Мэри Мэррис
Брошенные души

Нет ничего на свете хуже,

чем люди с уродливыми душами

Посвящается всем бездомным животным и моим любимым котикам: Баксу (2012-2024), Масе и Кисунчику.

Пролог

Я смотрел, как девушка плакала из-за неразделённой любви, в руках у неё была фотография молодого человека. Она сидела на подоконнике на первом этаже старого обшарпанного дома, и слёзы потоком лились из больших карих глаз. В соседней комнате ругались её родители. Они просто не смогли определиться, какую передачу смотреть. Какая беда! Не правда ли?

Наблюдая за людьми несколько лет подряд, я заметил, что им проще кричать друг на друга, чем поговорить и легче обвинить в любой ситуации всех вокруг, но не себя. И всё же у людей часто много родственников, много близких и товарищей.

А я один. И меня спасает только то, что я могу наблюдать за ними. Думать, как им там тепло, в доме, в уютном тёплом доме.

На втором этаже сидела за кухонным круглым столом женщина, которая корила себя за то, что съела целую пиццу одна. Она тяжело вздыхала пару минут, затем смогла встать и схватилась за живот, трогая его и, наверное, оценивая, сколько прибавит в весе от съеденного.

А на третьем, последнем этаже, несколько подростков что-то бурно обсуждали и явно замышляли. Стало понятно, что именно, когда несколько молодых людей ополчились на одного и принялись нападать: толкать беднягу и давать подзатыльники. Какие-то разборки.

Люди. Я им завидовал, сначала сидя на ледяном асфальте. Я мёрз. Они же находились в тепле. Я намокал от холодных капель осеннего октябрьского дождя. Они же, сухие и в состоянии о себе позаботиться, искали причины страдать. Затем я запрыгнул на дерево, чтобы лучше разглядывать в этажах повыше то, что творится в окнах маленького жилого дома на окраине городка.

Чего ноет эта дама? Она сидит в тепле, о ней заботятся родители. Они её одевают, кормят, содержат. А чего эта слегка полная женщина переживает из-за своего веса? У неё есть возможность вкусно поесть! Подумаешь, десяток лишних килограммов… То же мне, велика беда! А эти парни… думают, что они крутые, раз втроём набросились на одного? Да уж. Люди. Мерзкие, всё-таки, существа, не умеющие ценить то, что у них есть.

Лично я ел последний раз три дня назад. Удалось найти остатки курицы в мусорке, а не гладили меня уже… Сбился со счёта, сколько лет прошло. У этой тётки большой вес? Лучше уж так! А я чувствую, что скоро меня с лёгкостью снесёт с лап слабый порыв ветра. Драться? Да я один, помню, в детстве подрался с целой стаей злых собак! А тут втроём на одного и типа как герои. Позор.

Ах, да. Я защищал тогда ребёнка. Нет, не своего. Своих детей у меня нет. Ребёнка своих родителей. Тех, кто обо мне заботился в первые годы. Они ласкали меня, кормили, часто гладили и даже играли со мной. А потом… Потом они погибли. То ли машина, то ли автобус, то ли самолёт. Толком я ничего не понял.

Вместо того, чтобы позаботиться о ребёнке, кажется его звали Данил, близкие люди моей семьи просто оформили опеку над мальчишкой, а меня выбросили на улицу. С памятью с тех пор у меня серьёзные проблемы. Я ведь даже не представился вам. Я кот. Чёрно-серый кот. Имени своего я не помню. Только знаю, что его мне дала Анюта. Так ласково называл жену Михаил. Молодая пара взяла меня из приюта ещё котёнком.

Поначалу я часто слышал от гостей в своём доме странные фразы, но не понимал их.

– Зачем вам блохастый дворняжка? – искренне удивлялись некоторые. – Ведь есть много прекрасных пород!

Мои мама с папой тут же пресекали подобные разговоры, говоря, что ещё и собаку планируют завести, взять из того же приюта. А я так боялся, что они меня разлюбят! Представляете, это же мои родители! И вдруг у них появится кто-то, кто лучше меня?! Но Анюта отложила идею с собакой. Я был так рад и всегда приходил к ней на колени. Делился с ней своим теплом.

А спустя несколько месяцев, когда на свет появился Данил, я понял, почему собаки в нашем доме ещё нет и почему мама так поправилась. Я очень злился и ревновал! Мне казалось, что Анюта меня больше не любит. Хотя она по-прежнему кормила меня и играла со мной, но уже гораздо реже, потому что ей приходилось ухаживать за Данилом.

Со временем я привык к мальчику и даже полюбил его. Он всегда меня гладил и бросал мне мячик. А иногда мы даже соревновались, кто из нас лучше сыграет в кубики. Данил пытался что-то выложить из них, а я всегда помогал ему. Энергично двигал кубики лапкой и не понимал, чего мальчишка плачет. Потому что я побеждаю?

Однажды мама села играть с нами. Она меня отвлекала, гладя по шёрстке, а Данил тем временем обыграл меня. Точнее, собрал какое-то слово. Тогда до меня дошло, что раньше я не помогал ему, не играл с ним, а только мешал. И оказывается, он со мной вовсе не соревновался. Он хотел показать маме, что стал понимать человеческий язык. Помню, в тот миг я снова испугался, что мама с папой меня разлюбят. Однако меня не переставали гладить и постепенно я понял, что папа, я, мама и Данил – одна семья.

Так я прожил целых, кажется, пять лет, по человеческим меркам.

Глава 1

Поначалу я старался подходить к разным людям в надежде, что они заберут меня к себе, затем, спустя несколько месяцев, понял, что лучшая часть моей жизни позади.

Моих родителей нет. А значит, я никому не нужен. У меня сильно болел левый глаз, а лапки часто очень мёрзли. Когда я искал место, чтобы погреться, то мог получить грязным ботинком в живот или местные коты грозно шипели и кричали на меня. Тогда я понимал – эта территория занята.

Однажды я был так голоден, что пришлось драться с другим котом. В той драке мне повредили ухо. Оно жутко горело, будто его отрывали медленно и мучительно.

Я уже понял, что надо сторониться людей, других котов и вообще всего живого. Но самое обидное случилось, когда на меня обратил внимание ребёнок. Он показал на меня пальцем, когда я вылез из очередного бака с мусором в поисках объедков, и с восхищением смотрел на меня, грязного, уставшего и голодного.

– Мама, хочу кошечку домой!

Я замер на пару секунд, не в силах поверить, что это мой шанс. Я любил своих прежних родителей, но не отказался бы подарить тепло и ласку другим людям.

– Фу, он воняет, наверняка, блохастый, заразный, а ещё у него оторван кусок уха, и глаза нет! Пойдём, родной, я лучше куплю тебе мороженого! Это не кошечка, а крыса недобитая… Надо будет сказать дворникам, чтобы вытравили во дворах этих уродцев. – Прилично одетая женщина схватила за руку мальчика и потянула в другую сторону.

Так меня ещё никогда не унижали. Мама с папой всегда говорили, что я красавец, что у меня прекрасная шёрстка, глазки, носик… В тот миг я понял, что путь у меня один – прятаться ото всех, если хочу выжить. Даже если человек казался мне дружелюбным, я помнил отныне, что мои ощущения обманчивы. Что любой может меня пнуть, ударить, кинуть в меня камень. Я ужасно стал бояться всего на свете, даже своей тени. Выходил только ночью, выползал из подвала или прятался возле мусорок. И помимо лазания в вонючих баках стал наблюдать за жильцами разных домов.

Встречал даже несколько раз тех, у кого есть питомцы. Однако это были или породистые коты с собачками или мелкие животные – хомячки, попугаи, рыбки. А глядя на даму, которая покрасила своего маленького пёсика в розовый цвет и натянула на бедное животное такого же цвета комбинезон, я подумал, что у меня не худшая жизнь на свете.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.