Анфиса Рэйса
Пышка для Сводного

Пролог

Мой сводный брат не в порядке.

Я это почувствовала как-то, сердцем, если хотите. Но речь вовсе не о братско-сестринской любви – у нас её не было с самого первого дня. Я, уставшая от одиночества и мечтавшая о брате, уже через пять минут после знакомства поняла – от этого парня мне хорошо бы держаться подальше.

Так что же я делаю? Почему несусь, как дура, во внутренний двор, распихивая уже не совсем адекватных гостей вечеринки?

– Смотри, куда прёшь, корова! – кричит мне кто-то в спину.

Придумали бы что-нибудь пооригинальнее, честное слово. Мой “любимый” сводный братишка и то поинтереснее придумывает для меня оскорбления.

Я выскочила во двор и увидела, как несколько парней пытаются разнять моего сводного брата и моего парня. Чего не поделили? Уж точно не меня.

У моего сводного брата из носа идёт кровь, он грязно ругается и пытается вырваться, чтобы завершить своё дело – прикончить моего парня, очевидно.

Мой парень Руслан тоже вырывается, но так, для вида. Он хочет, чтобы его держали подальше от Ника, и Ника чтобы к нему не отпускали.

Он боится, поняла я.

А я… должна бы разрываться между Русланом и Ником, правда же? Мой парень и мой сводный братец. Но я даже не пытаюсь изобразить волнение за Руслана.

Встаю между ними, сердце так и колоится. Смотрю только на Ника.

– Уйди отсюда, плюшка, – говорит мне Ник обманчиво-ласково.

– Не уйду, – отвечаю. – Тебе же нельзя драться! Что ты творишь, а?

– Не поняла? Я сказал тебе валить! – кричит на он на меня, но я уже настолько привыкла к ссорам с ним, что этот крик, несмотря на то, что исходит от главного задиры школы, меня совсем не пугает.

– Я никуда не уйду! – заявляю я.

– Послушай, булочка… Да отвалите! – Ник особенно сильно дёргает рукой, и держащие его парни разжимают хватку.

Ник делает шаг вперёд, я шагаю назад… и упираюсь спиной в Руслана. Понимаю, как всё это выглядит со стороны: я защищаю своего парня, хотя должно быть наоборот.

Но правда такова: я вовсе не Руслана защищаю. Я защищаю Ника от самого себя.

– В сторону, – шипит он.

– Нет, – упрямлюсь я. – Тебе надо успокоиться!

– Я спокоен, пышечка! Спокоен, куда, блин, спокойнее. А ну отошла!

– Булочка, пышечка… – задумчиво повторила я. – А может, лучше “бомбовозка”? Или “бегемотиха”? Не так ли ты называл меня в первые дни знакомства? Нет, лучше так, как ты называл меня пару минут назад. Как там было? Жирная, толстозадая…

– Хватит! – кричит Ник. Вытирает рукавом толстовки кровь. Я должна бы испугаться огня в его глазах, но… мне часто говорят, что я странная.

– Я твоя сестра, сестра! – кричу я в ответ. – Хватит уже, Никита! Прошу, оставь его в покое! Идём домой, у тебя же кровь…

– Что ты сказала?

– Я сказала, идём домой… – неуверенно повторила я.

Ник делает ещё один шаг ко мне. А потом ещё и ещё. Нас разделяют жалкие несколько сантиметров, но никто не пытается помочь мне. Готова поспорить, что если оглянусь, то увижу, что Руслана уже и след простыл. Никто мне не поможет – никто не захочет связываться с Ником Золотарёвым.

Но я не боюсь, не боюсь! Не боюсь же? А отчего сердце так стучит?

– Что я говорил тебе, булка, м? – начинает Ник обманчиво-ласково. – Ты мне не сестра, – ещё один шаг в мою сторону, пальцы сжимают мои плечи: не больно, но крепко. – Повтори. Ну?

– Я… я тебе… – я правда собиралась повторить. Себе дороже спорить с этим чокнутым. Но в последний момент выдаю совершенно другое: – Я тебе не рабыня, чтобы мне приказывать. Иди и обращайся так со своими подстилками.

Мне кажется, я произвела впечатление на всех. Ещё бы, непопулярная толстушка дала вдруг отпор королю школы Нику Золотарёву. Кто-то даже присвистнул. Но мне этот триумф, если честно, ни к чему.

Как бы выкрутиться теперь из этой ситуации?

До Ника будто медленно доходит смысл сказанного мною. Он смотрит на меня так, будто пустое место вдруг заговорило. Но меня достало терпеть его выходки!

Каждодневные насмешки и оскорбления. Напоминания о том, что я и мой отец приживалки и просто грязь под ногами. Бесконечное вмешательство в мою жизнь. Да мне просто нет покоя от Ника! А теперь он ещё будет решать, с кем мне встречаться? Ну уж нет!

Он смотрит на меня ещё мгновение. Мне на секунду кажется, что он хочет меня ударить. Но Ник только усмехается и отпускает меня.

– Ещё раз назовёшься моей сестрой, я тебе наглядно покажу, что это не так. Он ушёл? – спрашивает он у каких-то своих дружков, очевидно, о Руслане.

– Ага.

– Ну и хрен с ним. Отвалит теперь от нашей толстушки.

Я чувствую, как вскипаю. Нет, Алиса, нет… говорю я самой себе. Булка, толстушка, бомбовозка… Но не сестра.

Не сестра.

– Что смотришь? – интересуется Ник. – Вали в дом, тебя нет в списке приглашённых.

– Нужна мне твоя вечеринка, – фыркаю и разворачиваюсь, чтобы уйти. – Ты тоже не задерживайся… дорогой братец.

Зачем я это сказала? Не знаю. Чувствую, я буду долго ещё задавать себе этот вопрос…

Но прямо сейчас задуматься об этом я просто не успеваю. Ник хватает меня за руку и разворачивает к себе. Испугаться я не успеваю тоже: это происходит буквально за секунду! Мгновение – и он прижимается своими губами к моим, утягивая в жгучий поцелуй.

Сердце пропускает удар. Ноги подкашиваются. Вот так, оказывается, целуют плохие парни…

Слышу чей-то “ах”. Хоть бы это была одна из подружек Ника. Но я отлично узнаю этот звук, а потому изо всех сил отталкиваю Ника. Мы с ним синхронно поворачиваем головы и видим… его мать и моего отца.

До меня медленно доходит смысл происходящего. Его мама. Мой папа. Они оба видели этот поцелуй.

Ничего уже не будет, как прежде.

Глава 1

Я вернулась со школы, сбросила обувь, бросила джинсовку на пуфик и сразу понеслась на кухню. Распахнула холодильник и принялась сканировать его на предмет чего-нибудь съестного. Увидела пудинг, немедленно приступила к заеданию сегодняшнего дня.

– Я думал, ты на диете, – удивился сидящий на кухне папа.

– У меня стресс, надо заесть, – сообщила ему я, устало плюхаясь на стул напротив.

– По какому поводу? – напрягся мой единственный родитель. – Что-то в школе?

Я задумалась. рассказать ему о том, что у меня сегодня на уроке физры разошлись по шву проклятые утягивающие леггинсы, и весь класс смог лицезреть мои дурацкие трусы в цветочек? Пожалуй, не стоит, чего уж теперь?

– Ерунда, – отмахнулась я. – Нервничаю из-за предстоящих экзаменов.

Всё-таки выпускной класс. Со следующего года начнётся моя новая жизнь в университете. Жду не дождусь! Хочу забыть свою школу как страшный сон.

– А у меня… новости, – было заметно, что папа отчего-то волнуется.

– Что-то случилось? – мигом напряглась я.

– Ничего плохого, ягодка! Но… в нашей жизни произойдут перемены… Если ты не против! Если против, так и скажи, ты, дочка, у меня в приоритете. Никто насильно не увезёт тебя, я просто скажу Ире, что… то есть… давай, наверное, по порядку.

Я хлопала глазами, пытаясь понять, кто и куда меня увозит.

– В общем, Алиса. Ты помнишь мою постоянную клиентку Ирину?

– Ту, которая всегда приезжает в твою мастерскую на разных машинах? – догадалась я. Мой папа – владелец автомастерской. – Такая богатая бизнес-леди?

– Она самая.

– Только не говори, что выяснилось, что она моя биологическая мать, а меня перепутали в роддоме, – рассмеялась нервно я.

– Что? Эм, нет, Алиса. Дело в том, что… – папа сделал глубокий вдох. – Мы с Ирой решили пожениться.

Я подавилась пудингом. Было сложно, но я смогла. Папа заботливо поднёс мне стакан воды, пока я пыталась осознать его слова.

– Пожениться? – повторила я. – Извини, а с чего бы? Вот просто взяли и решили?

– Мы встречались какое-то время.

– И ты не говорил мне?!

– Я не хотел, чтобы ты волновалась, пока будет непонятно, серьёзно ли это.

– А теперь, значит, понятно?! – ахнула я. – Подожди, пап. Но ты сам говорил, что она богачка!

– Ну… можно и так сказать.

– Но ты… ты… извини, но ты автомеханик, – констатировала я.

– Владелец мастерской, – холодно поправил меня отец. – И для неё это совершенно неважно.

– Но… но… – я пыталась сложить пазлы воедино. – И что, она переедет сюда, к нам? Из особняка, или где она там живёт, к нам в двушку? Нет, ты не подумай, мне нравится наше жилище, но… ну ты понял!

– Я понял. Нет, Алиса, мы с Ирой всё обсудили и хотели бы перебраться в Москву.

– Что?! – подавиться во второй раз не получилось, к сожалению. – А Москва-то откуда взялась?

– Там её сын, твой ровесник. Она говорит, что мальчик совсем отбился от рук, и она продаёт бизнес здесь, чтобы жить с ним. И с нами. Мы очень хотели бы видеть вас одной семьёй.

– Нас? – уточнила я. – Меня, какого-то парня, Ирину и тебя в Москве?

– Да. Что скажешь?

– Что я скажу? Да это безумие! – в сердцах воскликнула я.

– Но ты же сама мечтала переехать в столицу…

– В следующем году, когда поступлю в вуз мечты! – возмущалась я. – А не сейчас!

– Но Алиса…

– Никуда не поеду! Пап, ты хочешь, езжай и живи с Ириной и её отпрыском, а я останусь здесь! В конце концов, мне уже восемнадцать!

С этими словами я умчалась в свою комнату, хлопнув дверью напоследок.

Мой папа сошёл с ума. Неужели нельзя выбрать невесту здесь, в нашем городке?! Ещё и с сыном в придачу. Кошмар!

Чтобы заесть такой стресс, мне нужно что-то более калорийное, чем пудинг.

***

Конечно, довольно быстро я успокоилась. Я вообще человек по натуре отходчивый, особенно когда папа приносит мои любимые пирожные. Видимо, купил их специально, понимая мою реакцию. Эх, прощай, диета!

Я попыталась мыслить здраво: папа хочет переехать вместе со мной в Москву, где мы будем жить вместе с его новой пассией и её сыном, сто процентов избалованным мажором. Так, поищем плюсы. Ну например…

В голову ничего не шло. Но должны же быть хоть какие-то плюсы?!

Вспомнила, как сегодня на физре у меня на пятой точке разошлись леггинсы. Ну вот и плюс: я перейду в школу, в которой не будут знать об этом позоре.

На этом, кажется, плюсы кончились.

***

Уже через две недели я сидела на пассажирском сидении папиного автомобиля и очень уныло и грустно смотрела в окно. Очень удачно начал накрапывать дождик, поэтому моя тоска выглядела ещё… тоскливее. Этим я была довольна: пусть папа видит, как плохо его дочери!

– Алиса… Лисёнок, ну ты чего? – позвал меня он. – Мы же пока едем просто познакомиться. Пообщаемся пару дней все вместе… Ты же обещала, что дашь Ирине и Никите шанс?

– Значит, едем знакомиться? – развернулась в кресле я. – Поэтому все наши вещи сейчас погружены в багажник?

– Вовсе не все. Только самое необходимое на первое время.

– Два десятка коробок… – закатила глаза я. – Знакомство будет интересным.

– Конечно, будет! Никита уже ждёт нас.

– Никита… – попробовала я имя новоиспечённого братца.

Хм, если подумать, то он в точно такой же ситуации, что и я. Жил себе парень спокойно, по рассказам папы, один в особняке его мамы. И тут ему на голову сваливается отчим, сестрёнка и мамаша. Более чем уверена, что он сейчас не прыгает от восторга.

И на этой почве мы с ним вполне могли бы подружиться. У моей подружки Ани есть прекрасный старший брат, он заботится о ней, защищает… Если честно, я бы от такого не отказалась.

Может, это и есть тот плюс, который я так искала?

– Подожди, ты сказал, нас ждёт Никита? – опомнилась я. – А Ирина?

– Она задерживается, мы приедем раньше неё.

– Класс. Уже предвкушаю эту неловкую встречу.

Никита – интересно, какой он? Мы с Аней пытались что-то найти в интернете, но он явно не фанат социальных сетей. Как он выглядит? Чем увлекается? Похож на карикатурного мажора или нет? Чем больше я о нём думала, тем сильнее мне хотелось это выяснить.

Мы с отцом въехали в какой-то элитный район. Странно, что вас вообще пропустили, на нашей старенькой машине. Мой папа автомеханик, поэтому машинка ездила прекрасно, выглядела ухоженной, но всё же была “ретро”, а папа не хотел с ней расставаться.

Искомый особняк нашёлся после третьего поворота. Папа нажал на пульт, и ворота начали отодвигаться…

Нет, особняк – это как-то слабо сказано. Дворец – вот, это слово вполне подойдёт. Я хлопала глазами, разглядывая многоэтажные хоромы. Дом был сделан под старину, хотя моё воображение рисовало панорамные окна и всё такое. Но в то же время было видно, какой он дорогой, ухоженный и современный.

– Па-ап, а мы точно по адресу?

– Эм… Ну, на фотографиях дом казался меньше.

– Пап, поехали отсюда, а?

– Алиса, ну перестань. Никита уже понял, что мы приехали.

– Надеюсь, он понял, что мы собрались уезжать.

– Лисёнок, выходи из машины.

Я страдальчески застонала. Проклятые пирожные! Ведь именно с их помощью папа убедил меня дать шанс этой семейке…

Мы вышли из машины и прошли по дорожке к крыльцу. Нас никто не встретил. Я ожидала увидеть персонал или там, не знаю, свиту… Но вокруг не было ни души.

– Кажется, никого нет дома – прокомментировала я.

Папа проигнорировал меня, поднялся по ступенькам и принялся открывать дверь, запертую на какой-то хитрый электронный замок. Я же лихорадочно поправляла волосы, одёргивала одежду. Хотелось понравиться новому брату, которого я вот-вот увижу.

Наконец замок был побеждён, и мы вошли в дом.

Первым делом я споткнулась обо что-то и рухнула коленками на пол.

– Ау, – захныкала я.

– Всё как обычно, – вздохнул папа и протянул мне руку.

Пока я поднималась,то успела понять, обо что споткнулась. Да просто об пустую пластиковую бутылку. Тут она была не одна, да и не только пластиковая: куча разного мусора валялось по всему дому. А ещё остатки еды, какие-то воздушные шарики… Будто кто-то готовил нам вечеринку-сюрприз, но не дождался и отпраздновал наш приезд сам.

Мы с папой недоумённо переглянулись и пошли вглубь дома.

– М-да… А я думала, это у меня в комнате срач, – прокомментировала я, проходя в гостиную.

Не глядя присела на диван…

– Эй! – возмущённо послышалось из-под меня.

Я подскочила, как ужаленная. На диване под покрывалом явно кто-то лежал. Несмотря на моё приземление сверху – живой.

Медленно покрывало приняло сидячее положение, потом лежащий под ним человек отбросил его в сторону, устало потирая лицо…

Я сразу поняла, что это и есть Никита. Моё сердце забилось быстро-быстро. Кажется, теперь он будет моим братом…

Красивый – первое, о чём мне подумалось. Его зелёные глаза – да в них утонуть можно. Он совсем не похож на Ирину, явно пошёл в своего отца.

– Наконец-то, – сказал Никита, увидев нас. Голос у него был глубокий, чуть хриплый… – Я вас уже заждался.

– Что-то непохоже, – ляпнула я.

Никита смерил меня взглядом.

– Давайте, приступайте к делу. Я вам не за разговоры плачу. Тут всё должно сверкать. Управитесь за час – удвою оплату.

– Сынок, ты о чём? – мой папа пытался изобразить доброжелательность.

– Моя мать собралась знакомить меня с очередным хахалем и его непутёвой дочуркой. И мне надо произвести хорошее впечатление, – недобро ухмыльнулся он, – иначе мамка заблокирует кредитку. Ну, достаточно подробно, м? А теперь приступайте к уборке.

– Произвёл, – процедила я. На его лице мелькнуло непонимание, и я снисходительно пояснила: – впечатление произвёл. Уже хочу называть тебя братом.

Козёл! Принял нас за уборщиков.

– Так это вы? – вскинул брови Никита. Оглядел нас с ног до головы. – Прикол. Стандарты у моей мамки всё ниже и ниже.

Глава 2

В общем, все мои мечты о дружбе со сводным братом разбились вдребезги, как и вся моя привычная жизнь. Школа, друзья, наша небольшая квартирка… Всё резко пронеслось перед глазами, и я осознала.

Ничего уже не будет, как прежде.

– Что смотришь? – поинтересовался Никита, и я поняла, что всё это время пялилась на него.

– Жду извинений! – фыркнула я в ответ.

– Жди-жди. Надеюсь, времени у тебя много.

– Ребята! – вмешался мой папа. Я сразу узнала его тот самый тон, которым он решает проблемы. Полный фальшивого энтузиазма. – Перестаньте. Давайте лучше знакомиться.

– Пусть сначала приберётся! – не сдержалась я.

А надо было сдержаться. Веду себя как истеричка какая-то, как будто Никита виноват в том, что не соответствует моим ожиданиям.

– Алиса, можно подумать, ты сама чистоплотность, – парировал папа. – У Никиты лёгкий беспорядок, но…

– Ник, – внезапно перебил его мой сводный братец.

– Что? – не понял папа.

– Так меня все называют. Никто не зовёт меня Никитой, – снисходительно пояснил тот. – Ну кроме мамки.

– Интересно, можно ли быть ещё более карикатурным мажором? – пробормотала я.

Никита, вернее, Ник услышал. Сверкнул на меня своими зелёными глазами. Словно кот, честное слово.

– Ну а ты, судя по внешнему виду, та самая карикатурная феминистка, – Ник поднялся на ноги, и я выяснила, что он аж на пол головы выше меня. А ведь я никогда не считала себя низкой. – Долой диеты и всё такое.

– КАКОЙ УЖАС! – женский визг разрезал воздух.

Я, уже настроившись на перебрасывание колкостями, чуть не подпрыгнула на месте. Инстинктивно (вот уже не знаю, что за инстинкт такой) шагнула ближе к Нику. А вот он даже не вздрогнул. Только устало закатил глаза.

– Саша, Алиса! – мама Ника, Ирина, бежала к нам со всех ног. – Какой ужас, какой кошмар, мне так стыдно! – Она схватила меня за плечи и притянула в медвежьи объятья.

Ирина была маленькой, худенькой и низенькой женщиной, я была выше, ну и шире раза в два. Представляю, как выглядели наши обнимашки со стороны.

– Не переживай, дорогая, – дотронулся до её волос мой папа.

– Я так рада вас видеть, Саш, и мне так неловко… Ты! – она повернулась к сыну. – Что ты тут устроил?! Ты же обещал! Неужели хотя бы один день нельзя было обойтись без вечеринок, а?

– Хоть бы привет сказала, мам, – устало ответил на это Ник. – Сколько мы не виделись? Год? Два?

– Мы созванивались по видеосвязи вчера, и ты обещал…

– Ир, ладно тебе. Молодость, – папа улыбнулся Нику. – У меня у самого такая же, я всё понимаю.

Я задумалась: а когда это я громила нашу квартиру, закатывая грандиозную вечеринку? Да никогда! Очевидно, папа хочет подружиться с Ником, поэтому сегодня нам всем придётся участвовать в спектакле “одна большая дружная семья”.

Интересно, Ник это серьёзно? Они с мамой не виделись два года? На вид ему как мне лет восемнадцать. Вот же повезло! Никакого контроля, делай, что хочешь… Я взглянула на папу. Нет, я бы всё же не смогла без него и недели прожить.

– Идёмте скорее в сад! – поманила нас Ирина. – Не волнуйтесь, сейчас тут приберут, я всё организую.

“Организую”. Не “приберём”. Вот и первое отличие. Мы с папой всё всегда делали сами, а эти люди совсем из другого класса.

В саду была небольшая терраса. Нас туда усадили, Ника буквально пригвоздили взглядом рядом, а сама Ирина принялась щебетать о том, как чудесно, как здорово, что мы приехали, как мы все подружимся, как славно будем жить… Папа, конечно, её поддерживал. Поддакивал каждому слову, смотрел с обожанием.

Я чувствовала что-то вроде ревности. Как папа её слушает! Уф, раздражает.

Ещё и Ник под боком, сидел прямо рядом со мной на скамеечке, нас разделяли жалкие миллиметры. Я его совершенно не интересовала: он переписывался с кем-то в телефоне. А я никак не могла перестать на него смотреть.

Хорошо, хоть он не замечает…

– Дыру во мне прожжёшь, – медленно проговорил Ник.

Наши родители о чём-то разговаривали между собой и не обращали на нас внимания.

– Нужен ты мне, – фыркнула я.

– Я, конечно, понимаю, что там, откуда ты приехала, таких парней нет. Но можешь не рассчитывать.

– В смысле?

– Толстушки не в моём вкусе.

– Ах, какая досада, – с сарказмом бросила я. – Сам смотри не влюбись!

– В кого? В тебя?

Кажется, я даже смогла удивить Ника. Ну ладно, будем честны: даже я понимаю, что такой парень, как он, не влюбится в такую, как я, ни при каких обстоятельствах.

Нет, я вовсе не считаю себя какой-то не такой. Толстая, да, но это же не значит некрасивая. Просто мы с ним из совершенно разных миров.

– …смотри, они уже общаются, – донеслись до меня слова папы.

– Никита, – обратилась к сыну Ирина, – проводи Алису в её комнату.

– Почём мне знать, где её комната? – с раздражением бросил Ник.

– Слева от твоей. Бывшая студия. Ты не обратил внимания? Я ведь присылала рабочих для ремонта.

Ого. Она сделала ремонт… специально для меня?

Ник с мамой обменивались долгими и красноречивыми взглядами. В итоге Ник сдался:

– Пошли, – бросил он мне.

Я не стала упрямиться. Увидеть свою комнату было очень даже любопытно.

***

Ник шёл впереди меня, а я смотрела ему в спину. Почему-то не могла выбросить его слова из головы. «Пышечки не в моём вкусе». Тоже мне, больно надо! Он тоже не в моём вкусе – ненавижу заносчивых мажоров.

Пока шла за Ником, я увидела, что невесть откуда взявшиеся горничные торопливо приводят дом в порядок и даже уже преуспели. Надо признать, дом ничего такой, когда чистый. Но всё равно наша с папой двушка куда уютнее этих хором!

Мы поднялись на второй этаж, сделали несколько шагов, а потом Ник резко замер. А я от неожиданности врезалась ему в спину.

Невольно вдохнула запах его парфюма. Сладковатый аромат с горчинкой. Девчонки, наверное, с ума сходят и пачками вешаются ему на шею. Хорошо, что я не собираюсь пополнять их число.

– Я всё понимаю, но держи себя в руках, – отодвинулся от меня Ник. Я с трудом удержалась, чтобы не толкнуть его, но подавила порыв. – Видишь эту дверь? – он кивнул на дверь слева от себя.

– Не слепая. Моя комната?

– Моя. И тебе сюда нельзя ни при каких обстоятельствах. Уяснила?

– На кой мне твоя комната? – скрестила руки на груди я.

– Умничка, – Ник обманчиво-ласково улыбнулся. – Будешь меня слушаться, и у тебя может быть даже не будет проблем.

Нет, он специально меня провоцирует! Выводит из себя.

Мысленно хлопнула себя по лицу – а ведь так и есть! Хочет, чтобы я закатила скандал, он потом свалит всё на меня, назовёт истеричкой, скажет, что и не подумает жить со мной под одной крышей, и спектакль «семья» закончится на трагической ноте.

А может, и правда пойти у него на поводу? Я вспомнила, с какой надеждой папа ехал сюда. Ведь он открыл своё сердце кому-то… впервые с ухода мамы.

Я ведь обещала дать всему этому шанс. И не могу его подвести.

Сделала глубокий вдох, сосчитала мысленно до трёх…

– Будь так любезен, покажи мою комнату, – подумав, я добавила: – братишка.

Ник поджал губы, любой намёк на улыбку бесследно исчез.

– Никогда не называй меня так.

– Ты что, больной? Никитой не зови, братом не зови… Можно сразу весь список узнать?

– Зови меня «господин», и проблем не будет.

– Проблемы будут у тебя, если не покажешь, наконец, мою комнату, – процедила я. Моё терпение трещало по швам.

– Следующая после моей. Входи.

Я попробовала пройти мимо Ника, Ник попробовал мне помешать… Но не на ту напал! Я всё-таки девушка в теле. Отпихнула его в сторону и, наконец, открыла дверь в свою новую обитель.

Сначала я удивилась.

Потом офигела.

Потом вслед за мной вошёл Ник, и теперь офигевали мы вместе.

Вся комната была в… лисах. Ну то есть, буквально: обои с лисами, мягкие игрушки в виде лис, занимавшие половину двуспальной кровати, статуэтка лисы на подоконнике, ковёр с лисой, огромная картина на стене… угадайте, с кем? Тоже с лисами!

Видимо, папа рассказал Ирине, что называет меня Лисёнком, ну так это от имени Алиса, а вовсе не потому, что я фанатка гринписа!

– Больше похоже на палату в психбольнице, – вырвалось у меня. – Я свихнусь в этой комнате.

– Согласен. Больше подошли бы бегемоты, – прокомментировал Ник.

– Ух ты, как забавно! – «восхитилась» его чувством юмора я. – Долго шутку придумывал?

– Придумал, как только тебя увидел.

– И всё это время сдерживался? Да ты просто кремень!

Ник набрал воздуха, чтобы ответить мне, но… замялся. Ага, так-то! Я вообще-то не привыкла себя в обиду давать.

Так, надо срочно про него тоже как-нибудь пошутить. Но ничего в голову не шло! Я осмотрела его… да что ж он красивый-то такой! Ни к чему не прицепиться.

– Некогда мне с тобой возиться, булка, – бросил мне Ник.

– Меня зовут Алиса! – напомнила я. – Хватит с меня твоих кличек.

– Очень надеюсь, что вы с папашей уедете отсюда, – честно сказал мне Ник. – Вы мне не нравитесь. И мамашу мою с собой заберите. Я прекрасно жил один…

– А вот ты нам очень понравился, Ник, – фыркнула я. – Ты такой гостеприимный, общительный, настоящий джентльмен… Так что мы, пожалуй, останемся.

Я блефовала. Мне тоже хотелось уехать и забыть лицо этого придурка.

– Хорошего отдыха в зверинце, – Ник покосился на лиц в комнате.

Не дав мне ответить, вышел, захлопнув за собой дверь.

Я огляделась по сторонам. Неприятно это признавать, но так-то он прав: зверинец тут тот ещё.

Прямо в одежде я упала на кровать, вытащила из-под себя несколько лисиц и устроилась среди оставшихся. Ну, хоть удобно, и на том спасибо.

Папа сказал, что мы останемся тут на выходные, познакомимся… А потом примем окончательное решение. Судя по коробкам, которые мы привезли, папа очень надеется на положительный исход поездки. А вот я просто мечтаю побыстрее убраться отсюда. Школа начинается уже через две недели: либо я вернусь в свою школу, либо Ирина по своим связям определит меня в элитную столичную школу, обязательно в класс Ника. К этому придурку!

Что ж… возможно, это только первое впечатление? Кто знает, может, эти два дня пройдут отлично?

Что-то сильно сомневаюсь.

Глава 3

Долго отдыхать среди лис мне не дали – это и к лучшему, а то сама почувствую себя лисой. Ко мне постучалась горничная и сообщила, что меня ждут с нетерпением на чай с тортиком.

Тортик… папа меня слишком хорошо знает. Эх, снова придётся отложить диету. Но у меня есть оправдание: стресс на фоне внезапного увеличения семьи. Ладно, отдохнули и хватит. Пора снова столкнуться с Ириной и её грубоватым отпрыском.

Я вышла из комнаты, закрыла за собой дверь. Проходя мимо комнаты Ника, невольно замерла и прислушалась: тишина. Значит, он уже внизу…

Тут, по закону подлости, дверь распахнулась. От испуга я шарахнулась назад, затем попыталась изобразить, будто прошло шла мимо (а так и было, между прочим!), но запнулась о ковёр… и больно упала бы на твёрдый пол.

Упала бы. Если бы будущий сводный брат не попался на пути моего падения. В общем, налетела я на Ника, прямо рухнула в его объятья.

Снова аромат его парфюма. И первый раз его руки обхватывают меня, инстинктивно, конечно, но его прикосновения обожгли кожу даже через толстовку.

Я медленно подняла голову, заглядывая в его зелёные, прямо как у кота, глаза. И на мгновение все мысли просто выбило у меня из головы. Что это было?

– Эм… извини, – отстранилась я, Ник будто очнулся и отдёрнул от меня руки. – Я просто… ну, в общем, спасибо и…

– Какого хрена ты делала под моей дверью? – его грубый голос мгновенно разрушил магию момента.

Я мельком заметила, что его лицо чуть покраснело, но не придала этому значения: скорее всего, от злости на меня.

– В коридоре, а не под твоей дверью! Лучше тебе привыкнуть к моему присутствию в этом доме, – скрестила руки на груди я, глядя на него с вызовом.

– Ты уедешь. И твой нищий папаша тоже.

– Хватит! Про меня можешь говорить, что хочешь, но отца не трогай!

– Или что, булка, м? Что будет?

Вдруг на лестнице послышались шаги. Я осознала, что мы с Ником стоим очень даже близко друг к другу. И хотя в этом ничего такого нет, я почему-то сделала шаг назад.

– Дети! – в коридоре появилась Ирина. – Я очень рада, что вы уже подружились. Но уделите и нам время, – она довольно улыбалась. – Мы вас ждём вместе с тортом. Алиса, – она шагнула ко мне, мягко обняла за плечи, – как тебе твоя комната?

Ник с трудом подавил смешок.

– Интересный дизайн, – осторожно ответила я. Обижать Ирину не хотелось, представляю, сколько денег было вбухано в этот ремонт.

– Я очень старалась!

– Ты, мама, кажись не понимаешь разницу между подростком и пятилеткой, – прокомментировал Ник.

– Между прочим, мне восемнадцать. Я уже взрослая, – довольно сообщила я. День рождения у меня был всего неделю назад.

– О, ты старше моего Никиты, – улыбнулась Ирина. – У него день рождения через месяц.

– Получается, я старшая сестра, – ляпнула, не подумав, я.

Лицо Ника исказилось от гнева. Боже, да что такого-то в слове «сестра»? Я ведь не всерьёз… Просто я и в мыслях уже называю его сводным братом.

Кажется, в этом и правда что-то было. Потому что улыбка сошла и с Ирининых губ, она настороженно посмотрела на Ника.

– С меня хватит, – бросил он. – К чёрту это всё.

Стремительно сбежал вниз по ступенькам, через минуту мы с Ириной услышали хлопок входной двери. Невольно я почувствовала вину. Хотя этот придурок и сам задирал меня, конечно, но всё же…

– Я не хотела, – сказала я Ирине. – Просто пошутила, а он…

– Не обращай на него внимание, дорогая! – поспешила утешить меня она.

– Но что я такого сказала?

– Твой папа ждёт, идём пить чай, – ушла от ответа она.

Приехать не успела, а уже задела какую-то семейную тайну.

***

Вечер прошёл прекрасно… наверное, потому что не было Ника. Мы с Ириной и папой разговаривали, пили чай, они оба очень пытались мне угодить, будто от моего решения зависит судьба этой семейной ячейки. Мне даже странным показалось, что Нику никто не попытался позвонить, вернуть его. Будто его мнение Ирину особо не интересовало.

Вот такая она женщина. За себя и Ника она уже давно всё решила. Поэтому-то я и ценю своего папу: для него я на первом месте.

Вдоволь наобщавшись, я почувствовала усталость. Время было уже начало одиннадцатого, а сегодня был долгий день. Пожелав папе и Ирине спокойной ночи, я решила отправиться в свою «лисью нору». Ирина как раз звонила Нику: где-то после девяти материнский инстинкт взял верх, и она начала беспокоиться.

Я задержалась, чтобы попить воды, а папа ушёл в их с Ириной спальню на втором этаже (готова поспорить, там нет никаких лис!).

Я как раз поставила ногу на лестницу, когда из прихожей послышался звук шагов. Встречаться с Ником мне совсем не хотелось, поэтому я поспешила наверх.

– Где ты ходишь? – послышался голос Ирины, она явно обращалась к Нику.

Знаю, подслушивать нехорошо! Но мне стало так любопытно… Я замерла, прислушиваясь.

– Тебе какое дело? – грубовато ответил Ник.

– Не разговаривай так со мной! Конечно, мне есть дело! Я твоя мать!

– А, вспомнила, наконец?

– Неблагодарный! Я уехала, чтобы работать, после смерти твоего отца весь бизнес перешёл ко мне. По-моему, ты ни в чём не нуждаешься, и это твоя благодарность? Я попросила лишь об одном: быть любезным с Сашей и его дочкой, а ты…

– Хочешь знать, в чём я НЕ нуждаюсь? – перебил её Ник. – В этих тупых играх в семейку с какими-то нищебродами!

– Выбирайте выражения, молодой человек! Саша мне очень дорог, а его дочь…

– Мне плевать на Сашу и уж тем более – на его эту дочь!

– Потише! Они услышат…

– Мам, – надо отдать Нику должное, он и правда понизил голос, – я не против, забирай их и стройте семью. Алиска, я смотрю, тебе очень понравилась, отличная будет замена мне. А меня просто оставьте в покое, потому что… потому что мне не нужен никто из вас.

– Никита…

Но судя по шагам, Ник больше не стал её слушать.

Я кинулась в свою комнату, влетела туда и закрыла дверь. Ох, успела, какое счастье! Не то бы заметил меня и тогда…

Так, стоп. Лисы. Их не было.

Где лисы?!

Боже мой, это не моя комната.

Я ошиблась и оказалась в комнате Ника!

Я почувствовала, как меня накрывает паника. Хотя, казалось бы, чего мне бояться? Ну не съест же меня Ник за то, что я проникла в его комнату спустя всего несколько часов после того, как он велел мне никогда сюда не заходить? Объясню ему, что дверью ошиблась – это ведь правда! Но почему даже в моей голове эта правда звучит неубедительно?

Шаги Ника уже слышались в коридоре. Я бегло осмотрела комнату, на полном серьёзе прикидывая, где бы спрятаться. Тут было… весьма уютно. Не супер-порядок, но и бардака нет. На столе разбросаны карандаши. Одежда свалена на стул. Я заметила мягкую игрушку в виде лисы, валяющуюся у кровати. Как она сюда попала? Надеюсь, это многочисленные лицы не оживают по ночам.

Можно было бы залезть под кровать. Будь я какая-нибудь худенькая лань, точно туда вскочила бы. Но с моими габаритами можно и не пролезть, а проверять нет времени! Иначе Ник зайдёт в комнату и увидит меня в роли Винни-Пуха, застрявшего в норе Кролика. Вот тогда он точно вызовет санитаров.

Делать нечего – будем импровизировать. Я шагнула в сторону от двери, и в этот самый момент она открылась. Ник зашёл в комнату и явно намеревался хорошенько хлопнуть дверью – чтобы мама знала, как он расстроен! Но увидел меня и замер.

От удивления с его лица пропало привычное враждебное выражение. Было даже странно видеть его таким.

– Ну, наконец-то! – всплеснула руками я. Лучшая защита – нападение, верно?

– Чё? – опешил Ник.

– Я уж думала, состарюсь. Где ты ходишь? Жду тебя уже битый час.

– Чё?

– Ты сломался, что ли? Завис?

– Ты… – он помотал головой. – Ты совсем офигела? Ты что тут забыла?

Я медленно пошёл в мою сторону. Я чуть быстрее отступала спиной назад, напоминая себе, что обязана сохранять невозмутимость!

Так мы и шли друг к другу, пока я не упёрлась спиной в стол. Отступать было некуда.

– Я жду объяснений, – процедил Ник, шагая ещё ближе.

Ни я, ни он не включили свет в комнате, поэтому единственным источником освещения был фонарь на улице. Я всё видела, но всё равно в полутьме кошачьи глаза Ника блестели особенно опасно. У меня заколотилось сердце.

Алиса, возьми себя в руки! Ничего он тебе не сделает.

– Я… я… ты расстроился из-за меня, вот я и решила… – я развела руками.

– Решила подкараулить меня в моей комнате? – «подсказал» он.

– Ну, я хотела поговорить.. Отодвинься, а? – я аж неловко ощущала себя от его близости.

Вместо того, чтобы сделать, что просят, он наклонился ещё ближе, опираясь рукой о край стола. У меня закружилась голова. Никогда ещё парень не был ко мне так близко!

– Не смей указывать, что мне делать. Тем более в моей комнате. Эта территория для тебя под запретом. Кажется, я уже говорил тебе это, толстушка.

– Думаешь, меня обижают эти твои клички? – попыталась изобразить уверенность я. – Ошибаешься.

– Если бы хотел тебя обидеть, о, поверь, ты сейчас была бы в слезах.

– Ну и супер! – я упёрлась ладонью ему в грудь, намереваясь отодвинуть. – Раз мы оба настроены доброжелательно, тогда…

– Ты психопатка? Мне дверь в комнату теперь лучше запирать, да? А не то проснусь, а ты передо мной с ножом стоишь.

– Кто знает. Лучше отстань!

Я надавила ему на грудь, это ни капельки не помогло, кажется, Ник очень даже сильный парень. Он перехватил мою руку, убрал от своей груди и резко дёрнул на себя.

– Это ты лучше отстань, Лиска. Иначе пожалеешь. Как засунуть эту мысль в твою голову?

– Засунь лучше свои слова себе в…

Нашу очень даже бодрую, но и слегка пугающую лично меня перепалку прервал стук в дверь.

– Никита! Это мама. Можно войти?

Мы с Ником уставились друг на друга в панике. Что подумает Ирина, если увидит нас в комнате Ника ночью, да ещё и без света?

– Не комната, а проходной двор, – прошипел Ник. – Сейчас, мам! Ты! А ну быстро в шкаф! – шёпотом велел он мне.

– Ага, щас, уже бегу, – не менее зло зашептала я.

– Идём! – он потянул меня за руку, но я упёрлась.

А сдвинуть меня с места не так-то просто.

– Никита! Я вхожу! – послышался голос Ирины.

Я оглядела комнату. Да что за комната такая, а? Спрятаться совершенно негде.

Но я не хочу в шкаф к своему сводному брату! Это выглядит как минимум странно.

Так и вижу лицо Ирины, если вдруг она решит заглянуть в шкаф и обнаружит там меня.

– Чёрт, угораздило же мамку связаться с самыми отбитыми, – продолжал возмущаться Ник.

Снова дёрнул меня за руку.

Неприятно это признавать, но, кажется, другого выхода нет. Я открыла шкаф и залезла внутрь. Голова мигом закружилась. Тут повсюду был аромат его парфюма. Производители точно феромоны туда подмешивают! Придётся признать: этот аромат, особенно концентрированный, просто сводил с ума.

Я услышала, как открывается дверь.

– Мам, ну чего тебе? Я устал, – сказал матери Ник.

– Сынок, – её голос был мягким, – я знаю, всё это очень неожиданно. Ты жил два года один… Так было нужно, милый. Но сейчас тебе нужна семья, нам всем она нужна. Если мы постараемся, то будем очень счастливы.

– Это всё? Мам, иди ужё.

– Никита, прошу тебя, дай шанс Саше и Алисе.

– Обязательно.

– Правда? – удивилась Ирина. Она не догадывалась, конечно, что я сижу в шкафу, и Ник просто хочет её спровадить.

– Да, да, – бросил ей Ник.

– Обещаешь?

– Ага, с завтрашнего дня начинаю называть его папой.

– Никита!

– Я же сказал – хорошо! Всё, мам, иди уже.

– Ну… хорошо. Спасибо. Спокойной ночи, сынок, – голос Ирины звучал растерянно.

Я услышала хлопок двери. Фух, кажется, пронесло.

Двери шкафа распахнулись, и я увидела лицо Ника.

– Выходи и проваливай, – бросил он мне, отворачиваясь.

Я выбралась из шкафа и собралась было поскорее уйти от греха подальше… но не выдержала:

– Ник, зачем ты так с мамой? Кажется, она волнуется за тебя…

Ник медленно повернулся ко мне, на лице стандартное выражение недовольства. Интересно, он вообще улыбается? Нормально, я имею в виду, а не озлобленно.

– Познакомилась со мной пару часов назад и уже решила, что знаешь меня? – усмехнулся он. – О, ты даже не представляешь, какой я, Лиска. Я гораздо хуже, чем ты думаешь. Не смей давать мне советы.

Ещё хуже? Да куда хуже-то? Я решила эту мысль не озвучивать.

– Спокойной ночи, – я чуть было не добавила «братишка». Вот «весело»-то было бы!

Ник мне ожидаемо не ответил. Да уж, наладила контакт со сводным, ничего не скажешь.

Глава 4

Три недели спустя…

Я выгляжу, как идиотка. Да, так и есть.

Я ещё раз просканировала своё отражение в зеркале, но оно не спешило меняться. Эта школьная форма на мне, как на корове седло. Оказывается, в сериалах нам врали – там в частных школах красивая форма, идеально сидящая на парнях и украшающая девчонок.

В моей новой школе меня обязали носить юбку-колокол длиной ниже колена грязно-серого цвета, мужеподобный пиджак и обязательно обувь с минимальным каблуком. А, ещё и волосы собрать надо, с распущенными нельзя. Ну просто красотка! В монахини приняли бы без очереди.

А я-то люблю самовыражение! Мне нравится одеваться ярко. Просто я и так привлекаю внимание, какой смысл скрываться за балахонами? Все и так прекрасно видят, что я полная, и никак это не скрыть. А значит, ношу, что хочу, в пределах разумного, конечно.

Но новая школа со мной не согласна.

Да, я собираюсь в новую для меня частную школу. А это значит что? Верно, я не отказала своему папе. Когда он спрашивал меня, хочу ли я остаться в нашей квартире, в нашем городе, оставить всё, как есть, я видела, что он на самом деле примет любое мое решение.

Конечно же, я хотела и в школе своей остаться, и с папой только вдвоём, Ника хотела бы забыть, да и Ирину тоже. Но с такой надеждой папа смотрел на меня, что я просто не смогла.

Он и Ирина надеются на создание семьи. И хоть свадьбы ещё не было, я понимала, что всё к тому идёт. Я взрослею. Однажды я выйду замуж, создам собственную семью, а что тогда останется моему отцу? Одиночество? Нет, я не могла так поступить с кем, кто всю жизнь посвятил мне.

Я хотела видеть его счастливым. Поэтому и сказала, что попробую привыкнуть к новой школе. К огромному дому с бассейном на заднем дворе. И к Нику – особенно к нему.

Не знаю, за что, но он явно меня ненавидит. Вместо того, чтобы как-то попытаться наладить наши отношения, он закрылся окончательно. После той встречи у него в комнате ночью Ник решил, что я недостойна, чтобы на меня тратили слова. Честное слово, за те выходные он мне и пяти слов больше не сказал!

Я только взгляды его на себе ловила периодически, но поди расшифруй, о чём он там думает. Мы с папой приехали и на следующие выходные, но Ника не было дома, а на вопрос где он, Ирина не ответила, переведя тему. И с тех пор я его не видела.

В связи с переездом я пропустила первую неделю учёбы, но директор заверила Ирину, что это ничего. Вчера мы с папой, наконец, привезли в дом последние вещички.

Я уже засыпала среди своих лис вчера, когда за стенкой услышала тихую музыку. «Ник дома» – осознала я. Где же он был три недели? Прислушивалась к его жизни за стенкой, представляя, что он делает в эту секунду… Так и уснула с мыслями о нём.

И кажется, он мне всю ночь снился, а что конкретно он делал в моих снах – не помню.

Раздался стук в дверь.

– Войдите!

Ирина осторожно заглянула в мою комнату.

– Дорогая, ты выглядишь прекрасно! Юная бизнес-леди!

– Юная ли? – пробормотала я, считая, что эта форма прибавляет мне возраста.

– Спускайся к завтраку, тебе надо выехать через двадцать минут. Меня срочно вызывают в офис, поэтому мы с твоим папой поедем уже, ладно?

– Конечно. Я вызову себе такси, скажите только адрес школы.

Я была там, когда относила документы, но адрес не знала.

– Такси? Глупости. Поедешь вместе с Никитой.

– У него есть машина? – удивилась я.

– Конечно.

– Но он несовершеннолетний.

– У него есть водитель, милая. Теперь Женя будет возить и тебя.

Собственный водитель? Ничего себе, куда я попала?

Тут я осознала – поеду вместе с Ником! Теперь мы уже почти наверняка считаемся сводными братом и сестрой, хотелось бы, конечно, наладить с ним отношения. Интересно, это вообще реально? Как же мне себя повести, чтобы он ядом не плевался?

– До вечера, Алиса, – попрощалась Ирина.

– До вечера, – улыбнулась я ей.

Ещё пять минут я себя настраивала на доброжелательность. Напрасно! Когда я спустилась на первый этаж, одного взгляда на Ника хватило, чтобы от неё не осталось и следа.

– Что это на тебе?! – возмутилась я, увидев его в прихожей. Забыла и про «привет» и про всё остальное.

Ник окинул меня весёлым взглядом.

– Это на тебе что, пампушечка? Решила в первый же день сразить всех наповал?

С Ника хотелось сорвать футболку. Нет, вовсе не в том смысле! Просто он был так одет – в брюки от формы, в пиджак, который почему-то ему шёл, а под расстегнутым пиджаком – футболка с лисицей. Весёлой и упитанной лисицей.

Я уже видеть не могу этих лис! Они всей семейкой решили свести меня с ума?!

– Нравится? – осведомился Ник. – Увидел и сразу подумал о тебе. Мама умоляла с тобой подружиться, так что… – он не закончил мысль.

Было ясно, что весело тут только ему одному.

– Снимай давай!

– Эй, эй, я не такой! Давай хоть на свидание сходим для начала!

Я закипала. Мало того, что я и так немного нервничаю в свой первый день, так ещё и этот со своими насмешками портит нервы с утра пораньше.

Ник веселился, глядя, как у меня пар валит из ушей.

– Тебе повезло, что у меня мало времени, – несильно толкнула его в плечо я и отправилась в столовую.

На столе меня уже ждали мои утренние хлопья: Ирина пару дней назад пытала меня, пытаясь выяснить мой привычный рацион, после чего проинструктировала весь персонал.

Стоило мне приняться за еду, как снова нарисовался Ник. Я надеялась, что он переоденется, но куда там. Он плюхнулся за стол, достал телефон и принялся лениво листать ленту, чуя бутерброд.

И всё-таки это очень странно. Завтракать с ним вот так вдвоём. А после завтрака поехать с его водителем в одну школу, в один класс. Я украдкой рассматривала Ника: его волосы были ещё чуть влажными после душа, чуть завивались Это выглядело… симпатично, надо признать. Спорю – он звезда школы. Стало быть, я сестра звезды.

– Кстати, булка, – оторвался от телефона Ник. – Не стоит кому-либо рассказывать о том, что мы теперь вместе живём. Это ясно?

– Сам смотри не проболтайся! – огрызнулась я. – И вообще, держись подальше от меня в школе.

– Встала не с той ноги?

– Тебя увидела!

– Какие мы нервные, – вскинул руки он. – Доедай быстрее.

– Неужели боишься опоздать?

– Опоздаешь тут только ты. Выйдешь раньше. Не хочу, чтобы нас увидели вместе.

Да он что, меня стесняется, что ли? Вот придурок! Да это я его стесняюсь! Бесят мажоры, которые ставят себя выше других.

Я мудро решила ничего не отвечать на эту реплику. Хватит с меня препирательств с утра пораньше. Хочется, чтобы первый день в новой школе прошёл… отлично.

Но я даже представить себе не могла, чем на самом деле закончится мой первый день…

***

Моя новая школа впечатляла. Конечно, я уже была тут, но в тот день в конце августа не было учеников. А сейчас царит оживление. Во внутреннем дворе кто-то бегает, кто-то кричит, кто-то выясняет отношения. Казалось бы, всё как в обычной школе, но всё-таки разница была существенная.

Потому что местные ученики прибывали на дорогущих машинах, хвастались брендовыми украшениями, выглядели все как с иголочки, и, конечно, Ник идеально вписался даже в футболке с лисой. Судя по восторженным взглядам в его спину, в его силах ввести такие футболки в моду.

Надо ли говорить о том, что я почувствовала себя белой… нет, серой, в цвет моей формы, вороной? Между прочим, строгость ношения формы завуч, которая общалась со мной, сильно преувеличила. Девушки оставляли только серую юбку и успешно комбинировали её с блузками и элегантной обувью. Парни дополняли брюки толстовками или джемперами такого высокого качества, что спорю, стоимость их просто зашкаливает.

Я не страдаю излишней зажатостью, комплексами тоже, ну, обычно. Но сейчас, стоя посреди двора и глядя на всех этих мажоров, внезапно почувствовала себя не в своей тарелке.

Я явно выделяюсь. И не в выгодную сторону.

Ник на полном серьёзе попытался меня высадить раньше. Благо, водитель Женя получил заранее инструкции от Ирины и не послушал Ника, чем, конечно, вызвал недовольство и, само собой, в мою сторону.

Уверенности в себе мне это не прибавило. Как только мы подъехали к школе, Ник сразу вышел и ушёл, напрочь забывая о моём существовании. А мне вот выходить из машины совсем не хотелось.

Но не идти же теперь домой! К тому же, я не привыкла отступать перед трудностями. Так что, пути назад нет, только вперёд.

Я зашла в здание школы. Почему-то мне казалось, что все сейчас начнут тыкать в меня пальцем и кричать: как это нищебродка сюда проникла? Но нет, никто не обращал на меня ни малейшего внимания. К счастью, я выцепила взглядом знакомую завуч, и она проводила меня в мой новый класс.

Что ж, начинается новая жизнь.

Я вошла в кабинет, невольно ища глазами Ника. Нашёлся – сидел на последней парте, буквально – прямо на ней, в окружении хихикающих девчонок и нескольких парней. На моё появление Ник не обратил ни малейшего внимания.

Ну и пошёл он! Так, Алиса, соберись. Тебе никто не нужен!

– Алиса?! – вдруг послышался знакомый голос. – Это ты?! Ты что тут делаешь?!

Ко мне подскочила мелкая рыжая особа и восторженно схватила меня за руки.

– Только не говори, что ты перешла к нам!

– Эм…

– Точно! На тебе же форма! О Боже, ты перешла к нам! Ну, добро пожаловать в ад, – рыжая особа захихикала.

Так, она явно меня знает. Жаль, я её не знаю. Вернее, не помню. Кто она такая?

– Ой! Ты не подумай, я тебе рада! У нас просто школа, – она скорчила рожицу, – не райский уголок. Ну ничего! Эй, народ! – она крикнула не так уж и громко, но все вдруг замолкли и уставились на неё. – У нас в классе новенькая! Все скажите «привет» Алисе. Мы с ней учились в одной школе до моего переезда.

Точно! Это же Лера Самойлова. Вечно скачущее, кричащее недоразумение, полное нескончаемой энергии и энтузиазма, затычка в каждой почке, готова поспорить – обладательница какого-то психического расстройства, а то и не одного.

Она считала меня своей подругой. Подсаживалась рядом на алгебре и весь урок, не замолкая ни на секунду, щебетала мне на ухо. Ей даже учителя замечания не делали – смирились и только сочувствующе на меня смотрели.

Как я была счастлива, когда она перешла! В школу как на крыльях летела.

И прилетела в итоге. Да уж, если бы я знала, что Лера Самойлова будет моей одноклассницей, то уж точно не согласилась бы перейти сюда.

Поймала взгляд Ника: он сверкнул своими зелёными глазами и сразу отвернулся.

– Прошу не обижать! – заключила Лера, приобнимая меня.

Несколько девчонок приветливо мне улыбнулись, ещё парочка одарили презрительными взглядами, но в целом… Никто не собирался выгонять меня, так что, может, всё не так уж и плохо?

Может, Лера уже изменилась? Всё-таки, несколько лет прошло. По крайней мере, приятно, что меня встретили так дружелюбно, и это благодаря ей.

– Садись со мной, – улыбнулась Лера.

– А я? – обиделась какая-то блондинка.

– Постоишь, – подмигнула ей Лера. – Ну или с Ником садись.

– Ага, а потом получу от Вики. Спасибо, я не хочу, чтобы мне потом приходили смски с угрозами, как Маринке.

Интересно, кто такая Вика? Неужели девушка Ника?

Эта мысль как-то неприятно царапнула изнутри. И это странно – какое мне дело до его девушки?

Мы с Лерой сели за парту. По ощущениям – она из золота. Ну в смысле, чистенькая, удобнейшая, ни одного слова из трёх букв не выцарапано в углах, даже как-то непривычно. И весь класс был светлым, современнейшим, с электронной доской. У каждого ученика на парте лежал планшет: мне тоже, видимо, выдадут.

Да уж, это вам не школа в глубинке. Не уверена, что здесь мне нравится больше.

Я осторожно бросила взгляд на Леру, и та сразу восприняла это как повод завести разговор.

– Никогда не садись с Ником, – посоветовала она. – Это тот парень с задней парты. Вика из одиннадцатого «б» помешана на нём, проблемы будут. Если ты, конечно, не хочешь рискнуть.

– Рискнуть? – невольно уточнила я.

– Ну, девчонки у нас рискуют, крутят с ним романы, потому они Нику надоедают, он их кидает, а Вика потом ещё долго докапывается до них. Но по словам Кати, это того стоит… – У Леры на лице появилось мечтательное выражение.

– Непохоже, – фыркнула я.

– В смысле?! Ты глянь, какой он горячий!

– Пф-ф-ф, – закатила глаза я. – Обычный.

Лера смотрела на меня квадратными глазами. Может, сказать ей, что это мой сводный братец? Она тогда вообще дар речи потеряет – наконец-то!

Но в класс вошёл учитель вместе с завучем. Значит, начинается мой первый урок. Я оглянулась на Ника, тот смотрел в сторону, но почувствовал мой взгляд и посмотрел в ответ.

Я осуждающе покачала головой. Тоже мне, звезда!

Глава 5

Как это обычно и бывает, после очень даже тёплого приёма в новом классе я немного успокоилась. Правда, не рискнула вынимать из сумки свой простенький телефон, видя у всех поголовно айфоны последней модели.

Я, конечно, знала, что Ирина обеспеченная женщина. Даже папе в шутку говорила, что он обеспечил себе безбедную старость. Он смеялся и не обижался, понимал, что я просто веселюсь. И всё равно я даже представить себе не могла, насколько богатая мама у Ника.

Хотя… огромный дом с бассейном должен был натолкнуть меня на определённые мысли. Но всё происходящее, даже дом, воспринималось как что-то нереальное, будто я попала в симуляцию. Но зато сидя в классе среди мажоров я наконец-то осознала: теперь я, кажется, одна из них. И эта мысль меня не порадовала.

Интересно, бывает ли неловко папе за то, что он простой автомеханик? Ну, был им, теперь они с Ириной открывают сеть мастерских, но всё же. Готова поспорить, что да. Всё-таки между ними очень большая социальная пропасть.

Ничего, между мной и Ником всё равно пропасть гораздо больше. Вон, сидит и делает вид, что я пустое место. Я даже не думала, что сей факт будет так меня раздражать!

Зато мне понравились учителя: уравновешенные, но в то же время строгие. Любые попытки Леры завязать болтовню, а их за два урока было немало, сразу пресекались. А уровень объяснений – это вообще песня! Я действительно смогу у них чему-то научиться, и для меня это несомненно плюс.

Чего не скажешь о Нике. В телефоне сидеть тут тоже не разрешалось, так что он калялал в тетрадке, смотрел в окно или сверкал глазами в мою сторону, когда думал, что я не вижу. Что угодно, лишь бы не учиться!

Наконец зазвучала приятная мелодия, оповещающая о конце урока. Я стала собирать свои вещи.

– Ну как тебе у нас? – пристала сразу Лера.

– Вроде неплохая школа, – искренне ответила я.

– Это лишь первое впечатление, – пожала плечами она. – Идём с нами в столовку?

«С нами» – это с ней, той блондинкой по имени Марина и ещё одной девочкой – Полиной. Они втроём сразу принялись сплетничать о каком-то парне из параллели, эта сплетня затмила даже их интерес ко мне. Не знаю, что он там сделал, но спасибо ему.

–… Катя ревела два дня подряд из-за него! – услышала фразу Марины я, но решила не слушать. Ника это не касалось точно, так что мне неинтересно.

Мы с девчонками взяли в столовке еду. Двухразовое питание входило в стоимость обучения. Ух, ну и кормили тут! Вкусная, свежая еда. Не то что в столовке моей прежней школы, где готовили под девизом «съешь и умри».

– Так откуда ты к нам перешла? – обратила, наконец, на меня внимание Марина.

Мы как раз выходили из столовки.

– Эм… Я училась далеко, – попробовала уклониться от ответа я.

– В какой стране? – спросила Лера.

– В России, – нахмурилась я. А потом сообразила, что для этих девочек учёба за границей – самое обычное дело.

– А где именно? – продолжила допрос Марина.

Но меня спасла подлетевшая к нам какая-то кудрявая девчонка.

– Лерка, девчонки! Там Золотарёв с Булатовым сцепились!

Смутно знакомая фамилия… Ой, ну конечно же! Золотарёв – это же Ник!

У девчонок глаза загорелись.

– Идёмте же скорее! – поторопила всех Лера.

– Да Ник его отделает этого урода, будет знать, – покивала Марина.

А мне это совершенно не понравилось. Я, конечно, тут новенькая и всё такое, но что-то мне подсказывает, что за драку Ника никто по головке не погладит. И ещё я не пойму, чему все радуются?

– Идём скорее, Алиса! – схватила меня за руку Лера, одновременно доставая телефон.

Кудрявая девчонка повела нас за собой, но это и не требовалось, ведь зеваки и так стекались к месту драки. Меня поражало всеобщее воодушевление. Честное слово, будто цирк приехал!

Они нашлись в каком-то тупике после нескольких поворотов коридора. Я слышала девчачий визг, шум, гам, звуки драки. Даже не задумываясь, я высвободила руку из захвата Леры и бросилась вперёд, расталкивая толпу.

В такие моменты начинаешь ценить свои габариты: какую-нибудь мелкую худышку бы просто не пустили вперёд, но попробуйте остановить меня. Очень быстро я оказалась в первом ряду «зрителей».

Драка была в самом разгаре. Оба парня не собирались сдаваться, но я отлично видела, что преимущество за Ником. В какой-то момент он повалил своего соперника на пол и несколько раз ударил кулаком прямо по лицу.

И останавливаться не собирался.

Это меня просто шокировало. Я действительно не думала, что Ник может быть таким яростным, таким отчаянным. Он излучал какую-то первобытную силу, может, поэтому к ним никто и не лез.

– Хватит! – закричала я. – Перестань! Ник! Остановите же его!

На меня смотрели, как на идиотку. Я была в шоке – на полном серьёзе никто не собирался их разнимать! А где, блин, учителя?! Что вообще происходит?!

– Ник, хватит! Хватит ему уже! – орала я.

Но Ник меня совершенно не слышал. Не замечал. Я испугалась, что он убьёт этого парня.

Это мой сводный брат, чёрт возьми. Надо действовать.

Мне хватило мозгов не лезть в драку. Ник бы меня прибил и не заметил бы. Вспомнила, что у меня с собой термос с чаем. Учитывая, что прошло уже несколько часов, он должен быть уже тёплым, а не горячим… надеюсь. Думать времени не было. Я достала термос и просто выплеснула всё его содержимое на дерущихся. Большая часть попала на Ника.

Он замер, будто очнувшись. Замерли и все остальные. Судя по всему, я сделала что-то совершенно запрещенное. Может, в этой школе запрещено обливать друг друга чаем под страхом смерти?

– Ник… оставь его, – сказала я сводному брату.

В образовавшейся тишине это прозвучало слишком громко.

Ник поднял на меня глаза. Взгляд зелёных глаз был совершенно безумным. У него была разбита губа, рассечена бровь… Он моргнул и теперь выглядел потрясенным. Смотрел на меня так, будто я на его глазах превратилась в кошку и обратно.

Так смотрели абсолютно все. Но долго «полюбоваться» друг на друга нам не дали.

– А ну разошлись!!! – послышался бас какого-то мужчины.

Он растолкал всех, стащил Ника с соперника, со всей силы встряхнул его.

– Ты что, вздурел?!

– Он заслужил, – Ник сплюнул кровь.

– Почему ты мокрый?!

– Эта дура, она… – он не договорил,махнул рукой, как будто резко устал.

– Ты сошла с ума? – подскочила ко мне Лера.

– Надо было что-то сделать, – я о своём поступке не жалела.

– Это же Ник Золотарёв! – как будто я должна была всё понять из этого возгласа.

– Да плевать мне. Он…

– К директору! – пробасил мужчина, видимо, один из учителей. – Все трое!

Подождите… трое?

***

Новая школа не переставала меня удивлять!

Сначала все смотрят на драку, никто не пытается её разнять. Потом выясняется, что ни охранников, ни учителей рядом нет или, по крайней мере, они не спешат на помощь, поэтому двое подростков вполне могут друг друга покалечить.

И вишенка на торте – я, та, кто вмешался, сделал, по сути, их работу, сижу в кабинете директора.

Одна.

Два завуча и одна директриса смотрят на меня так, будто во всех проблемах школы виновата именно я.

– Сегодня ваш первый день, Дианова? – уточнила директриса.

И чего она спрашивает? Знает же прекрасно, что да.

Я поняла, что от меня на полном серьёзе ждут ответа, и медленно кивнула.

– В первый же день вы находите себе неприятности. Это неправильно, – сообщила мне директриса.

– Конечно, неправильно! Куда девчонке в мужскую драку?! – вмешался тот самый завуч, который в итоге разнял парней. – Совсем мозги растеряли с этим Золотарёвым, на всё уже готовы!

– Не тот случай, Олег Петрович, – ответила ему директриса. – Девочка – сестра Никиты. Сводная.

– Да зачем же вы её взяли в нашу школу?! Мало нам с одним Золотарёвым проблем, так вы вторую взяли!

– Обсудим это позже, Олег Петрович. Алиса, скажите, что надо делать, если вы видите драку?

– Дайте подумать. Снимать на телефон, – принялась загибать пальцы я, – болеть за одного из парней… Можно ещё моргнуть несколько раз, чтобы по камере слежения ничего не заметить. Это и делали все остальные! Я просто пыталась помочь!

Не стоило так разговаривать, знаю. Но я была на взводе, до сих пор от стресса руки тряслись. Я не каждый день драки разнимаю. И до сих пор не могу поверить, что отчитывают меня! Меня, а не Ника и того, второго. Они, видите ли, в медпункте.

Если я жива-здорова, это не значит, что на меня можно срывать всех собак.

– Вот, пожалуйста. Гены Золотарёва, – указал на меня завуч.

– Она сводная сестра. Не родная, – вздохнула директриса. – Алиса, никто не вмешался в драку, потому что для этого есть учителя. Не стоит рисковать собой, чтобы выполнить их работу. Хорошо? Больше так не делай.

Я угрюмо молчала. О своём поступке я ни капельки не жалела.

– Хорошо, теперь иди, подожди в коридоре.

Дважды повторять директрисе не пришлось. Я рывком поднялась и вылетела за дверь, еле сдерживая горячие слёзы. Это просто несправедливо! Я не сделала ничего плохого!

Я плюхнулась на мягкую скамеечку рядом с дверью в кабинет директора, понимая, что как бы мне не хотелось сбежать, это только усугубит мои проблемы. Скрестила руки на груди и принялась ждать.

Через десять минут я увидела Ника и второго парня в сопровождении очередного завуча. Оба выглядели плачевно, особенно, конечно, соперник Ника. Всё его лицо было разбито. У Ника тоже были ссадины, но гораздо меньше. Оба уставились на меня.

Второй парень – потрясенно, как на супергероиню. А Ник… ну, всё как обычно. Не плюнул, проходя мимо, и на том спасибо. Они скрылись в кабинете директора.

Вот тебе и благодарность.

Буквально через пять минут в коридор влетели наши перепуганные родители. Ух ты, папа в таком красивом костюме, напоминает какого-то крутого бизнесмена. А Ирина, как всегда, идеальная бизнес-леди, если не считать ужаса на лице.

– Алиса! – бросилась она ко мне.

– Лисёнок, что случилось? – поспешил за ней папа. – Нам позвонили… Я ничего не понял, но… ты правда подралась с Никитой?

– Что? Всё было совсем не так!

– Детка, мне так жаль! Во что тебя втянул мой бестолковый сын? – ахала Ирина. – В первый же день! Саш, прости, пожалуйста, я не знаю, что на него нашло, он ведь обещал мне…

– Ириш, успокойся, милая. Сейчас во всём разберёмся.

– Ник внутри, – я показала на дверь директора. – Идите, перемойте мне косточки, узнайте, кто во всём виноват.

– Алиса, ну ты что? – Ирина коснулась моих волос, но я резко шарахнулась в сторону. Только мама гладила меня по голове!

– Идём, – папа приобнял её за плечи и увёл в кабинет.

А я всё также осталась сидеть. Нашла в себе силы успокоиться, перевела дух. Вот ещё, плакать из-за такой фигни. Нет уж, не дождутся.

Ник вышел через двадцать минут. Я уставилась на него во все глаза, ожидая чего угодно, но он просто сел рядом (выбора не было, скамеечка тут была всего одна) и уставился в пустоту.

Я аккуратно посмотрела в его сторону.

– Отвернись.

Я вздрогнула. Его голос прозвучал уж слишком железно.

Отвернулась. Мы так посидели ещё около минуты, а потом я не выдержала.

– Ник, я…

Он резко поднялся на ноги, также резко схватил меня за запястье и потянул за собой.

От неожиданности я поддалась, подскочила следом и пошла, нет, побежала вслед за ним.

– Куда ты меня тащишь?!

Очнувшись, я попыталась освободить руку, но мы, оказывается, уже пришли. Он завёл меня за угол, мы оказались в очередном тупике. А затем толкнул меня к стене. Не сильно, на самом деле, но ощутило. И шагнул следом. Его ладонь легла на стену прямо рядом с моей головой.

– Ты чего?! – возмутилась я.

– Это слепая зона, – грубо ответил Ник. – Их в школе несколько. Советую выучить. Сейчас мы с тобой поговорим, булка. Без свидетелей.

Неприятный холодок прошёл по моей спине.

– Отодвинься, – я упёрлась ладонью ему в грудь.

Но на этот раз Ник даже не шелохнулся.

Глава 6. НИК

НИК

Она больная. Долбанутая какая-то, чокнутая, бесячая толстуха.

Из всех людей на свете моя мамка спуталась с её отцом. И теперь вот она – Алиса Дианова. Стоит передо мной, упирается ладонью мне в грудь, храбрится… Но я-то вижу, что боится.

Правильно, Алиса. Меня надо бояться.

Как это делает вся школа.

– Ты больная? – задаю я риторический вопрос ей. – У тебя с головой непорядок, а?

– Это ты больной! Псих! – вместо того, чтобы молча дрожать и бояться, Алиса пытается дать отпор. – Ты чуть не убил того парня!

– Тебе какое дело? Какого хрена ты полезла?! – кричу на неё я. Не могу сдержаться, да и с чего бы мне это делать?

Она опозорила меня. Перед всеми. Подмочила мою репутацию, в прямом смысле! Чёрт возьми, все мои шмотки до сих пор пахнут её проклятым чаем с лимоном!

– Надо было просто смотреть? Как все?

– Поздновато до тебя дошло, – я пытаюсь успокоиться. Держать себя в руках. Но рядом с этой девкой это не так-то просто.

– Но я не все! – заявляет эта ненормальная.

Её вообще ничему жизнь не учит? И это вместо того, чтобы просить прощения?

Я наклоняюсь к ней ещё ближе, вторгаюсь в личное пространство. Невольно вдыхаю аромат её духов… Ваниль с цитрусовой ноткой. Какого хрена я обращаю на это внимание?

– Глупая девчонка, в моих силах превратить твою жизнь в ад, – шепчу я. И это вовсе не блеф.

– Вот как? За что? За то, что пыталась помочь?

– Идиотка. Да мне нахрен не сдалась твоя помощь! Никто! Ты слышишь, никто! Никто не смеет лезть в мою драку. Даже дружки Булатова стояли в уголочке! А ты кем себя возомнила, а?

Алиса ловит мой взгляд. Смотрит прямо в глаза. В её глазах – вызов.

Она же не собирается сказать то, о чём я думаю? Нет, Алиса, не надо, просто не надо…

– Кем себя возомнила? Твоей сестрой. Твоей сводной сестрой.

От злости у меня аж мутнеет в глазах. Прежде, чем я успеваю себя остановить, моя рука ударяет… стену. Прямо рядом с головой Алисы. Девчонка вздрагивает, мою кисть пронзает болью. Больно, чёрт возьми!

– Убирайся! – кричу я ей прежде, чем шагнуть назад. – Вали нахрен отсюда!

Пусть проваливает.

Из этого коридора. И из моей жизни.

Отворачиваюсь, не хочу, не могу на неё смотреть прямо сейчас. Внутри всё разрывается от злости, от какого-то отчаяния, от бессилия: я ровным счётом ничего не могу ей противопоставить. Откуда у этой девчонки такая власть надо мной? Кого угодно я могу поставить на место. Каждая псина в этой школе знает, что со мной лучше не связываться.

Но она… сколько раз я должен сказать ей, чтобы не смела называться моей сестрой?

У неё инстинкт самосохранения вообще отсутствует?

– Родители будут нас искать, – осторожно говорит Алиса. – Я вернусь к кабинету директора.

Она уходит, но этот проклятый аромат ванили с цитрусом остаётся висеть в воздухе. Мне нужна секунда. Надо взять себя в руки. Мне хочется придушить её! И всё же умом я понимаю, что она виновата только в том, что не может не быть в каждой бочке затычкой.

Алиса не знает ни меня, ни правил этой школы. А ещё она не знает, что я не избиваю людей без веской на то причины. Но я не собираюсь быть тем, кто ей всё это объяснит. Она мне никто, и я ей, к счастью, тоже.

Когда я впервые увидел Алису и её папашу, то даже обрадовался. Я наивно подумал, что знаю такой тип людей. Алиса – обыкновенная пышечка, чье второе имя – «комплексы». Я решил, что быстро поставлю её на место и также быстро избавлюсь и от неё, и от её отца. И верну себе свою жизнь.

Но Алиса сразу начала вести себя не по сценарию. Она удивляла меня снова и снова, но самое странное в ней было то, что она… совсем меня не боялась. Не реагировала на угрозы. Не побоялась назваться моей сестрой. Опять.

Как же это меня бесит! Всё в ней меня бесит, всё! Она – просто толстая дура. А ещё все мои проблемы из-за неё только начинаются.

Более-менее совладав с собой, я направился обратно к кабинету директора. Надо дать возможность маме и новоиспеченному «папаше» сорвать на мне всю свою злость. Я и так в курсе, что порчу матери жизнь одним-только своим существованием. И мне на неё так же пофиг. Так что пусть говорят, что хотят.

Но сегодня, видимо, какой-то день «проверь нервную систему Ника на прочность». Повернув за угол, я увидел следующую картину: Алиска мило и приветливо болтала с… Русланом Булатовым. Тем парнем, который получил от меня сегодня по морде.

Мало, видать, получил. Ничего. Я сейчас ему добавлю.

– Отвалил от неё! – кричу я, стремительно приближаясь к ним.

Алиса в шоке поворачивается ко мне, вижу её, как в замедленной съёмке. Какого чёрта она разговаривает с ним? Как же меня это взбесило, до дрожи просто. Ещё и улыбалась ему! Обсудили, какой я придурок? Конечно, нашлась общая тема для разговора!

К сожалению, повторить свою сегодняшнюю драку я не успеваю, а жаль. Интересно, как бы на этот Алиска стала бы нас разнимать? Чем бы меня облила?

«Вовремя» вышедший из кабинета директора Саша перехватывает меня.

– Эй, эй, успокойся, боец!

– Держите вашего сына психопата подальше от моего Руслана! – слышу женский визг, видимо, мамаша Булатова.

– Всё в порядке, – уверяет её Саша. – Уведите своего сына.

– Мы не закончили! – кричу я, однако позволяя себя придержать.

Если я захотел, то без труда освободился бы. Думаю, это все понимают.

Руслан с матерью скрываются за поворотом, и я рывком освобождаю руку. Поворачиваюсь к Алисе.

– Если ещё раз я увижу, как ты с ним говоришь, то я его убью. Поняла?

– Чего? – поражается Алиса. – А, поняла: ты головой во время драки ударился, да?

– Алиса! – вмешивается Саша. – Иди-ка подожди в машине.

Алиса собралась было возмутиться, но из кабинета директора вышла моя родительница. Смерила меня взглядом, полным разочарования.

– Ну что? – бросаю я. – Теперь у школы новый компьютерный класс, да?

– Два класса, – грустно улыбается мама. – Вас же теперь двое. Идём, Саш. Отвезём детей домой.

Закатываю глаза и первым иду к выходу. Пусть у них троих будет возможность обсудить, как им со мной не повезло.

***

– Его родители хотели написать заявление в полицию! В полицию, Никита! – сокрушается моя мать. – Тебе нельзя больше драться, сынок!

Она сидит на переднем сидении, машину ведёт Саша, а моя сводная проблема сидит сзади рядом со мной, обиженно отвернувшись к окну.

Поездочка так себе. Лучше бы радио с тупой попсой играло, чем слушать речи моей матери. Невыносимо её притворство. Будто ей есть до меня дело.

На самом деле, мы с ней оба знаем, что она просто пытается изобразить заботливую родительницу перед Сашей и его дочуркой. Мне даже хочется быть рядом, когда они, наконец, увидят её истинное лицо.

– Никит, ты хочешь на учёт в детскую комнату полиции?

– Мечтаю, – бросаю я.

– Это не шутки! Я не смогу вечно выгораживать тебя! Ну что за безответственность? Не думаешь о себе, подумай обо мне! Подумай об с… – она вовремя осеклась. – Об Алисе подумай!

Вижу, как Алиска косится на меня. Думать о ней? А она обо мне подумала, когда чаем обливала? Когда флиртовала с Булатовым? Чувствую, как руки сжимаются в кулаки при одном-только воспоминании…

– У неё сегодня первый день! – моя мать никак не уймётся. – А ты такое устроил! Это моя вина, не надо было утром так рано уезжать…

– Ир, успокойся, – не выдержал, наконец, Саша. – Наш Никита уверен, что прав, и ты не сможешь его переубедить.

Я удивлённо смотрю в его сторону.

– Он это перерастёт, не переживай, – улыбается он моей матери.

Я только усмехаюсь. Ещё один, думающий, что знает меня. Да никто в этой машине вообще даже понятия не имеет, кто я такой на самом деле. Не то чтобы я скрываю свою личность, по ночам наряжаясь в супергероя. Просто каждый из них видит во мне того, кого хочет видеть.

А до меня настоящего им и дела нет. Меня это не беспокоит. Мне до них тоже совершенно нет дела.

Поездка, наконец, заканчивается. Я выхожу из машины, громко хлопаю дверью и отправляюсь в свою комнату: не терпится смыть с себя этот проклятый чай с лимоном.

Забравшись, наконец, под душ, я делаю воду похолоднее. Потом ещё холоднее. Наконец выкручиваю кран до конца. Мне нужно остыть.

Давно я не испытывал такой вот странной фигни. Конечно, я частенького кого-нибудь избиваю, нет, дело не в этом. Сегодняшняя ситуация взбесила меня потому, что пошла совершенно не по плану. Из-за Алиски.

Снова ловлю себя на мыслях об этой девчонке. Сколько можно?! Что сделать, чтобы выкинуть её из моей головы? Из моей жизни тоже, желательно. Сумасшедшая. Больная, ну. И духи у неё отвратительные.

Какого чёрта я до сих пор их чувствую?

Ответ оказался до банального прост. Когда я вернулся из душа, то обнаружил Алису сидящей на моей кровати.

Наверное, надо было как-то отреагировать. Удивиться, хотя бы. Разозлиться. Но я уже так устал от неё!

Заметил, как Алиса смутилась. Да, из душа я вернулся в одном-только полотенце вокруг бедёр, а она чего ожидала? Её взгляд снова скользнул по моему торсу. Знаю, есть на что посмотреть.

– Налюбовалась? – фыркаю я.

– Больно надо! – мгновенно заводится она. Но затем делает глубокий вдох-выдох и продолжает: – То есть… Может, ты оденешься?

– А может, ты свалишь нахрен из моей комнаты? – прожигаю её взглядом. – Как до тебя донести, что тебе сюда нельзя, булка, м?

Сначала драка, потом директор, лекция от мамаши… У меня просто нет эмоциональных сил сейчас её выгонять, кричать, перебрасываться сарказмом. И Алиса, видимо, отлично это поняла, раз рискнула явиться.

– Я пришла поговорить, – отвечает она, смотрит прямо в глаза.

А глаза у неё красивые, между прочим. Не то чтобы это имело значение. В девчонке глаза меня интересуют в последнюю очередь.

– О чём? – устало спрашиваю я, вытирая волосы вторым полотенцем.

– Обсудить проблему сокращения популяции белых медведей.

Замираю.

– Чего?

– Не тупи, Ник! Хочу поговорить о том, что случилось!

Тяжело выдыхаю сквозь зубы. Это долбанутая же не отстанет! Может, взять её в руки и просто вынести за дверь? Она девушка крупная, мягко говоря, но ничего, справлюсь. Справился бы, если бы у меня не болело всё тело.

– Послушай, ты… – начинаю я.

– Погоди! – перебивает она меня. – Пожалуйста, удели мне пять минут. Только пять минут. А потом я уйду… а ещё уговорю Ирину не отбирать у тебя кредитку.

– Что, прости?

– Она заберёт… Я слышала, как она сказала папе. Но я смогу её убедить! Я уверена. Только пять минут.

Моя мать забрала у меня мою жизнь. Это я могу понять, она дала, она и забрала, вернувшись в этот дом и привезя с собой пациентов психбольницы. Но кредитка? Это уже слишком.

Я собрался было выйти, чтобы найти мамку и высказать ей всё, что накопилось, но Алиса вдруг подскочила ко мне, хватая за руку и удерживая на месте.

– Ник! Мне жаль, ясно? Я не должна была выливать на тебя чай.

Я замираю.

– Ты же, кажется, ни о чём не жалела?

– Я… я подумала, Ник, и… не знаю, думаю, я… нет, это глупо.

– Говори, – велю я, высвобождая руку.

– Думаю, я поняла тебя.

– Чего? Да что ты можешь…

– Ирина бросила тебя совсем одного. А когда ты привык, вернулась и навязала тебе нас. Я тоже не рада, ясно? Но в тот момент, когда я увидела тебя избивающего того парня… Я правда хотела помочь, потому что мы не чужие. И ошиблась. Ты бы не стал бить его без причины. И ты бы не убил его. Зря я полезла.

Вдруг я мысленно возвращаюсь в тот момент, когда мои кулаки снова и снова обрушивались на лицо Булатова. Он заслужил. После того, как поступил с Катей. Но в то мгновение я ощущал гнев и злость такой силы: на мать, на жизнь, на всё…

Может, Алиса вмешалась вовсе не зря.

Моргаю и прогоняю от себя эту мысль.

– Уходи, – бросаю я ей. Пусть просто оставит меня в покое.

– Пять минут не прошло, – упирается Алиса. Щёки её порозовели, должно быть, от близости почти голого парня. Ну и с хрена ли я обращаю на это внимание? – Мне всё это тоже не нравится. Но наши родители, кажется, реально влюблены. Типа… Может, хотя бы перестанем цапаться? Предлагаю нейтральные отношения. Ну? Мир?

Медленно разворачиваюсь к ней, оказываясь близко. Она собирается отступить, но я ловлю её за плечи, удерживая на месте. Медленно наклоняюсь к её лицу.

Она широко распахивает глаза, невольно прикусывает нижнюю губу. Меняю траекторию, наклоняясь к её уху. Против воли глубоко вдыхаю аромат её духов. А потом шепчу ей на ухо:

– Алиса… мне просто плевать на тебя.

Отстраняюсь, наслаждаясь произведённым эффектом.

Через мгновение она вновь хмурится. Вот, так-то лучше.

– Придурок! – бросает она, а потом вылетает из моей комнаты, хлопнув дверью напоследок.

Что ж, надеюсь, больше она никогда не войдёт в эту дверь. Решила поиграть со мной в брата и сестрёнку? Никогда этого не будет. Прикрываю глаза, и вспоминаю близость её тела. Нет, вот это точно нужно выбросить из головы.

И я знаю, кто мне в этом поможет. Достаю телефон и набираю номер Вики.

Глава 7

Я человек не особо обидчивый. Меня вообще сложно обидеть – обычно те, кто пытаются это сделать, сообщают мне то, что я и так знаю: толстушка, тебе похудеть бы и так далее. Но меня это не задевает.

Но вот у почти-сводного братишки (почти – потому что наши родители пока не женаты) это всё-таки получилось. Мне было без разницы на его глупые клички, на его грубость, я и правда могла его понять: он хочет назад прежнюю свободную жизнь.

Но когда Ник на мои искренние извинения заявил «Мне просто плевать на тебя», вот это меня, наконец, задело.

Нам обязательно быть злейшими врагами, прямо как в банальных комедиях? Что за проблема – нейтрально друг к другу относиться? За что, интересно, он меня так ненавидит?

Да, мы с папой отличаемся от их круга общения. Мы не привыкли сорить деньгами, люди мы простые. Но это не повод обзывать нас «нищебродами», верно? Я же не называю его тупым мажором? Хотя, очевидно, именно им он и является.

В общем, на следующее утро я решила его игнорировать полностью. Пусть и дальше чувствует себя одиночкой, пока я общаюсь с Ириной и папой.

– Алисочка, в субботу пойдём с тобой по магазинам! – сообщила мне Ирина. – Купим всего, чего твоя душа пожелает, дорогая. Девушки твоего возраста обожают модничать, верно?

Я против воли улыбнулась. Кто вообще говорит «модничать»?

– Спасибо, Ирина, – поблагодарила я. – Но одежды у меня хватает, если честно.

Я покосилась на Ника. Будут ли комментарии? Что-то вроде «странно, что тебя в твоих обносках вообще пустили в школу». Но нет, он молча ел свою яичницу. Даже странно.

И не взглянул на меня ни разу за сегодня. Я даже разозлилась. Это вообще-то я его собралась игнорировать, но он этого и не заметит даже такими темпами!

– Тогда составишь мне компанию? – продолжила Ирина. – Мы только посмотрим, – подмигнула она, – проведём время вместе…

Я испугалась, что она скажет «как мама с дочкой», но она только добавила:

– Отдохнём.

– Ладно, – кивнула я, лишь бы прекратить этот разговор. – Эм… нам уже пора в школу, – покосилась на Ника.

Он молча встал и вышел. Видимо, пошёл к машине.

– Вы повздорили? – нахмурился папа.

– Да нет, – отмахнулась я. – Просто он, видимо, встал не с той ноги.

– Ты что, какие ссоры, – улыбнулась Ирина. – Вчера Алиса так его защищала, убеждала не наказывать его…

Ага. Теперь уже и сама не рада. Надеялась, дура, наладить с Ником отношения. Мне показалось, что я поняла его чувства… Да ничего я не поняла, кроме одного: он – бесчувственный придурок. Не стану больше пытаться ничего с ним налаживать.

Сама не знаю, почему меня вся эта ситуация так задела. Ну и ладно! Не хочу о нём думать! Лучше сосредоточиться на учёбе, всё-таки выпускной класс…

***

– Девочки, общий сбор в туалете! – подлетела к нам Марина. – Новенькая тоже!

Хм, кажется, это не общешкольное мероприятие. Лера с готовностью взяла только что подошедшую меня за руку и потянула в сторону туалетов на первом этаже.

Когда мы подошли, Полина уже прогоняла из туалета стайку восьмиклассниц.

– Брысь отсюда, и чтобы никто не заходил! Лера, Алиска, шевелитесь!

Да что такого страшного случилось, интересно?

Туалеты в этой школе были под стать самой школе. Чистые, просторные, с кабинками и рядом белоснежных раковин. Лера уселась на тумбочку рядом с раковиной и принялась болтать ногами.

Полина с серьёзным видом расхаживала из стороны в сторону. Марина как ни в чем не бывало грызла яблочные чипсы. А я строила догадки: думаю, девчонки будут меня пытать насчет вчерашнего.

– Ну ты даешь! – в конце концов воскликнула Полина. – Ника Золотарёва облила чаем! Да ещё и… ладно, потом. Скажи: вы знакомы?!

Я замялась. Сказать, может, правду? Да Ник меня попросту со свету сживёт. Но не то чтобы я боялась. Просто признать, что мы живём в одном доме, это привлечь к себе внимание всей школы. Мне не дадут спокойно учиться.

– Я его не знаю, – пожала плечами я. Эх, не люблю врать, но иногда приходиться.

– Понятно, значит, ты просто психованная, – заключила Марина.

– Да откуда ей было знать? – вмешалась Лера. – Она новенькая!

– Больше так не делай, новенькая, – посоветовала мне Полина. – Ладно. Есть ещё новости. Готовы? – она выдержала интригующую паузу. – Вчера Ник отказал Вике!

Лера чуть не упала с тумбочки. Изо рта Марины выпал кусок яблочной чипсины. Я же скорее удивилась их реакции, а не тому факту, что Ник кому-то там отказал.

– Ты уверена?! – ахнула Лера.

– Вика мне сама рассказала. Я встретила её в слезах. В общем, он ей позвонил, позвал погулять, она, конечно же, поскакала… – Полина взглянула на меня и пояснила: – Вика с ума по нему сходит. А он вспоминает о ней только в перерывах между другими подружками. Ну так вот: они вроде погуляли. У Вики родителей не было дома, она предложила ему зайти. А он…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.