Евгений Бадыгов
Приключения Крыжля

Введение

Эту историю мне рассказал соседский мальчишка.

Однажды вечером на лавочке я сидел, курил папироску, а он стоял рядом, грыз морковку.

– Дядька Егор, а растения живые?

– Какие?

– Да, вот, например, морковка.

– Конечно, – я почесал затылок, – все живые, и морковка твоя и капуста, и трава под ногами.

– А свекла?

– И она тоже.

Он вдруг перестал есть, бережно положил огрызок на ладони и уставился на него жалостливым взглядом.

– Ты что это, Дим?

– Ей, наверное, больно, когда я ее зубами?

– Да нет, фантазер ты какой, – посмеялся я над ним.

Позже я стал замечать мальчика в огороде. Ребенок ходил между ростками свеклы, лука, картошки и мне казалось он беседует с ними.

«Бог с ним, мало ли на что способно детское воображение, может он с собой, песни какие напевает».

Заходило солнце, обжигая последним жаром дубовую рощу. Люди выходили со дворов встречать скотину с пастбища, слышался свист пастушьего кнута и матерная ругань. Ко мне подошел сосед – отец Димки Иван Иванович и попросил закурить. Я его угостил, мы курили, сладко выпуская клубы дыма.

– Иван, а Димка-то на агронома, наверное, пойдет учиться – вон как интересуется.

– Да-к кто его знает-то, мал еще, в школе небось наплели что-нибудь, вот и лазает на огороде теперь, – Иванович закашлялся, выругался и сплюнул.

– Хорош табак у тебя Егор, угостишь семенами?

– Да, а то, отсыплю конечно.

Сосед мужик хороший, бывало поможет с огородом, с сеном, а то я ему, так и жили в ладу.

Коровы шли медленно – полные, сытые, теряя позади большие лепешки навоза, раскидывая его хвостами. Наполненные молоком вымя мерно раскачивались, а бабы хвалили каждая свою корову.

– Маруська молодец, полный бидончик несет.

– Да что-Маруська-то твоя, вот Звездочка, глянь-ка, ведер пять несет.

Так и спорили пока корова не зайдет на двор. Хозяйки шли за ними, прикрывая калитки.

Я не спешил, вместо суеты снова присел на лавочку и наслаждался жизнью, ведь она есть воздух, а мы как эти Димкины растения. Также дышим, также пьем и растем. Малец подсел и застенчиво заговорил, пряча глаза.

– Дядь Егор, хочешь я тебе сказку расскажу, сам сочинил. Только не смейся.

– Давай парень рассказывай, не робей. Посидим, пока не стемнело, уж больно вечерок хороший.

Глава 1 Муравьи

На обрывистом берегу узкой безымянной речушки кипела жизнь. Разная насекомая живность облюбовала это тихое место. Муравьи работали, звенели комары, в земле и навозе копошились черви. Все были заняты каждый своим делом. Воздух гудел от перебранки сверчков со стрекозами.

Муравейник располагался в зарослях высокой болотной травы, большой, капитальный. Муравьи здесь были основой порядка и мироустройства. Даже человек с почетом и уважением не косил здесь траву, обходил стороной.

В священный день, как и ожидалось, случилось затмение солнца, причиной которого стала огромная бабочка, севшая на высокий цветок ромашки. Она раскинула бурые крылья и заслонила свет. Вся колония замерла в ожидании пророчества. Главный жрец Оха, задрал вверх приемные антенны и улавливал тончайшие сигналы, которые преломлялись сквозь крылья и отображались отблесками непонятных символов на земле. Все что мог разобрать жрец, звучало так: «в вашем месте обитания очень скоро станет смертельно опасно, покидайте его, идите вверх пока не увидите вот это» – он указал на тень, отбрасываемую крылом бабочки. «Вы почувствуете, когда увидите это. Селитесь возле него и служите, пока на то будет его воля. Передайте это послание всем муравьям, ибо это существо» – тень приобрела ярко-золотую окантовку – «есть для вас священное, призванное для великой цели». Пророчество завершилось, бабочка улетела в голубое небо.

В муравейнике воцарилась мертвая тишина, все приготовились слушать жреца. Оха поднял вверх передние лапки и заговорил:

– Жители колонии, нам послано великое пророчество, дарована цель существования. Вскоре этот прекрасный дом, который мы так долго строили будет уничтожен. Все вы видели тень, которая рождена Солнцем и крыльями священной Бабочки. Нам нужно уходить и искать начертанное пророчеством существо. Старшины организуйте кочевья к отправке, мы выходим к утру.

Поселение муравьев не успело уйти. Потоки воды одновременно из реки и с неба подмыли края муравейника. Многие погибли и пропали без вести.

По рыхлой каменистой земле бежал муравей, огибая огромные валуны. Он отстал от своих, паниковал и спотыкался.

– Крак! Берк! Старк! – посылал муравей в пространство сигналы, но никто из сородичей не отвечал. Тогда он побежал быстрее, пока не оказался среди поляны, усеянной ровными рядами растений с пышной зеленой ботвой. Огромное количество муравьев стройными рядами выстроились и тихо слушали своего вождя.

– Пусть это будет наш новый дом! – услышал муравей торжественный голос Старка и побежал к нему, – колония, обустраивайтесь здесь, ботва растений укроет от палящего солнца, а его корни даруют нам пищу.

Старк стал вождем после гибели Драга, крупнейшего и мудрейшего из семейства. До этого момента колония жила у реки в уютно обустроенных норах в корневищах деревьев.

Вызванный половодьем подъем воды в реке вынудил их быстро покидать свои дома и мигрировать выше. Колония поселилась на грядке кормовой свеклы.

Глава 2 Крыжль

Малыш Крыжль помнил день, когда впервые увидел солнечный свет. Схара, его мама, уже наполовину высилась над землей. У свеклы были шикарные зеленые листья с фиолетовым отливом. Рхан, отец Крыжля, рос скороспелым, поэтому выглядел мощно и статно.

«Папа был силён. В студенчестве он состоял в сборной команде огорода по метанию чеснока. Почему я говорю о нем в прошедшем времени? Потому что, его унесли люди».

Когда Крыжлю исполнилось пять солнц, случилась беда. На огороде развернулась страшная буря. Могучие деревья гнуло и ломало ветром, поднялась пыль, что нельзя было разглядеть ничего, а небо заволокло чёрными тучами. То и дело пространство разрывало молниями и раскатами грома. С неба обрушился ледяной град. Он не щадил ничего, рубя молодую ботву побегов свеклы. Рхан укрыл жену и маленького сына своими могучими листьями обнажив сильное тело на терзание стихии. Схара очень старалась снова вернуть мужу былую силу, ничего не получалось. Свек увядал на глазках, пока не превратился в дряхлого старика, а с прополкой его выдрали вместе с сорняками. Крыжль настойчиво помнил последнее, что сказал ему отец:

– Помни сын, моя любовь к тебе бессмертна. Верю, ты станешь великим! Прощай!

Крыжль рос без отца. Он занял место на солнечной стороне, чтобы оберегать мать от внешнего агрессивного воздействия.

По соседству с ними жил властитель – староста грядки Кракат, которому всегда требовался покой и тишина. Дети во главе с Крыжлем раздражали его, не давали спокойно расти. От злости староста ёрзал в своей лунке, ворочая огромный плод. Кракат скороспелка, на нем было множество отростков – нартов – знаков почтения и уважения. Чем больше нарт, тем влиятельнее свек. Кракат был строгим и нетерпеливым.

– Опять расшалились недоростки! Схара! Немедленно успокой их, вы мешаете мне мыслить! – староста властно задрал рыхлый подбородок, – Рхан, хоть воспитывал сорванца, а ты и в пыль не дуешь! – он шевелил нартами, показывая свое недовольство и Схара прижала молодую ботву к плоду, закрывая глазки слуховых отверстий.

– Ой, всё, дорогой! – кокетливо улыбнулась она властителю и отвернулась по своим делам. Староста лишь фыркнул, посчитав спор с этими овощами ниже своего высочайшего достоинства.

Прежде чем основательно погрузиться в волшебный мир овощей стоит сказать, что жизнь их – это нахождение на одном месте. Они всегда были там, где упало семечко в землю, и появились первые ростки, до самого созревания и уборки. Кормовая свекла совсем не похожа на привычную нам красную, которая растет наполовину в земле и не достигает в росте крупного размера. Свеки о которых рассказывал Дима – это кормовая свекла с крупным белым плодом и пышной зеленой ботвой. Его родители кормили ей домашнюю скотину. Несмотря на неподвижность, жизнь растений была очень интересной и разнообразной, благодаря хорошо развитому цифровому виртуальному миру, созданному природой специально для растений. Жить одновременно в разных мирах свеки могли также просто как мы люди умеем дышать.

Виртуальное существование сознания овощей основано на корневой системе. Насекомые, животные и люди воспринимались овощами больше как явления, но ощущались вполне натурально, то есть так, как видим их мы своими глазами. Это конечно же фантазия автора и не стоит принимать ее за научную гипотезу.

Знающие называли их «Люди». Свеки видели их монстрами, которые уничтожали грядки. Огромные, неуклюжие, двигались на двух и размахивая при этом еще двумя нартами, они были для свеков недосягаемыми. Овощному разуму многое было не понятно. Что породило людей? Зачем? Разгадкой этих вопросов занимались знающие. Многие догадки лежали на поверхности, например, о том, что Люди созданы для порождения овощей и в конце жизненного цикла для уничтожения. Но зачем растить, чтобы потом убить? На этот главный вопрос ответа не было.

Когда кто-либо из людей появлялся в зоне восприятия, караульный свек подавал условный знак, шурша ботвой и шевеля корневищем. Импульсы по корешкам передавались в глубь грядки, оповещая каждый овощ. Система обороны у всех работала по-разному – чеснок и лук выпускали в воздух дозу зловоний, картофель просто прижимал ботву к земле, а тыква укрывала свои огромные плоды листьями.

Человек мог быть сбитым с толку от увиденного, по крайней мере так думали знающие, проводя свои научные эксперименты. Монстр мог и вовсе позабыть зачем шел, плюнуть, развернуться и отправиться обратно. Но он обязательно возвращался, дергал и уносил кого-то с огорода. Светлейшие умы не разгадали эту загадку. Каким именно образом они делают выбор? Расчеты ведутся и в скором времени тайна будет раскрыта.

– Мы на пороге всеогородного открытия! – вещал председатель знающих свек Антрадактагдт с вершины земляной кочки, на которую он попал благодаря своему предшественнику Никарту. Его забрали три Солнца назад, безжалостно и грубо, вывернув из земли. Ком, на котором он сидел выволокло прямо под Антрадактагдта. С возвышением в председатели, знающие не стали тянуть и провели церемонию сразу, посчитав такое стечение обстоятельств не иначе как знамением. Всех предыдущих председателей забирали первыми, так как они были выше и больше всех. Антрадактагдт запнулся, задумавшись и продолжил:

– Нам не хватает всего нескольких Лун и одного Солнца, для того чтобы понять алгоритм, который движет жестокими Людьми! Наблюдатели ежечасно докладывают мне обстановку. Мы уже точно знаем, что Люди появляются ежедневно с восходом Солнца, в полдень и на закате. Как показывает статистика, выдёргивания происходят чаще с заходом солнца, но бывают случаи и в иные временные промежутки, например, лук, могут унести в полдень, а чеснок с морковью уносили даже в благодатный дождь. До Священной уборки остается не много времени, но мы найдем способ остановить овощное истребление, раз и навсегда! – новый председатель был весьма амбициозен, но все знали, что Священной уборки не избежать. Взгляды свеков в эту минуту были направлены на старосту Краката и знающего Антрадактагдта. Овощи слушали их с трепетанием кончиков нартов и каждый лелеял в своей сердцевине крошечную надежду на спасение.

– Мы в ответе за наших детей, но в первую очередь унесут не их, а многоуважаемых многонартовых стариков скороспелок, вот о ком мы должны позаботится. Они быстрее растут, у них сохнет ботва, переспевает сердцевина. Нужно помнить, о том, что при вибрациях тревоги необходимо укрывать стариков своими свежими листьями ботвы. Вместе мы сможем найти выход и ответы на волнующие нас вопросы! Я передаю слово великому старосте Кракату! – главный ученый закончил свою речь и уважительно приклонился перед первым свеком. Он был будто невидим для людей, хоть и являлся самым крупным овощем на грядке. При таком размере его давно уже должны были унести.

– Свеки и свеклы, всем вам добрых дождей и теплого солнца! Многое сказал мой друг и коллега Антрадактагдт, но не сказал, наверное, самого главного. Жива память об унесенных, наших предках по плодородной почве, удобренной прекраснейшим навозом. Мы чтим память о них. Через несколько дней будет проведено очередное шуршание в память выдернутых. Я призываю к участию всех вас, пошелестите ботвой, чтобы мерзкие люди тоже помнили. Пошелестим?! – призывно крикнул староста в толпу.

– Пошелестим! – мощной вибрацией ответили сотни свеков и поднялась пыль над грядкой.

– Напоминаю о воинской обязанности всех свеков, достигших восемнадцати полных оборотов Солнца. Служба – это святая обязанность, честь и уважение всех молодых свеков! Ура товарищи! Да здравствует Великое Солнце, Земля и Благодатный дождь! – староста закончил речь.

– Ура! Ура! Урааааа! – сотрясались импульсами корневые отростки.

Одним прекрасным утром на огороде свеки развернули свои пышные листья и питались теплым светом. Пение птиц, стрекотание кузнечиков и шум ветра неожиданно разбавились неведомым ранее звуком. Вибрация эта была прекрасна, окутывала плод полностью от корней до кончиков ботвы. Крыжль, который в этот момент слушал своего старого кудлатого учителя, почувствовал ее и повернулся к предполагаемому источнику. Сигналы исходили от места, в котором обитают Люди. Звук манил, пленил, окутывал сознание и погружал в себя как прохладный преддождевой ветер. Плод и сердцевина расслаблялись и выплескивали на листья порцию сока.

В средней грядковой свекольной школе на уроке картофельного языка, учителем которого являлся Герданит Галагович, к слову, его происхождение шло от благородного Картофельного сорта, видимо тоже уловил своими слуховыми нартами вибрации импульсов и замолчал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.