Лев Храбров
Князь Серебряной Дружины

Глава 1

Дверь в комнату с грохотом открылась. В проёме появился мужчина, его глаза были наполнены беспокойством и страхом.

– Что с ним?! – спросил мужчина прямо с порога.

– Боюсь, князь, мне нечем вас порадовать… – озадаченно ответил целитель.

– Только не говори мне, что он… – князь быстрым шагом подошёл к кровати.

– Ещё пока рано судить, – перебил его целитель. – Князь Риван, я остановил разрушение дара. Но! – Он поднял указательный палец вверх. – Мальчик получил слишком много повреждений. Я не могу сказать точно, выживет ли он. Надо ждать до утра, – озвучил целитель итог и печально добавил: – теперь всё зависит только от него самого.

Закатное солнце, словно ему тоже было любопытно, выживет ли парень, пыталось пробиться сквозь занавешенные шторы. Затхлый воздух давил на лёгкие, а запах лекарств и болезни туманил рассудок.

Поправив рукав на сорочке из дорогой, но явно поношенной ткани, князь с грустью посмотрел на кровать.

Парень тяжело дышал. На вид ему было лет восемнадцать. Худое и бледное тело было покрыто простынёй до пояса. На груди расплывался уже пожелтевший огромный синяк. Его болезненный вид заставил сердце князя сжаться от горечи, и, глянув на целителя, он произнёс:

– Целитель… Если вам нужны ещё деньги… – губы князя предательски дрогнули. – Поймите, он – он всё, что у меня есть, последняя надежда нашего рода.

– Князь, даже если он выживет, его дар еле тлеет. Он больше не сможет его использовать, – с сожалением сказал мужчина.

– Я понял… – будто проглотив ком, ответил князь и добавил: – Вы, должно быть, жутко устали… Спускайтесь вниз, слуги уже приготовили чай. Вы отдохнёте, а Лука тем временем успеет подготовить ваших коней и повозку.

Князь пропустил целителя вперёд. Оглянувшись на кровать, он сжал зубы так, что выступили скулы, спешно вытер лицо рукавом и закрыл дверь.

Как только дверь за ними захлопнулась, парень, лежавший на кровати, тихо захрипел. Его тело выгнулось в неестественной судороге и замерло на пике напряжения, а потом вдруг затихло окончательно. Сердце остановилось, дыхание прекратилось, и жизнь покинула его.

Прошёл миг.

Тело сотряслось мелкой дрожью. С хриплым, жаждущим всхлипом он втянул воздух в лёгкие. Удар сердца, ещё один… И вот дыхание стало ровным, а сердце забилось в груди мерно и спокойно, будто ничего и не случилось.

***

– Генерал Рональд! Левый фланг прорван! – доносится из динамика звучный голос.

– Кобентурия Валериана – на прорыв! Вторая центурия запаса – закрывает брешь! – отдаю я стремительный приказ.

– Есть! Вторая центурия – на брешь, мой генерал!

Я уворачиваюсь от выпада гигантской сколопендры. Из-за промаха тварь пронзительно визжит. Активирую свою плазма-алебарду, и она вспыхивает ослепительным синим огнём. Взмах – и голова чудовища отлетает от тела. Само тело, бьётся в предсмертных судорогах, давя под собой уродливых тварей, похожих на пауков.

Экран шлема выводит тактическую карту. Быстро пробегаюсь взглядом по положению моих войск.

– Третья когорта запада – на правый фланг! Первая центурия – в центр!

– Так точно, мой генерал! – отзывается голос из динамика.

– Кобентурии Каина и Гловера – за мной! – гремит мой внешний динамик. – Экзоскелеты на максимум! Отбрасываем тварей к центру!

– Вы слышали приказ! В бой!

Твари, будто почувствовав неладное, сгруппировались и подняли оглушительный визг. Металлическая стена из двадцати гвардейцев, закованных в экзоскелеты Королевской Гвардии, сорвалась с места и, сверкая плазменным оружием, врезалась в полчища монстров, словно раскалённый нож в масло.

Вокруг нас тут же образовался круг из выкошенной нечисти. Твари, видя, с какой скоростью гибнут их сородичи, инстинктивно попятились. Мы же, словно жнецы, косили монстров, собирая кровавый урожай.

– Правый фланг – в наступление! – реву я в пылу жаркой схватки. – Кобентурия «Грома» и шестая когорта – исполнить манёвр обхода! Даю пять минут, чтобы занять позиции и ударить в тыл!

– Генерал! Мы отбросили тварей! Правая когорта перешла в наступление, мы взяли их в клещи! – орёт Каин справа.

– Отлично! Держать строй! Не дать им ни шанса на прорыв!

Зажав тварей в стальные клещи и лишив их возможности для манёвра, моя армия принялась выкашивать монстров с удвоенной яростью. Пятно чудовищ на тактической карте таяло с невероятной скоростью. Как вдруг земля под ногами задрожала, и посреди боя, словно удар грома, разнёсся могучий рёв!

– Замечено появление грейрапторса, двенадцатая ступень эволюции! – пронзительно пискнул динамик, разнося по полю боя тревожное предупреждение.

– Пятнадцать секунд на точное направление! – отрезаю я оператору. – Кобентурии гвардейцев – максимальная готовность! Удержать тварь любой ценой!

– Генерал, грейрапторс сменил направление и движется прямо на вас! – последовал немедленный ответ.

«Почуял мою силу, сука? Ну давай же, иди к папочке! Папочка тебя сейчас успокоит!» – хищно оскалился я, сжимая алебарду.

Дрожь земли становилась всё сильнее, говоря о том, что чудовище уже близко.

– Внимание! Аналитики ошиблись! Грейрапторс пятнадцатой ступени! Повторяю, грейрапторс пятнадцатой ступени!

В этот миг твари перед нами разлетелись в стороны, словно кегли. Словно крауясь перед нами предстал грейрапторс. Гигантская чёрная тварь, похожая на змею с множеством сегментированных лап и огромной длинной челюстью. От его рёва исходила такая ударная волна, что даже солдаты позади нас пошатнулись.

– Генерал! Вы должны отступить! Мы его сдержим! – кричит Гловер справа.

– Ты знаешь, почему меня за глаза зовут Безумным Рональдом?!

– Никак нет, генерал!

– Потому что я всегда первым иду в атаку и никогда не бросаю своих людей! – сказал я тихо, почти шёпотом, а затем взревел в общий канал: – В атаку! Покажем же этой нечисти, кто истинный хозяин этого мира!

Сжав алебарду, я ринулся навстречу грейрапторсу.

***

Перед глазами мельтешат огни, сознание плывёт, а в ушах звенит так, что хочется выдавить барабанные перепонки, лишь бы этот мерзкий звук прекратился. Тело потряхивает. Слышу треск огня и какой-то скрип. Что-то жёсткое больно упирается в лопатки. Меня снова трясёт, рядом раздаётся чьё-то ворчание на незнакомом языке.

Кругом разносятся крики и ужасающие вопли. Где-то вдалеке раздаётся жуткое рычание и отчаянные мольбы о спасении.

«Где я? Битва ещё не окончена?» – мысль, словно раскалённая игла, вонзается в мозг, принося острую боль в висках.

Сквозь мутную пелену пробивается крик:

– Лука! Мчи без остановки в Древесный! Костьми ляг, но доставь его туда! Мы их задержим!

– А как же вы, господин?!

Совсем близко разносится леденящий душу рев. Кто-то кладёт мне руку под голову и целует в лоб. Я слышу тихий шёпот, наполненный горечью и сожалением:

– Сынок, всеми богами тебя заклинаю… Выживи… Прости меня непутевого… Ты – всё, что осталось от рода.

Чувствую, как на шею мне надевают цепочку. Холодный металл медальона обжигает кожу и словно камень начинает давить на грудь.

– Отныне он твой. Извини, что возлагаю на тебя эту ношу вот так и не могу даровать тебе большего…

Чувствую, как снова начинаю проваливаться в тёмную бездну… Всё затихает…

Кто-то настойчиво трясёт меня за плечо…

– Пожалуйста, очнитесь… господин… – доносится голос прямо над ухом.

– Пожалуйста, очнитесь… – повторяет голос ещё настойчивее.

Пытаюсь поднять веки, и глаза тут же заливает слезами. Их жжёт, будто в каждый налили кислоты. Начинаю интенсивно моргать и тереть их руками. Мутная картинка постепенно приобретает чёткие очертания навеса.

– Вы очнулись! – слышу рядом молодой восторженный мужской голос.

Мне приподнимают голову, к губам подносят горлышко кожаной фляги. Чувствую, как на губы попадает вода. Делаю глоток, второй. Словно жидкий огонь, влага обжигает пищевод. В груди горит пожар, а лёгкие с усилием втягивают тяжёлый пыльный воздух.

– Мы почти добрались, господин. Вы можете сесть?

Киваю головой. Жёсткие пальцы впиваются под мышки, мне помогают подняться. Осматриваюсь. Я внутри повозки, вокруг уложены какие-то тюки, а снаружи видна изъезженная дорога. Рядом сидит парень с загорелым лицом и внимательными голубыми глазами.

– Как вы себя чувствуете?

Вместо слов из горла вырывается не то скрип, не то хрип. Тяну руку к фляге с водой. Парень, заметив это, тут же подхватывает её и, откупорив, помогает сделать пару глотков.

– Где я?

Мой хриплый голос будто не мой.

– По пути в Древесный.

– Какой Древесный? – вновь удивляюсь я собственному голосу.

– Городок Древесный, мы туда едем, господин.

– А ты кто такой?

– Э-э-э… – от растерянности парень потерял дар речи, но, быстро собравшись, ответил: – Лука, господин, ваш слуга… Вы что, меня не узнали?! Ваш отец, господин Риван, приказал мне…

– Какой ещё мой отец? – пытаюсь я понять, что происходит.

Моего отца звали не так, и уж точно он господином не был. «Он сказал „слуга“?» – фиксирую я мысль.

– Ваш. Господин Риван, – с недоумением повторяет он.

Смотрю на свои руки, кручу кистями. «Что за? Руки, как и голос, не мои!» Начинаю лихорадочно ощупывать себя. Худощавое тело парня…

«О небеса! Я что, в симуляции?!» – первое, что пришло на ум. Ударив себя по щеке и отправив мысленную команду на вызов меню нейромодуля, я вдруг осознал, что оно не работает. Напрягаю память, пытаясь восстановить картину произошедшего.

Последнее, что я помнил, – поле битвы и грейрапторса! Я зарубил ту тварь, и на этом всё. «Ладно, сейчас выясним, что это за симуляция и почему меню не выходит».

– Лука, ведь?

– Да, – отвечает парень удивлённо.

– Повтори-ка, где мы?

– По пути в городок Древесный.

– Ага… – стал я складывать мозаику в голове: – И зачем нам туда?

– Ваш отец приказал мне отвезти вас туда.

– Ага… А где он сам?

– Князь Риван… – он на секунду замолчал, пристально глядя в мои глаза, будто боролся с тем, говорить мне или нет.

– Где он, Лука? – повторил я более настойчиво.

– Скорее всего, погиб… Когда мы бежали… За нами увязались демоны, он остался с солдатами, чтобы остановить их. Мне жаль, господин…

«Впервые вижу такую реалистичную симуляцию. Значит, мой отец тут князь, а я его молодой сын. Отец, скорее всего погиб, а меня слуга везёт в какой-то Древесный городок.», – провёл я диалог с самим собой и глянул на слугу.

– Помоги мне встать.

– Но вам, наверное, ещё рано…

– Тебя туповатым запрограммировали?! Надо просить дважды?! – сказал я, внимательно глядя на него.

– Запрогмир… – не смог он произнести незнакомое слово и, видя мой строгий взгляд, спохватился: – Извините, господин…

Лука крепко схватил мою руку и аккуратно помог подняться. Как только я встал, меня повело. Слуга тут же подставил плечо. Постояв так немного, я привёл дыхание в норму и, сделав шаг, понял, что ноги держат.

«Слишком уж детализированная симуляция какая-то», – выругался я мысленно и откинул тент, чтобы выбраться наружу.

Лука выпрыгнул первым и подстраховал меня. Стоя как дурак посреди дороги, я осмотрелся. Ясный день. Тёплый ветерок ласково пробежался по коже под рубахой. Кругом буйствовала зелень, пахло свежестью и цветами, вдалеке доносилось щебетание птиц. Ласковое солнце согрело плечи, давящая тяжесть исчезла, и настроение невольно поднялось.

«Красивое место, а прорисовано-то как, настоящий мир… Так, надо попытаться понять, куда же я всё-таки попал», – размышлял я, снова пытаясь вызвать меню нейромодуля.

Холодный металл медальона коснулся груди, и в голову будто иглу вонзили. Я сморщился, и словно вспышка в памяти всплыл момент, как какой-то мужчина шептал мне на ухо прощальные слова.

Потянув за серебряную цепочку, я достал круглый медальон с изображением клыкастой пасти, что зажимала зубами широкий меч.

– Князь Риван отдал его вам, – услышал я сбоку. – Значит, теперь вы – хозяин западных земель.

«Князья, западные земли… Что курили создатели этой симуляции?» – подумал я, глядя на Луку, и сказал:

– Лука, ничему не удивляйся, но похоже, я ничего не помню. Поэтому буду задавать тебе совершенно разные, а возможно, банальные и тупые вопросы.

– Баннаные? – повторил он и спросил: – Вы и вправду ничего не помните?

«О небеса, его и вправду тупым создали», – проворчал я в мыслях.

– Что я говорил насчёт удивляться?! – посмотрел я на него сурово.

– Извините, господин, я понял… – сделал он виноватое лицо. – Можно мне кое-что сказать?

– Говори.

– Давайте продолжим путь… До города совсем недалеко, а стоять вот так совсем небезопасно.

В этот раз я не стал залезать в набитую вещами повозку, а сел на лавку впереди, рядом с Лукой. Он, конечно, протестовал, что господину не следует ездить вместе со слугой, но после небольшой затрещины быстро сдался.

Раз уж я очутился здесь, сперва хотелось впитать краски этого мира. Первый час мы ехали молча. Лука косился на меня, а я подробно рассматривал округу: голубое небо, жёлтое солнце, чистый воздух. Звуки природы, журчание ручейков – всё казалось нереальным и в то же время знакомым.

Подсознание само выдавало названия предметов, и в эти моменты я начал замечать, будто чужая память накладывается на мою. Но вот что касается имён – того же Луки или отца Ривана – я совершенно не помнил.

Мерный топот коней успокаивал, как вдруг они сперва зафыркали, а потом резко заржали, и перед нами из кустов на дорогу вывалилось пять одетых в рваньё мужчин.

Каждый был вооружён деревянным копьём без наконечника или заточенной наспех рогатиной. У двоих висели плотничьи топорики.

– Кто такие?! – грубо спросил мужик, хватая одного из коней за упряжь.

– А вы кто такие?! – ответил я с вызовом. – Если за вас очки не дают, свалите с дороги – у нас задание до городка добраться.

– Слыхали, ребяты?! Придётся нам с вами уйти, раз так просят, – гоготнул он и оглядел своих.

Остальные поддержали его мерзким смехом и покрепче сжали своё импровизированное оружие.

– Не сердитесь, господин, у меня есть немного денег… Я попробую откупиться, а эти люди всего лишь хотят есть. Думаю, если дать им немного, они отстанут, – прошептал мне Лука.

«Ну, попробуй», – подумал я. Ведь они похожи на грабителей – а такие во всех симуляциях одинаковые и вряд ли согласятся. У них наверняка прописан алгоритм нас убить. «Может, подставиться и сдохнуть? Завершить игру, раз уж меню не вылезает», – прикидывал я варианты, пока Лука вёл переговоры с этим отребьем.

Тут моё подсознание снова выдало нечто новое. Я вдруг осознал, что это никакая не симуляция. А всё это реально. И если я подставлюсь под удар, то умру по-настоящему. В голове пронёсся ворох несвязанных воспоминаний, из которых я успел уловить только «Одаренный» и «Дар».

Следом пришло то противное чувство, когда пытаешься вспомнить слово, что вертится на языке, и никак не можешь его произнести. Напрягая память, я вызвал лишь сильную головную боль.

«А что, если у меня вправду есть некий дар?!» – пришла ко мне неожиданная мысль. Стоило мне об этом подумать, как что-то словно жар моментально разлилось по телу. Я почувствовал, как мышцы наливаются силой, разум прояснился, головная боль прошла, и интуиция начала бить в набат.

Переговоры провалились, как я и ожидал! Один из мужиков, грязный бородатый оборванец, кинулся на моего слугу, пытаясь проткнуть его рогатиной в бок.

Тело отреагировало моментально. Моя рука схватила Луку за шиворот и с силой швырнула его назад в повозку.

Я молнией слетел с козел. Уходя от удара копьём другого бандита, и быстро сократил дистанцию. Ошарашенный моей скоростью, он на миг застыл; я выдернул топор из-за его пояса и без промедлений пробил ему череп.

Пока оставшиеся четверо от потери подельника впали в замешательство. Я подбросил ногой корявую деревяшку, что служила копьём убитому. Схватил её и, прицелившись, со всей силы швырнул в главаря.

Оно со свистом пробило ему грудь насквозь и с треском застряло в кустах. С чавкающим звуком я выдернул топорик. Бородатый, что хотел убить моего слугу, оказался самым сообразительным и, бросив рогатину, уже бежал в сторону кустов. Меньше секунды мне понадобилось, чтобы прицелиться. Взмах – и в затылке бородача воткнулся топорик.

Увидев, с какой скоростью я убил их подельников, двое оставшихся бандитов бросили копья и упали на колени.

– Мы сдаёмся! Не убивайте нас, господин!

Странно, но мои навыки никуда не делись. Как офицер высшего ранга я практиковал один из редчайших боевых стилей – «Инвениус Виам» – Поиск пути. Его главный смысл – мгновенная адаптация к окружающей среде. Воин должен сходу оценить обстановку и найти всё, что можно обратить против противника.

Глянув на убитых и на тех, кто стоял на коленях, ко мне снова пришло осознание, что всё это реальность. Подняв одно из копий, я замахнулся для удара… Их трясло от страха, как настоящих живых людей, и лишь это спасло оборванцев от смерти.

Со злости я швырнул копьё в кусты, и в этот момент видимо наступил откат. В глазах потемнело, и меня повело вбок. Медленно подойдя, я вцепился в повозку.

Изнутри раздалось кряхтение, потом возня, и с ножом в руке из повозки вывалился Лука.

– Спасайтесь, господ… – начал орать он и тут же осекся, увидев трупы и меня.

– Господин?!

– Лука?! – сказал я, пытаясь выровнять голос. – У нас есть верёвка?

– Найдётся.

– Свяжи этих покрепче. Справишься?

– Да, господин…

– И воды мне принеси…

Тёмные мушки в глазах прошли, но слабость никуда не делась. Я кое-как забрался на козлы и, сделав пару глотков, наблюдал, как Лука стягивает бандитам руки.

Как только грабители были связаны, мой слуга направился в кусты, куда улетел главарь. Провозившись там несколько минут, он вернулся с кожаным ремнём, топориком и небольшим мешочком.

Окинув место схватки, он забрал топорик у бородатого, почистил лезвие и, пошарив у него за пазухой, недовольно вздохнул.

«Словно в игре выпавшую награду собирает, это точно не симуляция?» – усмехнулся я про себя.

Наконец все бандиты были избавлены от ценностей, а трупы отволочены в кусты. Лука встал с топориком наготове и вопросительно посмотрел на меня.

– Привяжи их сзади к повозке, пусть идут с нами. Позже решим, что с ними делать, – приказал я.

Лука пинками заставил мужиков встать и увёл их за повозку. Когда мы тронулись в путь, я спросил:

– Скажи, а кому принадлежат эти земли и почему тут на дорогах бродят грабители?

Мой извозчик сперва замялся, но потом выдавил:

– Вам, господин… Город Древесный и всё, что лежит до западной границы, – теперь ваше.

– Хм… А кто ими управляет, пока отсутствует князь?

– Наместник Ниотто.

– А далеко до городка?

– Несколько часов, господин Ронн.

– Рональд, – машинально поправил я.

– Извините, господин Ро… Рональд.

«Так вот, как зовут парня, в чьё тело я попал. Удивительно, что наши имена так похожи. Судьба дала мне второй шанс, и в этот раз я возьму с нее все», – мысленно улыбнулся я.

Но стоило Луке произнести моё имя еще раз, как сознание снова поплыло. Я закрыл глаза и в голове вспышкой пронеслось то что было на поле боя, мои последние минуты жизни. Значит, я тогда умер. Теперь я помнил это отчётливо. «Получается, я переродился?»

Лука заметив что мне стало плохо, схватил меня за плечо что бы я не упал с лавки.

– Да перестань ты меня трясти, бестолочь, легче мне уже, – громко сказал я и открыл глаза.

Испуганное лицо Луки, успокоилось. Шумно выдохнув, он пристально посмотрел на меня:

– С вами точно всё в порядке, господин?

– Да, да, перестарался видимо с непривычки, – проворчал я.

Лука тряхнул поводья, и мы снова тронулись в путь. Пока мы ехали, я складывал по полочкам в голове всё, что успел узнать об этом мире.

И то, что получалось, мне совсем не нравилось. Выходило, что на князя этих земель напали его же люди. И вряд ли это тут считается нормой. А раз я князь, почему меня сопровождает лишь один слуга?

– Напомни, Лука, а почему мы с тобой только вдвоем? – нахмурившись, спросил я.

– Потому что когда на город напали, мы с вами первые из него бежали.

– Понятно. А сейчас едем в Древесный к наместнику Ниотто, – уточнил я.

– Всё верно, господин.

В этот момент мы выехали из леса, и повозка заскрипела, дорога пошла в гору. Вскоре показалась каменная стена, и мы увидели долгожданные ворота. Но на моё удивление они были закрыты.

Глава 2

Я взглянул на Луку, но тот никак не отреагировал. «Возможно, так и должно быть, что они закрыты», – пожав плечами, я отпустил беспокойство. Но идти сразу к наместнику, не зная толком об этом мире, я не собирался.

Одно дело – слуга, который слепо верит и следует каждому моему слову. Совсем другое – человек, облечённый властью. Хоть я и князь, но осторожность соблюсти всё же не помешает.

– Знаешь что, Лука, я запрещаю тебе пока говорить, кто я. Понял?

– Как же так, господин?! Наместнику необходимо встретить вас подобающе… – начал он гнуть свою линию.

– С наместником мы обязательно встретимся, – перебил я его, – но позже. А пока мы – простые путники и хотим заночевать в местной… А что там есть?

– Ваш статус не позволяет спать в корчме! – снова принялся он возражать.

– Лука! – я глянул на него сурово. – Если ты ещё раз будешь пререкаться не по делу…

– Простите, господин… Но городок тут небольшой, да и путники – гости редкие, все обычно на Перепутье, на постоялом дворе, останавливаются.

– Так давай быстрее соображай, кто мы и откуда, да так, чтобы вопросов ни у кого не возникало. Понял?

Лука задумчиво кивнул, и на лице его тут же отобразился сложный мыслительный процесс. За связанных я не переживал – всю дорогу мы говорили с Лукой тихо, так что пленники не могли нас подслушать.

Спустя несколько минут мы добрались до ворот. Пока Лука надрывал глотку, пытаясь кого-нибудь дозваться, я осмотрелся. Слева и справа уходил окружной путь. Сам город окружала каменная стена.

Наконец над воротами кто-то появился, и недовольная физиономия, уставившись на нас, прокричала:

– Кто такие?

– Мы простые путники! Бежим из Ярограда на границу, – ответил Лука.

– Проваливайте, город закрыт по приказу наместника.

– Но мы же свои, а вы даже не спросили, зачем мы тут! – возразил Лука.

– А мне по **уй, кто вы и зачем! Хотите заночевать – валите на Перепутье! Там есть где остановиться! – после этой фразы недовольная рожа исчезла.

– Вот видите, господин, надо было… – торжествующе начал Лука.

Я поднял руку, веля ему замолчать, и крикнул:

– Эй, ты, говно собачье! Старшего позови!

Провокация сработала мгновенно. Недовольная морда появилась вновь.

– Что ты сейчас сказал, щенок?!

– Я говорю, старшего позови! – с вызовом повторил я.

– Ты чё, стрелу в башку захотел?! – прозвучало в ответ с угрозой и сталью в голосе.

Я увидел, как на стене возникли двое лучников, наложивших стрелы на тетиву. Они поглядывали то на нас, то на мужика, оравшего с ворот.

«Какой приветливый этот мир: сперва на князя нападают его же люди, а теперь в собственный дом пускать не хотят», – мысленно усмехнулся я всей этой абсурдной ситуации. И вслух ответил:

– А вот послушай, видишь, что к нашей телеге привязаны двое?

– И какое мне дело до этих двух оборванцев?

– Голову включи. Мы приехали сюда, хотя могли свернуть на Перепутье. К телеге привязаны двое. Наверное, это всё не просто так, да? – подвёл я его скудный ум к простой логической цепочке.

– Ладно, – сдался он и добавил: – Стойте тут и чтоб не рыпались… – крикнул напоследок и снова скрылся.

Спустя минут десять ворота со скрипом открылись, и мы въехали внутрь, на растоптанную площадку. Справа, видимо, находилась караульня. Оттуда к нам навстречу вышел мужчина в добротных кожаных доспехах.

– Кто такие и зачем меня звали?

– Старший… Наша лошадь иногда хромает, да и повозка странно скрипит, нам бы кузнеца вашего… – начал Лука нести какую-то чушь.

– Так ехали бы на Перепутье, там всё есть, – злобно ответил старший.

– Я им это и сказал! – заголосил у него за спиной толстоватый мужик с пропитой пивной мордой.

– Так мы же не просто так… Вот пленников привели.

– Каких ещё пленников? – заинтересованно спросил офицер.

– Думаю, ваших будущих, – вклинился я в разговор. – Работу вашу за вас приходится делать.

– А ты снова дерзить старшим вздумал, щенок?! – накинулся на меня пивномордый.

– Отстань, Глыба! Дай ему договорить, – старший повернулся ко мне: – Так что за пленники и при чём тут наша работа?

– Вот эти личности, а было их пятеро, – ткнул я пальцем в поникших грабителей. – Напали на нас в нескольких часах езды отсюда.

Подойдя к одному из них, старший схватил того за подбородок и, сделав суровое лицо, спросил:

– Это правда?

Оборванец, скосив на меня взгляд, быстро закивал.

– Так и быть, проезжайте, пленных сдадите страже в верхнем городе, – сказав это, старший развернулся и ушёл в караульню.

Сказать, что город смердел, – не сказать ничего. Первое, что нам попалось на пути, – это небольшие избы. Ими была усеяна вся равнина перед холмом. Очаги, разбитые прямо возле домов, покосившиеся заборчики из плетёных веток. Беззубые старики, женщины и мужчины в грязной одежде, работавшие на небольших участках, и босоногие детишки.

– Лука, скажи, а ты часто тут бывал? – спросил я, вертя головой по сторонам.

– Нет, господин, в последний раз мы с господином Риваном были здесь лет пять назад.

– А я тут бывал?

– Думаю, нет.

– А почему? Неужели мы с отцом не выезжали сюда? Ему что, было всё равно на свои земли? – удивился я.

– Напротив, господин Риван был добрым и мудрым князем. Когда-то у вашего рода было много земель… – уже не удивляясь таким вопросам, ответил Лука. – Когда ваша матушка родила вас, она заболела и вскоре умерла.

– А отец?

– Долго горевал, но потом у вас проявились первые признаки дара.

«Значит, я не ошибся, и дар у меня действительно есть», – пронеслось у меня в голове, а вслух я спросил:

– А часто он встречается, этот дар?

– Я сам не особо сведущ, но знаю, что проявляется он только у благородных и передаётся по наследству.

– А у отца был дар?

– Нет, хоть ваш род и очень древний, но, как я слышал от князя, вы – первый, в ком он проявился за последние триста лет.

Продолжая крутить головой, я с жадностью впитывал детали. Всё это вызывало у меня неподдельный интерес. В моём мире такого не было – уровень жизни даже простого народа был куда выше. А тут всё казалось таким отсталым, будто меня закинуло в какое-то далёкое-далёкое прошлое.

Взгляды, которыми нас провожали, были недобрыми, я бы даже сказал, озлобленными. Всех, кроме детей. Наверное, дети везде – самые беззаботные существа.

Они бежали за нашей повозкой, весело смеясь и что-то напевая. Сперва я не понимал, в чём причина их восторга. Лишь оглянувшись назад, я понял, в чём дело: внимание детишек было приковано к нашим пленникам, волочившимся сзади.

Быстро смекнув, что вряд ли хороших людей будут везти связанными, ребятишки хватали комья земли, камни и палки, устроив соревнование, кто точнее попадёт. Видимо, пару удачных бросков у них всё же получилось, потому что позади послышалась отборная ругань и угрозы грабителей.

Мы свернули с улочки, избы закончились, и начался подъём в верхний город, который тоже был огорожен стеной. Даже с учётом того, что этот мир сильно отставал от моего в технологиях, строители дураками не были. Возвышенность позволяла разглядеть всю округу на много лиг вокруг. А сам холм огибала небольшая речка, служившая естественным укреплением; проблем с водой в городе быть не должно.

Тут ворота были открыты, рядом с ними висел рваный, почти выцветший гобелен с изображённым гербом – таким же, как на медальоне: чёрная оскалившаяся пасть, держащая в зубах широкий меч на жёлтом фоне. Гобелен болтался на стене, как тряпка, и им явно никто не дорожил.

Мы въехали во двор, сдали несостоявшихся грабителей страже. За это нам пообещали посмотреть коня и повозку бесплатно. Пока Лука разговаривал с кузнецом, объясняя фронт работ, а пленных уводили в сторону входа одной из башен, я со скуки осматривал двор и ворота. Вскоре Лука оставил повозку и подошёл ко мне.

– Ну как вам такая встреча? – с укором посмотрел на меня Лука.

– Пока всё меня устраивает, – задумчиво ответил я и, словно сбросив наваждение, добавил: – Веди лучше к корчме, давай.

Выше по улице дома в основном были отстроены в два этажа, с прочными деревянными крышами. Если не обращать внимания на грязные улицы и прочие мелочи, в целом первый встреченный мной город мне понравился.

Запах готовой еды я почуял сам и потому без подсказок Луки свернул в нужную сторону. Переступив порог корчмы, мы очутились в тускло освещённом помещении. За окнами солнце уже клонилось к закату. Я отправил Луку сделать заказ и снять комнату к стойке, за которой стоял краснолицый низкорослый мужчина с большим тёмным носом.

Сам я расположился за свободным столиком подальше от входа. Первое, что бросилось в глаза, – основными посетителями были солдаты. Лишь несколько столиков занимали обычные горожане. Они сидели тихо и бросали на служивых косые, злые взгляды.

Солдаты же вели себя развязно, хватая пробегающих мимо девиц за задницы, а иногда, когда получалось, усаживая их себе на колени. Девицы делали вид, что им это не нравится, но с такой наигранностью, что даже я понимал – они лишь набивают себе цену. Пиво на их столах лилось рекой, и некоторые уже изрядно захмелели.

Я услышал, как за соседним столиком о чём-то негромко болтают. Мне стало любопытно, и, вспомнив то ощущение с даром, я решил его повторить. Сработало – словно кто-то прибавил громкость, и я стал отчётливо разбирать слова.

– Вот если бы капитан Юлий был на свободе… – тихо прошипел один из местных.

– Тише ты… За такие слова ты его соседом по камере станешь, – зашипел на него приятель.

– Он бы эту погань в миг разогнал, – не унимался первый.

– Да что бы он сделал? Стар уже твой Юлий, а всех его ребят сослали на Разлом, в Пеньки, – ответил второй, озираясь. – Допивай уже да пойдём отсюда, а то эти разошлись – скоро драку из-за баб начнут.

О чём говорили местные в конце, я не расслышал, так как на меня вновь навалилась слабость от отката дара.

Те ушли вовремя, потому что обстановка и впрямь начала накаляться. Тут и там вспыхивали споры, которые, на удивление, пока не перерастали в драки.

Лука вернулся, сообщив, что комнату снял, а из еды сегодня только картошка со шкварками да колбаски. Также с разочарованием добавил, что вина нет и он заказал морс.

– Лука, вернись и скажи, чтобы еду нам принесли в комнату, – сказал я, посматривая на разгорающиеся споры.

– Наша комната там, наверху, – он махнул в сторону лестницы.

Я кивнул и забрал у него ключ. Не успел я пройти и двух метров, как на меня напоролся один из пьяных солдат. Он намеренно толкнул меня плечом, но, к его удивлению, отшатнулся сам и едва не рухнул, успев схватиться за столик.

– Ты чё, щенок, б**, не видишь, куда прёшь?

– Ты кого щенком назвал, ряд… – я осекся и поправился: – Вали, куда шёл, в общем.

– Да ты че, совсем ох****, малец? Ну-ка, иди сюда! – схватив меня за плечо, он обдал меня волной перегара.

Применив лишь кроху дара, я вывернул его руку, заставив солдата согнуться от боли. Едва он наклонился, я со всего маху зарядил ему коленом в лицо. Тот отлетел и рухнул на один из столиков. Послышался грохот, недовольные возгласы и звон бьющейся посуды.

Солдаты, сидевшие за этим столом, вскочили, и один из них направился ко мне. Я схватил его и с криком «Наших бьют!» толкнул в центр зала.

Моё действие словно послужило катализатором, и в зале тут же вспыхнула потасовка. Солдаты, будто только этого и ждали, начали беспорядочный мордобой с криками и угрозами. Где-то завизжала одна из девиц. Я, пригнувшись и уворачиваясь от падающих тел, просочился к лестнице.

Поднявшись, я увидел, как один из солдат схватил и тряс Луку. Стремительно слетев вниз, я на ходу зарядил солдату в ухо, и пока тот приходил в себя, схватил Луку за руку и потащил за собой.

Мы поднялись, Лука отыскал нашу комнату. Внутри всё было скромно: две кровати с матрасами, набитыми соломой, пожелтевшие от времени (и не только) подушки, крепкий шкаф и небольшой столик с табуретом.

Я сел на кровать. Лука с виноватым видом тихо прошёл и уселся напротив, не решаясь заговорить.

– Ну, говори уже.

– Простите, господин, но вы уже за день дважды меня спасли.

– И? – протянул я.

– Должно быть наоборот, – виновато сказал он.

– Ты что, предлагаешь сейчас спуститься и дать тебе шанс меня спасти?

– А вы хотите? – радостно спросил он.

– Лука, ты прикидываешься?

Он насупился и замолчал, уставившись на носки сапог. Мне стало жалко парня, и я сменил тему:

– Скажи, Лука, а когда ты тут был в последний раз, старшие из охраны были те же?

– Не знаю, был один капитан, что с князем говорил, только имени, простите, не помню.

– Случайно не Юлий? Староватый такой?

– Точно! Но откуда вы знаете про него, господин?

– Да всплыло в памяти, наверное, отец рассказывал, – отмахнулся я.

– Как же я рад, что ваша память потихоньку возвращается! – с щенячьим восторгом воскликнул он.

– Ну а вообще, ты видел хоть одно знакомое лицо? – продолжил я.

– Ну, корчмарь точно тот же, его-то я в прошлый раз хорошо запомнил.

Я поднял палец, заставляя Луку замолчать, и прислушался. Внизу всё стихло – драка закончилась. Спустя минуту мы услышали стук в дверь. На мой крик «Входи!» дверь отворила молодая девушка с подносом в руках.

Потасканная жизнью, с замазанным наспех фингалом, она вальяжно прошлась по комнате, оставила поднос с едой на столике и, стрельнув в мою сторону глазками, на выходе промурлыкала:

– Если путникам вдруг станет одиноко и холодно в постели ночью, спросите на кухне Лаурию…

«Ты себя в зеркало видела? Лаурия, блин…», – мысленно фыркнул я. И всё-таки этот мир сильно похож на наш, даже «лаурии» те же. Не зря в моём мире говорили, что это древнейшая профессия. Теперь я видел это воочию.

Несмотря ни на что, корчмарю надо было отдать должное – еда оказалась отменной. Возможно, сказывалось долгое голодание, а может, молодой организм требовал своё. Порция была огромной, но картошка с колбасками исчезли с тарелки очень быстро.

Развалившись на кровати, отламывая куски сыра и запивая их морсом, я лениво спросил у Луки:

– Слушай, а Пеньки далеко отсюда?

– Вы и про них вспомнили? – Лука посмотрел на меня счастливыми глазами, но, вспомнив моё предупреждение насчёт встречных вопросов, тут же добавил: – День хода на повозке.

– Местные говорили, что там есть какой-то Разлом…

– Разлом? – при этом слове Лука побледнел. – Это очень плохо, господин, из Разломов вылезают демоны.

– Хм… Демоны – это монстры? И много их оттуда вылезает?

– По-разному бывает, но если Разлом не закрыть, то могут вылезти и демоны-офицеры.

– А это, я так понимаю, монстры пострашнее?

– Последний такой заставил нас бежать из Ярограда.

Развязно ведущие себя солдаты, закрытые ворота и приказ наместника никого не впускать, снующие по дорогам грабители и недовольные всем этим местные жители – всё это в купе наводило на неприятные мысли насчёт наместника. Будто он знал, что мой отец сюда не приедет. И про меня, выходит, тоже, раз ворота закрыл. Хорошо, что мы не заявили о себе, как хотел Лука. Это давало мне время во всём разобраться. А то, что тут творится неладное, было понятно даже мне.

Единственный, кто мог меня сейчас выдать, – это Лука. Посмотрев на него серьёзно, я твёрдо произнёс:

– Лука, слушай приказ внимательно! Завтра утром ты берёшь повозку и едешь в Пеньки!

– Но, господин, я не могу оставить вас одного!

Я треснул кулаком по столику и сквозь зубы выдавил:

– Это было последнее предупреждение. Ещё раз начнёшь перечить – и слуги по имени Лука у меня больше не будет!

– Простите, господин, больше не повторится, – залепетал он.

– Теперь скажи, по пути есть где переночевать?

– Есть одна деревня, надо только севернее свернуть, с дороги съехать.

– Далеко отсюда?

– Если с рассветом выеду, к обеду доберусь.

– Тогда сворачивай туда, ночуешь там два дня, а потом продолжишь путь в Пеньки. Понял?

– Понял.

– Как доберёшься, узнаешь у тамошних солдат, как обстоят дела с Разломом, и возвращайся без остановок. Всё запомнил?

– Да. Но как же вы, господин?

– Я схожу к наместнику, думаю, он обрадуется и окажет мне достойный приём, – я добродушно улыбнулся.

– Вот и правильно, господин, – успокоился Лука.

– Всё, давай спи, тебе завтра рано вставать, – сказал я, задувая свечу в лампе.

Теперь, если что-то пойдёт не так, я всегда смогу нагнать Луку в той деревушке. Думаю, дня-двух мне хватит, чтобы принять решение.

Как только Лука уснул, под его мирное посапывание я решил проверить, что же это за дар такой. Слишком недолго он работал и слишком силён был откат. Находясь в полной темноте, я для надёжности закрыл глаза, вызвал из памяти знакомое ощущение и словно скользнул внутрь себя.

Прислушиваясь к своему телу, я начал что-то осязать – маленький огонёк, едва тлевший в груди. Сконцентрировавшись сильнее, я ощутил, что энергия, втекающая в этот огонёк, надолго там не задерживалась. Да и сам он словно мигал, будто кто-то пытался его задуть, но спустя мгновение он упрямо разгорался вновь.

«Словно сломанный какой-то… И моих знаний пока не хватает, чтобы понять, что с ним не так», – с этими мыслями меня сморило сном.

Ещё будучи молодым гвардейцем, я научился выставлять внутренние часы так, чтобы спать ровно столько, сколько планировал. Вот и сейчас это умение не подвело: я проснулся, когда солнце ещё не показалось на горизонте.

Лука, видимо, просто обладал чутким сном, потому что стоило мне пошевелиться, как он тут же заворочался и, открыв глаза, прикрыл рот, зевая. Глянув в окно, он тихо поднялся и, думая, что я ещё сплю, бесшумно прошмыгнул за дверь.

Спустя минут десять вышел и я. Встав на краю улицы, я наблюдал. И лишь когда повозка скрылась за воротами, я направился обратно в корчму досыпать положенные часы.

Проснувшись полностью отдохнувшим, я заказал завтрак, заплатив заодно за проживание, а после вышел в город. Денег запасливый Лука оставил мне немного, но их должно было хватить и на обед, и на ужин, и даже на лишние сутки в корчме.

Первым делом я решил просто прогуляться. Забрёд на улицу с торговыми лавками, я зашёл в первую попавшуюся – ею оказалась кузня. Насмотревшись на кастрюли, гвозди, инструменты и прочий хозяйственный инвентарь, я решил поболтать с пожилым кузнецом и его подмастерьем.

– Эх, были раньше времена… Я ведь только оружие ковал… – протянул старик.

– Так это же хорошо, дед. Если ты мечи не куёшь, значит, они никому не нужны, – попытался я развить тему.

– Мечи и копья всегда нужны! – резко возразил он. – Если князь не готовится к войне, значит, он плохой князь… – вдруг вырвалось у него.

– Тише ты, старый… Нашёл о чём трепаться! – зашикал на него подмастерье.

– А ты не перебивай старших! – распоясался старик. – В Пеньках вон Разлом никак не закроют! Три Сосенки и Ручейники уже под соседями живут! Гляди, скоро с границы кочевники набегать начнут, и тогда каюк нам всем!

– Да не выдумывай, – махнул на него рукой подмастерье.

– Эх… где же князь наш, светлый Риван… Давно его не было… Проклятый Ниотто, ему бы только налоги задирать да ублюдков своих кормить.

– А налоги часто поднимают? – зацепился я за фразу.

Видимо, у старика в голове что-то щёлкнуло, и он понял, что сболтнул лишнего. Он сощурился и с подозрением уставился на меня.

– А ты чей будешь-то? А? Чё-то не припоминаю я тебя, не местный, што ль?

– Не местный, – улыбнулся я в ответ.

– А раз не местный, чего тебе надо-то?

– Да не кипятись, старый, ухожу я, – сделал я примирительный жест, видя, как дед взял с наковальни молот.

Прогулявшись по городу и посетив другие лавки и небольшой рынок, я везде слышал примерно одно и то же: Ниотто задирает налоги, вводя новые сборы, пока земля и город катятся к упадку.

Перспектива открывалась нерадостная. Правильным решением было бежать из этого города к Луке, чтобы потом решить, что делать дальше. Но, видя творящуюся вокруг несправедливость, я просто не мог заставить себя это сделать.

«Этот город и его жителей надо спасать. Князь я или собака шулидливая?» – задал я себе вопрос, а следом второй: «Откуда я вообще взял эту фразу?»

После сытного обеда в корчме я поднялся на стену. Мне было любопытно взглянуть на окрестности сверху, да и на случай отступления путь подготовить не мешало.

Стражи и солдат в городе было не так много, поэтому я обратился к местным пацанам с вопросом, на каком участке стены они часто играют. Зная детскую склонность, особенно мальчишек, лазить там, где нельзя, я не ошибся, обратившись к ним. За пару сладостей они показали мне нужное место.

Вид со стены открылся фантастический: сочные зелёные луга, лес, неподалёку – золотые поля. Выше по течению, на берегу речки, виднелась водяная мельница с запрудой. «Интересно, а рыба в ней водится? И какая?» – мелькнуло у меня.

Отметив всё, что нужно, и спрятав в куче мусора свои вещи, я решительной походкой направился к дому наместника.

Дом, где жил наместник, можно было назвать небольшим замком: высокие каменные стены с башенками, широкие массивные ворота, обитые железом. На стенах висели стяги с гербом моего рода – выглядели они чуть лучше тех, что болтались на городских воротах.

Ворота были наглухо закрыты, а возле них стояли четверо солдат с копьями. Едва я направился в их сторону, один из них, завидев меня, сделал грозное лицо и двинулся навстречу.

Глава 3

– Эй, ты! Куда прешь?! Не видишь, закрыто?

– Вижу. А что?

– Сюда нельзя, разворачивайся! – грубо приказал он.

– Почему? – спросил я с наигранным удивлением.

– Тут живёт наместник! – продолжил он в том же тоне.

– Наместник? Кто бы мог подумать… А ведь я как раз к нему и направляюсь, – сказал я с иронией.

– Он никого не принимает! Вали отсюда, пока цел… – проговорил он с откровенной угрозой.

Я потянул за цепочку и достал из-под рубахи медальон. Немного потряс им, чтобы стражник разглядел, и направился дальше к воротам.

– Малец, ты тупой?! Достал побрякушку и решил, что это твой пропуск? – он перехватил копьё покрепче.

Этот кричащий дурак начал меня бесить. Мало того, что до него никак не доходило, кто перед ним, так он ещё и оскорблять вздумал. Как князь, я не мог этого простить. Сделав рывок и уйдя от копья, я сократил дистанцию и размашистым ударом заехал ему по уху. Стражник рухнул как подкошенный, а я, перешагнув через него, улыбаясь, направился дальше.

Дурья башка. И чему их только учат? За его спиной висят стяги с гербом, который изображён на моём медальоне. Казалось бы, только по этому можно было догадаться, кто перед ним.

Интеллект оставшихся троих стражников был не в пример выше того, что валялся за моей спиной. Они опустили головы, и один из них произнёс:

– Здрав будьте, княже…

– Рональд! – рявкнул я. – О, Небеса, вы что, даже имени князя не знаете?!

Их лица из бледных стали фарфорово-белыми. Видимо, я зря похвалил их интеллект. Строго глядя на них, я спросил:

– Долго будем так стоять?

Один из солдат поднял голову и закричал:

– Открыть ворота! Его Светлость Ронольд Яромир прибыл!

«Рональд!» – мысленно поправил я их. «Хм, а я ведь даже не знал свою фамилию… Князь тоже мне… Хотя, она очень похожа на ту, что была у меня в другом мире, может, поэтому меня сюда и закинуло?» – усмехнулся я про себя.

Ворота с тяжёлым скрипом распахнулись. Стражники, встав по струнке, склонили головы в почтительном поклоне, образуя живой коридор. Я расправил плечи и по-хозяйски вошёл внутрь, на широкий мощёный двор, и осмотрелся.

Первое, что бросилось в глаза – широкая лестница, ведущая к дому. Сбоку, судя по всему, располагались казармы, напротив – конюшни.

Дверь в дом распахнулась, и оттуда, в сопровождении молодой девушки, выскочил, судя по внешнему виду, наместник. Невысокий рост, выпирающее пузо на тонких, словно палки, ногах, узкие плечи и лысеющая голова с некрасивым лицом, редкой бородкой и глазками-бусинками. Одетый в яркие цвета из дорогой ткани, он, натянув улыбку, поспешил ко мне, раскинув руки, будто собирался обнять.

– Ваша светлость! Князь! Мы ждали вас! – заговорил он звонким, елейным голосом.

«Ага, ждали. Так ждали, что ворота города закрыли», – осматривая его презрительным взглядом, подумал я.

– Когда вы прибыли? Почему же вы не сообщили, что уже в городе? – продолжал он свою партию.

– Вели слугам приготовить мне горячую ванну, еды и подобающую одежду, – проигнорировал я его вопросы. Смотря на него, как на надоедливую муху, я продолжил: – И проводи меня в мои покои. Раз вы меня ждали, они уже должны быть готовы.

– Конечно, конечно, господин, прошу за мной, – продолжал лебезить он и, что-то прошептав девушке, что была с ним, засеменил по лестнице.

– Господин, а вы возмужали и стали так похожи на своего отца… – продолжал наместник, украдкой поглядывая на медальон у меня на шее.

Я же просто молчал, натянув на лицо маску холодного недовольства, и лениво осматривал коридор и открытые комнаты, мимо которых мы проходили.

– Когда голубь принёс весть о том, что случилось в Ярограде, мы так испугались…

– Письмо сохранилось? – резко перебил я его.

– Конечно! Я прикажу архивариусу доставить его в ваши покои.

Поднявшись по лестнице на третий этаж, наместник распахнул двустворчатые двери. Войдя первым, он склонил голову в поклоне и сделал приглашающий жест.

– Прошу, господин. Покои вашего отца… теперь ваши покои. Охрана у двери скоро подойдёт, если что-то будет нужно…

– Потом, – отмахнулся я. – Будь готов к вечеру. Я хочу знать всё, что происходит в моих владениях.

– До вечера, господин, – ещё раз поклонился он и, пятясь, вышел, притворив за собой дверь.

Стоило дверям закрыться, как я услышал за ними быстрые шаги. Воспользовавшись даром, я уловил тихий, шипящий голос наместника, доносящийся с лестницы:

– Старшего по гарнизону ко мне, живо! Почему я не в курсе, что князь уже в городе?! Разве я не приказывал закрыть ворота?!

– Но, господин… – в ответ прозвучал хриплый голос.

– Узнай, где этот оборванец шлялся, пока не пришёл сюда! Чтобы через два часа я знал о всех его передвижениях!

– Будет сделано, господин.

Разобрать, о чём они говорили дальше, было невозможно. Я быстро отпустил дар, чтобы не начался изматывающий откат. Впрочем, это было и не важно. Как я и ожидал, наместник был совсем не рад моему приезду.

«Ну ничего, скоро ты будешь рад ещё меньше. Выслушаю отчёт, переговорю с людьми… Рассвет наместник будет встречать вместе с теми оборванцами, что я привёл с собой», – подумал я.

«Мои покои», – вздохнул я и наконец осмотрелся.

Справа располагалась спальня с огромной кроватью из тёмного дерева под балдахином. Диван и пара кресел того же массива украшали угол с камином, где весело трещали дрова.

Напротив входа стоял массивный, обитый тканью рабочий стол. В углу виднелась медная ванна, а рядом – дверь в гардеробную. Всё выглядело дорого, но в то же время скромно и практично. Видимо, «мой» отец не любил шик и блеск, предпочитая основательность.

Заглянув в шкаф, я обнаружил несколько комплектов одежды и обуви. Больше всего меня заинтересовал костюм, похожий на военную форму. Сняв с вешалки тёмно-серый строгий кафтан, я примерил его к плечам – он оказался чуть великоват.

Рядом висело чёрное корзно с золотой вышивкой и позолоченной фибулой в виде фамильного герба. Накинув его на плечо и застегнув пряжку, я подошёл к зеркалу.

«Рональд Яромир, молодой князь западных земель… Ничего, звучит солидно. Как только разгребу первые дела, займусь тренировками. Кость широкая – мясо нарастёт», – предвкушая будущее, подумал я.

В дверь тихо постучали. После моего «Войдите!» один из стражников приоткрыл её. В прихожую бесшумно вошло несколько служанок с подносами. Поклонившись, они проскользнули в спальню и накрыли на стол. Следом занесли вёдра с горячей водой.

Пока я, любуясь видами города из окна, прихлёбывал терпкое вино из кубка и заедал его копчёной курицей, служанки наполнили ванну и пригласили меня.

Я встал. Две девушки молча помогли мне скинуть одежду. Одна из них оказалась той самой, что встречала меня с наместником.

Черноволосая, стройная, с большими изумрудными глазами, она совсем не походила на служанку. Слишком нежные руки без намёка на мозоли, слишком прямая осанка. Взгляд, что она бросала на меня, был без тени страха или подобострастия, скорее, с вызовом и скрытой наглостью.

После того как я, потрогав воду, кивнул и погрузился в ванну, они принялись готовить мыльные принадлежности.

«Вот о чём я мечтал, едва попав сюда, – хорошенько помыться», – дал я себе секунду расслабиться, растекаясь в горячей воде.

– Принеси мне вина, – отдал я распоряжение одной, а на псевдо-служанку указал взглядом: – А ты потри мне спину.

– Сию минуту, господин, – сказала она, подставив ведро с мочалкой поближе, и присела на табурет.

Девушка взмылила деревянную мочалку и сперва принялась аккуратно, почти нежно, втирать мыло мне в спину руками. Её пальцы скользнули к плечам, разминая зажатые мышцы. Вторая служанка принесла кубок с вином. Глянув на неё, я сказал:

– Можешь быть свободна. Думаю, она одна справится.

Склонив голову, служанка бесшумно удалилась.

Темноволосая девушка продолжала свой массаж, работая то руками, то мочалкой. От её прикосновений по телу разливалось тепло. Молодой организм быстро дал о себе знать, и внизу живота всё настойчивее заныло и напряглось.

«Нашёл о чём думать! Мудак!» – мысленно дал я себе пощёчину и тут же сосредоточился на даре, ибо от её прикосновений он странно отзывался, будто насторожившись. Так и не поняв, в чём дело, я перехватил её запястье.

– Достаточно! Подготовь мне одежду. Первый комплект справа.

В её глазах мелькнуло искреннее удивление.

– Слушаюсь, господин, – омыв меня водой из кувшина и оставив на табурете два больших полотенца, она направилась к гардеробной.

Как следует обтерев себя полотенцем и накинув чистое бельё, я направился в гардеробную. Псевдослужанка уже приготовила тот самый приглянувшийся мне костюм. После того как она помогла надеть сорочку и застегнуть все пуговицы на кафтане, я обнаружил, что сапоги, стоявшие в отдельной секции, никуда не годятся – их попросту не чистили. Покачав головой, я сказал:

– Сапоги в ужасном состоянии. Начисть их.

– Сейчас, господин… – сказав это, она взяла сапоги и направилась к двери.

– Куда ты? Вон щётка и всё необходимое, – указал я, усаживаясь в кресло у камина.

– Но, господин… – растерялась она.

– Какие-то проблемы? – поднял я бровь и вопросительно посмотрел на неё.

– Нет, господин, сию минуту… – выдавила она и, присев на подставку перед зеркалом, принялась неумело раскладывать принадлежности.

«Раз уж играешь роль, играй её до конца», – усмехнулся я, глядя на её неловкие движения.

Уходила она явно не в настроении, с грязными пятнами на руках и щеке. Теперь она куда больше походила на настоящую служанку. Покрутившись перед зеркалом, я сделал несколько резких выпадов – одежда практически не сковывала движений.

Я подошёл к двери и велел позвать наместника. Надо было разобраться с этим мерзким типом, ну а потом брать бразды правления в свои руки. Судя по тому, что я уже знал, наследство мне досталось запущенное.

Спустя десять минут в дверь постучались, и я услышал, как стражник спросил:

– Князь, наместник прибыл. Впустить?

– Да, – коротко крикнул я.

Наместник вошёл, всё так же улыбаясь фальшивой, добродушной улыбкой. Не дав ему и рта открыть, я строго спросил:

– Скажи-ка мне, дорогой мой Ниотто, почему, когда я прибыл, ворота города были закрыты?

– Э-э-э… – замялся он, но, оправившись от напора, ответил: – В целях безопасности, мой господин. Много лихого народа стало…

– А вот это мой второй вопрос: как случилось, что, поднимая налоги, безопасность на моих землях становится только хуже? – я приблизился к нему вплотную, глядя строго в глаза.

– Вы, должно быть, устали с дороги, князь… Такие странные вопросы задаёте… – ехидно улыбнулся он.

Я схватил его за воротник и прижал к стене. Глядя на это наглое лицо, я выдавил сквозь зубы:

– Твоё время правления тут закончилось, наместник. И то, что моего отца тут нет, не значит, что я закрою глаза на все твои делишки. Ты меня понял?

– Это твоё время закончилось, щенок! – огрызнулся наместник и дёрнулся, пытаясь вырваться, а потом глянул на дверь.

– Если ты стражу позвать вздумал, попробуй, и я тебе шею сверну. Такую погань надо душить сразу, – пригрозил я ему.

– Вам, видимо, нездоровится, князь, – глядя на меня, улыбнулся он и продолжил: – Как же народ опечалится, когда узнает, что их молодой князь заболел.

В этот момент я почувствовал, как из носа пробежала горячая струйка крови. Машинально облизнувшись, я ощутил во рту солоноватый вкус. Не понимая, в чём дело, я протёр нос рукой и увидел, что пальцы в крови. В тот же миг голова закружилась. Меня повело назад, ноги подкосились, и я рухнул на пол.

Десятью минутами ранее

Вышагивая взад-вперёд по своему кабинету, наместник жутко нервничал.

Резко остановившись, он бросил взгляд на девушку, что вальяжно развалилась в его кресле, и спросил:

– Аиша, ты уверена, что его все еще проклят?

– Я же сказала, – лениво отмахнулась она. – Проклятие всё ещё на нём. Я проверила, его дар почти погас. Ещё немного – и погаснет окончательно. Неужели мой котик не доверяет мне? – она вытянула губки, изображая обиду.

– Доверяю… Но что-то тут не так… – Он посмотрел на неё умоляюще и добавил: – А твоя отрава точно подействует? Это его не убьёт?

– Ах, мой котик боится? – хихикнула она. – Подействует. Нет таких людей, с кем бы оно не справилось. Подержишь пару дней его в тёмнице, а как совсем слаб станет, объявишь народу, что князь заболел.

– Думаешь, поверят? А если взбунтуются?

– Ослабь поводок, у тебя их князь, мой милый, и никто не посмеет тебе перечить.

В этот момент дверь тихо скрипнула, и в проёме показалась бледная голова помощника:

– Господин, вас князь к себе зовет, – прохрипел он.

– Скажи людям, чтобы были готовы! – отдал он распоряжение.

Едва голова помощника исчезла, наместник сел перед Аишой и, положив голову ей на колени, прошептал:

– Кисуня моя, как же я рад, что встретил тебя…

Гладя его лысеющую макушку, Аиша скривилась в омерзении, а тени за её спиной будто шевельнулись.

***

Очнулся я в полной темноте с сильной головной болью. Пока глаза не привыкли, я, кривясь, ощупал пространство руками. Находился я в узкой камере за массивной дверью. Что-то мешало нормально двигаться. Присев на сгнившую солому, я понял, что на руки и ноги мне надели кандалы.

Когда сознание пришло в норму, а желудок перестал подавать рвотные позывы, я напрягся и первым делом с помощью дара разогнул железки на ногах. Отдышавшись и подождав, когда пройдёт откат, я смог освободить и руки.

Я догадывался, что наместник может выкинуть что-то подобное. Но чтобы так нагло… Видимо, кто-то ему помогает, не думаю, что он сам всё это провернул.

Интересно, что же он задумал. Если он не убил меня сразу, то, скорее всего, будет держать взаперти. Возможно, если я умру, то далеко не факт, что наместник сохранит свой пост.

Тогда надо сделать всё, чтобы спутать ему карты. Сидеть в заперти я не собирался. С помощью дара сбежать у меня получится. Заодно прихвачу с собой этого Юлия. Судя по рассказам в городе, он – человек чести и, как никто, был предан моему отцу. Значит, он, как Лука, мой человек. А я никогда не бросал своих – и принципам своим изменять не собирался.

Просидев в размышлениях и полудрёме, я почувствовал себя гораздо лучше. Сколько я тут пролежал, я не знал, поэтому выжидать дальше смысла не было. Я встал, размялся, подошёл к двери и прислушался. Снаружи было тихо.

Применив дар, я нанёс короткий мощный удар. По коридору разнёсся глухой грохот. Дверь со скрипом подалась, приоткрывшись. Я прислушался снова и уловил топот сапог. «Ага, значит, всё-таки я в темнице, а вот и охрана», – подумал я и прикрыл дверь обратно.

Увидев сломанный замок, охранник распахнул дверь и заглянул внутрь – это стало его роковой ошибкой. Получив ладонями по ушам, он обмяк и рухнул на каменный пол.

Затащив его в камеру, я снял с пояса ключи и тихо вышел в коридор. Не успел я пройти и нескольких метров, как откуда-то сверху донёсся возмущённый голос ещё одного охранника:

– Ну, что там?!

Зажав лицо локтем и отойдя вглубь коридора, я грубо, стараясь изменить голос, крикнул:

– Сам посмотри!

Сработало. Снова послышались шаги. Я пошёл ему навстречу. Охранник, увидев улыбающегося меня, растерялся и тут же рухнул без чувств от мощного удара в скулу.

– Ну, вроде всё, – вздохнул я, прислушиваясь, и зашагал по коридору.

Почти все камеры по пути были открыты. Вскоре я нашёл ту, что заперта. Открыв её, я обнаружил жмущихся в углу двух оборванцев, которых схватил по пути в город.

– Вы хорошо себя вели? Не буянили? – строго спросил я.

Они отрицательно затрясли головами, всем видом показывая, какие они примерные узники и как тихо сидели.

– Ну и хорошо, не хулиганьте, – сказал я и закрыл дверь на ключ.

«Так, ошибочка вышла. А этот Юлий точно тут?» – подумал я, продолжая поиски.

Найдя ещё одну запертую дверь, я, взяв со стены фонарь и стараясь не греметь ключами, отпер её и вошёл внутрь. Внутри, в углу, свернувшись калачиком, кто-то лежал и шумно посапывал.

«А вот это похоже на него. Ну, сейчас и узнаем. Ишь, как притворяется, что спит», – подумал я и сказал:

– Юлий, я знаю, что ты не спишь. Если можешь идти на своих двоих – то пошли, – тихо сказал я.

– Кто ты? – спросил он, не меняя позы.

– Твой князь.

Он резко обернулся и, упершись на руки, пристально глядя на меня, вдруг всхлипнул. Губы и плечи его задрожали. Стоя на коленях и протягивая ко мне руки, он прошептал:

– Князь Риван… Я знал, что вы придёте…

«Точно, он», – кивнул я сам себе.

– Так, Юлий, отставить! – сказал я строго. – Совсем из ума выжил, старый? Успокойся и давай за мной.

Юлий замер, затем медленно поднялся и подошёл ближе, вглядываясь в моё лицо.

– Боги святые… Вы так похожи…

– Всё, хватит, – отвёл я его грязную руку от своего лица. – Время поджимает. Ты как, идти сможешь?

– Могу, князь.

– Тогда тихо и за мной. – Я остановился и, обернувшись, спросил: – Чуть не забыл. А мы где вообще находимся?

– А вы как сюда попали? – удивлённо спросил он.

– Не знаю, без сознания был. Так ты знаешь, где мы?

– Знаю. В темнице, что в одной из башен на стене.

– Ага, понятно, – протянул я, всучил ему фонарь и добавил: – Тогда веди ты.

Петляя по коридорам, Юлий привёл меня к лестнице, и мы на цыпочках поднялись наверх. Пройдя ещё мимо каких-то комнат, где мирно дрыхли стражники, мы наконец-то прокрались к двери на выход.

Прежде чем выйти, я выглянул и осмотрелся. Кругом стояла тишина, и ни души. Кивнув Юлию, тот затушил фонарь и вышел первым. Махнув мне рукой, мы направились в сторону домов. Прошмыгнув мимо каких-то построек, Юлий уверенно повёл дальше.

Как я и предполагал, среди стражи творился полный бардак – по пути мы не встретили никого. Ни одного патруля или хотя бы дозорного на стене.

«Ну пи**ец, я бы за такое разжаловал местного командира», – подумал я.

Схватив Юлия за плечо, я тихо спросил:

– А куда мы идём?

– К воротам, куда ж ещё.

– Юлий, ты сейчас серьёзно?

– Конечно, надо ж из города уходить.

– Ну да, мы ж ничем не выделяемся, и нам сразу же откроют ворота. Ночью! – проворчал я, удивляясь его прямолинейности.

– А что ж делать-то тогда?

– Пошли за мной, к стене. Беглец тоже мне… – сказав это, я нырнул в узкую улочку и поманил его за собой.

Была ночь, и город спал, лишь кое-где слышались звуки возни – то ли кошек, то ли крыс. Крадучись по узким улочкам, мы добрались до знакомого места на стене, откуда я вчера осматривал свои владения.

Найдя в куче хлама заранее припрятанную толстую верёвку и сумку с едой, мы поднялись наверх и, закрепив её за зубец, поочерёдно спустились вниз.

Адреналин схлынул, и, пробираясь вдоль стены, я поймал себя на мысли, что впереди нас, возможно, ждёт засада – уж слишком всё прошло гладко. В этот момент над нами замерцал свет от факелов.

Глава 4

Мы замерли с Юлием, прижавшись к стене. Свет от факела наверху вскоре пропал – значит, наш побег пока не обнаружили. Скорее всего, это был одиночный стражник, которому, видимо, стало скучно и он решил прогуляться.

Оставалось преодолеть вторую стену. В протяженности она была куда больше, поэтому и проблем с ней возникнуть не должно. Юлий повел меня к мосту через реку. Перебравшись на другую сторону, мой проводник продолжил путь вдоль берега.

– Там дальше калитка будет, ее обычно один человек охраняет, – прошептал Юлий.

Действительно, когда мы дошли до стены, я увидел, как под ней протекает река. Рядом находилась небольшая лестница и калитка, возле которой спал солдат. Я первым поднялся по ступеням. Стражник спал сидя на табурете, прислонившись к стене. Никого не стесняясь, он укутался в плащ и откровенно храпел.

Я покачал головой, глядя на него, и хотел скинуть в реку, чтобы разбудить, но передумал. Аккуратно отодвинув накидку, я снял ключи с его пояса и махнул Юлию, чтобы поднимался. Как только я начал открывать замок калитки, солдат неожиданно проснулся. «Лучше бы ты дальше спал», – мелькнуло у меня в голове. Бросив возиться с замком, я направился к стражнику.

Еще не совсем проснувшись, он удивленно уставился на меня. Наверняка хотел что-то спросить, но не успел. Я рванул его за руку к себе, развернул и отвесил смачного пинка. Нелепо размахивая руками, солдат сделал несколько неуклюжих шагов к краю лестницы и рухнул вниз. Тут же донесся громкий плюх.

Я глянул на реку: стражник уже всплыл и пытался грести к берегу, но быстрое течение неумолимо уносило его все дальше и дальше.

– Надеюсь, это отучит его спать на посту, – сказал я Юлию и вернулся к калитке.

– Так ведь он же доложит…

– Пока вылезет из реки, пока добежит… И что он скажет?

– Не знаю. О нас.

– А кто такие «мы»? Он же даже не понял, кто мы и зачем его спихнули.

– И то верно, – согласился Юлий, спускаясь по лестнице на внешней стороне стены.

– Ну, Юлий, куда дальше?

– Дальше вдоль речки, – он махнул рукой в сторону темнеющего леса. – А потом в лес свернем.

В моём мире не было таких лесов. Были деревья в парках или можно было через врата попасть в джунгли, но таких густых смешанных лесов – никогда. Вдыхая прохладный свежий воздух, я с любопытством разглядывал толстые стволы могучих деревьев.

Больше всего меня занимал Юлий. Как оказалось, он был опытным следопытом и на ходу объяснял, как запутывать следы и сбивать с запаха, собак. Следуя по тропинкам в сторону деревни, мы вдруг резко сворачивали с маршрута, шли по ручьям. Иногда Юлий ломал ветки, растирал в ладонях какие-то травы и разбрасывал их за собой. Всё это было безумно занимательно, хотя половину его уловок я попросту не понимал.

Спустя какое-то время мы устроили привал у ручья. Разложив на ткани хлеб, солонину, копчёности и сыр, мы запивали простую еду свежей водой.

– Паскуда эта Ниотто много людей за нами не пошлёт, – вдруг заявил Юлий. – Так что, князь, дальше пойдём напрямки.

– Долго ещё до деревни?

– Да нет, рукой подать. Часа за два точно доберёмся. Вот только когда к дороге выходить будем – там осторожнее надо. Его люди скорее всего по дорогам и рыщут.

– А зачем же мы тогда так петляли?

– Как это – зачем, князь? – удивился он. – Если его люди поймут, в какую сторону мы путь держим, им проще будет нас в деревнях поджидать.

– Скажи, а почему Ниотто тебя в темницу посадил? Почему не избавился сразу?

– Ну, тут всё просто. Я же Князю давно служу, почитай ещё когда простым солдатом был. Мои люди только князю и мне верны. Эх, помню, как он с дядей твоим воевал…

– Мне отец не рассказывал. Расскажи, Юлий, интересно же, – уставился я на него внимательно.

– Дядя твой, его светлость Самсон, решил кусок земли себе отщипнуть. Вон там, на юге, – махнул он рукой, – уж больно ему соляные копи твоего отца приглянулись… – начал он рассказ и резко оборвал.

По его взгляду я понял – что-то не так. Юлий вдруг приложил палец к губам и стал, словно собака, принюхиваться. Его глаза на миг округлились от удивления. Он присел и поманил меня за собой в ближайший кустарник.

Едва мы спрятались, как послышался треск веток. Кто-то двигался в нашу сторону, быстро и не особо скрываясь. Кто-то очень бесстрашный.

– Это зверь? – спросил я почти беззвучно.

– Демон.

Теперь и я почувствовал этот отвратительный запах – смесь сырости, серы и тухлого мяса. Спустя полминуты мы увидели хозяина ароматов. Монстр бурого цвета, на шести толстых лапах, с коротким хвостом, приплюснутой мордой без глаз и сильно выпирающей нижней челюстью, из которой торчали острые, как бритвы, жёлтые клыки. Размером он был с крупную собаку и в целом не произвёл на меня сильного впечатления.

Демон делал рывки, останавливался и водил головой. Забавно, что, будучи слепым, он ни разу не врезался в деревья. С любопытством разглядывая первого встреченного в этом мире монстра, я вдруг ощутил, как мой дар ожил. Тепло волнами разлилось из центра груди. Демон повернул морду в нашу сторону и, будто учуяв, хрипло прошипел.

– Заметил, сука, – выругался Юлий. – По моей команде, князь, бегите вон в ту сторону, – махнул он рукой.

«Это старик что, в героя решил поиграть? Да эта тварь его мигом разделает, а потом и меня догонит», – промелькнуло у меня в голове, оценивая, с какой скоростью демон делает свои рывки.

В своём мире мне доводилось сражаться с куда более внушительными тварями, но там у меня были экзоскелет, импланты, нейромодуль и верная плазменная алебарда. Здесь же из оружия – лишь захудалый кухонный нож.

«Мне бы сейчас мою алебарду – я бы его в миг на запчасти разобрал! Но ведь тут есть дар! Главное – прикончить его до отката!» – не успел я обдумать план боя, как монстр преподнёс сюрприз.

Демон вдруг вытянул нижнюю челюсть, и на её кончике образовался огненный шар, который с шипением полетел в нашу сторону. Я машинально выбросил вперёд ладонь, и с неё сорвался маленький фиолетовый огонёк. Столкнувшись, шары бесследно рассеялись. Удивились все трое: я, Юлий и даже демон.

Замешательство длилось недолго. Демон тут же запустил второй шар. Я снова вытянул руку – и с ладони навстречу ему выпорхнул такой же фиолетовый огонёк, растворивший атаку. При этом в груди у меня по-прежнему мягко пульсировала сила, без намёка на откат.

Быстро сообразив, что шары на нас не действуют, демон прижался к земле. Я оттолкнул Юлия, а сам отпрыгнул в сторону. Вовремя! Мимо нас стрелой пронеслась туша монстра, которая, пропахав землю и подняв тучу брызг, замерла у ручья.

Не успел он развернуться, как мой кулак, словно молот, обрушился на его череп. Раздался оглушительный хруст, и демон вмялся в сырую землю. И вот тут-то на меня обрушился откат – такой, какого ещё не было. Грудь сдавило тисками, я рухнул на одно колено, закашляв кровью. Перед глазами заплясали тёмные мушки, мир поплыл и окончательно померк.

Очнулся я на подстилке из веток, заботливо приготовленной Юлием. Сперва мне показалось, что запах демона никуда не делся. Я повернул голову и, увидев рядом тот же ручей и труп твари, понял – не показалось.

– Как вы себя чувствуете, князь? – снимая с моего лба влажный компресс, спросил капитан.

– Жить буду, – трезво оценив состояние, ответил я. – Это вот такие твари выползают из Разломов?

– Это был всего лишь разведчик. Демоны-солдаты покрупнее будут, но те, по крайней мере, огненными шарами не плюются, – пояснил Юлий.

– Сколько я провалялся?

– Недолго, около часа, – подав мне руку и помогая сесть, Юлий продолжил: – Вы меня напугали, князь. Я уж думал, горячка началась – вы бредили, а потом вдруг успокоились, и жар прошёл.

При взгляде на труп демона мой дар снова встрепенулся. Мне показалось, будто он хочет, чтобы я подошёл ближе. Я глотнул воды из фляги, подобрал нож и направился к тушке. В моём мире с монстров можно было добыть энергетические кристаллы, используемые повсеместно, даже в бытовых приборах.

«Интересно, а тут можно что-то полезное с него получить?» – размышлял я, разглядывая дохлую тварь, из размозжённого черепа которой сочилась чёрная кровь.

– Юлий, а с демона можно что-то полезное взять?

– А чего с них взять-то, господин? Кожа – дрянь, мясо – яд, клыки – никуда не годятся.

– Стоп. Их что, кто-то есть пытался?

– Дураки везде находятся. Были такие, что считали: съешь мясо демона – его силу получишь, – хмыкнул капитан.

– И что?

– Доходили концы в страшных муках на ночном горшке.

– Понятно… То есть ничего ценного нет?

– Ну, про сердца ещё молва ходила, да только помирали от них ещё быстрее. Вы его бросьте, я его подальше оттащу да прикопаю, чтоб ручей не отравил, а то зверьё жалко.

Дар продолжал вести себя странно, и мной овладело навязчивое ощущение. Перевернув тушу, я обнаружил, что шкура на брюхе гораздо тоньше, чем на спине. Помня слова Юлия о ядовитости демонов, я ухватился за хвост и отволок тушу подальше.

Пока капитан рыхлил землю палкой, роя демону могилу, я воткнул нож по самую рукоять и вспорол ему брюхо. Оттуда вывалились вполне обыденные потроха, если не считать их ярко-синего цвета. Запах серы и тления усилился. Прикрыв нос краем накидки, я поддел шкуру палкой.

Сердце нашлось сразу. Выглядело оно странно – чёрное, шарообразное. Взяв его в руку, я почувствовал, как оно стало быстро усыхать, пока не превратилось в нечто, напоминающее высушенную ягоду. В тот же миг я ощутил такой прилив сил, что мне на секунду показалось – могу вырвать с корнем ближайшее дерево.

Прилив ушёл так же внезапно, как и пришёл, а дар в груди затих. «Так вот чего ты хотел!» – подвёл я итог. Я тут же ушёл внутрь себя, чтобы оценить изменения. Они были: огонёк перестал моргать, а просто горел маленькой искоркой в темноте.

«Надеюсь, я не стану таким, если буду впитывать их силу», – глянув на тушу, я вместе с засохшим сердцем столкнул её в яму.

Юлий быстро закопал труп и, взглянув на мой нож, с сожалением вздохнул. Лезвие после контакта с демоном потемнело и покрылось ржавыми пятнами. На мой немой вопрос капитан ответил:

– Никто не знает почему, но от крови демонов железо быстро портится. Нож теперь только выбросить.

Я воткнул испорченное лезвие в свежий холмик и пошёл за уходящим Юлием.

Как он и предсказывал, до деревни мы добрались часа за два. Прежде чем войти на единственную улицу, мы решили её обойти и осмотреться. Предосторожность оказалась не лишней: пробираясь в высокой траве, я увидел то, от чего кровь в жилах на мгновение закипела.

Посреди улицы был вкопан деревянный столб, а к нему привязан Лука. Его голова бессильно свисала на грудь, волосы слиплись от запёкшейся крови.

– Это его мы должны были встретить, князь? – глядя на моё непроницаемое лицо, спросил Юлий.

– Его.

– Опоздали мы. Жалко парня, но надо идти дальше, – не дожидаясь моего ответа, продолжил он. – Князь, нам в Пеньки надо. Если уж демоны-разведчики тут бродят, значит, дела у моих ребят совсем плохи.

– Ты иди, а я Луку заберу и тебя догоню.

– Вы что, княже… – забеспокоился он. – Явно же ловушка это! Сгинете почём зря… Давайте до села доберёмся, солдат возьмём и отобьём его. Вечером уже там будем, а утром парня вызволим.

– Иди один. Это приказ, – ледяным тоном ответил я.

– Говорите что хотите, но вас одного я не оставлю, господин! – возразил он.

– Тогда не мешай, – с этими словами я встал и направился к деревне.

Ещё на подходе я ненадолго подключил дар и разобрал, что в ближайших к столбу домах, судя по голосам, засело человек восемь солдат.

Восемь неодарённых против одного одарённого – для них не самый равный расклад. После встречи с демоном я понял, что стал сильнее, и мне с лихвой хватит времени до отката, чтобы разобраться со всеми.

Перепрыгнув невысокий плетень, я вышел напрямую к улице и крикнул:

– Выходите и сдавайтесь! И, возможно, я сохраню вам жизни!

– Мы предлагаем обратное! – отозвался старший, тот самый, что встречал нас у ворот, выходя из дома слева.

С ним вышло ещё пятеро, и четверо – из соседнего дома. «Хм, немного просчитался. Но их положение это не исправит», – промелькнуло у меня в голове. Я крепче сжал кулаки и двинулся навстречу.

Проходя мимо Луки, я на мгновение задержался. Увидев, что грудь парня медленно и тяжело вздымается, я выдохнул с облегчением и, рванул с места навстречу солдатам справа.

Копьё в руках умелого бойца – смертоносное оружие, дающее преимущество в дистанции. Но только не против одарённого, ведь в меня ещё нужно успеть попасть. Я молнией ушёл в сторону от выпада, схватил древко и рванул на себя. Солдат, не выпуская оружия, полетел вперёд и получил встречный удар ногой в грудь. Хруст – и он, словно сломанная кукла, отлетел назад, сбив с ног товарища.

Копьём я владел хуже, чем алебардой, но навыки никуда не делись. Перехватив древко, я сделал точный быстрый выпад – и первая струя крови оросила пыльную улицу. Отбил встречную атаку, резкий взмах – лезвие наконечника прошлось по горлу очередного врага.

Вторая группа во главе со старшим уже приближалась. Я поднял с земли круглый щит и швырнул его в несущихся на меня солдат. Один из них успел подставить щит – раздался треск, и его отбросило назад.

Старший сбавил ход, его люди взяли меня в полукольцо, наставив копья. В этот момент один из них хрипнул – тихий Юлий пробил ему затылок наконечником.

Их секундное замешательство стоило им ещё одной потери – уже от моей руки. Я бросил взгляд на капитана – Юлий понял меня без слов и отступил, а я начал свой смертельный вихрь, нанося молниеносные, точные удары копьём.

Напоследок я оставил их старшего. Когда тот остался один, он понял, что проиграл. Его последний выпад больше походил на отчаяние. С бешеным криком он бросился на меня. Я играючи выбил меч из его рук и тыльной стороной древка ударил его точно между глаз. Офицер закатил глаза и рухнул в пыль. В этот раз пощады не будет – кто-то должен был ответить за содеянное.

Отбросив копьё, я схватил офицера за волосы и поволок к столбу, туда, где минуту назад висел Лука.

– Как он?

– Слава богам, живой.

– Юлий, узнай у местных, нет ли тут целителя или травника.

Юлий кивнул и устремился к домам. А я переждав короткий откат привязывал офицера, капитан уже возвращался, ведя за собой женщину в тёмно-зелёном сарафане.

Женщина без лишних слов склонилась над Лукой, осторожно осмотрела раны и сказала:

– В дом его ко мне надо…

– Юлий, закончи с этим, – кивнул я в сторону привязанного офицера.

Я подхватил Луку на руки и последовал за женщиной. Внеся его в дом, где густо пахло сушёными травами, я по её указанию уложил его на высокую лавку.

Оглядевшись, я заметил нескольких худеньких девочек в простых длинных платьях.

Женщина, стоявшая рядом со мной, тут же принялась раздавать распоряжения:

– Манька, чё встала? А ну бегом за водой! – повернувшись к другой, продолжила: – Филя, неси отвар и тряпки чистые.

Девочки тут же разбежались в разные стороны. Женщина достала нож с коротким широким лезвием и начала аккуратно срезать с Луки рубаху, бросив через плечо:

– А ты не суетись, подожди снаружи.

– Может, тебе помочь чем?

– Врачевать умеешь? – спросила она без тени страха.

– Не особо.

– Тогда не мешай, – сказав это, она повернулась и продолжила своё дело.

Я бросил взгляд на израненное тело Луки, покачал головой и вышел из дома. Мимо меня прошла первая девочка с тяжёлым ведром воды. Я хотел ей помочь, но она втянула голову в плечи и не отдала ведро.

«Вот же дикие… Ладно, главное, чтобы Луке помогли», – подумал я и вышел за калитку.

Сидя на лавке, я наблюдал, как Юлий собрал деревенских мужиков. До меня донёсся его твёрдый голос, раздававший приказы. Деревня мигом ожила. Мужики покрепче снимали с солдат доспехи и сапоги, а тела уносили к лесу. Другие прикатили нашу повозку и стали грузить в неё всё, что сняли с убитых, включая копья.

Сам Юлий, подобрав себе доспех по размеру, уже чистил его тряпкой. Затем примерил подходящие сапоги и спустя полчаса, затянув пояс с офицерскими ножнами, в полном облачении направился ко мне.

– Всё готово, князь. Хоть сейчас можем выезжать, – отчитался он и, посмотрев на дом за моей спиной, спросил: – Как там парнишка-то?

– Пока тишина, – ответил я задумчиво.

Деревню мы покинули спустя час, оставив после себя изуродованное до неузнаваемости тело старшего, привязанное к столбу. Это был ответ и послание всем моим врагам – чтобы понимали, что ждёт каждого, кто посмеет посягнуть моих людей.

Восемь лошадей послушно шли позади повозки – двоих, по просьбе Юлия, мы оставили крестьянам за помощь. Луку мы уложили посередине на мягкой подстилке. Он так и не пришёл в сознание, но, по словам знахарки, парень молодой и крепкий – к утру должен очнуться.

Сидя впереди на тюках, я задумчиво глядел на дорогу и, вспомнив наш с Юлием разговор до нападения демона, обратился к капитану:

– Юлий, ты, кстати, так и не закончил про моего дядю.

– Ах, да, извините, князь. Так вот, дядя ваш собрал войско и занял два села у соляных копей, – начал он свой бессвязный рассказ. – Отец ваш, прознав про это, тотчас собрал людей и двинулся их отбивать. Знатный мы тогда марш-бросок совершили. Нашли подходящее место и встали лагерем. Мудр был ваш отец и воевать умел, – он покосился на меня. – Когда войско Самсона подошло, мы сперва струхнули – думали, все тут и полегнем, ведь их вдвое больше было, да и конницы много. Да только ваш отец место выбрал не случайное, да и с погодой подгадал.

– Использовал погоду и особенности рельефа, – пробормотал я.

– Именно так! – удивился Юлий моим словам и продолжил: – При атаке вся их конница в грязи увязла, а мы их сдержали. Когда конные отступать начали, своих изрядно потрепали, ну а дальше мы в наступление перешли и с флангов ударили. Так войско Самсона и разбили.

– А почему ты говоришь «был»? Может, отец ещё жив, кто знает, что там случилось?

– Как, князь? Письмо же с голубем пришло, что он погиб. Наместник сразу ко мне спустился, ещё и злорадствовал, гад.

И тут я вспомнил о злополучном письме, что лежало у меня в кармане. Развернув его, пока ещё хватало света, я пробежался глазами по строчкам:

Князь Риван пал в бою при отступлении. Князю Ронну удалось бежать, направляется к вам. Приказ – выйти навстречу и сопроводить. Яроград сожжён. Как раненные смогут идти выступаем в Древесный.

– Юлий, как будем в Пеньках, хватай самого выносливого. Пусть берёт лошадей и на всех порах мчит через Древесный в Яроград. Ему нужно перехватить отряд солдат моего отца. Как найдёт – пусть ведёт их сразу сюда. Боюсь, если они попадут к наместнику, случится беда.

– Послание бы им от вас оформить, князь. А то кто ж ему на слово поверит.

– Тогда первым делом, как прибудем, найди мне чем писать и бумагу.

Лес стал редеть, и моему взору открылись вырубленные участки. Аккуратно очищенные от деревьев квадраты по сторонам дороги, а кругом – одни пни. Теперь я понял, откуда у села такое название. Кисловатый запах сажи и гари щекотал ноздри, а вскоре над лесом кое-где показались низкие клубы дыма.

– Юлий, там что, пожар впереди?

– Нет, князь, Пеньки уже близко. А дым и запах – это местные углежоги работают. Вон там, – он указал рукой, – река быстрая проходит, по ней лес на сплав отправляют, да и углежогам воды много надо.

Мирное поскрипывание колёс и перекликание птиц внезапно прервал отчаянный, далёкий крик. Мы замерли, прислушиваясь. Крик повторился, и вскоре на дороге показался молодой парнишка. Он бежал к нам, размахивая руками и что-то крича.

Глава 5

– Помогите! – орал парнишка во всю глотку.

Юлий хлестнул лошадей, и повозка прибавила ходу. Когда мы поравнялись с парнем, тот выкрикнул, задыхаясь:

– Демоны!

– Где они?! – рявкнул в ответ Юлий.

– Уже рядом! Скоро в Пеньки войдут!

– А солдаты?!

– Оборону готовят! Меня за помощью послали!

– Запрыгивай, давай! – протянул ему руку Юлий.

– А как же помощь?! – растерянно выдохнул паренёк.

– Мы и есть помощь! Быстрее! – проворчал капитан.

Едва парнишка вскарабкался на козлы, Юлий вновь хлестнул коней, и повозка рванула в сторону села.

Быстро темнело, солнце уже скрылось за деревьями. Юлию пришлось сбавить ход – иначе можно было опрокинуть повозку. Лес внезапно закончился, и мы выехали на широкую равнину. Впереди уже виднелось село и лента реки.

Я ожидал увидеть полчища чудовищ, дымящиеся развалины. Но нас встретила вечерняя тишина, лишь издалека доносились отрывистые крики.

Само село было обнесено деревянным частоколом, а перед ним были разбросаны противотаранные ежи из обтёсанных заострённых брёвен.

– Не зря я этих дармоедов гонял, – с одобрением проворчал Юлий, окидывая взглядом укрепления.

Люди на воротах нас заметили. На стене появились лучники, но пока никто не проявлял враждебности. Повозка замедлила ход, чтобы не мучить лошадей, и минут через десять мы подкатили к воротам.

– Открывайте! Это Сенька! Я помощь привёл! – вдруг заорал во всю глотку парнишка и спрыгнул с козел.

Ворота со скрипом распахнулись, и мы въехали внутрь. Паренёк первым юркнул в проём и подбежал к одному из солдат. Пока мы слезали с повозки, я услышал, как тот его отчитывает:

– Мы тебя за провизией еще утром послали, а ты кого привёл, дурья твоя башка?!

Парнишка вжал голову в плечи – явно не ожидал такого приёма.

– Ты что, не рад меня видеть, Сафрон? – зычно крикнул ему Юлий.

– Капитан! – пронеслось по двору.

Солдаты стали подходить со всех сторон. Сафрон, раскинув руки, быстрым шагом направился к Юлию:

– Жив, старый! А мы уж думали, сгноит тебя эта паскуда в темнице! – громко сказал он и крепко обнял капитана.

Едва они похлопали друг друга по спинам, Юлий сделал шаг назад и рявкнул:

– А ну, построились! Поприветствуйте князя нашего, Рональда!

– Потом, Юлий! – осадил я капитана. – Найди мне стол, бумагу и чем писать. И Луку с повозки заберите.

Сафрон шагнул ко мне и склонил голову:

– Приветствуем вас, князь, – и, махнув рукой, подозвал двоих солдат: – Проводите князя в дом старосты.

Солдаты поклонились, расправили плечи – один вышел вперёд, второй встал сзади, прикрывая спину. Пройдя двор, мы направились вверх по улице. Юлий остался с Сафроном, о чём-то шумно беседуя. Людей на улицах почти не было.

По пути нас обогнал парнишка Сенька и, сверкая босыми пятками, умчался вперёд.

У самого большого в посёлке дома, чей первый этаж, в отличие от других, был сложен из камня, нас встретил сухопарый мужичок.

Видимо, Сенька уже успел предупредить, кто идёт, потому что мужичок поклонился и приветствовал нас:

– Да хранят вас боги, господин. Прошу в дом, – он отошёл в сторону, делая приглашающий жест.

Массивная дверь была распахнута. Я поднялся по ступеням и вошёл внутрь, а солдаты встали у входа, застыв с каменными лицами, прижав копья к боку.

«Неплохая выучка. Не зря Юлий свой хлеб как капитан ест», – отметил я про себя, осматриваясь.

Внутри было полутемно. Я прошёл по коридору в освещённую комнату – видимо, гостиную. Посреди стоял длинный стол с лавками, напротив в очаге трещали дрова. Всё выглядело скромно, но добротно. Староста принёс две лампы, поставил их на стол, затем из сундука в углу достал два листа бумаги, чернильницу и положил рядом гусиное перо.

– Вот, господин, пожалуйста, – указал он рукой и добавил: – Ужин сейчас принесут. Вина нет, но мёд есть, будете?

– Нет, морсу ягодного лучше принеси.

Кивнув, он растворился в проёме. Я присел на лавку и стал разглядывать письменные принадлежности.

«И как этим писать-то?» – вертел я пером в руках. Потом меня осенило – не зря же староста поставил чашечку с чёрной жижей и песочницей. Обмакнув перо, я замер над листом. До меня дошло, что местных букв я не знаю, но, начав выводить слова из своего мира, с удивлением понял, что пишу на здешнем языке.

«Видимо, какая-то часть сознания от прежнего хозяина тела во мне осталась», – подвёл я итог, заканчивая послание.

Быстро сообразив, зачем нужен песок, я присыпал им свежие чернила, а потом аккуратно стряхнул лист над полом.

В этот момент староста с женой начали накрывать на стол. Я несколько раз сложил листок и попросил позвать одного из солдат с крыльца.

Передав послание, я сказал: – Передай это капитану и узнай, как там Луку разместили, – и принялся за ужин.

Вкусная, простая, по-домашнему приготовленная еда быстро утолила голод. Глаза начали слипаться – день выдался невероятно насыщенным. Чуткий хозяин тут же предложил проводить меня в спальню.

– Сперва дела, – отмахнулся я и направился к выходу.

Посыльный уже вернулся и доложил, что Луку определили к другим раненым и местный знахарь его уже осмотрел. Кивнув, я отдал приказ:

– Веди меня к Юлию.

Мы двинулись обратно к воротам. Кругом стояла кромешная тьма, лишь в некоторых окнах теплился свет. Навстречу нам прошёл патруль из четырёх солдат с факелами. Я оглянулся и увидел, что по всему частоколу горят масляные лампы.

Можно было, конечно, вызвать капитана к себе, но мне хотелось прогуляться и подышать воздухом, посмотреть, как тут дела с обороной. В моём мире воевали иначе, и я жадно впитывал всё новое.

Капитана я нашёл на стене. Поднявшись к нему и вглядываясь в окружающую темноту, я спросил:

– Гонец уехал?

– Так точно. Взял двух самых резвых лошадей и умчался.

– Как в целом обстоят дела?

– Лучше, чем я ожидал. Даже с провизией вопрос на время решили.

Я с недоумением посмотрел на него.

– Оказывается, ваш Лука всю повозку мукой и прочей снедью забил.

«То-то мне показалось, что тюков прибавилось», – усмехнулся я про себя.

– Молодец, сообразил, что солдатам жрать надо, вот и набрал в деревне, – похвалил он Луку.

– А с демонами что?

– Тут хуже. Ребята говорят, их у Разлома много расплодилось, а значит, скоро на посёлок пойдут.

– Много – это сколько?

– Штук десять уже вылезло. Если так оставить, Разлом начнёт расширяться, тогда оттуда ещё больше этой нечисти полезет, а может, и офицер выйдет – тогда посёлку точно не устоять.

– Так почему его до сих пор не закрыли?

– А разве они могут? Тут одарённые нужны, как вы, князь. Этот Ниотто должен был давно дяде вашему отписать или в столицу, чтобы одарённого пригласить, ещё когда Разлом только появился.

– Понятно. И что ты предлагаешь?

– Предлагаю дождаться, когда демоны нападут. После того как отобьём атаку, мы с вами, князь, Разлом и закроем. Обороняться на своей территории всё же сподручнее.

– Согласен. Но они точно сюда придут?

– Придут. Им человечинка по душе. Всё зверьё у Разлома они, наверное, уже перебили – времени много прошло.

– Сколько у нас людей?

– Тридцать человек на ногах, ещё пятеро раненых лежат.

– А у наместника?

– Шесть десятков было. Десятерых в той деревне уже прикопали.

– Но он в городе и за стенами. Нам людей точно не хватит.

– Не хватит, – согласился Юлий. – Ещё и от демонов отбиться нужно. А вам бы, князь, отдохнуть – вижу, выжаты вы изрядно. День-то какой выдался.

– Ты тоже долго не задерживайся, – похлопал я его по плечу. – Сонный капитан – плохой командир.

Я спустился и в сопровождении солдат направился к дому старосты. Там меня уже ждали: приготовили бадью с горячей водой, забрали одежду, пообещав, что к утру всё будет чистым и сухим. Умывшись и растянувшись на широкой кровати, я почти мгновенно провалился в сон.

Проснулся я рано, солнце только вступало в свои права, над округой ещё разносился заливистый крик петухов. Одежда моя, как ни странно, уже лежала аккуратно сложенная на сундуке.

«Надо бы себе что-то попрактичнее раздобыть, в этом воевать несподручно», – подумал я, облачаясь в чистое и выглаженное. Не успел я выйти из комнаты, как в груди знакомо отозвался дар, и через мгновение над селом пронёсся протяжный звук рога. «Началось», – пронеслось у меня в голове, и я выскочил из дома.

Солдат у входа уже сменили. Завидев меня, они поклонились и поспешили следом. Я быстрым шагом двинулся к воротам, откуда доносился звук рога.

По пути мне повстречался Юлий. Он сбрил бороду и поправил причёску. Я даже не сразу узнал его. Оказалось, он не настолько стар, как казалось вначале, – крепкий ветеран лет пятидесяти. Такому ещё воевать да воевать.

Он поприветствовал меня, и мы вдвоём быстро взбежали на стену. Один из солдат показал рукой в сторону леса, где был замечен демон. Юлий сначала хотел его отчитать, но я, положив руку на его плечо, сказал:

– Они там. Я их чую.

Капитан сделал серьёзное лицо и, обернувшись, крикнул вниз:

– Сафрон, готовь лучников! Четверых сюда с копьями, остальные – во двор!

– Есть! – донёсся снизу голос.

Окинув взглядом поле, я быстро сообразил замысел Юлия и, повернувшись, спросил:

– Не будет хуже, если мы тварей скучкуем?

– Наоборот, князь. Демоны-солдаты покрепче разведчиков будут, стену они так и так пробьют. А так нам и копьями их закидывать легче, и где прорыв – сразу будет уже знаем.

Опыта сражения с демонами у меня не было, поэтому оставалось положиться на знания капитана.

Не успели мы завершить приготовления, как показались демоны. Размером с корову, бурые твари на шести лапах неслись к деревне. Демоны-солдаты не сильно отличались от разведчиков – главное, они были крупнее и имели массивный череп на толстой шее. Пробежавшись глазами, я насчитал двенадцать штук.

Разбросанные по полю ежи сбивали тварей в кучку у дороги, и, едва они пересекли невидимую черту, лучники выпустили огненные стрелы в специальные рвы, набитые соломой и смолой. Пламя быстро разбежалось, образовав огненную воронку.

Когда до ворот оставалось совсем немного, я услышал крик Юлия:

– Тащи!

По трое солдат с каждой стороны рванули на себя верёвки. На пути тварей внезапно взметнулись заострённые колья, и первые три демона, мчавшиеся впереди, налетели на них на полном ходу.

Раздался оглушительный треск. Стая монстров замедлила бег, зашипев и захрипев.

Сверху на них тут же обрушился град стрел и копий.

Но демонов это не остановило. Громко зарычав, они рванули вперёд, прямо по телам погибших сородичей. Быстро определив, что слабейшее место – ворота, двое самых крупных демонов на полном ходу врезались в них. Удар был такой силы, что задрожала вся стена.

Ворота прогнулись внутрь, балка треснула, и после второго удара демоны ворвались во двор. Радовало лишь то, что больше половины из них полегло ещё на подступах.

Солдаты тут же взяли тварей в полукольцо, атакуя с флангов. Было видно, что с демонами они сражаться умеют: трое монстров уже валялись бездыханными, а среди наших пока не было потерь.

Внезапно самый крупный демон, невзирая на тычки копий, проломил строй и рванул вглубь посёлка. Увидев это, я вмиг слетел по лестнице, на ходу выхватывая копьё у солдата, прикрывавшего спуск, и бросился вдогонку.

Тварь неслась, не разбирая дороги, на ходу протаранила плетень одного из дворов и влетела внутрь. Из дома донёсся испуганный визг женщин и детей, а следом, сквозь клубы пыли, ворвался и я.

Почуяв меня, тварь развернулась и с хриплым рёвом бросилась в атаку.

Пока я стоял на стене, наблюдая, как солдаты расправляются с монстрами, я отметил их уязвимые места – удар в которые быстро добивал тварь. Это были основание шеи и бока сразу за передней парой лап.

Поняв, что ударить в шею не успеваю, я резко отскочил вбок и изо всех сил всадил копьё демону в бок. Древко вошло так глубоко, что монстр, дёрнувшись, вырвал его у меня из рук и, протащив ещё несколько метров, рухнул на окровавленную землю.

Не успел я порадоваться быстрой победе, как со стены снова прозвучал рог. Выдернув копьё из бока демона, я в сопровождении изумлённых солдат бросился обратно.

Едва я оказался во дворе, как навстречу мне поспешил хмурый Юлий:

– Князь, уходим через вторые ворота!

– Не понял?!

– Мы опоздали… Офицер уже здесь.

– Эта тварь настолько непобедима?

– Будь тут стены каменные, я бы ещё рискнул. Но этот посёлок не спасти.

В этот момент, будто подтверждая слова капитана, дар в моей груди забился с такой силой, что я испугался – вот-вот наступит откат. Но, прислушавшись к себе, понял, что пока всё в порядке. Я прошёл мимо Юлия и направился к стене.

– Времени мало, князь! – попытался он меня остановить.

Я, игнорируя его, быстро взбежал по лестнице и вдалеке увидел новую тварь.

Ростом выше двух метров, демон шел на двух ногах. Он больше походил на человека, чем на монстра: четыре руки, бурая кожа, длинные чёрные волосы и ветвистые рога. Тело его покрывало нечто вроде доспехов, и он медленно вышагивал в сопровождении двух демонов-солдат.

– Он зальёт тут всё огнём, надо уходить, князь, – сказал Юлий, стоявший рядом.

Демон, словно услышав нас, остановился и, подняв все четыре руки, создал над головой огненный шар огромных размеров. Напитав его силой, он отвёл руки назад и швырнул вперёд, словно катапульта.

Шар взмыл в воздух и по дуге полетел в нашу сторону. Я вытянул ладонь навстречу и, создав три небольших фиолетовых огонька, выстрелил ими в огненный снаряд.

Произошло ровно то, что и должно было случиться: едва мои огоньки, переплетаясь, столкнулись со сгустком пламени, как тот рассеялся с лёгким хлопком, оставив лишь небольшую дымку.

Челюсть капитана в этот момент отвисла. Демон удивился не меньше и, склонив голову набок, пристально смотрел на меня своими ярко-жёлтыми глазами.

Подержав паузу, демон вытянул одну из рук и, издавая каркающие звуки, отдал приказ. Два демона-солдата тут же сорвались с места и устремились к воротам.

– Эти двое – на вас, а я займусь вот этим! – отдал я приказ.

Юлий тут же бросился назад, собирая солдат для обороны, а я, дождавшись, когда демоны окажутся в нескольких метрах от стены, с копьём в руке спрыгнул вниз и, не оборачиваясь, побежал навстречу демону.

Демон стоял на равнине недвижно, поджидая меня. Когда я, сбавив ход, начал приближаться медленной, осторожной поступью, рогатая тварь что-то произнесла на своем каркающем языке.

– Чаво? Не понимаю я! – громко крикнул я в ответ.

Демон ещё что-то прокаркал и издал скрипучий звук, похожий на смех. Каждой из своих четырёх рук он поочерёдно снял с пояса по кривому серповидному клинку.

Вот тут мне стало не до смеха. Длина его рук плюс лезвия практически сводили на нет моё преимущество в дистанции. С таким противником мне ещё не доводилось сражаться. Я заставил свой мозг работать на максимум, чтобы использовать стиль «Инвениус Виам».

Полностью сосредоточившись на поединке, я отмечал каждую мелочь: малейшее движение его тела, то, как он стоит, как реагирует.

Первый ход сделал демон. Сорвавшись с места, он атаковал всеми четырьмя руками одновременно, целясь мне в голову и ноги. У меня был лишь один вариант – отпрыгнуть. Но, видя его стойку, я понял, что он только этого и ждёт. Поэтому я рванул вперёд и вбок, уходя от ударов, и нанёс ответный выпад, оставив на бедре демона неглубокий порез.

Сгруппировавшись, я сделал кувырок и вскочил на ноги. Демон, поняв, что атака провалилась, посмотрел на свою рану и снова что-то прокаркал.

– Да говори уже по-людски, страховидло переросток! – попытался я спровоцировать его ухмылкой.

На удивление, сработало. Демон крутанул клинки и снова бросился в атаку. Два удара крест-накрест и два с флангов – моё сознание с опережением предугадало траекторию. Я сделал шаг назад – лезвия просвистели в сантиметре от тела, – и тут же рванул вперёд. Наконечник копья почти целиком вошёл в рану на бедре.

Но демон преподнёс сюрприз: он встал на колено и резко развернул корпус. Копьё заклинило, и в ту же секунду последовала атака с двух сторон. Пришлось отпустить древко и отпрыгнуть назад, едва успев увернуться. Вместо меня удар приняло копьё – оно с хрустом переломилось в двух местах.

Демон медленно поднялся и выдернул наконечник из бедра. Облизав лезвие, он отшвырнул его в сторону. Нога была залита чёрной кровью, но тварь храбрилась, делая вид, что ей всё нипочём.

Я начал отступать, заставляя демона идти за мной. Он сделал шаг, второй, третий – и тут же последовал молниеносный выпад. Я заметил, что, как бы он ни изображал что не чувствует боли, на раненую ногу он всё же прихрамывает.

Начал обходить его по дуге, вынуждая переносить вес на повреждённую конечность. Демон провёл уже знакомую перекрёстную атаку. В прыжке я ударил ногой точно по его кисти и выбил один из клинков. Рывок в сторону – и оружие у меня в руке. От неожиданности я чуть не выронил его – клинок с виду был невелик, но весил будто кузнечный молот.

Спасла только сила одарённого – не будь дара, пришлось бы бросить эту железяку. Демон с возмущением уставился на меня.

– Не отдам, пока не попросишь! – крикнул я.

Демон что-то прокаркал в ответ и, крутанув оставшиеся клинки, снова пошёл в атаку. Сражаться его же оружием я и не собирался. Сделав шаг вбок и резкий разворот, я швырнул клинок со всей силы демону в грудь, а сам рванул к обломку копья. Вращающееся лезвие ударило тварь по рёбрам тупой стороной. Демона на мгновение отбросило назад, он инстинктивно перенёс вес на раненую ногу, его тело развернулось – и в этот момент я, подобрав обломок копья, всадил ему наконечник в шею.

Демон рухнул навзничь. Из его рук выпали три клинка, лапы лихорадочно забегали по шее, ощупывая торчащий обломок древка. Глаза чудовища расширились от удивления, и, с булькающим хрипом, он затих.

Я грузно рухнул на землю. Перед глазами снова заплясали чёрные мушки – то ли откат давал о себе знать, то ли я просто переусердствовал. Тело молодого князя явно не было готово к таким испытаниям. Будь я в своей форме – бой не показался бы таким изматывающим. Поставив себе мысленную зарубку насчёт тренировок, желательно с завтрашнего дня, я с силой провёл рукой по вискам.

– Видали, как князь его уложил? – донёсся до меня удивлённый возглас.

Я резко обернулся и увидел приближающийся отряд солдат во главе с Сафроном.

Стоя гурьбой неподалёку от тела демона и с нескрываемым восхищением глядя на меня, один из солдат неожиданно крикнул:

– Слава князю Рональду! Слава стражу нашему, защитнику людскому!

Остальные подхватили этот клич, и, не подними я успокаивающую ладонь, они так и продолжали бы скандировать: «Слава стражу!» В этот момент в голове у меня родился безумный план, связанный с этими самыми «Стражами». Мысленно отметив идею и отложив её на дальнюю полку, я спросил:

– А Юлий где?

– Демон ногу ему зацепил. Он, конечно, рвался сюда, к вам, князь, еле уговорили остаться.

Рассиживаться было некогда. Я поднялся, слегка пошатываясь, и, бросив взгляд на поверженного демона, сказал:

– Сафрон, ты знаешь, где Разлом?

– Знаю, тут недалече. Час по лесу, не больше.

– Тогда бери двоих самых путевых и показывай дорогу. Остальным передай – пусть демонов за ворота отнесут, но пока не закапывают. Они мне ещё понадобятся.

– Прямо сейчас на Разлом пойдём?

– А когда? Подождём, пока оттуда ещё нечисть повылазит? – сказав это, я подошёл к одному из солдат и, кивнув, забрал его копьё.

Сафрон ткнул пальцем в двух бойцов, обозначая тех, кто пойдёт с нами, и, сделав шаг в сторону леса, коротко бросил:

– Пойдёмте, княже. Нам туда.

Глава 6

Утренний лес встретил нас гробовой тишиной. Слышно было лишь наше дыхание да хруст сломанных веток под ногами солдат. Впереди шёл Сафрон, а двое бойцов шли по бокам, прикрывая меня с флангов.

Разлом я почувствовал первым – дар снова ожил, напомнив о себе настойчивой пульсацией в груди. Пробираясь через бурелом, мы вышли на заросшую колею.

– Сафрон, а куда эта дорога ведёт?

– Там, где сейчас Разлом, раньше шахта железная была, – объяснил он.

«Не зря Пеньки тут построили. Железная руда, углежоги рядом, лес… Основатель явно был не дурак. Надо это дело обдумать», – размышлял я, ступая по мягкой траве.

– А что с шахтой теперь? Добывают ещё?

– Верхние пласты выбрали, а глубже никто не копал. Да и демоны потом пришли – пришлось людям бежать. Почти дошли, князь, сейчас сами увидите.

Едва Сафрон закончил, как мы увидели первые покосившиеся домики шахтёрского посёлка. Доски посерели от времени, кое-где покрылись лишайником – место явно давно заброшено. Повсюду валялся брошенный инвентарь, посуда, котелки – люди бежали впопыхах. Судя по размеру посёлка, добыча железа здесь была немалой.

Сафрон, шедший впереди, вдруг резко замер. Я принюхался и сам уловил знакомый запах демона – почуяв его раз, уже ни с чем не спутаешь.

Мы свернули с дороги и, стараясь ступать как можно тише, стали обходить домики, пробираясь к местам добычи. Пришлось рассредоточиться – проходы между постройками были слишком узки.

Выйдя на открытое пространство, мы увидели двух демонов – солдата и разведчика, – которые, переругиваясь, раздирали тушу оленя. От неё почти ничего не осталось – лишь грязная шкура да обглоданные кости. Но твари были так увлечены, что не заметили нас.

– Сафрон, солдат – на вас, а я беру разведчика.

Сафрон кивнул и, махнув солдатам, увёл их правее. Нужно было разделить тварей. Я поднял с земли камень и, дождавшись, когда демон-солдат отшвырнёт мелкого сородича, швырнул его в разведчика.

Камень угодил тому прямо в морду. Демон фыркнул от неожиданности и тут же развернулся в мою сторону. Заскрежетав, он прижался к земле и рванул вперёд.

Я выждал, пока он окажется на расстоянии выстрела, и, вытянув ладонь, выпустил фиолетовый огонёк в уже начавший формироваться на «губе» демона огненный шар. Не успел демон понять, куда делся его снаряд, как я пригвоздил его к земле ударом копья в шею.

Тем временем солдаты с Сафроном заманивали демона-солдата, уворачиваясь от его выпадов за старые бараки. Несколько построек были уже сметены мощными ударами.

Я, выдернул копьё, бросился им на подмогу. Наконечник уже покрылся пятнами, лезвие потемнело – нужно было действовать быстро, пока оружие не пришло в полную негодность. В бою с офицером мне повезло пробить шею, но шкура солдата казалась куда прочнее.

Пока солдаты отвлекали демона тычками, я прицелился и, используя дар, метнул копьё в уязвимое место. Демон дёрнулся и хрюкнул от неожиданности. Древко вошло точно под переднюю лапу. Сафрон, поймав момент, добил тварь ударом в шею.

Собравшись вместе, мы двинулись дальше. Сафрон указал на основание карьера, где зиял широкий проход в шахты.

– Вон там, князь. Оттуда твари и лезут.

Я присмотрелся и увидел, что земля у входа в шахту изменила цвет, став бурой с красноватыми прожилками. Словно невидимая граница отделяла территорию демонов.

– Ждите меня тут, – отдал я приказ и направился к шахте в одиночку.

Сафрон сначала хотел возразить, но, встретив мой твёрдый взгляд, лишь кивнул.

– Не рискуйте почём зря, князь, – донёсся до меня его шёпот.

По мере приближения к шахте пульсация в груди меняла характер – от резких всплесков до ровного, но настойчивого гула. Осмотрев вход, я не заметил ничего подозрительного, кроме странного цвета почвы и позеленевших деревянных крепей.

Сделав шаг внутрь, я ощутил тяжёлый сладковатый запах. Продвигаясь вглубь по сырой земле, я намеренно замедлил шаг, давая глазам привыкнуть к темноте. Никаких подозрительных звуков. Пройдя ещё несколько метров, я заметил на стенах отсвет – будто впереди горела тусклая алая лампа.

«Наверное, это и есть Разлом», – мелькнуло у меня, пока я пробирался вперёд.

Шахта плавно повернула, и за изгибом я оказался в искусственной пещере. Посреди неё в воздухе парил неровный красный камень с яркими кристаллическими прожилками, пульсирующими алым светом. Воздух вокруг искажался, переливаясь и создавая причудливую картину.

– Так вот как выглядит Разлом, – прошептал я, заворожённо глядя на аномалию.

Я сделал шаг к камню, затем другой, медленно приближаясь к центру. Воздух вокруг словно сгущался, послышался нарастающий гул, будто запустили мощный генератор. Каждый шаг давался всё труднее – невидимая сила отталкивала меня, не позволяя подойти ближе. Дар в груди взбесился, огонёк метался, словно затравленный зверь.

Я из последних сил протянул руку и схватил пульсирующий камень. Ладонь озарило фиолетовым заревом – и камень резко погас. Кругом воцарились темнота и тишина. Сперва я подумал, что это откат, но, прислушавшись, понял – просто исчез свет, исходивший от камня.

«И это всё? Так просто?» – стоял я в полной темноте, не веря своим ощущениям.

Глубоко вдохнув, я отметил – сладковатый запах исчез. Значит, работа выполнена. Почти на ощупь я выбрался обратно в туннель и, ориентируясь на свет впереди, покинул шахту.

Сафрон с солдатами стояли на прежнем месте, с любопытством глядя на меня. Я вышел и высоко поднял руку, сжимая в пальцах странный потухший камень.

В ответ грянули радостные возгласы: «Ай да князь!», «Вот это молодец!»

Делать здесь больше было нечего. Перед обратной дорогой я взял у одного из солдат холщовую сумку, положил в неё камень и, вырезав сердца поверженных демонов, скомандовал:

– Возвращаемся.

В посёлок мы возвращались по дороге – смысла скрываться и срезать путь теперь не было. На подходе я увидел, что Юлий, не дав солдатам расслабиться, развернул бурную деятельность. Мужики из деревни вместе с военными занимались восстановлением укреплений: таскали солому, обтёсывали брёвна. Ворота были сняты с петель, и несколько человек горячо обсуждали, как ставить новые столбы и опоры.

Едва мы вошли, Юлий, завидев меня, вздохнул с облегчением и, пробормотав: «Слава богам, уберегли», – устремился навстречу. Прихрамывая, он подошёл и вопросительно посмотрел на Сафрона.

– Закрыли, – кратко отчитался тот.

На лице капитана расплылась радостная улыбка. Он повернулся ко мне:

– Гонец успел, вот только назад вернулся.

– Говори, – коротко бросил я.

– Будут тут к вечеру. Раненых много, вот и движутся медленно.

– Сколько их?

– Человек пятьдесят, из них половина – раненые.

– Готовь места для раненых. Собери всех, кто умеет врачевать. Если не хватит – привези ту знахарку из деревни. Как Лука?

– Очнулся, со старостой о чём-то беседует, – улыбнулся Юлий. – Парень толковый, хваткий.

– А нечисть куда дели?

– Вон туда, – он показал за стену. – Костры уже сложили, вас ждали.

– Найди солдата, который вони не боится. Пусть возьмёт мешок да пару крепких ножей и отправится туда, – отдал я приказ и добавил: – Через час вели натаскать воды и еду приготовить. И чтобы староста с Лукой были рядом.

– Понял, княже. Всё сделаем…

– И это прибери, – всучил я ему сумку с камнем, развернулся и в сопровождении двух бойцов направился за ворота.

Найти демонов оказалось легко – вдоль частокола тянулась тёмная полоса засохшей крови. По пути нас догнал солдат с мешком. Дойдя до места, он молча протянул мне ножи, с любопытством следя за дальнейшим.

Я обошёл все тела и остановился у офицера. Двухметровый рогатый великан. Его кожа уже посерела, глаза по-прежнему удивлённо смотрели в небо. Осмотрев доспехи, я понял – они не снимались. Словно вторая кожа, они приросли к телу и были прочными, как хитин.

Тварь была разумна, и это тревожило. К тому же она командовала другими – значит, у них имелась своя иерархия. Я продолжал делать выводы, пока изучал труп.

Найдя узкую щель между грудными пластинами, я вогнал туда нож и надавил изо всех сил. Кое-как раздвинув пластины, я просунул пальцы внутрь. Как я и предполагал, это был не доспех, а природный нарост. Вскрыв грудную клетку, а затем и брюхо, я внимательно изучил анатомию.

В своём мире я чаще сражался с монстрами, чем с людьми, и знание их слабых мест не раз спасало мне жизнь. Вот и сейчас, не изменяя привычке, я быстро отмечал про себя особенности строения.

Лёгкие есть – значит, дышит. Пищевод, желудок… Сердце, как и ожидалось, представляло собой чёрный шар. Находилось оно за мощными костями грудной клетки – прочнее, чем у человека. Забрав сердце, я изучил мускулатуру – в целом демон-офицер напоминал человека, хоть и с разительными отличиями.

Затем перешёл к солдату. Этот отличался куда сильнее: мощный скелет, развитая мускулатура, в груди – толстые костяные пластины, защищавшие сердце и лёгкие. Брюхо также прикрывал слой мышц.

Как я и предполагал, наблюдая за боем, слабых мест было два: подмышки передних лап, где тонкий мышечный слой и отсутствие толстых костей позволяли поразить лёгкое, и участок на шее, где массивный череп соединялся с позвонками – там же проходила главная артерия.

«Интересно, сколько людей полегло, прежде чем они это выяснили?» – мелькнуло у меня.

Была и ещё одна особенность: помимо обычных сосудов, у демонов имелась сеть тонких белёсых прожилок. Если у разведчика они концентрировались на нижней челюсти, то у офицера оплетали ладони и руки.

«Значит, через них они управляют энергией и создают огненные шары», – пришёл я к выводу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.