Алеан Сон
Путешествие к себе

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

Это было в 1959-ом году. На одном из хайвэев Иллинойса, прямо на выезде из Чикаго, одиноко стояло кафе «У Бонни». Бонни Барзагли получила свое заведение от ее отца – капо семьи Карделини Джанлуиджи Барзагли. Поэтому все, кто останавливался у ресторанчика, вели себя и внутри, и на парковке спокойно и вежливо даже с теми, с кем обычно воевали. А еще Бонни любила приглашать к себе в кабак выступить разных артистов, о которых им привозили вести любители опрокинуть по стакану бурбона по дороге. Поэтому по всему штату знали о местечке, где ты можешь расслабиться, выпить, послушать хорошую музыку, и при этом не получить в голову. Я тоже слышал об этом месте, когда жил в Спрингфилде, и теперь, когда я уезжаю на Западное Побережье, пришло время наконец-то посетить это легендарное заведение. На самом деле, я хотел побывать на концерте Гэвина Лоуренса. Его история для меня была загадкой. Пару лет назад, в 55-ом он с Элис Ричардсон был на вершине хит-парадов. Потом резко пропала Элис, а ее место в дуэте заняла Агата Фрей. А через полгода и сам Гэвин исчез из публичного поля. При этом Агата до сих пор поет сольно, а на сцену с большим успехом полтора года назад вернулась Элис. И вот я случайно узнаю, что Гэвин стал снова, как и до 55-го, играть по кабакам. У Бонни он играл под псевдонимом, но мой старый друг – Марио Гальперо, бывший боец семьи Кастелло, – рассказал мне по секрету, кто сейчас играет на саксе в придорожном кафе.

Однако мне пришлось задержаться почти на две недели в Спрингфилде. Поэтому, когда я направился к Бонни, надежда на то, что я встречу там Лоуренса, начала таять. Возле входа несколько подозрительных ребят договаривались о встрече на отдаленном пустыре, где они смогут выяснить отношения без посторонних глаз. Внутри все гудели, свет мерцал, а в дальнем углу ревело дешевое пианино. Но саксофона я не слышал, и это означало, что Лоуренс действительно уехал. Я расположился за барной стойкой и заказал колу. Через какое-то время вместо бармена подошла Бонни.

– Это ты – товарищ Гальперо? – спросила она без каких-либо церемоний?

– А ты, как я понимаю, та самая Бонни, которую бояться по всему востоку? – не теряясь, ответил я красавице.

– А это так обо мне говорят в Спрингфилде?

– Так о тебе говорят по всем соседним штатам.

– Мило. А ты на сухом? Я слышала, ребята Гальперо предпочитают что-то крепкое.

– Мне еще на запад долго ехать. Вот, решил заехать и послушать саксофониста, которого советовал Марио. Его, кажется, звали Гэвин.

– А, Лоуренс…он уехал.

– Может, если мы сможем договориться, после работы ты мне расскажешь, куда и почему Гэвин уехал?

– Вообще, я не выдаю своих артистов, но…возможно, нам получится договориться.

Я никуда не торопился, поэтому для меня не было проблемой прождать еще 5 часов в забегаловке Бонни. И вот, наконец-то, наступил конец рабочего дня, и мы с Бонни расположились за отдельным столиком, пока ее прислуга прибирала заведение. Бонни взяла бутылку бурбона и поведала мне истории Гэвина Лоуренса.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ – ИСТОРИЯ ГЭВИНА И ЭЛИС (СЛОВАМИ БОННИ).

Знаешь ты или нет, но, когда я приглашаю к себе кого-то выступать, я стараюсь узнать все, что возможно, о своем будущем коллеге. И Гэвин, когда три месяца назад ко мне приехал, оказался весьма разговорчивым. Я ему, в какой-то степени, даже посочувствовала. Возможно. Но…в общем, сам решишь.

5 лет назад Гэвин играл на саксе в ресторанах в Калифорнии. Причем через друзей он пробился сначала в Сан-Диего, а потом в какой-то клуб в район Голливудских Холмов. Правда он все еще оставался, хоть и очень талантливым, но невостребованным композитором. Своих песен у него тогда не было. И вот, в 54-ом он знакомится с Элис Ричардсон. Их познакомил Джек Шрайер, друг Гэвина с детства: их братья были сослуживцами в Нормандии и Италии, а в 50-ых вместе уехали в Корею. Как Джек переехал из Орегона в Калифорнию, и как он познакомился с Элис, я не в курсе. Гэвин тоже не знал. Вроде как, Джек был коммивояжёром, пока не начал пробовать писать стихи, и на каких-то дешевых поэтических курсах в Сан-Франциско познакомился с Элис. С того времени Джек и Элис подружились и начали работать вместе: он искал клиентов на ее стихи, а она, собственно, писала. Они тоже путешествовали с этим по всей Калифорнии, пока судьба не свела их с Гэвином.

Для Гэвина и Элис это было огромной удачей. Сам посуди: он отлично писал музыку, она уже тогда была прекрасной поэтессой, да еще и пела отлично, гораздо лучше, чем Гэвин. Правда, каким-то образом Элис удавалось скрывать, что не она пишет стихи, а Джек. Зачем она это делала, я не смогу объяснить. Честно. Вроде как, она стеснялась этого. Не хотела, чтобы слишком много внимания было к тому, что она – поэтесса. И я бы это поняла, поэзия – это действительно что-то очень личное. Но скрывать это от того, с кем делаешь музыку и встречаешься…ну, это странно, как минимум. Да и Гэвина в этом плане обмануть оказалось достаточно легко. Джек и сам что-то пописывал, но до уровня Элис ему откровенно было далеко. Мне Гэвин показывал какие-то стихи именно Джека, которые у него сохранились: ну, там видна разница в уровне. Но ладно, это их дело. В общем, это прекрасное творчество осталось только все это раскрутить. Для экономии они все переехали в одну небольшую трехкомнатную квартиру совсем на окраине. Ночами Элис писала стихи, Гэвин – музыку, а днем они все это собирали вместе, пока Джек бегал по всему Лос-Анджелесу, стараясь выбить парочке запись. Конечно, в какой-то момент у Элис и Гэвина появилось что-то большее, чем творчество. Тут, как говорится, к этому все шло, в любом случае. Элис уже тогда было 25, а Гэвину давно было за 30. В общем, ты понимаешь, тут все было вопросом времени. Вскоре они переехали в другую квартиру на две комнаты, где Гэвин и Элис стали спать в одной постели. Как в этих условиях она умудрилась продолжить скрывать свое авторство, я совершенно отказыва.сь понимать.

В какой-то момент они начали написанные вместе песни играть в том кабаке, где выступал Гэвин. Сначала владелец кабака, – по-моему, это был ирландец по фамилии Финиган, – был против самодельной музыки, но все-таки дал дуэту возможность сыграть пару композиций. И публика была в восторге. Даже учитывая, что туда захаживали и те, кто мог себе позволить по 20 билетов на Синатру, причем вместе с перелетом. И среди вот таких особых посетителей нашелся мужик по имени Генри Райт. С какими-такими силами он был связан, я сказать не могу, только Гэвин рассказывал, как Райт после одно из выступлений в январе 55-го пришел к ним за кулисы и сказал, что ничего подобного не видел, и предложил им попробовать себя на радио. Плюс он обещал оплатить запись. Троица была очень рада такому развитию событий.

Конечно, они быстро поняли, в чем подвох, когда взглянули на контракт. Целых 85% студия и Райт забирали себе, по 6% доставалось Гэвину и Джек, и только 3% уходило Элис как певице. Опять же, я бы тогда выступила с тем, что это я здесь пишу, дайте мне равную долю, но Элис почему-то продолжала молчать. Черт с ним, это ее дело. Но ребята, даже с таким кабальным контрактом, долго думать не стали и подписали. Это нам с тобой тяжело понять, почему они не ушли, громко хлопнув дверью. Но когда ты на двоих получаешь дай бог пятерку за вечер…ну, это заставляет соглашаться даже на такие шансы. В общем, вариантов у них особых не было: либо бросить мечту и заниматься дальше игрой по кабакам, выживая на мизерный доход, либо рискнуть. В конце концов, это же процент, а не фикс. Так оно и получилось. Первые 5 композиций они с ансамблем записали уже к февралю, и ко Дню Святого Валентина их первые песни попали на радио.

Успех не заставил себя ждать. Их первая пластинка продалась каким-то бешеным тиражом. Их даже пригласили на радио в День Независимости и на рождественские эфиры. Райт решил арендовать троице дом. В общем, жизнь начала бить ключом. Правда в этой схеме было одно «но». И это «но» было в Гэвине. Понимаешь, он стал пользоваться большой популярностью. И к нему начали липнуть дамы. Они с Элис тогда уже давно встречались, даже были помолвлены, и, понятное дело, ей все это очень не нравилось. Гэвин в красках рассказывал про их скандалы по этому поводу, но, если сначала после скандалов он шел к невесте в спальню, то где-то с 55-го он начал ходить в рестораны. И в одном из них в марте 55-го он знакомится с начинающей певицей по имени Агата Фрей.

Агата, судя по тому, как ее описал Гэвин, была женщиной с гораздо более сильным характером, чем Элис. Агата была молодой певицей и с первого знакомства с Гэвином решила взять быка за рога. Поскольку Гэвин был уверен, что Элис в их трио – всего лишь певица, Агате не составило большого труда убедить Лоуренса, что Агата – более талантливая певица, чем Элис. Возможно, так и есть, я не особо разбираюсь в женских голосах. Естественно, у Гэвина с Агатой начался роман. Судя по стихам Элис, она очень любила Гэвина, поэтому, хоть и ревновала, оставалась рядом. А Джек, видимо, в какой-то момент влюбился в Элис. Потому что то, что произошло в конце 55-го, я, кроме как сумасшедшей во всех смыслах влюбленностью объяснить не могу.

Но до этого пока рано. Пока все шло к тому, что Гэвин решил представить Агату Райту. Агата за месяц их романа так крепко села на уши Гэвину, что смогла убедить его, что только он тянет семью, и Элис ему не нужна. Что хорошего поэта можно найти, а Агата будет лучшей певицей и более благодарной женой. Конечно, Агате, скорее всего, плевать было на Гэвина как на мужчину: она карьеру строила. А всегда было известно, как лучше пробить мужика. В общем, Гэвин поплыл. В апреле, перед концертами в северных штатах, Гэвин познакомил Райта и Агату. Райт, я думаю, сразу раскусил Агату, но он был женат, поэтому Агата не стала садиться ему на шею и осталась окучивать Гэвина. Но при этом Агата очень понравилась Райту, гораздо больше, чем Элис. Контракт после тура между Райтом и трио заканчивался. Поэтому, после успешного тура, в июне Гэвин расстался с Элис. Райт не захотел продлевать контракт с Элис. Но почему-то от предложенного контракта отказался Джек. Более того, Джек отказался от старых песен, которые тогда на радио крутили 24/7. Естественно, Гэвин попытался поговорить с Джеком, какого черта он-то решил уйти. И Джек сказал, что все его песни были посвящены его возлюбленной, некоей Мэгги. И в мае 55-го Джек узнал, что Мэгги вышла замуж и уехала на Восточное Побережье. Что-то еще Джек в тот момент отказался объяснять. Гэвин отказался это понимать, и они с Джеком очень сильно поссорились. Джек пытался объяснить Гэвину, что Агату будет его доить до последнего, а потом бросить, но Гэвин в тот момент отказывался в это верить. И так Гэвин стал работать с Агатой, а Элис и Джек навсегда уехали из Калифорнии куда-то, куда Гэвин не знал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.