, ты не против первое время пожить со мной, а то другие работники могут не сразу к тебе проникнуться.

Я, конечно, была не против. Эта девушка сразу подкупила меня своей мягкой улыбкой и тем, как она не стала отвечать злом на нападки кухарки Клавдии.

Мари была младше меня год. Ей пришлось досрочно закончить учиться в городской школе для девочек, чтобы помогать матери содержать семью. Ее отец умер несколько лет назад, а они с братом-близнецом были старшими из семи детей. Как только девушка достигла шестнадцати лет, с которых разрешалось работать, она тут же устроилась горничной, а почти все заработанные деньги отсылала родным.

– А впрочем, – рассказывала она, – Все не так уж и плохо. Здесь меня еще и кормят, да и за жилье не надо платить. А на сэкономленные деньги иногда даже какую обновку выходить купить из того, что подешевле. В воскресенье пойдем с тобой после церкви на ярмарку. Покажу тебе нужные магазинчики. Конечно, иногда что-то надо и перешить, но красота требует жертв. Она беззаботно рассмеялась, а я удивилась ее силе духа и подумала, что неспроста почувствовала в ней родственную душу при первой же встрече.

Я была рада, что, кажется, впервые за долгое время у меня может появиться настоящая подруга и надеялась, что смогу найти общий язык и с остальными жильцами дома, но как же я ошибалась.

Для такого большого особняка в доме было на удивление мало прислуги. Мари шепнула мне, что здесь задерживаются надолго либо самые отчаянные, либо похожие на хозяйку. О чем она говорила, я поняла лишь некоторое время спустя, когда мне самой пришлось той самой отчаянной, чтобы только не лишиться заветного места.

Во время первого же ужина с новыми сослуживцами я поймала на себе с десяток недобрых взглядов. Меня придирчиво рассмотрел каждый, кто был за столом: от распорядителя Степана до помощника лакея Гришки, основной обязанностью которого было чистить хозяйскую обувь. Но даже он смотрел на меня, так словно был сильно выше меня по статусу.

– Что ж, это понятно, – Подумала я, – Пришла новенькая, и они не знают, чего от меня ожидать. Надо показать им, что я хороший человек.

Я поймала взгляд Клавдии, которая разливала мутный рыбный суп со странным кислым запахом, улыбнулась ей и потянулась, чтобы взять тарелку. Женщина недобро усмехнулась и отпустила миску за секунду до того, как я смогла взяться за край тарелки. Горячее варево разлилось по скатерти и пролилось мне на юбку, обжигая колени через тонкий хлопок. На секунду мы захотелось завопить от боли и обиды, но я в мгновение ока поняла, что нельзя показать своей слабости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.