Елена Матеуш
При свете дня

Я знаю толк в историях

Здесь, под кронами деревьев, сгущалась темнота, хотя закат только догорал и небо над деревней светилось мягким золотом. Тропка, по которой спешила Яська, и днём-то еле угадывалась, а в вечернем сумраке и вовсе терялась. Девушка всё время боялась, что собьётся и свернёт не туда, забредёт в гущу леса, не найдёт дорогу к жилищу старой ведьмы.

Но она шла, продираясь сквозь заросли, не обращая внимания на боль от царапающих кожу ветвей и колючек. Боль в сердце жгла сильней. Ян, её Ян, женится на другой! На толстой дочке старосты. При мысли об этом из глаз Яськи вновь потекли слёзы.

Сколько помнила себя Яся, в её жизни всегда был Ян. Весёлый белокурый соседский мальчишка. Вначале друг, а потом и больше. Уже лет в семь Яська решила, что Ян – её суженный, и за десять лет, прошедших с того дня ни разу в том не усомнилась. И вот так внезапно потерять его – это как потерять руку, или ногу. Все говорят, что и без ног живут, вот только это невыносимо больно. Яська не готова отдать его другой.

И она этого не допустит. Ведьма ей поможет! Наведёт на Яна приворот, и тот забудет о старостовой дочке, вернётся к Яське.

****

Ведьма зажгла свечи и открыла шкатулку. Бликами огня засверкали лежащие там камушки. Старуха в задумчивости рассматривала свои сокровища. Какой из . них выбрать на сегодняшний вечер? Тот, кроваво-красный с историей ревнивого мельника, что извёл любовника своей молодой жены? Или тот – ярко-синий? Его отдал ей старый моряк, что хотел продлить жизнь заболевшей супруги. Истории моряка хороши, но ведьма столько раз проживала их, что знала уже на зубок. Хотелось чего-то нового.

Вдруг со двора раздался лай. Верный пёс предупреждал о приходе гостя. Точнее, гостьи, – убедилась ведьма, посмотрев в окно. Девчонка из соседней деревни. Вряд ли её история будет сложной. Сколько их таких наслушалась ведьма за свою долгую жизнь. Вечно одно и тоже: любовь, измена, ревность. Но, впрочем, рассказывать эту вечную тему можно по разному. Если эта девочка сумеет хоть чем-то её зацепить, то решено – помощь девчонке будет.

Яська во все глаза смотрела на ведьму и ничего страшного в её облике не находила. Обычная пожилая селянка. Как тётка Марья – такая же прокалённая солнцем, высушенная ветрами и зимами. Даже не такая уж старая, как все говорят. Вот только глаза. Глаза у ведьмы страшные. Словно прожила она уже тысячи жизней и видит тебя насквозь.

– Зачем пришла, девица?

– Я Яська. Из деревни Соломки. Говорят, ты приворот сделать можешь?

– Могу. Только зачем? Дурное это дело. Счастья не принесёт.

– Может, счастья и не принесёт. Только без него мне жизни не будет, – Яська сказала это сердцем, и увидела, что ведьма ей поверила, и поспешила добавить. – Я заплачу…

Она торопливо принялась развязывать платочек, куда заховала свои немногочисленные богатства: золотые серёжки с колечком, бусы и несколько монет.

– Заплатишь, – согласилась ведьма. – Да только не этим. Я с тебя другое спрошу.

– Что?

– Воспоминания. Расскажешь про свою любовь так, чтобы мне понравилось, – и я тебе помогу.

– Просто расскажу? И всё?

– Не просто. Твои воспоминания мне останутся. Видишь, у меня их сколько, – ведьма кивнула на раскрытую шкатулку, где сверкали отражённым блеском камни.

– А я что, всё забуду?

– Не совсем. Будешь помнить, но так как помнишь чужой рассказ. Словно это не с тобой случилось.

Яся не могла поверить,что ей так повезло! Избавиться от разъедающей горечи, что пекла в груди, стоило вспомнить, как Ян говорит о своей будущей свадьбе и ничего за это не заплатить? В чём здесь подвох?

– Согласна!

****

– Яся! Ясенька! Я передумал! Не нужно мне приданное, что староста посулил. На тебе женюсь! Только ты мне люба! Прости!

Ян схватил девушку за руку и попытался обнять, но она отстранилась.

– Нет. Не пойду я за тебя. Не хочу замуж.

– Обиделась? Прости! Скажи, как мне заслужить прощение?

Яся смотрела на ставшего чужим парня, и ничего в сердце не откликалось ни на его слова, ни на прикосновения, ни на любящий взгляд.

– Никак. Не люб ты мне больше. Женись на ком хочешь. Мне всё равно.

– А как же я? Мне без тебя хоть в омут!

Под его отчаянным взглядом в груди у Яси шевельнулась жалость:

– Не надо в омут. Лучше к ведьме сходи. Расскажешь ей всё, только правду. Она в историях толк знает, ложь почует. Если не соврёшь, то поможет, уберёт приворот, что я на тебя наложила.

При свете дня

По улице спешил парень и Малка вздрогнула. На миг ей показалось, что это Ян. Но ветер сорвал капюшон и рыжие кудри, сверкнувшие огоньком даже на расстоянии, убили надежду. Нет, это не он. Опять не он. А она ему так верила!

– Мы обязательно увидимся через месяц. Три часа пути – это ерунда! Я смогу приезжать к тебе на каждые праздники, – так убеждал её любимый.

Но через месяц вместо Яна пришло лишь письмо: “Милая, прости, в этот раз приехать не получилось. Препод по зельеварению просто лич какой-то. Если не сдам ему контрольную работу, то мне не видать стипендии. Обещаю, что к осеннему равноденствию я обязательно освобожусь и приеду”.

И Малка верила и ждала, ведь письма приходили каждую неделю. Потом стали приходить реже. Потом перестали приходить вовсе. От заглянувших в лавку закупить трав студиозов Малка узнала, что у них не только зимняя сессия давно прошла, но и каникулы уже заканчиваются, а Ян у неё так и не появился.

Она даже специально ходила на улицу, где стоял его дом и жила семья. Надеялась посмотреть на него хоть издалека, но не вышло. А потом увидела объявление, что дом продаётся. Его семья покинула город, и где они теперь живут, Малка не знала.

Она пыталась его забыть. Честно старалась! Но не вышло. И время не помогало. После смерти родителей Ян был её единственной радостью. И Малка решилась. Пошла к ведьме, что покупала травы для зелий в лавке, где она работала, и попросила помочь в беде. Отдала все деньги, что скопила, за самое сильное заклинание, что притянет к ней снова Яна, и теперь каждый вечер сидела у окна в ожидании. Пока бесполезном. Но сегодня, на седьмой день, он обязательно появится! Она чувствует!

И он пришёл. Ночью.

****

Прохладный весенний ветер задувал под капюшон и так норовил сорвать его с головы. Петер затянул потуже шнуровку и по привычке бросил взгляд на окно соседского дома. Светлого пятна девичьего личика сегодня снова не было. А он так привык за последнее время видеть его, возвращаясь с работы. Петер немного беспокоился: не случилось ли чего с девушкой?

Насколько он знал, соседка – сирота, и родни у неё в городе нет. Семья её переехала сюда года три назад, как раз перед эпидемией чумы, и не пережила её.

– Одна только дочка и осталась, – рассказывала Петеру хозяйка, сдававшая ему комнату. – Девушка неплохая – серьёзная, работящая. Вроде даже жених у неё есть, из хорошей семьи. Студент. Учиться уехал, но наверняка вернётся. Она себя блюдёт, ни с кем другим не гуляет.

Узнав, что сердце девицы занято, Петер выбросил вначале её из головы, хотя и нашёл её миленькой, когда несколько раз сталкивался с ней случайно в пекарне. И ни о чём таком не думал, замечая каждый вечер светлое пятно лица в соседнем окне. Но всё же исчезновение привычного светлого пятна встревожило. Вдруг девушка заболела, а ей и помочь некому?

Чтобы избавиться от неуместной тревоги, Петер решил сегодня понаблюдать за соседним домом. Когда там загорелся свет, и стройный силуэт замелькал в хозяйственных хлопотах, Петер понял, что волненье его напрасно. Девушка здорова и в помощи не нуждается. Хотел заняться своими делами, но не смог. Грациозные движения девичьего силуэта словно заворожили. Петер смотрел, как она что-то готовит на кухне, потом садиться и расчёсывает русые длинные пряди, выбирает платье, наряжается. Словно ждёт кого-то в гости.

“Странно! Хозяйка говорила, что жених у неё сейчас в другом городе”, – удивился Петер.

Ему стало неприятно, что девица оказалась не столь добродетельной, как о ней говорили. Он задёрнул шторки и отошёл от окна. Убедился, что соседка в помощи не нуждается, и ладно. Подглядывать за ней ему ни к чему.

Петер не собирался больше интересоваться девицей, живущей по соседству, но судьба, как в насмешку, решила по-другому. Мастер, у которого он работал, поручил ему пополнять запасы трав, которые сейчас, весною, когда народ болел особенно часто, уходили даже быстрее, чем зимой. Так что Петер едва ли не каждую неделю стал появляться в лавке, где работала продавщицей девица из дома по соседству.

Скоро он уже знал, что зовут соседку Малка, и девушка она любезная и скромная. С покупателями Малка говорила любезно, но ни разу Петер не заметил, чтобы она кокетничала с кем-то, строила глазки или как-то ещё завлекала и обнадёживала. Это изменило его мнение о Малке. Жених, если он у неё и был, ни разу не появлялся, а потому молодая одинокая девушка имела право искать своё счастье. Не ему её осуждать, – считал Петер.

Скоро и Малка запомнила Петера, и здоровалась с ним, когда сталкивалась на улице и в пекарне. Иногда они даже болтали и скоро стали почти приятелями. Потому когда Петер заметил, что девушка выглядит плохо, то рискнул спросить – не заболела ли она.

– С чего вы взяли, Петер? Я чувствую себя прекрасно. Давно мне не было так хорошо.

– С того, что ты последнее время худеешь, бледнеешь, словно голодаешь, будто я тебе денег не плачу, – поддержала Петера хозяйка лавки.

– Глупости, у меня всё хорошо, – засмеялась Малка.

Петер не рискнул спорить, но с тех пор стал к ней присматриваться и убедился, что ему не кажется, и хозяйка Малки права. Девушка словно таяла на глазах. Петер, как ученик целителя, рискнув поссориться с Малкой, даже настоял проверить приятельницу артефактом, что выявлял болезни. Стоило поднести его к человеку, как камень в подвеске начинал светиться красным, если тот болел.

– Вот видишь, я здорова, – засмеялась Малка, когда в камне даже искры розовой не мелькнуло.

Но Петер видел, как она изменилась. От грустной, но полной сил, круглолицей девушки, что смотрела раньше на него из окна, осталась лишь бледная тень. Румянец сбежал с её щёк, под глазами легли круг, тусклые волосы и замедленные движения. И с каждой встречей Петер замечал печальные перемены в её облике.

Он не выдержал и спросил своего наставника:

– Мастера Якоб, а может ли быть так, что человек здоров, а силы его покидают?

– Может. Если к нему привязалась какая-нибудь нежить и сосёт из него силы.

– И что тогда делать?

– Избавиться от неё.

– Как?

– Зависит от того, что это за нежить.

Решил Петер тогда проследить за Малкой, поискать причины её слабости. Увидел, что девушка из дома выходит только на работу и в лавки. Но там никого и ничего подозрительного нет. А вот гость, что продолжал приходить к ней едва ли не каждую ночь, воистину странен. Как ни караулил его Петер, он никогда не видел, как тот идёт по улице, пусть даже под покровом ночи, как входит в дверь соседки, как выходит из неё.

Между тем почти каждый вечер Петер видел в окне, как девушка наряжается в ожидании гостя, потом задёргивает шторы и направляется вглубь дома, похоже, к чёрному ходу. После чего Петер видел лишь две тени на шторах, которые сидят за столом или сливаются в одну, прежде чем погаснет свет.

Но однажды девушка забыла задёрнуть шторы, и Петер смог увидеть её гостя. Им оказался скелет. В полумраке комнаты белели кости, и чернели провалы глазниц. Потрясённый Петер наблюдал, как Малка ведёт себя с гостем так, словно это обычный живой человек. Усаживает его за стол, прикасается к нему, говорит ему что-то, оживлённо жестикулируя. Но вот она бросила взгляд на окно и заметив, что забыла задёрнуть шторы, поспешно исправила свою оплошность.

На следующий день Петер попросил помощи у мастера. Рассказав всё, что увидел, сказал:

– Есть ли какое-нибудь заклинание или артефакт, что уничтожит нежить?

– В твоём случае они вряд ли помогут.

– Почему?

– Судя по-твоему рассказу, девушка сама призвала его. Лишь она одна может от него избавиться, если по-настоящему этого захочет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.