Юлия Жаркова
Корабль мертвецов

Глава 1 Новая глава жизни

Я затолкала вещи в кожаный чемодан, сдула длинную рыжую челку со лба, чтобы в глаза не лезла, и кулаком врезала по крышке: проклятая штуковина никак не желала вместить в себя все мои вещи. И не сказать, что их было несметное количество – я и так отобрала самое необходимое! Жизненно необходимое! Книги, пару банок абрикосового варенья с косточками (при виде которого я теряю остатки здравого смысла), купленные мной вчера в местной лавке, тёплый зелёный плед, шкатулку с зельями и одежду. Остальное с лёгким сожалением отправила в небытие, филигранно испепелив магическим импульсом.

С улицы в открытое окно доносились звуки активной погрузки студентов академии в наёмные кареты и дилижансы. Учебный год закончился, замок скоро опустеет, но большая часть тех, кто уезжает, вернётся два месяца спустя отдохнувшими и готовыми к новому тяжёлому учебному году, вместе с первокурсниками. Вчера на этажах общежития царила атмосфера… впрочем, нет, не так – этажи замка охватил вселенский хаос. Сборочно-сундуково-чемоданный!

Я основную часть веселья пропустила: утром после завтрака выдержала проверку имущества академии в своей комнате, устроенную совместными усилиями дежурной по этажу и смотрителем. Они пытались придираться, старательно выискивая поломки и царапины, но у меня с бытовой магией проблем не было, и одарить меня напоследок штрафом им не удалось. После экзекуции я отнесла в библиотеку учебные книги, перевязанные бечевкой, забрала у секретаря документы и новенький диплом об окончании академии. Вымотанный хлопотами связанными с окончанием учебного года, секретарь, пытался вежливо объяснить, явившемуся в академию представителю королевского двора, мужчине лет тридцати пяти, что ректор в данный период времени отсутствует на рабочем месте. Аристократичное, но желчное лицо представителя с застывшей на нем выражением надменной брезгливостью, кривилось от недовольства. Просочившись мимо взаимно раздосадованных общением мужчин, забрала протянутую мне секретарем папку и поскорее вымелась из приемной. Торжественное вручение я пропустила, некстати свалившись с простудой после экзаменов. Вернувшись, вытащила вещи из шкафа и тумбочки и горой скинула на кровать поверх покрывала, рядом с чемоданом, а после обеда, ожидая письма из конторы по продаже недвижимости, мерила шагами комнату и собраться нормально так и не смогла – все валилось из рук от нервного ожидания.

Вечером, перед сном, забежали девчонки-однокурсницы – попрощаться. Мы дружно упились чаем, облопались всем тем, что подружки тайно притащили с ужина. Далеко за полночь они наконец-то пожелали разойтись по комнатам, а я решила их проводить. Наложив друг на друга заклятие невидимости и стараясь не шуметь, мы прокрались на цыпочках в коридор, ведь правила академии, запрещающие хождение по территории замка в ночное время, действовали даже в последний день учебного года. Но ушли недалеко: едва не лопаясь от сдерживаемого смеха, невидимками вломились в комнату моей соседки, у которой, оказывается, тоже нашлись неисчерпаемые запасы чая с вкусняшками. Расколдовались и, хихикая, долго придумывали, какое наказание нам светило бы, застукай нас в коридоре смотритель. Варианты мы с каждой минутой выдавали все забавнее и фантастичнее.

После мы, ударившись в ностальгию, вспоминали годы студенчества и пересказывали друг другу свои и чужие смешные и нелепые истории о любимых предметах, лекциях, свиданиях с парнями, прогулках по ярмаркам. Не забыли припомнить долгие часы, проведенные в стылой библиотеке, на практике по магии, боёвке и в оранжерее.

Распрощались окончательно уже утром, когда мимо двери загрохотали шаги проснувшихся и чересчур бодрых (в отличие от порядком осоловевших от бессонной ночи нас) бывших сокурсников.

Вернувшись к себе, я умылась ледяной водой, похлопала по щекам в надежде, что перестану засыпать на ходу. Не помогло, тогда я глотнула бодрящего настоя и тут же закашлялась – варила его сама, надо признаться, что перца с имбирем не пожалела, чуть дым из ушей не пошёл. Вытерла слезы с глаз рукавом кофты, шмыгая носом, практически наощупь сунула пузырёк в шкатулку. Когда в глазах посветлело, зачаровала стоявшие на подоконнике два горшка с комнатными цветами (магическими, вода им была не нужна, а в академии магии, где колдовали много и часто, они чувствовали себя превосходно). Достались мне эти необычные и редкие цветы от предыдущей жилички, я как могла заботилась о них все эти годы, а теперь с трепетом передавала их следующей студентке, которую поселят в эту комнату. Традиция! Настрочив два листа мелким почерком с рекомендациями по уходу (были там и пункты: не читать при цветке вслух дамские романы – чахнет, зато при декламации стихов – начинает шевелить ветвями, зимой переставлять на стол, поближе к лампе – холода не любит) и сложив их в четверо, подсунула под горшок. Настой наконец подействовал и я всё утро носилась по комнате, впопыхах пытаясь впихнуть в чемодан драконью (ладно, преувеличила для красного словца), часть того, что было скоплено мной за шесть лет обучения.

– Да что ж ты, упёртый одежный монстр, не закрываешься? – в раздражении громко возопила я.

Закатала длинные рукава кофты и с грозным рыком, не посрамившим славное семейство кошачьих, начала всю одежду выкидывать из чемодана на кровать. Баночки с вареньем аккуратно сдвинула в угол, утрамбовала компактнее стопки книг, но места для одежды все равно оставалось удручающе мало.

– Я тут проходил мимо твоей комнаты пару раз за утро, и отсюда доносились на редкость подозрительные звуки! А сейчас я такой грозный рык услышал! Кто на тебя напал? Тебя спасать или уже поздно? Ого, на тебя напал твой чемодан, или ты на него?

В дверях, привалившись к косяку и засыпая меня вопросами, обнаружился мой лучший друг Лёшка. Приподняв одну бровь, он старательно изображал серьезность. Застал Лёшка меня в тот момент, когда я, нырнув к самому дну кожаного монстра, выуживала из угла старую записную книжку и пару перьев. Я чуть шею не свернула, обернувшись с перепугу на его голос. Вынырнув, разогнулась и довольно помахала трофеями. Вид, наверное, у меня действительно был тот ещё: растрёпанный, но счастливый. Мой друг с ухмылкой оглядел разбросанные вокруг вещи, удерживая в одной руке настольную лампу с покосившимся зелёным тканевым абажуром, а в другой – тарелку с бутербродами. Я сглотнула: от ночных перекусов остались лишь воспоминания, а с утра я даже корочки не пожевала и кофе не выпила.

– А чего это ты шляешься в женском крыле общежития? – ехидно переспросила я. – Кстати, лампа-то тебе зачем, она ведь, если я не ошибаюсь, из библиотеки?

– По необходимости шляюсь! – он пожал плечами. – Меня назначили дежурным в этом приюте для душевнобольных, я всё утро пытался собраться и одновременно, хоть как-то совладать с академическим хаосом. Отчасти у меня даже это получилось! Лампа да, библиотечная, угадала – она перегорела, – ухмыльнулся он. – По пути меня заловил завхоз и попросил отнести её в хранилище. Так чемодан тебя пытается слопать или нет?

– Нет, он бы мною подавился! – заверила друга. – Я совершенно невкусная, а когда в бешенстве – ещё и ядовитая наверняка, просто пока никто не проверял и в дальнейшем надеюсь, не сподобятся. А этот чемодан со мной давно, он не кусачий, прирученный и одомашненный, но, к сожалению, не очень-то вместительный!

– Да, это общая беда всех чемоданов, особенно прирученных и одомашненных! – деланно серьёзно покивал Лёшка и спросил: – Помощь нужна?

– Нет! Что ты! – замахала я руками. – Тебе самому нужно собираться! Вон, жуёшь прямо на ходу и героически борешься с хаосом! Как же тебя отрывать от дел? Ничего, ещё немного порычу, и всё утрамбую, уверена. Я не только ядовитая, но и упрямая, ты знаешь!

Он поднял глаза к потолку и тяжело вздохнул.

– Я, в отличие от тебя, ещё сюда вернусь после каникул, и утаскивать домой все нажитое имущество мне не обязательно!

– Помню! Счастливец! – я подошла к парню, сцапала с тарелки один бутерброд с сыром, куснула и бодро зажевала.

– Да уж, конечно! Мне ещё год обучаться премудростям магии, а ты – выпускница и свободна, как птица! Вот поди ж ты – от горя стихами заговорил! Упорхнёшь из академии, а у меня на носу выпускные экзамены, поседею и чокнусь.

– И отлично, маг и должен быть с дурнинкой! Возможно, для того экзамены и выдуманы! Чтобы под бдительным присмотром профессоров качественно довести юных магов до нужной придурковатой кондиции. Вдохновение, знаешь ли, штука капризная и черствым прагматикам в руки не даётся! – я ему подмигнула.

– Нет уж, – он важно задрал нос. – Это вам, с факультета – Магических искусств и артефакторики, нужно вдохновение и дурнинка, а я лекарь! Так что мне придётся трепетно беречь психику! Ты поедешь к родителям?

– Нет уж! – передразнила я его. – Я поеду осматривать купленный мною на днях дом!

– Ты купила дом? – он вытаращился на меня с удивлением.

– Да! Вчера, ближе к вечеру, наконец-то пришло письмо с документами и ключами из конторы продавца. Весь день ждала, чуть не поседела, а у него, видите ли, квартальный отчёт! Мой собственный дом, представляешь!

– Поздравляю, Арина! Здорово! – искренне сказал Лёшка.

– Благодарю! Я теперь сама себе хозяйка, поверить своему счастью до конца не могу! К родителям ехать не придётся, они у меня страшно занятые, все в работе и обычно, замечают моё присутствие в доме лишь несколько дней спустя, на первом завтраке, который я не просплю! Напишу им письмо, и весьма удачно, что оно доставляется лично адресату, проигнорировать сложнее! Хотя с ними и не такое бывало. На каникулах не единожды подбирала письма с пола, и сколько они там провалялись – не ведомо.

Лёшка хмыкнул, вручил мне лампу и зашарил рукой по карманам, наконец выудил оттуда стеклянную штуковину на верёвке, похожую на двухцветную черно-зелёную загогулину в белых пятнышках.

– Это что? – озадаченно поинтересовалась я, обнявшись с настольной лампой, от абажура поднялось облачко пыли, я звонко чихнула.

Лампа звякнула, абажур покосился, я поправила его подбородком, руки-то были заняты.

– Подарок к новоселью – портал! Брат прислал на днях. Он, правда, активируется только на одно перемещение! На внешний вид не обращай внимания, он уверял, что так в его представлении выглядит портальный амулет, но я думаю, что он просто схватил первое, что под руку попалось в лавке мелочей и зачаровал, когда сдавал практику по портальным амулетам. Я до дома родителей дотопаю на своих двоих, благо идти не далеко, живу практически на заднем дворе академии, а тебе, я так понимаю, очень даже пригодится, поскорее доберешься до своего нового дома! И чемодан можешь не закрывать, магией зафиксируй или верёвкой перевяжи!

Благодарно кивнула, сунула портал в глубокий карман длинного зелёного платья. В следующую секунду я, вместе с лампой, повизгивая от радости, повисла у него на шее. Он тихо крякнул и начал заваливаться под моей тяжестью прямо в дверной проём. Я в последний момент в панике ухватилась за дверную ручку, и мы вывалились в коридор, но чудом устояли на ногах. Дверь с диким стуком захлопнулась, я повисла на ручке. Лёшка, что показательно, двигаясь спиной вперёд на полусогнутых ногах, успел сунуть в рот последний бутерброд, спасая его от падения. Я выпустила лампу из рук из-за резкого торможения, и она полетела на пол, мы с Лёшкой одновременно запустили в неё заклятиями статиса. Она зависла в полуметре от деревянного настила коридора. Лёшка при этом колдовал не свободной рукой, а энергично махал пустой тарелкой. Тарелка, умничка такая, справилась с ролью магического проводника на отлично.

Переглянулись с Лёшкой и согнулись пополам, задыхаясь от смеха, а потом сползли на пол. Так и сидели, хохоча, посреди опустевшего коридора общежития магической академии с зависшей неподалеку в воздухе лампой, которая неожиданно мигнула и засияла тусклым зеленым светом.

– Арина, ты частенько напоминаешь вызванный магом-недоучкой ураган! – вытирая слёзы с глаз, наконец выдавил парень.

– Что поделать, – пригорюнилась я, состроив жалостливую физиономию. – Но ты всегда меня сдерживал, как я теперь без тебя?

– Не пропадешь, я в тебя верю! – он поднялся с пола, отряхнул брюки и протянул мне руку. Я схватилась за неё и поднялась на ноги, колени всё ещё были ватные. Подергала ручку двери, и, как ни странно, она выдержала мой вес, замок не защёлкнулся, и сама дверь уцелела. Потирая поясницу, я вернулась в комнату. Лёшка подхватил лампу и сунул в дверь нос.

– Напиши, как доберешься! И жду от тебя письмо с описью дома во всех подробностях!

Я засмеялась и пообещала:

– Да, от этого тебе не увернуться, уж опишу, так опишу! Как в прошлый раз, часа в три ночи, плохо заточенным пером. Потом ты будешь мне цитировать из письма выдержки, интересуясь, в каком иностранном словаре я откопала такие занятные слова.

– Непременно! Я в прошлый раз половину утра расшифровывал твои каракули, на этот раз тоже, думаю, справлюсь! Заодно расширю свой словарный запас! – заверил он меня, широко улыбнулся и испарился.

Я осмотрела воцарившийся благодаря моим стараниям на кровати бардак, вдохнула, выдохнула, сосредоточилась, распрямила плечи и взмахнула рукой. Вещи вперемешку ухнули в чемодан, резко захлопнув крышку, я запечатала её заклятием. Стянула растрепанные длинные волосы в высокий хвост и плюхнулась на кровать. Последний раз осмотрела комнату, в которой провела последние шесть лет: небольшая, прямоугольная, с круглым окном, двумя горшками с цветами. Сейчас она была удручающе пустой и неуютной. Повздыхав ещё пару минут, я вытащила из кармана портал, вцепилась в ручку чемодана, закрыла глаза и вспомнила адрес моего нового дома, начертав его перед мысленным взором огненными буквами.

В лицо ударил свежий ветер, я прикрыла глаза ладонью, подол платья обернулся вокруг лодыжек, капюшон кофты нахлобучился на голову. Ручка чемодана осталась в моей руке, а сам чемодан плюхнулся на тропинку, но заклятие крепко удерживало крышку, и мои вещи не рассыпались в дорожной пыли.