Иван Фрюс
Стальной дождь. Падение тишины. Книга 1

Пролог

Обсерватория «Циолковский», вмонтированная в скалистый выступ кратера Шеклтон на южном полюсе Луны, была самым зорким глазом человечества. Её когерентный лазерный интерферометр мог разглядеть тень от астероида размером с легковой автомобиль на краю Пояса Койпера. 14 октября 2097 года в 03:47 по всемирному координированному времени этот глаз зафиксировал аномалию.

Доктор Арвинд Шах, дежуривший у главного терминала, сначала списал сигнал на помеху – вспышку на далеком пульсаре или артефакт от пролетающего мимо ледяного обломка. Но объект, условно обозначенный как KBO-Theta-734, вел себя неподобающим для бездушной глыбы образом. Он не плыл по инерционной дуге, а двигался, нарушая законы небесной механики: короткие, почти неуловимые рывки, будто гигантский водомер скользил по поверхности пространства-времени. Его альбедо было равно нулю; он не отражал ни единого фотона солнечного света, представляя собой идеально черную дыру в звездном полотне, очертания которой можно было угадать лишь по искривленному свету далеких звезд позади него.

Тревога поднялась до уровня «Омега», когда объект, миновав орбиту Нептуна, начал активное поглощение всех видов сканирования. Радиолокационные импульсы тонули в нем без эха. Спектрометрический анализ не возвращал данных. Он был немым и невидимым, призраком, чье присутствие вычислялось лишь по гравитационным аномалиям и искажениям в радиопространстве.

Командование Объединенных Земных Сил, несмотря на протесты научного сообщества, отдало приказ. Беспилотный зонд «Пионер-IX», находившийся на патрулировании у Юпитера, был перенацелен на перехват. Неделю спустя, когда «Пионер» сошелся с целью на дистанцию в сто тысяч километров, его мощные камеры наконец-то поймали образ.

На экранах в ЦУПе, в обсерватории «Циолковский» и в кабинетах генералов повисла ледяная тишина. Это был не астероид. Гигантский, угольно-черный объект, чьи очертания напоминали то ли кристалл, то ли скопление зазубренных монолитов, собранных воедино безумным геометром. Поверхность его была абсолютно гладкой, словно отполированный обсидиан, и на ней не было ни щелей, ни стыков, ни следов двигателей. Он был чуждым до мозга костей, продуктом технологии, не имевшей ничего общего с человеческой.

«Пионер-IX» начал передавать плотный поток данных. Инфракрасное излучение – нулевое. Электромагнитное поле – аномальное, пульсирующее. Затем зонд, следуя протоколу, выпустил серию лазерных целеуказателей. В тот же миг на поверхности «Немого» – как его тут же окрестили операторы – возникла и исчезла крошечная точка, холодного, синеватого свечения. Кадры, переданные за секунду до потери сигнала, были обрывочными и смазанными. На них было видно, как гладь объекта в месте «прикосновения» лазера ожила, на мгновение приобретя структуру, похожую на пчелиные соты, а затем снова став идеально гладкой.

Связь с «Пионером-IX» прервалась. Окончательно и бесповоротно. Не со взрывом, не с помехами, а с тишиной, более громкой, чем любой грохот. Объект, не изменив курса, продолжил движение внутрь Солнечной системы. Прямо к Земле.

Глава 1

Сержант Алексей Волков не спал уже тридцать шесть часов, но это было привычное, почти комфортное состояние. В полумраке десантной капсулы «Скорпион-7» царила напряженная тишина, нарушаемая лишь ровным гудением систем жизнеобеспечения и шипением вентилей гипоинъекторов, впрыскивавших в кровь бойцов коктейль из стимуляторов, ноотропов и блокаторов страха. От него в жилах растекался холодок, а мир приобретал кристальную, безжалостную четкость.

Он провел ладонью по шершавой поверхности своего штурмового автомата АДС-45 «Вепрь». Пластик и полимерный сплав были прохладными и знакомыми, как рука старого друга. Его взгляд скользнул по лицам его отделения, застывшим в суровых масках под забралами шлемов. Рядовой Игнат «Молот» Семенов, громила с грузом антитанкового гранатомета, что-то беззвучно шептал, проверяя замки своего оружия. Рядовой Петрович, хитрый и молчаливый снайпер, с закрытыми глазами регулировал прицел своей винтовки СВU-М8 «Архар». Ефрейтор Ли «Призрак» Вэнь, специалист по электронной борьбе, уже запустил свои дроны-разведчики, и их статусы горели зеленым на его планшете.

«Барсы». Гордость 45-го орбитально-десантного полка. И пушечное мясо для командования, – с горькой усмешкой подумал Алексей.

– Эй, Лекс, – голос Игната прозвучал в общем канале, глухой от вибрации корпуса. – Говорят, в Танзании сейчас жарко. Не в смысле ПВО, а в смысле погоды. Как думаешь, успеем искупаться в океане после того, как вынесем этих ублюдков?

– Только если тебе нравится купаться в радиационной пене, Молот, – безразличным тоном ответил Алексей, глядя на мигающую карту тактической обстановки. – «Щит Аллаха» успел превратить тот завод в крепость. Спутники фиксируют подземные бункеры, мобильные установки ПВО «Джинн» и рои боевых роботов. Стандартный набор.

– Роботы… ненавижу этих железяк, – проворчал Петрович, не открывая глаз. – Бегают, как тараканы, целиться мешают.

– Твоя задача – не по тараканам стрелять, а по их операторам, – напомнил ему Алексей. – Ищи командиров, инженеров. Обезглавь стаю, и она разбежится.

Голос пилота, холодный и металлический, прозвучал во всех каналах: «Десять минут до точки сброса. Приготовиться к отстрелу. Повторяю, десять минут. Начинаем финальный заход».

Автоматические зажимы с глухим лязгом зафиксировали их посадочные кресла. Капсула «Скорпион-7» была их личным метастроем, их гробом и их кинжалом, который должны были воткнуть прямо в сердце вражеской обороны. Шестьдесят тонн бронированной стали, керамики и реактивных двигателей, несущихся навстречу планете.

Алексей сглотнул, чувствуя, как по телу разливается знакомый адреналиновый холод. Он посмотрел на фотографию, вмонтированную в панель перед ним. Старая, еще бумажная, цифровая копия. Он, лет десять назад, с отцом на рыбалке. Оба улыбаются, держат огромного сазана. Мир, которого больше не существовало.

– Всех благ, «Барсы», – тихо сказал он в закрытый канал отделения. – Сделаем работу – поедем домой. Ничего личного.

– Ничего личного, сержант, – хором отозвались голоса.

– Пять минут. Активирую системы стабилизации. Готовьтесь к перегрузкам.

Свет в капсуле сменился на тревожный красный. Алексей глубоко вдохнул и откинул голову на подголовник, чувствуя, как мышцы всего тела напрягаются в ожидании удара. Ад с небес начинался прямо сейчас.

Оглушительный рев был первым, что обрушилось на них, даже сквозь звукоизоляцию капсулы. Это был звук разрывающейся атмосферы, плазмы, бьющей в броню, и сработавших один за другим ракетных двигателей системы ориентации. Казалось, будто гигантский молот бьет по их стальному гробу, пытаясь расплющить все, что внутри. Перегрузка вдавила Алексея в кресло, стало трудно дышать. Весь корпус «Скорпиона-7» затрясся, заскрежетал, предупреждая о чудовищном напряжении.

На тактическом экране перед его глазами бешено замигали красные иконки. Система ПВО «Джинн» работала без сбоев.

– По нам палят! – крикнул Игнат, его голос был сдавленным от перегрузки. – Слева пролетела ракета! Черт, кажется, «Оса-3» отклонилась от курса!

Алексей сквозь сжатые зубы наблюдал, как на карте одна из зеленых точек, обозначавшая капсулу соседнего отделения, вдруг погасла, сменившись короткой строкой «ПОТЕРЯ СВЯЗИ». Ни взрыва, ни сигнала бедствия. Просто – тишина. Еще один «Скорпион» и шесть человек, превратившиеся в огненный шар над танзанийской саванной.

– Ничего не поделаешь, – скрипнул он. – Всем сосредоточиться! Следите за стабилизацией!

Капсулу бросало из стороны в сторону. Система выброса тепловых ловушек срабатывала каждые несколько секунд, оставляя за ними хвосты ослепительно белого огня, чтобы сбить с курса самонаводящиеся ракеты. Вибрация была такой сильной, что Алексею казалось, будто у него трещат кости. Он видел, как у Игната из-под забрала шлема течет струйка крови – его губы были разбиты о панель управления при одном из резких маневров.

– Тридцать секунд до земли! – прозвучал голос пилота, уже с помехами. – Держитесь! Приземление будет жестким!

– Готовьтесь к удару! – крикнул Алексей, вжимаясь в кресло.

Он успел увидеть на экране, как мелькают цифры высоты: 5000… 3000… 1000…

Удар.

Мир превратился в хаос. Его с силой швырнуло вперед, ремни впились в плечи, грозя сломать ключицу. На долю секунды свет погас, и его оглушил оглушительный скрежет разрываемого металла. Капсула с воем протаранила что-то прочное – вероятно, крышу одного из заводских ангаров, – и ее движение наконец прекратилось, сопровождаемое шипением разорванных гидравлических линий и треском ломающейся электроники.

В ушах стоял оглушительный звон. Пахло озоном, дымом и гарью.

– Отчет! – прохрипел Алексей, тряхнув головой и отстегивая ремни. – Все живы? Отзывайтесь!

– Молот, в строю! – первым отозвался Игнат, отстреливая замки своего кресла.

–Призрак, жив. Запускаю сканеры периметра, – доложил Ли Вэнь, его пальцы уже летали по сенсорным панелям.

–Петрович… цел, – раздался неспешный голос снайпера. – Системы винтовки в норме.

Алексей с облегчением кивнул. Повезло. На этот раз. Он с силой ударил кулаком по красной кнопке аварийного люка. С шипением и скрежетом искривленная плита отстрелилась, упав на бетон с оглушительным грохотом. В капсулу ворвался удушливый, горячий воздух, пахнущий пылью, гарью и… озоном от плазменных разрядов.

Он первым выскочил наружу, мгновенно прижимая «Вепрь» к плечу. Его ботинки увязли в осколках стекла и бетонной крошке. Они находились внутри огромного полуразрушенного ангара. Сквозь дыры в стальной крыше лился слепящий солнечный свет, выхватывая из полумрака гигантские станки, брошентые конвейерные ленты и…

– Контакт! Прямо по курсу! – крикнул Петрович.

Из-за груды ящиков выползли три низких, приземистых боевых робота «Скорпион», их многоствольные автоматические пушки уже вращались, наводясь на десантников. Оптические сенсоры на их «головах» светились зловещим красным светом.

Время для раздумий закончилось. Ад начался.

– Укрытие! – рявкнул Алексей, ныряя за массивный стальной верстак.

Мир взорвался грохотом. Три пары автоматических пушек выплюнули снопы свинца, превратив пространство перед ними в ад из рикошетов и летящей стружки. Пули с визгом отскакивали от станков, вгрызались в бетонные колонны. Осколки стекла и металла засыпали Алексея, барабаня по его шлему.

– Молот! Порадуй их! – крикнул он, прижимаясь к верстаку.

– Уже несу подарочек! – прогремел в ответ Игнат.

Из-за укрытия, с противоположной стороны, метнулась коренастая фигура десантника. Игнат, не тратя время на прицеливание, с плеча выпустил из своего гранатомета РPG-9 «Молот» осколочно-фугасную гранату. Выстрел, резкая отдача, и доля секунды тишины, за которой последовал оглушительный взрыв. Один из «Скорпионов» вздрогнул, окутался дымом и, потеряв две из шести конечностей, завалился на бок, беспомощно вращая стволом.

Но два других уже перестроились. Их сенсоры засекли Игната. Пушки развернулись.

– Призрак, глуши их! – скомандовал Алексей.

– Пытаюсь! – отозвался Ли. Он уже развернул свой комплекс РЭБ. – Их канал защищен, перехватываю управление! Не могу… слишком стойкое шифрование!

– Петрович! – Алексей даже не успел договорить.

Раздался один, идеально четкий выстрел. Не грохот, а скорее резкий хлопок снайперской винтовки СВU-М8. Один из роботов дернулся, и его левый оптический сенсор погас, брызнув искрами. Робот замедлился, его движения стали менее точными. Не смертельно, но достаточно, чтобы выиграть секунды.

– Стреляю по сенсорам! Тяжелой брони нет! – спокойно доложил Петрович, уже меняя позицию.

Этой секунды хватило Алексею. Он высунулся из-за укрытия, поймал в прицел поврежденного робота и нажал на спуск. «Вепрь» коротко дернулся у плеча, выплевывая очередь бронебойных патронов. Три попадания в ту же «голову». Металл затрещал, посыпались искры. Робот замер и рухнул.

Последний «Скорпион», оставшись один, активировал протокол ближнего боя. Вместо стрельбы он рванулся вперед, набирая скорость, его острые, как бритва, манипуляторы готовились к удару. Он шел прямо на Алексея.

– Лекс! – крикнул Игнат, перезаряжая гранатомет.

Алексей не отпрянул. Он присел, сделал шаг в сторону и, как на учебном полигоне, вскинул «Вепрь». Прицел поймал уязвимое место – щель в броне в основании «шеи» робота. Короткая очередь. Три выстрела. Четвертый… пятый…

«Скорпион» пронесся мимо, по инерции, его манипуляторы с сухим щелчком сомкнулись в пустоте, и он врезался в стену, оставив вмятину, прежде чем затихнуть.

В ангаре воцарилась тишина, оглушительная после недавнего грохота. Пахло гарью, порохом и раскаленным металлом.

– Все целы? – Алексей окинул взглядом своих бойцов. Игнат, перезаряжая РPG-9, кивнул. Ли Вэнь жестом показал, что все в порядке. Петрович, уже заняв новую позицию на галерее, поднял руку.

– Отделение, доложите обстановку по взводу, – Алексей перевел дух, ощущая, как адреналин начинает отступать, сменяясь холодной концентрацией.

Голоса других командиров отделений посыпались в его шлем, с помехами, но разборчиво.

«Ястреб-1»,в строю. Заняли цех №2. Сопротивление подавлено».

«Ястреб-2»,потери… один ранен. Удерживаем северный выход».

Алексей сверился с картой на внутреннем дисплее шлема. Их задача была ясна – уничтожить систему ПВО «Джинн» в центральном командном пункте завода и обеспечить коридор для подхода основных сил.

– Всем «Ястребам», прикрывайте нас. «Барсы» движутся к цели. Призрак, запускай разведку. Покажи мне дорогу.

– Уже в процессе, сержант, – отозвался Ли. С его планшетка взлетели два небольших дрона-разведчика, бесшумно пронесшиеся к противоположному концу ангара и скрывшиеся в темном проеме разбитых ворот.

Алексей сделал несколько глубоких вдохов, чувствуя, как легкие наполняются горячим, едким воздухом. Первый рубеж взят. Но он знал – это была лишь первая, самая простая скорлупа этой крепости. Самое страшное ждало впереди, в глубине. Он мотнул головой, давая знак к движению.

– Пошли, «Барсы». У нас работа».

Дроны Ли Вэня, словно тени, скользили по полуразрушенным коридорам завода, передавая на планшет мозаику из тепловых следов и схем помещений. «Барсы» двигались за ними, как хищный тандем – Алексей и Игнат в авангарде, Петрович, заняв позицию на высокой платформе, прикрывал их с тыла, а Ли координировал движение, его глаза бегали по экрану с данными.

– Впереди развилка, – тихо доложил Ли. – Слева – тепловые следы, несколько человек. Справа – чисто, но есть следы недавнего передвижения роботов. Ведут к цели.

– Идем направо, – без колебаний принял решение Алексей. – С людьми справятся «Ястребы». Наша задача – «Джинн».

Они свернули в широкий коридор, больше похожий на туннель. По стенам тянулись оплетки коммуникаций, некоторые были перебиты, искрили. Воздух был густым от пыли и запаха сгоревшей изоляции. Внезапно один из дронов Ли пометил на карте красным три быстро движущиеся цели.

– Засада! – крикнул Ли. – Из вентиляции!

Из решеток в стенах и потолке, с сухим лязгом, выпало три фигуры. Это не были роботы. Это были люди. Вернее, то, что от них осталось. Облаченные в облегающие черные костюмы, их лица скрывали маски с примитивными дисплеями вместо глаз. На руках – компактные плазменные карабины. Наемники. Элита «Щита Аллаха».

– Кибер-пехота! – успел крикнуть Алексей, прежде чем мир снова взорвался.

Плазменные заряды, шипя и потрескивая, пронеслись по коридору, оставляя на стенах оплавленные пятна. Один из зарядов угодил в дрон Ли, превратив его в дождь искр и пластика.

Алексей поймал в прицел одного из наемников и нажал на спуск. Очередь из «Вепря» ударила по противнику, но тот успел отпрыгнуть с нечеловеческой скоростью, укрывшись за углом. Пули лишь оставили вмятины на бетоне.

– Чертовы усилители! – прошипел Игнат, пытаясь прицелиться из гранатомета, но наемники не давали ему и секунды, ведя шквальный огонь.

Петрович со своей позиции попытался сделать выстрел, но кибер-пехотинцы двигались слишком быстро и непредсказуемо, используя магнитные крепления на ботинках, чтобы короткими рывками перемещаться по стенам.

Один из них, сделав сальто, оказался прямо над Игнатом, целясь ему в спину. Алексей увидел это краем глаза.

– Молот, низко!

Игнат присел, и Алексей, не целясь, дал очередь прямо над его головой. Пули поймали наемника в воздухе. Тот с грохотом рухнул на пол, его маска треснула, но он все еще пытался поднять оружие. Игнат развернулся и добил его коротким контролируемым выстрелом из своего автомата.

Внезапно свет в коридоре погас, и включилось аварийное освещение, окрасив все в багровые тона.

– ЭМП! – крикнул Ли, пригибаясь. – Это они! Готовьте…

Он не договорил. Из темноты в конце коридора выползли два новых противника. Это были не «Скорпионы». Эти роботы были крупнее, на гусеничном ходу, с двумя массивными манипуляторами, оканчивавшимися вращающимися стволами скорострельных пушек.

– Охранники «Джинна»! – узнал Алексей. – Боевые платформы «Ифрит»!

«Ифриты» не стали медлить. Их пулеметы раскрутились, и стена свинца понеслась по коридору, сметая все на своем пути. Оставшиеся два кибер-пехотинца использовали этот шквал как прикрытие, чтобы отступить.

Алексей и его люди прижались к укрытиям, не в силах поднять головы. Пули буквально пожирали бетон их укрытий, с каждым секундой приближаясь к ним.

Они были в ловушке.

Глава 2

Стена свинца, выплеснутая двумя «Ифритами», была абсолютно непреодолимой. Пули калибра 12.7 мм сносили края их укрытий, обрушивая на них ливень бетонной крошки. Еще минута, от силы две – и их позиции будут либо уничтожены, либо они окажутся зажатыми в тиски подошедшей кибер-пехотой.

– Призрак! Любой вариант! – рявкнул Алексей, вжимаясь в полуразрушенную колонну.

Ли Вэнь, его лицо в багровом свете аварийных ламп было искажено напряжением, лихорадочно работал с планшетом.

–Пытаюсь взломать их протоколы управления! Слишком глубокая защита… Ждите! – Он оторвал взгляд от экрана, окинув взглядом коммуникации на стене. – Есть идея! Молот! Видишь ту магистраль, в синей оплетке? Оранжевые клапаны!

Игнат, пригнувшись, бросил взгляд в указанном направлении.

–Вижу!

–Это охлаждающий контур для серверов! Дай по нему всего один патрон! – крикнул Ли.

Игнат, не раздумывая, резко развернулся, поднял автомат и всадил короткую очередь в указанное место. Бронебойные пули пробили металл, и из пробоин с шипением вырвалась струя белого сжиженного газа. Мгновенно коридор наполнился густым, непроглядным туманом. Видимость упала до нуля.

– Умно! – одобрил Алексей. – Все, меняем позицию! Петрович, ты нас видишь?

– С трудом, но тепловые контуры читаются, – донесся спокойный голос снайпера. – Цели скрыты.

Алексей жестом повел своих людей вдоль стены, вглубь тумана, подальше от застывших на мгновение «Ифритов». Крики кибер-пехотинцев, потерявших визуальный контакт, доносились из белого марева. Они были дезориентированы.

– Призрак, веди нас к «Джинну», – приказал Алексей, полагаясь на электронные карты Ли.

– Следуйте за мной, – Ли, не отрывая взгляда от планшета, пополз вперед, используя данные со второго дрона, который парил под самым потолком, за пределами тумана.

Они миновали обескураженных наемников, двигаясь буквально в метре от них. Один из кибер-пехотинцев чуть не столкнулся с Игнатом нос к носу, но тот, не медля, ударил его прикладом автомата по голове, и тот бесшумно осел на пол.

Через несколько десятков метров туман начал редеть. Они вышли в просторное, высокотехнологичное помещение – центр управления ПВО. В центре стояла массивная консоль с множеством экранов, некоторые из которых еще мигали аварийными сигналами. Рядом возвышался сам «Джинн» – комплекс радаров и пусковых установок. Возле него суетились три техника в комбинезонах «Щита Аллаха», в панике пытаясь что-то запустить.

– Ни с места! – скомандовал Алексей, входя в зал.

Техники замерли, медленно подняли руки.

– Призрак, готовь заряды. Молот, прикрой вход. Петрович, доложи обстановку.

– «Ифриты» разворачиваются, идут на ваш запах. Кибер-пехота тоже опомнилась. У вас минута, не больше.

Ли Вэнь уже доставал из рюкзака компактные заряды взрывчатки с магнитным креплением. Он быстро начал размещать их на ключевых узлах «Джинна».

Алексей, не опуская «Вепря», подошел к главной консоли. Его взгляд упал на один из активных экранов. Это была не схема завода и не данные ПВО. Это была карта Солнечной системы, и на ней, ярко-красной точкой, отмеченной грифом «ОМЕГА», пульсировал объект вблизи орбиты Марса. Рядом бежал текст: «НЕИДЕНТИФИЦИРОВАННЫЙ ОБЪЕКТ. УГРОЗА КАТЕГОРИИ 0. ВСЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ…»

Сообщение обрывалось.

– Что это?.. – невольно вырвалось у Алексея.

В этот момент снаружи донесся знакомый скрежет гусениц и треск пулеметных очередей. «Ифриты» подошли к входу.

– Готово! – крикнул Ли, отскакивая от «Джинна». – Заряды установлены! Тридцать секунд!

– Отходим! – скомандовал Алексей, все еще не понимая, что видел. – Петрович, отход! Направление «Дельта»!

Он бросил последний взгляд на экран, на ту зловещую красную точку, а затем развернулся и побежал вслед за своими бойцами к запасному выходу, оставляя позади обреченный комплекс и тайну, которая была куда страшнее всего, что он видел сегодня.

Они вырвались из здания как раз в тот момент, когда сзади раздался глухой, сокрушительный взрыв. Заряды Ли Вэня сработали четко. Огненный шар, вырвавшись из проема, вынес наружу обломки консолей и клочья металла. Комплекс ПВО «Джинн» был уничтожен.

– Прямо сейчас по нам не будут палить с орбиты, – констатировал Игнат, с удовлетворением глядя на столб дыма.

– Не расслабляйся, – бросил Алексей, оглядывая территорию завода. Где-то вдали слышалась перестрелка – видимо, «Ястребы» добивали оставшихся террористов. – «Ифриты» и кибер-пехота еще где-то тут. Движемся к точке эвакуации. Петрович, как у нас с путем?

– Маршрут чист. Вижу ваши метки. Выдвигайтесь по проспекту «Альфа», я прикрываю.

«Барсы» быстро и бесшумно двинулись через захламленные дворы завода, минуя перевернутые грузовики и обгорелые каркасы легкой техники. Воздух, уже без приторной сладости охлаждающего газа, снова наполнился знакомой смесью гари, пыли и пороха. Алексея не отпускал образ с того экрана – красная точка, грозящая всему человечеству, пока они тут возились с местными фанатиками.

Через несколько минут они вышли на широкую, разбитую дорогу – проспект «Альфа». В небе, низко и стремительно, уже виднелся силуэт их эвакуационного катера «Гидра», приближающийся с характерным нарастающим гулом турбин.

– Почти дома, ребята, – облегченно выдохнул Игнат.

И в этот момент из-за угла полуразрушенного здания, с ревом, выкатился тот самый «Ифрит». Его левый манипулятор был поврежден взрывом, но правый ствол был цел и уже вращался, наводясь на них. Он перекрывал дорогу к точке посадки «Гидры».

– Укрытие! – скомандовал Алексей, но они были на открытом пространстве. Бежать назад – значит подставить себя под огонь и сорвать эвакуацию.

Грохот пулемета оглушил его. Очередь легла буквально в метре, вздыбив асфальт. Еще секунда – и их просто разрежет пополам.

Внезапно с верхнего этажа соседнего здания, прямо в оптический сенсор робота, ударила яркая красная лазерная метка. Это был Петрович.

– Лекс! Глаз! Стреляйте в глаз! – его голос прозвучал в общем канале.

Алексей понял. Он и Игнат почти синхронно высунулись из-за своих ничтожных укрытий – один из-за бетонного блока, другой – из-за обгорелого остова машины. Они поймали в прицелы мигающую красную точку на «голове» «Ифрита» и вжали спусковые крючки.

Две очереди – от Алексея и Игната – почти одновременно достигли цели. Бронебойные пули пробили сенсорный блок. «Ифрит» вздрогнул, его ствол беспомощно замер, поднявшись к небу, а затем вся платформа замерла на месте, из пробитой оптики сочился дым.

В этот момент «Гидра» с грохотом коснулась колесами земли в ста метрах от них, ее десантный трап уже опускался.

– Все, бегом! – скомандовал Алексей.

Они, не тратя времени, рванули к спасительному кораблю. Петрович уже спускался с крыши, чтобы присоединиться к ним. Через несколькодесят секунд все «Барсы» были на борту. Тяжелый бронированный люк «Гидры» с грохотом захлопнулся, отсекая их от горящего ада Танзании.

В салоне воцарилась оглушительная, блаженная тишина, нарушаемая лишь нарастающим гулом двигателей и шипением меди-гипоинъекторов, впрыскивавших в кровь бойцов успокоительное и антибиотики. Алексей отстегнул шлем, с силой потянув в легкие прохладный, кондиционированный воздух. Он смотрел в иллюминатор на удаляющуюся землю, на дым и пожары, которые они оставляли позади. Очередная победа. Очередная выполненная задача.

И тут на его планшет, как и у всех остальных, пришло экстренное сообщение. Ярко-красный гриф «ОМЕГА» залил экран. Общая тревога. Уровень угрозы, который он видел лишь на учениях. Уровень, означающий одно – существование цивилизации под вопросом.

Алексей медленно поднял взгляд и встретился глазами с Игнатом. В глазах громилы-гранатометчика он увидел то же самое, что чувствовал сам: леденящий ужас. Ад в Танзании оказался лишь прелюдией. Настоящий ад был где-то там, в космосе, и он только что напомнил о себе.

Гул «Гидры» был единственным звуком, заполнявшим салон. Бойцы «Барсов» сидели в ошеломленной тишине, уставившись на планшеты. Даже Игнат, обычно невозмутимый, молча сжимал и разжимал кулак, его взгляд был прикован к алым буквам «ОМЕГА».

– Что это, черт возьми, такое? – тихо, больше для себя, пробормотал Ли Вэнь, пытаясь обновить данные. – Глобальная тревога? Ядерная атака?

– Нет, – хрипло проговорил Алексей, все еще глядя в иллюминатор на уходящую вниз планету. – Хуже.

Сообщение было лаконичным и от того еще более жутким. «ВСЕМ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯМ ОЗС. КОД «ОМЕГА». НЕИЗВЕСТНЫЙ ВРАЖДЕБНЫЙ ОБЪЕКТ ВНУТРИ СИСТЕМЫ. ВСЕ БОЕСПОСОБНЫЕ ЕДИНИЦЫ ПЕРЕВОДЯТСЯ В РЕЖИМ ПОЛНОЙ БОЕВОЙ ГОТОВНОСТИ. ОЖИДАЙТЕ ПРИКАЗОВ. ЛОКАЦИЯ: СЕКРЕТНО. ПРИОРИТЕТ: АБСОЛЮТНЫЙ».

Голос пилота, теперь жесткий и лишенный всяких эмоций, прозвучал по салонному радио: «Экипаж, пристегнуться. Меняем курс. Прямой маршрут на базу «Ганнибал». Остальные детали – по прибытии».

«Ганнибал». Сверхсекретная лунная база. Место, о котором ходили легенды, но куда не ступала нога простого десантника. Факт того, что их везут туда сразу после боя, говорил сам за себя. Ситуация была запредельной.

«Гидра» рванула с такой силой, что всех вдавило в кресла. Корабль вышел на суборбитальную траекторию, набирая высоту. Алексей видел, как Земля из растерзанного поля боя превратилась в прекрасный, хрупко-голубой шар, висящий в черной бездне. Таким он любил его видеть. Таким он его и защищал. Но сейчас на эту красоту ложилась тень.

– Сержант, – тихо окликнул его Петрович. Снайпер смотрел на него своим спокойным, всевидящим взглядом. – Там, на терминале… вы тоже видели?

Алексей кивнул, сжимая планшет так, что треснул экран. – Видел. Объект. Возле Марса.

– Значит, это по-настоящему, – констатировал Петрович, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза, будто готовясь ко сну. Но Алексей знал – он просто обрабатывал информацию, готовя себя к тому, что ждет впереди.

Игнат наконец нарушил тишину. – Значит, все это… – он махнул рукой в сторону иллюминатора, имея в виду всю Танзанию, – …все эти роботы, кибер-пехота, взрывы… это все было просто мелкой потасовкой? Пока где-то там… – он ткнул пальцем в потолок, – …летает что-то, от чего у командования штаны загорелись?

– Похоже на то, Молот, – устало ответил Алексей. – Похоже на то.

Он чувствовал странную пустоту. Все его ранения, все потери, вся горечь войны – все это вдруг обесценилось, стало ничтожным на фоне этой новой, непостижимой угрозы. Он был винтиком в машине, которую только что переключили на другую, куда более страшную передачу.

Путешествие до Луны заняло несколько часов. Большую часть пути они молчали, каждый погруженный в свои мысли. Стандартные процедуры – проверка оружия, медосмотр – выполнялись на автомате, без обычных шуток и подначек.

Наконец, «Гидра» начала вибрацию – признак входа в плотные слои атмосферы… лунной. В иллюминаторе пропала чернота космоса, сменившись серой, безжизненной поверхностью Луны. Корабль пролетел над кратерами и затем резко пошел на снижение, направляясь к гигантскому, хорошо замаскированному уступу в горах.

С грохотом и шипением «Гидра» приземлилась в огромном ангаре, скрытом внутри скалы. Давление выровнялось, и люк открылся. Перед ними предстала панорама базы «Ганнибал». Это был не просто бункер. Это был целый подземный город, заполненный самой передовой техникой, которую Алексей когда-либо видел. Массивные марсоходы, истребители нового поколения, строящиеся орбитальные корабли. И повсюду – люди в форме ОЗС с серьезными, озабоченными лицами.

К ним быстрым шагом направился офицер с нашивкой майора на безупречной форме.

– Сержант Волков? – его голос был резким, как удар хлыста. – Со своим подразделением – за мной. Брифинг начнется через десять минут. Вы и ваши люди теперь в составе Специальной оперативной группы «Копье».

Алексей перевел взгляд с офицера на свои измотанные, испачканные сажей и пылью лица своих «Барсов», а затем снова на офицера.

– Понял, – коротко кивнул он. – Мы готовы.

Он не был в этом уверен. Но выбора у него не было. Ад в Танзании остался позади. Теперь им предстояло столкнуться с чем-то, что не укладывалось в голове. С немой грозой, нависшей над всем человечеством.

Глава 3

Их провели по стерильным, ярко освещенным коридорам «Ганнибала», где воздух пах озоном и антисептиком. Никаких лишних звуков, только ровный гул вентиляции и шаги по металлическому настилу. Бойцы «Барсов», привыкшие к грохоту боя и грубой простоте полевых баз, чувствовали себя чужаками в этом технологическом раю.

Их привели в помещение, больше похожее на операционный зал, чем на брифнговую. В центре парила объемная голографическая проекция Солнечной системы. Майор, представившийся как Майор Соколов, жестом указал на ряд кресел.

– Садитесь. Времени в обрез.

Как только они заняли места, голограмма ожила. Планеты закружились, и в области между Марсом и Юпитером появилась та самая черная, угловатая симуляция объекта, которую Алексей видел на терминале.

– То, что вы видите, – голос Соколова был холоден и лишен эмоций, – объект, условно обозначенный «Немой». Он был обнаружен 72 часа назад. С тех пор он прошел через внешнюю систему, продемонстрировав возможности, превосходящие все, что нам известно.

Голограмма сфокусировалась на «Немом». Он был пугающе детализированным.

–Он активно уклоняется от сканирования, поглощает излучение и, как мы полагаем, способен на маневры, нарушающие известные законы физики. Все попытки установить контакт игнорируются.

Соколов сделал паузу, давая им впитать информацию.

–Четыре часа назад «Немой» достиг орбиты Марса. Наши исследовательские станции «Прогресс-1» и «Арес-7» попытались провести дистанционное сканирование. Вот запись с внешних камер «Арес-7».

Голограмма сменилась на плоское видео. Была видна красная поверхность Марса и часть черного, звездного неба. Внезапно в кадр вошел «Немой». Не симуляция, а реальный объект. Он был еще более чуждым и пугающим в реальности. Казалось, он поглощал свет, искажая пространство вокруг себя.

На несколько секунд ничего не происходило. Затем от «Немого» отделилось крошечное, серебристое пятнышко. Оно метнулось к станции с невозможной скоростью, облетело ее и вернулось обратно. Весь процесс занял меньше двух секунд. Сразу после этого связь с «Арес-7» прервалась. Та же участь постигла и «Прогресс-1».

– Обе станции уничтожены, – констатировал Соколов. – Без предупреждения, без видимого оружия. Мы имеем дело с актом ничем не спровоцированной агрессии со стороны внеземного разума.

В зале повисла гробовая тишина. Даже Игнат не нашел что сказать. Они сражались с людьми, с роботами, с террористами. Но это… это было за гранью.

– Наши текущие военные доктрины бесполезны, – продолжал Соколов. – Наш флот, наша ПВО – все это может оказаться не более чем игрушкой. Именно поэтому была создана группа «Копье». В ее состав вошли лучшие из тех, кто имеет реальный боевой опыт, кто умеет действовать в нестандартных ситуациях и… выживать.

Его взгляд скользнул по лицам десантников.

–Ваш опыт, сержант Волков, ваша способность принимать решения в аду наземного боя, сейчас ценнее, чем докторские степени наших инженеров. Мы не знаем, что это, мы не знаем, как с этим бороться. Но мы должны научиться. И быстро.

Голограмма снова сменилась, показывая ускоренную запись уничтожения эскадрильи «Мантикор».

–Все наши атаки пока что тщетны. «Немой» непробиваем. Но он активен. Он изучает нас. И мы должны сделать то же самое. Найти слабость. Любую слабость.

Алексей смотрел на голограмму, на этот черный, безмолвный символ их возможного конца. Он чувствовал тяжесть в груди. Весь его боевой опыт, все его шрамы – все это оказалось песчинкой перед лицом такой угрозы.

– Ваша первая задача, – голос Соколова вернул его к реальности, – адаптация. Вы будете проходить интенсивный курс подготовки к бою в условиях глубокого космоса, низкой гравитации и… против противника, чью тактику мы не знаем. Вы – острия копья. И это острие мы должны заточить. Вопросы?

Алексей медленно покачал головой. Какие могли быть вопросы? Мир, который он знал, только что перевернулся с ног на голову. Теперь ему и его «Барсам» предстояло стать первыми, кто шагнет в новую, безжалостную войну. Войну за само право человечества на существование.

Их отвели в казармы «Ганнибала» – стерильные кубрики с белыми койками и встроенными терминалами. Никаких личных вещей, только функциональность. Воздух был прохладным и безжизненным.

Игнат плюхнулся на кровать, от которой скучно зазвенели пружины.

–Понял, – хмуро пробурчал он. – Значит, мы теперь пушечное мясо для космических монстров. Прекрасно.

– Мы – единственные, у кого есть реальный шанс понять, как они мыслят, – неожиданно тихо сказал Ли Вэнь. Он уже сидел за терминалом, листая доступные данные по «Немому». – Все их атаки… это не просто уничтожение. Это анализ. Та мушка, что уничтожила станцию на Марсе… она ее просканировала, собрала данные, а потом стерла.

– Может, они просто стерилизуют пространство? Как мы муравейник, – мрачно предположил Игнат.

– Нет, – вмешался Алексей, стоя у иллюминатора с видом на подземный ангар. – Они целенаправленны. Сначала Пояс Койпера, потом Юпитер, теперь Марс… они движутся по спирали, изучая систему. И следующая остановка… – он обернулся к своим бойцам, – …Луна. А потом – Земля.

В дверь постучали. На пороге стоял Петрович, вернувшийся с предварительного медосмотра.

–Новости, – сказал он, занимая свое место. – Говорят, «Немой» изменил курс. Теперь он движется не к поясу астероидов, а направляется прямо к Венере.

– К Венере? Зачем? – нахмурился Игнат. – Там же кроме жары и кислотных туч ничего нет.

– Может, ресурсы? – предположил Ли. – Или тестируют свое оружие в экстремальных условиях?

Алексей молчал. Мысль о том, что этот объект обладает не просто оружием, а некоей стратегией, была пугающей. Это делало его не машиной, а противником. Опасным и умным.

– Неважно, – покачал головой Алексей. – Наша задача – готовиться. Завтра начинаются тренировки. А сегодня… – он тяжело вздохнул, – …сегодня каждый из нас должен решить для себя, готов ли он сражаться с призраком.

Он посмотрел на их лица – уставшие, но полные решимости. Они были его «Барсами». Они прошли через ад Танзании. Теперь им предстояло пройти через ад космический. И первый шаг в этот ад они сделают завтра, на тренировочных полигонах «Ганнибала».

Тренировочный модуль «Ганнибала» под кодовым названием «Акростих» был чудом инженерной мысли. Это была гигантская вращающаяся конструкция, создающая искусственную гравитацию, внутри которой можно было симулировать условия от лунной тяги до невесомости. Сейчас платформа была настроена на марсианские параметры – гравитация в 0.38 g.

Первые же минуты показали, насколько десантники были не готовы. Их тела, привыкшие к земному притяжению, стали предательски легкими. Каждый шаг отрывал их от пола, каждое движение требовало пересмотра вектора силы.

– Черт возьми! – выругался Игнат, пытаясь сделать рывок к укрытию и вместо этого влетев в стену с силой, которой не ожидал. Его броня гулко ударилась о металл.

– Мышцы запоминают земную силу, – голос инструктора, майора Соколова, звучал из динамиков, бесстрастно. – Вы должны забыть. Двигайтесь короткими, контролируемыми импульсами. Позвольте низкой гравитации работать на вас, а не против вас.

Алексей медленно поднялся, чувствуя, как непривычно легко его тело. Он сделал несколько пробных шагов, затем короткий прыжок – и пролетел несколько метров, легко преодолев расстояние, которое на Земле потребовало бы усилий.

– Петрович, попробуй прицелиться, – скомандовал Алексей.

Снайпер занял позицию, упер ложе винтовки в плечо и попытался поймать в прицел мишень. Его тело неустойчиво покачивалось. Выстрел прозвучал, и отдача, незначительная на Земле, здесь отбросила его назад, заставив сделать несколько шагов для стабилизации.

– Отдача другая, – сухо прокомментировал Петрович. – Придется переучиваться.

– Призрак, твои дроны, – сказал Алексей.

Ли Вэнь запустил своих разведчиков. Аппараты, лишенные значительной части земного веса, рванули с такой скоростью, что едва не врезались в потолок. Лихорадочно работая с планшетом, он снижал тягу, пытаясь адаптировать алгоритмы. – Инерция… все по-другому. Они неуправляемы.

Следующим этапом стала симуляция боя в невесомости. Их перевели в центральную зону «Акростиха», где гравитация была нулевой. Здесь их ждал настоящий хаос. Ориентация в пространстве терялась моментально. Толчок от стены отправлял их в неконтролируемое вращение. Попытка выстрелить из автомата не только отбрасывала их назад, но и закручивала вокруг своей оси.

Алексей, цепляясь за поручни, смотрел, как его бойцы, ветераны десятков наземных операций, беспомощно болтаются в воздухе, как марионетки с оборванными нитями. Они были сильны, быстры и смертоносны на Земле. Здесь, в пустоте, они были уязвимыми детьми.

– Достаточно! – раздался голос Соколова. – Первый этап завершен. Цель достигнута – вы поняли, что вы ничего не знаете. Завтра начнем с базовых движений. А сейчас – на ужин. И запомните: тот, кто владеет пустотой, владеет полем боя. А пока ею владеют они.

Спустившись в зону земной гравитации, Алексей почувствовал, как его тело стало невыносимо тяжелым. Каждый мускул ныл. Он посмотрел на свои руки. Они дрожали от непривычного напряжения. Он понимал, что Соколов был прав. Их враг родился в этой пустоте. А им предстояло учиться ходить заново. И на это были считанные дни, а может, и часы.

Неделя пролетела в бесконечном цикле: изнурительные тренировки в «Акростихе», лекции по теоретической астрофизике, которые вгоняли в ступор даже Ли Вэня, и тактические семинары, где они пытались придумать хоть какие-то варианты борьбы с «Немым». Алексея и его людей ломали, а затем собирали заново, стараясь выковать из них нечто новое – солдат, способных сражаться в пустоте.

Их тела постепенно адаптировались. Движения стали более экономными и точными. Игнат научился использовать инерцию для бросков гранат на невероятные расстояния. Петрович освоил технику стрельбы с упором, компенсирующую странную отдачу. Ли Вэнь перепрограммировал дроны, и те теперь парили в невесомости, как призраки, а не метались, как шмели.

Алексей стоял перед зеркалом в спортзале, наблюдая за своими отработанными, почти механическими движениями в симуляции лунной гравитации. Он был собран, сконцентрирован. Но внутри все кипело. Они учились драться в новых условиях, но против кого? Против голограмм и мишеней. «Немой» оставался призраком, тактику которого они не могли предугадать.

Вечером их собрали в том же брифнговом зале. Майор Соколов выглядел еще более мрачным, чем обычно.

– Обновление по «Немому», – он запустил голограмму. Объект парил рядом с Венерой. – Он провел у планеты 46 часов. За это время он выпустил несколько зондов в атмосферу. Наши попытки перехватить их провалились. Но мы получили кое-какие данные.

На экране появились снимки, сделанные с большого расстояния. Один из зондов «Немого» входил в кислотные облака Венеры.

–Анализ показал: зонды не просто исследуют. Они собирают образцы. Конкретные изотопы, редкие элементы в атмосфере. Они не изучают планету в целом. Они добывают сырье.

В зале повисло напряженное молчание. Это меняло все. Это значило, что у «Немого» были материальные потребности. Он не был просто разведчиком или чистильщиком. Он был строителем.

– Есть и другие новости, – Соколов сменил слайд. На нем были показаны три земных корабля, окруженные красными метками. – Патрульное звено крейсеров «Громовержец», «Варяг» и «Цербер» находилось на перехвате на подлете к Венере. Мы потеряли с ними связь три часа назад.

Голограмма показала последние кадры с «Громовержца». «Немой» не стал уклоняться. Он просто… поглотил их атаки. Лазерные залпы и ракеты просто исчезали в его черной поверхности, не оставляя следов. Затем от «Немого» отделились три тонких, серебристых щупальца, похожих на те, что уничтожили станции на Марсе. Они метнулись к крейсерам, пронзили их броню в самых уязвимых местах – реакторные отсеки, мостики – и так же быстро вернулись обратно. Крейсеры замерли, превратившись в безжизненные гробы, дрейфующие в пустоте. Ни взрывов, ни огня. Только тихая, мгновенная смерть.

– Они знают наши корабли, – тихо проговорил Алексей, сжимая подлокотники кресла. – Знают, куда бить.

– Именно, – кивнул Соколов, выключая голограмму. – Они учатся. И учатся быстро. На основании этого инцидента мы разработали первую потенциальную тактику. Мы назвали ее «Щупальце». Мы считаем, что эти атакующие элементы – ключ к его системе защиты. И, возможно, его ахиллесова пята.

Он посмотрел прямо на Алексея.

–Ваша подготовка ускоряется. Через 48 часов вы и ваша группа «Копье» отправитесь на передовую орбитальную станцию «Вулкан» для отработки тактики перехвата высокоскоростных малоразмерных целей. Это не просто учения, сержант. Это генеральная репетиция. Потому что следующая остановка «Немого» – это либо Луна, либо Земля. И мы должны быть готовы встретить его.

Глава 4

Сорок восемь часов пролетели в ускоренном темпе, напоминающем кошмар. Тренировки в «Акростихе» сменились отработкой действий на макете орбитальной станции. «Барсы» учились действовать в тесноте переполненных коридоров, в условиях разгерметизации и против невидимого, скоростного противника, роль которого играли тренировочные дроны, оснащенные лазерами для отметки попаданий.

Алексей чувствовал, как напряжение нарастает не только в его команде, но и во всем «Ганнибале». В воздухе витало ожидание неминуемого удара.

Их отправка на станцию «Вулкан» была стремительной и без лишних церемоний. Десантный челнок, пилотируемый все тем же экипажем «Гидры», отстыковался от «Ганнибала» и направился к передовому рубежу обороны. «Вулкан» был не научной станцией, а чисто военным объектом – орбитальной крепостью, увешанной ракетными шахтами, лазерными турелями и сканерами дальнего радиуса действия.

Станция встретила их стальным молчанием. Экипаж «Вулкана» – в основном техники и операторы вооружений – смотрели на десантников как на диковинных зверей. Они были мозгом и кулаком обороны, а «Барсы» должны были стать ее последним, отчаянным нервом.

Их разместили в тесных кубриках, и менее чем через час Алексей был вызван в командный центр станции. На мостике, залитом синим светом экранов, его ждал Майор Соколов и командир «Вулкана» – полковник с усталым лицом и нашивкой «ПВО ОЗС».

– Сержант, ситуация меняется, – Соколов указал на главный тактический экран. – «Немой» покинул орбиту Венеры. И он не движется к Земле.

Алексей посмотрел на траекторию. Объект, миновав Венеру, набирал скорость и… уходил обратно, к внешней части системы.

– Он уходит? – не поверил Алексей.

– Нет, – покачал головой полковник. – Смотрите. – Он увеличил масштаб. – Он делает петлю. Использует гравитацию Венеры как рогатку. Расчетная конечная точка… – полковник сделал паузу, встречаясь взглядом с Алексеем, – …Луна. Он будет здесь через 72 часа. Возможно, быстрее.

Ледяной ком сжался в груди у Алексея. Их «генеральная репетиция» внезапно превращалась в премьеру. И играть они будут на своей сцене.

– Все силы переведены в состояние повышенной боеготовности, – продолжил Соколов. – «Вулкан» станет первым рубежом. Ваша задача, сержант, оставаться здесь со своим подразделением в режиме ожидания. Если «Немой» попытается атаковать станцию или начнет высаживать десант на Луну – вы будете тем щитом, что остановит его.

– А если он просто пролетит мимо? – спросил Алексей.

– Тогда, – голос полковника прозвучал зловеще тихо, – мы откроем по нему огонь всеми имеющимися средствами. И посмотрим, сможем ли мы хоть чем-то его задеть. В любом случае, сержант, вам и вашим людям предстоит увидеть историю. Надеюсь, вы ее переживете.

Алексей кивнул и вышел с мостика, оставляя за спиной мерцание экранов и тихую тревогу командного центра. Он вернулся в кубрик, где его бойцы проверяли оружие. Они подняли на него вопросительные взгляды.

– Все меняется, – просто сказал Алексей, занимая свое место и начиная чистить свой «Вепрь». – Цель – Луна. Время «Ч» – 72 часа. Мы – щит.

Он не стал говорить им, что они также могут стать и разменной пешкой в первом залпе безнадежной войны. Некоторые вести лучше оставлять при себе. Сейчас им нужна была не правда, а уверенность. И он делал все, чтобы его лицо ее выражало, пока внутри все сжималось в ледяной ком.

Следующие семьдесят два часа тянулись мучительно медленно и пролетели пугающе быстро. Станция «Вулкан» была похожа на улей, готовящийся к нашествию. Инженеры проверяли системы оружия, операторы не отрывали взглядов от датчиков, а десантники группы «Копье» проводили последние, отточенные до автоматизма тренировки в отсеках, максимально приближенных к конструкции «Вулкана».

Алексей и его «Барсы» занимались своим участком – сектором «Дельта», который включал в себя главный стыковочный узел и прилегающие к нему технические галереи. Именно сюда, по мнению командования, мог быть направлен вражеский десант или диверсионные группы.

– Все люки проверены, дистанционные заряды установлены, – доложил Игнат, снимая с перчатки каплю смазки. – Если эти твари сунутся сюда, встретим их по-горячему.

Петрович, заняв позицию на вентиляционной платформе над стыковочным узлом, молча кивнул, проверяя панорамный прицел своей винтовки. Ли Вэнь расставил по периметру датчики движения и пассивные сенсоры, создав плотную сеть наблюдения.

Алексей обошел позиции, чувствуя знакомое предбоевое спокойствие, накрывающее, как колпак, внутреннюю тревогу. Они сделали все, что могли. Теперь оставалось ждать.

Они застали момент, когда на станции объявили общую тревогу. Пронзительный вой сирен разрезал привычный гул механизмов. Бортовой ИИ станции объявил холодным, металлическим голосом: «Объект «Немой» на подходе. Дистанция – 50 000 километров и сокращается. Все боевые посты – занять места».

Алексей со своей командой был уже на позициях. Он подключил свой планшет к тактической сети станции. На экране «Немой» был крошечной черной точкой, но с каждой секундой он увеличивался. Даже с такого расстояния он выглядел иначе, чем на голограммах – более массивным, более реальным и оттого еще более враждебным.

– Вижу его, – тихо проговорил Петрович, глядя в свой оптический прицел, настроенный на максимальное приближение. – Черт… он огромный.

– Эскадрильи «Мантикор» вышли на перехват, – донесся голос оператора из командного центра.

На тактической карте десяток зеленых значков устремились к черной точке. Алексей затаил дыхание. Они все знали, чем закончилась предыдущая атака.

– Дистанция поражения… сейчас… – бормотал Ли Вэнь, наблюдая за данными.

И в этот момент «Немой» сделал то, чего никто не ожидал. Он не стал поглощать атаки или уклоняться. Он изменил форму.

Передняя часть угловатого объекта разверзлась, как пасть, и из нее вырвался сноп ослепительно-белой энергии. Он был не похож на лазер или плазму. Это был скорее луч чистой, структурированной материи, который прошел сквозь строй «Мантикор», не задев ни одного корабля. Но через секунду все истребители просто рассыпались в мелкую металлическую пыль, как будто их атомные связи были мгновенно разорваны.

В командном центре «Вулкана» на секунду воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь треском статических разрядов.

– Все… все цели уничтожены, – прозвучал оглушенный голос. – Неизвестное оружие…

Алексей обменялся взглядами со своими бойцами. В их глазах читался один и тот же вопрос: как они могут сражаться с чем-то, что может просто стереть их из реальности?

– Он не замедляется! – крикнул другой оператор. – Летит прямо на нас!

– Все орудия! Огонь! Огонь! – проревел полковник.

«Вулкан» содрогнулся. Сотни лазерных батарей и ракетных шахт выпустили залп, который должен был уничтожить целый флот. Световая вспышка ослепила датчики. Когда изображение восстановилось, они увидели, как их залпы просто… гасли, не долетая до цели. «Немой» продолжал свой путь, не отклоняясь ни на метр.

– Он пройдет на дистанции 10 километров, – доложил кто-то. – Не атакует.

И действительно, черный левитан пронесся мимо «Вулкана», не удостоив станцию даже ответным выстрелом. Он был настолько близко, что Алексей сквозь иллюминатор мог разглядеть детали его поверхности – идеально гладкой, без единого шва.

– Куда он… – начал Игнат.

Ответ пришел мгновенно. «Немой» лег на курс, ведущий прямо к Луне. К «Ганнибалу».

– Он знает, – прошептал Алексей, смотря, как объект уменьшается в черноте космоса. – Он знает, где мы. И он идет за нами.

На станции «Вулкан» воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь тревожными сигналами и приглушенными голосами операторов, пытающихся оценить ущерб. Ущерб был не физическим, а психологическим. Их самый сокрушительный удар не оставил на противнике и царапины.

Алексей стоял, не отрывая взгляда от черного пространства, где исчез «Немой». Чувство унизительной беспомощности жгло его изнутри. Они были муравьями, пытавшимися остановить стальной каток.

– Все живы? – его голос прозвучал хрипло. Он получил короткие подтверждения от своих бойцов. Они были в порядке физически. Душевное состояние было другим вопросом.

– Этого не может быть, – тихо сказал Ли Вэнь, его пальцы бессознательно лихорадочно барабанили по планшету. – Он нарушил законы физики. Наши атаки просто… исчезли.

– Может, щит какой? – хмуро предположил Игнат, сжимая свой гранатомет так, что костяшки пальцев побелели. – Ну, знаешь, как в старых фильмах. Энергетический.

– Нет, – покачал головой Петрович, все еще глядя в прицел в пустоту. – Это было не так. Они не отскакивали и не рассеивались. Они гасли. Как будто их никогда и не было.

Внезапно голос майора Соколова, жесткий и собранный, прозвучал по общему каналу:

–Группа «Копье», немедленно в док №3. Готовность к экстренной эвакуации. Повторяю, экстренная эвакуация на «Гидрах».

Ледышка страха пронзила Алексея. «Ганнибал». «Немой» направлялся прямо к их дому. К Лунной базе, где находились тысячи человек – ученые, инженеры, семьи военных.

Они бегом бросились по коридорам станции. В доке №3 царила суматоха. Две «Гидры», включая их старую знакомую, уже работали на взлет, их двигатели набирали обороты с тревожным воем. Десантников грузили на борт без лишних слов, лица техников были бледны.

Как только последний боец оказался на борту, люк захлопнулся, и «Гидра» с силой оторвалась от стыковочного узла. Перегрузка вдавила Алексея в кресло. На экране в салоне показывали внешнюю камеру. «Вулкан» оставался позади, а впереди, на фоне серой луны, они видели удаляющийся «Немой». Он был уже так близко к лунной поверхности, что казалось, вот-вот коснется ее.

– Связь с «Ганнибалом»! – крикнул пилот. – Они сообщают… объект вышел на низкую лунную орбиту! Он… он выпускает зонды!

На экране, передающем данные с «Ганнибала», Алексей увидел, как от «Немого» отделились десятки, сотни тех самых серебристых «щупалец». Они устремились к поверхности, как стая хищных рыб. Некоторые неслись к шахтам добычи полезных ископаемых, другие – к энергетическим ретрансляторам, третьи – прямо к замаскированным входам в саму базу.

– Он не просто атакует, – прошептал Алексей, с ужасом наблюдая за тактической картой, где красные точки поражали ключевые объекты инфраструктуры. – Он калечит нас. Лишает ресурсов, энергии, связи.

Затем главный экран погас. Связь с «Ганнибалом» прервалась. Осталась только статика.

В салоне «Гидры» воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь гулом двигателей и тяжелым дыханием бойцов. Они летели на помощь, но у всех было одно и то же ощущение – они уже опоздали.

«Ганнибал», их убежище, их крепость и их единственная надежда, подвергся нападению. И они неслись навстречу битве, которая, по всем признакам, уже была проиграна, даже не успев начаться.

«Гидра» мчалась к Луне, как пуля, выпущенная в надежде попасть в другую пулю. В салоне царила тишина, натянутая, как струна. Каждый был погружен в свои мысли, в свой страх. Алексей смотрел на увеличивающийся в иллюминаторе серый шар, на котором уже бушевала невидимая сюда буря.

– Приближаемся к зоне боевых действий, – голос пилота был сдавленным. – Готовьтесь к возможному противодействию.

Они вышли на орбиту. И то, что они увидели, заставило кровь стынуть в жилах.

Луна горела. Точнее, горели объекты на ней. Шахты, ретрансляторы, ангары – из них вырывались короткие, яростные вспышки, после которых оставались лишь дымящиеся кратеры. Десятки тех самых серебристых щупалец метались над поверхностью, методично выжигая все следы человеческого присутствия. Это была не атака. Это была стерилизация.

И тогда их радар засек несколько целей, идущих на перехват. Это были не щупальца. Это были более крупные объекты, по форме напоминающие изогнутые кинжалы. Истребители «Немого».

– По нам идут! Уклоняемся! – закричал пилот.

«Гидра» рванула в сторону, когда первый импульс зеленоватой энергии пронесся в метре от кабины. Второй «Гидра», летевшая с ними, не успела. Луч пронзил ее корпус, и корабль молча разорвался на куски, не успев даже подать сигнал бедствия.

– Черт! Все, держитесь! – пилот ввел «Гидру» в сумасшедший штопор, пытаясь уйти от лучей. Десантный катер не был предназначен для орбитальных боев. Он был мишенью.

Очередной луч прожег левый стабилизатор. Корабль тряхнуло, закрутило. Сирены завыли тревогу.

– Теряем управление! Готовимся к аварийной посадке! – раздался отчаянный крик пилота. – Всем в посадочные кресла! Бросок на поверхность!

Алексей вжался в кресло, чувствуя, как «Гидра», беспомощно кувыркаясь, падает вниз, к лунной поверхности. Удар был страшным, но амортизаторы и прочный корпус катера спасли их от полного уничтожения. Их швырнуло вперед, стекла иллюминаторов потрескались, свет погас, сменившись аварийным красным.

Глухой удар. Тишина.

Алексей отстегнулся, его уши закладывало от перепада давления.

–Все живы? Отзовитесь!

– Молот… в строю, – прохрипел Игнат, отстегивая свои ремни.

–Призрак… кажется, цел, – отозвался Ли, уже проверяя свой планшет.

–Петрович, – донеслось спокойно с задних кресел.

Алексей с силой пнул заблокированный аварийный люк. Тот с скрежетом поддался. В проеме открылся вид на лунную поверхность. Они сидели в нескольких километрах от «Ганнибала». Точнее, от того, что от него осталось.

Входы в базу были разворочены, гигантские стальные двери вырваны с корнем. Рядом с одним из них, беспомощно зарывшись носом в реголит, лежала другая «Гидра». Ни движения, ни признаков жизни. Над самой базой, низко и неумолимо, висел «Немой». Он был огромным, закрывая собой полнеба. От него, как щупальца, тянулись к поверхности десятки тех самых серебристых лучей, завершавших свою разрушительную работу.

– Он… он его пожирает, – прошептал Ли Вэнь, с ужасом глядя на данные с уцелевших датчиков. – Он выкачивает энергию, материалы… все.

Алексей стоял в проеме люка, глядя на гибель всего, что было им опорой. Они выжили. Они были на Луне. Но они были одни. Один взвод десантников против космического левиафана, уничтожившего их базу. Их война только что перешла из фазы обороны в фазу выживания. Ад на Земле казался теперь далеким и милым воспоминанием.

Глава 5

Воздух в разрушенной «Гидре» был густым от запаха гари и озона. Алексей, отбросив поврежденный шлем, сделал первый глоток разреженного воздуха через встроенный в броню фильтр. Звуков не было, лишь вибрация через подошвы ботинок и собственное тяжелое дыхание в гермошлеме.

– Планшет, – его голос прозвучал громко в радиоканале, нарушая ледяную тишину. Ли Вэнь молча передал ему устройство. Тактическая сеть «Ганнибала» мертва. Спутники связи – уничтожены или заглушены. Они были в информационном вакууме.

– Нам нужно уйти отсюда, – Алексей окинул взглядом выживших. Помимо его «Барсов», было еще восемь десантников из другого отделения. Всего пятнадцать человек. – Он знает наше местоположение. Эти… истребители могли передать данные.

– Куда? – спросил один из десантников, его голос срывался от паники. – База уничтожена! Нас везде найдут!

– Замолчи, – резко оборвал его Алексей. Его глаза, холодные и собранные, заставили бойца съежиться. – Мы не умерли. Значит, будем действовать. Призрак, сканируй эфир. Любые частоты. Ищи выживших, ищи работающие маяки.

– Уже делаю, – Ли Вэнь подключил свой комплект РЭБ к уцелевшей антенне «Гидры». – Сплошные помехи… Но… есть что-то. Слабый аварийный сигнал. Координаты в трех километрах к востоку. Обозначение… «Улей-7».

«Улей-7». Запасной командный бункер на случай чрезвычайной ситуации. Не такой крупный, как «Ганнибал», но хорошо защищенный и замаскированный.

– Есть шанс, – сказал Алексей, чувствуя первый проблеск надежды. – Готовимся к маршу. Берем только оружие, боеприпасы и аптечки. Все остальное – бросить. Двигаемся быстро и тихо.

Они покинули разбитую «Гидру», выйдя на ослепительно яркую, безвоздушную поверхность Луны. Невесомость, к которой они так привыкли на тренировках, здесь, на поле боя, ощущалась иначе. Каждый шаг поднимал облака мелкой, липкой пыли. Звезды сияли немигающими точками в черной как смоль пустоте, и на этом фоне висел «Немой», безмолвный и всепоглощающий. Он был настолько близко, что перекрывал полгоризонта.

Они двинулись цепочкой, используя кратеры и скальные выступы как укрытие. Алексей шел первым, его «Вепрь» наготове. Петрович замыкал группу, постоянно оборачиваясь, его снайперский взгляд сканировал местность. Никто не говорил. Радиосвязь работала на минимальной мощности, чтобы не привлекать внимание.

Через полчаса марша Ли Вэнь поднял руку, сигнализируя об остановке.

–Сержант, смотрите.

Он указал на север. Там, у подножия горного хребта, виднелся еще один дымящийся кратер. И на его фоне метались три серебристые фигуры. Щупальца. Они не просто разрушали. Они что-то собирали. Одно из них, словно хирургический скальпель, срезало кусок брони с разбитого грузовика, другой – аккуратно извлекало блоки из разрушенной солнечной панели. Они загружали собранное в небольшой сфероидный контейнер, который парил рядом.

– Они… собирают трофеи, – не веря своим глазам, прошептал Игнат. – Как заправские мародеры.

– Не мародеры, – мрачно поправил его Алексей. – Это разбор на компоненты. Анализ наших технологий.

Он наблюдал, как щупальца, закончив работу, мгновенно скрылись в направлении «Немого», унося сферу с образцами. Холодная ярость закипела в нем. Их не просто уничтожали. Их изучали, как лабораторных животных.

– Ничего не предпринимаем, – приказал он. – Наша цель – «Улей-7». Пошли.

Они снова двинулись в путь, теперь уже под постоянным, давящим психологическим прессом. Они были не просто выжившими. Они были подопытными кроликами на арене, за которой наблюдал безразличный и всемогущий экспериментатор. И они должны были доказать, что кролики могут укусить.

Марш к «Улью-7» занял еще час. Каждый шаг по лунному реголиту давался с огромным психическим напряжением. Над ними, как дамоклов меч, висел «Немой», а серебристые щупальца периодически проносились по небу, словно кровожадные стрекозы. Десантники замирали, сливаясь со скалами, пока опасность не минует.

Наконец, они достигли указанных координат. Снаружи это выглядело как ничем не примечательный скальный выступ. Но Ли Вэнь, сверившись с данными, нашел почти невидимый шов в породе.

– Здесь. Аварийный люк.

Люк был заблокирован системой аварийной герметизации. Стандартные коды не срабатывали.

– Молот, – кивнул Алексей.

Игнат достал небольшой заряд направленного действия, установил его на петли люка и отошел. Глухой хлопок, почти неслышимый в вакууме, и массивная дверь осела на несколько сантиметров. Они вдвоем с Алексеем поддели ее ломами и оттянули внутрь.

За люком оказался шлюз. Тесный, темный. Они втиснулись внутрь, закрыли наружную дверь и активировали ручную подачу воздуха. С шипением в камеру хлынула струя холодного, но дышаемого воздуха. Давление выровнялось, и внутренняя дверь разблокировалась.

«Улей-7» оказался крошечным. Несколько уровней, забитых стеллажами с припасами, система регенерации воздуха и воды, и небольшой командный центр с потрескавшимися экранами. И здесь были люди.

Трое. Двое раненых техников в окровавленных комбинезонах и единственный уцелевший офицер – капитан с перевязанной головой и пустым взглядом. Он поднялся навстречу десантникам.

– Капитан Семенов, – представился он, его голос был хриплым от усталости. – Командир… вернее, то, что осталось от третьего оперативного сектора. Вы… вы первые, кого я вижу за последний час.

– Сержант Волков, группа «Копье». Что случилось?

– Он знал все, – капитан бессильно махнул рукой в сторону потолка. – Все схемы, все входы, все слабые точки. Щупальца проникали внутрь, как нож в масло. Они не убивали всех подряд… они целенаправленно уничтожали командный состав, инженеров, ученых. Как будто… вырезали мозг.

Алексей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Тактика «Немого» была не просто разрушительной. Она была хирургически точной.

– Связь? Внешний мир? – спросил Ли Вэнь, уже подключаясь к уцелевшему терминалу.

– Нет. «Немой» создал какое-то поле помех. Мы в изоляции. – Капитан посмотрел на Алексея. – Сержант, я… я не знаю, что делать. Все системы управления уничтожены. Мы просто сидим здесь и ждем, когда они найдут и эту дыру.

Алексей окинул взглядом свое маленькое подразделение – пятнадцать измотанных, но не сломленных бойцов, и трех деморализованных выживших. Они были отрезаны, в ловушке, под пятой превосходящего противника.

– Тогда будем действовать без приказов, – сказал он, и его голос прозвучал с новой, стальной твердостью. – Капитан, вы знаете местность. Где ближайшие уцелевшие склады? Оружейные, топливные?

– Есть… есть склад ГСМ в пяти километрах. И небольшой арсенал, замаскированный под сканерный пост. Но…

– Призрак, – Алексей повернулся к Ли Вэню. – Можешь взломать базу данных «Ганнибала»? Нам нужны схемы всех систем. Особенно энергоснабжения.

– Я попробую, но доступ ограничен…

– Петрович, Молот – инвентаризация всех наших боеприпасов и взрывчатки. Все, что есть в этом бункере.

Он посмотрел на их удивленные лица.

– Они думают, что выиграли. Что мы просто будем сидеть и ждать смерти. Они считают нас насекомыми. – Алексей медленно прошелся взглядом по каждому из них. – Но мы – не насекомые. Мы – десантники. И если они хотят забрать нашу планету… им придется заплатить за нее кровью. Нашей. И их.

В его глазах загорелся огонь, которого не было даже в самом жарком танзанийском аду. Это был огонь последнего, отчаянного сопротивления. Ад с небес обрушился на них. Теперь они собирались принести ад обратно.

Командный центр «Улья-7» превратился в штаб партизанской войны. Воздух гудел от низкого голоса генератора и тихого щелканья терминалов. Ли Вэнь, с лицом, озаренным мерцанием экранов, пробивался через руины цифровой инфраструктуры «Ганнибала».

– Есть что-то… – он пролистал несколько уровней зашифрованных данных. – Архивные чертежи. Система геотермальных скважин. Они использовали подповерхностные резервуары для хранения избыточной энергии. Здесь, – он ткнул пальцем в карту, – в тридцати километрах отсюда. Старая шахта «Кронос».

Алексей подошел ближе. – Энергия? В каком виде?

– Тепловая. Но главное не это. Смотрите. – Ли увеличил масштаб. – Рядом с шахтой – главный лунный коммуникационный хаб. «Релей-1». Он мертв, но его инфраструктура… антенны, усилители… они физически целы.

В голове у Алексея начал складываться план. Безумный, отчаянный.

– Если мы сможем направить энергию из шахты через усилители «Релея»… – начал он.

– Мы получим импровизированный излучатель колоссальной мощности, – закончил мысль Ли. – Но это не оружие. Это… фонарь. Огромный фонарь.

– Именно, – Алексей повернулся к остальным. – Мы не можем пробить его броню. Но мы можем ослепить его. Создать такой энергетический всплеск, который на время перегрузит его сенсоры. Возможно, это дезориентирует и те щупальца.

– А потом что? – спросил Игнат. – Будем кидать в него камни?

– Потом, – Алексей посмотрел на капитана Семенова, – мы используем эту передышку. Капитан, среди выживших есть пилоты? Кто-то, кто может управлять чем-то большим, чем «Гидра»?

Капитан, немного пришедший в себя, кивнул. – В соседнем отсеке ранен майор из транспортного депо. Он… он в сознании. Говорит, что в дальнем ангаре, том, что был завален, мог уцелеть старый буксировщик «Атлант». Невооруженный, но с мощным двигателем и исправным гиперпространственным коммуникатором.

Сердце Алексея екнуло. Гиперпространственный коммуникатор. Единственный способ послать сигнал сквозь помехи «Немого». Сигнал на Землю. Сигнал о том, что здесь, на Луне, еще есть жизнь, и она сражается.

– Значит, план такой, – Алексей обвел взглядом всех собравшихся. – Мы пробиваемся к «Кроносу», запускаем геотермальную скважину и направляем энергию на «Релей-1». Мы создаем помехи. В это же время группа на «Атланте» прорывается на орбиту и посылает сигнал бедствия. Мы сообщаем Земле, что «Немой» уязвим. Что его можно ослепить.

– Это самоубийство, – тихо сказал один из техников.

– Это миссия, – парировал Алексей. – У нас нет другого выбора. Сидеть здесь – значит медленно умирать. А так… так у нас есть шанс. Пусть один из миллиона. Но он есть.

Он посмотрел на своих «Барсов». На Игната, который уже проверял запасы взрывчатки. На Петровича, чистившего свою винтовку с невозмутимым видом. На Ли Вэня, чей взгляд горел азартом сложной задачи.

– Готовимся. Выходим через два часа. У нас одна цель – заставить этого монстра нас заметить.

Два часа пролетели в лихорадочной подготовке. Они разделили скудные запасы еды и воды, поделили боеприпасы. Раненый майор из транспортного депо, с переломанной ногой, но ясной головой, подтвердил – «Атлант» в дальнем ангаре должен быть на ходу. Его двигатель работал на изотопах, а гиперкоммуникатор имел автономное питание.

Группу разделили. Шесть человек, включая раненого майора, капитана Семенова и двух самых крепких десантников, должны были прорываться к «Атланту». Их задачей было дождаться сигнала – гигантской энергетической вспышки от «Релея-1» – и использовать замешательство «Немого» для рывка на орбиту.

Остальные, под командованием Алексея – его «Барсы» и еще пятеро бойцов – отправлялись в сторону «Кроноса». Это была основная и самая опасная часть плана.

Перед выходом Алексей собрал свою группу.

–Запомните, наша задача – не геройская смерть. Наша задача – создать шум. Максимальный. Мы – диверсионная группа. Встреча с противником – только если нет выбора. Двигаемся скрытно. Все вопросы?

Вопросов не было. Была лишь тяжелая, как свинец, решимость.

Они покинули «Улей-7» и растворились в лунных сумерках. Двигались только по теням, от кратера к кратеру, используя каждый бугорок рельефа как укрытие. Петрович, заняв позицию на возвышенности, корректировал их путь, предупреждая о пролетающих вдалеке щупальцах.

Путь к «Кроносу» был долгим и напряженным. Дважды они были вынуждены залегать, когда серебристые скальпели пролетали опасно близко, занимаясь своим методичным разорением. Один раз им пришлось сделать крюк в несколько километров, чтобы обойти зону, где три щупальца разбирали на части разбитый луноход.

Наконец, они достигли края старой шахты. «Кронос» представлял собой огромное, заброшенное сооружение, уходящее вглубь лунной поверхности. Ржавые конструкции и заброшенные буровые установки создавали идеальное укрытие.

– Призрак, веди нас внутрь, – приказал Алексей.

Ли Вэнь, сверившись со схемами, нашел аварийный вход – узкую расщелину в скале, ведущую в систему обслуживающих туннелей. Внутри царила кромешная тьма, нарушаемая лишь лучами их фонарей. Воздух был неподвижным и пахлом пылью и озоном.

Шли осторожно, проверяя каждый шаг. Туннели были лабиринтом, но Ли уверенно вел их вглубь, к главному геотермальному резервуару.

Через полчаса они вышли в огромную подземную полость. В центре ее находился колоссальный титановый котел, окруженный паутиной труб и генераторов. Это было сердце «Кроноса» – накопитель тепловой энергии.

– Вот он, – прошептал Ли, подходя к главной консоли управления. – Система в спящем режиме. Запуск… ручной. Нужно активировать аварийную последовательность.

– Делай, – кивнул Алексей, пока Игнат и другие десантники занимали оборонительные позиции у входа в зал.

Ли Вэнь принялся за работу. Его пальцы летали по клавишам, он вскрывал панели, переподключая кабели. – Защита снята… Инициирую запуск насосов… Есть! Идет прогрев!

Глухой, нарастающий гул начал заполнять пещеру. Титановый котел затрясся, из стыков пошел пар. Система, десятилетиями простаивавшая, оживала.

– Температура растет! – докладывал Ли. – Еще несколько минут до перегрузки контура! Как только давление достигнет красной зоны, я перенаправлю энергию на выходной порт! Он соединен с магистралью, ведущей к «Релею-1»!

Алексей смотрел на оживающего титана, чувствуя, как надежда начинает разгораться в груди. Они были на шаг ближе. Они почти у цели.

И в этот момент снаружи, из туннелей, донесся резкий, визгливый звук, похожий на скрежет металла по стеклу. Затем крик одного из десантников, оборвавшийся так же внезапно, как и начавшийся.

Петрович голосом, полным холодной тревоги, проговорил в общий канал:

–Щупальца. Они здесь. Их много. Они идут по туннелям.

Визгливый вой, доносящийся из туннелей, заставил кровь стынуть в жилах. Это был не механический звук. Это был крик искаженной плоти и металла, голос самой чуждости.

– Контакт! – закричал десантник у входа, и его голос тут же сменился хриплым бульканьем. По стене брызнула струя замерзающей в вакууме крови.

– Перекрыть проход! – рявкнул Алексей, вскидывая «Вепрь». – Молот, на выходе! Остальные – полукругом, прикрываем Призрака!

Игнат, не раздумывая, швырнул в узкий проход туннеля гранату. Глухой взрыв разбросал обломки, но не остановил надвигающийся кошмар. Из облака пыли вынырнули три серебристых щупальца. Они двигались с пугающей, змеиной плавностью, их острия сверкали в свете фонарей.

Очередь Алексея ударила по первому, отшвырнув его назад. Но два других пронеслись над головами, впились в потолок и, как гнусные пауки, устремились к центру зала – к Ли Вэню и пульту управления.

– Не дайте им добраться до консоли! – закрипал Алексей.

Петрович, не меняя позиции, сделал два выстрела. Один щуп, дергаясь, рухнул вниз. Второй увернулся, и его острие, похожее на иглу, вонзилось в плечо одного из десантников. Боец закричал, дергаясь в судорогах, его броня треснула, и тело начало быстро покрываться инеем.

– Они пожирают энергию! – крикнул Ли, не отрываясь от терминала. – Система теряет мощность! Еще минута!

Из туннеля хлынула новая волна. Не три, а десять, пятнадцать щупалец. Они заполнили пространство, отрезая группу Алексея от выхода. Пули и осколки отскакивали от их гладкой поверхности, оставляя лишь царапины. Это был не бой. Это было избиение.

Игнат, стреляя из гранатомета в упор, смог разорвать одно из щупалец, но два других обвились вокруг его ног, повалили на пол и потащили в темноту туннеля. Его крик: «Лекс!» – был полон не боли, а ярости, и так же внезапно оборвался.

– Молот! – закричал Алексей, но ему было не до этого. Щупальце обвилось вокруг его левой руки. Боль была обжигающей, будто руку погрузили в кислоту. Броня трещала, системы костюма зашкаливали. Он уперся ногами, пытаясь вырваться, и пустил очередь из «Вепря» прямо в основание щупальца. Оно ослабло хватку, но не отпустило.

– СЕЙЧАС! – это был голос Ли Вэня, истеричный и торжествующий. – Я ДАЛ ИМПУЛЬС!

Титановый котел «Кроноса» взревел. Свет погас, сменившись алым аварийным освещением. Гул стал оглушительным. По всем трубам пробежала сейсмическая волна. Энергия, вся, что годами копилась в недрах Луны, рванула по магистрали к «Релею-1».

На поверхности должно было произойти чудовищное зрелище – гигантский луч чистого плазменного огня, вырвавшийся из шахты и ударивший в антенны ретранслятора, чтобы превратиться во всесокрушающую сферу излучения, способную ослепить богов.

В зале воцарился хаос. Щупальца, словно получив электрический разряд, затряслись и попятились. Их плавные движения сменились судорожными подергиваниями. Давящая психическая аура, исходившая от них, дрогнула.

Алексей, воспользовавшись моментом, вырвал руку, оставив в металлической хватке клочья брони и плоти. Он увидел, как последнее щупальце, прежде чем скрыться, метнулось к Ли Вэню. «Призрак» пытался отползти, но острие пронзило его планшет, грудь и вышло с другой стороны. Ли Вэнь вздрогнул, его глаза расширились от шока, и он беззвучно рухнул на пол.

– НЕТ! – закричал Алексей.

Он поднял взгляд. В зале, кроме него, стоял только Петрович, прислонившийся к стене, с окровавленным плечом, но с винтовкой наготове. От их группы осталось двое.

Гул «Кроноса» начал стихать. Энергия ушла. Тишина, наступившая после, была оглушительной.

Алексей, шатаясь, подошел к телу Ли Вэня. Он поднял голову и посмотрел на Петровича. В глазах снайпера он увидел ту же пустоту, что была и в его душе. Они заплатили страшную цену. Игнат. Ли Вэнь. Все остальные.

– Петрович… сигнал… – прохрипел Алексей. – «Атлант»… они должны были…

Он не договорил. Снаружи, сквозь толщу скал, донесся нарастающий, победный рев двигателей. Глухой удар, и в потолке пещеры появилась трещина, посыпалась пыль.

Это был рев «Атланта», прорывающегося на орбиту. Их жертва не была напрасной. Сигнал будет послан.

Алексей Волков опустился на колени рядом с телом своего товарища, сжимая в окровавленной руке свой автомат. Они проиграли этот бой. Они потеряли почти всех. Но они доставили послание.

Ад с небес обрушился на них. И они, горстка людей, посмели поднять голову и плюнуть ему в лицо.

Глава 6

Оглушительный рев «Атланта» медленно затихал, растворяясь в безвоздушной пустоте, сменившись леденящим душу скрежетом в ушах. Алексей Волков стоял на коленях в залитом алым светом зале «Кроноса», его правая рука сжимала «Вепрь» так, что пальцы немели, а левая, окровавленная и почти нечувствительная, лежала на бронегруди Ли Вэня. «Призрака» не было. Осталась лишь пустая оболочка, изрешеченная тем, что даже не было оружием, а просто инструментом чужого любопытства.

«Молот… Игнат…» – мысль, тупая и тяжелая, как булыжник. Его отделение, его «Барсы»… почти все.

– Сержант.

Голос Петровича был ровным, но в его глубине слышалась та же пустота, что разъедала и Алексея. Снайпер, прислонившись к стене, одной рукой зажимал пропитанную кровью повязку на плече, другой – все еще держал свою винтовку.

– Мы не можем здесь оставаться, – продолжил Петрович. – Они вернутся. Или пришлют что-то похуже.

Алексей медленно кивнул, с трудом поднимаясь на ноги. Тело отзывалось болью в каждом мускуле. Он бросил последний взгляд на Ли Вэня, на обломки щупалец, на пятна замерзшей крови его людей. Они стали могилой для «Барсов». Но они также стали маяком.

– «Атлант»… ушел? – хрипло спросил Алексей.

– Рев двигателей был на отходе, – подтвердил Петрович. – Капитан Семенов не подвел. Сигнал будет послан.

Сигнал. Один короткий, отчаянный крик в ночь: «Луна жива. Немой уязвим для энергетических импульсов. Атакуйте». И цена этого крика…

Алексей заставил себя выключить эмоции, как гасил панель управления на своем шлеме. Выжить. Добраться до «Улья-7». Это была теперь его единственная задача.

Они двинулись обратно по темным туннелям, но уже не как диверсанты, а как призраки, преследуемые эхом собственных потерь. Путь занял вечность. Каждый шаг отдавался болью в раненой руке, каждый поворот казался засадой. Но щупальца исчезли. Гигантский выброс энергии «Кроноса», похоже, действительно дезориентировал их или заставил отступить для перегруппировки.

Когда они наконец выползли на поверхность, картина была иной. «Немой» по-прежнему висел на орбите, но его безмолвие было иным – напряженным, словно гигантский хищник, почуявший рану. Он больше не парил неподвижно. Медленные, едва заметные импульсы исходили от его поверхности, и рой щупалец вокруг него двигался хаотично, словно разгневанный рой ос.

– Он почуял угрозу, – пробормотал Петрович, смотря вверх через оптический прицел. – Наш укол его разозлил.

Или заинтересовал, с мрачной точностью подумал Алексей. Они перестали быть незаметными букашками. Они стали раздражителем.

Они добрались до «Улья-7» на исходе сил. Аварийный люк был на месте. Они вошли внутрь, и привычный гул систем жизнеобеспечения показался им самым прекрасным звуком на свете.

В командном центре их ждала лишь тишина. Раненый майор и техники, оставшиеся охранять бункер, встретили их испуганными взглядами.

– Капитан Семенов? Остальные? – спросил один из техников.

Алексей лишь покачал головой, проходя к терминалу. Ответ был красноречивее любых слов.

– «Атлант»… – начал он, но его перебил Ли Вэнь. Вернее, его голос, записанный и усиленный, прозвучал из динамиков.

«…импульс пройдет через «Релей-1». Используйте помехи для контратаки. Немой… уязвим… Повторяю… Немой…»

Это была запись, которую Ли закольцевал и передал на «Атлант». И теперь она, должно быть, лилась в эфир с борта буксировщика, прорывающегося к Земле.

Алексей отключил запись. Тишина снова поглотила их. Они сделали все, что могли. Теперь их судьба, судьба Луны и, возможно, всего человечества зависела от того, услышит ли кто-то их отчаянный крик и успеет ли что-то предпринять, пока «Немой» не стер их в порошок.

Тишина в «Улье-7» была оглушительной. Она давила на уши громче любого боя. Алексей, стиснув зубы, позволил техникам кое-как перевязать свою раздробленную руку. Боль была далекой, приглушенной шоком и адреналином. Он смотрел на мерцающий экран терминала, где зацикленно молчала запись Ли Вэня. Каждая пауза в ней была проклятием.

– Никакого ответа? – его голос прозвучал хрипло, он сглотнул комок в горле.

– Ничего, сержант, – один из техников, бледный как полотно, покачал головой. – «Атлант» вышел на расчетную орбиту, его маяк активен… но гиперпространственный коммуникатор молчит. Возможно, поврежден при старте. Или… или «Немой» все еще глушит сигнал.

Значит, их жертва могла быть напрасной. Их крик мог так и не долететь ни до кого. Эта мысль была горше самой боли.

Внезапно свет в бункере померк, и все экраны на секунду погасли. Генератор под полом взревел, работая на пределе. Затем системы восстановились, но на главном тактическом мониторе, который до этого показывал лишь статику, возникла слабая, прерывистая картинка.

– Что это? – Алексей шагнул ближе.

Это была трансляция с внешней камеры «Атланта». Качающееся, дрожащее изображение. Внизу – серый край Луны. Вверху – чернота космоса и… Земля. Прекрасный, голубой, недосягаемый шар.

И тут же, на фоне Земли, появился он. «Немой». Он не просто висел. Он двигался, с пугающей, непостижимой скоростью описывая дугу, чтобы перехватить «Атлант».

– Нет… – прошептал кто-то из техников.

На передаче не было звука, но они словно слышали оглушительный рев двигателей буксировщика, пытающегося уйти. От «Немого» отделилось не щупальце. Это был луч. Тот самый, что стер в пыль эскадрилью «Мантикор». Ослепительно-белый сгусток структурированной энергии.

Он прошел сквозь «Атлант» не задев, как тогда. На этот раз он был прицельным. Луч чистой энтропии коснулся корпуса буксировщика, и корабль начал рассыпаться. Не взорвался. Он просто распадался на составляющие молекулы, как песчаный замок под ветром. Сначала антенны, затем корпус, двигатели… Все превращалось в облако металлической пыли, медленно расползающееся в вакууме.

Последнее, что они увидели перед тем, как связь окончательно прервалась, – это одинокий, маленький скафандр, выброшенный взрывом из разрушающейся кабины и медленно дрейфующий в направлении Землю. Капитан Семенов? Раненый майор? Неважно. Это был конец.

В «Улье-7» воцарилась мертвая тишина. Их последняя надежда только что была стерта с лица реальности с пугающей, демонстративной легкостью. «Немой» не просто уничтожил угрозу. Он показал им их место. Он показал, что любая их попытка сопротивления бессмысленна.

Алексей отшатнулся от экрана. Его рана вдруг загорелась огнем. Он посмотрел на Петровича. В глазах снайпера не было ни страха, ни отчаяния. Там была лишь холодная, бездонная ярость. Та же ярость, что клокотала теперь и в Алексее.

Их крик не долетел до Земли. Их жертва была напрасной. Они были в ловушке, одни, на уничтоженной базе, под прицелом бога.

И тогда Алексей Волков принял свое новое решение. Если они не могут позвать на помощь, если они не могут победить, они будут делать единственное, что им оставалось. Они будут кусаться. До последнего вздоха. До последнего патрона.

Он повернулся к оставшимся в живых – к Петровичу, к двум техникам, к раненому майору.

– Они думают, что сломали нас, – сказал Алексей, и его голос был тихим, но в нем звенела сталь. – Они ошибаются. Мы больше не будем прятаться. Мы будем охотиться.

Слова Алексея повисли в воздухе, тяжелые и неоспоримые. Техники переглянулись, в их глазах читался страх, но также и проблеск чего-то нового – ожесточенной решимости. Раненый майор из транспортного депо, бледный, но собранный, кивнул.

– Охотиться? – переспросил Петрович, его спокойный голос был идеальным контрастом налитой ярости Алексея. – На что? На щупальца? На сам корабль? У нас нет оружия.

– У нас есть то, чего у них нет, – Алексей прошелся взглядом по их испуганным, но не сломленным лицам. – Мы – люди. Мы непредсказуемы. И мы знаем эту луну лучше, чем они. Призрак… – он на мгновение запнулся, боль от потери снова кольнула острее физической, – …Ли Вэнь успел скачать кое-что перед тем, как… – он не договорил, но все поняли. – Архивы «Ганнибала». Все схемы, все старые карты, все заброшенные объекты.

Он подошел к терминалу и вызвал на экран карту лунной поверхности. Десятки меток загорелись в радиусе сотен километров.

– «Немой» методичен. Он уничтожает все, что представляет ценность: энергию, коммуникации, технологии. Но он не всеведущ. – Алексей ткнул пальцем в несколько старых, полустертых меток. – Вот старый исследовательский полигон времен первой колонизации. Заброшен еще до постройки «Ганнибала». Вот секретный могильник радиоактивных отходов. Вот геологическая обсерватория, законсервированная двадцать лет назад.

– И что в них? – спросил один из техников.

– Неожиданности, – холодно улыбнулся Алексей, и в его улыбке не было ничего веселого. – Мы не можем пробить его броню. Но мы можем заставить его тратить силы. Можем устраивать помехи. Можем показывать им, что даже после смерти «Ганнибала» Луна не стала для них безопасным местом.

– Партизанская война в космосе, – прошептал майор. – Безумие.

– Это единственный вид войны, который нам остался, – парировал Алексей. – Мы разобьемся на группы. Маленькие, мобильные. Наша задача – не победа. Наша задача – выживать и наносить урон. Любой урон. Мы будем минами на их пути.

Он посмотрел на Петровича.

–Ты возьмешь одного техника и отправишься сюда, – он указал на обсерваторию. – Там должны быть мощные лазерные дальномеры. Попробуй ослепить их сенсоры. Не уничтожить – ослепить. Раздражать.

Петрович кивнул, его глаза уже вычисляли траектории и углы обзора.

– Мы с остальными, – Алексей перевел взгляд на майора и второго техника, – отправимся на могильник. Если нам повезет, мы найдем там что-то, что может создать достаточно грязный электромагнитный импульс, чтобы нарушить работу их дронов.

– А если не повезет? – спросил техник, голос его дрожал.

– Тогда мы просто умрем не в этой дыре, а на свежем воздухе, – Алексей выдернул штекер планшета из терминала. – Собираемся. Берем все, что может пригодиться. Взрывчатку, инструменты, медикаменты. Мы выходим через час.

Он повернулся к иллюминатору, за которым в черном небе висел их палач. Теперь это был не просто враг. Это была цель. Охота, объявленная горсткой выживших, начиналась. Они не знали, смогут ли они хоть чем-то ему навредить. Но они были обязаны попытаться. Ради Игната. Ради Ли Вэня. Ради всех, кто уже не поднимется. Это был их долг. Долг обреченных.

Час спустя «Улей-7» опустел. Они разделили скудные запасы, превратившиеся в драгоценность. Прощание было молчаливым – лишь крепкое рукопожатие Алексея и кивок Петровича. Снайпер с техником по имени Дмитрий ушли первыми, растворившись в сером ландшафте, их задача – стать колючкой в бок гиганта.

Алексей, майор (представившийся как Майор Орлов) и молодой техник Сергей двинулись в противоположном направлении, к могильнику радиоактивных отходов «Зона-9». Путь был долгим. Они шли в гнетущей тишине, нарушаемой лишь шипением радиосвязи и прерывистым дыханием Орлова, дававшим о себе знать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.