Современное международное сотрудничество органов прокуратуры:
проблематика конвергенции
и диверсификации функций

Монография

Под редакцией
доктора юридических наук,
профессора Т. И. Отческой

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 341.45+341.6

ББК 67.72:67.412

С56

Рецензенты:

Коршунова О. Н., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой прокурорского надзора и участия прокурора в рассмотрении уголовных, гражданских и арбитражных дел Санкт-Петербургского юридического института (филиала) Университета прокуратуры Российской Федерации;

Ергашев Е. Р., доктор юридических наук, профессор, почетный работник прокуратуры Российской Федерации, заведующий кафедрой прокурорской деятельности Уральского государственного юридического университета имени В. Ф. Яковлева.

Под редакцией доктора юридических наук, профессора Т. И. Отческой.

Настоящая монография является научным исследованием, выполненным по материалам круглого стола, состоявшегося 5 апреля 2024 г. в рамках XI Московского международного юридического форума «Формирование многополярного мира: вызовы и перспективы».

Законодательство приведено по состоянию на апрель 2024 г.

В работе объединены научные позиции участников данного круглого стола, проведенного кафедрой организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА).

УДК 341.45+341.6

ББК 67.72:67.412

© Коллектив авторов, 2025

© ООО «Проспект», 2025

ВВЕДЕНИЕ

Настоящая монография является научным исследованием, выполненным по результатам проведенного в г. Москве 5 апреля 2024 г. круглого стола в рамках XI Московского международного юридического форума, организованного ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О. Е. Кутафина (МГЮА)».

В ней объединены научные позиции участников данного круглого стола, проведенного кафедрой организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического Университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), на тему «Формирование многополярного мира: вызовы и перспективы»¹.

В работе круглого стола приняли участие представители:

— ФГКОУ ВО «Университет прокуратуры Российской Федерации»,

— Академии Государственной противопожарной службы МЧС России;

— НИИ Университета прокуратуры Российской Федерации;

— Российского университета Правосудия,

— Российского университета просвещения,

— Восточно-Сибирского филиала Российского государственного университета правосудия,

— Иркутского государственного университета,

— Иркутского института химии им. А. Е. Фаворского Сибирского отделения Российской академии наук,

— судьи,

— действующие сотрудники прокуратуры г. Москвы, Московской области,

— сотрудники кафедры — организатора конференции.

Законодательство приведено по состоянию на апрель 2024 г.

Монография рекомендуется для изучения магистрам, специалистам, научным и практическим работникам.

С приветственными словами к участникам форума обратились Отческая Татьяна Ивановна, заведующий кафедрой организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), доктор юридических наук, профессор, Почетный работник судебной системы; Перов Сергей Владимирович, директор Института прокуратуры Университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), кандидат юридических наук, доцент.

На круглом столе были рассмотрены теоретические и практические проблемы осуществления международного сотрудничества органов прокуратуры на современном этапе.

Активная работа участников круглого стола позволила создать настоящую монографию, которая содержит материалы статей участников по следующим направлениям:

— Международно-правовые аспекты деятельности прокуратуры Российской Федерации: вопросы функционального разграничения;

— Понятие и содержание выдачи (экстрадиции, передачи) как элементов системы международного розыска;

— Роль прокурорской деятельности в обеспечении пространственной безопасности Российской Федерации;

— Деятельность органов прокуратуры в новых условиях развития международного сотрудничества;

— Территории с особым публично-правовым статусом: организация эффективного прокурорского надзора;

— Участие прокуроров по делам о несостоятельности (банкротстве): зарубежный опыт.

Для обеспечения законности в международно-правовых аспектах деятельности, прокуроры призваны решать много задач, связанных с защитой прав и свобод человека и гражданина.

В этой связи участниками круглого стола были внесены предложения по вопросам совершенствования действующего законодательства, были освещены научные подходы по изменениям в действующее законодательство по данной проблематике.

Интересными для научного освещения изложенных проблем были тезисы по вопросам международно-правового аспекта судебной защиты прокурором публичных интересов в сфере охраны озера Байкал; международного сотрудничества прокуратуры Российской Федерации с компетентными органами и организациями арктических государств; взаимодействия Генеральной прокуратуры Российской Федерации и Генеральной прокуратуры Республики Беларусь по вопросам участия прокурора в рассмотрении экономических споров в специализированных судах; конвергенции цивилистического права в отражении деятельности прокурора по защите публично-правовых образований: сравнительно-правовой анализ законодательства государств — участников СНГ; экологических рисков международных военных конфликтов; признания организаций экстремистскими и террористическими в странах Евразийского экономического союза.

Авторы выражают надежду, что монография «Современное международное сотрудничество органов прокуратуры: проблематика конвергенции и диверсификации функций» представит интерес для научного обеспечения законности в вопросах международного сотрудничества; будет полезна магистрантам, аспирантам, преподавателям и практикующим юристам и сыграет положительную роль в становлении профессионализма будущих работников прокуратуры по вопросам обеспечения международного сотрудничества.

Авторы выражают признательность рецензентам:

Коршуновой Ольге Николаевне — заведующей кафедры прокурорского надзора и участия прокурора в рассмотрении уголовных, гражданских и арбитражных дел Санкт-Петербургского юридического института (филиала) ФГКОУ ВО Университета прокуратуры Российской Федерации, Заслуженному работнику прокуратуры Российской Федерации, Почетному работнику прокуратуры Российской Федерации, доктору юридических наук, профессору.

Ергашеву Евгению Рашидовичу — заведующему кафедрой прокурорской деятельности Уральского государственного юридического университета имени В. Ф. Яковлева, Почетному работнику прокуратуры Российской Федерации, доктору юридических наук, профессору.

Глава I. АКТУАЛЬНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ОБЛАСТИ МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА

Отческая Т. И.,
зав. кафедрой организации судебной
и прокурорско-следственной деятельности
Московского государственного юридического
университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА),
доктор юридических наук, профессор

Деятельность органов прокуратуры в новых условиях развития международного сотрудничества

Вопросы международного сотрудничества органов прокуратуры были предметом постоянного внимания со стороны советского (российского) государства на всем протяжении его развития, поскольку ни одна страна не может выжить в изоляции, сотрудничество с другими странами является стержнем, который формирует его экономическое развитие, социальную стабильность и выживание среди других государств. Эти вопросы являлись предметом обсуждения намногочисленных юридических форумах², отражались в научных изданиях Университета прокуратуры³.

Они исследовались также учеными и практиками в учебной и научной юридической литературе⁴, отражены в сборниках научных конференций, материалах круглых столов, стратегических сессиях, в том числе проводимых на базе ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О. Е. Кутафина (МГЮА)»⁵.

Накопленный Россией опыт позволяет сделать вывод об исключительной важности и эффективности международного сотрудничества органов прокуратуры по многим вопросам. Безусловно, эти вопросы касаются совершенствования процесса организации защиты прав и свобод человека и гражданина в различных сферах, в том числе и в сфере охраны окружающей человека природы, сохранении земли, плодородного слоя почвы, лесов и полей, где еще возможно выращивание плодородных продуктов для потребления людям.

Как ранее упоминалось, международное сотрудничество органов прокуратуры охватывает различные сферы деятельности. Сложно привести пример того направления работы прокуратуры, вопросов которого не коснулось международное сотрудничество. Это важнейшая функция осуществляется посредством разработки международных договоров и непосредственного участия в их реализации.

Уместно упомянуть положения Концепции внешней политики Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации В. В. Путиным 31.03.2023 № 229 (далее — Концепция), которыми закреплено, что в целях в целях содействия адаптации мироустройства к реалиям многополярного мира наше государство намерено уделять приоритетное внимание укреплению потенциала и повышению международной роли в международных организациях и сотрудничества государствами⁶.

Из текста Концепции также следует, что наша страна стремится к повышению роли международных организаций и сотрудничеству с ними. Это преследует цели обеспечения безопасности в Евразии, а также содействия совершенствованию деятельности международных организаций с учетом современных геополитических реакций⁷.

Таким образом, представляется очевидным тот факт, что международное право как таковое, а также сохранение и развитие на основе его принципов международного сотрудничества крайне необходимы для урегулирования общественных отношений на мировом уровне. Сегодня такое сотрудничество играет важнейшую роль в построении и поддержании безопасности и мира, а также благополучия человечества.

В целях надлежащей и эффективной работы по международному сотрудничеству в Генеральной прокуратуре Российской Федерации функционирует самостоятельное структурное подразделение — Главное управление международно-правового сотрудничества Генеральной прокуратуры Российской Федерации, которое организует участие работников органов и организаций прокуратуры по реализации форм международного сотрудничества надзорного ведомства⁸. Сегодня эта работа требует максимальной отдачи, высокой степени эрудированности, своевременного и уместного реагирования на внешнеполитические изменения и реакции.

Несмотря на сегодняшнюю геополитическую обстановку в направлении работы органов прокуратуры по международному сотрудничеству наблюдается серьезный прогресс. На это указывает и активная реализация прокуратурой международно-правовых функций, в том числе представление государственных интересов в различных межгосударственных органах. Прокуратурой налажены рабочие контакты с коллегами из других государств, в том числе в рамках форматов БРИКС и ШОС⁹.

Российской Федерацией заключаются, в том числе, комплексные договоры, которые охватывают вопросы водных объектов, пересекающих границы соседних государств, и устанавливают основные правила их совместного использования и охраны.

Можно отметить эффективное международное сотрудничество в рамках соглашений с Казахстаном, Монголией, Беларусью и Китайской Народной Республикой. Действующий с 2020 г. договор о дружественных отношениях и всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Монголией¹⁰ является многоаспектным, регулирующим сферы энергетики и информационных технологий, науки и техники, культуры, санитарно-эпидемиологического благополучия, экологии и других¹¹. Указанное сотрудничество реализуется и между органами прокуратуры Российской Федерации и Монголии. Проводятся встречи Генеральных прокуроров государств, действует рабочая группа по обмену информацией об экологических правонарушениях и преступлениях, сформированная в рамках программы сотрудничества между Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Генеральной прокуратурой Монголии по вопросам правовой защиты окружающей среды в районе реки Селенги и озера Байкал.

Третье заседание рабочей группы состоялось 5 июня 2023 г. Стороны обменялись опытом надзорной деятельности в экологической сфере, в том числе охраны атмосферного воздуха, вод и водных биологических ресурсов, профилактики и противодействия правонарушениям и преступлениям в области лесопользования, возмещения вреда, причиненного компонентам природной среды. Сотрудники органов прокуратуры Монголии проходят обучение организации прокурорского надзора за исполнением законодательства об охране озера Байкал на базе Иркутского юридического института (филиала) Университета прокуратуры Российской Федерации. Указанное позволяет обмениваться опытом и повышать эффективность принимаемых мер по предотвращению загрязнения трансграничных водотоков без вмешательства в непосредственное внутригосударственное управление водными ресурсами¹².

В настоящее время на международных научных площадках обсуждается возможное создание Байкальского трансграничного биосферного заповедника в целях сохранения уникальной экологической системы оз. Байкал и закрепления обязательности оценки воздействия на нее планируемых объектов, строительство и введение в эксплуатацию которых способно негативно воздействовать на природу¹³.

Целесообразность такого развития Российско-Монгольских отношений приобретает особое значение в условиях планируемого Монголией строительства системы ГЭС, переброса воды из притоков реки Селенга, как основного притока Байкала, в пустыню Гоби для реализации горнорудных проектов на юге Монголии, в рамках проекта «Синий конь».

Влияние бассейнового принципа как на международной арене, так и в правовом регулировании внутри государства безусловно в историческом разрезе доказало свою целесообразность и эффективность. Данный подход обеспечивает многомерную оценку использования и влияния на состояние водных объектов любого воздействия, опосредованного человеческой деятельностью.

В российской правовой системе на основе данного принципа закладывается система планирования водохозяйственных мероприятий. Такое планирование обеспечивается в рамках разработки и утверждения схем комплексного использования и охраны водных ресурсов (далее — схема, СКИОВО). Научная обоснованность и учет региональных потребностей при разработке СКИОВО обеспечивает деятельность бассейновых советов, вырабатывающих рекомендации, учитываемые в том числе при формировании, установлении целевых показателей качества воды в водных объектах; формировании перечня водохозяйственных мероприятий; определении лимитов изъятия водных ресурсов и лимитов сброса сточных вод. Грамотная и последовательная деятельность по их разработке призвана обеспечить достижение целевых показателей уменьшения последствий негативного воздействия вод и оздоровления водных объектов.

В состав бассейновых советов включаются представители федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, а также представители водопользователей, общественных объединений и общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации¹⁴.

Бассейновые советы длительное время исполняли функции координационных органов, а их рекомендации подлежали обязательному учету при принятии важнейших управленческих решений¹⁵.

Действующее законодательство существенно ослабило влияние указанного органа в принятии комплексных решений в пределах бассейна, куда входят разные субъекты Российской Федерации, как и влияние самих Схем. Росводресурсы не обязано учитывать рекомендации бассейновых советов и полномочен внести изменения в проекты СКИОВО.

С другой стороны, растущие проблемы, связанные с ухудшающимся состоянием водных объектов показывают необходимость координации органов, занимающихся управлением водными ресурсами, установления научно обоснованного природоохранного режима для разных категорий водных объектов, сокращения антропогенного влияния на водные объекты и их водосборные территории, предотвращения деградации водотоков, защиты и профилактики загрязнения подземных водных объектов, а также эффективной системы государственного контроля и надзора за соблюдением водного законодательства в целях обеспечения бесконечного водопользования.

В современном водном законодательстве схемам комплексного использования и охраны водных объектов определена значительная роль в регулировании водных отношений. В данных схемах определяются необходимые гидрологические ограничения и параметры водопользования с учетом прогнозов водохозяйственной обстановки и социально-экономического развития России на перспективу. Эффективная реализация и обязательность СКИОВО способно повысить гарантии сохранения качества вод, предупреждения и защиты населения от негативного воздействия вод.

Однако, существующее положение дел показывает распространенность неисполнения мероприятий, заложенных в Схемы. Причиной этому является недостаточность бюджетных средств и системы надзора за их исполнением и оценки эффективности их реализации.

Данные выводы подтверждает и анализ судебной практики по искам о признании бездействия должностных лиц, выразившегося в неисполнении мероприятий, включенных в СКИОВО. Возможность достижения целевых показателей деятельности по охране вод обеспечено прокурором путем судебного понуждения органов к исполнению предусмотренных СКИОВО мероприятий, а по ряду исков, к корректировке СКИОВО и мероприятий, невозможных к реализации в связи с изменением гидрологической обстановки региона в результате масштабных паводков.

Средствами судебной защиты публичных прав Братским, Западно-Байкальским и Ангарским межрайонными природоохранными прокурорами, действующими в структуре Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры, региональное Министерство природных ресурсов и экологии понуждалось к выполнению мероприятий, включенных в схему. Основанием для иска послужили факты невыполнения мероприятий в установленные Схемой периоды¹⁶. Схожие судебные акты вынесены и в отношении иных водных объектов Ангаро-Байкальского бассейна¹⁷. Так, в примеру, в 2020 г. по административному исковому заявлению Братского межрайонного природоохранного прокурора признано незаконным бездействие Министерства природных ресурсов и экологии Иркутской области, выразившееся в неисполнении мероприятий по экологической реабилитации водных объектов, нарушенных молевым сплавом леса на реках Топор и Бирюса. Суд также обязал орган исполнительной власти региона устранить выявленные прокурором нарушения¹⁸.

Как следует из решений судов по аналогичным делам факты длительного неисполнения предусмотренных указанной схемой мероприятий, не только негативно сказывались на состоянии водных объектов, но и влияли на критерии защищенности населения от воздействия вод.

Приведенные и иные многочисленные имеющиеся примеры из судебной практики, демонстрирующие эффективную деятельность органов прокуратуры Российской Федерации по защите окружающей среды, по поддержанию международных договоренностей в этой сфере, показывают серьезный и ответственный подход нашей страны к международному сотрудничеству, внимание к глобальным проблемам и межнациональным интересам.

Винокуров А. Ю.,
профессор кафедры организационно-аналитического
обеспечения и управления в органах прокуратуры
ФГКОУ ВО «Университет прокуратуры Российской Федерации»,
доктор юридических наук, профессор

Международно-правовые аспекты деятельности прокуратуры Российской Федерации: вопросы функционального разграничения

За последние годы, несмотря на «замораживание» партнерских отношений с компетентными органами государств коллективного Запада и их идеологических единомышленников из других стран, а также разрыв сотрудничества с отдельными международными организациями, включая Международную ассоциацию прокуроров, Генеральная прокуратура Российской Федерации успешно наладила и продолжает развивать деловые двусторонние отношения с органами прокуратуры и иными компетентными органами государств Африки, Ближнего Востока, Латинской Америки и Юго-Восточной Азии. Соответственно заключаются соглашения о сотрудничестве между органами прокуратуры Российской Федерации и таких стран либо обновляются ранее действовавшие документы. При этом продолжается углубление интеграционных процессов в рамках таких международных объединений, как БРИКС, СНГ, ШОС и др., по вопросам противодействия организованной преступности, незаконной миграции, международному наркотрафику, торговле людьми, киберпреступности и другим актуальным проблемам, что свидетельствует об отсутствии критической изоляции российских государственно-правовых институтов, включая институт прокуратуры, от участия в происходящих на мировом уровне процессах.

Как известно, ст. 2 «Международное сотрудничество» Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации» (далее — Закон о прокуратуре)¹⁹, сохраняя свой неизменный вид с конца 1995 г., устанавливает, что Генеральная прокуратура Российской Федерации в пределах своей компетенции осуществляет прямые связи с соответствующими органами других стран и международными организациями, сотрудничает с ними, заключает соглашения по вопросам правовой помощи и борьбы с преступностью, участвует в разработке договоров Российской Федерации.

То есть фактически изложенные нами выше тезисы охватываются приведенной нормой Закона о прокуратуре, раскрывающей сущность международного сотрудничества, осуществляемого на практике не только Генеральной прокуратурой Российской Федерации, но и в том числе прокуратурами субъектов Российской Федерации с органами прокуратуры соседних с нами государств, например, тех же Китайской Народной Республики, республик Казахстан и Монголия.

Кроме того, в 2023–2024 гг. значительно активизировалось сотрудничество Университета прокуратуры Российской Федерации (далее — Университет прокуратуры) с образовательными организациями прокуратур и органов юстиции таких государств, как Азербайджанская Республика, республики Армения, Беларусь, Казахстан и Узбекистан. Здесь также следует особо подчеркнуть, что Университет прокуратуры официально признан базовой образовательной организаций по профессиональной подготовке и переподготовке прокуроров государств — участников СНГ, что не исключает прохождения соответствующих курсов представителями других государств.

Например, в Иркутском юридическом институте (филиале) Университета прокуратуры проходят обучение студенты из Монголии, а в Санкт-Петербургском юридическом институте (филиале) — представители Кыргызской Республики. И вопрос здесь стоит намного выше сухих и в общем-то по отношению к общему числу студентов незначительных цифр. Главное, что несмотря на неблагоприятные в целом для России тенденции в окружающем мире, которые, полагаем, со временем будут минимизированы, сотрудничество в образовательной сфере имеет перспективы.

За последние два года в стенах факультета профессиональной переподготовки и повышения квалификации Университета прокуратуры проведены потоки с действующими прокурорскими работниками из республик Беларусь, Казахстан, Таджикистан, а также Китайской Народной Республики и Республики Куба. В дальнейших планах продолжение и расширение названной формы сотрудничества.

С 2023 г. широкое распространение приобрела еще одна форма сотрудничества — выезды представителей Генеральной прокуратуры Российской Федерации и Университета прокуратуры с лекциями, освещающими различные аспекты деятельности российской прокуратуры, интересными зарубежным партнерам, что предопределяется предварительным предоставлением им подготовленного списка возможных тем. Такого рода выезды были осуществлены, например, в Азербайджанскую Республику, Республику Куба, Социалистическую Республику Вьетнам. Генеральным прокурором Российской Федерации придается большое значение подобным имиджевым мероприятиям, в связи с чем не случайно, что с октября 2023 г. рукописи таких лекцией проходят жесткое рецензирование в подразделениях центрального аппарата Генеральной прокуратуры Российской Федерации и обсуждение в Редакционно-издательском совете Университета прокуратуры, а в ближайших планах стоит подготовка Главным управлением международно-правового сотрудничества Генеральной прокуратуры Российской Федерации проекта указания с методическими рекомендациями по этому вопросу.

Приводя эти примеры, мы лишь подчеркиваем, что широта международного сотрудничества, осуществляемого органами прокуратуры, обусловливает необходимость четкого его позиционирования в структуре прокурорской деятельности в целом, поскольку закрепленная в ч. 1 ст. 129 Конституции Российской Федерации полифункциональность называемой многими по стереотипной привычке надзорным органом отечественной прокуратуры требует теоретического осмысления, что пытались раньше и продолжают с большей или меньшей степенью успеха делать ученые-прокуророведы.

В целом, абстрагируясь от отдельных интересных индивидуальных подходов, отметим, что многие коллеги позиционируют международное сотрудничество как вполне полноценную функцию, включая в нее помимо описанной выше характеристики, непосредственно вытекающей из ст. 2 Закона о прокуратуре, вопросы оказания экстрадиции, правовой помощи в уголовно-процессуальной, уголовно-исполнительной и административно-юрисдикционной сферах, а также возложенные в 2021 г. на прокуратуру защиту и представительство интересов Российской Федерации в иностранных и международных (межгосударственных) юрисдикционных и судебных органах. Попытаемся в этой связи разобраться в функциональной принадлежности каждого из перечисленных векторов международно-правового взаимодействия.

Полагаем, что собственно международное сотрудничество том объеме, который предопределяет ст. 2 Закона о прокуратуре, функцией не является, поскольку не имеет самостоятельных задач. Все предусмотренные указанной нормой мероприятия, а также дополнительно раскрытые нами выше осуществляются в целях обеспечения реализации в определенных рамках таких функций прокуратуры, как прокурорский надзор, уголовное преследование, административное преследование и ряда других. В силу этого непосредственно международное сотрудничество мы относим к участкам деятельности прокуратуры, то есть вспомогательным видам внешнефункциональной деятельности наряду с теми же участием в правотворческой деятельности, предупреждением правонарушений и преступлений, взаимодействием с органами публичной власти и институтами гражданского общества и некоторыми другими.

Да, отметим при этом, что в учебниках по прокурорскому надзору²⁰, так же как и многие другие авторы, а равно в комментарии к Закону о прокуратуре²¹ мы все международно-правовое сотрудничество, в том числе в уголовно-процессуальной и других сферах рассматриваем для удобства и недопущения когнитивного диссонанса у студентов в едином блоке, но с обязательной оговоркой о функциональной принадлежности каждого из направлений такой деятельности.

Таким образом, осуществляемое органами российской прокуратуры международное сотрудничество можно дифференцировать на функциональное, то есть проводимое в рамках признанной функции, и нефункциональное, которое реализуется в рамках положений статьи 2 Закона о прокуратуре.

Что касается функционального международного сотрудничества, то здесь действующее законодательство дает широкий диапазон направлений.

Как уже упоминалось выше, в 2021 г. на отечественную прокуратуру было возложено обеспечение представительства и защиты интересов Российской Федерации в межгосударственных органах, иностранных и международных (межгосударственных) судах, иностранных и международных третейских судах (арбитражах), что нашло свое закрепление в п. 3¹ ст. 1 и в одноименном разделе IV Закона о прокуратуре, состоявшем первоначально из двух статей — 39¹ и 39², вторая из которых посвящалась вопросам представительства и защиты интересов нашего государства в Европейском суде по правам человека (этот функционал был изъят из ведения Министерства юстиции Российской Федерации), но с 2023 г. в рамках ответных мер на недружественные шаги коллективного Запада эта деятельность прекращена с исключением описания ее характеристик в указанной норме Закона о прокуратуре. С учетом названного фактора значительно снизилась и деятельность в рамках собственно представительства и защиты интересов Российской Федерации в иностранных и международных (межгосударственных) юрисдикционных и судебных органах, регламентируемая ст. 39¹ Закона о прокуратуре, однако с учетом отдельного выделения ее законодателем мы относим ее к самостоятельной функции.

Особое место в деятельности прокуроров занимает применение норм части пятой «Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства» Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ, Кодекс)²², которая далеко не однозначна с точки зрения регулируемых правоотношений и соответственно отвечающего им функционала прокуратуры.

Прежде всего уточним, что ст. 37 УПК РФ определяет два функциональных состояния прокурора. В первом случае он является должностным лицом, осуществляющими уголовное преследование, а во втором — надзирает за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия. В этом смысле положения гл. 53 и 54 Кодекса, раскрывающие компетенционные возможности прокуратуры в рамках соответственно взаимодействия с компетентными органами и должностными лицами иностранных государств и международными организациями и выдачи лиц для уголовного преследования, позволяют говорить о реализации при этом прокурорами специальных полномочий в рамках функции уголовного преследования.

Применительно к реализации гл. 54 в части выдачи лица для исполнения приговора и гл. 55 УПК РФ, регламентирующей передачу лица, осужденного к лишению свободы, для отбывания наказания, то здесь правомерно говорить уже о другом направлении (участке, но не функции) прокурорской деятельности, которое мы называем в отсутствие устоявшихся в прокурорской науке подходов участием в выполнении задач уголовно-исполнительной политики государства. Сюда же относится и применение прокурорами полномочий в рамках Федерального закона от 23.07.2013 № 191-ФЗ «О передаче и принятии лиц, страдающих психическими расстройствами, в отношении которых имеется решение суда о применении принудительных мер медицинского характера»²³.

Как составной элемент функции административного преследования мы рассматриваем деятельность по реализации прокурорами положений главы 29¹ «Правовая помощь по делам об административных правонарушениях» Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, дополнившей указанный кодифицированный акт в 2011 г. и введшей при этом впервые на законодательном уровне термин «административное преследование». В целом в нормах этой главы можно усмотреть схожесть с механизмами, закрепленными в упомянутых выше гл. 53 и 54 УПК РФ, что вполне оправданно в контексте возможности применения унифицированного подхода к регулированию смежных с правовой точки зрений правоотношений.

В 2019 г. Федеральный закон от 07.05.2019 № 79-ФЗ «О запрете отдельным категориям лиц открывать и иметь счета (вклады), хранить наличные денежные средства и ценности в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации, владеть и (или) пользоваться иностранными финансовыми инструментами»²⁴ был дополнен положениями, закрепившими правомочия Генеральной прокуратуры Российской Федерации по направлению запросов в иностранные банки и иные иностранные организации, а также в уполномоченные органы иностранных государств в рамках проведения проверок исполнения законов в антикоррупционной сфере. При этом в определенных случаях направление таких запросов осуществляется опосредованно через соответствующий запрос в Центральный банк Российской Федерации, который в свою очередь обращается в центральный банк и (или) иной орган надзора иностранного государства, в функции которого входит банковский надзор, или к иностранному регулятору финансового рынка с запросом о предоставлении имеющейся у них информации о наличии у лиц счетов (вкладов), наличных денежных средств и ценностей в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации, и (или) иностранных финансовых инструментов. Полагаем, что приведенные полномочия международно-правового характера имеют отношение к инструментарию надзора за исполнением законов.

Таким образом, подводя итог сказанному, подчеркнем, что что осуществляемое органами прокуратуры международное сотрудничество с учетом приведенных выше положений законодательных актов нельзя рассматривать как единую самостоятельную функцию, что ставит перед учеными-прокуророведами задачу дальнейшего поиска оптимального определения функциональной принадлежности конкретных его составляющих, в том числе в рамках возможного последующего расширения компетенционных возможностей отечественной прокуратуры. Пока что полагаем предложенную нами схему не безупречной, но приемлемой для структурирования многофункциональной прокурорской деятельности.

Назрицкая Татьяна Сергеевна,
прокурор отдела по надзору за исполнением законов
о несовершеннолетних прокуратуры города Москвы,
преподаватель кафедры организации судебной
и прокурорско-следственной деятельности
Московского государственного юридического университета
имени О. Е. Кутафина (МГЮА)

Взаимодействие Генеральной прокуратуры Российской Федерации и Генеральной прокуратуры Республики Беларусь: обмен опытом по вопросам участия прокурора в рассмотрении экономических споров в специализированных судах

Органами прокуратуры на постоянной основе осуществляется обмен опытом с прокуратурами дружественных иностранных государств по различным вопросам надзорной деятельности. Эти встречи активно освещаются на официальном сайте Генеральной прокуратуры Российской Федерации, говорится о результатах таких встреч. К примеру, только за 4 месяца 2024 г. состоялось более 10 таких встреч и совместных мероприятий.

Среди стран, с которыми Генеральной прокуратурой Российской Федерации налажено взаимодействие, заметное место отводится Республике Беларусь. В 2023 г. с представителями белорусского надзорного ведомства организовано более 3 встреч, по состоянию на май 2024 г. — уже две встречи.

К примеру, в октябре 2023 г. в рамках Объединенной коллегии двух государств обсуждались вопросы, касающиеся противодействию незаконной миграции и незаконному обороту оружия.

В марте 2024 г. сотрудники Генеральной прокуратуры Российской Федерации выехали в Минск и провели обучающие занятия для коллег из прокуратуры Республики Беларусь²⁵.

В октябре 2021 г. Генеральный прокурор РФ Краснов И. В. провел встречу с Президентом Республики Беларусь Лукашенко А. Г. Тогда же глава ведомства подчеркнул, что у российских прокуроров ни с одной прокуратурой мира нет такого тесного взаимодействия, как с белорусскими коллегами²⁶. Вышеуказанное является одной из причин выбора темы настоящей работы.

Обмен опытом работы на различных направлениях надзора, на тему организационно-распорядительной деятельности и по другим вопросам осуществляется не только в рамках практической деятельности, но и в научных кругах. Так, сравнительному анализу деятельности двух ведомств посвящены работы Я. Б. Дицевича, А. Н. Иванова, В. Ю. Шобухина и других.

В научном журнале «Вестник Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации» предусмотрен раздел «Зарубежный опыт», в котором нередко размещаются научные статьи коллег из прокуратуры Республики Беларусь.

Очевидно, что вопросы экономического развития страны как всегда стоят на повестке дня. Важной их составляющей является проблема рассмотрения экономических споров, поскольку от этого процесса зависит защищенность интересов предпринимателей и иных участников экономической деятельности, инновационная привлекательность нашей страны и ряд других показателей.

При этом, как верно подметил в своей работе в 2017 г. Генеральный прокурор Республики Беларусь А. В. Конюк, для Республики Беларусь, как и для Российской Федерации, традиционным является представление о прокуратуре как о важнейшем органе государства, играющем особую роль в обеспечении соблюдения норм Конституции, защите прав и свобод граждан²⁷.

При общем фундаментальном понимании относительно сущности работы органов прокуратуры, целей и задач, стоящих перед прокурорскими работниками, имеются некоторые различия правового регулирования деятельности прокуроров в экономической сфере, института рассмотрения экономических споров с участием прокурора.

По мнению автора, результатом взаимодействия органов прокуратур различных государств может являться возможность совершенствования норм национального законодательства на основе анализа и обобщения опыта иностранного государства в процессе правореализации.

Стоит отметить, что прокурорами Республики Беларусь активно реализовывается предоставленное законодательством право обращения в экономические суды с целью защиты прав и законных интересов различных субъектов экономических правоотношений.

В своей научной статье Генеральный прокурор Республики Беларусь А. В. Конюк в 2017 г. отмечает, что прокурорами принимаются меры по оказанию предприятиям содействия в судебной защите нарушенных имущественных прав, в первую очередь, затрагивающих государственные и общественные интересы. Глава ведомства указывает, что в экономические суды прокурорами предъявлено 1609 исков и заявлений на общую сумму 1,2 трлн белорусских рублей, которые в основном удовлетворены²⁸.

Цитируя Генерального прокурора Республики Беларусь автором особо подчеркивается факт осуществления прокуратурой Республики Беларусь защиты общественных интересов.

Характеристика такого объекта защиты содержится в ст. 6 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее — ХПК РБ), в которой указано, что прокурор имеет право обратиться в суд в защиту государственных и общественных интересов²⁹.

Известно, что понятие общественных интересов длительное время вызывает дискуссию в научных кругах, и как можно отметить, не только в нашей стране, но и в Республике Беларусь, в том числе.

Так, Т. М. Халецкая отмечает, что понятие «общественный интерес» в белорусской науке не определено³⁰. Имея более широкий доступ к научным работам соотечественников отметим, что единство в понимании вышеуказанной дефиниции также отсутствует.

К примеру, Т. И. Отческая в одном из своих трудов разграничивает две категории: государственный и общественный интерес³¹. Аналогичной позиции придерживается Е. А. Белоусова³². Все чаще в науке встречается позиция о необходимости разделения понятий публичный и общественный интерес.

Так, Н. Е. Тюрина утверждает, что если публичный и государственный интерес отождествить возможно, то общественный интерес имеет другой смысл³³. Л. Ю. Егорова подчеркивает, что публичный интерес, несмотря на связанность своего понятия с общественными интересами, предполагает нарушение законных прав, свобод либо конкретных субъектов, либо субъектов, способных к групповой идентификации³⁴.

Обоснованной представляется точка зрения о том, что общественные интересы — интерес общества (коллектива) в целом³⁵.

Следует отметить тот факт, что ранее действующий Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (далее — АПК РФ) 1995 г. также предусматривал положение о полномочиях прокурора обратиться в арбитражный суд не только в защиту государственного, но и общественного интереса (ст. 4 АПК РФ 1995 г.) (тот же предмет защиты, что и в ХПК РБ).

Действующий АПК РФ не содержит такого критерия защищаемых интересов, ограничивается в ст. 53 АПК РФ указанием публичного интереса, а также прав и законных интересов других лиц как предмета защиты, не упоминая при этом прокурора в качестве субъекта такой защиты.

Исходя из категорий дел, указанных в ч. 1 ст. 52 АПК РФ, прокурор имеет право предъявить в суд заявление в защиту исключительно государственных интересов.

Основываясь на других нормах АПК РФ, в том числе гл. 25, не упоминающей прокурора в числе лиц, имеющих право обратиться в суд с заявлением о привлечении к административной ответственности, а также возбудить производство по делу об оспаривании решений административных органов, можно сделать вывод о том, что прокурором в соответствии с АПК РФ не осуществляется защита общественных интересов и интересов конкретных лиц.

Вместе с тем, судебная практика хорошо знакома с вышеуказанными делами, рассматриваемыми в рамках гл. 25 АПК РФ, инициированных прокурорами.

К примеру, Арбитражным судом Республики Крым удовлетворено заявление заместителя прокурора г. Керчи о привлечении индивидуального предпринимателя к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.1 КоАП РФ в связи с нарушением последним в своей деятельности условий хранения лекарственных препаратов. В решении суда прямо указано, что индивидуальный предприниматель нарушил права неопределенного круга лиц на обеспечение лекарственными средствами надлежащего качества³⁶.

Арбитражным судом г. Москвы удовлетворено заявление прокурора Московского метрополитена о привлечении к административной ответственности генерального директора одной из организаций общественного питания. Проверкой установлено, что организация осуществляла деятельность по реализации просроченной пищевой продукции (общим объемом 117 кг). Очевидно, что допущенное организацией правонарушение затрагивает права и интересы неопределенного круга лиц³⁷.

Исходя из административно-юрисдикционной практики арбитражных судов исключить факт защиты прокурором определенного круга лиц также нельзя.

Так, Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области удовлетворено заявление прокуратуры Калининского района Санкт-Петербурга о привлечении к административной ответственности по ч. 7 ст. 14.13 КоАП РФ Преображенского П. Н. (признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации имущества). Установлено, что гражданин не исполнял запросы финансового управляющего, чем ущемил права и законные интересы кредиторов³⁸. В приведенном примере количество кредиторов установлено, то есть речь идет об определенном круге лиц, чьи права фактически защищаются прокурором.

На наш взгляд, с целью согласования норм законодательства с практикой необходимо внести изменения в ч. 2 ст. 53 АПК РФ, указав прокурора в числе лиц, имеющих право обратиться в арбитражный суд в защиту прав и законных интересов других лиц. При этом представляется возможным перенять в этом вопросе опыт белорусского законодательного урегулирования участия прокурора в рассмотрении дел в экономических судах, расширив категории дел в ч. 1 ст. 52 АПК РФ, включив в их число дела о привлечении к административной ответственности. В таком случае объект защиты прокурором в соответствии с нормами АПК РФ не ограничится государственным интересом, а будет включать в себя, в тот числе, общественный интерес, что фактически, по мнению автора, сегодня и так реализуется на практике.

При этом такое изменение законодательства, по мнению автора, не повлечет неравенства положения сторон в процессе, наоборот, будет способствовать укреплению законности и создания единой судебной практики.

Статья 66 ХПК РБ предусматривает право прокурора подать заявление об оспаривании ненормативных правовых актов органов или должностных лиц, которыми затрагиваются права и законные интересы юридических лиц и граждан в сфере предпринимательской и иной хозяйственной (экономической) деятельности.

Вместе с тем АПК РФ не только не предусматривает такого полномочия в специальной статье, посвященной прокурору (ст. 52 АПК РФ), но и не перечисляет прокурора в числе лиц, имеющих соответствующее право в соответствии со ст. 207 АПК РФ о порядке рассмотрения дел об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности.

На наш взгляд, это является еще одним явным примером ограничения полномочий прокурора в соответствии с текстом АПК РФ. На практике прокуроры активно применяют полномочия, предусмотренные КоАП РФ об оспаривании решений административных органов.

К примеру, Арбитражным судом Свердловской области удовлетворено заявление Нижнетагильского транспортного прокурора к Екатеринбургской таможне об оспаривании решения этого органа о привлечении одного из индивидуальных предпринимателей к административной ответственности. Благодаря вмешательству прокурора признаны незаконными и отменены 8 постановлений административного органа о привлечении индивидуального предпринимателя к административной ответственность в виде штрафа на общую сумму 480 тыс. рублей³⁹.

Однако практика не единообразна в вопросе участия прокурора в рассмотрении дел такой категории.

Так, Военный прокурор Челябинского гарнизона (далее — Военный прокурор) обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики о признании незаконным и отмене постановления административного органа в сфере строительного надзора о привлечении унитарного предприятия к административной ответственности в виде штрафа в размере 150 тыс. рублей (далее — административный орган).

Апелляционным судом жалоба возвращена Военному прокурору с указанием о том, что прокуратурой не обосновано, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности подателя апелляционной жалобы, то есть самого прокурора.

Также судом отмечено, что обращение прокурора с апелляционной жалобой на решение суда по делу об оспаривании постановления о назначении административного наказания не отнесено к случаям, перечисленным в ч. 1 ст. 52 АПК РФ.

К счастью, вышеуказанное решение о необоснованном возвращении жалобы Военному прокурору отменено Арбитражным судом Уральского округа со ссылкой на ст. 25.11 КоАП РФ о право прокурора приносить протест на постановление по делу об административном правонарушении независимо от участия в деле⁴⁰.

Таким образом и в этом вопросе автор считает целесообразным перенять опыт Республики Беларусь в закреплении соответствующего права прокурора в АПК РФ.

Положительной оценки, по мнению автора, заслуживает тот факт, что в ст. 66 ХПК РБ содержится широкий перечень должностных лиц органов прокуратуры, которые имеют право подать соответствующее заявление в экономические суды. В их числе значатся и межрайонные, и городские прокуроры, а также их заместители. Вместе с тем, в соответствии с АПК РФ право на обращение в арбитражные суды имеют только Генеральный прокурор Российской Федерации, его заместитель, а также прокурор субъекта (его заместитель) и приравненные к ним прокуроры или их заместители. Таким образом, следуя букве действующего арбитражного процессуального законодательства, рассмотрение дела в арбитражном суде может инициировать только ограниченный перечень должностных лиц органов прокуратуры.

Вместе с тем и это нормативное положение разнится с практикой, поскольку исходя из анализа дел, рассматриваемых арбитражными судами Российской Федерации, следует, что заявления подаются и другими прокурорами.

К примеру, Арбитражным судом Республики Крым 01.03.2024 удовлетворено заявление заместителя Сакского межрайонного прокурора Республики Крым о привлечении организации к административной ответственности (дело № А83-1524/2024 от 01.03.2024), Арбитражным судом г. Москвы 01.02.2024 и 14.02.2024 удовлетворены аналогичные заявления заместителя Бутырского межрайонного прокурора г. Москвы и заместителя Пресненского межрайонного прокурора г. Москвы (дела № А40-93959/2023 от 01.02.2024 и № А40-296553/2023 от 14.02.2024).

Таким образом для решения обозначенного несоответствия законодательства и практической его реализации также можно ориентироваться на белорусских коллег, предусмотревших более широкие полномочия прокурора в соответствии с ХПК РБ.

В целом рассмотрение вопроса о расширении полномочий прокурора при его участии в специализированных (экономических/арбитражных) судах может быть решен посредством обсуждений на двусторонних встречах прокуратур (в том числе на уровне руководителей подразделений, с привлечением экспертов) либо в рамках действующей с 2008 года Объединенной коллегии двух ведомств. Универсальный и всеобъемлющий характер деятельности органов прокуратуры способствует укреплению законности в различных сферах экономических правоотношений, в том числе в области защиты прав предпринимателей. Этот показатель сегодня, в условиях санкционной политики западных стран, особенно актуален для Российской Федерации и Республики Беларусь.

Совместное наращивание усилий в этой области, совершенствование законодательства, так или иначе, по мнению автора, положительно повлияют на экономическое благополучие двух стран.

Джиоев Сослан Хазбиевич,
профессор кафедры организации судебной
и прокурорско-следственной деятельности
Московского государственного юридического университета
имени О. Е. Кутафина (МГЮА),
доктор юридических наук, профессор

Территории с особым публично-правовым статусом: организация эффективного прокурорского надзора

По действующей в настоящее время редакции ч. 1 ст. 67 Конституции РФ на территории России в соответствии с федеральным законом могут быть созданы федеральные территории, организация публичной власти на федеральных территориях устанавливается федеральным законом. Важной новеллой в текущем российском законодательстве выступают также нормы закона о федеральной территории (ФТ) «Сириус»⁴¹. В 2020 г. образована первая в России ФТ «Сириус», публично-правовое образование, имеющее общегосударственное стратегическое значение и созданное в целях:

1) обеспечения комплексного устойчивого социально-экономического и инновационного развития территории;

2) повышения инвестиционной привлекательности территории;

3) необходимости сохранения и развития олимпийского спортивного, культурного и природного наследия;

4) создания благоприятных условий для выявления, самореализации и развития талантов;

5) реализации приоритетов научно-технологического развития РФ⁴².

Сегодня в ФТ «Сириус», как утверждается на ее официальном сайте, «экосистема «Сириус» объединяет в себе лучшее от государственных структур и корпоративных практик. Благодаря экспериментальному правовому режиму здесь создаются прорывные проекты для решения самых важных задач, стоящих перед Россией»⁴³.

Институт «федеральных территорий» как особой формы организации публичной власти в России является новым, в настоящее время только формируется особый правовой статус ФТ, это стремительно развивающийся институт в отечественном конституционном законодательстве⁴⁴. Так, недавно были уточнены полномочия органов публичной власти ФТ⁴⁵. Проект федерального закона направлен на расширение границы ФТ «Сириус» за счет включения дополнительных территорий площадью более 88 тыс. га.⁴⁶

Надо признаться, и это верно отмечается в литературе, в российском конституционном развитии неизбежно присутствует некоторая доля случайных проявлений⁴⁷. Л. В. Андриченко верно отмечает, что государство постепенно «вписывает» в систему федеративных отношений различные отраслевые и территориальные «анклавы», фактически усиливая федеральное регулирование, внося существенное изменение во всю федеративную структуру организации власти⁴⁸.

А. М. Абзалова, на основе исследования международного опыта, отмечает, что использование института ФТ в РФ может принести значительную пользу, поскольку главная особенность ФТ заключается в непосредственном управлении федеральными территориями органами централизованной власти и (или) определяемыми ими органами местной власти⁴⁹. Кроме того, создание ФТ будет способствовать снижению нагрузки на бюджет, решит экологические проблемы, а также позволит поднять значимость ФТ для государства и общества⁵⁰; развитие института ФТ со временем потенциально поможет решить многие накопившиеся проблемы в государственном управлении, улучшить его эффективность, внести весомый вклад в унификацию особых экономических зон⁵¹, а также, как нам представляется, других территорий в РФ с особым правовым статусом. С. В. Праскова справедливо замечает: «Федеральная территория как особый элемент территориального устройства для того и создается в рамках федеративного государства, чтобы избежать ординарного разграничения компетенции между уровнями власти»⁵².

Важным вопросом является также вопрос об организации прокурорской деятельности в ФТ «Сириус», в рамках, по сути, экспериментального правового режима федеральной территории. В соответствии с п. 1 ст. 16 Закона «О федеральной территории “Сириус”», «прокурорский надзор осуществляется в соответствии с законодательством РФ». Приказом Генерального прокурора РФ в Главном управлении по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ образован отдел по надзору за исполнением федерального законодательства в ФТ «Сириус» (с дислокацией в г. Сочи ) в составе 5 работников⁵³. На этот весьма малочисленный отдел возложены многочисленные задачи по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законодательства расположенными на указанной территории органами и организациями, за соблюдением прав проживающих и пребывающих в ней граждан, в особенности несовершеннолетних и молодежи, а также по координации действий подразделений правоохранительных органов территории, обеспечению законности в их деятельности и защите прав граждан и интересов государства на досудебной стадии уголовного судопроизводства. Отделом налаживается взаимодействие с населением территории, ее молодежным, педагогическим и научным сообществами. Созданное подразделение Генеральной прокуратуры РФ осуществляет «прямой надзор» за исполнением законодательства в ФТ «Сириус»⁵⁴.

Практика прокурорского надзора в целом подтвердила работоспособность указанной формы организации прокурорской деятельности. Генеральной прокуратурой инициирован ряд важных исков. Так, в Арбитражный суд Краснодарского края был предъявлен иск заместителем Генерального прокурора РФ в интересах администрации ФТ «Сириус» к ООО «Сочи-Парк пять, АО «Сочи-Парк», МТУ Росимущества. Обращаясь в суд в интересах администрации, прокурор указал, что действия ответчиков образуют недействительные сделки, оформленные распоряжением МТУ Росимущества, дополнительными сделками. Прокурор просил признать указанные сделки недействительными (ничтожными) и применить последствия их ничтожности путем аннулирования записей в ЕГРН. По мнению прокуратуры, возведение на спорном земельном участке объекта недвижимости фактически привело к его выбытию из оборота, чем ограничило права государства. Арбитражный суд данный иск удовлетворил, решение суда вступило в законную силу⁵⁵. Наряду с этим, решением Краснодарского краевого суда удовлетворен административный иск заместителя Генерального прокурора РФ в интересах неопределенного круга лиц к Городскому Собранию г. Сочи о признании недействующим со дня принятия решения от 29.12.2009 № 202 «Об утверждении Правил землепользования и застройки на территории муниципального образования город-курорт Сочи» в части вышеуказанного спорного земельного участка⁵⁶.

Участвуют работники Генеральной прокуратуры и в профилактических мероприятиях в ФТ «Сириус». Например, в октябре 2022 г. работники Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ приняли участие в экологических субботниках, в ФТ «Сириус» была проведена уборка парка на Черноморском побережье. Целями этой акции явились повышение уровня культуры населения по охране окружающей среды и создание благоприятных условий для жизни, призыв жителей региона и гостей к сохранению экологии и соблюдению чистоты мест массового отдыха⁵⁷.

Генеральная прокуратура РФ также активизировала свою работу по восстановлению законных интересов государства: проведенными ею надзорными мероприятиями по проверке законности использования земель, расположенных на территории Адлерского внутригородского района: выявлен факт принятия МТУ Росимущества (при содействии органа местного самоуправления) противоречащих закону решений, которые привели к передаче коммерческой организации 60-ти земельных участков сельскохозяйственного назначения площадью 288 га и к неправомерному выбытию их из государственной собственности. Рассмотрев дело по иску заместителя Генерального прокурора РФ, действующего в интересах РФ и неопределенного круга лиц, к МТУ Росимущества, администрации г. Сочи, ряду физических лиц о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности, признании строений самовольными постройками и обязании произвести их снос, Адлерский районный суд г. Сочи исковые требования удовлетворил⁵⁸. Как указывал прокурор, в результате деятельности ответчиков территория спорных участков превратилась в лесной массив, плодородный слой почвы подвергся перекрытию, а также застройке, при этом, ответчики сознавали, что пригодные для сельскохозяйственного использования земли подлежат особой правовой охране, а необеспечение должного ухода за ними повлечет выбытие участков из оборота и создаст угрозу продовольственной безопасности России⁵⁹. На фоне этой деятельности Генеральной прокуратуры активизировалась работа и самой Администрации ФТ «Сириус» по защите федеральной территории от самовольной застройки⁶⁰.

В 2020 г. А. А. Клишас верно отмечал, что предложение о закреплении в Конституции РФ возможности создания ФТ заслуживает особого внимания, т. к. повышенные требования к обеспечению безопасности, охране окружающей среды (напр., о. Байкал, Кавказских Минеральных Вод), к созданию условий для инвестиционной привлекательности влияют на особенности управления ряда территорий, что предопределяет необходимость закрепления особого правового режима таких территорий⁶¹.

Отдельные прокурорские работники, по сути, одобрительно относятся к расширению прямого прокурорского надзора Генеральной прокуратуры РФ в случае создания новых ФТ. Так, зам. начальника отдела по надзору за исполнением законов об охране природы Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры А. В. Белозерцева предлагает для обсуждения вариант создания в Центральной экологической зоне (ЦЭЗ) Байкальской природной территории⁶² особой ФТ (по типу ФТ «Сириус»), сочетающей задачи экономического развития и охраны окружающей среды, путем принятия Федерального закона «О Байкальской федеральной территории». «Сложности применения различных правовых режимов в ЦЭЗ, — пишет она, — требуют постоянного федерального присутствия, в том числе для предотвращения правонарушений»⁶³.

Возникает вопрос, можно ли сделать вывод о перспективности (на базе вновь создаваемых ФТ) дальнейшей передачи осуществления прокурорских функций в ФТ отделам Генеральной прокуратуры РФ, размещаемых в границах соответствующей ФТ (по типу организации прокурорской деятельности в ФТ «Сириус»)?

На наш взгляд, чтобы ответить на этот вопрос полезно обратиться к практике функционирования подобных территорий в Китайской Народной Республике (КНР), имеющей давний и богатый опыт в этой сфере. Уникальной чертой китайского государственного устройства является наличие Новых районов государственного уровня (国家级新区). Такие районы формально не входят в систему административно-территориального деления, но фактически организованы по территориальному принципу и в пределах своих границ реализуют многие полномочия местных правительств.

Первый новый район государственного уровня Пудун был образован в Шанхае в 1992 г. Эксперимент был признан успешным, и в 2006 г. был создан второй такой район — Биньхай в Тяньцзине. По состоянию на конец 2023 г. на территории КНР созданы 19 новых районов государственного уровня⁶⁴. Ключевые из новых районов (Пудун, Биньхай, Сюнъань) по отдельным вопросам напрямую подчиняются центральному правительству. Другие новые районы находятся на одном уровне с городскими округами или субокружными городскими уездами⁶⁵. Новые районы государственного (национального) уровня представляют собой комплексные функциональные платформы, созданные с одобрения Госсовета КНР и решающие стратегические задачи крупномасштабного национального развития, реформирования и открытости⁶⁶. В Руководящих соображениях по содействию качественному развитию новых национальных территорий отмечается, что новые районы сыграли важную роль в содействии экономическому развитию, вместе с тем, следует оптимизировать администрирование и делегирование полномочий, углублять реформу системы административного санкционирования, поощрять провинции максимально увеличивать управленческие полномочия новых районных административных учреждений⁶⁷.

В Китае перед прокуратурами ставится задача регионального согласованного развития, углубления прокурорского сотрудничества⁶⁸. План реформы прокуратуры до 2027 г. предусматривает построение современной системы управления прокуратурой, совершенствование цифровой системы прокуратуры, улучшение механизма управления между высшим и нижним уровнями органов прокуратуры, внедрение совместного механизма инспекций, обучения и исследований, улучшение институциональной системы органов прокуратуры, в т. ч. — предлагается «улучшить механизм координации и сотрудничества органов прокуратуры для реализации национальных стратегий» (п. 7). Планируется оптимизировать профессиональную структуру, организационную и функциональную систему органов прокуратуры, обобщить и оценить эффективность выездных офисов, провести реформу выездных прокуратур на железных дорогах, в лесных массивах, в мелиорациях, в горнодобывающих районах и др. (п. 31)⁶⁹.

Контент-анализ публикаций на китайском языке в сети Интернет позволяет представить статус прокуратур в новых районах КНР.

Так, Народная прокуратура Нового района Пудун (ГЦП⁷⁰ Шанхай) является старейшей из прокуратур новых районов — «районной прокуратурой»⁷¹, это одна из 17-ти районных народных прокуратур, подчиненных Шанхайской прокуратуре г. Шанхай⁷².

Прокуратура Нового района Лянцзян создана в 2016 г. (ГЦП Чунцин). Это учреждение — «при прокуратуре района Юбэй⁷³» отвечает за восемь подрайонов нового района Лянцзян»⁷⁴. В официальном отчете указывается: «создание окружной прокуратуры Лянцзян стало первым шагом в реформе межадминистративного деления страны»⁷⁵.

Сюнъанская прокуратура (провинция Хэбэй), созданная в 2017 г. «обеспечивает развитие нового района Сюнъань», также она «организовывает прокурорский надзор в сотрудничестве с соседними прокуратурами в целях охраны окружающей среды во всем бассейне Байяндянь»⁷⁶. В официальных объявлениях указывается название этой прокуратуры — Отделение Нового района Сюнъань Народной прокуратуры провинции Хэбэй⁷⁷.

Как видим, несмотря на некоторую противоречивость полученных данных, можно сделать вывод — прокуратуры новых районов по правовому статусу — это «местные народные прокуратуры» (ст. 13 Основного закона КНР о народной прокуратуре»⁷⁸). Уровень подчиненности этих местных прокуратур различен, но нами не обнаружено прокуратур, которые бы являлись подразделениями Верховной прокуратуры КНР в новых районах.

Вернемся к ФТ «Сириус»: весьма традиционно она находится под юрисдикцией Адлерского районного суда г. Сочи, мирового судьи одного судебного участка за № 88, Сочинского гарнизонного военного суда, экономические споры рассматривает Арбитражный суд Краснодарского края. Как отмечает В. А. Майборода, судебная власть лиц, ее осуществляющих (судей, присяжных и арбитражных заседателей), «не входит в единую систему органов публичной власти»⁷⁹. С. С. Стариков, исследовавший особенности организации власти в ФТ «Сириус», не случайно приходит к выводу, что управленческая модель ФТ «Сириус» «отчасти напоминает муниципальное образование с особым статусом»⁸⁰.

В марте 2021 г. Министром внутренних дел РФ был подписан приказ о создании Отдела МВД России по ФТ «Сириус», который входит в состав органов внутренних дел РФ и находится в оперативном подчинении начальника ГУ МВД России по Краснодарскому краю и начальника УВД по г. Сочи. По своему содержанию структура этого отдела представлена различными службами и подразделениями и «в своем общем виде напоминает структуру территориального органа МВД России на районном уровне»⁸¹.

В литературе ранее также предлагалось сформировать нотариальный округ в ФТ «Сириус»⁸². В настоящее время нотариальный округ (территория деятельности нотариуса) в ФТ устанавливается в границах ФТ органами публичной власти ФТ. Нотариус, занимающийся частной практикой, осуществляющий деятельность в ФТ, должен быть членом нотариальной палаты субъекта РФ, в границах которого расположена ФТ⁸³.

Таким образом, учитывая рассмотренный нами опыт развития территорий с особым правовым статусом, полагаем, что при создании новых федеральных территорий в РФ является неперспективной передача прокурорских функций в этих территориях вновь создаваемым отделам Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ (аналогично созданному отделу в ФТ «Сириус»). По мере отработки организационно-правовых механизмов управления в ФТ, а также с учетом уровня коррупции в местах создания ФТ, будет возможным создание в ФТ не входящих в систему административно-территориального деления районных прокуратур федеральных территорий (ст. 16 Федерального закона о прокуратуре РФ⁸⁴).

Зиновьев Иван Леонидович,
старший преподаватель кафедры организации
судебной и прокурорско-следственной деятельности
Московского государственного юридического университета
имени О. Е. Кутафина (МГЮА),
кандидат юридических наук

Международное сотрудничество прокуратуры Российской Федерации с компетентными органами и организациями арктических государств

Последние годы международное сотрудничество Генеральной прокуратуры Российской Федерации с компетентными органами и организациями иностранных государств стремительно развивается, не остаются без внимания и арктические страны. Однако политика иностранных государств, входящих в Европейский союз и Организацию Североатлантического договора (NATO), внесла определенные сложности в реализации такого сотрудничества, повлияла на принятие решений компетентными органами зарубежных стран.

В соответствии с федеральным законодательством Генеральная прокуратура Российской Федерации в пределах своей компетенции осуществляет прямые связи с соответствующими органами других государств и международными организациями, сотрудничает с ними, заключает соглашения по вопросам правовой помощи и борьбы с преступностью, участвует в разработке международных договоров Российской Федерации⁸⁵.

В сфере международного сотрудничества органов прокуратуры основными организационно-распорядительными документами являются приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 03.06.2020 № 297 «О порядке осуществления международного сотрудничества органами и организациями прокуратуры Российской Федерации» (далее — Приказ № 297) и ряд указаний⁸⁶.

Установление, поддержание, развитие и координация прямых связей органов и организаций прокуратуры Российской Федерации с компетентными органами иностранных государств, международными органами и организациями, обеспечение участия работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации в международном сотрудничестве в порядке, установленном организационно-распорядительными документами Генерального прокурора Российской Федерации, возложено на Главное управление международно-правового сотрудничества, а в части работы по возвращению активов из-за рубежа — Управление по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Генеральной прокуратуры Российской Федерации⁸⁷.

Отдельное внимание в свете реализации национальной политики в Арктике заслуживает сотрудничество органов прокуратуры Российской Федерации с компетентными органами и организациями арктических государств, проявляющих интерес к полярным территориям, в том числе к изменению в одностороннем порядке границ континентального шельфа в Арктике.

Несмотря на разные точки зрения, В. В. Фаузер в своей монографии отмечает, что «в пределах Арктики расположены территории, континентальный шельф и исключительные экономические зоны восьми арктических государств — России, Канады, США, Норвегии, Дании, Финляндии, Швеции и Исландии. С географической точки зрения Мировую Арктику можно условно разделить на три части: российскую, североамериканскую и западноевропейскую.

В сухопутную часть российской Арктики вошли четыре региона полностью (Мурманская область, Ненецкий, Чукотский и Ямало-Ненецкий автономные округа), а также отдельные территории Архангельской области, республик Карелия, Коми, Саха (Якутия) и Красноярского края⁸⁸.

В Северной Америке Арктика включает всю Аляску (США), территорию Канады к северу от 60˚ северной широты (Юкон, Северо-Западные территории и Нунавут), а также Гренландию (входит в состав Дании).

В западноевропейскую часть Арктики входят Исландия, Фарерские острова (Дания) и северные части трех скандинавских государств. В Норвегии это регион Нур-Норге, включающий три фюльке (округа): Нурланн, Тромс и Финнмарк, а также архипелаг Шпицберген и остров Ян-Майен, являющиеся владениями Норвегии. В Швеции в Арктику входят лены (округа) Норрботтен и Вестерботтен, а в Финляндии — маакнты (области) Лапландия, Северная Остроботния и Кайнуу.

По занимаемой территории Россия самая арктическая страна, на нее приходится более трети Мировой Арктики — 36,2%; на Канаду — 29,8%; Дания занимает 16,4%; США — 13,1% и 4,5% приходится на Норвегию, Исландию, Швецию и Финляндию»⁸⁹.

Генпрокуратурой России (ранее прокуратурой СССР) с компетентными органами арктических государств (Дания, Норвегия, США, Финляндия и Швеция) заключено шесть соглашений о сотрудничестве (меморандумов)⁹⁰.

Среди применяемых в практике органов прокуратуры Российской Федерации наиболее важных международных договоров следует отметить Европейскую конвенцию о выдаче (заключена в г. Париже 13 декабря 1957 г.); Европейскую конвенцию о взаимной правовой помощи по уголовным делам (заключена в г. Страсбурге 20 апреля 1959 г.); Конвенцию Организации Объединенных Наций о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ (заключена в г. Вене 20 декабря 1988 г.); Конвенцию против транснациональной организованной преступности (принята в г. Нью-Йорке 15 ноября 2000 г.); Конвенцию Организации Объединенных Наций против коррупции (принята в г. Нью-Йорке 31 октября 2003 г.).

После начала специальной военной операции правоохранительные органы западных стран, прежде всего государств Европейского союза, отказались от сотрудничества с Россией в угоду международной преступности.

В 2023 г. иностранными государствами отказано в исполнении 66 запросов о правовой помощи, из них 34 по политическим мотивам, в том числе США отказано в исполнении двух запросов.

Также иностранные государства отказали в удовлетворении 114 российских запросов о выдаче лиц для уголовного преследования и исполнения приговора, из них 38 по политическим мотивам, в том числе Швеция отказала в удовлетворении одного запроса о выдаче, обоснован свое решение имеющейся угрозой жизни и свободе обвиняемого, а также риском незаконного уголовного преследования.

В настоящее время Генпрокуратура России продолжает выполнять взятые на себя международные обязательства в сфере выдачи, оказания правовой помощи по уголовным делам и правоохранительного содействия, а также призывает партнеров к деполитизированному сотрудничеству в сфере борьбы с преступностью в рамках международных договоров⁹¹.

В качестве положительного примера сотрудничества с компетентными органами арктических государств можно указать, что в 2020 г. по требованию Генеральной прокуратуры Российской Федерации правоохранительные органы Королевства Швеция экстрадировали в Россию гражданина РФ Евгения Глазкова, обвиняемого в совершении нескольких преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 4 ст. 159.5, ч. 4 ст. 159, п. «а» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ.

В результате мошеннических действий Глазкова совместно с иными членами преступного сообщества крупнейшим страховым компаниям причинен ущерб на сумму свыше 47 млн рублей. Кроме того, злоумышленниками были легализованы преступные доходы на сумму 2,4 млн рублей.

В марте 2019 г. в связи с установлением местонахождения Глазкова на территории Швеции Генпрокуратура России направила зарубежным коллегам запрос о выдаче обвиняемого, который в январе 2020 г. был удовлетворен⁹².

Также следует отметить положительный опыт сотрудничества с генеральными прокурорами государств-членов Совета государств Балтийского моря, в состав которого в числе прочих государств входит Дания, Исландия, Норвегия, Финляндия и Швеция.

20 сентября 2017 г. в Светлогорске (Калининградская область) состоялась 17-я встреча генеральных прокуроров государств-членов Совета государств Балтийского моря, в ходе которой участники обсудили роль органов прокуратуры в противодействии незаконной миграции, международный опыт борьбы с экологическими преступлениями, а также участие прокуроров в борьбе с терроризмом и экстремизмом⁹³. В 2022 г. Россия вышла из Совета государств Балтийского моря по заявлению МИД России⁹⁴.

Помимо указанного Совета в арктических государствах осуществляют деятельность ряд заинтересованных в вопросах Арктики международных организаций: ООН, штаб-квартира в г. Нью-Йорк (США); Международная организация гражданской авиации (ICAO), штаб-квартира в г. Монреаль (Канада); Международная морская организация (IMO), штаб-квартира в г. Лондон, Великобритания; Арктический Совет (Arctic Council), штаб-квартира в г. Тромсе (Норвегия); Северный Форум (The Northern Forum), штаб-квартира в г. Анкоридж, Аляска (США)⁹⁵.

В составе российских делегаций представители Генеральной прокуратуры Российской Федерации в настоящее время участвуют только в работе сессий и рабочих групп органов и профильных структур ООН (Комиссия по наркотическим средствам, Комиссия по предупреждению преступности и уголовному правосудию), в конференциях государств — участников Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности и Конвенции ООН против коррупции⁹⁶, а также в заседаниях Управляющего комитета Глобальной международной сети антикоррупционных правоохранительных органов (ГлобЕ)⁹⁷.

Несмотря на существующие проблемы конвергенции арктических государств с Россией, представляется, что органы прокуратуры Российской Федерации в пределах компетенции и совместно с федеральными государственными органами должны принимать участие в работе вышеуказанных международных организаций, добиваться реальной защиты интересов Российской Федерации в Арктике, прав и свобод человека и гражданина, в том числе коренных народов Крайнего Севера, а также решения проблем в области охраны окружающей среды в арктических регионах.

В заключении следует остановиться на вызовах в сфере обеспечения национальной безопасности в Арктике и предложениях по совершенствованию международного сотрудничества прокуратуры.

Согласно «Основам государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года», утвержденным указом Президента РФ от 05.03.2020 № 164, основными вызовами в сфере обеспечения национальной безопасности в Арктике являются:

а) попытки ряда иностранных государств пересмотреть базовые положения международных договоров, регулирующих хозяйственную и иную деятельность в Арктике, и создать системы национального правового регулирования без учета таких договоров и региональных форматов сотрудничества;

б) незавершенность международного правового разграничения морских пространств в Арктике;

в) воспрепятствование осуществлению Российской Федерацией законной хозяйственной или иной деятельности в Арктике со стороны иностранных государств и (или) международных организаций;

г) наращивание иностранными государствами военного присутствия в Арктике и возрастание конфликтного потенциала в регионе;

д) дискредитация деятельности Российской Федерации в Арктике⁹⁸.

Одним из основных рисков для морской деятельности также является незавершенность международного правового разграничения морских пространств в Арктике, попытки пересмотра положений международного права, регулирующих морскую деятельность в Арктике.

Неслучайно, одной из стратегических целей национальной морской политики является закрепление в Комиссии по границам континентального шельфа в соответствии со статьей 76 Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву (заключена в г. Монтего-Бее 10 декабря 1982 г.) внешней границы континентального шельфа Российской Федерации в Арктике за пределами 200-мильной исключительной экономической зоны Российской Федерации⁹⁹.

Представляется, что с учетом указанных вызовов и рисков, принимая во внимание Основы государственной политики в Арктике до 2035 г. и Морскую доктрину Российской Федерации, а также требования Приказа № 297 прокуратуре Российской Федерации следует диверсифицировать функции в сфере международного сотрудничества с компетентными органами и организациями арктических государств, не ограничиваясь лишь вопросами экстрадиции и оказания правовой помощи по уголовным делам.

Взаимодействие с указанными органами и организациями необходимо рассматривать в качестве одного из приоритетных направлений деятельности прокуратуры Российской Федерации в ближайшее десятилетие и далее.

В целях активизации и повышения эффективности международного сотрудничества Генеральной прокуратуры Российской Федерации предлагается.

В надзорных действиях на территории российской Арктики руководствоваться положением о высшей юридической силе Конституции России, прямом ее действии и применении на всей территории Арктической зоны Российской Федерации, а также общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, в том числе Конвенцией ООН по морскому праву.

Использовать полномочия, закрепленные в Федеральном законе от 15.07.1995 № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации», в части предоставления на рассмотрение Президента Российской Федерации или Правительства Российской Федерации рекомендаций о заключении, прекращении или приостановлении действия международных договоров Российской Федерации с арктическими государствами по вопросам их ведения.

Во взаимодействии с федеральными государственными органами и в пределах компетенции проработать вопрос о пресечении попыток ряда арктических государств пересмотреть базовые положения международных договоров, регулирующих хозяйственную и иную деятельность в Арктике. При необходимости обеспечить защиту интересов Российской Федерации в судебном порядке.

Принять дополнительные меры к защите прав предпринимателей и инвесторов, осуществляющих хозяйственную деятельность в Арктике. По фактам дискредитации такой деятельности проводить соответствующие проверки, добиваясь реального устранения выявленных нарушений.

Разработать проекты соответствующих соглашений о сотрудничестве с компетентными органами арктических государств (Исландия, Канада и США) и их подписать.

Продолжить выполнение обязательств и реализацию прав, вытекающих из международных договоров, законодательства Российской Федерации, в том числе с учетом имеющихся соглашений (меморандумов) с арктическими государствами, по вопросам выдачи лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, оказания международной правовой помощи по уголовным делам, делам об административных правонарушениях (особое внимание обратив на экологические преступления и правонарушения в области охраны окружающей среды и природопользования, преступления и правонарушения коррупционной направленности, преступления экстремистского и террористического характера), а также оказания международного правоохранительного содействия.

На постоянной основе проводить работу по возвращению находящихся в арктических государствах активов, полученных в результате коррупционной деятельности.

В необходимых случаях продолжить обеспечивать участие работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации в рассмотрении компетентными органами арктических государств российских запросов о выдаче лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, правовой помощи и правоохранительном содействии, а также подготовку материалов для представления в компетентные органы арктических государств с целью аргументации позиции прокуратуры при рассмотрении указанных запросов.

Рассмотреть вопрос об участии прокуроров, научных и педагогических работников в международных мероприятиях, проводимых прокуратурой Российской Федерации, органами государственной власти Российской Федерации, а также организуемых международными организациями и компетентными органами арктических государств, по вопросам деятельности органов прокуратуры в российской Арктике, включая акваторию Северного морского пути, и обмену опытом о передовых национальных практиках в сфере надзора в арктических регионах.

Информацию о международном сотрудничестве с компетентными органами и организациями арктических государств размещать на официальном сайте ведомства и в средствах массовой информации.

Марьина Евгения Владимировна,
доцент кафедры организации судебной
и прокурорско-следственной деятельности
Московского государственного юридического университета
имени О. Е. Кутафина (МГЮА),
кандидат юридических наук, доцент

О значении сравнительно-правовых методов исследования функций прокуратуры в современных условиях

Исследование функций права, а также функциональных направлений деятельности органов публичной власти обладает наибольшей эффективностью в случае активного использования компаративистской методики.

Следует отметить, что данная методика по ряду причин незаслуженно понимается слишком узко, а именно как применение единого сравнительно-правового метода по отношению к максимально сходным, однородным правовым явлениям, оценка которых с этой точки зрения приносит оперативный практический результат.

По этой причине как в общей теории права, так и в отраслевых юридических науках сравнительно-правовой метод определяется и используется в единственном числе.

В то же время сравнение правовых явлений (и особенно — функций деятельности органов публичной власти) предполагает куда более значительное пространство. Самих же методов сравнения также существует более одного. Так, М. Ю. Спирин выделяет 4 основных элемента сравнительно-правового знания: общую правовую компаративистику, сравнение групп национальных правовых систем, сравнение нескольких родственных национальных правовых систем внутри одной основной группы и сопоставление внутри одной правовой системы ее отраслей, институтов или норм права¹⁰⁰. При этом Л. В. Головко, напротив, подвергает критике чрезмерно широкое понимание сравнительно-правовых исследований, называя предметом сравнительного правоведения сравнение правовых систем (их элементов), действующих в разных территориальных границах¹⁰¹. При этом Леонид Витальевич обращает внимание на значимость давней дискуссии о наличии у сравнительного правоведения собственного предмета исследования, так как при его отсутствии, оно становится лишь методом исследования, а значит, может использоваться для сравнения любых категорий, в том числе не выходящих за пределы одного государства. В этой связи интересна позиция А. А. Тарасова о проводимых в последние годы компаративистских исследованиях¹⁰². Он выдвигает два основных тезиса: 1) сравнительно-правовые исследования позволяют выявлять и решать реальные проблемы теории и практики; 2) качество сравнительно-правовых исследований не только определяет степень достоверности авторских суждений и выводов, но и формирует научную репутацию автора. Таким образом, можно сделать вывод, что сравнение необходимо для того, чтобы найти оптимальные варианты для улучшения объекта собственного исследования, заимствовав опыт извне и адаптировав его под себя, т. е. должен применяться утилитарный подход.

В этой связи не стоит отказываться от сравнительно-правовых исследований внутри одной национальной правовой системы разных отраслей, институтов и норм права. Следует выделять методы синхронного и диахронного сравнения, метод исторического сравнения (senkrechte Rechtsvergleichung — «вертикальное правовое сравнение» с точки зрения известных немецких компаративистов Конрада Цвайгерта и Хайна Кетца), методы наднационального и внутринационального сравнения, методы межотраслевого, межинституционального и межнормативного сравнения как внутри одной правовой системы, так и между несколькими однородными правовыми системами.

Применительно к исследованию функций прокуратуры следует указать, что их усложнение и повышение степени разнообразия определяется не только (а возможно, и не столько) влиянием развивающейся социальной действительности и изменениями в действующем российском законодательстве, сколько имманентным воздействием многообразных методов правового сравнения, которые проявляют себя как в теории, так и на практике, и в результате влияния которых эти функции модифицируются должным образом.

При этом данная модификация предполагает два разнородных, но синергетичных по своей природе процесса: конвергенцию, т. е., совмещение (объединение) родственных функций прокурорской деятельности в крупные группы, и диверсификацию, т. е., размежевание (разделение) ряда изначально крупных функций прокуратуры на отдельные частные функциональные направления.

Тем самым, многообразие реально применяемых методов правового сравнения для исследования многообразных функций прокуратуры выступает важным условием познания реальности правового регулирования и тех средств прокурорского надзора, которые применяются в современных условиях. Прокуратура призвана защищать реализацию широкого спектра общественных отношений, вследствие чего она принимает достаточно активное участие во всех видах судопроизводства, однако единый подход к пониманию видов функций прокуратуры и, соответственно, общепризнанная классификация этих видов отсутствуют. Функции прокуратуры отождествляются с теми направлениями ее деятельности, которые закреплены в ч. 2 ст. 1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации». Эти полномочия чаще всего разделяют на надзорные и ненадзорные функции, при этом к последним относят уголовное преследование, координацию деятельности правоохранительных органов, возбуждение дел об административных правонарушениях, участие в рассмотрении дел судами, участие в правотворческой деятельности, проведение антикоррупционной экспертизы и иные¹⁰³. В последние годы часто выделяют правозащитную функцию как отдельное направление деятельности прокуратуры, вместе с тем, защита прав и свобод человека и гражданина является целью деятельности прокуратуры и правозащитный характер присущ всей ее деятельности. А. Ю. Винокуров указывает на появление некоторых новых функций прокуратуры: административное преследование, контроль за соответствием расходов доходам, представительство и защита интересов Российской Федерации в иностранных и международных юрисдикциях¹⁰⁴.

Наиболее глубокому анализу среди ученых-юристов подверглась функция уголовного преследования. Она исследовалась методом исторического сравнения: на разных исторических этапах развития государства изучается, как прокурор реализует данную функцию и какими полномочиями при этом наделен. Также используется системно-функциональное сравнение, когда сравниваются полномочия прокурора на разных стадиях уголовного судопроизводства при реализации вышеуказанной функции или сопоставляются полномочия разных участников стороны обвинения (в первую очередь прокурора, следователя и дознавателя). Также можно обнаружить применение бинарного сравнения, когда сопоставляется функция уголовного преследования с надзорной функцией прокуратуры на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

Что касается межотраслевого анализа функций прокурора, то этот метод используется пока редко, до недавнего времени в этом и не было необходимости, в лучшем случае сравнению подвергались функции прокурора в гражданском и арбитражном процессах; с принятием КАС РФ стало возможным проводить сравнительное сопоставление предназначения прокурора и его основных направлений деятельности в административном судопроизводстве. Вместе с тем, происходящие изменения в законодательстве, согласно которым прокурор наделяется правом на защиту государственных интересов в цивилистических процессах, ставят новые задачи перед научным сообществом: усиливается публичное начало в гражданском, арбитражном и административном судопроизводствах.

Надзорная функция, направленная на защиту прав граждан, перестает быть генеральной функцией, поэтому на прокуроров возлагается задача по поиску баланса частного и публичного интересов, когда они, исходя из закрепленных законодателем обязанностей, должны защищать интересы как государства, так и физических и юридических лиц одновременно. Важно сравнить функцию уголовного преследования, реализуемую прокурором в уголовном процессе, и функции прокурора, когда он подает исковое заявление, например, о возмещении ущерба, причиненного Российской Федерации, субъектам Российской Федерации и муниципальным образованиям в результате нарушения законодательства в сфере государственного оборонного заказа, а также законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, или дает заключение о признании недействительными сделок, совершенных с нарушением законодательства, устанавливающего специальные экономические меры, меры воздействия (противодействия) на недружественные действия иностранных государств.

Следует также иметь в виду, что сложившаяся практика сравнительно-правовой оценки функций прокуратуры предполагает в подавляющем большинстве случаев ее применение для сопоставления изначально родственных (в нашем случае — относящихся исключительно к романо-германской правовой традиции) правовых систем. То есть, отечественные специалисты чаще всего сравнивают функции прокуратуры России с функциями прокуратур во Франции, Германии, реже — Испании, Италии, еще реже — стран Скандинавии и Латинской Америки. Функции соответствующих надзорных учреждений в англоязычной правовой традиции рассматриваются не столько в сравнительно-правовом аспекте, а как выражение своеобразной «правовой экзотики» по отношению к традиции романо-германской.

Также проводятся сравнительно-правовые исследования функций прокуратур, входивших раньше в состав СССР. Чаще всего для сопоставления выбираются Республика Беларусь и Казахстан, чему способствует отсутствие языкового барьера, поскольку официальные сайты органов прокуратуры этих государств имеют версию на русском языке, что позволяет самостоятельно изучить не только нормативные правовые акты, регламентирующие деятельность соответствующих органов прокуратуры, но и их структуру, а также обратить внимание на то, какие мероприятия проводятся руководством данных органов прокуратуры для совершенствования их деятельности.

На этом фоне совершенно «в стороне» располагаются органы прокуратуры и сходные по функциям надзорные органы публичной власти в странах мусульманского мира, азиатских и африканских странах, правопорядки которых как бы «по инерции» продолжают рассматриваться большинством отечественных исследователей как правовые системы «третьего мира», самостоятельного значения как будто бы не имеющие ввиду глобального заимствования правового и функционального материала у своих бывших метрополий и, в целом, у систем романо-германской и англо-американской правовых традиций.

Как представляется, в современных условиях XXI в. при складывании новой геополитической и правовой реальности именно эти страны и правовые системы «глобального Юга» могут оказывать значительное влияние на переосмысление многими другими национальными правопорядками своих нормативных положений и принципов функционирования органов публичной власти.

В этом аспекте достаточно интересным представляется многогранный сравнительно-правовой анализ функций органов прокуратуры Российской Федерации и Эфиопии, которая отличается от многих других африканских стран бурным экономическим развитием и открытостью к принятию изменений в современном мире.

Не стоит также забывать о недавнем вхождении Эфиопии в содружество стран БРИКС, что имеет большое стратегическое значение для усиления политических и правовых позиций России на африканском континенте. Исходя из этого, необходимо взаимообогащающее функциональное сотрудничество между органами прокуратуры Российской Федерации и Эфиопии. Система правоохранительных органов Эфиопии в последние годы активно меняется в сторону усиления защиты прав и свобод человека, однако сфера уголовного судопроизводства по-прежнему имеет существенные недостатки в части соблюдения основных принципов правосудия. В 2016 г. в Эфиопии была создана Федеральная Генеральная прокуратура (до это прокуратура входила в систему Министерства юстиции) как самостоятельный государственный орган, действующий на основании принципов прозрачности деятельности. Прокуратура Эфиопии осуществляет различные функции, но на функцию уголовного преследования возлагаются большие надежды, в том числе исходя из того, что прокуратура наделена полномочиями по возбуждению уголовных дел и расследованию преступлений, таким образом прокурор воспринимается не только полноправным субъектом доказывания в уголовном судопроизводстве Эфиопии, но и противовесом коррумпированным чиновникам.

Более того, сближение России из всех африканских стран именно с Эфиопией может происходить на основании сходных духовных ценностей соответствующих обществ, тем самым, наличие языкового барьера будет компенсировано общими религиозными ценностями, основанными на догматах восточной христианской церкви.

Трошина Наталья Викторовна,
старший научный сотрудник
Научно-исследовательского института
Университета прокуратуры Российской Федерации,
кандидат юридических наук

Актуальные направления деятельности прокуратуры Российской Федерации в области международного сотрудничества

В рамках сегодняшних политических условий основной задачей Генеральной прокуратуры Российской Федерации в области международного сотрудничества является сохранение деловых и дружественных связей с иностранными государствами, поддерживающими союзнические отношения с Российской Федерацией.

Органы прокуратуры в пределах своей компетенции осуществляют прямые связи с соответствующими органами других государств и международными организациями, сотрудничают с ними, заключают соглашения по вопросам правовой помощи и борьбы с преступностью, участвуют в разработке международных договоров Российской Федерации (ст. 2 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации»)¹⁰⁵.

Ключевым звеном в деятельности по международному сотрудничеству является Главное управление международно-правового сотрудничества Генеральной прокуратуры Российской Федерации (далее — Главное управление).

Главное управление состоит из управления экстрадиции в составе трех отделов, управления правовой помощи и правоохранительного содействия в составе трех отделов, организационно-правового управления в составе четырех отделов, управления по сопровождению международных споров в составе двух отделов, отдела международного сотрудничества по особо важным делам (на правах управления)¹⁰⁶.

Обсуждения в области международного сотрудничества по разным направлениям деятельности представлены в виде приказов и указаний Генерального прокурора Российской Федерации.

Базовым является приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 03.06.2020 № 297 «О порядке осуществления международного сотрудничества органами и организациями прокуратуры Российской Федерации»¹⁰⁷.

Важнейшими международными многосторонними источниками международного сотрудничества в части оказания правовой помощи являются:

— Конвенция OOH против транснациональной организованной преступности от 15.11.2000 и протоколы, ее дополняющие: Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее от 15.11.2000, Протокол против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху от 15.11. 2000¹⁰⁸;

— Европейская конвенция о выдаче от 13.12.1957 и протоколы к ней: Дополнительный протокол от 15.10.1975, Второй дополнительный протокол от 17.03.1978 и Четвертый дополнительный протокол от 20.09.2012¹⁰⁹;

— Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20.04.1959 и протоколы к ней: Дополнительный протокол от 17.03.1978 и Второй дополнительный протокол от 08.11.2001¹¹⁰;

— Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22.01.1993 с изменениями, внесенными Протоколом от 28.03.1997¹¹¹;

— Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 07.10.2002¹¹²;

— Конвенция о передаче лиц, страдающих психическими расстройствами, для проведения принудительного лечения от 28.03.1997¹¹³.

Что касается внутреннего законодательства Российской Федерации, то остается ведущим положение Конституции Российской Федерации¹¹⁴ устанавливающее, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы¹¹⁵.

Решение вопросов связанных с правовой помощью по делам об административных правонарушениях согласно гл. 29.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях¹¹⁶ возложено на Генеральную прокуратуру Российской Федерации.

Так же, Генеральная прокуратура Российской Федерации осуществляет полномочия по обеспечению представительства и защиты интересов Российской Федерации в межгосударственных органах, иностранных и международных (межгосударственных) судах, иностранных и международных третейских судах (арбитражах) в соответствии с Федеральным законом от 01.07.2021 № 265-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации»¹¹⁷.

Законодателем в гл. 53 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации закреплен порядок международного взаимодействия с органами иностранных государств и международными организациями в сфере уголовного судопроизводства¹¹⁸.

Основными приоритетными задачами в области уголовного судопроизводства являются вопросы выдачи лиц для уголовного преследования и исполнения приговора, оказание правовой помощи — розыска, конфискации, ареста и возврата из-за рубежа активов полученных преступным путем.

Актуальными направлениями международного сотрудничества органов прокуратуры с иностранными государствами и международными организациями являются:

— участие в мероприятиях, проводимых по линии Организации Объединенных наций (OOH);

— осуществление взаимодействия в рамках Координационного совета генеральных прокуроров государств — участников СНГ (КСГП);

— сотрудничество с генеральными прокурорами и компетентными органами государств — членов ШОС, участие в рамках Неформального межгосударственного объединения (БРИКС).

Например, одним из основных принципов международного права представляется принцип сотрудничества государств, который был положен в основу деятельности ООН и достаточно четко определил правовые рамки сотрудничества между иностранными государствами.

Международное сотрудничество существует независимо от различия экономических, социальных и правовых систем.

Только, строгое соблюдение предписаний основных принципов международного права влечет грамотную реализацию международного взаимодействия.

Генеральная прокуратура Российской Федерации на постоянной основе участвует в заседаниях Комиссий, в том числе по предупреждению преступности и уголовному правосудию.

В целях укрепления законности и правопорядка, защите прав и законных интересов граждан, борьбе с транснациональной преступностью в СНГ, координацией деятельности межгосударственных органов СНГ в сфере борьбы с преступностью, обменом необходимой информацией о ее состоянии и тенденциях развития, участием в работе по сближению законодательства государств — участников СНГ, созданием общего правового пространства осуществляется взаимодействие в рамках Координационного совета генеральных прокуроров государств — участников СНГ (КСГП).

Деятельность Координационного совета направлена на реализацию межгосударственных программ совместных мер борьбы с организованной преступностью, терроризмом и иными видами опасных преступлений на территории государств — участников СНГ, Концепции взаимодействия государств — участников СНГ по борьбе с преступностью, которая одобрена решением глав государств СНГ 02.04.1999.

Особое значение в положении о Координационном совете придается изучению и обобщению практики выполнения международных договоров в сфере борьбы с преступностью и выработке предложений по совершенствованию правового регулирования этого направления деятельности.

Немаловажное место отводится разработке и согласованию предложений о месте и роли прокуратуры в государственной системе с учетом закономерностей и специфики ее развития в каждом государстве.

Одним из направлений сотрудничества обозначена разработка и осуществление мер по подготовке и повышению квалификации прокурорских работников, их научному, научно-техническому, методическому и информационному обеспечению.

Организация и проведение совместных научных исследований по актуальным проблемам борьбы с преступностью, прокурорского надзора в государствах — участниках СНГ входит в число важнейших направлений сотрудничества¹¹⁹.

Достаточно активно органами прокуратуры осуществляется сотрудничество с генеральными прокурорами и компетентными органами государств — членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) по вопросам региональной безопасности, включая терроризм, экстремизм и наркотрафик.

Заседания генеральных прокуроров государств — участников ШОС проводятся на постоянной основе один раз в год.

Так же, Генеральной прокуратурой Российской Федерации осуществляется активное сотрудничество с Неформальным межгосударственным объединением (БРИКС).

Учитывая, что Российская Федерация в последнее время расширила международное сотрудничество со странами Юго-Восточной Азии, можно утверждать, что общие интересы органов прокуратуры Российской Федерации и иностранных государств также направлены на усиление мер в части реализации функций по обеспечению законности и правопорядка.

Жукова Полина Дмитриевна,
доцент кафедры организации судебной
и прокурорско-следственной деятельности
Московского государственного юридического
университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА),
кандидат юридических наук

Защита прокуратурой прав несовершеннолетних ввиду вмешательств иностранных элементов: обзор практики

В соответствии с Указом Президента РФ от 29.05.2017 № 240 период с 2018 по 2027 г. в нашей стране объявлен Десятилетием детства, что подчеркивает значимость данного направления для государства и налагает на органы законодательной и исполнительной власти, судебные органы, органы прокуратуры России особую ответственность в осуществлении защиты прав несовершеннолетних.

Серьезную угрозу жизни и благополучию детей и подростков представляет опасный контент в сети Интернет.

Ежедневно в социальных сетях службы информационной безопасности выявляют тысячи сообществ с участием несовершеннолетних, пропагандирующих деструктивные формы поведения (агрессия, употребление наркотических средств, терроризм, доведение до суицида и т. п.). Современный этап развития мирового сообщества характеризуется все большим влиянием электронных СМИ, Интернета и новых телекоммуникационных технологий.

Формирование личности детей и подростков происходит в конвергентном пространстве: на стыке виртуального мира и реальности. То, как раньше подростки социализировались, подтверждая свою уникальность особой одеждой, манерами, сленгом, причастностью к субкультурным сообществам, к тому же больше времени проводили со сверстниками во дворе дома, взаимодействуя посредством живого общения, сегодня невозможно без интернет-коммуникации в блогах, социальных сетях, сетевых играх, сервисах мгновенных сообщений и др.

Кроме новых инструментов социализации и творчества с развитием сетевых технологий обозначились и новые специфические угрозы и риски безопасности детей и подростков.

У несовершеннолетних нет четкого разделения между жизнью, отношениями и общением в онлайне и офлайне, и в этой связи риски, с которыми они могут столкнуться в Интернете, не менее значимы, чем опасности реального мира.

В настоящее время угрозы нормальному развитию несовершеннолетних стали поступать из вне, в первую очередь из недружественных стран.

В последние несколько лет значительно выросло количество преступлений, совершаемых посредством гаджетов и сети. Например, речь идет о призыве подростков посредством рассылки через анонимные телеграм-каналы к совершению террористических актов.

В настоящее время участились случаи рассылки сообщений в мессенджерах и социальных сетях с призывами к совершению террористических актов в торговых центрах и других местах с массовым пребыванием людей.

Важно помнить, что привлечением кандидатов на противоправные действия занимаются подготовленные, специально обученные люди. Они разбираются в психологии, свободно владеют технологиями манипуляций, могут использовать также технику нейролингвистического программирования (НЛП) или легкого гипноза.

Вербовщики заранее внимательно изучают аккаунты в соцсетях, посты, комментарии и, найдя подходящую будущую жертву, вступают с ней в диалог. Легко определив слабые стороны собеседника, вербовщик начинает вызывать доверие, с ним хочется продолжить общение. По этой причине часто жертвами вербовки становятся те, кто еще плохо ориентирован в жизни — подростки и молодежь до 18 лет, переживающие какие-то проблемы в межличностных отношениях, в семье, и ищущие смысл жизни и поддержку в Интернете.

Родители могут заметить, что с подростком что-то не так. Например, у него меняются интересы, он начинает говорить о других вещах, становится замкнутым, много времени проводит в Интернете и т. п.

По данному поводу в марте 2024 г. Минпросвещения даже выпустило рекомендации по поведению в случае призывов детей к терактам¹²⁰.

Детям посоветовали не вступать в переписку с неизвестными людьми и блокировать незнакомцев, которые им напишут, не пересылать никому такие сообщения и незамедлительно ставить в известность взрослых.

Если ребенок узнал о готовящемся теракте, то ему следует: сообщить об этом родителям или учителям, а не пытаться самостоятельно помешать преступнику; избегать опасных мест и ситуаций; следовать инструкциям взрослых, в том числе сотрудников полиции; доверять только официальным источникам информации; изменить настройки мессенджера так, чтобы не получать звонков и сообщений от неизвестных номеров.

В этой связи родителям необходимо быть бдительными, проводить беседы с детьми и разъяснить несовершеннолетним опасность общения с незнакомыми людьми в сети Интернет и как реагировать на поступающие сообщения с призывами к противоправным действиям.

О каждом известном факте склонения ребенка к совершению террористического акта незамедлительно сообщать в силовые структуры.

Необходимо помнить, что при получении несовершеннолетним рассылки с призывами к терроризму следует: зафиксировать переписку и идентификаторы; предоставить информацию в правоохранительные органы; заблокировать аккаунт и пожаловаться на него за спам и терроризм.

Надзорное ведомство самого высокого уровня предупредило о возобновившихся с территории Украины звонков детям в целях создания ЧП с бытовым газом в домах.

В Генпрокуратуре России рекомендуют родителям еще раз обсудить со своими детьми правила обращения с бытовым газовым оборудованием, а также опасность общения с незнакомцами в социальных сетях и по телефону. В свою очередь, надзорный орган оперативно принимает меры к предупреждению и пресечению фактов негативного воздействия на несовершеннолетних.

В настоящее время не уменьшаются случаи мошенничества с использованием сайтов Авито, Вконтакте и Одноклассники.

Мошенники выставляют на продажу какие-либо товары, указывают цены ниже рыночных и просят с покупателей предоплату, а затем исчезают. Так как у многих несовершеннолетних имеются свои банковские карты¹²¹ и эта категория граждан довольно активная часть интернет-пространства, отсюда нередки случаи мошенничества в отношении несовершеннолетних.

Еще один вариант: мошенники звонят по объявлениям о продаже вещей, соглашаются их купить, предлагают сразу перевести деньги, просят назвать все реквизиты банковской карты, включая CCV, якобы для оплаты, а затем списывают средства с карты потерпевшего. Потерпевшими могут быть и люди за 50, слабо знакомые с интернет-средой и дистанционными оплатами, и несовершеннолетние, которые еще имеют такую особенность, как доверять старшим.

В данном случае проверки проводятся, но порой из-за невозможности установить конечного субъекта-похитителя, незаконно списанные деньги вернуть не удается.

Конечно, несмотря на работу органов прокуратуры по правовому просвещению, организации встреч по разъяснению законодательства ввиду совершения противоправных действий, случаи с участием несовершеннолетних не снижаются.

Северо-Западная транспортная прокуратура в середине марта 2024 года направила в суд уголовное дело о поджоге релейного шкафа на железнодорожной станции Лахта в Санкт-Петербурге.

Как сообщили в ведомстве, подозреваемыми по делу проходят двое несовершеннолетних петербуржцев. Их обвиняют в теракте, совершенном группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ).

По версии следствия, в сентябре 2023 г. несовершеннолетние, действуя против интересов Российской Федерации и проводимой специальной военной операции, вступили в преступный сговор со сторонником Вооруженных сил Украины для совершения теракта на Октябрьской железной дороге.

Согласно материалам дела, изначально подростки хотели с помощью коктейля Молотова поджечь локомотив на станции Лахта, но из-за его отсутствия подожгли релейный шкаф. В прокуратуре подчеркивают, что поджог мог привести к столкновению поездов и сходу их с рельсов.

Уголовное дело рассмотрит 1-й Западный окружной военный суд. При этом фигуранты свою вину не признают, а следствие в отношении их предполагаемого соучастника продолжается.

Сайты прокуратур различных уровней содержат информацию о том, что уголовное законодательство предусматривает ответственность совершеннолетних лиц за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступлений в виде лишения свободы (ст. 150 УК РФ).

Под «вовлечением» понимаются активные действия, которые привели к появлению у несовершеннолетнего желания совершить одно или несколько преступлений или участвовать в них. В качестве способов склонения могут применяться уговоры, обещания и уверения в безнаказанности, обман, угрозы и запугивание. Например, обещания могут быть связаны с получением в будущем денег, какого-либо имущества, в т. ч. похищенного во время преступления.

Обман может заключаться в сообщении заведомо ложной информации относительно совершаемого преступления и его последствий, например, об отсутствии ответственности за содеянное. Под угрозой понимаются действия лица, направленные на запугивание несовершеннолетнего причинением вреда ему или его близким в случае отказа от совершения преступления.

Повышенная уголовная ответственность за вовлечение детей в совершение преступлений предусмотрена для родителей, педагогов и иных лиц, на которых законом возложены обязанности по их воспитанию.

В литературе отмечается особая роль органов прокуратуры Российской Федерации, влияющих на снижение преступности среди несовершеннолетних. Следует обеспечить упреждающий инициативный характер прокурорского надзора за исполнением законов при разрешении заявлений и сообщений о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, и в отношении несовершеннолетних, в следствии их психологической незрелости и недостаточной правовой грамотности, зависимого состояния от старших по возрасту лиц, высокой степени латентности преступлений, совершенных в отношении несовершеннолетних¹²². Снижение преступности также возможно путем вовлечения несовершеннолетних в трудовую деятельность, предусмотренную для них законом¹²³, вовлечение в деятельность развивающих молодежных центров, повышения правовой грамотности среди данной возрастной группы.

Куницына Елена Александровна,
доцент кафедры основ прокурорской деятельности
Университета прокуратуры Российской Федерации,
советник юстиции,
кандидат юридических наук

Деятельность прокуратуры Российской Федерации в целях обеспечения экологической безопасности

Современное развитие науки, промышленности и технологий предъявляет особые требования к состоянию окружающей среды. Одним из критериев ее защиты является экологическая безопасность.

В статье 1 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» содержится понятие «экологической безопасности», под которой понимается состояние защищенности природной среды и жизненно важных интересов человека от возможного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности, чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, их последствий. Нарушение экологической безопасности влечет опасность гибели отдельных природных объектов, загрязнения окружающей среды и, как следствие, угрозу жизненно важным интересам человека.

Стратегическое планирование, цели, задачи и механизмы реализации государственной политики в сфере экологической безопасности определяет Стратегия экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 г. (утв. Указом Президента Российской Федерации от 19.04.2017 № 176, далее — Стратегия), согласно которой достижение целей экологической безопасности осуществляется путем проведения единой государственной политики, направленной на предотвращение и ликвидацию внутренних и внешних вызовов и угроз экологической безопасности (п. 4).

Целями государственной политики в сфере обеспечения экологической безопасности являются сохранение и восстановление природной среды, обеспечение качества окружающей среды, необходимого для благоприятной жизни человека и устойчивого развития экономики, ликвидация накопленного вреда окружающей среде вследствие хозяйственной и иной деятельности в условиях возрастающей экономической активности и глобальных