Алиса Воронцова
Осторожно, Лазурный берег!

ПРЕДИСЛОВИЕ

Почему мы отправляемся в путешествие? Да, да, мы все.

Зачем нам покидать своё любимое или просто привычное гнёздышко? Впереди ведь, возможно, будет масса неудобств. Долгие сборы и переживание «что-то забыть». Ранний утренний подъём для вылета или отъезда. Отвратительная еда в самолёте, поезде или на заправочной станции. Головная боль по прибытии. А если путешествие далёкое, то, вероятно, ещё добавятся смена часовых поясов, непонятная еда, от которой несварение и новые люди вокруг, желающие воспользоваться нашим плохим знанием языка и цен. Да уж… Заманчивые перспективы… Но, даже зная всё наперёд, мы всё равно идём на это. Зачем? Посмею предположить, что мы всего лишь жаждем заглянуть за кулисы и посмотреть, что там, за границей нашей страны и нашего мировоззрения. Быть может, всё это часть игры, в которую каждый из нас играл в детстве. Мы представляли себя космонавтом, поваром, ветеринаром или многодетным родителем с крохотной коляской. Нам нравилось играть в другую жизнь – воображаемую. Мы выросли, и социальные нормы не позволяют нам притвориться кем-то на время. Но общество ничего не имеет против путешествий. И вот теперь любой человек, кем бы он ни был, может отправиться, например, в Италию и, проезжая мимо виноградников в Тоскане, на секунду представить себя жителем этого прелестнейшего региона, возможно, даже виноделом. Кто-то пожелает рвануть в Бразилию и сходить там на уроки самбы, фантазируя, что жизнь могла сложиться так, что вместо офиса или производственного цеха его работа была бы на сцене в Латинской Америке.

Эти мысленные представления я называю «иллюзией перевоплощения». Самой мне очень нравится испытывать эту иллюзию. Я невольно представляю себя жительницей Индии, приезжая в эту страну. Думаю, как бы складывался мой быт, чем бы я увлеклась, как бы выучила местный диалект или во что бы верила, зажигая дома благовония. В Португалии мне очень хочется научиться готовить и ходить утром на рынок, покупать свежие морепродукты, а по выходным посещать бары, где так трогательно поют фаду¹. США подталкивали меня к трудолюбию, а Бали к приятному бездействию. Кстати, мой муж, который очень ценит комфорт, спокойные вечера, сериалы и горизонтальное положение, с нескрываемым отчаянием закатывает глаза каждый раз, когда слышит о «перевоплощениях», но мне кажется, спустя годы он всё-таки привык и смирился.

Да что там говорить, я так заигралась со всеми этими планами и фантазиями, что однажды, в 2010-м году, взяла и настояла на переезде в Таиланд. Мне хотелось погрузиться в новую культуру основательно – узнать традиции, привычки и особенности этой страны. Это «погружение» заняло, ни много ни мало, 11 лет. Я была искренне уверена, что мы остановимся на этом и спокойно проживём свой век, курсируя между двумя странами. Но всё оказалось не так-то просто…

Странствия вызывают зависимость, причём острую. Порой я перестаю ощущать понятие «дом», оно, вроде, и есть, но его, и нет. Стираются границы, а с ними и привязанности. Предположу, что в этом больше отрицательного, чем положительного, но ничего не могу с этим поделать.

Иногда по вечерам я мечтаю прилететь в Перу, купить билет на поезд до Мачу-Пикчу, отправиться в ресторан отведать севиче², и быть может, присмотреть районы, в которых было бы здорово остаться навсегда… Так происходит постоянно. Я пыталась измениться, но безуспешно. Кажется, это неизлечимо. Приходится смириться и жить с этим бесконечным голосом в голове, который говорит: «О-о-о, Непал, это же такой колорит! Может, переедем туда?». Другой голос, правда, обычно там же отвечает: «Ага, ты уже в Италию переезжала, в Египет и Доминиканскую Республику. Может, хватит?! Пожалуйста».

Так, живя в Таиланде и воплощая свою иллюзию перевоплощения, я решила исследовать одно новое туристическое направление. Началось оно с Ленки.

Пожалуй, многие важные вещи в жизни людей происходят благодаря Ленкам. Это, конечно, не конкретное имя или человек – это целое явление. У мужчин, возможно, будет Вовка или Димка, у которого есть именно то, что срочно нужно нам. Машина, квартира, красавица жена, учёная степень, золотая медаль Олимпийских игр по гандболу и много ещё чего. Меня же однажды заинтересовала Ленкина (это моя приятельница, москвичка) традиция проводить лето во Франции, в милом городке Антиб. Она всё время выгружала в социальные сети фотографии одного из самых модных отелей Лазурного берега – «Дю Кап Эден-Рока». На снимках были роскошное здание, похожее на поместье британского лорда, прекрасный бассейн, расположенный на скалах и словно сливающийся с морем, потрясающий сад с итальянскими соснами. Ленка рассказывала в постах о том, что в соседнем с ними номере в Hotel du cap Eden Rock поселилась звезда Голливуда или, что на ужин в ресторане отеля опять подавали фуа-гра и пасту с трюфелем. Меня увлекали фотографии с прованского рынка, на которых продавали ящиками спелые алые помидоры или лазурные волны разбивались о каменистый берег. В целом, признаюсь, во мне тогда зародилось сильное желание перевоплотиться, и связано оно было с образом, так сказать, роскошной жизни.

И вот одним осенним вечером я подошла к мужу и восторженно показала ему все Ленкины репортажи. Супруг зевнул, посмотрел на меня исподлобья, как бы говоря «сдаюсь», и заявил: «Хорошо, едем».

Итак, я в Таиланде сидела перед компьютером и присматривала квартиру на Лазурном берегу. Зачем? Чем плохо в тропическом раю на берегу Сиамского залива? Не знаю… Но цель, как обычно, была простой – почувствовать себя жителем Франции, найти в себе новые черты и приобрести новые привычки (можно даже вредные). По крайней мере, это была моя цель. У мужа она заключалась в другом – отдохнуть от тайской знойной жары, понять, чем же отличается коньяк от арманьяка, наесться вдоволь камамбером и нейтрализовать неугомонную супругу хотя бы на время.

Глава 1. НА СТАРТ, ВНИМАНИЕ, МАРШ В БОГАТУЮ ЖИЗНЬ

Той осенью передо мной стояла конкретная задача – выбрать квартиру или номер в гостинице в городе Антиб. Я ещё смутно представляла, что это за место такое, чем оно отличается от других и что мы там будем делать. Отель на 30 дней обошёлся бы нам в целое состояние, и мы решили рассмотреть обычные апартаменты. Они, в свою очередь, тоже впечатляли ценой, зато предоставляли различные удобства в виде кухни, техники и просторного балкона. К тому же это, на наш взгляд, было прекрасной возможностью ощутить себя настоящей прованской семьёй. Мы планировали ходить по утрам на базар за продуктами, готовить обед, а вечером зажигать свечи и знакомиться с соседями.

Пересмотрев множество вариантов, я выбрала несколько подходящих и подошла к супругу. Пожалуй, буду называть его Алексом, потому что, забегу вперёд, именно так его и будут звать французы. Как я уже упоминала, Алекс очень щепетильно относится к удобствам и комфорту, стараясь создать вокруг себя идеальную среду, где всё под рукой и работает как часы. В целом, это неплохо, но иногда эта черта проявляется чрезмерно. Так, например, он может подметить, что в номере отеля скудное освещение, слишком далеко тянуться до телефонной трубки, лёжа на кровати или слишком разнообразный завтрак, который привёл к перееданию. Я уже не говорю о матрасе и подушке. Тут оценка происходит столь детальная, что даже сама принцесса Великобритании, думаю, была бы удивлена такой разборчивости. («Слишком мягкий для латексного матраса средней жёсткости», – может уверенно заявить мой спутник жизни.)

Я же представляю собой противоположную версию путешественника, который бегает по очередной площади с выпученными глазами и со словами «О! Бетонная стела! Какая оригинальная!» или «Ух ты! Из фонтана так мило плещет водичка, вот это да!».

Муж пересмотрел все подобранные квартиры и, наверное, впервые в жизни, позабыв об идеальном комфорте, незамедлительно указал на одну студию. В общем она была лаконичной и неприметной, но отличалась от остальных вариантов размещения красивым видом на море. Обстановка в апартаменте казалась простой, но нас это не смущало, ведь просыпаться на Лазурном берегу, видя, как небо и море сливаются на горизонте, было заманчивым предложением.

Вскоре мы вылетели из Бангкока в Ниццу для необыкновенного перевоплощения.

Сидя на борту «боинга», я представляла себя немного француженкой. Всегда мне казалось, что эта страна отражает элегантность, эстетику и шарм. «Кто знает, быть может, мы остановимся именно там и никуда не захотим уезжать… – подумала я. – Или напротив, осознаем, что нам совсем там не место».

В тот день мне в голову пришла одна идея. Я решила, что удивительный поиск секрета состояния «сабай»³ в Таиланде был одним из самых увлекательных и полезных в моей жизни. (По этому поводу, кстати, написана отдельная книга.)

«Попробую найти особенности уклада жизни и здесь, в месте, где на один квадратный километр скапливается самое большое количество богатеев и гедонистов всего мира», – подумала я, прилетев в аэропорт города Ницца. – И раз уж мы проведём ближайшие месяцы на Лазурном берегу (звучит очень романтично), то, думаю, мы попробуем выяснить, что такое жизнь в стиле Кот д'Азур⁴ (звучит роскошно, что бы это словосочетание ни значило) и как быть настоящим жителем Французской Ривьеры (если здесь все названия такие красивые, то я уже завидую всем местным).

Для начала расскажу немного о регионе, о котором пойдёт речь. Помню, впервые побывав во Франции, в Париже (задолго до отправления в Антиб), я увидела в магазине местный глянцевый журнал на английском. На первой страничке была статья, которая говорила примерно следующее: «Кот д'Азур, где это место? Где оно начинается и где заканчивается? Нет, это не географическое определение, у него не существует границ… Это скорее стиль, стиль жизни…». Так вот именно этот стиль жизни Кот д'Азур я, наверное, и хотела исследовать. Для себя, для вас, для того, чтобы при помощи путешествия (настоящего или через книгу), научиться видеть привычные вещи по-новому, попробовать себя в необычном амплуа, даже во время обыденных ритуалов: когда мы варим суп, встречаем гостей или выбрасываем мусор.

После увиденной статьи я буквально загорелась идеей освоить стиль жизни Кот д'Азур. Перед поездкой я начала изучать информацию о городе Антиб, в который мы направлялись, о регионе Прованс, и о словосочетаниях «Лазурный берег», «Французская Ривьера», «Приморские Альпы». Вот что мне удалось усвоить.

Прованс – это целая область на карте Франции. В неё входят как прибрежные населённые пункты, так и те, от которых до моря необходимо добираться несколько часов на машине. Здесь расположены и известные на весь мир города Ницца и Канны, и совсем непопулярные маленькие деревушки – Лакост или Венаск. У многих Прованс ассоциируется с лавандовыми полями, виноградниками, рыночками, в общем, с милой сельской местностью. Так оно и есть. Только цены в этой «милой сельской местности» иногда вызывают небольшой лучик удивления даже у путешественников из самых обеспеченных уголков планеты, но в остальном здесь всё как на картинке: сено, черепица, бумажные скатерти и большое количество упитанных и довольных пенсионеров.

Лазурный берег (или тот самый Кот д'Азур, который так меня заинтересовал) – это лишь часть региона Прованс, расположенная вдоль Средиземного моря. На самом деле, Лазурный берег – это никакое не географическое понятие, а скорее некое прозвище, которое один французский писатель использовал для описания сказочного прибрежного места⁵. Здесь находятся такие известные города, как Ницца, Канны, Монако, Сен-Тропе и Сен-Жан-Кап-Ферра. Словосочетание Кот д’Азур любят все богатеи мира. Оно будто кричит: «Хотите, чтобы вам помогли расстаться с вашей невыносимо тяжёлой ношей в виде туго набитого кошелька? Милости просим, добро пожаловать!»

Французская Ривьера – то же побережье Средиземного моря, что и Лазурный берег, но в этом названии подчёркивается, что речь идёт лишь о кусочке Ривьеры (Ривьера – это часть побережья Средиземного моря не только Франции, но и Италии). Звучит романтично и напоминает, что, когда порядком надоели все рокфоры, трюфели и эклеры, можно за час доехать до итальянского города Сан-Ремо и отведать деликатесы совсем другой культуры.

Приморские Альпы – это департамент Франции⁶ и, пожалуй, одно из моих любимых здешних территориальных названий.

Приморские Альпы – это имя отражает главную особенность региона, где встречается горная, преимущественно сельская, местность и прибрежная – урбанизированная и туристическая. Именно это сочетание морских и горных пейзажей заставляет многих утверждать, что здесь «лучшее место для жизни и отдыха».

Кажется, мне стало более или менее понятно, как разобраться в этих звучных названиях. Они манят за собой людей со всего мира и у многих ассоциируются с прекрасной, беззаботной жизнью, с роскошью и фешенебельностью, с природой и развитостью или одним словом – с мечтой. Всё это неспроста. Многие считают, что климат Прованса один из самых благоприятных в мире. Ещё бы! Здесь около трёхсот солнечных дней в году, при этом лето умеренно-жаркое (средняя температура +24-26°C), а зима мягкая (средняя температура января около +10 °C).

Другие отмечают, что местная кухня – это великолепное сочетание свежих деревенских продуктов и умелых навыков лучших кулинаров страны. Третьи заявляют об умопомрачительном море и ландшафте. И все, безусловно, сходятся в одном: этот регион – один из самых престижных направлений для жизни и отдыха. Вероятно, поэтому стоимость туристической путёвки и, тем более, недвижимости здесь порой так нас поражает.

Лазурный берег завоёвывал свою репутацию с давних времён. Мне нравится читать об английских лордах XIX века, которые полюбили эту местность. Представляется, как они неспешно пили чай с молоком под пышными соснами, глядя на бирюзовые волны. Кстати, считается, что именно англичане и ввели моду на отдых на Французской Ривьере.

Вслед за англичанами и русская знать по достоинству оценила эти места. В книгах по истории можно найти интересные факты о российских аристократах, поклонниках Ниццы и Монте-Карло. Многие знаменитые писатели, художники и музыканты регулярно посещали Французскую Ривьеру в поисках вдохновения или для эмоциональной разрядки.

Александр Куприн: «Вверху ласковое южное небо, внизу жёлтый и красный оскол берега, омываемого белыми пенными грядами, густо-синее море вдали, а под пароходом вода иногда светло-бирюзовая, иногда нежно-аквамариновая и такая прозрачная, что, кажется, различаешь дно и каждую рыбку. Лазурных берегов никогда не забудешь, как прелестную сказку».⁷

Жёны российских императоров Николая I и Александра II очень любили приезжать на Лазурный берег. Один гид в течение экскурсии сказал нам, что Ниццу того времени можно назвать «филиалом русского царского двора» со всеми присущими ему особенностями: интригами, балами, раутами и дуэлями.

Моё воображение сразу рисует светскую жизнь императриц в роскошных виллах с нарядными свитами и променадами вдоль Средиземного моря. Я будто вижу их в великолепных летних платьях нежных оттенков, с зонтиками и кружевными веерами. Они неспешно прогуливаются в тени пихтовых и оливковых деревьев, смотрят на голубые волны, разбивающиеся о скалы и на изящные фиолетовые кусты лаванды. Вот так мне представлялся роскошный стиль жизни Кот д'Азур XIX века.

С каждой прочитанной о Провансе книгой или статьей в интернете мне было всё интереснее выяснить, каким стал этот образ жизни с годами. Насыщенная красками природа, вкусами – гастрономия и шиком – повседневная рутина. Я хотела ощутить всё это на себе.

Фёдор Тютчев: «О, этот Юг, о, эта Ницца!..

О, как их блеск меня тревожит!

Жизнь, как подстреленная птица,

Подняться хочет – и не может…

Нет ни полёта, ни размаху –

Висят поломанные крылья,

И вся она, прижавшись к праху,

Дрожит от боли и бессилья...»⁸

Мировые знаменитости разных времён тоже внесли свой вклад в репутацию этого региона. Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Бриджит Бардо, Коко Шанель, Леонардо Ди Каприо и Наоми Кэмпбелл – все они давали восторженные интервью или рассказывали о своём восхищении Лазурным берегом.

«Выходит, Кот д'Азур – это местность с хорошей репутацией. Богатый регион с удивительной культурой», – с этими мыслями я вышла из самолёта и направилась в здание аэропорта Ниццы. Наверное, Алекс думал примерно о том же. Признаться, зайдя в аэровокзал, мы стали постепенно отходить от своих грёз, рассматривая окружающую обстановку. Длинная очередь образовалась и вела к единственной работающей стойке паспортного контроля. Здание показалось нам современным, но несмотря на то, что на дворе был ноябрь, внутри было душно. Несколько человек ругались, доказывая друг другу, что именно они стояли первые в очереди. А взрослая француженка громко и выразительно сказала фразу, которая мне почему-то запомнилась: «Comme toujours!».⁹

Позже я узнаю от одной знакомой англичанки, которая ежегодно отдыхала в Сен-Тропе, что очередь – понятие относительное на Лазурном берегу. По её мнению, весьма воспитанные французы ведут себя очень бестактно, когда речь заходит об этом понятии. Она сказала так: «Житель Прованса, приближаясь к очереди, словно вступает в соревнование! Он полагает, что хитрое проникновение в её начало – это, своего рода, победа, за которую обязательно дадут кубок и грамоту! Мне очень нравится на юге Франции, но поведение в очередях… Нет, это вам не Англия!».

Мы вышли из здания аэропорта, и я остановилась. Какое-то странное ощущение возникло в области груди. Такое чувство обычно бывает, когда надолго задерживаешь дыхание, а потом, не вытерпев, наконец-то вдыхаешь. Лёгкие как будто увеличиваются в несколько раз и вот-вот выпрыгнут и улетят. Голова становится яснее, и тело расслабляется. Мы с Алексом переглянулись и направились к железнодорожному вокзалу. «Вкусный воздух, однако», – сказал он, остановившись у автомата, купить газировку. «Если так легко дышится возле дороги, то представляю, как прекрасно на пляже или в парке! – ответила я. И вспомнив, сколько мы уже потратили на поездку, невольно добавила, – К тому же, он бесплатный!». «Не уверен», – тихо произнёс Алекс, улыбаясь и расплачиваясь за газировку, цена на которую была раза в 3 выше, чем мы привыкли.

Видимо, из-за математического склада ума я всё стараюсь уяснять, используя некую схематичность. Кроме того, мне всё время нужна какая-нибудь задача, пусть несерьёзная, шутливая, лишь бы искать к ней разгадку. Вот и тогда в очереди в аэропорту, мне пришло в голову поставить перед собой такую и отмечать особенности стиля жизни Кот д'Азур, составить свой субъективный образ этого региона. Пока мы ехали в электричке из Ниццы в Антиб, я решила начать записывать некоторые свои наблюдения в тетрадь, чтобы ничего не забыть. Как раз в тот момент рядом со мной сидела очаровательная маленькая девочка лет пяти. Она деловито развернула жевательную резинку «Love is…», и я краем глаза увидела, как она с любопытством стала разглядывать фантик, который, как многие из нас помнят, рассказывает о том, что же такое любовь. «Любовь – это… когда носишь её лыжи». Или: «Любовь – это… целоваться, когда на светофоре красный». Я вдруг вспомнила, как мы в детстве собирали такие милые картинки, и написала на обложке своей новой тетрадки: «Стиль жизни Кот д'Азур – это…» У меня осталась похожая записная книжка дома, в которой описаны рецепты обретения тайского безмятежного состояния «сабай», эта же клетчатая тетрадка должна была стать началом нового любительского исследования. Открыв её, я перенесла на бумагу своё первое наблюдение:

*Стиль жизни Кот д'Азур начинается явно не в очереди в аэропорту, но, сделав шаг на улицу, ты полной грудью вдыхаешь его.

По прибытии в Антиб нам предстояло встретиться с хозяйкой забронированного апартамента – Натали. На перроне нас ждала очаровательная женщина лет 35-ти в длинном бежевом пальто. Ей очень шла стрижка каре. Её тёмные волосы и карие глаза подчёркивали привлекательные черты лица. Мне она очень напомнила знаменитую французскую певицу Мирей Матьё в молодости. Натали помахала нам и улыбнулась, вероятно, узнав нас по фотографиям, которые были в профиле сайта для бронирования жилья. «Bonjour! Ça va?» – не задумываясь и не ожидая ответа, спросила она.

Мы последовали за ней к машине, чтобы, наконец, направиться к новому увлекательному опыту под вымышленным названием «Погружение в стиль жизни Кот д'Азур».

По дороге к апартаменту Нат болтала, не умолкая. Позже мы выясним, что это её обычное состояние, и однажды даже будем вынуждены не спать всю ночь перед ранним вылетом, так как тогда у Натали было особенно много тем для разговора с нами (или, правильнее сказать, «для монолога с нами»).

По пути она рассказывала нам о регионе Прованс, о том, как им с семьёй повезло переехать сюда из шумного Парижа и о местных достопримечательностях. В тот момент я заметила ещё одну особенность стиля жизни Кот д'Азур и потом ещё не раз убедилась в очевидности этого наблюдения.

*Стиль жизни Кот д'Азур – это когда гордишься своим местом жительства и не веришь в существование более замечательного уголка на планете.

Спустя год я ещё дописала сюда:

Местные, кажется, строят догадки: «А есть ли жизнь за границей Французской Ривьеры?».

На эту тему мы однажды разговаривали с мужем Натали, Фредериком. Он родился в Бельгии, много путешествовал по работе и на мой вопрос «Где бы вы хотели ещё побывать?» ответил: «Я же живу на Лазурном берегу Франции! Зачем мне куда-то ещё ехать?». Сначала подобное убеждение многих местных меня удивляло, а потом я и сама словно поверила, что за пределами Кот д'Азур нет вообще ничего интересного, и перестала задавать своим новым знакомым французам глупые вопросы об их мечтах и планах.

Мы неторопливо ехали по нешироким улицам города Антиб и с интересом расспрашивали Нат о разных мелочах. Она рассказала, где лучше обедать, а где прогуливаться, где покупать помидоры и где проводить время вечером. Мы подъехали к шестиэтажному дому и с нетерпением ждали, когда же заселимся в милую студию и станем испытывать на себе настоящую жизнь в стиле Кот д'Азур. Для нас ведь теперь не было секретом, что значили эти французские слова. Роскошь, шарм и великолепие – вот-вот мы должны были их ощутить. Нат поднялась вместе с нами на третий этаж и открыла дверь не только в квартиру, но и в новую увлекательную историю о необыкновенном укладе жизни на берегу Средиземного моря, в Провансе, на Лазурке (как любят называть этот регион русские приезжие).

Алекс зашёл за нами, и я будто ощутила его разочарованный вздох. Коридор квартиры был узким, а шкаф слева – очень старым, обитым тканью персикового цвета. Мы оказались в комнате-студии, которую также можно было обойти двумя шагами. Полы напоминали бетон, а обстановка – комиссионный мебельный магазин. Натали улыбнулась и с радостью стала показывать нам все достоинства своей квартиры. Безусловно, одно достоинство у студии было – это умопомрачительный балкон с чудесным видом, который мы видели на фотографиях ещё до бронирования, но красоту которого смогли по-настоящему рассмотреть лишь стоя здесь, в Антибе, на бульваре Жам Вилли, в квартире Натали. Сразу стало понятно, почему это место называют Лазурным берегом, а не каким-то другим. Казалось, все оттенки лазури присутствовали в цвете воды.

Справа от нас находился небольшой яхт-клуб, слева виднелся Старый город с черепичными крышами и зданием, похожим не то на замок, не то на крепость. Но больше всего нас поразило другое. Глядя на море, мы видели белую стену, она словно выросла из воды – это был заснеженный Альпийский хребет. «Горы так близко к побережью!» – подумала я, заворожённо смотря на открывшуюся панораму. Вид из квартиры показался вымышленным, нереальным. Но пора было вернуться на Землю и осмотреться. Мы разглядывали обстановку нашего нового жилища, пока Нат без остановки болтала о прелестях жизни на Кот д'Азур. Белые стены и потолок. «Нормально», – прочитала я во взгляде мужа. Возле окна стоял небольшой диван. Он показался нам очень маленьким и неновым, но несмотря на это был предусмотрительно накрыт специальным пледом, видимо, из антивандальной ткани. «Как мы сможем на нём спать?» – такой вопрос я словно увидела в глазах Алекса. Диван был в современном стиле, как и лампа, стоящая справа. Думаю, хозяева купили их в магазине «Икея». Рядом же на деревянных ножках располагался круглый стол, который занимал половину площади квартиры и напомнил мне экспонат в музее, где экскурсовод в очках обычно говорит тоненьким голосочком: «Вот вы видите стол ХIX века из красного дерева. Обратите внимание, какая тонкая, изысканная работа! За ним обедал император Николай I!». Увидев этот огромный предмет мебели, я сразу поняла две вещи:

1. Хозяевам этой квартиры очень нравится смешивать стили в интерьере.

2. Здесь мы будем проводить много времени за столом (возможно, даже слишком много).

Самая необычная деталь интерьера нашей новой съёмной квартиры стояла напротив обеденной зоны. Это была лампа. Среди современной скандинавской обстановки крохотной студии, смешанной с классической мебелью, больше всего не ожидаешь увидеть огромную лампу в виде медитирующего Будды. «Где они её взяли?» – подумала я. Бархатный абажур над восточноазиатской статуей, казалось, попал сюда совершенно случайно, по ошибке.

В квартирке также каким-то образом поместился дубовый антикварный комод и небольшая деревянная кровать, которая раскладывалась и могла служить спальный местом для детей или даже подростков. На Алекса я уже не смотрела, боясь растеряться от его безнадёжного вида. Нат подошла к белой двери-ширме, расположенной возле огромного стола, и открыла её. Мы увидели кухню, которая наконец-то напомнила нам что-то французское. Небольшого размера, бледно-жёлтого и синего цвета, в ней было некое очарование. Такую кухню можно увидеть в каком-нибудь старом кино, где пожилая и очень ухоженная француженка из Прованса достаёт из духового шкафа противень с выпечкой. Над свежими булочками клубится пар, и ты будто чувствуешь аромат этой сдобы. Пока мы рассматривали маленькую кухоньку, Натали достала из бумажных пакетов молоко, багет, круассаны и сливочное масло. «Чтобы вы отдыхали сегодня с дороги, я подготовила вам всё для завтрака. В шкафчике вы ещё найдёте кофе, джем и мюсли. Ну и в холодильнике – вино на вечер». Мы часто до этого снимали жильё за границей, но никто не угощал нас вином и завтраком. Это было очень мило. На этом подарки не закончились. В ванной комнате мы нашли сумочку с прованской косметикой. Вся она содержала миндальное масло и так приятно пахла, что ненароком я подумала, как бы за завтраком случайно не съесть и шампунь с кремом для рук. Мы поболтали ещё немного с хозяйкой, поблагодарили её за тёплый приём и подарки. Она ушла, а мы остались осваиваться.

– Честно говоря, я представлял себе квартиру побольше… И обстановку посовременнее…, – сказал супруг. У нас сложилось двоякое впечатление от апартамента. С одной стороны, этот прекрасный вид. «One million dollar view¹⁰!» – так нам однажды скажет муж Натали, Фредерик, и мы с ним согласимся. Посмотрев в окно, я увидела, как бирюзовое море и заснеженные горы соединяются на горизонте, как медленно покачиваются кораблики в яхт-клубе, как итальянские сосны свисают над солёной водой, а повернув голову влево, можно было разглядеть волны, врезающиеся в скалы перед каменной стеной башни-замка. Вдохновляющая картина. С другой стороны, нам показалось, что новая квартира очень маленькая и неуютная.

– Ничего, – сказала я уверенно Алексу, – мы же не в четырёх стенах приехали сидеть… Мы же на Кот д'Азур! Впереди столько интересного!

Несмотря на предоставленный завтрак, нам всё-таки нужен был продуктовый магазин. Мы пошли в ближайший. Заодно надо было осмотреть окрестности. Выйдя из квартиры, я увидела на лестничной клетке милую стройную женщину в возрасте. Она представилась как Дженни и рассказала, что они с мужем из Англии, но живут здесь очень давно.

– О! Вы, наверное, только с дороги?! – спросила новая знакомая, узнав, что мы только приехали и осваиваемся.

– Да, так и есть, – ответил Алекс, закрывая дверь.

– Подождите секундочку, не запирайте пока дверь, – сказала Дженни и скрылась в своей квартире.

Через минуту она снова появилась, держа в руках бумажный пакет.

– Вот, молоко, сливочное масло и багет. Перекусите с дороги обязательно! На голодный желудок вы тут ничего не поймёте! – Дженни задорно улыбнулась и пожелала нам хорошего дня.

Я и Алекс переглянулись, тронутые таким вниманием и соседской заботой. Мы поблагодарили Дженни за гостинцы и занесли их домой. Теперь, с учётом того, что Нат тоже оставила нам немало еды, у нас было два свежих, длинных багета, две пачки сливочного масла и две бутылки коровьего молока.

– Одно я точно понял, – сказал Алекс, – с голода тут явно не умрёшь.

Мы снова вышли из квартиры. Справа от нас дверь открывал старенький, но высокий и худой мужчина.

– Bonjour! – начал он. Продолжил сосед также по-французски, на что мы улыбнулись и жестами показали, что не понимаем. Тогда он перешёл на ломаный английский, из которого я с трудом уловила вопросы «откуда вы родом» и «надолго ли в наши края». Мы объяснили, что из России и пока не знаем, насколько задержимся. Пожилой француз вдруг задумался и, вероятно, вспомнив необходимые английские слова, сказал:

– Вы голодны? Сейчас я принести вам багет и молоко!

– Нет, нет! Что вы! – в один голос с мужем воскликнули мы. – Мы только что плотно поели! Спасибо вам огромное, не стоит!

– Если что надо, вы заходите, не стесняйтесь! – ответил он.

В тот момент я решила, что:

…стиль жизни Кот д’Азур – это всегда иметь при себе лишний набор: багет, молоко и масло, чтобы в случае чего, поделиться им с голодными соседями и самим оставаться сытыми, довольными, жизнерадостными, любезными и каким-то ещё образом – стройными.

Насколько мы поняли, ходить в магазин нам совсем необязательно, ведь с такими соседями можно совершенно не беспокоиться о пропитании. Однако необходимость запастись водой и кое-какими мелочами, а также желание осмотреться заставили нас всё-таки отправиться на поиски супермаркета.

Магазин располагался в километре. Зайдя в него, мы замерли. Нет, не из-за изобилия или выкладки, не из-за новизны и непонятности, а из-за маленьких бирочек, расположенных возле товаров. «Это точно в евро?» – подумала я, надеясь, что сейчас выяснится информация о том, что на Лазурном берегу в продуктовых магазинах используют другую валюту, более дешёвую.

– Это же в пять раз дороже, чем у нас! – сказала я, не выдержав. Мы с мужем тогда стояли там и поняли:

Стиль жизни Кот д'Азур – это когда не теряешь сознание в магазине от цен, а непринуждённо ходишь вдоль прилавков. Вот как все эти люди вокруг, легко и беззаботно.

Мы приобрели упаковку воды (по стоимости ужина в нашем родном городе) и решили, что на следующий день попробуем поискать супермаркет с более гуманными ценами. На обратном пути Алекс предложил зайти выпить кофе и обсудить планы на вечер.

Заведение с очаровательной вывеской Patisserie Artisanale¹¹ оказалось настоящим испытанием. И дело было не в ценах, они, как раз, были приемлемыми. Сложность заключалась в выборе. Огромное количество маленьких булочек, пирожных, круассанов и безе смотрели на нас с витрины и словно умоляли съесть их немедленно. Особенно пирожные в виде розовых поросят (потом мы выясним, что делаются они из марципана и называются «petit cochon» или, проще говоря, «маленький поросёнок»). Мой муж присмотрел себе аппетитный кусочек торта «Наполеон», собрался с мыслями и подошёл к продавщице. Затем на английском языке, без ошибок (ведь он уже год беспрерывно занимался на специальных языковых курсах), он произнёс: «Hello! One Napoleon cake for me». Женщина за прилавком округлила глаза. «Что, простите?» – в ответ на английском спросила она. «На-по-ле-он!» – выразительно произнёс Алекс, думая, что ему, вероятно, не хватило чувственности, поэтому его не поняли. Продавщица смутилась и стала оглядываться, надеясь, что коллеги или другие посетители магазина-кафе смогут ей помочь. Супруг не сдавался: "Ну, торт «Наполеон»!" Женщина рукой провела по прилавку, как бы прося показать на то, что именно хочет упрямый покупатель. Алекс подошёл к заветному десерту и указал на него пальцем. "Ну, вот же! Смотрите, сколько у вас тут «Наполеонов»!" Сотрудница рассмеялась. "Ааааа, «Мервейо»!" – активно жестикулируя, громко, с умопомрачительным французским акцентом произнесла она. Оказывается, во Франции не знают, что слоёный десерт с кремом в России носит гордое название их знаменитого императора и полководца. Я лично, как и Алекс, была уверена, что мы позаимствовали как само лакомство, так и его величественное имя. Пирожное «Наполеон» или, правильнее сказать, «Мервейо» было божественным. Продавщицы ещё посмеивались над нами, когда мы им наслаждались. «О-ля-ля! Наполеон! Ха-ха! Наполеон!» – услышал Алекс обсуждение и смех сотрудниц за прилавком, немного покраснев.

Вечером нашего первого дня мы пили вино на балконе своей новой съёмной квартиры и смотрели, как луна отражается в морской воде и как вдали самолёты кружат над аэропортом Ниццы. Нам открывался чудесный вид, который менялся в зависимости от времени суток, от сезона, от погоды и от нашего внутреннего состояния и восприятия.

– Может, ну его, этот Таиланд? – неожиданно заявил Алекс. – Здесь такой прохладный и свежий воздух, такое приятное вино и такая сказочная природа и обстановка… Особенно, если забыть обстановку нашей новой студии.

Я засмеялась, заметив, что после второго бокала она не кажется такой уж несуразной.

Мы разобрали небольшой диван перед сном. Постельное белье было новым и приятно пахло свежестью, но само спальное место оказалось очень неудобным. Алекс недовольно поморщился. С его высоким ростом такой диван – это прямая дорога к долгим бессонным ночам. Лёжа на нём, мы словно ощущали себя на волнистом надувном матрасе, которой ко всему прочему ещё и скрипел.

– Алис, ты вроде говорила, что мы отправляемся в роскошное приключение в стиле… м-м-м… как его там? – спросил меня муж.

– Кот д'Азур, – со знающим видом ответила я, пытаясь найти удобное положение для сна, не создавая при этом громкого, скрипящего звука.

– Пока мне этот стиль больше напоминает «Кот бездомный, облезлый и противно орущий…».

– Ну, подожди! Я уверена, мы ещё найдём много прелестей жизни на Лазурном берегу! Не зря же это место любили английские лорды и представители русской знати, а сегодня продолжают восхвалять богатеи со всего мира!? Здесь должно быть столько прекрасного! Не торопись с выводами.

К моему удивлению, супруг уже заснул. Правда, он сделал это в странной позе, с виду очень неестественной, похожей на скрученный сдобный рогалик, в который к тому же добавили мало муки и потому он развалился. Видимо, повлияли эмоции и усталость. А вот мне не удавалось уснуть, сколько не пыталась. Тогда я достала тетрадь с надписью «Стиль жизни Кот д'Азур – это…» и прочитала свою первую запись:

Стиль жизни Кот д'Азур начинается явно не в очереди в аэропорту.

Я дописала:

…И не в квартире на бульваре Жам Вилли.

Тогда я ещё не знала, что мы проживём в этой студии целый год и даже успеем её полюбить. Вскоре я случайно нашла в магазине книгу одной американской писательницы – Даниэллы Постель-Виней – «Французское искусство домашнего уюта». В своей работе автор описывает особенности французских домов, подчеркивая, насколько те любят практичность и функциональность комнат, стараясь одновременно выразить через интерьер свои пристрастия и увлечения. Не знаю, что именно Нат хотела сказать дизайном нашей студии, но в том, что в ней хозяевам удалось уместить множество вещей (признак практичности и функциональности), сомнений не было. Здесь могли поселиться ещё, как минимум, двое детей, за столом без затруднений уселась бы компания из десяти человек, а в шкафы нетрудно было спрятать все чемоданы, спортивный инвентарь и даже искусственную новогоднюю ёлку, которая осталась у нас после празднования.

Посетив со временем и другие дома местных жителей, могу с уверенностью сказать, что на Лазурном берегу всё неоднозначно. Да, именно это слово подходит как никакое другое.

Кот д'Азур – это удивительное место, которое не так-то просто понять. Что касается обстановки в городе, домах и квартирах, лодках и яхтах здесь можно увидеть большое разнообразие. Связано оно, в первую очередь, с «разношёрстностью» проживающих. В целом, на Лазурном берегу, как правило, встречаешь солидных и богатых приезжих из разных стран и коренных французов Прованса или других регионов. Мне кажется, первая категория, в свою очередь, делится на тех, кто приехал сюда в поисках статусности и престижа и тех, кто по-настоящему желает вкусить все прелести природы, самобытности и особого стиля жизни юга Франции. Поэтому, гуляя по мысу Антиб (Cap d’Antibes), расположенному возле нашего дома, мы восхищались роскошными виллами с ландшафтными дизайнами и маленькими уютными домиками с небольшими палисадниками и неприметными фасадами. Поведение людей также сильно различается. Кто-то предпочитает скромность, экономичность и экологичность, кто-то напротив. Часто замечаешь маленькие малолитражные машины, припаркованные по соседству со спортивными кабриолетами или ретро Роллс-Ройсами. При этом владельцами простых авто нередко являются самые состоятельные члены общества.

Французы и иностранцы, поселившиеся на Кот д'Азур и стремящиеся к особому признанию в окружении, покупают себе великолепные дома. От внешнего вида таких особняков порой захватывает дух. Они кажутся очень современными и идеальными. Некоторые построены в стиле модерн, другие с элементами французского декора и черепичными крышами. Но всех их объединяет одно – цена с шестью нулями и значком € в конце. Привычки тех, кто живёт в таких особняках, часто схожи: дорогие машины, множество наёмного персонала, помогающего по дому и саду (или, лучше сказать, делающего всё по дому и саду за хозяев), морской транспорт в яхт-клубе и престижные рестораны. С этими членами, так называемого, общества Кот д'Азур всё более или менее понятно: их жизнь красива, как в сказке, им завидуют миллионы приезжих и их, как правило, редко встречаешь на улице или в простеньком кафе с круассанами за 1€.

Теперь предлагаю взглянуть на других представителей Лазурки, по-моему, они самые удивительные жители этого региона.

В основном всё местное население располагает стабильным доходом или солидной пенсией. Иначе они выбирают регион с более низкими ценами или, как в случае с обслуживающим персоналом, зачастую снимают жильё и селятся за пределами этого района. Однако, хочу заметить, далеко не все истинные жители Французской Ривьеры яро демонстрируют свою обеспеченность. Часто они водят старые машины, редко меняют интерьер и предпочитают готовить дома. Мы остановились и живём в очень престижном районе: возле мыса Антиб, где построены особняки тех самых миллионеров, о которых говорилось выше. Многоквартирный дом со студией, арендованной нами у Натали, расположен на пляже Сали, где любят отдыхать туристы, благодаря возможности позагорать на песчаном берегу с видом на море и горы. Стоимость апартаментов в нашем доме, как и в близлежащих, начинается от нескольких сотен тысяч евро и доходит до нескольких миллионов.

Первое время нам было очень интересно посмотреть, как же выглядят все эти квартиры внутри.

– Там наверняка потрясающие интерьеры! Это же жильё для богатых людей! – сказала я как-то Алексу. Он как раз стоял на балконе нашей не самой роскошной (с точки зрения дизайна) студии.

– Сейчас мы в этом убедимся, – заявил муж, подзывая меня к себе. Я подошла к краю балкона и, словно прочитав его мысли, сделала не очень воспитанный, но вполне удовлетворяющий моё любопытство поступок – заглянула за перегородку, отделяющую нашу квартиру от соседней. Там жили англичане, та самая Дженни, которая угостила нас молоком, маслом и багетом, с мужем и очаровательной собакой – умнейшим лабрадором.

Соседей не было дома. Мы только что видели с балкона, как они вышли из парадной и пошли по направлению Старого города. (Нам показалось, что это обстоятельство компенсирует наш бестактный поступок, хотя бы немного…)

Если быть до конца откровенной, то мы даже заранее посчитали в уме приблизительную стоимость их апартамента. «Считать чужие деньги неприлично!» – сказал бы любой воспитанный представитель интеллигенции (и он был бы абсолютно прав! Но…). Итак, цена квартиры наших соседей равнялась примерно половине миллиона евро. Это и неудивительно, ведь их двухкомнатный апартамент располагался на углу третьего этажа. Окна квартиры смотрели не только на море, горы, небольшую пристань для яхт и роскошный зелёный мыс Антиб, но и выходили на Старый город, крепость Форт Каре¹² и невероятных размеров яхт-клуб, где ежедневно паркуют свои «дворцы на воде» самые амбициозные жители Европы и, быть может, всего мира.

Так как же должна выглядеть такая квартира внутри? Я представила три варианта: современный интерьер в стиле минимализма в светлых тонах или роскошный, классический с позолоченными люстрами, или же лаконичный дизайн в стиле Прованс, с милыми цветными обоями и хлопковыми покрывалами… Ожидания не оправдались. Хозяева апартамента при оформлении убранства своего дома придерживались схожих взглядов с собственниками нашей студии. Пластмассовые стулья на балконе и такие же в зале. Некоторая мебель деревянная, другая – пластиковая, третья – кожаная. Правда, всё это разнообразие объединяло одно – потрёпанность. Даже с нашего балкона было заметно, что обивка кожаных кресел в зале потрескалась, а пластмассовые стулья пожелтели.

– Хм, необычно… – сказала я мужу.

Подобный интерьер в домах и квартирах жителей Лазурного берега мы встречали не раз. Желание поселиться на Кот д'Азур – это, по-видимому, заразная инфекция, передающаяся здесь воздушно-капельным путём. Мой супруг подцепил её почти сразу, и вместо того, чтобы наслаждаться прованским колоритом через природу, кулинарию или, скажем, освоение французского языка, мы немало дней потратили на изучение журналов недвижимости и карты города. Различные агентства, словно опытные врачи, быстро распознали у нас первые симптомы и ринулись нам на помощь. В итоге мы посетили множество квартир и апартаментов, выставленных на продажу, отмечая всё чаще сдержанность в интерьере, которому можно смело дать название «Из того, что было».

Поначалу я предполагала, что, вероятно, многие люди, живущие здесь, очень экономные, если не сказать – скупые. («Может, именно поэтому у них и достаточно средств, чтобы тут поселиться?» – подумалось как-то мне.) Затем, изо дня в день, наблюдая за соседями, прохожими и новыми друзьями, я пришла к выводу, что совершенно ошибалась. Теперь, мне всё-таки кажется, они очень бережливые. Да, да, именно это слово, на мой взгляд, самое подходящее. Понимаю, что между понятиями «скупой» и «бережливый» есть тонкая грань, которую мне лично удалось рассмотреть лишь здесь, в одном из самых зажиточных регионов планеты. На ум сразу приходят мысли о Натали, хозяйке нашей квартиры-студии. Она и правда собрала интерьер апартамента из старой мебели. Да что там говорить, по её словам, они с мужем построили свой частный дом вокруг существующей кухни, которая им от кого-то досталась. И это совсем не потому, что семья Натали поскупилась на новую мебель, нет. Напротив, они просто не любят выбрасывать вещи и считают, что пока она может служить по назначению, зачем с ней расставаться. Щедрость же здесь ни при чём. Мы со своей стороны не раз наблюдали проявление этого качества у Натали и её супруга. За время нашего пребывания они привозили нам подарки к праздникам, цветы по случаю начала нового сезона и какие-нибудь местные продукты питания – всё это просто для того, чтобы мы лучше почувствовали атмосферу региона и стиль жизни. Среди подарков были хороший кофе, отменное шампанское, локальная дорогая косметика и даже набор полотенец. Их сувениры никому не показались бы проявлением скупости. Мы тоже старались благодарить Нат и Фредерика, но, признаться честно, едва успевали за их знаками внимания. Такого смешения бережливости и щедрости я до этого никогда не видела.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Фаду ‒ португальский музыкальный жанр, отличительной особенностью которого является выражение «светлой печали».

Вернуться

2

Севиче ‒ блюдо из рыбы или морепродуктов родом из Перу.

Вернуться

3

Сабай ‒ дословно с тайского языка означает «быть комфортным». В книге «Страна Сабай, или Таиланд вверх дном» автор ищет пути достижения состояния тайского комфорта и расслабления.

Вернуться

4

Cote d’Azur (франц. яз.) ‒ Лазурный берег.

Вернуться

5

Речь идёт о писателе Стефане Льежаре, который в 1870 году написал роман «Лазурный берег». (Примеч. авт.)

Вернуться

6

Французские департаменты ‒ это основные территориально–административные единицы страны. Всего во Франции 101 департамент.

Вернуться

7

https://www.livelib.ru/book/136498/read–sredizemnaya–zabastovka–aleksandr–kuprin.

Вернуться

8

Ф. И. Тютчев. Полное собрание стихотворений. Л.: Сов. писатель, 1987.

Вернуться

9

франц. яз. – «Как всегда!»

Вернуться

10

«One million dollar view» (перевод с англ. яз.) ‒ вид на миллион долларов.

Вернуться

11

Patisserie artisanale (франц.яз.) ‒ кондитерские изделия ручной работы.

Вернуться

12

Форт Карре ‒ крепость, в которой был заключен Наполеон Бонапарт.

Вернуться