Элина Ликорис
Проклятая кровь

«Что случилось однажды, может никогда больше не случиться. Но то, что случилось два раза, непременно случится и в третий».

– Пауло Коэльо, «Алхимик»

Пролог

Закатное солнце клонилось к горизонту, когда клинок Каэриса Морлианта пронзился в бок Валтриса Тенебриса. Земля, казалось, ушла у него из-под ног. Их взгляды встретились В глазах Каэриса он не отыскал сожаления – там была лишь холодная решимость. Каэрон Морлиант усмехнулся, приближаясь к брату, вытирая кровь врагов с лезвия. Каждый шаг сопровождался стоном от жгучей боли в боку, в глазах Валтриса бушевала надежда найти их лицах друзей, а не предателей. Вот как одним роковым вечером дружба, которая напоминала крепкую сталь, рассыпалась на тысячи мелких осколков. В том ударе, когда двое набросились на одного. Грохот битвы гремел на землях Эльдморов. Леса горели алым огнём. Когда-то мирные земли впитывали кровь павших воинов. Крики сливались с лязгом оружия. Израненный Вальтрис, король тёмных эльфов, сжимал рукоять меча, защищая главное сокровище этого леса – древний кристалл Аурагрив. Падшие братья из народа Карнавы смеялись над попытками Вальтриса их остановить. Каэрис и Каэрон вонзали свои острые клинки во всех, кто вставал у них на пути. Ими двигало желание заполучить власть и силу, таившиеся в Аурагриве. Ради возможности обрести всемогущество братья были готовы на всё – войну, предательство и разорение целых земель. Король Вальтрис стойко защищался, отбиваясь от предателей. Даже когда его тело ныло от кровоточащих ран, а кровь заливала глаза, он не позволял рукам опуститься, крепко сжимая меч. Когда один из братьев хитростью отвлёк его внимание, другой ударил из тени, на этот раз пронзив плечо. С истошным криком Валтрис рухнул на колени, и над изувеченным лесом послышался звонкий смех братьев. Солдаты склонили свои мечи, увидев, как их король пал под гнётом предателей. Солдаты брели молча, опираясь друг на друга. Доспехи глухо звенели в морозной стуже. Кровь чернела на снегу, оставляя следы, ведущие к горам. Валтрис недоумевал, по какой причине он до сих пор жив. Он решил воспользоваться этой глупостью врагов и пообещал самому себе однажды вернуть всё, что у него отняли.

С заходом солнце война окончилась. Казалось, сама земля дрожала от ликования солдат, празднующих победу. Каэрис и Каэрон упивались вместе с солдатами, до конца не понимая, какую участь себе обрекли. Как только старший, Каэрис, коснулся заветного камня, его руку пронзила жгучая боль, оставив после себя ожог. Вены на висках вздулись. Рухнув на колени, он застыл в немом крике, судорожно хватаясь за голову. Пряди волос у основания начали медленно окрашиваться в цвет темнее ночи, и мрак быстро охватил всё, зрачки расползлись тьмой в его глазах. Аурагрив предвозвестил его новый фатум – стать «Носителем». В то время как младший Каэрон, держа в руках кристалл, схватился за грудь и хрипел, его дыхание стало сбивчивым. Жар будто выжигал его изнутри. По светлым прядям пробежали багровые оттенки, словно в них вливалась кровь убитых солдат. Глаза окрасились алым цветом, наделяя его новым предназначением – стать «Оружием». Братья, выдержав это мучительное перерождение, торжествовали, обретя новую силу. В тот момент они ещё не знали, какое страшное проклятие приняли вместе с силой Аурагривa. Радостные крики поутихли над сожжённой поляной, где ещё недавно красовались зелёные леса, теперь клубился лишь плотный серый дым. Уцелевшие каменные стены были покрыты чёрными подтеками, а на каменных улочках ещё виднелась засохшая кровь. Под грохот молотов и скрежет камня братья подняли замок, его стены выросли там, где ещё недавно лежали пепелища. На новом замке братья воздвинули знамя, и выжившие, надломленные войска склонили головы, признавая новых правителей королевства Морлиант. В деревнях вновь закипела жизнь, на полях поднимались первые всходы, только солнце больше не касалось этих земель. Морлиант начал своё правление под вечным сумраком.

На протяжении веков кровь братьев-основателей смешалась с кровью простого люда. В королевской династии неизменно первенцы являлись Носителями, как по велению Аурагривa – обладателями чёрной крови. В то время как Оружия вспыхивали словно лесной пожар в разных местах. Не каждый ребёнок, в чьих жилах текла нечестивая кровь, был силён, чтобы пробудиться; многие, коснувшись священного кристалла, мгновенно погибали, охваченные алым пламенем. С намерением определить сильнейшее Оружие, один из правителей придумал до ужаса увлекательное торжество – церемонию Кровавой Луны́. Молодые люди, чей возраст приближался к двадцати годам и в чьих жилах текла нечестивая – красная кровь, сражались на арене за право стать Оружием и возможность жить. Так было веками, но всё начало меняться после того, как Мортгар встал на трон, в его глазах блестело ледяное безразличие, которое заставляло народ дрожать под его пристальным взглядом. На церемонии Кровавой Луны́, которая проводится раз в двадцать лет, Мортгар своим пронзительным взглядом заметил одну из участниц, она с необычайной лёгкостью и рвением устраняла каждого соперника, не оставляя никому шанса на победу. Показав всю свою мощь, она стала живым оружием в руках Мортгарда. После того как они прошли обряд Истинной Сути, мрачное серое небо над Морлиантом начало заливаться неестественным багровым цветом, наполняя воздух предчувствием неизбежных перемен. Мортгар и Астарта стали править королевством как единое целое, будто один живой организм. Её воля была покорена Мортгаром полностью и безвозвратно. Она не знала сомнений, исполняя любой приказ короля и устраняя всех, кто осмеливался перейти им дорогу. Спустя время на севере становилось неспокойно. Эльдмары наступали, требуя вернуть всё, что, по их мнению, принадлежало им. Король отправил своего брата на фронт, с намерением подавить врага и положить конец кровопролитию. И пока все ждали исхода самой масштабной битвы в истории королевства, произошло нечто, что навсегда изменило его судьбу. Впервые за всю историю основания королевства Морлиант Мортгар и Астарта дали жизнь двум дочерям-близнецам – не из любви, а из проклятия Аурагрива, что текло по их венам. Их рождение королю и королеве казалось роковым знамением: их дочерям было предначертано повторить путь основателей королевства, дабы вновь защитить его и привести Морлиант к небывалому, ещё большему могуществу.

Старшая дочь была словно воплощение зимы – Арвиния. Её волосы, белые, как первый снег, и глаза цвета замёрзшего неба отражали холодную силу и несгибаемую стойкость. Младшая же оказалась её полной противоположностью – словно сама ночь. Лу́на, с волосами цвета воронова крыла и пепельно-чёрными глазами, не отражала ни власти, ни стремлений, однако этот спокойный взгляд скрывал лишь одно – жгучее желание изменить свою судьбу. Оперённые гордостью и уверенностью, родители предчувствовали, что их дочерям уготована великая и страшная судьба. Родители воспитывали сестёр в строгости, стремясь передать им самые мрачные качества. Старшая дочь, Арвиния, была покорна и верна; от неё требовали больше, ведь она станет новым Носителем. Она безоговорочно слушалась родителей, боясь навлечь на себя гнев матери. Младшая же, Лу́на, тянулась к свободе; её будущее казалось двояким. Родители верили, что она их не подведёт и станет следующим Оружием, но сомнения все-таки возникали. Но это не мешало Лу́не мечтать о чистом голубом небе и сияющем солнце, о справедливости и чистой любви – как в сказках, которые она тайком читала вдали от замка.

В день двадцатиоднолетия сестёр все королевства будто замерли, ожидая, станет ли принцесса Лу́на Орждием, или же сгорит в алом огне. Король и королева, вместе с дочерьми, облачёнными в белые длинные строгие платья, присутствовали в зале. Вместе с ними в величественном церемониальном зале собрались несколько старейшин и хранителей священной реликвии, ожидая обряда Истинной Сути перед Аурагривом. По древнему обычаю первой к священному камню должна была прикоснуться Носитель. Арвиния, внимательным взглядом следя за реликвией, подошла ближе к Аурагриву. Коснувшись его, камень обжёг её пальцы, пустив по телу разряд, пронзивший голову невыносимой болью. Её белоснежные волосы медленно окрасились в чёрный, а в глазах сверкнула тьма – символ, знаменующий её рок Носителя. Когда пришла очередь Лу́ны, она неуверенно шагнула вперёд. Дрожь не утихала, а нутро кричало: «Беги!» – но пути назад не было. Прикоснувшись к камню, она ощутила внутри себя крошечный огонёк… который разгорелся в одночасье. Жар охватил всё её тело, усиливаясь всё сильнее, длинные чёрные волосы вспыхнули алым пламенем. Она без сил упала на колени, открыв свои огненные глаза, пытаясь принять и осознать свою участь «Оружием». Аурагрив, принимая новых избранных, окрасил небеса цветами их душ – лазурью, перетекающей в лиловый, словно сама судьба раскрывала их истинную суть и оставлялпоа последнюю искру надежды на перемены. После пробуждения силы, вскоре к Арвинии подошёл один из старейшин и преподнёс ей клинок. Она швырнула клинок к рукам Лу́ны и приказала убить собственных родителей, дабы завершить обряд: новое зло должно было уничтожить старое. Лу́на пыталась сопротивляться, но воля Арвинии оказалась сильнее. После окончания ритуала в тот же день на престол взошли новые королевы Морлианта.

С дня пробуждения Лу́на заметно изменилась, в её глазах угас последний огонёк надежды, а в сердце поселилась обида, тёмная и глубокая, словно тень, которую уже невозможно изгнать. День за днём, совершая бесчисленные убийства, Лу́на всё глубже тонула в этом мрачном болоте, без единой возможности выбраться. В один из очередных дней она, как обычно, бесцельно блуждала по территории замка и вдруг увидела его – высокого темноволосого юношу с каштановыми глазами, мило беседующего с кем-то в саду дворца. Его улыбка зажгла в Лу́не ту искру надежды, которую она давно утратила, а в сердце впервые зародилось новое, незнакомое чувство. Этим юношей оказался Орион, прибывший из баронства Морнвуд, которое раскинулось к востоку от королевства Морлиант. Каждый день, проведённый с ним, казался Лу́не самым счастливым в её жизни. В груди всё ярче разгоралось пламя любви и мечты о тихой жизни вдали от кровавого прошлого. Спустя время совместной жизни с Орионом, Лу́на узнала радостную весть, не в силах сдержать счастья, переполнявшего её сердце, – ей хотелось как можно скорее поделиться этим с возлюбленным. Счастье, о котором Лу́на мечтала, обернулось кошмаром наяву. Её возлюбленный, тот, кого она считала светом надежды в беспросветных днях, оказался лжецом и коварным обманщиком. В тот день Лу́на осознала горькую истину, Ориону не нужна была любовь – он жаждал лишь власти. Сломленная и опустошённая, Лу́на покинула замок, пытаясь стереть все воспоминания о прошлом – кроме одного. Она скрылась в глухих, забытых лесах, где никто не мог её найти. Там она обрела подругу, с помощью которой Лу́на нашла приют в старом домике на опушке. Жизнь начала постепенно налаживаться, но с каждым днём Лу́на угасала, словно алая роза без солнца, ведь Оружие не может существовать без своего Носителя. Спустя семь месяцев Лу́на родила прекрасное дитя, назвав её Кайра. Дочь оказалась внешне точной копией Лу́ны в прошлом, такие же чёрные непослушные волосы, глаза цвета ночи. В этих глазах мать видела не боль, а долгожданную радость к жизни.

Шли годы…

Лу́не всё труднее давались даже простые вещи. Единственным светом в её жизни оставалась растущая Кайра. Девочка с малых лет оказалась любознательной и непоседливой. Лу́на с любовью наблюдала за дочерью и мечтала лишь об одном, чтобы Кайра никогда не повторила её судьбу. В один из дней подруга Лу́ны вернулась с новостями из города: королева Арвиния была беременна. Эта весть не удивила Лу́ну, она лишь почувствовала приближение собственной смерти. Спустя полгода, в любимом цветущем саду перед домом, Лу́на внезапно ощутила слабость, и ей сразу стало понятно, что её час настал. Она глубоко вздохнула. В последний раз открыв глаза, и увидела голубое небо, о котором так долго мечтала.

Она покинула этот мир, оставив свою малышку в надёжных руках.

Глава 1

С ладони стекала кровь. В нос ударил едкий запах железа, сердце бешено колотилось, заглушая всё вокруг. Взгляд зацепился за тело напротив: на белой рубашке разливалось алое пятно. Лицо расплывалось, словно в тумане. Она коснулась холодной руки – и тут же отпрянула. Мир качнулся, и мрак стремительно накрыл её.

Девушка с испугом в глазах резко подскочила в постели. Грудь сдавило так, что казалось, рёбра вот-вот треснут, а лоб покрылся испариной. Тяжёлое дыхание постепенно выравнивалось с каждым вздохом.

– Что это было?.. – пробормотала она, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба. – Как же жарко…

Стянув с себя одеяло, она поднялась с кровати и направилась к окну напротив. Сквозь неплотные короткие шторы едва пробивались тонкие лучи света. Вздернув шторы и распахнув окно, в комнату хлынул прохладный утренний ветерок – он ласково потрепал её длинные кудрявые волосы, унося с собой остатки дурного сна. Улыбка сама скользнула на губы, день обещал быть тихим, как сотни до него. На улице только светало. Сквозь распахнутое окно виднелось, как первые лучи солнца пробираются сквозь густые кроны деревьев, окружавших небольшой домик – старый, сложенный из дерева, давно выцветшего под жарким солнцем. Небольшой сад напротив дома радовал вкусным урожаем и сладкими фруктами; без него жить здесь было бы невмоготу. На протяжении всей жизни, среди этих стен и лесов, заключался весь её мир: она знала каждый его уголок, и эта прекрасная неизменность согревала её. Однако в её сердце таилось нечто, которое тяготило её свинцовым грузом изнутри: неутолимая жажда свободы – вырваться за пределы родных лесов и познать необъятный мир, о котором она лишь слышала. Девушка бросила взгляд на комнату, в которой ютился приятный аромат лесной свежести, вперемежку со сладковатым ореховым запахом, исходящим от стен, на которых висели старые, поблекшие пейзажи. Чуть дальше, в углу, стоял мольберт, потёртый временем и непогодой.

«Да… и любила же она сидеть на одном месте подолгу» – промелькнуло у неё в голове.

Её взгляд скользнул дальше к большому, уютному креслу оттенка цветущей лаванды – сердце дрогнуло от приятных воспоминаний. За ним стоял невысокий, переполненный книгами книжный шкаф. По вечерам, под тусклым светом свечи, мама устраивалась поудобней и читала ей книги на ночь – те самые, которые теперь пылятся на полках. В этом доме каждый уголок хранил свои тёплые, а порой даже грустные воспоминания. Вернув взгляд на улицу, в её глазах зажёгся мягкий, мечтательный свет, устремлённый вдаль. Сердце тянулось к неизвестному и увлекательному, возможно даже опасному. На её губах появилась едва заметная, печальная улыбка. Детские воспоминания мелькнули в мыслях:

Сразу после завтрака она стремительно выскальзывала на улицу, пытаясь скрыться в лесной чаще. Однако тётя всегда успевала перехватить беглянку и настойчиво тянула её в сад, помогать. Как она забиралась на высокое дерево в лесу и прыгала с ветки на ветку, пытаясь удержать равновесие, часто забывала, что координация у неё оставляла желать лучшего, из-за чего падала на землю. Но мягкий, влажный мох всегда смягчал посадку. После бурного дня в лесу она часто возвращалась домой израненной. Из волос торчали маленькие веточки, лицо было измазано в грязи, платье порвано, а о количестве синяков и ссадин и вовсе можно было молчать. Сначала её приход домой сопровождался выговорами тёти, но чем чаще она возвращалась в таком виде, тем привычнее становилась реакция, тётя просто окидывала её взглядом, привычным и совсем не удивлённым, закатывала глаза и лишь махала рукой в сторону ванной комнаты. Все её побеги и желание быть свободной ярче проявились после смерти матери – теперь они остались только вдвоём с тётей. Та тяжело переживала этот момент, часто уходила в свои мысли, изредка забывая о девочке. Иногда вечерами она слышала, как тётя тихо плачет в гостиной. Ей было трудно видеть тётю такой, поэтому она всё чаще уходила гулять в лес – сначала недалеко, а потом с каждым разом всё дальше. Ведь только там, на свежем воздухе, ей становилось легче, она чувствовала себя свободной, а новые неизведанные места каждый раз заставляли кровь в жилах застывать. Проводя каждый день в одном и том же лесу, она постепенно начинала скучать. Ей хотелось двигаться дальше, покорять новые горизонты, но тётя твёрдо дала понять, что этого не будет. И вот, в один необычно тихий вечер девушка взяла с полки неприметную синюю книгу. Читать она умела довольно хорошо, но сидеть на одном месте долго ей давалось с трудом. Однако этот вечер стал исключением: новый мир и новые люди, ожившие на страницах, поглотили её полностью, не отпуская ни на секунду. После этого дня она всё больше погружалась в книги, новые истории, миры и судьбы. Ей нравилось это чувство – будто она находилась там, рядом с героями. Она перестала бродить по лесам, падать с деревьев, возвращаться вся в ссадинах и листьях. Но каждый раз, когда её взгляд цеплялся за лесную даль, в её взгляде вспыхивала тоска, манящей в даль.

Последний раз, бросив взгляд на зеленую рощу, она собралась с мыслями и наконец встала со стола, направившись к выходу из комнаты. Пройдя по небольшому коридору, спустилась вниз по лестнице и, пройдя мимо неё, направилась в ванную комнату. Вся обстановка – ванна и раковина – была выполнена из тёмного дерева. Над раковиной висело небольшое зеркало, взгляда в которое девушка старалась избегать. Приведя себя в порядок, она вышла и направилась на кухню. Проходя мимо обеденного стола, остановилась возле большой деревянной печи, которая занимала большую част пространство у стены. Растопив её, девушка подошла к кухонной столешнице, где принялась раскладывать по формам вчера приготовленное тесто для хлеба, а затем отправила его в печь. Вернувшись к столешнице, она распахнула кухонное окно, впуская в комнату свежий аромат хвои и звуки дебетующих птиц. Из печи потянуло тёплым ароматом выпечки, который сразу же всколыхнул в её памяти образ домашнего варенья.

– Эх, последняя осталась, – прозвучала лёгкая досада в голосе. – Придётся на днях в лес за ягодами сходить.

Взяв последнюю баночку варенья, она поднялась по небольшой лестнице, вылезла из погреба и, пройдя мимо обеденного стола, вернулась обратно на кухню, положив баночку на столешницу. Подняла взгляд на окно и замерла. На лице промелькнула мечтательная улыбка, глаза прищурились от назойливых солнечных лучей, а слабый ветерок нежно обдувал лицо. Плечи опустились, наслаждаясь приятной погодой. «Мир… а вдруг он не такой уж страшный? Может, все зря накручивают себя… – подумала она, сжимая руки. – А вдруг я не…» Послышался лёгкий, слегка досадный вздох.

– Снова мечтаешь, смотря в окно, Кайра? – с другого конца комнаты прозвучал голос.

Кайра вздрогнула и обернулась. На обеденный стол запрыгнул белый кот, с пушистой шёрсткой. Он встряхнул задней лапой и поднял блестящие серые глаза на девушку.

– Тебе всё ещё недостаточно того, что у тебя есть? – взмахнув пушистым хвостом, спросил кот.

Уголки губ Кайры приподнялись, и на лице вновь появилась улыбка.

– Может перестанешь так неожиданно появляется?

Кот безмолвно продолжал смотреть на Кайру, не давая ответа. Повернувшись, она взяла со столешницы полу наполненный чайник и, поставив его на печь, продолжила разговор.

– Мне достаточно, Малек, но… ты и сам знаешь, как мне хотелось увидеть мир, какой он? Мир, в котором жила моя мама. – её голос стал тише, почти молящим. – Я знаю, что вы все питались оградить меня от зла и опасностей, и заю что ты будешь продолжат эта делать. Но иногда так хочется узнать… а вдруг люди изменились? Может там есть что-то кроме тьмы? Может где-то там меня ждет жизнь как обычного человека? – вздохнув, Кайра повернулась к Малеку, – а не как «Оружие».

Малек грациозно подошёл к краю обеденного стола, виляя белым пушистым хвостом.

– Мир неизменен в своей порочности. Тебе уже давно следовало понять, что добра в этом мире не сыскать. Твой отец – тому доказательство. И ты же знаешь, мы все хотим для тебя одного: счастья и мирной жизни. – Кот сел, наблюдая за реакцией Кайры.

Кайра всегда знала, что её хотят защитить. Но только с появлением Малека в жизни всё обрело смысл. Тот день навсегда отпечатался в её памяти.

Время близилось к вечеру, на небе собирались тучи, лёгкий ветерок касался её руки, а мелкая холодная капля дождя упала на нос. Всё казалось неспокойным, из-за чего она решила проведать могилу матери, находящуюся за домом. Она шла, укутавшись в мамин шарф, дрожа, но не от холода, а от надвигающейся грозы. Именно там она впервые увидела его – грязного и дрожащего кота. Он казался истощённым. Кайра подошла ближе и услышала, как кот бормочет что-то несвязное – она была уверена, это человеческий голос. Её глаза округлились: «Я раньше никогда не видела говорящих котов… хотя я и обычных котов-то не видела», – рассуждала Кайра у себя в мыслях. Сделав ещё несколько шагов вперёд, желая услышать, о чём говорит кот, Кайра наступила на ветку. Хруст разнёсся эхом по тихой поляне возле дома. Кот моментально обернулся, Кайра вздрогнула. Их взгляды встретились – сердце Кайры сжалось. Его глаза расширились до предела, но взгляд застыл, потеряв фокус. Холодок пробежал по её спине – то ли от этого взгляда, то ли от того, что его глаза казались человеческими. Её взгляд скользнул ниже, и она заметила на кошачьей мордочке мокрые дорожки от слёз. Она несколько минут не сводила глаз с кота, к горлу подкатывал ком. Вдали послышался грозный раскат грома – Кайра вздрогнула и, проглотив набравшийся ком, ощутила, как по телу пробежала дрожь. Ей больше не хотелось оставаться на улице. Кот грустно опустил голову. Кайра не понимала, поступает ли она правильно или всё-таки опрометчиво, но решила пригласить кота в дом. Сердце подсказывало, что он – друг. Не проронив ни слова, он последовал за ней, будто пытаясь осмыслить происходящее.

Внутри пахло свежеиспечёнными булочками с лесными ягодами. Кайра укутала кота в полотенце, посадила его на стол, и сама села напротив. В этот момент из гостиной вышла тётя Лана. На её лице застыло удивление: окинув взглядом сначала кота, потом Кайру, она молча присела рядом, выслушивая объяснения девушки. Пока Кайра объясняла Лане, что произошло, серый кот не переставал плакать. Она украдкой поглядывала на него, удивляясь – как вообще кот может столько плакать? На улице начался ливень, барабаня по окнам и черепице крыши. Лана тем временем решила заварить чаю – казалось, разговор предстоит долгий. Спустя какое-то время дрожь кота стихла, а слёзы высохли. И впервые за всё время, что он был в доме, кот наконец заговорил. Его слова звучали сбивчиво и невнятно, он всё бормотал «зачем я её отпустил» и «когда она умерла… как это произошло». Кайра с Ланой переглянулись и нехотя ответили коротко, лишь сказав, что это случилось десять лет назад. Они не особенно понимали, кто перед ними, и потому больше ничего не говорили. У кота округлились глаза – он смотрел то на Лану, то на Кайру, а потом опустил взгляд на свои лапы. Наконец, по-кошачьи вздохнув, он представился: его звали Малек. В его глазах блестела тревога, словно он не до конца осознавал, что прошло уже десять лет. Он рассказал о замке Морлиант, о том, как познакомился с Лу́ной, и о том, что когда-то был её Искателем. Его речь звучала туманно, будто он сам только сейчас вспоминал всё это. Он поведал и о последних днях, что сохранились в его памяти: о том, как его пытались заставить отправиться на поиски Лу́ны, как он отказался – и за это был проклят. Здесь он резко замолчал, уставившись в одну точку. Лишь спустя несколько мгновений Малек заговорил снова. Он признался, что последние его воспоминания связаны с тем днём, когда ему было шестнадцать, а все последующие десять лет были пустотой – ничего, кроме тьмы. И только у могилы Лу́ны к нему начали возвращаться память и понимание, кто она… словно жизнь снова пошла своим чередом. Его голос вновь затих, взгляд потускнел. В комнате повисла тяжёлая тишина. За окном грянул гром, и Кайра невольно поёжилась.

После долгого рассказа Кайра посмотрела на тётю. Та слегка каменным лицом кивнула и продолжила. Лана рассказала, что Лу́на никогда не любила ворошить прошлое, но в редкие дни, когда её настигала хандра, она делилась тем, что сбежала из-за предательства парня и сестры. Это был хороший повод покинуть замок, как она давно хотела. Она никогда не говорила о прошлом с ненавистью, лишь с лёгкой горечью. В тот момент Кайра смотрела на тётю с удивлением – это было впервые, когда та заговорила о её матери спустя десять лет. Лана добавила, что о парне по имени Малек Лу́на тоже упоминала, и она винила себя за то, что ушла, так и не попрощавшись с ним. Кайра удивлённо посмотрела на Малека. Его взгляд потяжелел и стал пугающе ясным. На лице не было слёз, но в уголках губ застыла горькая складка – печать тоски. С того дня Малек остался жить с ними: идти ему было некуда, и со временем они стали чем-то вроде семьи.

Свист чайника вернул Кайру в реальность. Сняв его с печи, она поспешно достала кружку и заварила чай, залив его кипятком. Малек всё так же лежал, устроившись поудобнее на обеденном столе, украдкой наблюдая за девушкой.

– Держи, – сказала она, наливая ему чай в чашку и ставя её рядом.

Комнату наполнил тёплый аромат свежего хлеба. Кайра вынула румяной хлеб из печи и поставила его у распахнутого окна, чтобы быстрее остыл. Пар тянулся в утренний воздух, смешиваясь с запахом леса. Сделав осторожный глоток горячего чая, она обернулась к Мальеку. Кот продолжал следить за ней так внимательно, будто хотел сказать что-то ещё.

– Ты, конечно, знал больше меня, но мир всё-таки умеет меняться, – сказала Кайра и улыбнулась, обхватив ладонями горячую кружку.

– Ты это в своих книжках прочитала? – фыркнул Малек, лениво попивая чай.

Кайра закатила глаза и недовольно вздохнула, отвернувшись к окну. Малек вновь растянулся на столе с таким видом, словно весь мир принадлежал ему. Или, на худой конец, хотя бы этот стол. Он никогда не разделял её тяги к книгам. Эта страсть напоминала ему о Лу́не, от этого становилось ещё труднее. А Кайра не могла с собой ничего поделать: очередная история всегда затягивала её глубже, каждая страница пробуждала новые мысли. «А вдруг однажды и меня спасёт прекрасный принц, увезёт в свой замок… и тогда он обязательно защитит меня от моей судьбы?» Конечно, Кайра сама понимала, что глупо в такое верить, но вет помечтать всегда можно. Она знала, что все хотели защитить её от этого злого мира. Она не сопротивлялась и по большей части старалась слушаться и делать то, о чём её просят, но мечта быть свободной никогда не покидала её сердца. Смирившись с реальностью, Кайра взяла остывший хлеб с подоконника, достала его из формы и нарезала. Намазав ломтики вареньем и прихватив кружку чая, она села за стол. Малек лениво приоткрыл один глаз. Едва заметив угощение, он сладко потянулся, а потом, будто ничего не произошло, тихонько подкрался и ловко стащил с тарелки один Хлеб с варением. Бровь Кайры приподнялась, и она невольно улыбнулась.

– Знаешь, а это забавно! – посмеялась Кайра, качнув головой. – Семь лет прошло, а я до сих пор не могу привыкнуть к такому зрелищу.

– Точнее, почти восемь, – уточнил Малек, откусив кусочек хлеба – И вообще, я человек, если ты не забыла, мне по вкусу нормальная еда.

Кайра не сдержала смех и продолжила завтрак. Закончив, она убрала со стола и, повязав на голову лёгкий платок, направилась к выходу. Малек лениво потянулся и, как тень, последовал за ней. На улице уже стояла жаркая погода: небо было чистым, без единого облачка, и солнечные лучи щедро заливали двор. Кайра глубоко вздохнула, предвкушая предстоящую работу, и двинулась в сад. Сад на первый взгляд казался небольшим, но для жизни его вполне хватало: четыре грядки с овощами, несколько фруктовых деревьев – яблони, груши и сливы. Воздух был наполнен лёгким ароматом листвы и земли. Кайра подошла к самому заросшему участку и принялась вырывать траву. «Надо бы почаще этим заниматься», – подумала она, украдкой посмотрев на Малека. Тот, как истинный бездельник, раскинулся в тени яблони и даже ухом не повёл.

– Знаешь, иногда жалею, что на небе солнце светит, – сказала Кайра, не отрываясь от работы. – В виде кота от тебя толку никакого.

– Ой, да ладно тебе, – возразил Малек, растягиваясь в тени. – Хочешь есть – надо трудиться. Вот ты трудишься – я поем.

«Как же бесит, что он прав, бесполезный кот», – раздражённо подумала она и со злостью начала полоть грядку, в то время как Малек лениво растянулся в тени и засыпал. Время клонилось к обеду, солнце поднялось высоко в небо, и работать в такую жару становилось всё труднее. Кайра решила, что пора заканчивать. Собрав сорняки в охапку, она выбросила их в яму, затем взяла корзину и собрала созревшие овощи. Закончив, направилась в дом, и Малек, как обычно, последовал за ней. На кухне она поставила корзину на стол, сняла платок и положила рядом. Малек тут же запрыгнул на стол и устроился возле овощей. Кайра поставила перед ним миску с прохладной водой, себе налила стакан и, тяжело вздохнув, сделала долгий глоток, ощущая, как свежесть разливается по телу.

– Ох, Светлячки, да хоть в реку прыгай…– простонала Кайра, отрываясь от стакана.

– Ты ведь плавать не умеешь, – лениво промурлыкал Малек.

Кайра бросила на него усталый взгляд; ей хотелось возразить, вот толка зной будто вытянул из неё все силы.

– Почему погода опять меняется? – пробормотала девушка, не надеясь услышать ответа. – Наверное, нас опять ждёт что-то странное… гроза или несколько лунных дней, как было не так давно.

– Не так давно? – удивлённо спросил Малек. – Уже несколько месяцев прошло с той недели.

– Правда? – удивилась Кайра. – Время так быстро идёт.

– Да… – вспоминая, продолжил кот. – Помню тот день, когда я увидел рассвет, после того как вернул свою человечность. Вот тогда я и вправду удивился, что такое вообще возможно.

Кайра невольно рассмеялась.

– Да, помню этот день, – сквозь смех продолжила она. – Погода была, как теперь: стояла невыносимая жара, а ты, как приклеенный к траве, сидел на солнце весь день, не сдвигаясь с места. А потом вечером от тебя несло, как от горелого кота!

С новой силой начала смеяться Кайра, медленно сползая со стула.

– Ой, да ладно тебе!

– Только вот не до конца понимаю, почему именно так… – вытирая слёзы, накатившиеся от смеха, задумалась девушка.

Малек вопросительно посмотрел на неё.

– Ну, почему погода такая странная? – смотря на кота, задумчиво спросила она.

– Ты серьёзно? – неуверенно, с лёгким недоумением, спросил кот. – Я ведь тебе несколько лет назад об этом рассказывал.

– Ну и что, я теперь всё должна помнить, что ли?

Малек тяжело выдохнул.

– Запомни на этот раз: так как теперь на троне король, в котором не течёт кровь братьев основателей, из-за этого у Аурагрива нету источника энергии. Этот артефакт поглощает силу носителя и оружия, этим же окрашивая небо в цвета их душ, а так как прошлые королевы мертвы, то и погода нестабильна, – с лёгкой грустью в голосе закончил он.

– Не надо мне рассказывать, как будто я маленький ребёнок! Ведёшь себя, как старый дед, – недовольно фыркнула Кайра.

Малек укоризненно зыркнул на неё.

– Ты же помнишь, – недовольно начал он, – между нами всего три года разницы.

– Конечно, я помню, – с лёгким возмущением в голосе пробормотала Кайра. – Но это не меняет того, что ты живёшь дольше. – На её лице промелькнула лёгкая ухмылка.

– Ты не меняешься… – с тяжёлым вздохом он сел ровнее.

– Да, не то что ты! – неожиданно заявила Кайра.

Малек вопросительно посмотрел, но девушка проигнорировала его взгляд. Несколько минут посидев в тишине, она словно вспомнила:

– А кстати, когда там ярмарка в городе будет? – На её лице засияла подозрительно довольная улыбка.

– Что с тобой? – Малек невольно поёжился от её улыбки.

– Да так, вспомнила нашу первую ярмарку. Ты тогда потащил меня танцевать… да весело тогда было. Почему ты теперь не остаёшься там допоздна? – с грустью в голосе закончила Кайра.

– Не припомню такого, – коротко заявил кот.

– Не может быть, старческий маразм подкрался незаметно? – ехидно улыбаясь, в шутку спросила девушка.

Закатив глаза, Малек снова лёг на стол.

– Эх… Вот бы с Ланой, как раньше, поболтать, – мечтательно проговорила она.

– Ну вот как раз завтра и наговоришься с Ланой вдоволь – одна! – с нажимом добавил Малек. – Вот только не думай там до ночи задерживаться, до заката вернёшься.

– Мне ведь не послышалось? – оживлённо спросила Кайра.

– Нет, не послышалось, – сухо ответил Малек.

– Не может быть! Ты серьёзно?! – Девушка вскочила, схватила кота подмышки и, прокрутив на месте, снова поставила на стол.

Малек ошарашенно замер, покачиваясь от неожиданного порыва.

– Но ты туда идёшь не развлекаться. Помни об этом, – пробормотал он, но понял, что Кайра его уже не слушает.

От радости она взяла овощи из корзины и, пританцовывая, начала что-то напевать себе под нос. Её улыбка сияла так искренне, что в глазах будто блестели крошечные звёздочки. Кайра остановилась и обернулась, посмотрев на кота.

– Ты же никогда не отпускал меня туда одну… почему теперь?

– Ты справишься без меня, – ровным голосом промурчал Малек. – дурёха.

– Эй, не называй меня так! – возмутилась Кайра, надув щеки.

– Да-да. Не забудь, что завтра в городе ярмарка. И ты туда идёшь не развлекаться, а работать, – голос Малека прозвучал непривычно серьёзно, снова улёгшись на стол.

– Я знаю, – кивнула Кайра и, отвернувшись, продолжила готовить обед.

Кайра приготовила овощное рагу, и они сели есть. В доме разлилась спокойная тишина, запах тушёных овощей окутывал комнату, а из открытого окна едва слышно доносилось щебетание птиц.

– Кстати, Малек, – неожиданно громко сказала Кайра, нарушая тишину. – А когда следующее полнолуние?

– Да не кричи ты так, – возмутился Малек, прижимая ухо лапкой. – Должно быть завтра… но кто знает, как поведёт себя эта погода. Уже двадцать восемь дней прошло с прошлого полнолуния, – задумчиво добавил он.

– Точно, вспомнила, – вдруг осознание пришло в голову девушки. – Прошлым же месяцем вроде… или в позапрошлом… ну неважно, – констатировала Кайра. – Была целая неделя, когда полная луна́ светила в сером небе. Ну тогда от тебе была хоть какая-то польза, – Кайра усмехнулась, бросив на него короткий взгляд. – Не то, что сейчас, – пробормотала она себе под нос.

– Так может, это у тебя старческий маразм, – пробормотал Малек, засыпая.

Кайра, надув щеки, смотрела на спящего кота. В памяти всплыла та неделя, когда солнце полностью исчезло, а в небе сияло полнолуние.

Вспомнился мрачный вечер, когда они сидели на зелёном диване в гостиной, а треск камина наполнял комнату уютом. Вот только Малек выглядел иначе: серые пряди волос беспорядочно торчали в разные стороны, тонкий строгий профиль и резкая, уверенная линия подбородка. Если бы Кайра встретила его на улице, она бы решила, что он сын знатной семьи, но точно не кот. А вот его серые глаза – глубокие и пронзительные; они казались ей похожими на полную одинокую холодную луну́. Как бы Малек ни улыбался и ни спорил с Кайрой, она часто замечала ту еле уловимую тоску в его взгляде – чаще всего тогда, когда он смотрел на неё. Она догадывалась, почему он именно так смотрел на неё, но каждый раз прогоняла эти мысли прочь.

Из кухонного окна подул лёгкий ветерок, заставив створки тихо заскрипеть. От этого звука Кайра очнулась от воспоминаний и вернулась в реальность, продолжив кушать. Закончив с обедом и убравшись на кухне, она направилась в гостиную. По дороге сняла с книжной полки новый том о приключениях и вошла в небольшую комнату. В центре стоял старый камин, давно не топившийся из-за невыносимой жары. Рядом разместился видавший многое зелёный диван, а по бокам от него – два синих кресла. Одно из них стояло в дальнем углу комнаты ближе к окну – именно там Лу́на чаще всего проводила время, укрывшись пледом, глядя в окно и наблюдая за лесом. У стены стоял буфет, а над ним висела любимая картина Кайры: маленькая девочка играет в саду с бабочками. Кайра остановилась возле полотна, глядя на картину, она словно снова услышала голос матери, строгий, но тёплый. Улыбка невольно тронула её губы. «Мама тогда ругалась, что я никак не могла постоять спокойно», – вспомнила она, чуть усмехнувшись. Кайра направилась к дивану, устроилась поудобнее и раскрыла книгу. Краем глаза Кайра заметила, как Малек грациозно и медленно, переставляя лапы, направился к широкому подоконнику – своему любимому месту. Запрыгнув на деревянную поверхность, он несколько раз провернулся на месте, чтобы устроиться удобнее на большой подушке. Наконец улёгся и закрыл глаза. Солнце в это время дня почти не проникало в комнату, и здесь было прохладнее всего, особенно в такую жаркую погоду. Пролистав страниц пятьдесят, Кайра и сама не заметила, как буквы на странице начали расплываться, словно ускользая в туман, её веки стали тяжёлыми, а потом и вовсе сомкнулись, увлекая девушку в мир снов.

Тихий рокот грома. Взгляд Кайры никак не мог сфокусироваться, голова будто окутана туманом. В нос ударил запах сырости и камня. Она медленно поднималась по винтовой лестнице, сердце болезненно сжималось в груди. Где-то глубоко внутри жгло чувство горечи и обиды, которое не отпускало её.

Вдруг раздался оглушительный раскат грома, и ослепительная вспышка молнии озарила пространство.

Кайра резко вскочила на диване, судорожно оглядываясь вокруг. Сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. Но, осмотревшись, она поняла – она дома. Сделав несколько глубоких вдохов, она постепенно успокоилась, дыхание выровнялось, сердце перестало вырываться из груди. «О, светлячки… Что это было? Снова…» – непонятное чувство отдавалось под рёбрами. Кайра несколько минут сидела, прижимая руку к груди.

– Не понимаю… – тихо пробормотала она и, взглянув в сторону окна, убедилась, что Малек всё так же сладко спит на подоконнике.

– Даже позу не сменил, – улыбнулась Кайра, и тревожный сон начал казаться чем-то далёким и не таким страшным.

Гоня прочь тяжёлые мысли о странном сне, Кайра поднялась с дивана и направилась на кухню-столовую. Взяв две свободные корзинки, она вышла в сад. Тёплый порыв ветра, ворвавшийся в открытую дверь, будто пытался загнать её обратно, но свежий запах хвойного леса, наоборот, приободрил. Сочные груши падали прямо в ладони, а яблоки отливали золотом на солнце. Собрав полную корзину спелых груш и яблок, она потащила её домой и оставила возле входа в погреб. Потом вернулась за второй и осторожно начала спускать её вниз. Закончив с делом, Кайра поднялась по небольшим ступенькам и, увидев Малика, замерла на полпути.

– Всё работаешь? – промурлыкал заспанный кот.

– Всё бездельничаешь? – парировала Кайра.

Кот закатил свои серые глаза и важно направился к обеденному столу, запрыгнув на него. Поднявшись по ступеням на поверхность, Кайра подошла к большому шкафу, стоящему между дверью в ванную комнату и большой печью.

– Ну что? —, капаясь у шкафа, спросила она. – Пойдём ловить рыбу. – Она обернулась, держа в руках удочку и медное ведро.

Кот кивнул, и они дружно вышли из дома, направившись в чащу леса. Путь до реки был недалёким, но из-за высоких деревьев и плотных кустов лес даже днём казался мрачноватым. Где-то впереди едва слышался плеск воды. По дороге Кайра наткнулась на низкий куст с алыми ягодами. Сорвав несколько, она тут же их съела – сладкие и чуть терпкие. Дальше виднелись уже тёмные, почти чёрные ягоды, но они были ядовиты. В этом лесу росло великое множество плодов: съедобные и опасные ягоды, лекарственные травы, а местами и грибы – одни вполне пригодные в пищу, другие смертельно опасные, а третьи… магические. О последних Кайра слышала только истории, но так и не видела их вживую.Ей вспомнились уроки тёти и советы старика, жившего за рекой. Он иногда наведывался к ним ещё при жизни её матери и рассказывал о тайных свойствах растений. Кайра с Малеком шли по узкой, слегка петляющей тропинке. Раздвинув очередные кусты, девушку ослепил яркий солнечный луч. Сильный порыв ветра принёс с собой едкий запах ила и рыбы, и в то же мгновение шум воды оглушил уши. Кайра зажмурилась и сделала шаг вперёд. Когда глаза привыкли к свету, перед ней открылась дивная картина: небольшая поляна у берега, несколько крупных валунов, будто специально расставленных вдоль реки. Девушка шагнула дальше – под ногами тихо заскрипели мелкие камушки. Впереди серебрилась быстрая река, солнечные лучи отражались в воде так, что она казалась усыпанной тысячами крошечных звёзд. Кайра подошла ближе, поставила удочку, уперев её о камень, и начала снимать ботинки. Босые ступни коснулись прохладной россыпи округлых камней. Они были гладкими, но каждый из них ощутимо впивался в нежную кожу, вызывая легкое, колющее раздражение. Самое неприятное в этой затее. Пока она шла к валуну, в голове всплыли старые дни, когда они ходили на рыбалку в полнолуние. Малек аккуратно подхватывал Кайру на руки, перенося на большой валун, оставляя её спокойно рыбачить, пока сам уходил в лес. Кайра никогда не спрашивала, что он там делает и почему туда ходит, хотя иногда так хотелось узнать, почему он оставляет её одну. Подавленность омрачила взгляд девушки. Грусть по тем простым дням стала почти физической, и в мыслях осела горькая констатация: «Это было так давно». Обернувшись на звук, она увидела, как Малек в кошачьем обличье быстро перебирал лапами по мелким, скользким камушкам. Девушка с лёгкой досадой покачала головой и, взяв удочку, осторожно пошла к большому валуну, стараясь не порезать ноги. Забравшись на камень, она выпрямилась и, взмахнув рукой, забросила удочку в воду. Потом присела, затаив дыхание в ожидании улова. Малек, наконец, добрался до валуна напротив. Легко запрыгнув, он устроился поудобнее и, обвив хвостом лапы, стал внимательно наблюдать за Кайрой.

Солнце уже клонилось к горизонту, Кайра успела поймать пять небольших рыбок – вполне достаточно для их двоих. По дороге домой Кайра радостно напевала себе под нос, но внезапно замолчала, когда заметила, как Малек подозрительно озирается вокруг. Его уши подрагивали, словно он что-то услышал.

– Малек? – приподняв бровь, спросила Кайра.

– Идём, – коротко бросил он и зашагал вперёд.

Кайра удивлённо покачала головой, «И что это было?» – мелькнула мысль, но вслух она ничего не сказала и молча пошла следом. Вернувшись домой, девушка занялась приготовлением только что пойманной рыбы. Кинув взгляд на входную дверь, она заметила, что Малек куда-то уходит через небольшую аккуратно вырезанную дверцу – личный лаз кота. Пожав плечами, она продолжила готовить ужин одна.

– Наконец-то этот день закончился… как же я устала, – простонала Кайра на кухне. – Завтра, наконец-то… – мечтательно улыбнулась она, но фразу так и не договорила.

Малек появился, когда еда была готова. Молча запрыгнув на кухонный стол, он присоединился к трапезе вместе с Кайрой. Закончив хлопоты, Кайра взяла с печи ведро с подогретой водой и направилась в ванную комнату. Целый час она провела, отдыхая в тепле, а выйдя оттуда, заметила, что на кухне не горел свет. Лишь тусклый лунный свет пробивался сквозь окно. Поднявшись по лестнице наверх и пройдя по коридору, она заметила тусклый свет из приоткрытой двери. Осторожно войдя внутрь, Кайра увидела Малека – он мирно спал в большом пурпурном кресле напротив окна. Девушка подошла ближе и присела на корточки. Осторожно протянув руку, она провела ладонью по его мягкой шерсти. Хвост Малька едва заметно дёрнулся, но сам он так и не проснулся.

– Спокойной ночи, котик, – тихо и нежно прошептала Кайра.

Поднявшись, она повернулась к окну. За ним виднелся небольшой серый памятник.

– Спокойной ночи, мама, – сказала она уже чуть тише.

Затем Кайра направилась к кровати, и, едва прикоснувшись к волшебным камням, свет в комнате мягко погас, оставив лишь бледное сияние луны́ за окном. Удобно устроившись, она уткнулась носом в одеяло и взглянула на кресло, где по-прежнему мирно спал Малек.

«Жаль, что сегодня не полнолуние», – подумала Кайра и закрыла глаза, погружаясь в мир снов.

Глава 2

Тусклый, мягкий свет нежно рассеивался в тени ротонды. Кайра услышала мягкий, тёплый смех. Подняв взгляд, она увидела маму: мягкая улыбка озаряла её лицо, алые волосы переливались, а чуть тусклый взгляд оставался всё таким же жизнерадостным. Послышался тихий шёпот. Обернувшись, Кайра увидела тётю Лану, что сидела напротив, склонившись над столом. На нём лежали плетёные венки из полевых цветов. Воспоминание озарило её лицо улыбкой, и тёплая волна прокатилась по телу. Даже деревья будто притихли, не желая нарушать хрупкое счастье. Смех стих. Нежное синеватое небо опоясали тучи. Алые розы, создававшие тень ротонды, медленно окрасились в чёрный. Из леса послышалось карканье ворон. Кайра посмотрела на маму, её взгляд угасал, становился всё грустнее, а улыбка таяла с лица. Почти шёпотом она сказала:

– Прости меня.

Кайра открыла глаза – сердце тревожно билось. Она села на кровати. В комнате было темно, лишь слабый свет луны́ освещал кресло, где мирно спал Малек. Тихо поднявшись, Кайра накинула шаль на плечи и направилась к выходу из комнаты. Осторожно прикрыв дверь, она прошла по коридору и спустилась вниз по лестнице. В доме царила тьма. Кайра аккуратно провела взглядом по тёмной комнате. Сквозь кухонное окно рассеивались тонкие лучи лу́нного света. Уголок её губ вздрогнул, расплываясь в тревожной улыбке. Глубоко вздохнув, она собралась с силами и направилась к выходу. Открыв дверь, она вздрогнула от холодного порыва ветра. Над головой, за плотной завесой облаков, лишь смутным пятном проглядывала луна́, скрывая от мира каждую звезду. Под лёгким дыханием ветра листья зашептали. Кайра, ёжась от прохлады, направилась к увитой розами ротонде. Деревянная и слегка покосившаяся, она была оплетена красными и белыми розами. Девушка приблизилась, едва касаясь юных лепестков. На лице появилась лёгкая улыбка, сердце отозвалось воспоминанием, и сладостное тепло разлилось по венам. Внутри стоял небольшой, потрёпанный временем и погодой деревянный стол, а вокруг него небрежно расположились три стула, местами выцветшие от солнца. Кайра присела на ближайший стул, прижалась к его деревянной спинке и на мгновение прикрыла глаза.

Ей вспомнился день рождения, когда Лу́на с Ланой устроили чаепитие в саду – как у принцессы. Воспоминания о том дне были расплывчаты: ей вспоминались нарядные платья, которые были на них в тот день, как на улице было светло и тепло, словно светило солнце, а не луна́, а также торт, самый вкусный, который Кайра когда-либо пробовала. Тётя с мамой весь вечер провели на кухне, чтобы его приготовить. Он словно таял во рту – нежный, сладкий, а лесные ягоды придавали ему лёгкую кислинку. С тех пор Кайра не пробовала ничего вкуснее домашнего торта, завалившегося на бок. Она понимала: вкус этого торта навсегда останется в её сердце. Каждый год тётя Лана старалась устраивать не менее весёлые праздники. Один из дней они устроили пикник на берегу реки. В тот день стояла жаркая погода, и Кайра впервые купалась в реке вместе с тётей. В другой день рождения тётя повела Кайру к травнику: они изучали травы, замешивали лекарства и снадобья. Наверное, для кого-то такие дни рождения казались странными и необычными, но Кайре они нравились. Она не знала, как другие празднуют свои дни рождения, поэтому ей казались эти дни самыми лучшими. Только каждый вечер её дня рождения заканчивался одинаково. Она садилась на синее кресло в углу гостиной, укутывалась в старый вязаный плед и смотрела, как дрова потрескивали в камине, создавая уют в комнате. Однако, в сердце Кайры царила пустота – холодная и щемящая.

Кайра скрестила руки на столе, положив на них левую щеку. Её грустный взгляд устремился вдаль, в темноту. С каждым годом воспоминаний о матери становилось всё меньше – они тускнели и рассыпались, как песок сквозь пальцы. После появления Малека в семье тётя стала больше рассказывать о матери, делилась историями о её жизни, но каждый новый рассказ никак не отзывался в сердце Кайры, они звучали так, будто речь шла о чужом человеке, а не о её матери. В груди кольнуло знакомое чувство вины. Кайра не хотела забывать – она цеплялась за каждую деталь, за каждый обрывок: запах лечебных трав, тёплую улыбку, взгляд, наполненный любовью. Она вспоминала, как Лу́на работала в саду до изнеможения, как часто стояла возле ротонды и смотрела на белые розы – с таким сожалением и нежностью, будто перед ней был живой, дорогой сердцу человек. Оставаясь здесь, Кайра пыталась удержать воспоминания, понимая, что рано или поздно будет помнить мать лишь тень той, кого так и не успела узнать. И от этого становилось особенно больно, как легко оказалось начинать забывать. Новый порыв ветра прошелестел в кронах деревьев, и на этот раз они закачались тяжелее, печальнее обычного. Кайра вздохнула, подняла голову и посмотрела в сторону сада.

– Пора заняться делом, – задумчиво пробормотала Кайра.

Подкатив старую тележку к входу в дом, она вошла внутрь. Спустя несколько минут дверь медленно открылась, и из дома девушка вытащила сначала одну корзину с яблоками, а потом другую с грушами, которые достала из погреба несколькими минутами ранее. Взяв ещё две пустые корзинки, она направилась к грядкам собирать поспевшие овощи. Луна́ уже медленно клонилась к горизонту, словно напоминая Кайре, что пора собираться в путь. Погрузив ещё две корзины в тележку, её мысли полностью покинули тревога и сонливость, которые держали её всю позднюю ночь, они исчезли без следа, взгляд внезапно прояснился и сфокусировался, а тело встрепенулось, и по нему прокатилась волна жгучего, неожиданного азарта.

«Я смогу встретиться с Ланой».

На лице девушки растянулась улыбка, в глазах засветилась радость, и она поспешила в дом. Пробегая мимо кухни, она направилась в ванную, не заметив пушистого кота, мирно лежащего на обеденном столе. Спустя немного времени Кайра выбежала из ванной комнаты и быстро пробежала по лестнице наверх. Через минуту раздался хлопок двери. Кайра торопливо пыталась надеть любимое нежно-голубое платье с длинными рукавами и свободным шлейфом. Зашнуровав ботинки, она схватила сумку, висящую на спинке кровати, и выбежала из комнаты. Спускаясь вниз, она наконец заметила пушистого друга, лежавшего на столешнице, аккуратно виляющего хвостом.

– Ну как я тебе? – взволнованно спросила Кайра.

– Как и всегда, – сказал Малек, проводя девушку взглядом сверху вниз. – Ты не забыла, что едешь туда не развлекаться?

– Не начинай «с утра пораньше», – закатила глаза Кайра и направилась к выходу.

Малек последовал за девушкой. Выходя из дома, он начал:

– Запомни: ты идёшь продавать продукты, не броди по городу, с незнакомцами не общайся и будь дома до захода солнца.

– Да-да, – рассеянно проговорила Кайра, погрузившись в свои мысли.

– Кайра, ты точно меня поняла? – требовательно переспросил Малек.

Кайра остановилась возле тележки:

– Да, поняла: продавать, не бродить, не доверять и вернуться до захода солнца! Я не маленький ребёнок. – Кайра поставила руки на бока и с укором посмотрела на Малека. – Если настолько не доверяешь, шёл бы сам. – Скрестив руки на груди, она демонстративно отвела взгляд.

Малек покачал головой.

– Нет… Ты и правда уже взрослая, и тебе стоит учиться жить самостоятельно. – С грустью в голосе промурлыкал Малек. – Береги себя в дороге.

Он развернулся и кошачьей походкой направился к двери, ненадолго остановившись. Он обернулся и с его мордашки не сходила привычная ухмылка, но за ней скрывалась тревога. Он заставил себя улыбнуться, будто пытаясь убедить себя самого, что всё будет хорошо. Малек повернулся и легко скользнул в свой маленький личный лаз, мгновенно исчезнув в доме. Кайра наблюдала, как деревянная дверца мягко захлопнулась после его ухода. С лёгким сердцем Кайра подтолкнула тележку, и её шаги стали лёгкими и быстрыми. Каждая клеточка её тела наполнялась радостью и нетерпением, когда она направлялась в сторону города, предвкушая долгожданную встречу.

Глава 3

Солнце поднималось над горизонтом, мягко освещая и пригревая спину Кайры, пока она приближалась к границе города. Её невозможно было не заметить – высокая завеса тёмного дыма клубилась во все стороны, не имея ни конца, ни края. По пути Кайра встретила несколько людей, тянущих за собой такие же повозки, как и она. Одного из путников она знала – это был старик-травник, живущий за рекой. Невысокий, с длинными седыми волосами и бородой, он, заметив девушку, лишь кивнул и вскоре растворился в тумане. Кайра остановилась. Раз в месяц, когда она приходила сюда с Малеком, ей всегда было не по себе. Этот туман будто бы звал её, манил своей тьмой, желая вытянуть из тела последние силы.

– И как тётя Лана справлялась раньше, проходя через этот туман чуть ли не каждый день? – пробормотала Кайра, задумавшись.

Помотав головой, она крепче сжала ручку тележки и, собрав всю свою решимость, прищурилась шагнула в серую пелену. Оказавшись по другую сторону, Кайра почувствовала, как тело пробрал озноб – будто температура резко упала. Открыв глаза, она увидела, что на улице вновь воцарилась ночь: небо было затянуто серыми тучами, а на месте солнца теперь сияла полная луна́. Земли Этермор, как и всегда, не блистали радушием. Вдали виднелась невысокая каменная стена , где начинался сам город. Проглотив подступивший к горлу ком, Кайра собралась с духом и шагнула вперёд. Переступив ворота города, Кайра, как и всегда, направилась к центральной площади. Каждый раз её удивляло одно – несмотря на вечный сумрак, город кипел жизнью. Люди спешили по своим делам, кто на работу, кто в лавку за продуктами, кто в кузницу. А некоторые, как и она, направлялись к площади. Каждые тридцать дней в Этерморе проходила ярмарка, посвящённая окончанию месяца и Чистой луне́. В этот день, когда за серым куполом восходит полная луна́, туман над городом рассеивается, и жители, под звуки музыки и веселья, могут хоть ненадолго насладиться ясным звёздным небом – чудом, не сотворённым магией.

Лу́нное утро начиналось с рынка, любой житель, будь он из города или пришлый, мог занять свободный прилавок и продавать всё, что угодно, от еды до безделушек. После обеда торговцы расходились, а площадь начинали готовить к празднику, устанавливали сцену, выставляли лавки с яствами. Когда туман рассеивался, музыка разносилась далеко за пределы города, её можно было услышать даже в домике, затерянном в лесу. Обычно Кайра с Малеком возвращались домой, когда туман ещё не рассеялся, а время толка клонилось к обеду, поэтому праздники она проводила в ротонде у дома, будто вместе со всеми. Для большинства людей это был долгожданный день веселья и возможность развлечься и полюбоваться звёздным небом. Но для Кайры и Малека ярмарка означала прежде всего шанс немного подзаработать, особенно после того, как Лана покинула дом, не привлекая лишнего внимания.

Кайра отыскала себе местечко на площади, рядом с приветливой седоволосой пожилой женщиной. Её волосы были собраны в небрежный пучок, глаза за толстыми стёклами очков выдавали слабое зрение, а согбенную спину прикрывала пёстрая шаль. На прилавке женщины лежали разноцветные камушки самых разных форм. Кайра разложила свой товар и принялась ждать покупателей. Соседка оказалась болтливой и доброжелательной: она разговорилась о фестивале, о полной луне́ и о камнях, которые старушка продавала.

– А у вас случайно нет камня, который снимает проклятия? – с легким интересом поинтересовалась Кайра, решив испытать удачу.

– Эх, милая, – спокойным голосом ответила женщина, – проклятия так легко не снять. Для этого волшебница нужна, только им это по силам.

Она на мгновение задумалась, потом добавила:

– Конечно, снять можно, но только если знаешь условия.

Она улыбнулась, переключаясь на новых покупателей. Кайра нахмурилась, глядя на милую старушку. Мысли завертелись в голове: «Значит, нужно выполнить условия…» Она машинально коснулась подбородка, и её брови поднялись в немом вопросе. Взгляд опустился вниз.

«Вот бы я их знала…»

Кайра покачала головой и опустила руки на прилавок, внезапно застыв. Её взгляд сузился, и в нём вспыхнул быстрый, хитрый блеск. «А Малек мне о условии не говорил… Вот же хитрый кот, – задумалась Кайра. – Всегда запрещал ходить к чародейкам и вообще упоминать об этом, чтобы не привлекать внимания. Но теперь его здесь нет, поэтому я могу делать всё, что захочу». Уголок губ девушки едва заметно дрогнул в мимолётной, расчётливой усмешке.

«Ну, ничего, я добьюсь от него правды».

Луна́ стремительно поднималась вверх, и людей на площади становилось всё больше. Из-за наплыва покупателей овощи и фрукты распродались довольно быстро. Продав всё, девушка собрала пустые корзины, загрузила их на тележку и, попрощавшись с пожилой женщиной, направилась в сторону городской библиотеки. Оставив тележку у входа, она шагнула внутрь. Перед ней открылся знакомый вид: двухэтажная библиотека с высокими сводчатыми потолками и овальными расписными витражными окнами. На одном из них была роспись зелёных гор и серого неба с красными облаками. Каждое окно имело свою уникальную картину. Тусклый свет, проникавший внутрь, рассеивался мягкими оттенками разных цветов, а магические светильники добавляли лёгкого красноватого сияния, создавая странную, но завораживающую атмосферу. По правую сторону стояла стойка регистрации билетов. За ней сидела девушка с прямыми золотистыми волосами, аккуратно собранными в низкий хвост. Круглые очки съехали на кончик носа, а янтарные глаза были прикованы к бумагам, разбросанным по столу.

– Добро пожаловать в городскую библиотеку Этермора. Ваше имя? – Пробормотала она, невнимательно перелистывая бумаги.

Кайра сразу узнала светловолосую девушку.

– Уже успела забыть, как меня зовут, тётя Лана? – ехидно бросила она.

Женщина за стойкой мгновенно подняла взгляд. В её янтарных глазах вспыхнула молниеносная искра удивления, но тут же сменилась мягкой, приветливой теплотой. Лана по-прежнему выглядела поразительно молодо: гладкая кожа безупречно скрывала её настоящий возраст.

– Кайра! – воскликнула Лана за стойкой, вскакивая со стула. – Какими судьбами здесь? Ах да, ярмарка! Я так давно тебя не видела! Ты так выросла и похорошела, – захлопотала она.

Брови Ланы мягко опустились, а лицо озарила материнская улыбка. Она протянула руку к Кайре и аккуратно заправила выбившуюся прядь за ухо.

– Моя маленькая девочка, – произнесла она нежным голосом.

Кайра невольно улыбнулась и глубоко вдохнула, почувствовав, как расслабляются плечи. По телу прошла волна тепла, словно утреннее солнце, мягко касающееся кожи.

– Я уже не маленькая, – проворчала Кайра, надутыми губами и с лёгким румянцем на щеках, – не надо со мной сюсюкаться.

Из-за стойки донесся тихий смех.

– Да, ты уже взрослая, – тепло улыбнулась Лана, утвердительно кивнув головой.

– Тётя Лана, ты не поверишь, – ехидно сказала Кайра, приблизившись ближе, – я всё продала! И я в городе одна. Малек отпустил меня!

Глаза Ланы округлились. Приблизившись к Кайре, она так же шепотом сказала:

– А я думала, Малек тебя ни за что не отпустит одну, хоть куда-нибудь.

Лёгкий смешок прокатился между ними. Они обменялись понимающими улыбками – слишком хорошо они знали Малека.

– Он ведь так о тебе заботится, – на лице Ланы всё ещё сияла улыбка, но в голосе невольно проскользнула дрожь.

– Ой, ну конечно, заботится! – фыркнула Кайра. – Он только и делает, что не разрешает никуда ходить в одиночку, заставляет работать, а сам спит целыми днями! Лентяй!

Лана от души рассмеялась, глядя на её возмущённое лицо, и, отвернувшись, тихо перекинулась парой слов с другой работницей. Кайра, воспользовавшись моментом, огляделась. Её сразу же накрыло волной знакомого запаха: аромат старой бумаги, смешанный с запахом дубовых полок и тёплым воском, исходил отовсюду, успокаивая душу.

– Ты голодна? – вдруг спросила Лана, накидывая сумочку через плечо.

Кайра кивнула в ответ, с лица не сходила довольная улыбка. Лана вышла из-за стойки и, подхватив её под руку, они вместе направились к выходу из библиотеки, обмениваясь тёплыми взглядами и тихими улыбками. Они устроились за столиком на улице, возле небольшой пекарни неподалёку от библиотеки. Погода оставалась мрачной и холодной, но аромат свежего хлеба и сладкой выпечки, доносившийся изнутри, придавал этому месту уюта. Девушки заказали себе душистый синий травяной чай и горячие тосты с булочками, начинёнными заварным кремом.

– Ну как ты живёшь, моя девочка? – с лёгким приподнятым настроением решила начать Лана.

– Всё нормально. Дни у нас такие же однообразные: сад, готовка, рыбалка, чтение книг… – Кайра закатила глаза и театрально откинулась на спинку стула. – Ты не поверишь, как же я устала от этой рутины!

Лана тихо рассмеялась.

– В книгах столько всего происходит – приключения, опасности, а я застряла на опушке леса, в глуши… – смущённо вздохнула Кайра. – Я знаю, что мне нельзя, что это опасно, но… – она запнулась, так и не закончив фразу.

Лана понимающе кивнула и мягко положила свою ладонь на руку Кайры.

– Твоя доля тяжела, моя девочка. Но жить в спокойствии не так уж и плохо, – заметила Лана, сделав глоток чая. – Особенно, когда ты не одна.

– Наверное… – Кайра пробормотала, устремила взгляд вдаль, а затем мечтательно прошептала:– Если бы ты осталась с нами…

Потупив взгляд, Лана с трудом сдержала набежавшую на лицо тень вины.

– Вот бы как раньше, – продолжила Кайра, – Видеть тебя каждый день… Мы так давно не виделись, я… скучала. – Последние слова слетели с её губ едва слышным шёпотом.

Ностальгия по прошлому захлестнула девушку с головой, внезапной и горькой волной. С тех самых пор, как Малек появился в их доме, в нём стало оживлённее и веселее: хандра, которая преследовала тётю Лану, полностью отступила, вечера стали короткими и оживлёнными, бурные разговоры в старой ротонде возобновились, как будто никогда и не утихали. Первые незабываемые походы в город на ярмарку после рассеивания тумана… Кайра никогда не думала, что уйдёт дальше своего дома и ближнего леса, такого она и представить не могла. Тогда жизнь казалась полной и простой: втроём они были абсолютно счастливы. Однако настал тот самый день, когда их мир разлетелся на осколки. Конечно, это назревало долго, и Кайра уже давно начала чувствовать, как разговоры дома стали тише, ночи тянулись невыносимо долго и скучно, и постоянная натянутость висела в воздухе, как только Малек с Ланой оказывались в одной комнате. Кайра настойчиво хотела выяснить, что между ними произошло, но все лишь отмахивались, не желая обсуждать это. Они хранили свой секрет. Поначалу её это беспокоило, вот только потом она смирилась с этим, надеясь, что после того, как тётя Лана ушла из дома три года назад, всё наладится, и она будет общаться с ними, как раньше, только по отдельности. Вот только её наивная мечта разбилась о скалы жестокой реальности. Кайра так и не поняла, что произошло между ними. Сколько бы она ни пыталась выяснить, Малек и Лана отмалчивались. Всё закончилось после её восемнадцатилетия: Лана собрала вещи и ушла, пообещав приходить время от времени. Она заверила, что будет любить Кайру так же, как прежде, что между ними ничего не изменится. Но встречи становились всё реже и реже. У Ланы появилось больше работы, а у Малика – всё меньше желания надолго оставаться в городе. Для Кайры причина, по которой они отдалились друг от друга, до сих пор остаётся неизвестной.

– Ты же знаешь, – Лана проговорила мягким голосом. – Вы и без меня справляетесь, а мне рано или поздно всё равно пришлось бы уйти. Только не подумай, я бы никогда не бросила тебя одну в том лесу. – Она поспешно махнула руками, словно оправдываясь.

– Я знаю… – тихо ответила Кайра.

Взгляд Ланы смягчился, она подняла руку и бережно провела ладонью по макушке племянницы.

– Просто… мне показалось, что я вам не нужна. Поэтому я решила попробовать найти свою судьбу здесь.

– Что?! – возмущённо воскликнула Кайра. – Это тебе Малек сказал такую глупость? Да как он мог заявить, что ты нам не нужна?! Вот вернусь домой и задам ему трёпку!

– Кайра, не горячись, – смущённо улыбаясь, Лана пыталась её успокоить. – Он ничего такого не говорил. Я сама… Я хотела бы по-прежнему жить с вами, как одна семья, но мне уже за сорок. Нужно строить собственную жизнь. Пойми, я люблю тебя и Малика, вы занимаете самое главное место в моём сердце… но в вашей семье для меня всё же нет места.

– Что? – Кайра скрестила руки на груди и прикусила нижнюю губу. – Да хоть сегодня возвращайся, я не против.

Взгляд Ланы омрачился от набежавшей грусти, и она опустила глаза.

– Знаю, девочка моя, но… – досада прозвучала в её голосе. – Моя жизнь наладилась, я встретила прекрасного человека, и у меня всё хорошо. Поэтому… – она чуть замялась, – Не стоит за меня переживать. Лучше подумай о себе, дорогая, а если вдруг я тебе понадобится, ты всегда знаешь, где меня найти.

Кайра пристально смотрела на Лану, пытаясь разгадать: действительно ли та счастлива или лишь притворяется. В ответ грудь сжимало тяжёлое, тревожное предчувствие.

– Ты всегда будешь для меня моей маленькой девочкой, – С трудом выговорила Лана.

Кайра смотрела на неё, не зная, что сказать. В глубине души она понимала: Лане нужно жить дальше, завести свою семью. Но это чувство не давало её сердцу покоя. Та маленькая девочка внутри негодовала – она не хотела, чтобы тётя Лана забыла её, не могла позволить потерять ещё одного близкого человека.

– Спасибо, тётя Лана, я этого никогда не забуду, – ласково сказала Кайра, глядя прямо в глаза Лане. – Только ты обязана будешь познакомить меня со своим ухажёром. Я проверю, достоин ли он моей тёти, – добавила она, расплываясь в широкой улыбке.

– Обязательно, – взгляд Ланы стал весёлым, а на лице засияла улыбка. Скупые слезы скатилась по её щеке.

Кайра растерянно замотала головой, схватила салфетку и быстро протянула её Лане. Она смущённо смотрела на тётю, не понимая, что сделала не так. Но Лана только улыбнулась, давая понять, что слёзы эти вовсе не от горя. Час пролетел незаметно. Лане пришлось возвращаться к работе, обеденный перерыв закончился. Кайра последовала за ней, мечтая провести остаток дня до заката в библиотеке, среди новых и увлекательных историй. Кайра направилась в свой любимый отдел библиотеки – приключения с налётом романтики. Идея о том, что девушку спасает прекрасный принц на белом коне, казалась ей довольно занятной, хоть она и вовсе не верила, что когда-нибудь встретит такого человека. Перебирая книгу за книгой, её взгляд зацепился за интересный зелёный корешок. Встав на цыпочки, Кайра потянулась, но до заветной книги оставалось всего чуть-чуть. В этот момент она почувствовала, что кто-то встал позади неё. Сильная мужская рука изящно сняла книгу с высокой полки и осторожно подала её девушке. Обернувшись, Кайра увидела высокого парня. Тяжёлые, тёмно-каштановые волосы мерцали холодным серебром в тусклом сиянии кристаллов. Несколько прядей мягкой волной ложились на лоб. Чёткие черты лица, слегка пухлые губы. Но больше всего её поразили голубые глаза, светлые, глубокие, они напоминали спокойную реку, уходящую в неведомую даль. Сердце забилось чаще. Лёгкий жар охватил тело, кровь прилила к щекам, окрашивая их нежным розовым оттенком. Неожиданно для самой себя Кайра выпалила:

– Мой герой.

– Простите? – переспросил парень, не расслышав её слов.

Кайра вспыхнула, осознав, что сказала это вслух, и неловко улыбнулась.

– Спасибо, – уже громче и более робко произнесла она.

– Не за что, – парень улыбнулся, и его мягкий голос оказался таким же нежным, как и улыбка. – «Приключения Эмили Роуз». Эта книга довольно увлекательная.

– Да-а? – протянула Кайра с явным смущением в голосе. – Я раньше её не читала.

– Это история об отважной девушке, которая решилась отправиться за своей мечтой, – его взгляд задержался на зелёной обложке в её руках. – Думаю, она придётся вам по вкусу.

Её смущённый взгляд скользнул по книге. Ничем не примечательная, зелёная обложка, такая же простая, как и её собственная жизнь. И лишь золотистое название, ярким пятном, выделялось на этом фоне. Она усмехнулась своим мыслям.

«Похоже на меня», – мелькнуло в её голове.

Подняв взгляд, она встретилась с его глазами. Щёки её горели, а сердце неистово колотилось. Странное, обволакивающее чувство, похожее на тёплый поток, разлилось по телу. От него исходил аромат леса, свежесть хвои и что-то неуловимо знакомое, что тянуло её к нему, словно магнит, вызывая желание узнать его ближе. Парень почувствовал, как румянец заливает его щёки. Он нервно откашлялся, прикрыв рот кулаком, и сделал шаг назад, пытаясь обрести равновесие.

– Простите, – его голос прозвучал чуть хрипло. Затем, сделав глубокий вдох, он представился:

– Я Адриан Крайт, сын Виконта, – представился он, протягивая ей руку и ожидая ответной реакции.

– Кайра, – её голос прозвучал едва слышно, когда она вложила свою ладонь в его. Едва их пальцы соприкоснулись, как по телу прошла волна электричества, и волосы на руках встали дыбом. – Приятно познакомиться, Адриан.

– Я тоже очень рад, – произнёс он с мягкой улыбкой. – Не сочтите за грубость, я не хочу отнимать у вас много времени.

Кайра вопросительно посмотрела на него, пытаясь понять причину его внезапно забегавших глаз. Он выглядел так, словно хотел что-то сказать, но не решался. Адриан неловко почесал затылок, ещё больше смущаясь.

– Я путешествую, – начал Адриан, нервно улыбаясь. – Думал, что найду здесь информацию о городе… – Он замялся, его взгляд забегал по лицу Кайры. – И вдруг увидел вас. Может, вы могли бы показать мне город? Я… – он тут же замолчал, смущённо качнув головой. – Простите, с моей стороны это глупо, не стоило просить.

Кайра растерянно посмотрела на парня. Она видела, как он нервничает, и это делало его ещё более неловким. Казалось, он сам не верил в то, что говорит, а его глаза выдавали все его сомнения.

«Он такой милый… Интересно, почему он так смущён? Неужели я ему понравилась?» – пронеслось у неё в голове. Но тут же, словно холодный душ, на неё обрушились слова Малека: «Не доверяй незнакомцам. Не гуляй с ними…»

Однако голубые глаза Адриана притягивали её. Светлые, глубокие, они напоминали саму реку – спокойную, но полную тайны. В них не было и намёка на обман, лишь искренность, которая казалась довольно молящей. Кайра покачала головой, будто пытаясь отогнать сомнения, и в её сознании пронеслась мысль: «Нет… он точно не из плохих. С такими глазами просто не могут быть злыми…»

– Я вообще-то планировала провести остаток дня в библиотеке, – неуверенно произнесла она.

Адриан опустил руку, и на его лице сразу отразилась лёгкая досада. Это было не разочарование, а скорее грустное понимание.

– Раз вам нужна помощь… – начала Кайра, и в её голосе появилась твёрдость. – Я с радостью покажу вам город. – Она улыбнулась ему, глядя прямо в глаза.

Его лицо вдруг просияло. С него слетела вся досада, и на нём вновь засияла та самая мягкая, милая улыбка. Он протянул Кайре руку, приглашая последовать за ним.

– Тогда пойдёмте, – его голос прозвучал низко и чуть томно, как будто он не мог дождаться.

Адриан протянул свою руку и сжал ладонь Кайры. Его пальцы сомкнулись вокруг её руки – крепко, но в то же время бережно, он словно боялся её упустить. Он повёл Кайру за собой к выходу из библиотеки. Тёплая рука Адриана в её ладони отзывалась в сердце Кайры особым чувством. Словно вместе с этим прикосновением в неё проникало лёгкое, светлое волнение, которое делало каждый её вдох трудным, но невероятно желанным. Жизнь в этот момент казалась прекрасной. На улице их встретило хмурое небо, затянутое серыми, тяжёлыми тучами. Мрачная погода контрастировала с лёгким, радостным настроением, что зародилось между ними. Из-за дальних крыш доносились лёгкие, еле слышные звуки музыки. Они переглянулись, и без слов направились на звук. На площади уже вовсю играли весёлые мелодии, а ряды с едой манили разнообразием запахов – сладкой карамели, свежей выпечки, ароматных трав и острых пряностей. Поддавшись соблазну, они взяли по мороженому и отправились дальше исследовать город. Адриан оказался невероятно увлекательным собеседником. Он рассказывал, как по поручению семьи путешествует по городам и баронствам королевства Морлиант. Его голос оживал, когда он вспоминал, как впервые покинул родной дом, окутанный густым туманом. Он говорил о свободе, которая кружит голову, и о страхе перед неизвестностью, что сжимает сердце. Кайра слушала, и в каждом его слове она узнавала себя, свои самые сокровенные страхи и мечты. Адриан говорил много, искренне и легко, и Кайра не могла не восхищаться этим. Но когда он поинтересовался её жизнью, она немного замялась, подбирая слова. Она в общих чертах призналась, что её дни скучны и однообразны: сад, готовка, рыбалка, книги. В сравнении с его захватывающими историями её жизнь казалась ей серой и бесцветной. Она украдкой взглянула ему в глаза – светло-зелёные, тёплые, казалось, впитывающие каждое её слово. Где-то глубоко внутри что-то настойчиво подсказывало Кайре, что ему можно доверять, что ей хочется открыть перед ним сердце, но разум упрямо шептал: «Опасно. Нельзя». Эти противоречивые чувства смущали её, рождая острую тревогу. То ли отголосок предостережений Малека, то ли первозданный страх перед неизведанным. Но Кайра знала одно, ей нравилось разговаривать с Адрианом. Хоть она и почти ничего о нём не знала, его приятный голос, добродушная улыбка и, особенно, глаза… ах, эти глаза, которые так легко располагали к себе. Несмотря на все противоречия, она чувствовала, будто рядом с ним можно просто быть собой. Она и не заметила, как пролетело время. Ей было настолько хорошо, что всё вокруг будто стёрлось: слова Малека, разговор с Ланой, всё поблекло. Остался только Адриан, его голос, его рассказы. «Может, это и есть судьба?» – промелькнула мысль у Кайры, когда она смотрела на милого парня, даже не подозревая, что эта встреча может навсегда изменить её жизнь. Они сидели на скамейке у главной площади. Воздух вокруг них постепенно становился прозрачнее, и туман отступал, открывая взору невероятное звёздное небо. Полная луна́ светила особенно ярко, и Кайра не могла отвести от неё глаз. Это была самая красивая ночь, которую Кайра когда-либо видела.

– Мне было весело с тобой, – вдруг заговорил Адриан, отводя взгляд от неба.

– Мне тоже… – смущённо ответила Кайра, и её щеки снова порозовели.

– Может, ты хотела бы встретиться завтра? – с надеждой в глазах спросил Адриан.

И тут Кайру накрыло. Реальность, словно ледяная вода, обрушилась на неё, вырывая из сказки этого вечера. Осознание пришло внезапно, оставив в теле неприятное, леденящее ощущение.

«Я больше не смогу увидеться с Адрианом. Никогда…» – горькое осознание пронзило её.

– Прости, – с грустью и едва слышной дрожью в голосе произнесла Кайра. – Я бы очень хотела, но… не смогу.

Адриан не отводил взгляда. Он пристально вглядывался в неё, пытаясь разгадать, что произошло. В её глазах появилось что-то отстранённое, а на лице проступила лёгкая печаль.

– Строгие родители?

– Можно и так сказать, – ответила она, и в голосе прозвучала грусть.

– Ах да, – внезапно воскликнул Адриан, словно что-то вспомнив. – Ты знаешь домик травника неподалёку от реки?

Кайра удивлённо кивнула.

– Как насчёт встретиться у реки в полдень?

Их взгляды встретились. Взгляд Адриана был полон надежды, а его лицо озаряла открытая, предвкушающая улыбка. Он смотрел на Кайру так, будто был уверен в её согласии, но в глубине глаз мелькало лёгкое, почти неуловимое волнение. В этот миг на лице Кайры отразилась вся её внутренняя борьба. Она увидела его надежду – и тут же почувствовала, как собственная вера в возможность счастья угасает. Её взгляд потяжелел, а лицо омрачилось. Адриан неожиданно поднялся со скамейки. Кайра не видела его лица, но почувствовала, как её сердце болезненно сжалось. Ей так отчаянно хотелось поймать его взгляд ещё раз, чтобы убедиться, что он всё понимает.

– Я не стану настаивать, – спокойно произнёс он. Повернувшись к Кайре, он улыбнулся мягко, сдержанно. – Завтра в полдень я буду ждать тебя у реки.

Прощаясь, он склонился над её рукой в почтительном поклоне и едва коснулся губами тыльной стороны ладони. Это был короткий, но полный нежности и понимания жест, оставивший в её сердце тёплый отпечаток. Адриан выпрямился и направился к тёмному переулку. Через минуту его силуэт растворился во мраке. Кайра не могла отвести взгляда от того места, где он исчез. Щёки её пылали, а сердце билось в груди диким, бешеным ритмом. Разум окутал плотный туман, непонимание происходящего будоражило её до дрожи и одновременно парализовывало.

«Что это было?..» – в отчаянии воскликнула она про себя.

Девушка отвела взгляд, опустив его на свои руки, лежащие на коленях. Сердце всё так же предательски колотилось, но теперь в груди разгоралось тёплое пламя надежды – надежды на скорую, завтрашнюю встречу. С этим сладким, непослушным ощущением Кайра встала со скамейки. Её тело казалось невесомым, ватным, с трудом подчиняясь воле. Будто в тумане, она дошла до библиотеки и лишь тогда заметила, что та уже закрыта. Забрав свою тележку, Кайра направилась в сторону дома. Но мысли её не отпускали. Каждое прикосновение, каждый взгляд, каждое слово Адриана отзывалось в её сердце лёгким трепетом, который Кайра никак не могла остановить.

Глава 4

Кайра вернулась домой уже глубокой ночью. Лес окутывала густая непроглядная тень, и лишь сквозь ветви деревьев пробивался серебристый свет полной луны́. Ноги едва несли её к дому, усталость в каждом движении давала о себе знать. Подойдя к крыльцу, она поставила тележку и, открыв входную дверь, мечтала лишь об одном, умыться и лечь спать. В гостиной горел тусклый свет, и в воздухе висела гнетущая тишина. Кайра с каждым шагом замирала, направляясь туда. Подойдя ближе, она словно приросла к порогу. В дальнем углу комнаты, окутанный глубокой тенью, сидел высокий парень. Его лицо оставалось невидимым, но Кайра отчётливо увидела блеск серых, до дрожи разъярённых глаз. Волна чистой ярости ударила в неё, перекрыв дыхание. Воздух сразу стал тяжёлым и вязким. Она нервно сглотнула, чувствуя, как в горле застрял ком. И в тот же миг, словно эхо, в голове прозвучали строгие слова Малека: «Вернись до заката домой». Кайру прошиб холодный пот. Сердце сжалось от внезапного страха, и она мгновенно увидела всю глубину совершенной ошибки. Малек медленно подался вперёд. Тусклый свет кристалла лишь слегка освещал его хмурое лицо: брови были сдвинуты в глубокой складке, ноздри чуть раздувались, губы плотно сжаты в тонкую линию. Каждая черта его лица кричала о ярости, которую он сдерживал с невероятным трудом, и эта сдерживаемая сила ощущалась в воздухе. Кайра нервно сглотнула, и её сердце замерло. Она сделала нерешительный шаг вперёд, чувствуя, как вина обжигает её.

– Малек? – её голос прозвучал едва слышно, хотя она прекрасно знала ответ. Она всё же решила спросить: – Всё в порядке?

– Где ты была?! – Голос Малека прозвучал низко и гневно, словно раскат грома. – Мы договаривались, что ты вернёшься до заката! Где тебя эльфы носили?!

– Я потеряла… счёт времени… и… – Кайра медленно сняла с плеча сумку, пытаясь выиграть время. – Я кое-кого встретила…

– Зря я тебя одну отпустил, – его голос был низким и твёрдым. Он медленно поднялся с кресла, и каждый его шаг казался взвешенным. – Ты хоть понимаешь, как я здесь места себе не находил? Что, если с тобой что-то случилось? Мир опасен, Кайра. Тебе вообще… – он замолчал, и его взгляд был полон холодной ярости. – …можно доверять?

– Но я… – начала Кайра, но резко замолчала. Она судорожно искала слова, но не могла найти ни одного возражения. Слишком чётко она осознавала свою оплошность.

«Да, я виновата… но ведь я вернулась. Подумаешь, опоздала… но всё же вернулась», – мелькнуло в её голове, но озвучить эти мысли она не решилась. Малек подошёл ближе, сократив расстояние между ними наполовину. Его шаги звучали слишком отчётливо в тишине комнаты, и с каждым его шагом Кайре казалось, будто воздух вокруг сгущался всё сильнее. Малек начал подходить ближе, сокращая расстояние между ними. Его шаги звучали слишком отчётливо в тишине комнаты, и с каждым шагом Кайре казалось, будто воздух вокруг сгущался всё сильнее.

– Больше ты никуда одна не пойдёшь! – каждое слово он произнёс чётко, не оставляя места для обсуждений.

Взгляд Кайры вмиг ожесточился, и кровь словно закипела в её венах. Она уперла руки в бока, дрожа от гнева, и её слова вырвались наружу, почти криком:

– Ты ничего не понимаешь! Всю жизнь я делаю только то, что мне велят – сначала Лана, теперь ты! Почему мне нельзя хоть раз пожить для себя?! Я всего лишь задержалась на несколько часов!

Малек медленно шагнул вперёд, словно хищник, сокращая расстояние между ними. Его руки скрестились на широкой груди, мышцы напряглись так сильно, что под кожей вздулись вены. В человеческом облике он был на голову выше Кайры, и теперь она смотрела на него, ощущая, как её шея устаёт от этого напряжения. Они смотрели друг на друга упёртыми, несгибаемыми взглядами. В комнате сгущалось напряжение, воздух становился всё более натянутым. Между ними, словно мираж, пробегали крошечные искры, и ни один из них не собирался отводить взгляд.

– Иди в свою комнату, Кайра! – сквозь сжатые зубы бросил Малек, с трудом удерживая очередной всплеск гнева.

– Да пойми ты… – голос Кайры неожиданно прозвучал мягче, чем она сама ожидала, почти умоляюще. – Я всё объясню, просто…

Малек резко отвернулся, не желая больше слышать ни одного слова, ни одного оправдания.

– Я не хочу больше ничего слышать! – твёрдо заявил он, направляясь к дивану. Его шаги были резкими, будто он боялся остановиться.

Чувства злости и обиды захлестнули её с новой силой. Глаза защипало, и слёзы медленно покатились по щекам. Она видела Малика недовольным, раздражённым, в плохом настроении – но никогда таким злым и сердитым. Переполняющее чувство несправедливости не давало ей успокоиться. Ведь она просто хотела поделиться счастьем: рассказать о весёлом дне, о новом друге, о случайном воспоминании, о встрече с Ланой. Но вместо слов из неё вырывались только слёзы. По комнате раздался тихий всхлип. Малек обернулся на звук и застыл. Его взгляд смягчился, а на лице промелькнула тень вины.

– Кайра?..

Девушка подняла заплаканные глаза, в которых теперь горела не только обида, но и гнев. Её губы дрожали, лицо перекосило от злости. И внезапно, с последней каплей сил, она выкрикнула:

– Ненавижу тебя!

Кайра развернулась и выбежала из гостиной. Тяжёлые шаги прогремели по ступеням. Поднявшись наверх, она пронеслась по коридору и с грохотом захлопнула дверь за своей спиной. Медленно сползая вниз по двери, Кайра закрыла лицо ладонями не переставала плакать. Лишь спустя некоторое время Малек вышел из оцепенения. Словно по привычке, он двинулся к памятнику Лу́ны – своему единственному утешению. Сев на землю, прислонился к холодному камню он долго смотрел в тёмную лесную гладь. Тихий ночной ветер трепал его непослушные волосы. Он сжимал кулаки до боли, оставляя отпечатки ногтей на ладонях. В глазах отражались вина и усталость. Малек опустил голову, разжал руки и, тяжело выдохнув, заговорил…

– Кайра ненавидит меня… забавно, не правда ли? – Малек горько усмехнулся. – Ей всё неймётся, всё нужно куда-то вляпаться – приключения, проблемы… Иногда так и тянет сжечь все её книги. Но я слишком хорошо знаю, какой ценой мне обошлось бы подобное – прощения я точно бы не дождался… Верно, Лу́на? – Он замолчал, надеясь услышать ответ, но сам прекрасно понимал, что никто ему не ответит.

– Почему я не нашёл тебя раньше? Я ведь мог сбежать вместе с тобой… Зачем ты так со мной поступила? – Голос Малека стал тише. Он поднял взгляд и посмотрел в сторону большого окна спальни Кайры. Остановившись на несколько мгновений, он вновь опустил взгляд в лесную даль.

– Знаешь… вы такие разные. Ты всегда была спокойной, рассудительной, надёжной. Ты держала слово. А она… непоседа. Иногда мне становится страшно. Я просыпаюсь, а в доме стоит тишина. И невольно начинаю её искать. Каждый раз нахожу – то в саду, то в лесу, то ещё где-нибудь. Но… – Он тяжело вздохнул, помотал головой и продолжил. – Боюсь, что однажды проснусь и не найду её вовсе. Боюсь, что она сбежит от меня, натворит дел. Но больше всего я боюсь, что не смогу уберечь её от силы, что пробудится в ней совсем скоро. – Несколько минут он молчал, уткнувшись взглядом в тёмный лес. Затем заговорил снова:

– Что мне делать, Лу́на? Как мне защитить её – от судьбы, от мира…

Малек подтянул одно колено к груди, уперев в него локоть. Он изредка делился своими страхами и мыслями с тем, по кому так сильно тосковал.

* * *

Кайра долго сидела под дверью. Слёзы постепенно иссякали, лишь редкие капли всё ещё скатывались по щекам. Вдруг послышался тихий хлопок двери на кухне – она сразу поняла, что Малек ушёл к матери. Он часто так делал по вечерам. Но Кайру это теперь не заботило. Смахнув ладонью остатки слёз, она медленно поднялась с пола. Проходя мимо большого окна, заметила его. Малек сидел у надгробия – один, неподвижный. После того как она услышала хлопок двери на кухне внизу, она поняла, куда пошёл Малек, хотя в тот момент её это мало интересовало. По тихой комнате разносились громкие всхлипы; Кайра не могла не думать о приятных моментах, проведённых в городе – они стирались из памяти, оставляя лишь горькое послевкусие этого вечера. Спустя время тело Кайры стало мягким, на щеках остались влажные дорожки слёз, а губы невольно дрожали. Из последних сил она сжала кулаки и, взяв себя в руки, наконец поднялась с холодного скрипучего пола. Слегка пошатываясь и перебирая непослушными ногами, она медленно проходила мимо лавандового кресла у окна и увидела Малека, сидящего у надгробия; его взгляд устремился куда-то в даль.

«Так и думала…» – промелькнуло в голове у Кайры.

Она отвела взгляд и направилась в гардеробную. Через несколько минут вышла, уже переодевшись в ночную сорочку, стирая со щёк остатки слёз. Она села в кресло у окна. С пустотой на сердце она села в кресло у окна. Её потухший взгляд устремился на Малека, он сидел всё так же, словно витал в мыслях. Его неподвижная фигура казалась застывшей во времени. Взгляд Кайры расплывался, а опухшие от слёз глаза начали покалывать. Её взгляд поплыл, застывая на силуэте Малека. И где-то под рёбрами её пронзила новая, нестерпимая боль. Кайра откинулась на спинку кресла, устроившись в нём поудобнее.

«Почему он просто не выслушал меня? Почему снова сидит там, возле мамы?» – тяжёлый вздох вырвался из сжатой груди, нарушив тишину комнаты.

– Ненавижу тебя… – едва слышным шёпотом выдавила Кайра, не отрывая взгляда от Малека.

Она ненавидела эти мучительные чувства, что терзали сердце и заставляли её отчаянно убеждать себя в ненависти.

– Почему ты такой глупый… – Из последних сил пробормотала Кайра. Её опухшие глаза закрывались, а разум проваливался в сон.

Спустя время послышался осторожный стук в дверь. В комнате царила тишина – ответа не последовало. Дверь приоткрылась, и в проём шагнул Малек. Его взгляд сразу нашёл Кайру: она мирно сопела, свернувшись в кресле. Её заплаканное лицо теперь казалось безмятежным. Малек подошёл ближе и присел рядом. Его тёплый взгляд скользнул по её безмятежному лицу. Кайра шевельнулась во сне, и тонкая прядь волос соскользнула ей на щёку. Он протянул руку и осторожно убрал выбившуюся прядь, заправив её за ухо.

– Какая же ты глупенькая… – тихо прошептал он, в голосе слышалась нежность и лёгкая усмешка.

Не раздумывая долго, он поднялся и аккуратно взял Кайру на руки. Её тело чуть шевельнулось, не нарушая сладостной безмятежности сна. Малек бережно уложил её на кровать и заботливо укутал одеялом. Сев рядом, он некоторое время молча смотрел на неё. В его взгляде отражались забота и нечто глубже – едва заметная, скрытая даже от него самого слабость. Он мягко пригладил её волосы ладонью, наклонился ближе и едва коснулся губами её лба. Кайра во сне чуть сморщила лицо, словно что-то почувствовала.

Малек тихо усмехнулся.

– Прости меня… я переборщил сегодня, – едва слышно прошептал он перед тем, как уйти.

Он осторожно прикрыл за собой дверь и оставил Кайру в тишине её сна. Спустившись вниз, коснулся ладонью кристалла – тусклый свет погас, и гостиная погрузилась во мрак. Малек опустился в глубокое синее кресло в дальнем углу комнаты. Тишина давила на него, становилась почти осязаемой, гнетущей. Его взгляд упирался в тёмные очертания леса за окном, блуждая, словно он пытался найти что-то, что потерял, но никак не мог вспомнить, что именно.

– Что же я делаю?.. – тихо сорвалось с его губ, и этот вопрос остался висеть в темноте, так и не дождавшись ответа.

Глава 5

Непроглядный тёмный лес окутывал её со всех сторон. Вокруг стояла оглушительная тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом листвы и едва слышными голосами, доносящимися из глубины. Кайра зашагала в сторону звуков, чем ближе она подходила, тем отчётливее становились голоса. Она вышла на небольшую зелёную поляну, освещённую редкими, серыми лучами света. В центре стояла девушка, и Кайра сразу узнала её. Это была тётя Лана, чуть моложе, чем сейчас, но всё такая же красивая. Длинные золотистые волосы мягко спадали по плечам, на лице – всё те же очки и та же добрая улыбка. Она была не одна. Рядом кто-то сидел, вглядываясь во что-то в кустах. Кайра подошла ближе, желая понять, что происходит. Как только парень выпрямился, выходя из тени, Кайра сразу его узнала. Эти широкие плечи, непослушные серые волосы… Когда он повернулся, она увидела знакомые, лунного оттенка глаза и мягкие черты лица.

– Малек, – прошептала Кайра, чуть прищурившись. – Такое чувство, будто он совсем не изменился…

Она начала невольно сравнивать его – того, кто стоял сейчас перед Ланой, и Малика, которого видела совсем недавно, в полнолуние. «Когда он успел вырасти из этого в… то?» – мысль сама вырвалась, и к щекам тут же прилила краска. Кайра поспешно мотнула головой, будто пытаясь стряхнуть лишние мысли. «О чём ты вообще думаешь?» – осудила она себя, стараясь вернуть внимание к Лане с Малеком. Он вопросительно посмотрел на Лану, ожидая продолжения. Невооружённым взглядом Кайра заметила, как тётя нервно сжимала кулаки. Опустив взгляд, она, казалось, собиралась с духом. Малек подошёл ближе – в его глазах блестело беспокойство. Он осторожно положил руку ей на плечо. Кайра, сделав ещё несколько шагов вперёд, остановилась, когда в тишине раздался голос Ланы:

– Я знаю, что куда старше тебя, – начала она, отводя взгляд. – Хоть ты и живёшь столько же, сколько и я, но ты… другой. Твоё проклятие…

Лана замолчала. Малек убрал свою руку с плеча девушки.

– Что ты хочешь этим сказать?

Лана нервно провела рукой по другой, будто пытаясь успокоиться.

– Ты мне нравишься, Малек, – Лана продолжила, не поднимая глаз, её голос звучал тихо, но ровно. – С того дня, как ты появился, ты стал для меня не просто другом. Из-за тебя я впервые за долгие годы вспомнила о своей мечте обзавестись любящей и полноценной семьёй.

Она позволила себе тихий, горький смешок.

– Для Кайры ты стал хорошим другом, и это понятно… ведь ты всего на несколько лет её старше. Наверное, это так странно, так неправильно… Я всего лишь подруга Луны́, которая воспитывала её дочь. И твоё появление дало мне шанс почувствовать это прекрасное чувство – любовь. Лана подняла глаза и вздрогнула, отступив назад. Взгляд Малека казался застывшим, абсолютно пустым и стеклянным. Он смотрел сквозь Лану, словно не видя ничего перед собой. Сознание, казалось, отключилось, оставив на лице лишь безмолвный, отстранённый шок. Кайра испуганно смотрела на пустой взгляд Малека, её тело дрожало. Она начала пятиться назад, и в оглушительной тишине леса раздался громкий хруст – ветки под её ногой.

Кайра открыла глаза и сразу ощутила тяжесть в груди. Голова раскалывалась, сердце предательски сжималось, будто не в силах отпустить сон.

– И что это было?.. – простонала Кайра, морщась от боли. Она прижала ладонь ко лбу и обессиленно опустилась на кровать.

Её тихие стоны отдавались эхом по комнате. Дезориентированная, она беспокойно обвела взглядом пространство перед собой, затем перевела его на кресло, и, наконец, задержала внимание на одеяле.

– Поче?.. – вопрос застрял на губах. В голове снова затрещало от напряжения, когда она качнула ею, тщетно пытаясь выстроить хронологию минувшей ночи.

В памяти всплыла размытая картина: она смотрит на Малека у надгробия, веки медленно смыкаются… Потом – ощущение, будто её подхватили чьи-то крепкие руки, нежно прижимая к груди. Запах лесной свежести, и лёгкие, тёплые прикосновения к лицу, а дальше, лишь сон. Опустила ладонь перед собой и замерла, погружённая в смятённые мысли.

– Точно… вчера же… И зачем он?.. – с грустью прошептала Кайра, вглядываясь в пустоту. Внезапно в голове эхом прозвучал голос Малека: «Прости меня»

Волной по её телу пробежали мурашки. Кайра стянула с себя одеяло, поднялась с кровати и направилась в гардеробную. Надев платье нежно-жёлтого оттенка с рукавами-фонариками, она села на кресло и принялась зашнуровывать ботинки. Головная боль чуть поутихла, вот только яркие отрывки из сна никак не хотели отпускать. Слова Ланы: «Ты мне нравишься, Малек…» – отдавались в её сознании звенящим эхом. В памяти тут же всплывал пустой, ледяной взгляд Малека. Стоило ей лишь представить его, как по телу пробегала дрожь, и бросало в холод. Противоречивые чувства терзали её. Она не понимала: это всего лишь фантазия разыграла с ней злую шутку или же тот сон действительно был чем-то большим? Сон, кошмар, реальность… Теперь всё это слилось в один мучительный клубок.

– Сначала кровь, потом ступени, мама с Ланой… а теперь вот это… – пробормотала Кайра, завязывая шнурки. – Почему они начали сниться именно сейчас? С чем это связано…

Тяжёлый вздох, наполненный грустью, прозвучал в тишине комнаты. Закончив с обувью, Кайра направилась к двери. Тихо пройдя по коридору, она спустилась вниз по лестнице. На кухне никого не было. Девушка старалась пройти мимо гостиной как можно незаметнее – желания сталкиваться с Малеком у неё не было вовсе. На кухне Кайра растопила печь и поставила чайник. Обернувшись к окну, она заметила, как солнце уже поднималось над верхушками деревьев, а небо постепенно затягивали пушистые облака, похожие на хлопок.

– Наверное, будет дождь, – пробормотала она себе под нос.

Чайник зашипел и вскоре издал характерный свист. Кайра приготовила кружку, насыпала туда сушёных трав и залила кипятком. С кружкой в руках она вышла на улицу. Дул прохладный ветер, принося с собой свежесть леса. Он ласково играл с подолом платья Кайры, словно пытаясь утешить её. Глубоко вдохнув приятный аромат, она направилась к ротонде, по дороге сорвав с ветки спелое красное яблоко. Пододвинув старый деревянный стул, Кайра невольно вспомнила вчерашнее раннее утро, вместе с тем странный сон. В ушах резко зазвенело карканье ворон. Девушка обернулась, но звук исчез так же быстро, как и появился.

– Да что со мной происходит… – дрожащим голосом прошептала Кайра. Глаза предательски защипало, и на ровном месте выступила влага. Она торопливо потерла их руками и, решительно вздохнув, выпрямилась.

– С меня хватит, – чуть громче произнесла она. – Это всего лишь плохие сны. Хватит расклеиваться.

Она тяжело уставилась на яблоко. Поднеся его к губам, Кайра впилась зубами, вымещая на нём свою скрытую злость. Сладкое, сочное яблоко хрустнуло, и его сок тонкой струйкой скатился по подбородку Кайры. Проведя рукой по лицу, она стерла его и на мгновение позволила себе едва заметно улыбнуться.

– Ах, светлячки! Какое сладкое… – не скрывая удовольствия, со стоном процедила Кайра. На её лице расцвела довольная улыбка, а в глазах вспыхнул чистый, белый огонёк, стирая из памяти все дурные сны.

Оглядев ротонду, она на миг замерла – вспомнились минувшие дни, когда они дружно втроём сидели здесь, попивая чай. Ночью, при полной луне́ и тусклом освещении магических камней, запах ночной свежести щекотал нос Кайры, будто она вновь оказалась в том моменте.

Весёлые рассказы Малека о том, как тот случайно опрокинул горящую свечу на стопку книг в комнате Лу́ны. Слава основателям, всё обошлось, вот только книги было уже не спасти. После этого он рассказывал, как Лу́на несколько дней с ним не разговаривала. Кайра с Ланой от всего сердца смеялись над неуклюжестью Малека. Её радовало слышать подобные истории о прошлом её матери, вот только она поймала себя на мысли, что куда интереснее ей был Малек… Также Кайре вспомнился взгляд тёти Ланы, которым она смотрела на Малека: тёплый, мягкий, и полный глубокой нежности.

Кайра в тот же миг задумалась: «С какого момента у неё был этот взгляд? Когда она начала смотреть на Малека именно так?» Кайра подняла свой взгляд, устремив его в лесную даль.

– И почему я раньше этого не замечала? – Лёгкая грусть прозвучала в её голосе.

«Кажется, я всегда была невнимательна…» – Кайра вернула взгляд на ротонду, осматривая её изнутри. Старая, потрёпанная временем, она хранила в себе множество уютных и приятных воспоминаний, которые навсегда останутся в сердце Кайры. Ей вспомнился один лунный день, когда погода вновь была нестабильна. Она сидела здесь, ровно на том же месте, что и сейчас, наслаждаясь ночным небом, попивая ароматный травяной чай. Насколько Кайра помнила, это был период, когда Лана всё чаще оставалась в городе, а Малек уходил в лес, желая побыть в одиночестве.

Осознание заставило Кайру вернуться в реальность. «Может, они из-за того разговора начали сторониться друг друга?» – промелькнуло в её голове. «А может, и нет», – опустив брови, она откинулась на спинку стула, прикрыв глаза, возвращаясь к тому вечеру.

Когда она сидела в ротонде, вдруг из леса вышел Малек. Кайра слегка вздрогнула от удивления, пролив несколько капель чая на платье.

– Ох уж эти светлячки, – пробормотала Кайра.

Малек остановился и повернулся на звук. Их взгляды встретились. В тусклом свете полной луны́ он выглядел грустным, казалось, будто его что-то тревожило. Он направился к Кайре и сел на свободный, ближайший стул. Молчание медленно тянулось между ними. Кайра попивала свой чай, каждый глоток давался с трудом из-за неловкого напряжения, которое нависло между ними. Она совсем забыла о пятнах на платье. Малек тихо вздохнул, нарушив тишину.

– Прости, что так появился, – его голос был глухим. – Кажется, я напугал тебя. Ты сильно обожглась?

Кайра подняла на него вопросительный взгляд от удивления.

– Нет, – всматриваясь в Малека, она заметила, как он нервно перебирает пальцами, слегка наклонившись вперёд. «Он такой нервный, на него не похоже!» – промелькнуло у Кайры в тот момент. – Все нормально. Платье жалко, конечно, но надеюсь, отстирать смогу.

– Понятно, – отрывисто бросил Малек.

– Тебя что-то беспокоит? – С неподдельным интересом и без тени стеснения спросила Кайра. – Ты какой-то подавленный. Это из-за Ланы?

Малек перестал перебирать пальцами и, подняв взгляд, уставился в даль.

– Нет, – коротко ответил Малек. Его взгляд стал другим, более тёплым. – Это из-за тебя.

Подул сильный порывистый ветер. Кайра открыла глаза, осматриваясь вокруг. К её щекам прилила кровь. Не веря собственным воспоминаниям, она помотала головой. Наклонившись вперёд, она взяла кружку и сделала глоток тёплого чая.

– Да он не мог такого сказать! – бормотала Кайра себе под нос. – Или всё-таки… Ох, светлячки, зачем я это вообще вспомнила?

Она глубоко вздохнула, кинув свой взгляд на сад. Солнце вовсю освещало небольшой сад. Кайра раньше не любила его, особенно, когда Лана просила помочь вспахать землю. Только сейчас в голове девушки всплыли слова Ланы: «Нужно радоваться, что светит солнце, а то камнями света пришлось бы закупаться, как в старые времена, когда твоя мама правила.» Кайра тогда язвительно отвечала, частично пропуская мимо ушей: «Да-да, как хорошо, что светит солнце». Кайра не сдержалась и засмеялась от собственных мыслей.

– Вот почему я каждый раз переспрашиваю, почему такая погода на улице… – пыталась успокоиться Кайра. Вдруг смех сменился грустью в голосе. – Да… я не меняюсь…

Тяжело вздохнув, Кайра увидела силуэт серого кота. Она опустила глаза и увидела, как Малек спокойным шагом направлялся к грушевому дереву, уютно устраиваясь в тени. Он не смотрел в сторону Кайры. «Вот жешь», – раздражённо всплыло в голове Кайры, вместе со словами женщины с городской ярмарки. «Нужно знать условия, чтобы снять проклятие…»

– Точно, проклятие, – вспомнила Кайра. Она уже хотела подняться, но осеклась и опустилась обратно на стул.

«Я не хочу больше ничего слышать!» – громкий, недовольный голос Малека прозвучал в памяти.

– Точно, – с кривой улыбкой подумала Кайра.

Она отрицательно покачала головой, резко встала со стула и направилась в дом, прихватив кружку с недопитым чаем. Спустя несколько минут Кайра снова вышла на улицу, туго повязав на голове платок. Подойдя к последнему, дико заросшему участку сада, она досадливо вздохнула и с неохотой принялась за работу. Краем глаза Кайра поглядывала, как Малек лениво потягивается в тени грушевого дерева, устраиваясь поудобнее.

«Бездельник», – со злостью промелькнуло у неё в голове, пока она усердно продолжала работать.

Закончив с сорняками, Кайра устало вздохнула. Вытерев тыльной стороной ладони пот со лба, она запрокинула голову, устремив взгляд в небо. Вдалеке виднелись серые тучи, но солнце всё ещё ярко сияло в зените. И тут в голове внезапно полыхнуло, словно кто-то зажёг фитиль в тёмной комнате. И вместе с этим светом отчётливо зазвучали слова Адриана:

«Завтра в полдень я буду ждать тебя у реки.».

Впервые за последние сутки на лице Кайры засияла лёгкая улыбка. Лучи солнца нежно щекотали её кожу, а в воздухе чувствовалась тёплая свежесть. Она уже почти ощущала вкус предстоящей встречи с Адрианом. Вдруг за спиной послышался шелест. Кайра резко обернулась и увидела, как Малек лениво валялся в траве, перекатываясь с боку на бок своим пушистым телом. Горькое осознание мгновенно пронзило её мысли:

«Я ведь не смогу пойти одна… Он же меня не отпустит».

Улыбка мгновенно сошла с её лица, и она опустила голову. Но, наконец, собравшись с силами, Кайра поднялась и твёрдо решила:

«А с чего это я должна спрашивать его разрешения? Захочу – и пойду!» – гордо подняв голову, сказала она самой себе.

Собрав овощи на обед и приведя всё в порядок, она направилась в дом. Малек молча последовал за ней. С самого утра он не проронил ни слова.

«Видимо, ему нечего сказать», – злобно проскользнуло в голове девушки.

Дома оказалось куда прохладнее, чем на улице. Сняв платок, она положила его на обеденный стол и направилась на кухню. Налив себе стакан прохладной воды, Кайра сделала глоток – по горлу прошёл приятный освежающий холодок. Едва она поставила стакан на столешницу, рядом запрыгнул серый пушистый кот. Их взгляды встретились. Кайра неловко вздрогнула. Малек приоткрыл свой кошачий рот, будто хотел что-то сказать, но так и не решился заговорить. Девушка вынырнула из этого странного оцепенения: быстро взяла чистую миску и налила Малеку холодной воды, подставив ему под нос. И поспешно, не проронив ни слова, отвела взгляд в сторону. Перед глазами вспыхнули картинки из сна и ротонды: признание, взгляд… по телу прошла мелкая дрожь. Они сменились тёплым взглядом Ланы на Малека и словами Малека: «Это из-за тебя». Кайра мотала головой, стараясь успокоить сердце. Глубоко вдохнув, она гнала назойливые мысли прочь, стараясь сосредоточиться на готовке. Из сада Кайра сорвала две поспевшие цукини. Она решила зафаршировать их вместе с другими овощами и отправила запекаться в печь. Когда всё было готово, она опустила взгляд на подол своего платья – ткань оказалась вся в песке.

– Какой ужас, – пробормотала девушка. – Нужно переодеться…

Кайра прошла мимо обеденного стола и уже хотела подняться наверх, как вдруг за спиной раздался голос.

– Вчера… – неожиданно начал Малек, виляя хвостом на обеденном столе. – Как ярмарка прошла?

– Нормально, – тихо ответила Кайра, не поднимая взгляда на Малека. Внутри ей хотелось выложить всё, что накопилось: рассказать, как весело ей было, о встрече с Адрианом, о разговоре с Ланой и о всех кошмарах, которые мучили её в последнее время. Но… она понимала, что каждое слово может обернуться новой ссорой или недопониманиям. Эта мысль, как ледяной душ, заставила её замереть и промолчать.

– Может, что-то случилось? – осторожно добавил Малек.

– Нет, – коротко ответила она и уже подошла к ступеням, поставив ногу на первую ступень.

– Послушай, – снова заговорил Малек мягким, почти ласковым голосом. – Я переборщил вчера… не стоило мне так… Прости меня…

– Не нужно, – перебила его Кайра, не давая договорить. – Мы оба были неправы. Поэтому… – она запнулась, так и не найдя нужных слов, и шагнула дальше по ступеням, стараясь не смотреть в сторону Малека. Но всё равно чувствовала на себе пристальный взгляд его серебристых глаз.

Поднявшись наверх, Кайра быстро переоделась в коричневое платье с длинным прямыми рукавом и, сильно не задерживаясь, сразу спустилась обратно. Малек всё ещё был на том же месте. Только поза изменилась: он теперь лежал, аккуратно закинув передние лапы одна на другую, и смотрел куда-то вдаль.

«Интересно, о чём он думает?» – промелькнула мысль у Кайры. «Интересно, с каких пор мы стали… чужими?» – она с грустью помотала головой и подошла к печи, проверила готовность фаршированных кабачков, вернула их обратно в печь и направилась в ванную. Приводя себя в порядок, Кайра застыла перед своим отражением в зеркале. Она всячески пыталась избегать собственного взгляда – бездонно чёрные глаза казались ей самой чуждыми. Раньше она и вовсе избегала зеркал, до одного момента. Ей вспомнилась одна ночь.

Тётя Лана задержалась в городе. Кайра с Малеком остались дома одни. За окном бушевал гром и сильный ливень. Ребята и не надеялись, что Лана сможет вернуться домой, поэтому Малек растопил камин в гостиной, а Кайра, укутавшись в одеяло, боялась высунуть нос из-под него. На столе заваривался ароматный чай, и Малек сел на зелёный диван рядом с Кайрой.

– И почему ты так боишься грозы? – поинтересовался Малек с лёгким смешком.

– А тебе разве не страшно? – послышалось из-за одеяла.

– А почему должно?

Кайра слегка высунулась из-под одеяла.

– Он ведь такой громкий и пугающий.

Малек ничего не ответил, лишь пристально смотрел в глаза Кайры. Она мгновенно отвела взгляд, пряча свои глаза.

– Прости.

– За что? – Уперевшись спиной в спинку дивана, он посмотрел на горящий камин.

– Мои глаза, – с лёгкой паникой в голосе начала Кайра. – Они такие же пугающие, как и гроза за окном.

В комнате воцарилась тишина. Кайра приподняла голову и посмотрела на Малека исподлобья. И, увидев его вопросительный, непонимающий взгляд, она неожиданно подняла голову.

– Ну ты и дурёха! – рассмеявшись, проговорил Малек.

От злости щёки девушки надулись и порозовели.

– Никакая я не дурёха! – пробормотала она сквозь надутые щёки, отводя взгляд в сторону.

Кайра почувствовала тёплое прикосновение к её макушке. Она вернула взгляд на Малека. Его тёплая ладонь гладила макушку Кайры. Опустив руку, он заговорил:

– В саду возле замка росло дерево с вишнями. Они всегда на вкус были кислыми, иногда даже горькими, – рассмеялся Малек, пристально смотря на Кайру. – И после дождя, как по волшебству, они становились темнее и слаще. И когда я впервые увидел твои глаза, они напомнили мне те сладкие вишни после дождя. Малек говорил, не отрывая взгляда от её глаз. На его лице таилась милая, нежная улыбка. Слова Малека отдались теплом в сердце Кайры. Кровь прилила к щекам, и она мгновенно уткнулась лицом в одеяло. За окном всё так же бушевала гроза, вот только на сердце Кайры было так тепло и спокойно от слов и от того, что Малек просто был рядом.

Тяжело вздохнув, она вернулась из воспоминаний в реальность. Она вновь посмотрела на своё отражение в зеркале.

– Если бы не его слова, я до сих пор ненавидела бы своё отражение, – вздохнула Кайра, пригладив свои непослушные волосы рукой, и вернулась обратно на кухню.

Кайра молча наложила порцию Малеку, поставив её под нос, и себе, после чего приступила к трапезе. Впервые за долгое время их совместный обед прошёл в полной тишине. Вкусно пообедав, Кайра быстро прибралась. Бросив взгляд в окно, она заметила, как солнце уже приближалось к полудню.

– Опаздываю, – шёпотом пробормотала она себе под нос.

Резко обернувшись, направилась к выходу.

– Ты куда? – вдруг раздался за спиной голос Малека.

Кайра замерла. Тихо вздохнув, стараясь скрыть дрожь в голосе, она ответила, не оборачиваясь:

– Я хочу побыть одна.

– Я понимаю, – Глухо, еле слышно начал Малек. Его голос дрожал от напряжения. – Но куда ты пойдёшь? Ты не можешь просто так взять и уйти, это может быть опасно. Давай просто поговорим о вчерашнем, я.. я пойду с тобой… – он закончил уверенно, словно убеждая и её, и себя. Кайра тихо усмехнулась.

– Я тоже не хочу больше ничего слышать, – уверенно, но с глубокой грустью в голосе проговорила она. – Не ходи за мной.

Не дожидаясь ответа, Кайра вышла за дверь. Неприятное чувство расплывалось по её телу, словно яд. Приложив ладонь к груди, она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Боль немного отступила, и Кайра стремительно шагнула в сторону леса.

Глава 6

Деревья теснились над головой, ветви сплетались, не давая дневному солнцу освещать путь и лёгкому порыву ветра проникнуть в чащу хвойного леса. На тропе царила звенящая, давящая тишина. Ни один звук не доносился до Кайры, она не слышала привычного щебетания птиц, звука недалёкой реки. Мир, казалось, на мгновение замер, давая ей возможность побыть наедине с собой. Кайра с трудом вдыхала густой, сырой воздух. Под рёбрами, словно узел, сжималась острая боль, а с ней голову посещали разные мысли.

«Это всё как-то неправильно. Почему я сбегаю от него, отталкиваю? Он ведь всё тот же Малек… Да, бесспорно, резкий, назойливый, ленивый, вредный и крикливый, но вот только… Почему он так на меня разозлился из-за города? Мы ведь не первый год знакомы, он знает, что я часто бываю невнимательна, растеряна и забываю обо всём! Вот только почему? Я уже взрослая, мне не нужен опекун! Это моя жизнь, и мне пора распоряжаться ею самой!» – С тяжестью в сердце вздохнула Кайра, продолжая неторопливо бродить по протоптанной временем тропинке.

– Он часто пропадал ночами, уходил куда вздумается и когда вздумается, а потом возвращался как ни в чём не бывало. Почему именно я должна отчитываться перед ним? – Её сердце до боли сжалось в груди, дыхание участилось. Остановившись, она упёрлась рукой о ближайшее дерево, в попытках отдышаться.

– С каких пор он стал моей сиделкой? – Хриплым голосом пробормотала девушка. – И с каких пор я согласилась на это? – Дыхание сбилось в рваный ритм, становясь всё более поверхностным. Сердце бешено колотилось в груди, посылая отчаянный сигнал, который Кайра не могла расшифровать. – Но ведь он остался там совсем один! А вдруг с ним… – осеклась она, оглянувшись через плечо. – Что-то случится…

Кайра помотала головой. Дыхание выравнивалось, в груди становилось легче. Стук сердца отдавался звоном в ушах, приглушая собственные мысли.

– Но ведь он заботился обо мне столько лет, и я… вот так ушла, оставив его одного… – По лесу послышались глубокие вдохи с выдохами. Кайра наконец выпрямила спину, устремив свой взгляд вперёд.

Сделав несколько шагов, в глазах стало мутнеть. Лес, казалось, кружил вокруг неё, сбивая с толку. Несколько неловких шагов, и она остановилась. Сделав резкий, глубокий вдох, она на мгновение задержала воздух, пытаясь собрать всё, что накопилось внутри, в один большой ком. И с тяжёлым, громким выдохом она отпустила всё, что её так тревожило.

– Соберись, Кайра! – Похлопав себя ладонями по щекам, проговорила Кайра.

– Зачем гадать? Нужно просто у него спросить, – Глаза Кайры стали чуть томными, брови опустились. – Как раньше… – Порыв ветра, пробравшийся сквозь густой лес, подхватил последние слова Кайры, унося их далеко в глубь темноты.

С верхушек хвойных деревьев послышалось щебетание птиц. За густыми кустами вновь зашумела река. Кайра положила руку на грудь, считая умеренное биение сердца. Свежий, прохладный ветер наполнял лёгкие, слегка пощипывая в груди. С порывом ветра тяжёлый ком напряжения мгновенно испарился. В мыслях появлялись новые, приятные воспоминания о Адриане: ангельский голос, голубые, спокойные глаза, его смешные шутки и звонкий смех раздавались в её ушах. Она вновь сделала шаг вперёд, только на этот раз он был твёрд и решителен. Эта уверенность полностью затмила сомнения по поводу Малека и правильности этой встречи. Пробравшись сквозь густые заросли, Кайра вышла на каменистый берег. Её озарил блёклый солнечный свет, небо полностью затянули пушистые облака. Оглядевшись, она никого не заметила и двинулась вперёд к большому серому валуну у берега. Каждый шаг сопровождался тихим, негромким шуршанием камней, но Кайра, не переставая двигаться, озиралась в поисках своего друга. Остановившись возле берега, она оглядела другую сторону реки, но всё казалось тщетным. Она прислонилась спиной к валуну и запрокинула голову к небу. Солнце уже миновало полдень и теперь только начинало опускаться.

– Какая же я всё-таки… – пробормотала Кайра, не желая заканчивать предложения, глядя на облачное небо.

Она так погрузилась в свои мысли, что не заметила движения на противоположной стороне реки.

– Добрый день, юная леди! – Громко прозвучал сладкий, знакомый голос.

Быстро обернувшись, она увидела его – темноволосого юношу, застывшего в театральном поклоне.

– Адриан! – крикнула Кайра, отлипая от валуна. На её лице расплылась широкая улыбка, а сердце забилось быстрее. «Он всё-таки пришёл!» – молниеносно промелькнуло у Кайры в мыслях.

Адриан выпрямил спину и, неловко почесав затылок, посмотрел на Кайру.

– Это правда если он начнёт, то уже не остановится, – покрывшись лёгким румянцем, подтвердила девушка.

Адриан сделал несколько шагов вперёд. Их взгляды вновь встретились, на лицах озарялись радостные улыбки. Прохладный ветер трепал их волосы, развеивая неловкость. По телу Кайры пробежало сладкое, мгновенное тепло. Адриан стоял невероятно близко, всего несколько шагов разделяло их по руслу реки. И всё же, это расстояние казалось ей сейчас непреодолимой пропастью.

В глазах девушки загорелись два хитрых огонька, на лице появилась загадочная усмешка.

– Сейчас подожди, – с азартом в голосе произнесла Кайра, развернулась и направилась к валуну.

Оперевшись на него спиной, она принялась расшнуровывать ботинки. Оставив их у камня, она направилась к берегу реки. Мелкие камушки впивались в мягкую кожу ступней, отдавая неприятной болью. Лицо Кайры слегка искривилось от боли, но это не мешало ей идти вперёд. Приподняв подол платья, она шагнула в воду. Слегка поёжившись от холодной воды, она продолжала идти навстречу с Адрианом. Его лицо в тот же момент залилось краской, и он неловко отвернулся, не желая смущать Кайру и давая ей пространство. Девушку позабавила такая реакция парня. Смех Кайры смешался со звуками журчания реки. Подняв подол ещё выше, она пошла дальше через реку. Вода едва касалась её колен. Стоило ей отвлечься от своих мыслей, как хватка ослабла и рюши платья коснулись воды. Кайра спохватилась и снова приподняла платье, спасая подол. Перебравшись на другой берег реки, Кайра поправила своё платье и подошла к Адриану и легонько постучала его по плечу. Он, словно по команде, обернулся. Их взгляды встретились, и наступила неловкая пауза. Адриан неловко почесал затылок, а Кайра отвела взгляд, нервно поглаживая левую руку.

– Может, присядем? – предложил парень.

Кайра кивнула, и они направились на небольшую зелёную поляну. В воздухе витало напряжение в перемешку с неловкостью. Кайра нервно потирала свои пальцы, не зная, как начать разговор. Вся храбрость осталась по ту сторону реки. Присев на невысокую зелёную траву, Кайра украдкой поглядывала на Адриана, вот только слова, как ком в горле, застряли, не в силах вырваться. Адриан решил первым нарушить эту неловкую тишину. Он рассказал, каким ему показался чудаковатым и помешанным на травах старик, как он с трепетом и любовью отзывался о травах и о снадобьях, которые он из них готовит. Кайра, сама того не понимая, кивала на каждое слово Адриана. Еле уловимый смех девушки рассеивался ветром на травянистой поляне.

– Этот старик и вправду чудаковатый, – прокомментировала она, не переставая улыбаться. – Зато он довольно милый, никогда не откажет в помощи и, в общем, хороший старик, – с нежностью в голосе рассказала Кайра.

Адриан улыбнулся в ответ девушке.

– Жаль, что не все люди такие, – досадно выдохнул Адриан.

Кайра вопросительно посмотрела на него, и он рассказал о том, каких угрюмых и вечно недовольных людей он встречал на своем пути. Ему иногда казалось, что людям каждое слово давалось с трудом. Так же он рассказал о маленьком баронстве Морнвуд, которое ему довелось посетить, – мрачном месте с холодными улочками и суровыми людьми. Он описывал странные привычки местных жителей, их жёсткий характер. Даже самому Адриану они казались слишком тёмными и неприветливыми. Поэтому он с облегчением завершил дела там и отправился дальше, в тот самый город, где судьба свела его с Кайрой. Она слушала его так внимательно, ловила каждый звук, каждое слово. Ей хотелось запомнить всё, даже интонации его голоса. В какой-то момент она поймала себя на мысли:

«Я хочу узнать о нём больше…»

Закончив свой монолог, Адриан посмотрел на Кайру. Его каштановые волосы мягко развевались на ветру, в глазах отражалась гладь реки.

– А как твой день прошёл, Кай? – с добродушной улыбкой спросил он.

Кайра будто застыла на месте – сердце забилось быстрее.

– Кай?.. – она вскинула брови и удивлённо посмотрела на Адриана.

– Ой, прости. Наверное, не стоило тебя так называть, это грубо с моей стороны.

Щёки девушки вспыхнули нежным румянцем. Она покачала головой, торопливо перебирая пальцами.

– Нет, просто… меня так никогда не называли, – пробормотала Кайра, смущённо отводя взгляд. На губах её появилась робкая улыбка. – Но… мне нравится.

Она подняла взгляд, встречая глаза Адриана. Его улыбка осветила лицо ещё ярче, и он едва заметно кивнул. Адриан вновь пустился в рассказ, вот только на этот раз он рассказал о своих родных землях Крайтона – о горах, что касаются облаков, о прозрачных озёрах и долинах, где воздух будто звенит от тишины. О деревьях странных видов, которые встречаются только там, и о диковинных местах, полных тайн. Он говорил с такой живостью, будто вновь оказался на своих родных землях. Кайра ловила каждое слово. Внутри неё разгорался маленький огонёк, который с каждым его рассказом становился ярче.

– Как бы я хотела там побывать! – сорвалось у неё с языка.

– А почему и нет? Я тебя отвезу! – Его взгляд казался одушевлённым.

Огонёк в груди вспыхнул новой силой, глаза Кайры засверкали решимостью – в этот миг ей казалось, что нет ничего невозможного.

Но тут в голове раздался резкий, властный голос:

«– Тебе нельзя!»

Словно ледяной ветер пронёсся по телу. Блеск в её глазах погас так же стремительно, как и вспыхнул. Она опустила взгляд, чувствуя, как надежда тает, оставляя лишь горькое эхо.

– Я не могу, – пробормотала Кайра.

Мягкая ладонь Адриана легла на её руку. Тепло, словно живой ручеёк, разлилось по коже, и её дыхание тут же стало ровным и спокойным.

– Ничего страшного, – тихо сказал он. – Будет другой раз.

Кайра подняла взгляд на Адриана. Его улыбка и тепло его руки успокаивали её, дарила надежду, что когда-нибудь всё же получится. Несколько долгих мгновений они не отводили глаз друг от друга, словно весь мир вокруг исчез. Адриан убрал руку с плеча Кайры и, слегка приподнявшись, начал всматриваться в непроглядные кусты и прислушиваться к неожиданно воцарившейся тишине. Вот только ветви быстро замерли, а шум от шевеления сошёл на нет, и лес по другую сторону реки вновь погрузился в тишину.

– Наверное, зайцы, – нерешительно, но с улыбкой сказала Кайра. – Они изредка приходят к ручью.

Адриан коротко хмыкнул и кивнул, соглашаясь. Он сел обратно на траву. Вдали тяжело, прокатился глухой раскат грома. Это был первый, грозный сигнал надвигающейся бури. Кайра невольно напряглась, по телу пробежала мелкая дрожь. Вот только она всячески пыталась скрыть тревогу, продолжая смотреть на Адриана с лёгкой улыбкой. Адриан не придал этому большого значения. Его голос вновь зазвучал спокойный и оживлённый. Он продолжил рассказывать о захватывающих местах, о дальних дорогах, которые манили Кайру свободой. Она слушала внимательно и с большим удовольствием, забыв обо всём на свете в этот момент. Они смеялись, перебивали друг друга, иногда даже до спора доходило. Вот только потом они вновь заливались смехом. Кайра вовсе потеряла счёт времени и опомнилась она только, когда небо озарилось ярким зелёно-жёлтым светом, а солнце скрывалось за горизонтом. Её внимание приковала плотная завеса свинцовых туч, затянувших небо. Они зловеще мерцали, словно отполированные стальные пластины, готовые обрушиться. С противоположной же стороны торжественно поднималась серебристая, ослепительно яркая полная луна́.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.