Татьяна Камская
Между небом и землёй

Глава 1

Это случилось в пятницу. Я точно помню, потому что на той неделе судьба каждый день испытывала меня на прочность.

В понедельник оторвалась ручка у сумочки. Во вторник я пролила чай на важный документ. В среду меня затопили соседи сверху. До глубокой ночи я провозилась с вёдрами и тряпками, а в четверг проспала и опоздала на работу.

Поэтому в пятницу я очень удивилась, когда узнала, что какой-то очень далёкий и совершенно неизвестный родственник оставил мне наследство.

Папа сказал, что о человеке по имени Эдуард Верблюдов никогда не слышал. Мама предположила, что это может быть кто-то из двоюродных братьев её бабушки. Подумать только: Эдуард, да ещё Верблюдов. Я сразу представила цирковые афиши начала XX века, когда в словах ещё писали буквы «ер» и «ять». На этих афишах были нарисованы жонглёры на смешных велосипедах и дрессировщицы в пышных платьях с корсетами. Дрессировщицы держали в руках обруч, через который прыгали дрессированные пудели. Эдуард Верблюдов хорошо смотрелся бы рядом в образе фокусника – с волшебной палочкой и в чёрном плаще с красной подкладкой.

Что удивительно, сей гражданин завещал мне вовсе не цилиндр с белым кроликом, а дом в деревне Горшки. Это километров двести на север, если по прямой. Вот только по прямой туда не доехать – тайга.

Моя подруга Жанна отнеслась к новости с трезвым прагматизмом, как и положено бухгалтеру:

– В случае чего продашь. Ну или под дачу приспособишь.

– Да туда добираться полдня. И ещё нужно поискать дураков, которые захотят купить дом в такой глухомани.

– Вечно ты всё воспринимаешь в негативном ключе, Машка, – заметила Жанна. – А по-моему, это знак свыше. Перед тобой открываются новые горизонты.

– Угу, – меланхолично отозвалась я.

В ту пору я ещё не подозревала, насколько Жанна оказалась права.

* * *

…Почти месяц я собиралась с духом, чтобы нанести визит в деревню Горшки. Мне совершенно не хотелось трястись пять часов в автобусе, а потом ещё тащиться чёрт знает сколько километров пешком. Но загадочный Верблюдов вместе со своим загадочным завещанием не давал мне покоя. Да и в конце концов, это же домик в деревне – какая-никакая, а недвижимость.

Любопытство взяло верх над ленью. Я выпросила на работе отпуск, собрала рюкзачок с минимумом вещей и закачала на телефон несколько книжек, чтобы было чем занять себя в дороге. Вернуться я рассчитывала в тот же день, в крайнем случае – на следующий. Ведь у меня же есть дом, в котором я наверняка смогу переночевать. Теоретически. Не знаю, с чего я взяла, что там будет где и на чём спать.

Автобус наполнился почти под завязку ещё на автобусной станции – и не только пассажирами, но и огромными сумками, которые заняли весь проход. Мне кое-как удалось проскользнуть на своё место у окна. Я ещё не успела толком устроиться, как рядом плюхнулся дядечка лет шестидесяти с животом-арбузом. Он покосился на меня, оценил мою комплекцию и сообщил, игриво подмигнув:

– Теперь до конца с нами поедешь.

Я хотела ответить, что выйду там, где мне нужно, а если понадобится, то пройду прямо по нему, но это означало вступить в диалог, а мне было лень. Я просто отвернулась к окну и закрыла глаза, сделав вид, что сплю.

Посадка продолжалась ещё минут десять. Я слышала обрывки чужих разговоров, возню на соседнем сиденье, требовательные возгласы детей и шарканье ног по полу. Потом автобус тронулся с места, и мы поехали.

Про неожиданное наследство я к тому времени уже перестала думать. Я просто знала, что должна поставить точку в этом вопросе, и всё. Меня больше беспокоило, не оставила ли я на работе каких-то незавершённых дел, и что нужно, наконец, вызвать сантехника, чтобы поменять прокладки в смесителе. В голове вереницей проносились образы и обрывочные воспоминания. Сначала память подсунула мне сцену из одного комедийного сериала, потом перед глазами ни с того ни с сего предстал кабинет стоматологии, куда я хожу лечить зубы. В следующий миг мысли почему-то перескочили на соседей по лестничной клетке, которые заставили весь тамбур своими шкафами, лыжами и велосипедами – так, что мне приходилось бочком пробираться к выходу. Наверное, чтобы утешить меня, воображение тут же нарисовало баночку вишнёвого варенья. Всё-таки, занятное это устройство – человеческий мозг.

Пока мы ехали по городу, я развлекала себя тем, что смотрела на вывески, витрины и прохожих. Потом начались бесконечные поля, за ними – лес с редкими вкраплениями одиноких заправочных станций, магазинчиков и дачных посёлков. Я решила подремать, но тут меня привёл в чувство толчок в бок.

Я открыла глаза и медленно повернула голову.

– Держи-ка, – сказал мой сосед, протягивая мне чебурек.

– Нет, спасибо, – вежливо поблагодарила я.

Ещё чего! Непонятно, из какого мяса это угощение сделано, и откуда он его вытащил.

На коленях у дядечки стояла раскрытая сумка, их которой выглядывал край полиэтиленового пакета и верхушка термоса. Похоже, товарищ был опытным путешественником.

– Ты до какой остановки едешь? – не отставал дядечка, продолжая держать чебурек у меня перед носом.

– Горшки.

– Тю! Это ещё часа три пилить, как минимум. Давай, ешь. Мне дочка собрала в дорогу.

Эти бесхитростные слова заставили меня отнестись к попутчику с большей теплотой. Я потянулась и взяла чебурек из его рук:

– Спасибо. Приятного аппетита.

– И тебе, – кивнул он. – Дочка у меня такого же возраста, как ты. Тоже самостоятельная.

Ах, знал бы он, какая я самостоятельная… Кран в ванной не могу полгода починить.

Вопреки моим предубеждениям, дядечка не собирался завязывать беседу. Он доел свои припасы, потом извлёк из сумки пакетик с влажными салфетками, обтёр крышку термоса и налил в неё чай.

– На вот, горяченького попей.

Это всё ещё было за рамками моих представлений о гигиене, но, тем не менее, я не отказалась, потому что и правда хотела пить.

– А вы оттуда? – спросила я, сделав пару глотков, и указала в направлении движения автобуса.

– Так точно, – ответил мой попутчик. – Не поверишь, я даже был председателем колхоза.

– Почему не поверю?

– Потому что было мне тогда двадцать шесть лет, – пояснил он не то с гордостью за себя, не то с ностальгией о прошедшей молодости.

Возможно, он ждал, что я в ответ тоже что-нибудь расскажу о себе, но я лишь улыбнулась, вернула ему крышку и снова стала смотреть в окно.

Спустя какое-то время мне это надоело, и я достала из кармана телефон, собираясь поиграть в игры или почитать. Я постреляла по цветным шарикам, попробовала собирать паззлы. По моим ощущениям, на это ушло не больше часа. До конца поездки всё ещё было очень далеко. Тогда я проинспектировала свою коллекцию электронных книг и принялась за детектив. Жанр не из числа моих любимых, но мне понравился язык автора – живой и образный. В конце концов, чтение меня так захватило, что я на некоторое время выпала из реальности и едва не пропустила свою остановку.

К счастью, попутчик выручил меня и на этот раз: наклонился к моему плечу и предупредил, что мы подъезжаем. Я поблагодарила его, пожелала счастливого пути и начала пробираться к выходу.

Автобус высадил меня возле одной из тех бетонных остановок, внешний вид которых не менялся, наверное, лет пятьдесят. По одну сторону дороги виднелись поля, за ними – лес. На той стороне, где стояла я, наблюдались признаки цивилизации: по крайней мере, я заметила несколько одноэтажных домиков, окружённых забором.

Закинув рюкзак на одно плечо, я двинулась в ту сторону. Перед поездкой я несколько раз рассматривала карту и знала, что дом Верблюдова находится на выселках. Мне нужно было пройти через всю деревню и ещё чуть-чуть, чтобы попасть туда. Но теперь, оказавшись на месте, я обнаружила, что карта не вполне совпадает с реальным положением дел. Например, в том месте, где на плане была проведена тонкая коричневая линия, изображавшая просеку, оказалась улица из шести или семи домов.

Нужно было спросить дорогу, только вот на пути мне, как назло, никто не попадался. На моё счастье, скоро я заметила маленький продуктовый магазинчик. На его крыльце сидел мужичок в чёрных штанах и серой майке. На ногах у него были зелёные пластиковые сандалии.

Обычно я предпочитаю не общаться с таким контингентом, но тут выбора у меня не было. Я осторожно приблизилась и кашлянула, чтобы привлечь внимание аборигена.

– Простите, – сказала я. – Мне нужно найти дом. По карте он в той стороне, но я не знаю, как туда пройти.

Абориген посмотрел на меня без особого интереса. Зато я невольно задержала взгляд на его лице: у мужичка были удивительно яркие и светлые голубые глаза.

– Тебе на починки, что ли? – спросил он, не мигая.

– Я не знаю. Вот.

Я показала ему карту на смартфоне и ткнула пальцем. Он ответил, продолжая смотреть на меня, а не на экран:

– Сейчас дойдёшь до конца улицы, свернёшь налево. За трансформаторной будкой начнётся просёлочная дорога. Иди по ней, пока не увидишь указатель «Глушково». Там поворот направо, тебе туда. Потом будет развилка – снова сворачивай направо и иди по просеке.

– А это далеко?

– Минут за пятнадцать-двадцать дойдёшь, если будешь быстро шагать.

Мужичок даже не поинтересовался, кто я такая, откуда и зачем приехала, хотя деревенские обычно любопытны. Впрочем, что я знаю о жителях деревни? Поблагодарив его, я поправила лямку рюкзачка и потопала по указанному маршруту.

Чтобы ничего не забыть, я сочинила мнемонику:

«Глушково – направо, развилка – направо, а дальше всё прямо до самого дома».

Рифма, конечно, так себе, но зато информация надёжно закрепилась в памяти, что и требовалось.

Глава 2

Я поняла, что заблудилась, когда дом не показался ни через четверть часа, ни через час. Тропинка еле виднелась среди высокой травы, и повсюду был лес – суровый, неприветливый. Мне начало казаться, что я слышу какой-то хруст в кустах. Лось? А вдруг медведь? У меня вспотели ладони.

– Есть тут кто-нибудь? – крикнула я тоненьким и жалким голоском.

Ни звука в ответ. Я постояла, покрутила головой туда-сюда, набрала в грудь побольше воздуха и продолжила:

– Ау-у!!! Лю-у-ди!!!

Не знаю, на что я надеялась. Было очевидно, что в радиусе по меньшей мере пяти километров нет ни одной живой души. Тут можно было встретить разве что призрак Эдуарда Верблюдова. Я и на это была согласна: в конце концов, не убьёт же он свою наследницу. По крайней мере, я бы узнала, кто он такой, и чем я заслужила щедрый подарок.

Я с грустью посмотрела на небо, словно там можно было найти ответы на мои вопросы. Если я хотела успеть на последний автобус, то нужно было топать назад, а не стоять посреди леса, разинув рот. Но я не была уверена, что смогу найти обратную дорогу. От карты в телефоне было мало толку: всё вокруг закрашено сплошным зелёным цветом. Не продираться же напрямик через лес? А по тропинкам я могла кружить тут часами.

Размышляя так, я продолжала смотреть вглубь просеки, и тут спиной почувствовала чьё-то присутствие. Я не слышала ни шороха, ни звука шагов, но буквально кожей ощущала, что сзади меня кто-то есть.

Медведь? Я обмякла. Меня хоть и зовут Машей, но ситуация представлялась совсем не сказочной. От страха меня парализовало: я боялась даже оглянуться и посмотреть, что за зверь там стоит.

За моей спиной кто-то кашлянул. Сухой кашель, словно треск сломанной ветки.

– Не подходи!!! – В отчаянии заорала я и крепко зажмурилась.

Кажется, на меня никто не собирался нападать. Я осторожно приоткрыла один глаз и так же осторожно повернулась.

Метрах в трёх от меня на тропинке сидел огромный чёрный пёс и с заинтересованным видом смотрел в мою сторону. Его пасть была приоткрыта, и, клянусь, мне показалось в тот момент, что пёс улыбается. Улыбочка была ехидной, как и прищур его коричневых глаз.

Я слышала о собаках, которые в горах спасают заблудившихся туристов. Может, и этот пёс выведет меня к людям? Он не проявлял агрессии, но его размер меня пугал. А ещё больше страха внушали здоровенные белые клыки этой псины.

– Ты что тут делаешь, Красная Шапочка? – Неожиданно услышала я возле своего уха и резко обернулась.

Рядом стоял парень лет тридцати на вид, в джинсах и ветровке жёлтого цвета. Под ветровкой виднелась чёрная футболка с какой-то надписью, но в тот момент надпись интересовала меня меньше всего. Я уставилась на его лицо. У незнакомца были светлые, почти белые волосы и загорелое лицо с тёмными широкими бровями. Он смотрел на меня голубыми глазами – почему-то с тем же ехидным выражением, что и пёс.

Я и сама не коротышка, но в этом парне роста было метра два. И он явно не пропускал в спортзале день рук, ног, спины и вообще всего. Но самое главное – я понятия не имела, как такой лось мог неслышно подкрасться ко мне из-за кустов.

Я замерла. Какое-то время мы просто стояли и смотрели друг на друга. Я понимала, что шансов спастись бегством у меня нет. В спарринге я незнакомцу тоже проиграю, хотя я могла бы выиграть для себя несколько секунд, пнув ему по колену.

Похоже, парень догадался, что напугал меня своим неожиданным появлением. Он сделал шаг назад и развёл руки в стороны:

– Ладно, успокойся, я не кусаюсь. Просто услышал твой крик.

Я продолжала смотреть на него с недоверием:

– Э-э… Ты местный?

Оригинальный вопрос, ничего не скажешь. Нет, он тут проездом по пути в соседнюю галактику.

– Ну, положим, – парень внимательно измерил меня взглядом, как рулеткой.

– Я немного заблудилась.

– Да ну?

Его нахальный тон мне не нравился. Но этот блондинистый качок был единственным живым существом, которого я встретила за последние полтора часа. Не считая, конечно, собаки.

– Где-то здесь должен быть дом. Я шла в точности так, как мне сказали: перед указателем «Глушково» повернуть направо, пройти до развилки по просеке, потом ещё раз направо…

– А тебе зачем этот дом?

Теперь уже я окинула здоровяка изучающим взглядом. Что это я так разоткровенничалась с ним? А вдруг он маньяк какой-нибудь?

– А это важно? Если знаешь дорогу, то просто подскажи. И можешь идти дальше, куда шёл.

– Ты всегда такая грубая с незнакомыми людьми?

– Нет, только когда они задают много вопросов, – дерзко ответила я и тут же пожалела о своих словах.

Сейчас парень повернётся и уйдёт, и что я буду делать? Останусь в лесу куковать? Телефон наполовину разряжен, еды с собой толком никакой нет. Придётся в итоге вызывать спасателей и потом краснеть, что заблудилась в трёх соснах.

– Слушай, – начала я виноватым тоном, – не принимай на свой счёт, я просто ужасно злая. Сначала добиралась сюда пять часов, а потом ещё чёрт знает сколько времени кружила по лесу. И тут из кустов вылезает незнакомец… Попробуй представить моё состояние. Я же не прошу у тебя чего-то невозможного, просто скажи, как мне отыскать этот чёртов дом. Ну, или хотя бы как выйти к деревне. Мне уже всё равно.

Блондин слушал и размышлял, рассматривая мою переносицу.

– Идём, провожу тебя. А то опять свернёшь не туда.

– Да не нужно. – Холодок тревоги пробежал по моей спине.

– Не бойся, не съем, – парень посмотрел на пса: – И он тоже.

– Это твоя собака?

– Не совсем. Просто живёт со мной.

В его словах было некоторое противоречие, но в тот момент мне было всё равно. Я устала и жутко хотела есть. А ещё – в туалет.

– А далеко идти?

– Не-а.

Я мысленно поблагодарила судьбу за то, что она послала мне этого ангела-спасителя. Пусть даже несколько высокомерного.

Какое-то время мы шли молча: пёс – впереди, а за ним я и мой провожатый в жёлтой ветровке. Я шагала рядом, немного нервно вцепившись в лямку рюкзачка. Непонятно, какие намерения у этого парня и куда он меня заведёт. Моя ноша весила килограмма три, не больше, но я, наверное, смогла бы оглушить его, использовав фактор неожиданности.

– Так что у тебя за дела с этим домом? – Снова поинтересовался мой попутчик.

– Я вроде как новая хозяйка.

Пёс остановился, обернулся и сел, посмотрев на хозяина. Двухметровый блондин тоже остановился и посмотрел на пса. Это была очень странная сцена. Мне показалось, что эти двое общаются телепатически.

– Ты? Хозяйка?

Я решительно не понимала, почему какому-то случайному парню есть до этого дело. Но, поскольку он вызвался проводить меня, я старалась быть вежливой:

– Я сама удивлена. Но дом мне перешёл по наследству.

– Так ты – родственница… – он на секунду умолк, словно бы подбирая слова: – …Прежнего хозяина?

Похоже, парень сильно удивился, но причина его удивления была мне неясна.

– Сказать по правде, я его вообще не знаю. Некто Эдуард Верблюдов. Из деревни Горшки, что звучит ещё забавнее.

– А тебя как зовут?

– Маша. – Я скосила глаза в его сторону: – А ты сам-то представишься?

Он посмотрел сначала на меня, потом на своего пса, потом куда-то вдаль и снова на меня.

– Ян, – сказал он затем.

– Довольно редкое имя. Польское или прибалтийское, да? Наверное, и фамилия тоже необычная?

– Пржевальский.

– Серьёзно? Как лошадь?

– Как географ, – сухо поправил новый знакомый.

Мне стало немного стыдно.

– Извини, глупость сморозила. Просто первая мысль…

– Давай, пошли уже.

Похоже, гордость моего высокорослого спутника была задета, потому что в следующие две минуты он не произнёс ни слова. Но это и не требовалось, потому что как только мы вышли из леса, я наконец-то увидела своё наследство.

Это был большой одноэтажный дом, крепкий на вид, сложенный из толстых брёвен. Двускатная крыша покрыта блестящей коричневой черепицей, по фасаду – три окна. Крыльцо крытое, с тамбуром. Вокруг дома – забор из аккуратно прилаженных друг к другу дощечек. Дом не сказать, чтобы шикарный, но и не развалина. Моё сердце вдруг радостно затрепетало. Я понятия не имела, зачем мне этот дом и что я буду в нём делать, но мне тут уже нравилось.

Пока я стояла и разглядывала свои владения, Ян молча и, как мне показалось, с интересом наблюдал за мной.

– А как мне внутрь попасть? – спохватилась я.

– Давай посмотрим. – Мой спутник сделал жест рукой, пропуская меня вперёд.

Мы поднялись на крыльцо. Дверь коричневого цвета была добротной, металлической: даже удивительно, что её до сих пор никто не стащил. Но как раз потому, что входная дверь была такой крепкой, шансов открыть её у меня не было. В этом я убедилась, подёргав за ручку.

– Эх!..

Из моей груди вырвался вздох разочарования. Получается, зря я столько времени сюда тащилась? Тряслась в автобусе, брела пешком по лесу? Обжигала руки крапивой?

– Проклятье, – пробормотала я, уронив рюкзак на пол.

Ян Пржевальский хмыкнул, достал из кармана ключи и открыл замок.