Клиффорд Грем
Алисандорина Олиссия Дрекмор. Последняя Надежда!

(Olissius-Надежда, язык Богов)

В сырой пещере, словно в склепе, пред своей совестью в ответе,

Лежал дыханье затая, не шевелясь, закрыв глаза.

И Даго знал, что этот склеп, был кровью девственной согрет.

Но смерти здесь закон суровый, стал колыбелью жизни новой!

Как мог вот так он поступить? Лесную нимфу совратить!

Коварно совесть промолчала. Она злодейка, точно знала,

Что так написано в роду, идти по жизни одному.

Все женщины в его постели, должны служить одной лишь цели,

Ему наследников дарить, чтоб род Пампеи возродить!

Он вновь могуч, исполнен сил, сиял сверкая Аэрнил.

Он резко встал и вышел вон, он вновь один таков Закон!

Ходил он долго по Земле, искореняя силы зла!

Но Силой став, равный Богам, вознёсся как то в Небеса!

И пусть ликуют слуги Ада и жителям земли не в мочь.

Есть у людей ещё Надежда, его дитя, родная дочь!

Часть первая

Пролог

Олиссия, Земля (реальное время)

– Мы всё таки добрались! – На выдохе, произнесла я, облокачиваясь спиной на старенький, но ещё крепкий, выцветший и ошелушившейся забор, рядом со слегка проржавевшей калиткой, участка номер шестнадцать, на двенадцатой улице, дачного поселка "Садовод"!

Трое суток мы с моей названной сестрой, добирались сюда окольными путями, по полям и посадкам. Я достала довольно хорошо сохранившийся ключ от амбарного замка. А вот сам замок, за три года невостребованности, выглядел довольно плачевно. Долго не желал поддаваться, но вот всё же раздался щелчок, затем ещё один и препятствие было устранено. Я с натугой, под аккомпанемент зубодробительного скрежета отворила дверь своего нового дома!

– Уууужас!!! – Вздохнула Оксанка. – Хорошо хоть догадались захватить садоводческие перчатки.

Да уж! Картина запустения, точнее заполнения участка сорняком на протяжении трёх лет впечатляла! Сухие лопухи, амброзия, крапива выше моей головы. Хорошо хоть одичавшая малина не распространилась до едва видневшейся из под сухого тростника, тропинки из бетонных квадро блоков, ведущей к довольно большому, для дачного домика, строению, у забора по правой стороне в центре участка. Повезло хоть сейчас середина Апреля, и ещё не просохшая после таяния снега земля, политая недавним дождем, была довольно мягкой и казалось бы нерушимые стволы лопуха с мое запястье, при некотором усилии выкорчеввывались из земли вместе с корнями.

Где то, через полчаса, нам с сестрой, удалось проложить тонель, до крыльца дома, нуждающегося в срочном ремонте. К счастью здесь замок был тщательно запакован полиэтиленом и открылся довольно легко и мы попали на застекленную веранду, видимо по совместительству, выполняющую, когда-то ещё и роль кухни. Прямо напротив находилась ещё одна дверь с врезанным замком, ведущая в основное помещение. Справа от неё у стены стоял старинный, округлый холодильник "Зил". Слева умывальник "Мойдодыр". В дальнем левом углу располагалась четырех комфорточная газовая плита с духовкой. Рядом этажерка для посуды, за которой маскировался под тумбу газовый баллон, пустой. Между балоном и умывальником небольшой столик для готовки и пара задвинутых стульев. Правая сторона была обеденной. Здесь стоял красивый стол, скамеечный уголок встроенный во внешнюю стену веранды, пара табуретов и высокий до потолка пенал, в противоположном углу. Мебель казалась вполне удовлетворительной для использования, а вот "чистота" стекол с большим трудом едва пропускала солнечный свет. Впрочем в основной комнате, довольно большой и просторной, света вообще не было. Все четыре окна по паре у противоположных стен были задрапированы плотной тканью, которую мы принялись обдирать, найденной тут же на подоконнике ржавой стамеской.

Ну что можно сказать? Обои само собой нуждались в скорейшей замене. Сильно пожелтевший потолок, как и на веранде был покрыт когда-то белой краской, можно попытаться отмыть, хотя лучше перекрасить. А вот линолеум на полу,после хорошей чистки ещё послужит.Из мебели здесь был старый трёхдверный платяной шкаф, справа и античный сервант слева. У стены стояли почти вертикально, две решетчатые металлические кровати, грядушки от них пылились рядом. Еще одна дверь, все так же посередине привела в квадратную комнатушку поменьше с двумя окнами, одно в левой стене, другое прямо в задней стене дома. Здесь был старенький комод и кресло кровать. Дверка справа вела в чулан где обнаружился античный сундук, перевернутый летний столик и четыре табурета.

И этому месту предстояло стать нашим убежищем, на неопределенный срок! Я понуро опустила голову!

Глава первая

(Несколькими днями ранее)

Реанимационная палата пригородной клиники

– Доктор мы её теряем!

Раздался противный писк. Линия на мониторе кардиографа распрямилась.

– Дефибриллятор готов? Триста вольт!Разряд! – Юное тело лежащее на кушетке даже не пошевелилось.

– Черт! Что у тебя с прибором?

– Сам не пойму! Прибор исправен! Лично проверял. – Реаниматолог изумлённо, из под маски, посмотрел на контакты в своих руках.

– Повторный удар! Четыреста вольт! Все отошли! Разряд!

Освещение моргнуло.

– Чертовщина какая то! Куда девается ток?Не тело же его поглощает?

– Василий, вентиляция лёгких!

Сам доктор принялся за непрямой массаж сердца.

– Время остановки сердца четыре минуты! – Сообщила сестра.

Евгений Петрович усилил интенсивность массажа.

– На неё ни один препарат не действует, абсолютно, всё перепробовал, по дороге. – Сообщил фельдшер скорой помощи, доставивший девушку из местного сиротского приюта.

– Время остановки сердца семь минут. Похоже всё!

Евгений Петрович досадливо сплюнул не снимая маски. Отошёл от стола, сдёрнул маску и снимая перчатки констатировал.

– Время смерти двадцать три часа, сорок три минуты. – Все понуро опустили головы и вслед за дежурным врачём покинули палату, отключив приборы.

* * * * *

Та же палата семнадцать минут спустя.

Олиссия

Я открыла глаза и безучастно всматривалась в нависающие надо мной плафоны прожекторов, окутанных фосфорофицирующим светом.

– "Странно!" – Пришла в голову, первая неадекватная мысль. – "Света нет, ни единого источника, почему я вижу все так четко?" – Второй мыслю было, – "а кто, Я?"

Ничего не помню! Что я здесь делаю? Где, здесь? И все же главное, – "кто я?"

Только имя! Оно как клеймо вырезано в памяти. Нет я помню всё, что не связанно со мной! Какой сейчас год. Кто призидент. Осознаю, что я в больничке, только там такие штуки над головой вешают. Вот только ни единой ниточки к собственной личности. Не одного знакомого лица в памяти. Что же всё таки произошло?

Яркий свет сбоку. Ага открылась дверь. Включился свет поярче, я почему-то даже не зажмурилась. Каким-то боковым зрением отметила, что в палату въезжает перевозная кушетка. За ней появился высокий парень, дальше кажется ещё один.

– Доктор! – Услышала я надрывный голос водителя кушетки. "Ну и чего так орать?" – Труп ожил!… Ну то есть пациентка очнулась! – Неслось уже по коридору. Даже каталку забыл. Я услышала хлопанье дверей и топот ног. В палате стало тесно. Меня явно решили добить, покрайней мере, тормошили изрядно, в правый глаз ударил луч фонарика. Голосов я разобрать не смогла из-за их обилия. Услышала мерное попискивание. Видимо кто-то включил кардиограф.

Наконец сумасшествие прекратилось и я смогла разобрать:

– Давление в норме! Пульс учащен!

– Неудивительно, – раздался строгий голос, – развели тут кавардак. Все лишние освободили помещение!

Так бы и сразу! Я попыталась встать, но меня удержали.

– Лежи, лежи. Теперь слава Господу, ещё находишся! – Раздался тот же голос, но уже более спокойно. – А пока тебе, рано вставать. – Над моей головой показалась рука с торчащими буквой "V" двумя пальцами. – Сколько пальцев видишь?

– Пять! Только два у вас почему-то не сгибаются. Вас из-за этого положили в больницу? Но у меня то всё сгибается! Можно я наконец-то встану?

Я оттолкнула удерживающую меня руку и наконец то села, отодрав от себя все "присоски". Услышала ровный писк прибора, который тут же отключил, почему-то ухахатывающийся санитар. "Смешливый какой!"

Доктор похоже начал приходить в себя, но к моему счастью профессиональная этика не позволила ему придушить меня, ну по крайней мере сразу:

– Как,,, вы,,, себя,,, чувствуете?-Спросил он с расстановкой, после того как медленно досчитал до десяти.

У доктора тоже есть чувство юмора? И как я по его мнению должна ответить на этот вопрос, если учесть, что я совершенно не помню, как чувствовала себя до того, как очутилась здесь?

– "Так: если отвечу, "судя по всему лучше чем вы!", думаю мне может стать значительно хуже! Он и так еле сдерживается! Скажу, "как воставшая из могилы!", хуже может стать ему, а кто меня лечить будет? – Решила не доводить до инсульта бедняжку, поэтому, мило улыбнувшись ответила просто:

– Как заново рождённая! – А что? Память светла, как чистый лист, можно писать новую историю. Самое главное, что меня это совершенно не волновало! На подсознательном уровне я ощущала, что не желаю возвращаться к прошлому.

– "Меня там ни кто не ждёт!" – Едва эта мысль сформировалась в моем сознании, как грудь пронзила острая боль, в районе солнечного сплетения.

Я машинально прижала руку к очагу боли и нащупала под больничным халатом круглый предмет. Потянув за цепочку на шее, извлекла на свет кулончик размером с двух рублевую монету. С одной стороны на нем была изображена голова аиста крупным планом и четыре незнакомых мне символа, может буквы на незнакомом языке? На другой стороне была изображена та же птица, но уже в полете с характерным свертком в клюве. Я любовно погладила её и поместила на место, боль прекратилась. Смутные воспоминания пронеслись в голове, но так и не сложились в четкий образ.

– Вы помните, кто вы и что с вами случилось? – Продолжил допрос.

– Ни того, ни другого. Только имя. Меня зовут Олиссия! Больше ничего!

– Необычный случай, но это уже не в моей компетенции. Сейчас возьму кровь на анализ и тебя отвезут в палату!

– Вы уже чуть не отвезли меня в морг! – Несдержалась я, твердо вставая на ноги.

* * * * *

Утром меня разбудил, негромкий стук в дверь и в палату вошёл, незнакомый мужчина, с большим пузом.

– Меня зовут Григорий Константинович, я главный врач сего учреждения. – Представился он густым, но мягким басом.

– Евгений Петрович передал ваше дело мне лично.

– Спасибо хоть не тело! – Вырвалось у меня с ехидством.

– Хм. Ситуация и впрямь незаурядная. Как вы себя чувствуете сейчас? Ни на что не жалуетесь?

– Ещё как жалуюсь! На отсутствие кофе, например!

– Ну да. Меня предупредили, на счёт вашей, некой эксцентричности! Ну может, что-то вспомнили? Или сны?

– Ну да, я видела какой-то сон. Но мне это ничего не даёт. Даже кофе! – Не знаю, но почему-то любовь к этому напитку никуда не делась.

– Расскажете об этом моей коллеге Светлане Геннадьевне, она специалист в этой области!От себя могу добавить, что физически вы абсолютно здоровы! Все анализы в норме! Ни каких отклонений! Действительно странный случай. – Буркнул он себе под нос, вставая и делая приглашающий жест.

– Мне надо хотя бы умыться! – Возмутилась я.

– Да, да! Простите! – Растерянно отозвался он. – Я пойду предупрежу доктора! В коридоре сестра, она вас проводит!

* * * * *

"Психотерапевт." – Прочла я табличку на двери, чего и стоило ожидать.

Сестра, что привела меня к мозгошмыгу, постучалась и не дожидаясь ответа, засунула голову в проем двери.

– Светлана Геннадьевна, к вам пациент!

– Пусть заходит! – Услышала я приятный женский голос.

Дверь открыли шире, пропуская меня и закрыли за спиной. Кабинет как кабинет. Стол, стул, шкафы с папками, кушетка и пара тумб.

За центральным столом сидела худенькая блондинка лет тридцати пяти. На кушетке слева сидел Георгий Константинович, заметив мое внимание он почему-то встал:

– Я бы хотел поприсутствовать на вашей беседе, – обратился он ко мне. – Но если это будет смущать тебя, могу удалится!

– Оставайтесь если хотите! У меня видите ли секретов нет, как впрочем и не секретов тоже. Так, что мне особой разницы нет кому ничего не рассказывать! – Как-то на удивление жизнерадостно произнесла я.

– Смотрю вы оптимистка по жизни Олиссия Дмитриевна! – Улыбнулась хозяйка кабинета. Затем встала зашла в закуток за шкафами, что-то зашуршало и мы снова услышали её голос. – А вы Георгий Константинович, будите пить с нами кофе? Или как?

Видимо ей уже донесли об утреннем инцеденте.

– Нет, нет! Спасибо! Я уже завтракал!

Светлана Геннадьевна вышла, неся две чашки. Кофе пах чудесно, молотый! Как я люблю, наверно!?! Дождавшись моего первого глотка, докторша начала, под шумок, пока я находилась в эйфории:

– Итак! Что ты можешь сказать о себе?

– Спасибо! Уже была в уборной! Я определенно женщина!

Почему-то глав врач отвернулся изображая приступ кашля.

– Видите ли Олесенька, – попыталась сохранить хладнокровие Светлана Геннадьевна. – Вы ведёте себя крайне неадекватно! Вернее наоборот слишком адекватно, что в вашем случае не естественно!

– Вы уж определитесь! – Не знаю, что со мной, но меня всё сильнее тянуло к веселью. Мне кажется, ещё никогда я не чувствовала такой лёгкости.

– Обычно люди теряя память; паникуют, истерят, вподают в депрессию. Задают кучу вопросов; где я?, кто Я?

– С чего начать? – Как то особо воодушевленно спросила я.

– Чего начать? – Потеряла нить речи шизоправка.

– Ну сразу впадать в депрессию или сперва поистерить немного? – На кушетке уже откровенно ржали. А я держала умную гримассу. – А вопросы к чему? Сами ведь всё расскажете!

У Светланы Генадьевны кажется вспотели очки, которые она судя по всему носила для солидности, так как протерев отложила в сторону.

– Тебе безразлично твоё прошлое? – Перешла она к конкретике.

– Я потеряла память, а не эмоции! Думаю если бы в моем, "вчера", был бы хоть один островок за который стоило бы цепляться, я вела бы себя иначе! – Меня снова пронзила острая боль в груди, я машинально сжала кулон прямо через одежду.

Светлана Геннадьевна взяла папку со стола, раскрыла, нахмурилась, посмотрела на меня, затем снова в документ:

– Странно, что-то меня смущает!?! – Пробормотала она себе под нос:

– Сейчас я зачитаю краткую информацию о тебе.

Я сделала внимательную мину.

– Олиссия Дмитриевна Белова. Родилась, первого Апреля 2002 года. – Психиатричка выжидающе посмотрела на меня, я безразлично пожала плечами. – Воспитанница сиротского приюта номер четыре.

– Чего-то подобного я и ожидала. – Усмехаюсь. – Никакой привязки! – Грудь снова кольнуло.

– Мы получили ваше досье из пансионата. Давайте пройдемся по фактам. Первого Апреля 2003 года, к воротам приюта была подброшена корзина с маленькой девочкой. По уровню развития около одного года. Дорогая корзина, дорогой конверт для ребенка. Ни записки, ни каких либо иных атрибутов, кроме двух идентичных кулонов с изображением аиста висящих на одной золотой цепочке. Тогдашняя директриса Валентина Игнатьевна, приняла ребенка, дав имя Снежана из за крупных хлопьев снега кружащих над её переносной колыбелькой несмотря на Апрель. Отчество ей досталось от охранника первым нашедшего малышку. Фамилия Белова ей идеально подходила из-за невероятного платинового цвета волос. Девочка неестественно быстро развивалась, обойдя, ползунковый период, сразу уверенно и крепко встав на ноги. Через месяц произнесла свое первое слово, "Олиссия", с тех пор ни на одно иное имя не отзывалась. Пришлось изменить метрик. Ни с кем из сверстников не общалась. В общих забавах не участвовала, но развивалась быстрее иных детей. В три года впервые проявила характер, встав на защиту своей одногрупници, над которой потешались девочки из старших групп. В следствии чего двоим, девочкам пришлось обратится к врачу. Когда обидчицы убежали, подошла к плачущей девочке. Сняла со своей шее цепочку с медальонами, отделила один из них и протянула малышке, со словами, "сестры на век!" Заметившая последний эпизод Валентина Игнатьевна, сняла с шеи собственную серебряную цепочку и отдала Малевиной Оксане Игнатьевне, собственно пострадавшей девочке. С тех пор Олиссия и Оксана стали неразлучны! Их обходили все стороной. Однако Олиссия с каждым годом все больше уединялась, её всё больше притягивала природа!

Все свое свободное время она проводила в парке, на территории пансионата, куда не забредали иные дети пансионата. Потом у неё стремительно развился дар к изобразительному искусству. Однажды на уроке рисования она вместо предложенной вазы с цветами написала портрет преподавательницы, да так искусно, что мгновенно стала её любимицей. С тех пор девочка имела все для реализации своего искусного дара. В её укромном уголке в парке имелось, всё; краски, мальберт, ватманы. В семь лет девочек расселили в комнаты по двое Разумеется соседкой Олиссии стала Оксана. В шестнадцать девочкам разрешалось выходить за периметр, без сопровождения. Оксана активно этим пользовалась, подрабатывая в летнем кафе. Олиссия же наоборот замкнулась ещё сильнее, проводя все больше времени в своем природном уголке, иногда даже ночи!

Светлана Геннадьевна закончила читать мою биографию, внимательно посмотрев на меня. Убедившись, что её речь не произвела на меня ни какого впечатления, открыла другую папку. Вглядевшись, посмотрела на меня как на картинку "найди десять отличий." Снова задумчиво хмыкнула и начала читать:

– Медицинская карта, Беловой Олиссии Дмитриевны, рождённой первого Апреля две тысячи второго года. Группа крови вторая. Резус фактор положительный. Среднее давление в норме. Физических отклонений нет.

Психолог закрыла папку и задумчиво посмотрела на глав врача:

– Ни единой записи, кроме общественных процедур, массовой вакцинации. Ни единого обращения даже с ОРЗ. И при этом её находят без сознания на "любимом" месте.

Однако Григорий Константинович был сильно озадачен чем-то иным:

– Какая вы сказали у неё группа крови?

– Вторая положительная! – Растерянно ответила женщина.

Главврач протянул ей бланк. Изучив его Светлана Геннадьевна побледнела. Затем повторно открыла первую из своих папок и вновь изучающе вгляделась в неё.

– Олеся, – осторожно начала она, – какого цвета у тебя глаза?

– Понятия не имею! – Моя непринуждённая улыбка ввела докторшу в ступор.

– Олеся, сейчас они у тебя пронзительного, насыщенного синего цвета. А на снимке в твоём паспорте всего полугодовалой давности они ярко изумрудные!

– Я не пользуюсь линзами! – Почему-то, меня это не задело.

– Хорошо! – Явно успокаивающе для самой себя продолжила мозгоправка. – У тебя в карте указана, вторая группа крови. А согласно данным из нашей лаборатории у тебя третья отрицательная!

– Может стоит поменять лабораторию? – Нескрывая сарказма выдала я. – Эти меня вон вообще едва в морозилке не заперли!

Докторша посмотрела на своё непосредственное начальство с вопросом.

– Клиническая смерть свыше десяти минут. Ребята боролись до последнего. – Немного виновато развел руками последний.

– Так,,, надо успокоится! – Светлана Генадьевна принялась тереть виски.

– Может вам доктору показаться! – С самым серьезным видом осведомилась я. – Окулисту!А то у вас глаз дёргается!

– Какого цвета глаза были у пациентки когда её доставили? – Медленно выделяя каждое слово, спросила хозяйка кабинета у главврача. Пока он смеялся, пришлось отвечать самой:

– Закрытого!

От немедленной расправы меня спас наконец то собравшийся с силами доктор:

– Пациентку доставили без сознания, но можно попробовать уточнить у фельдшера.

– Вобщем так возьмите у девочки ещё кровь, для повторного анализа, – начала распоряжаться Светлана Геннадьевна, – а её я забираю!

– Что значит забираю? – Аж закашлялся Григорий Константинович.

– Мы едем в её пансионат. Привычная обстановка. Знакомые люди. Стандартная практика. Заодно выясню, та ли это девочка вообще!

– Светлана Генадьевна, – вкрадчиво начал главврач. – Я конечно не возражаю против вашей поездки. Физически девушка совершенно здорова, но по факту она должна оставаться под наблюдением ещё хотя бы неделю. Больница несёт за неё ответственность.

– Я беру девушку на полный контроль, под собственную ответственность!

– Но окончательный билютень о выписке могу подписать только я. После того как буду абсолютно уверен, что с пациенткой больше не случатся непредвиденные обстоятельства. Вобщем если хотите пишите расписку, до завтра. В десять у неё плановый осмотр.

– Уверена с этим проблем не возникнет.

* * * * *

К обеду мы уже подъехали к стенам приюта. Я была в темных солнцезащитных очках, но казалось меня узнают все, даже в них, почему-то стремясь изменить маршрут, свернув с моего пути. У меня же, при виде места, где я предположительно провела семнадцать лет своей жизни, не возникло даже чувства дежавю!

Мы поднялись по ступеням главного административного корпуса на третий этаж. Где находился кабинет директора. Валентины Ивановны Кравчук, судя по табличке.

– Входите! – Услышали мы после короткого стука. Мы вошли и Светлана Геннадьевна выдвинула меня вперёд.

– Олеся, девочка, ты в порядке? Мы все так за тебя волновались!

– "Лукавит, но лишь отчасти!".

Я почему-то явно ощущаю её эмоции. Она несомненно реально волновалась! Одна!Остальные, явно поют благословенные оды в ближайших барах!

– Валентина Ивановна, то есть вы уверены что перед вами именно Олиссия?

Директриса недоуменно посмотрела на Светлану Генадьевну!

– Олеся, сними пожалуйста очки! – Спокойно парировала та.

Я послушалась и посмотрела на директрису!

– Что с твоими глазами? – Изумилась глава данного учреждения.

– Видите ли, уважаемая, – взялась отвечать за меня психотерапевт. – Физиологически Олеся в полном порядке, но к сожалению, полностью лишилась личностной памяти. Мы даже не можем объяснить факт изменения цвета её глаз и группы крови!

– Группы крови? – Директрисса была окончательно сбита с толку.

– Ну, да! Нам необходимо засвидетельствовать, та ли это девушка, вообще!

– Снимите отпечатки пальцев! – Усмехнулась, хозяйка кабинета. – Хотя у меня сомнений нет, её мимика неподражаема!

– У нас не было такой возможности, да и не хотелось бы привлекать лишнее внимание!

Валентина Ивановна, улыбнулась и подошла к громоздкому шкафу у стены.

Внутри оказался широкий стол на котором стоял, большой манитор и необычная система заменяющая клавиатуру.

– Думаю вы и сами понимаете, что в подобном заведении, не вся молодежь,,, гммм,,, благовоспитанная! Случаются проникновения и в личные комнаты преподавателей! Мы конечно наказываем воришек, но сами понимаете, "сор из избы". Стараемся не вмешивать полицию! Посему отпечатки пальцев, абсолютно всех воспитанников внесены в личную картотеку и достаточно приложить хотя бы один палец, что бы выявить личность! Сейчас активирую программу. Олесенька, подойди пожалуйста!

Я безропотно подошла и приложила ладонь в указанное место.

Через пару секунд на экране высветилось моя фотография и личностные данные сбоку.

Светлана Геннадьевна выдохнула;

– Ну слава Господу, одной проблемой меньше. Теперь бы устроить её встречу с преподавателями, особенно с теми у кого с ней были разногласия. Сильные эмоции могут дать толчок.

– Как знаете! – Ответила директриса. – Только боюсь эффект будет обратным! Олиссия явно вызовет у всех, хмм,,, сильные эмоции, ну кроме Ирины Павловны, а вот вызвать эмоции у Лесеньки сможет разве, что её подруга Оксана, ну и её "Живой уголок"!Оксана сейчас поехала в город забивать для них комнаты в общаге, что бы были рядом, летом ведь выпуск!

– А что за "живой уголок?"

– Идемте! – Коротко бросила директриса.

Мы вышли из административного корпуса, прошли до поворота, свернули и пройдя через аккуратную, едва начавшую зеленеть лужайку, вошли в парк. Деревья ещё стояли голые. Пройдя почти насквозь, так что сквозь стволы деревьев была видна ограда мы остановились.

Грудь сжало тисками, волна тоски и нежности. Я бросилась к трем каштанам посреди этого закутка. Обнимала их и плакала, словно не была здесь целую вечность. Когда первый всплеск эмоций спал, я подошла к одному из самых старых деревьев этого парка. Старинной осине о пяти стволах с огромными выпирающими из земли корнями и запустила руку в мой тайник между ними. Извлекла мой старенький, потрёпанный тубус, открыла и достала туго свёрнутые листы. Мои рисунки! Села на едва показавшуюся траву и принялась их рассматривать, каким-то новым зрением. Краем глаз видя, что обе мои сопровождающие так же разглядывают их, из-за моей спины. Большинство рисунков безусловно связанны с этим местом. Окружающий пейзаж был изображён с разных ракурсов, в разное время года. Но несколько рисунков прорисованных до фотографической четкости, изображают довольно простой сюжет, но крайне странный для воспитанници пансионата, никогда не покидающей его стен.

На них был изображён дом. С разных ракурсов, но всегда как бы под углом. Будто бы я видела его сверху паря над забором. Собственно так оно и было. Эти картины отображение моих снов! Довольно большой, но без излишеств дом с пристройкой. Прямо под открытым небом между домом и пристройкой установлен длинный массивный стол в тени большой раскидистой вишни. За столом всегда сидит пожилой мужчина. В его руках неизменно зажат стакан с мутной жидкостью. Иногда он один. Иногда с ним рядом стою,,, я! На столе всегда рыба, во всех её вариантах закуски. Во сне я часто видела себя, но как бы со стороны. Вроде и не я вовсе!

– Кто этот мужчина? – Поинтересовалась Светлана Геннадьевна.

– Дедушка! – Просто ответила я. Без пояснений. Убирая свое "богатство" обратно, пытаясь скрыть выступившие слезы. Я забросила тубус за спину и пошла обратно. Но ещё не дойдя до корпуса услышала голос директрисы:

– Оксана вернулась, как удачно!

Я заметила впереди эффектную девушку, которая заметив директоршу приветливо кивнула ей, но увидев меня бросилась к нам повиснув у меня на шее:

– Сестренка, наконец-то! Я все нервы измотала! Как ты?

– У Олеси временная амнезия. – Пояснила Валентина Ивановна.

– Какая нафиг амнезия? Олесенька это же я!Оксана! – И видя мою растерянность, полезла за пазуху, что бы достать такой же амулет как у меня. – Помнишь? "Сестры на век!"

Я тут же достала свой ставший нестерпимо горячим.Слезы полились сами собой. Больше не сдерживаясь я обняла, самого дорогого человека для меня, на всем белом свете!Воспоминания нахлынули бурным потоком, но все они были связаны исключительно с Оксаной. Наши шалости, наши откровенности с подругой. Хотя не с подругой, сестрой!

Но на этом все! Я не вспомнила ни приют ни преподавателей. Но главное меня это не волновало! Все, что имело для меня ценность я уже вспомнила!

– Нам надо возвращаться! – Попыталась увести меня психиаторша.

– Зачем мне в больницу? – Удивилась я. – У меня своя комната!

– Так то оно так, но тебе назначен курс реабилитации! Мы несём ответственность за тебя. Что если обморок повторится?

– Обещаю не отходить от неё ни на шаг! – Бодро заявила Оксана.

– Ладно оставайся, но завтра до десяти, должна быть в моем кабинете!

– Мы приедем вместе! – Заверила сестрёнка.

К счастью Оксана меня понимала и не стала допрашивать сегодня, видя как я устала, дав мне немного поспать!

Побег

Ночью меня разбудил стук, кто-то вошёл и тут же закрыл за собой дверь в полной тишине.

– Кто здесь? – Совершенно спокойным голосом спросила я. С того момента как я очнулась начала замечать за собой необычные способности. Например я могу улавливать эмоциональный фон исходящий от живых существ, будь то собака или человек. Вот и сейчас я совершенно не чувствовала угрозы!Вошедший, кем бы он ни был, был взволнован. Мой голос разбудил Оксану, она поднялась, что бы включить свет.

– Не надо света услышала я тихое шептание Светланы Генадьевны.

– Вы? Здесь? Зачем? – Непонимающе спросила я.

– Предостеречь и помочь!

– Да у нас итак вроде бы всё в порядке! -Вмешалась сестрёнка.

–Когда я вернулась в больницу, то сразу же направилась в кабинет Григория Константиновича, предупредить о тебе. Секретаря уже небыло, за дверью кто-то громко разговаривал на повышенных тонах. Я прислушалась и поняла, что это хозяин кабинета говорит по телефону и вдруг в разговоре прозвучало твое имя! Я аккуратно подняла трубку параллельного телефона и услышала ТАКОЕ! – Она выдержала паузу собираясь с мыслями. – В общем этот индюк, переправил всю информацию о твоём феномене, вместе со свежими образцами твоей крови в какую то частную научно – исследовательскую лабораторию. Шутка ли самопроизвольная смена группы крови и резус фактора, да и ещё кардинальная смена цвета глаз! Те что-то там нашли и связались с Москвой!Оттуда пришел приказ немедленно доставить тебя туда, для исследования, тайно! И я услышала имя от которого кровь стынет в жилах! Среди, учёных давно ходят слухи, что этот человек, что-то вроде поставщика редкого генетического материала, группе за глаза называемой "сумасшедшими учёными фанатиками", тайно проводящими незаконные опыты над особенными людьми. Понимаешь, ЧТО это значит!

– Нам надо немедленно бежать! – Засуетилась Оксана.

– МНЕ, надо бежать! Не порти себе жизнь сестрёнка.

Мне отвесили подзатыльник:

– "Навсегда вместе! Ты забыла!

– Я тут собрала кое какие припасы. Вот деньги. Не очень много, но на первое время хватит. Здесь ключи и адрес моей старой дачи, правда до неё четыреста километров. Но это даже лучше. Я смогу вас вывезти за город, дальше сами, мне нельзя светится. Про дачу не знает никто, даже мой муж. Досталась от бабушки. Хотела продать потом пожалела. Память всё таки. Я там все детство провела. Правда там уже ни кто не живёт три года, ну да вы девушки сильные справитесьВот дачная книга я сама позвоню в обслуживающую контору, оплачу все задолжности и ещё на год вперёд. Сообщу о вашем вселении. Связь поддерживать не будем, риск!

– Светлана Генадьевна, вам зачем это? – Невыдержав я расплакалась.

– Ну должна же я сделать хоть что-то хорошее в этой жизни. – Я не могла видеть, но почувствовала улыбку на её лице. От неё исходила волна искренности и позитива, поэтому я больше не колебалась.

* * * * *

Мы остановились на просёлочной дороге недалеко от города:

– Ну все девочки,дальше я ехать не могу. – Докторша вышла из машины и открыла багажник. Оттуда она извлекла и передала нам два теплых свитера и простые полиэтиленовые накидки от дождя:

– Какое-то время двигайтесь пешком держитесь леса. Избегайте поселков. Потом на какой-нибудь сельской дороге поймайте любой междугородний рейсовик. Вобщем разберётесь. Прощайте девочки. Желаю удачи!

Мы дружно поблагодарили нашу благодетельницу и отправились "в новую жизнь!"

Глава вторая

Дачный поселок "Садовод"

(Реальное время пятнадцатое Апреля)

Я пощелкала выключателем. Света само собой не было. Решила осмотреть участок и ловко взабралась на крышу. Ну что же, работы на месяц точно хватит, будет чем заняться. Настоящий бурилом из сухого кустарника, а вот некоторые деревья ещё можно спасти и облагородить. Три яблони по центру участка, две вишинки у лицевого забора. Абрикос и слива по бокам и огромная груша у сараев в дальнем углу. За домом бурно разрослась одичавшая малина. Соседний участок, выходящий видимо на четырнадцатую улицу не имел ни строений ни деревьев и тоже был заброшен. Но раньше там что-то выращивали, почва была когда-то удобрена. А вот два крайних участка через один от нас по этой улице и соседний с ним по четырнадцатой вообще никогда не трогали. Там была одна глина, даже сорняк не рос, только чахлые репеи. Меня удивило то, что между нашим участком и тем, что соприкасался с ним задней стенкой не было забора. Утыканные ржавыми гвоздями столбики опоры были, а досок нет. Даже старых и сгнивших. Надо уточнить у сторожа, всё равно сейчас надо идти к нему. Договорится о подключении света и узнать где здесь газ берут, так соскучились по нормальной пище.

Оставив Оксану хоть как нибудь прибраться в доме, пошла по улице вниз к главному дачному тракту. На самом крайнем участке под номером 12 – 1 увидела пожилую женщину стоявшую у большой раскидистой яблони в центре и досадливо покачивающей головой. Судя по большому двухэтажному дому, кирпичному гаражу для машины, кучи всяких электро приборов вовсе не обязательных на даче и развешеному на верёвке белью, участок явно используется как постоянное место жительства. Я окликнула женщину. Мне указали на калитку, приглашая войти.

– Извините я тут недавно. – Начала я подойдя к ней. – Только-только приехали с сестрой, мне бы смотрителя найти. Не подскажите где он живёт?

– Конечно подскажу, да тут и недалече уже. А ты вообще чьих то будешь? Меня вот все тетей Марусей кличут. Даже те кому годков поболе будет. – Милая старушка добродушно разулыбалась.

– Да мы с сестрой двоюродные племянницы Лариной Светланы Генадьевны, проживаем на шестнадцатом участке по этой улице.

– Ага, Светки то, внучки Марфы Денисовны, земля ей пухом. Помню, помню её правда девочкой совсем. Решили облагородить её участок? Ох и намаетесь! Так вы наездом или поживете?

– Ну на лето точно, а там наверно учится пойдем мы ещё не решили куда. Меня кстати Олесей зовут, а сестрёнку Оксана. Мы с ней двоюродные кузины.

– Олесенька, – лицо тети Маруси вдруг стало серьезным. – Тут видишь какая аказия стряслась…

Она указала на яблоньку, одна из крупных ветвей которой, была сломана высоко над землёй.

– Жалко деревце! Знаешь какие на нем яблочки растут. Надо хотя бы спилить аккуратно, да вот беда сын в командировке. Не самой же лезть. Может поможешь?

– Зачем же сразу пилить? – Я укоризненно посмотрела на новую знакомую. Я чувствовала боль дерева. – Нужна подпорка метра четыре или пять. Две плоских жерди и перевязочный материал.

Тетя Маруся посмотрела на меня с сомнением и скрытой надеждой:

– Доски за домом, а бинты сейчас принесу.

– Несите пока бинты и малые жерди, а я пока доску подберу.

Наконец я приступила к "операции". При помощи доски аккуратно приподняла и зафиксировала сломанную ветвь в прежнем положении. Сама взяла бинты и жерди ловко вскарабкавшись на дерево. Одна дощечка удобно разместилась сверху, с той что должна крепится снизу было сложнее, но я исхитрилась придерживать её коленом пока не зафиксировала один край. Дальше дело пошло быстрее. Как только я закончила почувствовала как что-то эфимерное неосязаемое перетекает с моих рук прямо в дерево издавая лёгкое салатовое свечение. Необычное ощущение. Я и не предполагала, что способна на такое, но сейчас явственно ощущала как под моим "гипсом" из материнского ствола в сломанную "конечность", потекли питательные соки.

Когда я спустилась заметила что тетя Маруся смотрит на меня как-то иначе. Неужели она тоже заметила странность?

– У тебя дар от Господа, девочка. Природа тебя любит!

– Я её тоже! Ну так вы мне поможете? – Вспомнила я цель своего визита.

– Смотрителя нашего Иванычем кличут. Ну если не сподручно, зови дядей Петей. Он не любит когда его Петром Ивановичем называют. Мужик он добрый, хороший, только пьет много. Ты вот что. – Она поманила меня за собой скрывшись в доме. Я подошла к крыльцу. Соседка вернулась быстро держа в руках баклажку из под "coca cola", на литр с четвертью.

– Вот держи! Его любимая. У него как денег нет бежит дурила к Нельке в магазин за "паленькой", а как разбогатеет всегда у меня берет. Ты ему отдай он тебе всем чем сможет поможет. Живет он у пруда впритык к водокачке. Вон видишь пустырь между седьмой и девятой улицей, там тропинка подиогонали, так срезать можно. В любом случае не ошибешся.

Я поблагодарила добродушную женщину и пошла в указанном направлении. Идти было действительно недалеко и вскоре я вышла к пустырю возле пруда. Сразу же увидив водокачку и пристроенный к ней забор. Дом оказался в самом центре участка. Собак почему-то не было и я подойдя к дому постучала в дверь. Мне открыл пожилой, но крепкий мужчина лет шестидесяти пяти. Гладко выбритый. Седой но без признаков лысины. Ну никак его образ не вязался с "любителем выпить". Бодрый, опрятно одетый. Ни каких, красных глаз и тем более перегара.

– Простите! Петр Иванович это вы? – Позновато вспомнила слова тети Маруси.

Мужчина насупился:

– С утра я был! А в чем собственно дело?

– Ой дядя Петя вы не представляете как я рада, что застала вас дома! – Быстро исправилась я.

Мужчина сразу оттаял, вышел из дома и уселся на скамейку стоявшую здесь же возле стены:

– Ну выкладывай чего у тебя там стряслось, такого важного?

– Видите ли, мы с кузиной только сегодня приехали на дачу к нашей тёте, Лариной Светлане Геннадьевне, на участок 12 – 16. Она ей от бабушки досталась, Марфы Денисовны. Вот документ. – Я протянула ему дачную книгу.

– Помню Марфу. Хорошая была женщина. Поболтать любила!

– Тетя обещала все оплатить и ещё за год вперёд. Вы ведь можете как то проверить прямо сейчас?

– Конечно могу! – Он зашёл в дом и вскоре вернулся держа в руке старенький кнопочный "Nokia". Набрал номер, поздоровался, назвал номер участка и фамилию владельца, выслушал ответ, поблагодарил оператора и сбросил вызов:

– Всё в порядке, деньги перечислены. Можете жить в свое удовольствие! Только как же вы там жить то будете, – вдруг спохватился он, – там же бурьян, топор ломит. Да там кстати не один участок. Марфа незадолго до болезни соседний прикупила. Хозяева срочно в другой город переезжали за бесценок отдали. Они им и не занимались, картошкой и чесноком засаживали и только.

– Да вы не переживайте, мы с сестрой работящие. Нам бы свет подключить ну и с газом разобратся. И это вот, – я замялась. Неудобно было жуть, но все же достала баклагу и поставила на лавку.

Петр Иванович, открыл понюхал, передернулся, закрыл и отставил не отхлебнув:

– Вижу ты во всеоружии, – усмехнулся он. – Только видишь ли какая беда, прехватило меня что-то, уже месяц в завязке. Мы вот что сделаем. Ты это забери. – Он протянул мне назад самогон. – Тут у меня неподалеку в заброшенном доме, два бомжа живут, приютил из-за девочки. Дочки одного из них. Ребята крепкие, работы не боятся, коли голова не болит. Я с ними переговорю, думаю согласятся вам помочь. Денег не давай. Накорми, особенно малышку. Мужикам отдашь выпивку. Только сразу все не давай. Налижутся на старые дрожжи. Что там ещё? Ах да, свет сейчас поедем, я вам подключу.

Он встал и направился к старому покосившемуся гаражу. Отпер амбарный замок и через какое-то время выгнал от туда с невероятным шумом, грохотом и скрежетом, старенький проржавевший москвиченок. Снова зашёл в гараж и вынес газовый баллон судя по звукам полный наполовину. Указал мне на жёлтую трубу идущую в дом:

– Мне газ провели! Теперь без надобности. – Прохрипел он натужно, укладывая балон на заднее сидение. На первое время хватит. Сюда каждое третье число месяца привозят газ, отдаешь балон и платишь только за содержимое. Можно заказать в любое время, но там доставка, время. Вобщем переплата в трое. – Задумался. Щелкнул себя по лбу и пошел к другому сараю. Вернулся с обогревателем "гармошкой".

– У меня теперь АГВ. цивилизация, мать её, а вам пригодится. Ночи ещё холодные.

Я даже опешила от такой заботы, но его эмоции не врут. Он всё делал искренне от души. И даже радовался этому.

– Вот я старый дурак! А воду то вы где сегодня брать будете? Там рядом в посадке есть родник, ну да вы то с дороги. Он поставил в багажник две алюминиевые фляги, принес шланг и наполнил их водой из колодца. Потом добавил ещё две пластмассовые канистры:

– Ведрами там носить не удобно, через лесопосадку, так сподручнее будет. Так вроде главное все взяли! – Он направился к узкой двери, ведущей в погреб и вернулся оттуда с тремя банками варенья. Трех литровой видимо из абрикос, двушкой из моей любимой вишни и литровой из малины.

– Это вот, – он указал на меньшую банку, – любимое лакомство Ангелины! Увидишь её завтра, чудесная малышка!

Поставив банки на пол пассажирского сидения, удалился принеся буханку хлеба:

– В магазине сейчас хлеба не будет.

Увы он прав. Напротив дачной остановки действительно есть магазин-вагон, но там особо не пошикуешь. Купили с Оксаной последние пять банок тушёнки, четыре с килькой в томате и ещё две каких то рыбных, из круп только пшено да перловка, правда досталось две пачки макарон. Ну и несколько плиток шоколада. Хорошо хоть самое необходимое было; мыло, паста для мытья посуды, треалон, соль, сахар и то рафинированный, чай и самое для меня главное кофе, молотый, ну и масло нашлось.

– Хлеб привозят по утрам в Понедельник, Среду и Субботу. Водитель мой друг, мне завозит лично. Как раз завтра завоз могу взять и на вас сколько надо.

– Спасибо! – Обрадовалась я. – Нам с Оксаной буханки на день думаю хватит. – Покосилась на машину, где лежало варенье. – И по батону. Но если будут гости надо бы побольше. Вобщем думаю саек пять до Среды хватит и батонов столько же. – Я полезла за кошельком и отсчитала деньги. Мы сели в машину и на "радость" барабанным перепонкам, всех встречных поехали в "светлое будущее". В смысле,свет подключать!

Глава третья

Шестнадцатое Апреля, Понедельник

Благодаря почти отцовской заботе дяди Пети, ночь мы провели в тепле, постелив найденные в доме и предварительно выбитые Оксаной в мое отсутствие матрасы, прямо на полу. Кровати мы собирать не стали, надо сперва пол до ума довести. По счастью сегодня поливочный день. Позавтракав, остатками ужина, макаронами с тушёнкой, попивая крепкий кофе, ждали смотрителя с известиями о работниках. Обещал заехать после утреннего обхода.

Шум его развалюхи услышали за несколько улиц до нас. Выходить не стали, знали сам войдёт. Он и зашёл с двумя пакетами. В одном оказалась живая рыба. Кажется карасики в полторы моих ладошки, в другом прошлогодняя но хорошо сохранившаяся картошка.

– Дядя Петя! Ну зачем вы… – Мне было ужасно неловко.

– Вам людей кормить надо. – Перебил он мои возрожения. – Денег небось кот наплакал. А вам ещё ремонт делать. Берите и не возражайте. Оксана, иди хлеб в машине забери. Скоро работники придут. Я им с утра баньку затопил, велел отмыться. Тот, что помоложе, это Сергей, отец Ангелины. Постарше Виталик. Сергей его Левычем кличит. Да у Марфы кстати тоже банька справная имеется. Там. – Он указал на густые заросли терновника у дальнего угла участка, где росла огромная груша.

– Старший её сам мастерил, ничего с ней за три года не станется. Пусть ребята сперва к ней тропинку торят, там по пути и удобства. Ну да ладно поехал я.

– Спасибо вам огромное дядя Петя!

Мы едва успели нажарить картошки и рыбы как в калитку постучали и не дожидаясь ответа вошли трое. Два мужчины и маленькая девочка. До того миниатюрная и симпатичная, что как-то сразу захотелось взять её на руки. Сейчас её хорошо отмытые волосы сверкали золотом в лучах восходящего Солнца. Голубые глазки озорно бегали взглядом по сторонам. Потом она посмотрела на меня и сердце оборвалось. Не знаю откуда такая реакция, но меня как будто передёрнуло током. Взгляд девочки на мгновение стал каким то серьезным, изучающим, не по детски взрослым. Но тут же наваждение сошло. Девчушка задорно рассмеялась подбежала ко мне и протянула свою ладошку.

– Ангелина! – Представилась она. – Давай дружить!

Меня так умиляла детская непринуждённость, что я разулыбалась и бодро потрясла её ладошку.

– Олеся! – Отрапортовала я. – А это моя сестра Оксана.

– А это мой папа Сережа! – Не осталась в долгу девчушка указывая на русоволосого мужчину лет сорока. – И дядя Виталя, ну он не родной дядя, просто папин друг. – От Гели просто исходил энтузиазм.

Мужчины тоже разулыбалась, поприветствовав нас кивками голов. Сами же профессионально осматривали фронт работы. Странно но и эти двое совершенно не походили на спивающихся бомжей. Чистенькие в плане одежды, а не дяди Петеной бани. Подстриженные и никакого перегара.

– Ну и что мы у порога стоим? – Послышался воспитательный голос сестрёнки. – Марш в дом, еда стынет.

Обоих мужчин мы усадили за столик для готовки, там как раз хватило места для двоих. Ангелину посадили посередине между нами за кухонный уголок. Сестренке тоже очень понравилась девочка. Наложили гостям картошки поставили блюдо с рыбой и корзину с хлебом. Благо посуды было достаточно. Я налила мужчинам по половине стакана самогонки. Дядя Петя предупредил, что у тети Маруси она ядреная, мол и этого достаточно будет. Старший поднял стакан понюхал и одобрительно посмотрел на меня.

Я вернулась за наш столик где Оксана уже расставила еду. За столом щебетала одна Геля, умудряясь говорить быстро и четко даже с набитым ртом. А когда дело дошло до десерта и перед ней появилась вазочка с малиновым вареньем, малышка просто пришла в восторг.

– Я наверное должна была родится Карлсоной, вернее Карслонихой, потому, что варенье люблю как Карлсон, а съесть могу как слон! – Хихикала она вызывая ответную улыбку у всех присутствующих.

– Вам чай или кофе? – Спросила сестрёнка у мужчин.

– Мне чай! – Поспешно ответил Виталий. – Кофе здоровье не позволяет.

– "А алкоголь значит в самый раз!" – Подумала я про себя.

– А я вот с удовольствием попью кофейка, соскучился! – Обрадовался Гелен папа.

Оксана поставила вазочку с абрикосовым вареньем на их стол и нарезала батон. Я если честно облизывалась на вишневое, но не открывать же все банки сразу. Пришлось тоже довольствоваться не особо любимым абрикосовым. Малину мы негласно решили приберечь для Ангела.

После завтрака я обозначила мужчинам фронт работы. Как учил дядя Петя, расчищать проход к туалету и бане. Сама же решила первым делом исследовать большой сундук в чулане. В нос ударил запах старины и нафталина. Внутри нашлась куча всякого старинного тряпья. Какие-то допотопные платья и сарафанчики времён "царя Гороха". В городе в таком не походишь, а вот как спец.одежда для работы на участке в самый раз. К нашему счастью там же нашлось несколько комплектов спального белья, ещё одно стёганое одеяло. Два были в комнате вместе с матрасами и подушками. Я взяла в руки простынь. Чистая, но запах так просто не сбить. В магазине удалось разжиться только "Пальмирой", за хорошим порошком завтра поедет Оксана вместе с Петром Ивановичем, он по своим делам она за строй-рем-материалами. Пока решила постирать чем есть, когда освободят баню. Сейчас же часть тряпок определяю как поло-потолкомоющие и стеклоочистительные. Правда стекла без специального средства не поддадутся ну да ладно. Ангелина развлекалась отдиранием от стен старых обой ржавым шпателем, и делала это с невероятным восторгом. Оксана отмывала шваброй потолок. Я решила исследовать чердак, однако не успела подняться по лестнице как услышала окрик со стороны улицы. Обернувшись увидела открытую калитку в свеженедокрашенном заборе участка напротив нашего. В проёме стояла женщина лет шестидесяти пяти и призывно махала рукой. Пришлось спускаться.

– Чьи же это вы такие будете? – Добродушно поинтересовалась она.

– Мы родственницы Светланы Генадьевны, думали вот где лето провести. Нам с сестрёнкой по восемнадцать уже, надо решать что-то с дальнейшим образованием, а в городе только танцы да вечеринки. Да и природу мы любим. А в городе асфальт да бетон. И тут тетя про дачу вспомнила. А что, природа, пруд чудесный, можно книжки полистать. Так и договорились с тетей. Мы ей дачу в жилой вид приводим, взамен у нас бесплатное жилье, да ещё деньжат на ремонт подкинула. Выпалила я на одном духу, сама поражаясь своей фантазии.

– А сама Света значит занята за бабушкиным наследством приглядывать? С хитринкой в голосе проговорила женщина. – А в детстве её от сюда розгой не выгонишь. Родители домой зовут, она за бабушку прячется. Ох чтож я дура старая и представиться забыла. Меня Анфисой Михайловной зовут. Соседка стало быть ваша. Мы раньше с Марфой неразлей вода были. Это сейчас в центре котеджей понастроили. – "Я едва не расхохоталась вслух глядя на её трёх этажный дом наполовину из красного кирпича". – Раньше тишина! – Продолжала соседка. – Раньше кроме нас да Маруськи в не поливочный день, разве что Иваныч заглянет. И магазинчика не было. А вы вижу всерьез за участок взялись! Молодцы!

– Ну да! Завтра Оксана с дядей Петей на рынок поедет, все для ремонта покупать! – Обрадовала её я.

– Невздумайте! Завтра мои сыновья приезжают, забор докрашивать, да грядки править. Возмете у них все, что нужно. Мой младший на оптушке склад бытовой химии держит, а всю некандицию сюда тянет как Плюшкин. Краску лаки там всякие. То банка помята, то этикетки нет. Два сарая завалил. Я за вас замолвлю словечко!

– Анфиса Михайловна я даже и не знаю как вас благодарить!

– Вот как получите, так и начнёте благодарить, своим присутствием на моих одиноких чаепитиях.

На этом разговор был окончен у соседки зазвонил телефон, довольно крутой смарт, а я наконец-то влезла на чердак.

Ну что сказать, чердак не разочаровал. Целая гора старой и не очень одежды. Почему-то по большей части мужской и детской. Ну детской понятно раз Света здесь росла, а мужская наверно её отца и брата. Стала выбрасывать все на улицу потом переберу. Наверняка найдется что-нибудь и для Ангела и для её отца с другом. Под одеждой откопала стиральную машинку "Малютка" наверняка не работает иначе не затащили бы на чердак, но проверить все равно надо. Отнесла её ко входной дверке. Старый настольный вентилятор с цинковым корпусом и резиновыми лопастями без защитки. Особенно порадовал торшер, теперь можно будет читать по ночам. Еще кучу совсем уже непонятного хлама, выбрасываю на улицу в мусор и останавливаюсь перед сундуком, почти таким же как и тот в чулане внизу. Ключ торчал в замке. Немного поборовшись с проржавевший замком открываю и вижу укрытые целлофаном книги.

Первым делом на глаза попадаются любовные брошюры в мягком переплете. Смеюсь про себя, чем ещё заниматься женщине на пенсии, без телевизора. Потом пошли детективы, в основном классика, самых известных авторов, но есть и незнакомые. Вытаскиваю и аккуратно слаживаю рядом. Оксана их обожает! Выбираю для неё "Шерлока", "Пуаро", "Мегре" и сборник зарубежных авторов. отношу к окошку, остальное отодвигаю в сторону. Дальше меня необычайно порадовали учебники для первого класса. Отбираю букварь, математику и ещё сборник детских стихов. Про себя я уже твердо решила, что уговорю Сергея оставить пожить Ангелину у нас. Нечего ей за пьяными мужиками ухаживать. С радостью нахожу здоровенную кулинарную книгу с красочными картинками, от которых рот наполнился слюной. Окся будет в восторге. Дальше идут целые кипы каких то газет и технических журналов, убираю в сторону и вижу на самом дне сундука тряпичный свёрток. Аккуратно разворачиваю. Передо мной лежит книга, в трое больше кулинарной. Страницы даже не пожелтели, как новые. Видимо из очень дорогой бумаги. Обложка обтянута настоящей темной кожей. Переплет с серебряными скобами. Тесненая золотом надпись гласила "Большая энциклопедия редчайших целебных трав!" На титульном листе стоит дата пятнадцатилетней давности, и собственноручный автограф автора. С нежностью прижимаю книгу к груди.

Вот и нашла себе занятие по душе. Отношу ценный фолиант к уже укомплектованной стопке. Остальное складываю назад в сундук. За ним вижу ещё одну дверку напротив той в которую я сюда протиснулась. За ней оказался маленький балкончик, метра полтора шириной и вдвое уже. Как раз что бы поместилось кресло, кое здесь и наличиствовало.

Ладно, зову мужчин, что бы помогли спустить то что нельзя скидывать. Мне безропотно помогают. На чердаке не остаётся ничего, кроме сундука, пыли и грязи. Работники возвращаются к своей работе, а я поражаюсь, как много они успели сделать. Туалет с душем, пара сарайчиков и главное баня уже были освобождены от сухостоя. Сейчас облагораживается территория вокруг самого дома. И тут меня накрыло осознание. Время! Наверняка ведь Оксана тоже увлеклась уборкой и совсем забыла об обеде. Вбегаю в дом и вижу как сестрёнка натирает пол, судя по запаху с белизной:

– Стекла отмывать без очистителя бесполезно. – Поведали мне.

– А рабочих, чем кормить будем? – Я подошла к полюбившейся мне с первого взгляда девочке, с наслаждением уплетающей плитку "Alpen Gold". Вот уж кого проблемы пропитания не интересуют совсем. Погладила Гелю по волосам.

– Ох тыж! И правда! – Сестрёнка подбежала к отодвинутому от стенки серванту, на котором лежали ее наручные часики. – Полдень, с ума сойти. Я же собиралась ухи наварить! – И отправилась мыть руки.

Я вздохнула, нарезала хлеб, открыла банку кильки. Вывалила содержимое в пиалу. Поставила все на табурет, туда же два наполовину наполненные стакана "а ля тетя Маруся!" Вынесла и поставила все перед порогом, так чтобы можно было сесть на первую ступеньку. Позвала рабочих.

– Вы уж нас извините, совсем о времени забыли. Вот закусите. Обед через час будет.

– Да мы и сами увлеклись. Ничего страшного и по нескольку дней толком не ели. Привычка! Виталий споро наложил кильки на хлеб, отхлебнув половину из своего стакана, как и его подельник. Закусили, разместились на ступенях и с наслаждением закурили.

Я вынесла из дома найденный удлинитель и попыталась включить стиралку. Как и предполагала, безрезультатно. Горесно вздохнула.

– Я завтра по пути к Иванычу заскочу, инструмент возьму. Посмотрим, что можно сделать! – Предложил Сергей.

– Это он может! Руки то золотые! Жаль голова ржавая. – Засмеялся Виталий. – Мы там ещё велосипед в сарае обнаружили старенький. Но если подчистить, да смазать, поедет!

– Хорошо бы! – Обрадовалась я. – Хоть до магазина не пешком.

Когда мужчины вернулись к работе я отправилась исследовать баню. Ну что ж, действительно добротное строение, вполне пригодное для использования. Протереть стены и потолок, смахнуть паутину. Дрова правда все сгнили, зато в углу нашла целых три мешка мелкого угля, а в саду стоят четыре полностью засохших дерева. Вот и дрова будут. Принимаюсь за уборку. Едва навела косметику как Оксана позвала всех к столу.

– А я уже все стены ободрала! – Щебетала Ангелина. – Так здорово!

– Там ещё одна комната есть, чуть меньше! – Обрадовала я ее.

– Ура! – Захлопала в ладоши малышка. В ней было столько энергии и неподдельного восторга. Как бы я хотела иметь такую дочь. Все бы за это отдала!

После обеда все вернулись к своим делам. Я принялась перебирать сброшенные с чердака вещи. В одну кучу те что выглядели вполне прилично. В другую на тряпки. Оксана стамеской шелушила краску на оконных рамах и дверных косяках. Перебрав вещи отнесла в предбанник те, что ещё можно было носить, а сама взяла пилу и направилась подрезать сухие ветви у "живых"деревьев. (Благо в одном из сараев мы обнаружили, хоть и со следами ржавчины, но вполне пригодный садовый инвентарь. И лопаты и грабли, тяпки, топор, пилу и даже шланги для полива. Благодаря чему пяти тонная ёмкость для воды была промыта и до краев заролненна.)

Ну что пожалуй план работ на сегодня мы перевыполнили с лихвой. Не менее половины участка было очищено от сорняка. Весь мусор мы сложили в большую кучу на свободном участке и подожгли. Ангелиночка кружила вокруг костра как мотылек. Тот факт, что он довольно быстро погас и сейчас нещадно дымил, её не останавливал.

После ужина я отдала рабочим остаток самогона, две последних банки кильки, сайку хлеба. Можно было расходится, вот только,,,,:

– Сергей,,, – я замялась, а мужчина внимательно посмотрел на меня. – Пусть пока Ангелиночка поживет у нас,,,

Услышав это, девочка просияла, бросилась к отцу, обняла докуда достала:

– Пап, пап ну можно, пожалуйста?! – Сергей ласково улыбнулся ей, потрепав по волосам:

– Я бы и сам предложил, да неудобно как-то, сами небось на мели, а тут ещё чужой ребенок,,,,

– Ну какая же она чужая?!! – Я присела и малышка со звонким смехом повисла у меня на шее.

– Ну и ладно! – Вмешался Виталий. – Завтра часиков в девять вернёмся.

Вечером мы шумно и весело выбивали пыль из кресла кровати, где будет спать малышка. Оксана с улыбкой смотрела на наше ребячество. Постелили чистую, хоть и немного попахивающую нафталином простынь. Обогреватель поставили в её комнате, однако едва погасили свет как она тут же прибежала ко мне:

– Мне страшно на новом месте! Можно я сегодня с тобой посплю, а завтра привыкать буду? – Хитрюга.

– Конечно ложись, вдвоем теплее.

Глава четвертая

(семнадцатое Апреля, Вторник)

Утро выдалось чудесным. Ни ветерка, ни облачка на небе. На порог я вышла рано. Ангелочек мирно посапывала в моей постели. Сожженная вчера трава все ещё дымилась, я поворошила кучу вилами и пошла готовить кофе для себя и Оксаны. Немногим позже зашёл дядя Петя с утреннего обхода. К счастью для спящего поселка пешком:

– Ну что там Оксана собирается в город? – Первым делом поинтересовался он. И мы услышали сонное:

– Да, да, конечно дядя Петя, когда надо быть готовой?

И тут я спохватилась, вспомнив вчерашний разговор с соседкой:

– Постойте! Я тут вчера с Анфисой Михайловной говорила, – махаю рукой в сторону её дома. – Она обещала с материалом помочь.

– Давайте так, я не особо спешу, машину отрегулировать надо, как со всем разберётесь пусть Оксана до меня идёт, там и поедем.

Сказав это он поспешно ушел, а я вспомнила ещё кое о чем:

– Сестрёнка ты тут пока сваргань, чего-нибудь, да хоть картошки с тушёнкой, потуши, как раз на всех хватит, а я пока к тете Маруси сгоняю. Попрошу продать ещё наливочки!

– Давай,давай! Она вон каким эффектом обладает, пашут как комбайны!

* * * * *

Тетя Маруся заметила меня ещё на подходе и заспешила по своей мощёной дорожке мне на встречу:

– А я уж думала на днях самой к вам в гости идти. – Улыбаясь сообщила она.

– Да я тёть Марусь по делу!

– Выкладывай! Чем смогу помогу!

– Ну помните вы мне своей наливочки чудодейственной давали?

– Чегож не помнить. Оценил? – Намекает на Петра Ивановича.

– Так дядя Петя в завязке, зато он нашел нам двух рабочих, вот они точно оценили. Она на них как допинг действует, вчера пол участка перепахали. Ну там ещё работы дня на три минимум. Мне бы запас на это время, литра по полтора в день! Это сколько стоить будет? Я заплачу́!

Женщина замялась и поманила за собой. Мы подошли к тому самому дереву и мне указали на реанимированную мною ветвь. Я с удивлением смотрела на ещё не выросшие до нужного размера, но уже распускающиеся листочки. В то время как на всем остальном дереве только – только начинали набухать первые бугорки будущей зелени. Так же молча тетя Маруся повела меня к небольшой целлофановой теплице на самом солнечном месте своего участка:

– Моя сокровищница! – Подмигнула она и предложила заглянуть. Внутри в длинных узких ящичках в несколько уровней, дозревала рассада на любой вкус:

– В Субботу сын с Тамбова приезжает. Будит грядки копать. А вот рассаду,,, Вобщем я хочу, что бы ты каждый саженец своими руками пересадила. Уж я в долгу не останусь. Она вновь заговорчески подмигнула и поманила к дому, впустив в просторную прихожую. Сама исчезла в доме и вскоре появилась с пятилитровой баклагой, содержимое которой не вызывало сомнения.

– Ну что,по рукам? – Хитро прищурилась она.

– С удовольствием, да я бы итак помогла!

– Да ладно тебе у самой участок беспризорный, а тут старуха со своими проблемами лезет. Ну да ладно. Только вот что,,, Она вновь ушла в дом затем вернулась с обычной "полторашкой" из под "Горной поляны" и лейкой. Наполнила её из первой посудины и протянула мне. – Сразу не дам,напоишь мужиков по доброте душевной. Какие с них потом работники? То, то! – Она убрала фляжку протянула мне боклагу и снова удалилась в дом. На этот раз она вернулась с двух литровой банкой с рубиновой жидкостью, закрученной металлической крышкой как обычная консервация.

– Моя гордость! Вишневое вино!Домашнее! Сама делаю по особому рецепту. С позапрошлого лета настаиваю! Абы кому и не показываю. Отметьте с сестрёнкой новоселье.

Я попыталась вспомнить пила ли когда-нибудь алкоголь. А да! На прошлое Оксанино день рождения, она протащила в приют бутылку игристого вина. Помню мы даже всплакнули тогда.

Поблагодарив добрую женщину, внезапно вспоминаю ещё об одной вещи:

– Теть Марусь, а у вас немного томатной пасты не найдется? А то в "Дачнике", нет. А мы картошку тушёную затеяли.

– Паста! Вот ещё химией травится. Иди вон погреб открой. – Она указала на люк в полу. Открыв вижу лестницу. Хозяйка щёлкнула выключателем и внизу зажёгся свет. Я спустилась:

– У левой стены, вторая и третья полка сверху. Бери сразу пару банок про запас. – К слову сказать все банки были по полтора литра. – И вооон в том углу, – я увидела её руку с вытянутым пальцем. – На третьей полке аджику возьми. Новый рецепт, хочу узнать мнение независимого эксперта. – Она разулыбалась.

А я поняла, что она просто любит похвастаться. Достаю все укладываю в пакет и иду домой.

* * * * *

Уж не знаю, есть ли у них часы, но рабочие появились за две минуты до оговоренного времени. Геля радостно обняла отца за бедра.

– Ну принцесса, как спалось на новом месте? – Потрепал её отец.

– Тепло и уютно! – Не стала вдаваться в подробности Ангелина. – Пойдемте там уже всё готово. – Быстро сменила она тему.

В руках Сергея был ящик с деревянной ручкой, видимо инструменты. В доме действительно всё было готово. Поздоровавшись мы с Оксаной споро накрыли на стол. Я налила ребятам даже побольше половины стакана каждому. Краем глаза заметив как Виталий облегчённо выдохнул. Видимо подозревал, что запасы иссякли. Ангелина не отводила глаз от холодильника, где пряталось варенье, её глаза предвкушающе горели.

– Неполучишь! – Быстро разгадала я её помыслы. – Пока не съешь всё из своей тарелки. Вот!

Малышка насупилась, но взяла ложку и хлеб. Завтрак прошел в обиженной тишине. Зато когда её тарелка опустела и даже была вытерта кусочком хлеба, все обиды были прощены, так как на столе появилась вазочка с вареньем.

После завтрака Виталий Львович, направился вести борьбу с сорняком. А Сергей занялся "Малюткой". В это время я услышала стук закрываемой двери машины за забором. Видимо сыновья Анфисы Михайловны приехали. За час мы успели подготовить дом к ремонту, когда в калитку постучали.

– Войдите! – Крикнула я откладывая секатор.

Во двор вошли двое мужчин. Судя по всему старший из них был, высок, широкоплеч, с аккуратной короткой прической и в элегантном костюме, даже несмотря на то, что приехал работать на даче. На вид ему было лет тридцать пять. Второй хоть и был похож чертами лица на первого, отличался от брата, кардинально. Был ниже на пол головы, заметно уже в плечах, хотя и имел довольно атлетическую фигуру. Более длинные темно русые волосы были уложены в довольно креативную прическу, или попросту вообще её не имели. На нем был утеплённый спортивный костюм. Да и общее впечатление говорило о его более лёгком, весёлом характере.

– Андрей Игоревич! – Представился старший, протягивая мне руку.

– Олиссия! – Мой голос прозвучал отчегото тихо и робко. Аура этого человека излучала невероятную силу воли. Подавляла. Он явно был врождённым лидером, каким-нибудь начальником. Да я чувствовала добродушный настрой от него, но не могла и не отметить, цепкий изучающий окружающую обстановку взгляд. Его младший брат на вид не более двадцати семи лет. Театрально забрал мою конечность из руки Андрея, сам представился Дмитрием и горячо потряс её. Эмоции этого человека были широко раскрыты для всеобщего обозрения, сразу располагая к себе. Но вот его взгляд остановился на сестре:

– А ваше имя? Прекрасная незнакомка!

– О, О, Оксана,,, – выдала она охрипшим голосом. Кажется сестрёнка "поплыла!" Её руку не только пожали, но и галантно поцеловали.

– Мама, рассказала нам о ваших трудностях. – Сходу перешёл к делу более серьезный Андрей. – Думаю у нас к вам будет взаимо выгодное предложение!

– Что бы ты понимал в выгоде! – Хохотнул его брат. – Мы могли бы лицезреть панораму будущей битвы за уют в доме?

– Пожалуйста, проходите! – Пригласила я их внутрь строения.

Новоявленные соседи вошли бегло осматривая помещение.

– Всё ясно! – Подытожил Дмитрий и пошел на выход. Мы с сестрой последовали следом, на их участок. Оказалось, что за коттеджем в дальнем углу участка, расположены две утеплённые постройки. К одной из них мы и подошли. Дмитрий отпер замок. В нос ударил характерный запах красок и растворителей.

– Так! – Начал он, даже забыв улыбнуться, было видно, что он попал в свою стихию. – Начнем с крыши. Какой цвет предпочитаете?

– Стандартный синий. – Ответила я не задумываясь.

– Ясно! – Коротко бросил он и исчез в мире красок!

Вернувшись он принес две стандартные банки краски без этикетки, но на крышке каждой имелась синяя клякса, означающая цвет. Поставив их возле двери, снова удалился, принеся на этот раз большой бочонок, литров на двенадцать, пятнадцать с белым пятном.

– Забор?

– Красный! – Поспешила вставить Оксана и покосилась на меня.

Я согласно кивнула. Появилось ещё два больших бочка́.

– Думаю хватит. Хотя заборов у вас много, если что обращайтесь.

Я вспомнила про второй участок. Затем появился лак, морилка для мебели, растворитель для обезжиривания поверхности.

– Обоев к сожалению не держим, зато есть "супер клей". Так,что ещё? – Задал он вопрос похоже сам себе.

– По металу, что-нибудь есть? – Помогла я его раздумьям. – Нам велик обещали починить, да ещё калитка.

– Сделаем! – На свет появился балончик распылитель судя по названию с грунтовкой и два с краской, один бордовый и один серебристый металлик.

– Стеклоочиститель? – Кажется вошла в азарт Оксанка. – И смазка, ну там для петель и ве́лика. Вскоре все это явилось на свет вместе с; кистями, валиками, ванночками для краски, наждачной бумагой и ещё чем-то. Пришлось ходить туда сюда несколько раз. С одной стороны я ликовала, с другой было неудобно. Все решили слова Андрея:

– У нас будет к вам просьба! – Он отвёл меня в сторону на нейтральной территории где стоял его внедорожник. – Видишь ли, наша мама упертая как баран! Сколько не убеждаем её ехать домой, все бестолку. Я мол только на грядках чувствую себя человеком. А у неё сердце больное! Вы с сестрой поприглядывали бы за ней. Мы с Димкой конечно стараемся приезжать почаще, но работа, семья! Сама понимаешь!

– Конечно же Андрей Игоревич, мы с радостью приглядим, да она и сама, предупредила, что за вашу помощь мы будем расплачиваться вечерними чаепитиями! – Я улыбнулась, он как оказалось тоже умеет улыбаться!

В это время на улицу вышел Дмитрий с ведром зелёной краски:

– Андрей, тебя дома жена ждёт! Здесь покраска забора, а ты девушек вместо меня клеешь! – Его простота в общении подкупала.

– Простите! – Внезапно вспомнила я. – У вас случайно бензопилы нету?

– Случайно нету! Только специально, для дела! – Продолжал веселится Дмитрий.

– Просто у нас там четыре дерева мертвые место занимают, а в бане дров нет!

Через полчаса, дров было достаточно, а я составив список всего нам необходимого, отправила Оксану к Петру Ивановичу.

На обед у мужчин ещё оставалась картошка, для нас с малышкой отварила и обжарила макароны. Хотела смешать с последними двумя банками сардин, но Ангелина решила, что с вареньем будет вкуснее.

Когда вышла звать мужчин на обед, увидела, что Сергей крутит руками педали перевёрнутого велосипеда, а вот к дому он уже подошёл с "Малюткой" в руках. Включила в розетку и,,, о чудо! Работает как новая. На радостях налила ребятам почти по полному стакану, а сама отправилась ублажать моего маленького Ангелочка! Девочка с озорной улыбкой смешивала остатки варенья с макаронами, а я вдруг подумала, что за пару дней сменила все свои приоритеты. Раньше даже умирая с голоду не решилась бы попросить хоть кусок хлеба, но теперь ради малышки сегодня же вечером выпрошу у смотрителя ещё баночку варенья.

После обеда заметила, что Виталий достает почти пустую пачку "Ростовских", а Сергей тянет к нему руку за сигаретой. Порадовалась, что мы включили в список блок сигарет.

Сергей установил машинку в бане, натаскал полный котел воды. Потом прошёлся грунтом по раме велосипеда, а серебряной краской по ободу колес, после чего приобщился к расчищению територии.

Я затопила печь в бане, а пока грелась вода, начала красить в белый цвет потолок в детской комнате. Благодаря широкому валику дело шло быстро, оставалось лишь кистью прокрашивать выемки на стыках досок потолка. Затем началась, грандиозная стирка. Я конечно понимала, что все придется перестирывать с кондиционером, но тогда дело пойдет быстрее. Стирку я чередовала с побегами в дом. Пока работает таймер, красила оконные рамы дверные косяки и сами двери в Ангельских покоях, причем дверь в чулан окрасила сразу с обеих сторон, а входную только со внутренней, что бы запах не шел в большую комнату где мы будим спать. Когда я окончила и стирку, и покраску увидела большой костер на прежнем месте. Вокруг порхал мой Ангел. Сергей окучивал деревья, а Виталий вскапывал грядки. Через пару часов подъехали дядя Петя и Оксана.

Первым делом из багажника извлекли обои с наклейкой "Disney" и более серьезные зелено-кооричневые с изображением лесного пейзажа. На самом дне лежало два больших мешка с картошкой и капустой и два поменьше с луком и морковью. Я заметила как сестрёнка достает два внушительных, но явно почти невесомых пакета из машины и уносит их в дом. Надо будит сама расскажет, что в них. На заднем сидении было ещё несколько пакетов со всем, что может пригодится в хозяйстве и холодильнике. Несколько "телевизоров" с пирожными и пачек сока "Моя7 Я", вызвали радость и лёгкую ревность. Видимо малышка полюбилась и моей сестрёнке. Все, что я успела ещё в этот день это покрасить фасад крыши, пока Оксана готовила ужин, а Ангелина крутилась под ногами с нетерпением ожидая, когда же мы сядем за стол. Оксана приготовила самую большую, какую только удалось найти кастрюлю наваристого борща. Мы все, включая малолетних сладкоежек, с аппетитом оценили сей шедевр. Правда заметила, что после того как мужчины, поев в охотку, допили из стаканов, то что у них было налито они погруснели.

– "Мало!" – Подумала я. Ну так работа на сегодня окончена, пусть забирают всё, что осталось домой, но потом я заметила как Виталий безрезультатно, ощупывает карманы. Я хлопнув себя по лбу, убежала в комнату, раскрыла блок "Донского табака" и вернувшись, вручила каждому по пачке, кои тут же распечатали и я почувствовала сладковатый запах дыма. Мы ещё немного пообщались обсуждая планы работы на завтра, потом рабочие удалились.

К моей огромной радости, в связи с покраской детской комнаты, Ангелина с виновато – победоносной улыбкой первая устроилась на моей постели. Я была счастлива прижать её хрупкое тело, в очередной раз ловя себя на мысли:

– "Как бы я хотела быть её мамой!"

Глава пятая

(восемнадцатое Апреля,Среда)

Утром я пообещала себе сходить в храм и поставить свечку за здравие Петра Ивановича, поскольку он вместе с условленном за ранее завозом хлеба, до Субботы, привез ещё и целых две банки "Ангельского счастья". Разве может какое-то там штампованное пирожное подарить ребенку столько радости как настоящее домашнее малиновое варение!

– Вечером жду полным составом с ночёвкой! – Подмигнул нам Иваныч.

– Петр Иванович? – Растерялась я. – Что значит с ночёвкой?

– А то, что ремонт у вас, как вижу полным ходом, а спать где будите?

Я потупилась. А ведь и правда. Сегодня по плану покраска всех поверхностей в доме; потолок, рамы, двери, веранда. На улице Апрель, спать холодно.

– Но мы разве вас не стесним? – Спросила я виновато. Мы то с сестрёнкой могли бы переночевать и в натопленной бане, но у меня появилась маленькая "дочурка."

– Будете только в радость, для одинокого старика! – Его эмоции были для меня как на ладони. Он не врал!

После традиционного уже в этом доме, ритуала вознесения благодарности первооткрывателю волшебных свойств кофе, я отправилась к тете Маруси, за "топливом" для тракторов марки "Сергей" и "Виталий Львович." Благодаря словоохотливости соседки за время моего двухсот метрового марафона, Оксана уже успела истопить баню и разогреть завтрак.

Заметив ребят я взглянула на сервант, что бы убедится, что часы не отстают! После завтрака Виталий сразу же направился на передовую. Вступив в неравный бой с сорняком – окупантом на дополнительном участке 14 – 15. Благо на нем не было колючек и других препятствий, а земля была более рыхлой. Сергей сперва закончил покраску велосипеда, потом снял дверь калитки, очистил и покрасил её, а так же смазал петли. Затем отправился на подмогу другу. Я снова курировала между баней и домом, совмещая повторную стирку с ремонтом в доме.

Прежде всего мы под чутким, неусыпным контролем "бригадира" и "vip дизайнера", Ангелины Сергеевны, приступили к поклейке обоев в будущем "Диснейленде." Девочка с серьезным видом указывала нам какого персонажа необходимо разместить поближе к кроватке, а кого не жалко и к потолку подвесить, что существенно замедляло работу. Затем я приступила к покраске потолка в основной комнате. Оксана занималась окнами и дверями. Затем всей бригадой пришлось выносить мебель с веранды готовя её к ремонту. К счастью к тому времени я уже покончила со стиркой.

Обедали мы само собой на дворе.

С началом полива я принялась за удобрение и собственно этого самого полива, всех деревьев и уже обработанной малины. Оксана взяла на себя самую кропотливую работу, прокраску мини рам застеклённой веранды. Как выяснилось позже самую "ответственную" работу, она доверила Геле, покраску подоконников кухни. И свой план девочка с гаком перевыполнила. Покрасив не только подоконник, но и старый сарафанчик, выданный ей для малярных работ, сандалии, пальцы рук и почему-то кончик носа. До вечера мы ещё успели покрасить с обеих сторон лицевую, или скорее улицевую часть забора. За ужин мы первыми посадили рабочих, сами же ушли отмыватся в баню. Потом мы отправили туда ребят. Оксана купила специально для них; мыло, шампунь, все для бритья, полотенце и даже "семейки" с носками.

После помывочных процедур, всей компанией отправились до пруда. Мы к смотрителю, рабочие, немного не доходя свернули в проулок к своему временному жилищу. Ангелина носилась вокруг нас на своем "новеньком" велике.

Глава шестая

(Девятнадцатое Апреля, Четверг)

Утром я порадовалась, что дом тети Маруси располагался у нас на пути. И если Геленька с прежним задором гоняла туда сюда на велике, то Оксану я завела вместе с собой, что бы познакомить с добродушной хозяйкой. Неунывающая женщина была как всегда в припо́днятом настроении. Отдала мне остатки "предоплаты", за Субботние посадочные работы, а в нагрузку ещё и целый пакет домашних яиц. Я смутилась, а вот сестрёнка обрадовалась. Мы то плотно позавтракали у смотрителя, а вот готовить с утра рабочим, никому не хотелось. Сегодня в честь официального завершения всех, плановых работ, был запланирован праздничный ужин, ну и обед видимо тоже! Оксана обещала приготовить плов, но сначала надо было разморозить курицу. А вот обжарить колбаску и залить взбитыми яйцами, много времени не заняло. Судя по проделанной вчера работе и тому, что осталось, до обеда должны управиться. Затем я планирую, привлечь мужчин к копанию лунок под саженцы на всей территории дополнительного участка, мечтая превратить его в большой фруктовый сад. Правда с трудом представлялось, где взять такое количество саженцев. Но Петр Иванович ещё вчера обещал помочь в этом деле. Вобщем работы хватало! Покончив с поклейкой обоев в общей спальне, мы с сестрёнкой приступили к окраске заборов на обоих участках. Мужчины копали лунки там где я понатыкала палки. К вечеру вымотались все, зато освободились немного раньше. Успев выполнить все, что было задуманно и даже успели посадить первую партию саженцев доставленную Иванычем с заброшенных участков.

На ранний ужин совмещённый с поздним обедом я наложила всем ароматного куриного плова. Открыла и разделила между двумя столами аджику из закромов тети Маруси. Поставила на стол мужчин перелитую в красивую литровую бутылку из под виски, самогонку от того же производителя, что и закрутка. На наш стол поставила перелитое в графин, шедевральное вино.

После бани я собрала в пакет все банные принадлежности мужчин, вместе с полотенцем, положила туда недопитый ими самогон, оставшиеся сигареты. И в довершение вынесла из сарая целых три пакета с отстиранными, тёплыми и летними вещами. Отблагодарив тем самым работников, благодаря которым, наша дача всего за четыре дня превратилась в уютное хозяйство.

Попрощавшись с ребятами мы отправились спать. Выпитое вино и усталость давали о себе знать. А Ангелине наоборот нетерпелось обжиться в своей новой мульт-стране. Я установила в её комнате найденный на чердаке торшер который не выключался всю ночь.

Всю Пятницу мы с Петром Ивановичем, обследовали оставленные хозяевами участки в поисках подходящих саженцев для моего будущего сада. Учитывая проснувшиеся во мне способности к воздействию на живые растения, не сомневалась, что все они приживутся, как надо. Посреди дополнительного участка мы оставили место, для будущей "тенистой аллеи", по краям которой высадили кусты смородины. Возле лицевого забора выходящего на четырнадцатую улицу, высадили сирень, на границе своих двух участков малину. Сегодня впервые за пять дней нашего знакомства, моя любимая девочка впервые сообщила, что очень устала и отправилась первой в свою комнату спать. Мы с Оксаной, покосились на оставшиеся пол банки вина в холодильнике, но не сговариваясь решили, что сегодня обойдёмся и без снотворного и обе были правы. Сон сморил нас едва мы добрели до пастели.

Утро Субботы "порадовало" нас хмурым небом и моросящим дождем. В связи с чем, привезший хлеб Петр Иванович, сообщил, что тетя Маруся просила передать, что запланированная посадка откладывается до Понедельника. Это порадовало, так как выходить на улицу, совершенно не хотелось. Самое время было вспомнить о книгах найденных на чердаке. Кушать, настроения ни у кого, кроме маленького Ангелочка не было. Так, что сделав ей пару бутербродов с маслом и сыром, удивившись, что она не попросила варенья, я выпив ритуальный кофе, достала коробку с литературой.

Первым делом как я и предполагала, Оксана выхватила у меня книгу кулинарных рецептов. Затем заметила "Шерлока" и пришла в настоящий восторг!:

– Как же я мечтала о ней! – Буквально обняла она издание прижав его к своей груди. – Как сходила в кино на "Собаку Баскервилей!" Так и мечтала о ней! Спасибо!Любимая сестрёнка!

Моя книга, тоже вызвала интерес, но скорее своими размерами, кожаным переплётом и золотистым орнаментом, но прочитав название она к ней полностью охладела.

– А я вот, читать не умею! – Печально вздохнула, непривычно серьезная Ангелина.

– Будем учится! – Обрадовала я её, доставая Букварь.

А вот хитренько улыбающаяся Оксана, засунула руку под свою кровать. И я вспомнила, те два невесомых, больших пакета, что она, быстренько спрятала, достав из "Громовобиля" Петра Ивановича", марки "Москвичевский Будильник."

В пакетах оказались коробки с пазлами. В одном, две огромные коробки с рисунками старинных замков, в лучах заходящего и полуденного Солнца. Те, что придуманны для сбора большой и дружной семьей. Во втором пакете оказались, две коробки вдвое меньше, с изображением, домика Барби, с его обитателями, а также "Бемби", среди лесной чаши. И четыре малых коробки на основе, так любимых Гелей, Диснеевских сюжетов.

Ангелиночка была не только в восторге, она ликовала!

Перебирая свое сокровище, моя девочка,весело носилась по комнате,хлопая в ладоши!Как я была благодарна сообразительности сестрёнки. Стараясь подовить, неуместную ревность. Однако радость ребенка, заражала таким позитивом!Однако мне тут же пришлось отбирать у неё коробку с Барби домиком.

– Ну уж нет, малышка. Нельзя научится бегать, не умея ходить! Начни с малого, никто их у тебя не отберёт! – Геля насупилась, но потом махнула рукой, взяв русалочку с семьёй в своем подводном мире.

– Сперва учеба, потом игра! – Обломала я. – Ты знаешь какие-нибудь буквы?

К счастью я похоже попала в точку и отсроченная забава вовсе не огорчила её!

– Ага! – Весело ответила малышка. – Целых семнадцать! – Я порадовалась, что видимо и с цифрами она дружит!

– Покажи какие! – Протянула я ей Букварь.

Ангелиночка показала и назвала первые двенадцать букв в алфавите по порядку, как названия, так и звуки. От "А" до "Ка".

– Тебя учила мама? – Осторожно спросила я.

Девочка задумалась, как-то странно посмотрев на меня, но быстро пришла в норму:

– Ну да! По порядку, да! Когда уже болела и вставать не могла! Я от неё не отходила. У нас был, такой бооольшой плакат, там картинки красивые, а рядом буковки с которых эти рисунки начинались. И папа тоже учил! – Она открыла страницу на букву "Р". – Там такая же киса была! Папа сказал, что её зовут "Ры́ся", потом был жутик с носом до земли, я смеялась, а папуля сказал, что это слон, я правда не поверила, что такой есть, но мне обещали показать в зоопарке, правда ещё не видела, но потом я смеялась когда увидела такой же нос у трактора, но папа сказал, что это экскаватор. Ну и буковки "Папа" и "Мама" я знаю тоже!

Я открыла букву "Л", объяснила как она называется и как звучит в словах. Удивилась, что девочка даже забыла об игре с интересом ожидая новых знаний. Решила испытать её возможности. Перевернула страницу с известной ей буквой "М" и дала сведения о буквах "Н" и "О":

– Пока хватит! Пока запоминай и повторяй их про себя, пусть учебник лежит рядом, пока будешь собирать мозаику! Забудешь спроси!

Я поставила летний столик, из чулана, между моей и сестренкиной кроватями, прямо напротив входной двери и удобное кресло. Девочка с восторгом вскрыла целлофан и высыпала фрагменты пазлов на стол. А я наконец-то взяла в руки вожделенный томик, своей книги. Для начала с интересом открывала и разглядывала картинки с изображением экзотических трав. Однако после половины страниц картинок не было. Примерно на середине, с изумлением прочитала:

– "Зелье избавляющие от хронической астмы."

– "Ну ни фига себе!" – Немного шокированная, я открыла книгу с конца,ища оглавление. Нашла! Оказалось, что реально с пятой по четыреста восемьдесят третью страницу, это была чисто "Энциклопедия редчайших лекарственных трав", а с четыреста восемьдесят пятую, по восемьсот девяносто вторую, значилось: "Зелья, снадобья, декокты!"

Что же это получается? Передо мной самый настоящий учебник по алхимии? Ладно, с этим потом разберемся. Открываю книгу сначала, опустив титульный лист и погружаюсь в мир неизвестных растений. Через непродолжительное время, с трепетом, открываю в себе, новую грань своих способностей, не ведомых мне ранее. Совершенно неведомые мне растения, их среда произрастания, свойства и методы обработки, после первого прочтения, вызывают у меня, что-то вроде чувства "дежавю". Даже зубодробительные термины и названия, запоминаются с первого прочтения!

Через какое-то время, полного отрешения от реальности, краем сознания услышала ликующее детское:

– "Та-дам!". – Это моя маленькая девочка с победным возгласом вставила последнюю пазлинку в полностью собранную мозаику!:

– Олеся, не поможешь мне прикрепить её к стене? – Радовалась малышка, указывая на свою комнату.

Я отложила книгу, краем глаза отметив, как Оксана с добродушной улыбкой оглядывает нас, что бы тут же вновь погрузится в мир Лондонских преступлений!

Я взяла узкий скотч, аккуратно приклеила пару лент к уголкам мозаики и спокойно вертикально подняла всю композицию вверх, приладив её в указанном "дизайнером"месте.

Вернувшись в общую комнату я потребовала расплаты. Начала проверять успехи ребенка в запоминании новых букв. Была поражена способностью малышки Плохо верила в успех, но решила рискнуть загрузить её по полной, объяснив ей произношение букв "У" и "Ф". В замен её обещания выучить и их, пришлось выделить очередную забаву с изображением трёх долматинцев. После чего с энтузиазмом вернулась к своей книге.

Оксана лишь насмешливо покачала головой не торопясь покидать, тайны на Бейкер Стрит.

К обеду я заметила, что Геля стала какой-то непривычно вялой:

– Ангелина, с тобой все хорошо? – Я ощупала её лоб. Он был холодным.

– Да, да! Всё хорошо! Со мной такое бывает. Это из-за погоды!

– Ты что,на солнечных батарейках! – Рассмеялась сестрёнка. – Нехватка света Солнца!

– Звезд! – Совершенно серьезно, без сарказма ответила девочка. – Мне нужна энергия космоса!

Мы с сестрой посмеялись над её фантазией, хотя я отметила, что наш энтузиазм не вызвал даже улыбку на детском лице. Оксана тоже, как-то странно посмотрела на меня, а Ангелиночка указала мне на очередную собранную картинку и мы с ней отправились в детскую, украшать интерьер.

– Олесенька я посплю немного! Что-то устала сильно! – Зевая сообщила мне девочка, которая могла часами гонять на велике и потом ещё удивляться почему мы так быстро устаём.

– Ложись конечно! Мы пока пойдем проверим тетю Анфису, обещали же. А ты отдохни малышка.

Девочка уже не открывала глаз и по этому я приняла её шепот как бред:

– Спокойной ночи,мама!

Выпустив слезу, укрыла своего Ангела одеялом и пошла разлучать известного сыщика с его новоявленной фанаткой!

– Ну, наконец-то девочки! Я всё ждала, когда же вы вспомните о старушке!

– Так уж и старушке? По огороду то за вами не угнаться! – Отшутилась Оксана.

– Девочка,девочка! – С лукавой улыбкой, качая головой отчитала соседка. – В ваши годы я по танцполам скакала как антилопа, а теперь с грядки на грядку и то шагом. Ух молодость! Ладно пойдёмте чай пить.

Чай был особенным, видимо с мятой и листьями смородины, а вот к оладьям, с пылу с жару подали клубничное варенье с целехонькими ягодами.

Поразилась новым ощущениям, мне сладкоежке, кусок в горло не лез, стоило лишь представить как сейчас бы ликовала от восторга моя маленькая дочурка! Но не прятать же по карманам, что бы отнести ей. Пришлось изображать довольство, хотя все другое, кроме моей малышки для меня отошло на второй план. Решила отвлечь соседку перейдя к насущному:

– Тетя Анфиса, а зачем вам сидеть здесь все время? Могли бы приезжать с детьми по выходным, а мы бы тут присмотрели за всем, нам не сложно!

– Так сразу и говорите, что вас подкупили мои дети! – Наигранно серьезно, но плохо скрывая улыбку, ответила хозяйка.

– Ну, Анфиса Михайловна, – не выдержала я.

– Прожила столько лет, на огороде, пошлет Господь и умру здесь! Тесно мне в бетонных застенках!

Не знаю, случайно или я все же выдала себя, но через пару часов когда мы уходили, мне с собой вручили целую двух литровую банку того самого клубничного варения. Мысленно собиралась отказаться, но на деле прошептала слова благодарности, выпустив слезу и приняла дар. В душе я ликовала! Дома мы застали Ангелину у умывальника, хотя несомневаюсь вид вкусняшки в моей руке взбодрил её больше холодной воды. Налила любимой девочки сока и усадила обедать. Дождь снова начал стучать по крыше. Взяла Букварь, открыла буквы "Х" и "Ц", начала объяснять их произношение. Девочка смущаясь созналась, что подзабыла, но и "Хлеб" и "Цыпленок" ей знакомы и особенно хорошо она помнила "Черепашку" на следующей странице. Взяла пазл с семейкой "Мак Даков" и уселась за любимый стол. Мы с Оксаной вернулись к своим книгам. Так и скоротали время до вечера. В комнате Ангелиночки красовались уже четыре картинки. Спать ложились поздно. Но в такую погоду даже сон не шел.

* * * * *

Утром погода не изменилась. Почему-то я одна ощущала необычайный приток сил, как будто дождь заряжал меня энергией, хотя желания выйти на улицу не было не какого. А вот и Оксана и Ангелина выглядели понуро. Малышка даже к варенью проявляла равнодушие. А вот сестрёнку кофе все же немного взбодрил! Я взяла учебник и начала проверять у Ангелины вчерашние задания. Оказалось несмотря на явную вялость, всё было выучено на зубок. Не представляю, нормальна ли для детей такая ускоренная тенденция обучения, но девочка вовсе не выглядела перегруженной и рвалась к новым знаниям! Объяснила ей разницу между "Ше" и "Ще". Посмеялась над энтузиазмом малышки наконец-то получившей долгожданную мозаику "Барби", поспешно высыпавшей пазлы на стол. Оксана уже "отъехала", куда-то в Лондон, прошлого века. Я продолжила штудировать свое бесценное издание. Всё ещё поражаясь, как умудряюсь запоминать с одного прочтения непроизносимые названия и научные термины. К обеду, когда я под конвоем направилась в детскую крепить очередной шедевр на стену, отметила, что небо наконец-то прояснилось. Девочка заметно развеселилась. Долго обсуждая со мной разницу между "ь" и "ъ", но больше удивлялась почему нет картинки на букву "ы". Мы весело развлекались придумывая слова на эту букву. Оказалось, что фантазия девочки куда обширнее моей, а ещё Кирилла и Мифодия. Погода окончательно наладилась, но копаться в грязи желания все ещё не возникало. Хорошо хоть ветерок поднялся, просушит. Так как "Экскаватор" Геля уже знала, дала ей финальное задание в виде "Ю" и "Я", а также последний из средних пазлов "Семейки Симпсон". Сама принялась дочитывать энциклопедию. До второй её части осталось совсем немного. Вечером проверили тетю Анфису, что-то её лицо показалось мне бледным, но держалась она молодцом.

А вот утро Понедельника началось с очень серьезной работы, в виде отработки трудовой повинности, на участке тети Маруси. Оказалось, что сын её приехать не смог. Так, что копать и сажать пришлось нам самим. Впрочем Ангелину это только забовляло. Она ловко разграбляла вскопанные грядки, а я следуя указаниям хозяйки "заселяла" их сажанцами. К вечеру едва держались на ногах, но довольные с энтузиазмом переносили на свой участок "обездоленную" рассаду, которой не хватило места на участке тети Маруси. Как я и предполагала, осталось около половины саженцев. Это было великолепно, теперь и наши грядки будут полны овощных культур. В конце мне дали два пакета закруток, пакет домашних яиц и очередную банку с вином. По пути домой вспомнила, что мы ещё и первую банку не допили. Что и решили исправить с Оксаной, под предлогом необходимости снотворного, а выспаться действительно было необходимо. Завтра предстоял ещё целый день, посадочных работ!

Глава седьмая

(Двадцать третье Апреля, Вторник)

К засадке собственного участка, Геля приступила более активно. Грядки стараниями Виталия Львовича, были уже подготовленны. Малышка же ползала передо мной, делая лунки, для саженцев. А у меня кажется разыгралось воображение или это последствие выпитого вчера вина? Мне казалось, что когда Геля поднимает руку сделав очередное углубление, с её пальцев в ямку падает капля состоящая из золотистого сияния. Я встряхивала головой после каждого такого видения. Оксана белила деревья, а потом преодолев свою не любовь к высоте, залезла на чердак, для генеральной уборки. Вечером все уставшие, но невероятно довольные, засели все вместе собирать "семейную" мозаику. Просидели до полуночи. Совместное занятие, так понравилось нам, было так весело, что мы решили проводить так как можно больше времени. Довольно громоздкая картина, заняла свое место на против Геленой кровати возле двери в чулан.

Утром снова моросил дождь. Я уже дочитавшая, доступную для моего понимания, часть энциклопедии, стала учить Ангелочка, читать полноценные тексты, по стихам Агнии Барто. Её успехи были так поразительны! Меня так радовали достижения моей девочки,(а иначе я её уже и не представляла). Она не просто читала, пусть пока ещё только по слогам, но и осознавала прочитанное, запоминая короткие стишки наизусть. В голове кружилась лишь одна мысль:

– "Как же я люблю своего златовласого Ангела! Спасибо Господи, что послал мне в такое сложное время лучик Солнца!"

На обед у нас было "Мясо по французки!" Видимо Оксана решила на временное "предательство", Конан Дойля. Ее успехи были поразительны. Даже наша маленькая сладкоежка, щурилась от удовольствия.

Вот только к концу обеда я почувствовала первый сигнал тревоги. Будто стальной обруч сжал сердце. Со странным чувством замечаю, что Геля тоже стала очень серьезной и сейчас озирается по сторонам, едва ли не нюхая воздух как охотничья собака.

Весь остальной день прошел как в тумане. Ужинать я вообще отказалась, однако проследила, что бы Оксана хорошо накормила. "дочурку". Как в бреду открыла холодильник и достала вино. Сестренка странно посмотрела на меня, но бокала достала, два. Я очень люблю свою сестрёнку за понимание. Что-то не так! – Сказала я одним глотком осушив половину бокала. Что-то страшное должно случится этой ночью! Не знаю, просто так ощущаю.

– Что может случится у "черта на куличках?" – Усомнилась Оксана, медленно с наслаждением выпивая свою порцию.

– Говорю же, не знаю, но для нас угрозы нет! Это точно!

Ночью я проснулась с вскриком от резкой боли в области сердца. Непонимающе огляделась в темноте. Оксана тоже поднялась от моего вскрика:

– Что опять случилось? – Поинтересовалась она зевая.

– Гднето беда! Это смертельная опасность! – Сама не знаю, что несу, но в своих ощущениях уверена.

В этот момент, дверь из комнаты Ангела, с шумом распахнулась. Взъерошенная девочка в пижаме и тапках на босу ногу, выбежала к нам, схватила меня за руку и потянула к выходу:

– Давайте быстрее! Тетя Анфиса умирает!

* * * * *

На ходу запахивая старенькие плащи, поверх ночнушек, мы выбежали во двор, затем на улицу. Калитка соседнего дома была не заперта. Войдя мы отметили, что в одном из окон горит свет. Это лишь усилило тревогу. Тетя Анфиса ложилась рано и всегда тушила свет. Исключением была лишь лампочка над входом с уличной стороны. К счастью дом оказался не заперт, мы вошли и быстро отыскали освещенную комнату по полоске света, льющегося из под двери. Женщина лежала на полу, между кроватью и невысокой тумбой, она была без сознания.

– Жива! – Констатировала Оксана обнаружив пульс.

– Нужно срочно вызвать скорую! – Я была в шоке и почти орала.

Мы обыскали комнату, но телефона нигде не было.

– Она же всегда носила его с собой! – Вспомнила я беря себя в руки. – Надо найти её рабочую одежду.

Мы с сестрой выбежали в прихожую. И вскоре я с облегчением отыскала "трубку". Вернувшись в комнату мы застали Ангелину сидящую к нам спиной, над телом соседки, которую она каким-то образом смогла переместить на ровную поверхность, уложив на спину. Мне померещилось, что силуэт девочки мерцает, лучами золотистого света.

– Что ты делаешь, поинтересовалась Оксана, пока я лихорадочно возилась с телефоном.

– Положила ей под язык лекарство. Его не надо глотать, оно рассосётся само. Так с мамой было, – всхлипнула девочка. – Оно здесь рядом на полу валялось. Наверное тетя Анфиса не успела выпить.

Я дозвонилась дежурному, быстро описала ситуацию, дала адрес. Благо дачи располагались всего в паре километров от города. Пока ждали неотложку, нашла в контактах номер Андрея и нажала вызов. После пятого гудка услышала тревожный голос:

– Мама, что случилось?

– Андрей Игоревич, случилось несчастье! – Не было времени на сантименты. – Мы с сестрой увидели свет в окне вашего дома, ночью, чего раньше никогда не было. Решили проверить обстановку. И нашли Анфису Михайловну, на полу, без сознания. – Возможно с Дмитрием я была бы более тактичной, но точно знала, что выбрала правильную тактику с Андреем. Этот человек умеет, держать удар. – Она жива, мы уже вызвали скорую.

Я была права, он сумел скрыть эмоции. Голос его звучал уверенно:

– Олеся,прошу, если я не успею, поезжайте вместе с мамой. Сообщите мне из машины, куда её повезут. Я к сожалению далеко, буду более чем через час.

– Конечно,конечно! – Заверила я собеседника.

Андрей ещё расспрашивал меня о подробностях, когда послышался шум мотора. Оксана встретила и завела в дом фельдшера и пару санитаров с носилками.

Доктор осмотрел женщину, измерил давление. Сделал укол и велел санитарам, грузить её на носилки, а сам обратился к нам:

– Вы родственники?

– Мы соседи. Но уже позвонили её сыну он едет.

– Ждать нельзя. Подозрения на обширный инфаркт. Кто нибудь будет сопровождать?

– Разумеется я поеду! – Ответила сразу.

Оксане видимо придется остаться здесь. Ключей мы так и не нашли, а тут навалом техники, да и за Ангелом надо присмотреть. Из кареты скорой помощи я позвонила Андрею, в кратце объяснив положение вещей и сообщив, что нас везут в ближайшую больницу номер восемнадцать.

В реанимацию меня конечно же не пустили, пришлось ждать в коридоре. Хорошо хоть сиденья были удобными. Минут через сорок я увидела Андрея Игоревича в конце коридора. Который заметив меня, сдерживая шаг, подошёл и сел рядом, попросив пересказать ему всю историю заново. Я выполнила его просьбу убедившись, что нервы у этого человека реально стальные, а самообладание безупречное. Я же четко могла отслеживать смену его эмоционального фона незаметного глазу; переживание, "самокопание", почему-то злость, видимо на причуды родительницы, но внешне он оставался серьёзен и сосредоточен. Мне даже подумалось, что он какой-то высокоранговый военный офицер. Мои раздумья прервало явления направившегося к нам врача, только что вышедшего из палаты реанимации:

– Как мама? – С ходу атаковал Андрей.

– Ну что тут можно сказать, на данный момент ее состояние стабильно – тяжелое. Если до утра осложнений не будет, можете считать, что на первый раз обошлось!

– Лекарства, медикаменты, что-нибудь требуется?

– Всё что мы, могли сделать на донный момент уже сделано. Сейчас мы можем только ждать, а по поводу дальнейшего лечения можно будет говорить только после полного обследования. В любом случае до обеда пациентка проведет в реанимации. Ваше присутствие не обязательно. Юная леди это ведь вы вызывали скорую? – Внезапно обратился он ко мне.

– Да, мы с сестрой.

– Кто догадался положить ей лекарство, под язык?

– Да я уж и не помню. Просто оно кажется лежало рядом с ней. Видимо Анфиса Михайловна собиралась принять да не успела.

– Простите, как ваше имя? – Теперь он обратился к Андрею.

– Юдин Андрей Игоревич. – Как на плацу отрапортовал он.

– Отвезите лучше девочку домой! Сегодня она героиня! Немного задержки и шансов уже могло бы не быть. Фельдшер мне все рассказал. Не знаю, где были вы, но если бы не они с сестрой, все могло бы быть иначе.

– Вот мой номер. – Он протянул доктору визитку, на которую тот глянул, высоко поднял брови и убрал в карман халата. Я её рассмотреть не успела. – В случае чего немедленно звоните.

Меня приобняли за плечи и повели к машине.

– Как же на самом деле вы оказались в нашем доме в два часа ночи? – Спросил он едва мы тронулись. Я чувствовала, что юлить бесполезно. Этот человек чует ложь за версту.

– Но я действительно не могу этого объяснить. Просто я способна чувствовать беду рядом. Так же как эмоции людей!

– Хм… – Несмотря на все свои переживания, водитель даже улыбнулся. – И какие же эмоции ты чувствуешь во мне сейчас?

– Вы монолит! Все ваши чувства под железным контролем. Но под маской вы прячете; переживание за маму, боль, любовь и почему-то сильное раздражение, на грани злости. Странные несоответствия!?!

– Чего тут странного? – Немного изменившимся голосом произнес явно пораженный, но продолжающий держать маску Андрей. – Мы с Димой задолбались её переубеждать. Больное сердце, сиди дома,,, Вот доигралась, надо было её в наручники и под замок!

– Мы вправе сами выбирать свой путь. Господь дал нам эту возможность. Что если ваша мама решила, что её путь, смерть на природе, будучи до последнего на ногах?Лично я не смогла бы жить в четырех стенах, под постоянной опекой.

– Думал! Но это же чистый эгоизм! Нужно же думать и о близких, о тех кому твоя смерть принесет горе.

– Вы конечно правы, в деталях! Смерть вашего брата была бы, преждевременной ведь он ещё не сделал по настоящему счастливой ни одну девушку и не обзавелся наследниками. Ваша смерть вообще была бы трагедией, ведь у вас чудесная любящая жена, два маленьких сына нуждающихся в вашем покровительстве и опеке. А что Анфиса Михайловна? Она отдала свой долг перед Ликом Всевышнего. Родила и воспитала, заметьте, хорошо воспитала двух замечательных людей. Вы полностью самостоятельны и больше не нуждаетесь в опеке. Любила и была любимой, до последнего вздоха своего мужа оставаясь ему верной и преданной. Так почему, теперь она не может быть свободной! Почему вы лишаете её права выбора? Пытаетесь помешать ей жить так как она хочет сама и умереть не лишаясь крыльев, став чьей-то обузой?

– У тебя странная логика. – С каким-то неопознаваемым выражением проговорил Андрей.

– Просто для меня было бы страшно оказаться запертой в четырех стенах, вдали от природы, среди бетона и городского смога. Возможно у городских иное мышление, но каждый имеет право на собственное мнение.

– Странная ты девушка, Олеся, но меня пугает тот факт, что мне нечем контраргументировать, со мной такое впервые.

– Думаю тот кому суждено утонуть, даже в пустыне найдет свой оазис! На всё воля Создателя! Но вашей маме суждено окончить свой путь иначе. Не здесь и не сейчас. Иначе нас попросту не оказалось бы рядом. И ещё я знаю, что, молния никогда не бьёт дважды в одно место, так, что как бы это странно не звучало, но отныне дача самое безопасное место для Анфисы Михайловны.

– Давай сначала решим одну проблему! Вы с сестрой спасли жизнь нашей мамы. Для нас с Димой вы теперь, как родные сестры. Я больше неприемлю от вас обращение на "вы". Договорились?

– Для вас это дико и неприемлемо! Даже дядя Петя не любит когда его называют, Петром Ивановичем. Вы иной! Почему-то мне кажется, что вы даже не поймете, что обращаются к вам если имя прозвучит без отчества. От кого бы то ни было, кроме родных и близких.

Вновь мне достался удивленный взгляд:

– Давай считать, что теперь вы с Оксаной входите в этот круг!

– Мне это не сложно, но ты ещё долго будешь вздрагивать, когда я буду называть тебя Андреем. Дима он совсем другой!

– Ты меня реально пугаешь! Но все же, что ты думаешь, о моем отношении к вам с сестрой?

– До или после? – Мой четкий, резонный вопрос снова сбил Андрея с мысли.

– Давай и до, и после! – Нашелся мой персональный водитель.

– Ну с Дмитрием все просто, он с первого взгляда запал на Оксану. И я бы все остановила, если бы он смотрел на неё как на самку и хотел бы купить её любовь своей щедростью, но он смотрел на неё как на СВОЮ ЖЕНЩИНУ, с далеко идущими планами. Чтож сестрёнка уже большая пусть сама решает. А ты! Тут все сложно. Ты смотрел на нас с каким-то профессиональным интересом. Оценивал уровень нашей распущенности, что-ли. Вот только ты мерил "городским" менталитетом. Приличная девушка, выросшая в обстановки городского разврата сразу бы отказалась от столь щедрых даров, понимая, что возможно за это придется расплачиваться своим телом. Не очень приличная, думала бы так же, но учитывая, что перед ней не какой-то лысый "папик", а два молодых, привлекательных мужчины, смирилась бы, может даже рассчитывая на большее, учитывая, что у Димы нет кольца. Неприличная же сама стала бы заигрывать, стремясь урвать побольше. Но мы другие. Оксана, хоть и подрабатывала в летнем кафе, все ещё остаёться, неиспорченной провинциалкой, верящей в искреннее бескорыстие и принцев на белых лошадях. А я просто видела ваши эмоции и в них не было ничего аморального. Возможно Оксана не так далека от истины! – Я улыбнулась. – Просто мне было ясно, что Дмитрий по жизни такой, ему реально по кайфу, помогать тем кто в нем нуждается не ожидая взамен ничего кроме благодарности. А ты даже несмотря на какую то давнюю страшную обиду на свою жену и в тайных мыслях никогда не задумывался об измене. И если Дмитрий все же смотрел на нас, ну то есть скорее на мою сестрёнку несколько оценивающе, то ты смотришь вообще на всех как-то особенно,,, ну; черное-белое, хороший-плохой, виновен-не виновен! Как рентгеновский луч, стараясь заглянуть не под одежду, а проникнуть в душу, прочитать мысли.

Мои слова едва не привели к аварии, но железная воля взяла верх и тему попытались сменить на шутку.

– То есть смотреть, на вас как на девушек я не мог? – Усмехнулся Андрей.

– Сожалею! – Улыбнулась я в ответ. – Но ты безнадёжный однолюб. Твоя и без того огромная любовь к супруге, усилилась в разы после рождения сына, а вот потом, произошло что-то, что едва не перечеркнуло все. Это настолько невыносимо тебе, что я не могу это определить. Только догадываться. Но это едва не привело к разрыву. И лишь рождение второго ребенка, помогло тебе смирится. Смирится но не простить!

Андрей смотрел на меня как на восьмое чудо света. Но мы уже доехали до наших участков. С каким то неопределенным чувством Андрей задал последний вопрос:

– Можешь определить кто я?

– По жизни или по работе? Хотя,,, – Перебила я сама себя, не дожидаясь ответа. – Думаю для тебя это одно и тоже. Ну попробую определить. Ты тот кто любит разгадывать тайны, раскрывать секреты, выводить на чистую воду.

– Олеся, надеюсь тебя не отпугнёт мое чистосердечное признание?

– Я не вижу в тебе угрозу, иначе меня здесь бы не было.

– Тогда позволь представится по протоколу. Глава отдела по борьбе с организованной преступностью, временный куратор убойного отдела Центрального РОВД, полковник полиции Юдин Андрей Игоревич. Олеся ты хоть представляешь насколько права во всем сказанном?

Сама того не ожидая, я внезапно расхохоталась и это было похоже на истерику, но мне действительно было просто смешно и я от души смеялась. Настолько задористо, что мой смех услышала Оксана, вышедшая на улицу из-за Андреева забора.

– И что же такого смешного я сказал? – Вопросил Андрей, несмотря на ситуацию, тоже широко улыбающийся.

– Ну,,, ну,,, я не знаю! Вроде как младший брат, торговец, ну то есть бизнесмен, а старший полицейский, да ещё из нерядовых. Я всегда считала, что это семейное, что ли, а тут такое!

– То есть тебя не пугает моя откровенность? – Теперь и сам полковник с трудом сдерживал смех.

К машине подошла Оксана в лёгком халатике. Было довольно прохладно, на горизонте только-только забрезжил первый признак рассвета. Андрей нажал кнопку и задняя дверь открылась приглашая сестрёнку.

– Ну что там с тетей Анфисой? – С искренним волнением спросила она, заставляя нас почувствовать себя виноватыми.

– Ничего хорошего. – Ответила я потупившись. – Но благодаря Ангелу и воле Господа, уверена все образуется. Кризис миновал!

– Олеся ты не ответила на мой вопрос!

– А какой вопрос был? – Недвусмысленно поинтересовалась сестрёнка.

– Оксана! Ты доверяешь Андрею, не зная кто он? – Серьезно спросила я.

– Ого! Так мы уже на ты! – Прозвучало весело и трехсмысленно.

– Оксана, я еле убедил твою сестру, что спасение моей, ну то есть нашей с братом мамы, делает вас нашими сестрёнками, так что иное отношение я нетерплю. – Он не успел договорить как Оксана проболталась:

– То есть если мы с Димой,,, это что,,, инцест будет да! – Выдала она неподумав. Потом подумала. Хорошо что на заднем сиденье в темноте не видно её лица.

На этот раз первым начал хохотать Андрей, а я лишь безуспешно пыталась скрыть улыбку, но все же собралась:

– Ты ошибаешься в своих "Полицейских выводах", – намеренно выделяю два последних слова. – Оксана "Девушка" и прирожденный романтик и если ей понравился парень....

Меня перебил испуганный вскрик сестрёнки:

– Полицейских???

– Вобщем да! Так что, решай сама, ты здесь из-за меня, так что тоже имеешь слово!

– Да ты и так уже наговорила достаточно! А Дима он тоже,,,

– Нет, когечно! Он тот кто он есть и не умеет играть! А ты действительно заинтересовалась моим братом, всерьез?

– Ну он такой,,, особенный у нас таких не было,,,

– Что значит "у нас"? – Теперь точно верю,что он полковник!

– Ну вобщем мы не родные и даже не двоюродные сестры, но ближе друг друга у нас никого нет!

– Мы из сиротского приюта! – В словах Оксаны слышались слезы умиления!

– Я никогда не видела своих родителей, родители сестрёнки погибли когда ей было полтора годика! – Кажется я тоже пустила слезу.

– Света вам кто? – Говорил он спокойно, но его тоже проняло, я это чувствовала.

– Самый лучший человек на свете! – Нас прорвало и мы наперебой поведали ему всю историю нашего появления здесь.

– Кажется я догадываюсь, о ком идёт речь, но я уточню.

– Только неофициально! – Испугалась сестрёнка.

– Где Ангел? – Внезапно встрепенулась я, едва не выпрыгивая из машины.

У Андрея в этот момент зазвонил телефон и он нас не слышал.

– Я отвела её домой и уложила спать, всё хорошо!

Я выдыхнула с облегчением.

– Девочки мне пора! – И тут же добавил как бы сам для себя. – Нет ну бывает же такое,,,

– А что случилось? – Спросила я ощущая непонятную тревогу.

Андрей как то невесело усмехнулся:

– Ночью обнесли ваш "Дачник", вынесли все что смогли и даже прикрученный к стене, обычный канцелярский сейф. Это конечно совершенно не моя сфера деятельности, но по пеленгатору я оказался ближайшим специалистом, горячие следы и все такое. Патруль с участковым уже там, надо ехать! – Вздохнул он.

– Я должна поехать с тобой! – Уж не знаю откуда эти слова взялись в моей голове, но "слово не воробей"!

Оксана и Андрей, посмотрели на меня,,, ну как то странно посмотрели,,,

– Ничего не говорите! Ладно!

– Ну что Шерлок, поехали! – Развеселился полковник заводя мотор.

Услышав имя своего любимого героя, Оксана тоже загорелась азартом! Когда мы подъехали на место преступления, горизонт уже заметно серел. Возле знакомого вагончика стояло два "бобика". Увидев вышедшего из гражданской машины Андрея Игоревича, к нему направился, судя по погонам старший наряда с тремя звёздочками. Попытался возразить что-то насчёт постороннего присутствия, но увидев развернутое удостоверение, приосанился, козырнул и начал отчитываться:

– Была вскрыта и угнанна, не загнанная в гараж "ГАЗель", здесь же, неподалеку, с её помощью, при помощи буксировочного тросса, вырвана дверь вместе с решеткой. Вынесено все, что попалось под руку, включая вывороченные из стены сейф, который был грубо вскрыт и брошен неподалеку вместе с автомобилем. Как и куда был перенесен украденный товар, устанавливаем!

– Спиртное в магазине было? – Спросил "Настоящий полковник!"

– Ну,,, – Замялся участковый.

– Не для протокола! Я не твой начальник!

– Ну разумеется! – Сдался старлей. – Дачи, пруд, единственный магазин, из под пола, текло потихоньку. Ну мы,,,

– Меня это не касается! Что удалось выяснить?

Старшей открыл было рот, но не успел сказать, что-либо:

– Смерть! – Выкрикнула я в открытое окно внедорожника.

Все замерли и обернулись на мой голос.

– Олеся, ты о чем? – Устало поинтересовался Андрей.

– Я поймала эмонацию смерти, четко! На расстоянии трехсот метров.

– Может укажешь где? – Усмехнулся участковый.

– Да, разумеется, это не далеко! – Не поняла его юмора, точно зная, что говорю.

– Так! – Серьезно посмотрел на меня полковник, видимо что то решив для себя. – Что ты видишь?

– Я ничего не вижу, я не в кинотеатре. – Огрызнулась я. – Просто чувствую смерть, как почувствовала несчастье с Анфисой Михайловной!

Последняя фраза подействовала. Меня посадили на переднее пассажирское сиденье полицейского "бобика". Сзади сел Андрей и два полицейских, за руль сел участковый.

– Куда прикажете? – Обратились ко мне с сарказмом. Вниз по этой улице, не доезжая конца жилого поселка.

Машина тронулась и я указала где надо свернуть. В конце боковой улицы, возле самого оврага, в последнем доме горел свет во всех окнах.

– Уверена? – Серьезно спросил Андрей.

– Там свежий труп! – Уверенно сказала я каким то, на удивление спокойным голосом.

Машину оставили в самом начале улицы. Трое полицейских и Андрей вылезли из кабины. Патрульные и участковый достали табельное оружие. Андрей откуда-то тоже. Одному ПэПээСнику приказали оставаться возле машины со мной. Он молча сел на водительское место. Все остальные направились к указанному дому и скрылись в нем. Через несколько минут, послышался треск рации. Полицейский, который так и не представился, так как был сильно напряжён, принял вызов и мы услышали:

– "Подгоняй к калитке!"

Мотор завелся и мы поехали к дому. Остановившись, сержант вышел из машины не глуша мотор и обойдя её открыл заднюю дверь, для задержанных. Так как мы оба увидели, что из дома участковый и второй полицейский за плечи, прямо по земле выволакивают два тела, точно знаю, что живых, а полковник под руку выводит ещё одного закованного в наручники подельника, видимо единственного, кто ещё мог стоять на ногах. Всех троих упаковали в клетку. Участковый достав рацию вызвал "труповозку", оставил сержанта дожидаться здесь, сам сел за руль и мы поехали обратно к магазину и нашей машине, где нас дожидалась Оксана.

– Кто она такая? – Старлей опасливо покосился на меня, взглядом "чур меня".

– Я ничего не знаю о твоих махинациях с нелегальным оборотом алкоголя, ты никогда не видел её в глаза!

– Кого? – Картинно стал озираться по сторонам, якобы не замечая меня, фигляр.

– Вот и отлично. Бери раскрытия на себя, выкручивайся сам как хочешь. Я просто зафиксировал факт раскрытия и отбыл. Все!

Улыбка расползлась по лицу участкового, от такого подарка судьбы он дернулся, едва не оторвав баранку.

– Следи за доро́гой! – Осадил его Андрей.

Когда мы подъехали к ограбленному вагончику я сразу пересела в джип. Андрей какое-то время поговорил с участковым, подписал какой-то тут же составленный документ и мы поехали на наши дачи.

– А что в доме то было? – Сразу же спросила я едва мы тронулись. Немного обиженная сестрёнка тут же перестала дутся и тоже навострила ушки.

– Всё как ты и сказала! Трое мужиков за столом, двое уже в "хлам", третий "догоняет" и труп с проломленным черепом на полу. Кругом разбросано похищенное из "Дачника" добро. Оказалось, что в сейфе и денег то всего семь штук было, а видимо не поделили. Похоже обухом топора и уложили подельника. Продуктов то тоже едва ли на десятку, зато полтора ящика самопала. Тьфу. – Андрей раздосадованно ударил ладонями по рулю. – И давно ты такими способностями обладаешь? – Наконец-то прозвучал вполне резонный вопрос.

– С момента воскрешения! – А что я ещё могла ответить. ехать до дачи было совсем немного. Мы с Оксаной сразу же вылезли из машины, я заметила как Андрей порывшись в бардачке, вылазиет вслед за нами. Свет на нашей веранде горел, но уже был ненужен. Войдя я первым делом закрыла дверь в комнату Ангела, что бы не разбудить малышку. Вслед за нами зашёл полковник, в его руке была бутылка коньяка, я узнала по пяти звёздам на этикетке:

– Стаканы есть! – Вопросил он, как-то устало присаживаясь за стол.

Оксана почему-то без возражений достала из шкафа три стакана и полезла в холодильник за закуской.

– Ты же за рулём? – Цеплялась я за последнюю возможность отказаться. Мне ещё не приходилось пить такие крепки напитки.

Андрей только грустно улыбнулся и достал смартфон. Несмотря на ранний час ответили быстро. Полковник оглядел нас и включил громкую связь. Мы услышали голос Дмитрия.

– Ты чего это спозаранку?Случилось чего?

– Срывайся с насеста заберёшь меня. И да, случилось, но это не телефонный разговор.

– Ты где?

– На дачи у соседок!

– Что-то с мамой? – Голос Димы мгновенно сменился на взволнованный.

– Мама в больнице, но самое страшное уже позади приедешь расскажу. Да,можешь купить по дороге пару огромных букетов. Сильно не спеши, до обеда всё равно никаких новостей не будет.

Андрей отменил вызов и откупорил коньяк, налил нам по половине, а себе почти полный бокал. Я больше возражать не стала и вслед за всеми взяла тару, осушив одним махом. В горле все загорелось, в голове зашумело.

– Олеся, а что ещё ты можешь делать? – Немного оживившись спросил полковник, разливая по второй.

– Я вообще ничего не могу делать! Только чувствовать, ну там смерть, беду, сильные эмоции, поверхностные мысли, что сами просятся наружу. Собственно я ещё сама не знаю ничего о своем новом даре. А ты, что это решил использовать меня в своих Полицейских штучках? – Почему-то стало тааак хорошо и весело, но голос я попыталась изобразить осуждающий.

– Может пригодится, но исключительно по доброй воле и строго конфиденциально! Я же видел как горели глаза у вас обеих. – Не стал отнекиваться он.

– Что-то конкретное? – Заинтересовалась я.

– Да вроде ничего особенного, обычная бытовуха. Обвиняемый задержан, полностью сознался в убийстве соседа во время совместной попойки. Однако оружие убийства не найдено, говорит мол куда то сунул по пьяни. И не помнит. Вот только экспертиза выявила в его крови алкоголя не больше чем сейчас в тебе. – Он улыбнулся поднимая свой стакан и жестом предлагая присоединятся, вообще-то у меня и от первой стопки кружилась голова, но все же отхлебнула, что бы поддержать компанию. Оксана тоже осилила лишь половину и налегла на бутерброды.

– Видишь ли люди то, светские! Влиятельные!Заказуха там или бомба в багажнике это пожалуйста, но бытовых пьяных драк в таких кругах отродясь не было. Да и дружили они с детства. И сферы влияния разные. Конкуренция абсолютно исключена. У меня тупик! А начальство с самой Москвы давит. Отпуска не видать пока это дело не закрою, на другого уже не скинешь я с самого начала. А тут с мамой проблема. – Он налил и выпил еще полстакана.

– Нечего вплетать сюда Анфису Михайловну! – Я потрясла головой перелила остатки алкоголя из своего в стакан гостя и пошла ставить кофе.

Андрей посмотрел на Оксану та подняла свой стакан демонстрируя, что она то покрепче будет. Они чекнулись и выпили, но потом Андрей сам встал и убрал бутылку в наш холодильник. Тоже попросив кофе, жуя большущий бутерброд. После кофе я заметно взбодрилась:

– Андрей, видишь ли я совершенно не контролирую свою силу. Не знаю как она работает и чего от неё ждать в следующий момент.

– Я и не жду от тебя очередного чуда! Просто посидишь в сторонке вовремя очередного допроса и всё.

– Ну это-то я могу, когда начинаем?

– Лучше не оттягивать, дело итак затянулось.

В этот момент на веранду зашёл Дмитрий. Я инстинктивно прижала палец к губам, что бы он говорил потише. Меня послушались:

– Андрей, что с мамой? – Начал он с главного.

Выслушав подробный рассказ, о происшествии он хлопнул себя по лбу и ушел к машине. А я подумала, что его машина ездит беззвучно. Вернулся он с двумя букетами роз. И где только взял в такую рань, а вот что делать с двумя огромными подарочными коробками конфет, вернее кому их скормить я точно знала! Тут я вспомнила про смартфон тети Анфисы и протянула его Андрею.

– Даже не вздумай! – Возмутился он, отказываясь забирать мобильник. – Две девушки вдали от цивилизации без связи. Нет уж пусть теперь ваш будет. Маме новый купим, симку позже заменим. Денег на ней достаточно и есть все наши контакты. Wi Fi с нашей крыши до сюда достает.

– Но это же дорого! – Сопротивлялась я.

– Дорого!? – На этот раз возмутился Дмитрий. – Да мы перед вами вообще в неоплатном долгу.

Я устала спорить, да и связь в самом деле лишней не будит.

– Диман, мы сейчас пару часиков вздремнем с Олесей,,, По отдельности! – Успел он предотвратить уже готовую сорваться с губ брата, колкость. – Молчи не до твоих шуток. Потом подкинешь нас до ИВС и уже после поедем в больницу.

* * * * *

Изолятор временного содержания встретил нас мрачной тишиной и спёртым неприятным запахом. Подозреваемый был уже в комнате для допросов, в его лицо бил луч света из настольной лампы. Мужчина привычно без энтузиазма отвечал, судя по всему уже далеко не первый раз, на одни и те же вопросы. Полностью признавая свою вину. Вот только я явственно чувствовала фальшь в каждом его ответе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.