Соблазни меня
Надин Лемандрин

© Надин Лемандрин, 2025

ISBN 978-5-0068-3933-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Юбилей

Вот объясните мне, зачем в такой маленькой квартирке устраивать юбилей? Что, в кафешку сходить нельзя было. «Ну мы только близких друзей пригласим, потеснишься уж пару ночек» – сказала мама. Ну что, отказывать ей что ли, включая капризную девчонку. Ладно хоть брат сейчас в спортивном лагере, иначе спальных мест для продолжающих гулять до утра совсем не осталось бы!

Гости прибывали в хаотичном порядке. Кто-то из них приехал из другого города, и дядю Славу пришлось размещать в моей комнате на узеньком диванчике. А семейная пара тетя Лариса с Евгением приехали раньше и уже разложили свои чемоданы в Колькиной маленькой комнатке, в которой даже не было окна – спасибо чудной перепланировке.

Я сегодня с самого утра убиралась в квартире и помогала на кухне с приготовлением блюд. И, если честно, уже валилась с ног, не то, чтобы праздновать. Вообще не люблю я многолюдные посиделки! Начнут сейчас молодость вспоминать, да «очень смешные» анекдоты травить. Хорошо, что изобрели смартфон, в который можно уткнуться, а не насильно улыбаться и рассказывать, по сто раз, как выпускной прошел, куда поступать буду и на кого учиться. Да еще любимая тема: – «А мальчик то уже есть?»

Нет, я конечно, очень люблю родителей и все такое, но почему мне обязательно нужно с ними сидеть. Я мамочку уже утром поздравила и подарила ее любимый цветок в горшочке адениум, редкий сорт с черными цветами. Пришлось даже Авито доставку первый раз опробовать, боялась, что растение поломается, но доставили в лучшем виде. Так вот, за завтраком, втроем с папой и мамой мы так чудно посидели и отпраздновали тридцать пятый День рождения мамы. Конечно они опять стали обсуждать, как я уеду от них в институт в Москву, что они будут очень скучать и переживать. Но я их всегда успокаиваю, говоря, что каждый день буду звонить и вести себя хорошо.

Ну а вечером я собиралась с девчонками прогуляться, мы как раз наметили пройтись по новому торговому центру, открытие которого, как раз сегодня. Но пришлось отказаться. Лиза и Вика и без меня туда сходят, но обещали все в подробностях рассказать. У Лизы парень появился, она теперь реже с нами видится, но зато в подробностях рассказывает об их поцелуях и всяком разном. У нас с Викой еще не было парней, поэтому любую информацию слушали с открытыми ртами.

– Насть, пойдем к столу, – заглянув ко мне в комнату, сказала мама.

– Иду.

Посмотрелась в зеркало, поправила выбившуюся из хвостика прядь и пошла в зал.

За праздничным столом, переполненным салатами и нарезками, который уже как пол дня стоял собранным в центре зала, осталось только одно свободное место – табуретка с краю, рядом с дядей Славой. Конечно, удобнее было бы сесть на диване, или хотя бы на мягкий стул со спинкой, но ладно уж.

Вечер протекал по стандартному сценарию всех семейных застолий. А мне даже понравилось, что я сижу с краю – внимания гораздо меньше. Только дядя Слава пару раз пытался завести со мной разговор, но у него ничего не вышло. Я только сухо отвечала, и он отстал.

Через пару часов, родители и гости, повеселевшие от спиртного, начали танцевать под хиты девяностых. Мама и меня пыталась вытащить на танцпол, но я отрицательно мотала головой. Началась череда медленных композиций, и я обрадовалась, что теперь то про меня точно забудут и я спокойно ретируюсь в свою комнату.

Неожиданно я почувствовала на плече чью-то руку, оторвала взгляд от телефона и в темноте (уже включили светомузыку), не сразу разглядела дядю Славу.

– Пойдем, чего киснуть, хоть разомнешься, – сказал он.

– Да мне как-то не хочется…

Но он уже начал меня вытаскивать из-за стола. Пришлось встать, ладно уж, в детстве он со мной и Колей часто играл, не обижать же человека.

Мужчина, поняв, что я согласилась, повеселел, и закинув одну мою руку себе на плечо, а другую вложив в свою ладонь, сказал:

– Покажу тебе, как медленный танец взрослые люди танцуют.

– Да я была на дискотеках вообще-то, – сказала я.

Песня, которая сейчас играла, была мне знакома, но почему-то я никак не могла вспомнить название.

– А ты неплохо двигаешься, – сказал дядя Слава, перемещая свою руку вниз по моей спине к талии и чуть ближе придвигаясь.

Я не стала ничего говорить, но этот жест мне не понравился, и я постаралась немного отодвинуться. Мужчина будто этого не заметил и продолжил танец.

Как же неловко. Да и песня все никак не закончится. Дядя Слава мне что-то говорит, улыбается, не разобрав ни слова, тоже киваю и перевожу взгляд в сторону.

Родители танцуют вместе. Сейчас они такие счастливые. Очень хочу, чтобы они были всегда вместе.

Наконец-то музыка глохнет, все начинают рассаживаться по местам. Я, наверное, самая первая заняла свой табурет. Сосед тоже занял свое место.

– Ну вот и потанцевали, а ты упиралась, – положив ладонь мне на коленку сказал дядя Слава.

– Спасибо, – сказала я, и встала, чтобы дотянуться до салатника, тем самым, скинув его руку.

Я была в зеленом платье по колено, но теперь стала чувствовать себя неловко, хотелось еще во что-то укутаться, чтобы хоть как-то отгородиться от друга родителей.

– Дочь, принеси, пожалуйста, еще нарезки с кухни, – попросила мама.

Я обрадовалась.

На кухне царил бардак. Нарезки не оказалось, поэтому, я взяла колбасу и сыр из холодильника. Откопала на столе разделочную доску и очистив от обертки колбасу, стала аккуратно ее нарезать.

– Помощь нужна?

Я аж вздрогнула, порезав палец ножом.

Это был дядя Слава.

Он что, преследует меня?!

– Да нет, я справлюсь. – сказала я.

– Видимо тебя ножом не учили еще пользоваться, вон порезалась.

– Это случайно, все я умею.

– Хочешь, обработаю рану?

– Не нужно, – слизывая кровь с пальца, буркнула я. – Уже все нормально.

Нарезав только колбасы, поторопилась в зал, чтобы не оставаться наедине с мужчиной. Этот дядя Слава начал меня напрягать. Что ему нужно? Может, конечно, просто скучно, все то по парам. А я тоже без дела скучаю, вот он и общается.

Поставив тарелку на стол, я подошла к маме и еще раз ее поздравила.

– Настюш, спасибо! Я так тебя люблю! – сказала она.

– И я тоже тебя!

К нам подошла тетя Лариса с фужерами в руках.

– Насть, давай с нами, от глотка шампанского ничего не будет.

– Конечно, лучше дома первый раз попробовать, в кругу близких, а ни где-нибудь в подворотне. – поддержал подошедший папа.

– Тем более уже в институт поступаешь, уже можно, – подключилась тетя Лариса.

Так мы стояли и общались, а два бокала шампанских меня успокоили, и я забыла, о нескольких неприятных инцидентах. Мне стало весело. Я танцевала вместе со всеми, но потом стало немного клонить в сон. И я пошла к себе в комнату.

Еле-еле стянула платье, помучавшись с замком, и переоделась в серую пижаму. Она уже давно поизносилась, но я никак не могла с ней расстаться, слишком уж мягкая и приятная к телу, хоть майка и стала напоминать топик.

Только села на кровать, вспомнила, что забыла смыть косметику. Пришлось в таком виде тащиться в ванную, хорошо, хоть никто из гостей не вышел. Но на обратном пути я не была столь удачлива.

– А я думал, куда ты подевалась, – сказал дядя Слава, выходя из зала, – а ты уже спать собралась.

– Да устала что-то.

– Понятно, тогда покажи сразу, где мне лечь, чтобы ночью тебя не тревожить.

Совсем про это забыла, он же еще и со мной в одной комнате спать будет. Вот блин.

Мы прошли в мою спальню, дядя Слава прикрыл дверь.

– Вот ваши спальные принадлежности, – протянула я ему стопку белья. – Одеяла нет, но под пододеяльником не замерзните, у нас тепло.

– Уверен, что не замерзну, – подмигнул он. Даже при тусклом свете от бра, мне не понравилась его улыбка.

– В общем, я спать.

– Неужели не поможешь застелить? – спросил он.

– Ладно, сейчас. – сказала я. Все же это моя спальня, а это гость.

Дядя Слава сел на мою кровать, наблюдая, как я застилаю диванчик.

– Смотрю ты подросла уже, парни табунами за тобой бегают?

Странный вопрос, я бы не отвечала, но мужчина продолжил пристально смотреть и ждать.

– Пока не бегают. – сказала я. – Уже заправила, можете ложиться.

– Думаю, там не так удобно, как на твоей кроватке. – сказал он.

– Я могу и на диване лечь. – решила я. Мне не хотелось пререкаться, а просто уже опуститься головой на подушку и заснуть.

– О, нет. Ложись на свою. Что я тебя сгонять буду. – Сказал мужчина, вставая.

Аккуратно пройдя мимо дяди Славы, я залезла на кровать и легла поверх одеяла.

Вместо того, чтобы идти к празднующим или лечь на диван, друг родителей сел на край моей кровати.

– Ну хоть расскажи, как жизнь, давно не виделись. – спокойно начал он.

– Эээ… нормально все, вот институт выбираю для поступления.

– В городе у себя или поедешь куда?

– В Москву хочу…

– Это правильно, там возможностей больше, сказал он. – А гимнастику давно бросила что ли?

– Уже лет пять как. – Сказала я, заметив, что рука дяди Славы поглаживает мое бедро, но то ли выпитый алкоголь, то ли накопившаяся усталость, не позволили мне придать этому значения.

– Помню, как ты лет в десять показывала нам всякие гимнастические фигуры, а мы сидели и хлопали. Ты тогда была как звездочка – глаза сияли. Жаль, что бросила. А то бы может и сегодня всем показала номер.

– Да я и так все помню, почти десять лет занималась все же. – ответила я.

– Я слышал, что без регулярных тренировок теряется гибкость. – сказал он, проведя рукой чуть выше.

– Я иногда дома разминаюсь, чтобы форму совсем уж не терять. – ответила ему.

– А сейчас сможешь что-нибудь показать? – вкрадчиво сказал он.

Голос монотонный гипнотизировал, и мне показалось это хорошей идеей.

– Могу на мостик легко встать из позиции стоя, сейчас покажу. – Я любила внимание и похвалу, которых мне так не хватало, как я ушла из большого спорта.

Дядя Слава не стал мешать, а лишь голодным взглядом стал следить за моими движениями, но я даже этого и не заметила.

Встала на кровать, слегка раздвинула ноги и откинулась назад. Я так увлеклась, что даже и не заметила, как сползла пижама и оголилась грудь. Правую ногу я задрала вверх, а голову вниз, что распущенные волосы легли на постель. Я задержалась в таком положении и внезапно почувствовала теплое дыхание на груди. Посмотрела на друга родителей, а оказалось он вплотную сидит ко мне, а мой сосок чуть ли не касается его губ. Если в комнате бы было светло, то стало бы заметно, что мои щеки заалели.

Секундная заминка, послужила зеленым светом, и мужчина накрыл своими губами мой сосок. У меня изо рта вырвался стон. Я словно окаменела, стоя в такой позе, только ногу опустила. Рука дяди Славы поглаживала мой плоский живот, запуская волну дрожи. Я на секунду испугалась, что же сейчас будет, но настырные действия мужчины отвлекли меня. Его рука медленно проскользнула под штаны, и горячие пальцы, обжигая, начали поглаживать самое интимное место.

– Раздвинь ноги чуть шире, – прошептал он, отрываясь от соска.

Словно марионетка, я повиновалась. Мне будет стыдно, но не сейчас.

Отодвинув трусы, умелые пальцы все быстрее и быстрее гладили мою уже влажную промежность, пока один из них не проник внутрь.

– Ты такая горячая внутри… – Он стал дышать порывисто, второй рукой сжал грудь и яростно затеребил сосок губами, затем прикусил его и потянул на себя. – Хорошо, что у тебя такая подготовка, долго можешь так стоять…

Я стонала. Тихо, но стонала.

Дядя Слава все продолжал проникать в меня пальцами – уже двумя.

Я почувствовала волну дрожи и приятного предвкушения. Задвигала бедрами на встречу руке мужчины. Еще мгновение и я будто взорвалась тысячью конфетти.

Накатила слабость.

Мужчина, оторвавшись от моей груди и обхватив меня обеими руками, положил на постель.

Я отвернулась в другую сторону боясь посмотреть на него. Что это было?

– Ты молодец, – сказал дядя Слава. – Пойду в зал.

Ничего не ответив, я так и осталась лежать, устремив пустой взгляд в темное окно. Вроде бы все по-прежнему, но почему-то я ощущаю себя другой. Как я позволила мужчине трогать себя, целовать грудь и довести меня до сумасшествия?

Незаметно я заснула…

Первая ночь

Что за звуки!? Кто-то кричит или плачет…

Сон стал проходить, и я поняла, что это не просто звуки, это – стон и он мой.

Распахнула глаза, темно. Чье-то раздетое тело прислоняется ко мне. Одна моя нога приподнята вверх, а чужая рука ритмичными движениями проникает в меня.

Осознание пришло сразу.

– Дядя Слава… Что вы дела… Ах… – полу простонала, полу прохрипела я.

– Я видел, как тебе понравилось, – мне в ухо прошептал мужчина, опаляя жаром. – Да и мне тоже.

Движения ускорились, я выгнулась. Волна наслаждения, уже знакомая мне, повторилась.

Я затихла и отодвинулась.

Меня словно опустошили.

– Ты создана для секса. Очень чувственная.

Ничего не ответив, я продолжила лежать с открытыми глазами.

– Ну же, не обижайся, – друг родителей погладил меня по голове. – Лучше сними одежду, а то ты все вспотела.

– Еще чего, – отозвалась я.

– Ну от меня тебе уже нечего скрывать. Можешь просто переодеться во что-то другое. По себе знаю, в липнущей одежде не уснешь.

Мне не хотелось признавать, но я и правда вся взмокла.

Сползла вниз кровати, чтобы не перелазить через мужчину и направилась к шкафу. Мне хотелось укутаться в три кофты и пять штанов, но мне было очень жарко. Лучше надену лифчик, решила я, хоть в нем и не удобно спать. Достала чистые стринги и голубенькие шортики с футболкой.

– Отвернитесь, пожалуйста, – попросила я.

– Темно же, и так ничего не видно.

Я быстро переоделась, удивившись, какие влажные и липкие трусы, которые я стянула с себя.

Возвращаться на кровать не стала, а села на диван.

– Зачем вы это сделали? – после долгого молчания спросила я.

Мужчина встал с кровати и подошел ко мне. Только сейчас я поняла, что он хорошо сложен и следит за своим телом. Я напряглась и вжалась в спинку дивана, подтянув ноги к груди.

– Я больше не хочу. – тихо сказала я.

– Ты еще не поняла, чего хочешь… – дядя Слава наклонился и взял меня за подбородок, заставив заглянуть ему в глаза. – Ты стонала от удовольствия, и хорошо, что все пьяные и спят. Иначе сюда бы точно пришли.

– Но вы не пьяны…

– Я и не отрицаю… – мужчина наклонился и поцеловал меня. Мой первый поцелуй. Его губы были нежными, но, когда он притянул меня ближе, и обхватил за талию, – я охнула. Дядя слава воспользовался моментом и протолкнул язык внутрь.

Не знаю, сколько мы так стояли и целовались, но напряжение внизу живота снова стало нарастать. Я прижималась к обнаженному торсу взрослого мужчины, а разделяла нас лишь тонкая футболка на бретельках.

– Я очень хочу тебя, – выдохнул он мне в губы.

Я закинула руки ему за голову и зарылась пальцами в волосы. Кто это делает? Точно не я, послушная дочь.

Мужчина, не переставая меня целовать, медленно стянул с меня свежую пижаму, оставив только трусики, – зря одевалась.

Слава, мысленно я уже назвала его так, оторвался от губ и медленно стал прокладывать поцелуями дорожку вниз. Шея, ключицы, грудь – на ней он задержался дольше, словно дразня и искушая, затем ребра, пупок… Новые ощущения накрыли меня, не позволяя ни о чем думать, а лишь ощущать теплые, слегка шершавые губы, скользящие по чувствительной коже.

И вот я уже лежу с раздвинутыми ногами, а голова Славы между ними.

Немного придя в себя, я постаралась отстраниться.

– Я не готова…

– Не переживай, – Слава погладил меня по бедру.– Я буду нежен.

Мне не хотелось, чтобы он перестал, но… Это ведь будет мой первый раз. Я представляла, что «это» случиться совсем по-другому, и уж точно не сегодня, не сейчас. Я приподнялась на локтях и посмотрела на мужчину, которого знала с детства, но увидела только сейчас. Я никогда к нему не присматривалась, не воспринимала как мужчину, а уж тем более в романтическом плане. Но сейчас Слава так на меня смотрит, и я просто не могу устоять! Его теплые руки мягко сжимают мои бедра, а дыхание щекочет чувствительную кожу внизу. А вокруг темно и кажется, что никто и никогда не узнает, что происходит в маленькой девчачий комнате глубокой ночью.

Стринги он оставил, видимо, ему нравилось играться ими. Мужчина то натягивал их и тереби губами половые губы, то оттягивал и проникал пальцами вглубь меня. В итоге он раздвинул руками вход в меня и стал проталкивать язык внутрь. При этом он успевал что-то рассказывать. Например, про клитор, который он поглаживал большим пальцем.

Наслаждение волной прокатилось по телу. Я приподнялась на локтях, выставив набухшую грудь с отвердевшими сосками вперед. Руки Славы, сразу нашли ее и сильно сжали оба полушария.

На этот раз волна страсти не опустошила меня, наоборот, мне захотелось большего!

Я обхватила талию мужчины ногами, прижимаясь к его паху. Преграда в виде его боксеров была слишком тонка, чтобы не почувствовать, затвердевший член.

Слава продолжал играть моей грудью, к рукам присоединился и рот с острыми зубками, которые то и дело покусывали соски.

Я не знала, что такое бывает! Я не могла ни о чем думать! И боялась, что это закончится.

– Твоя грудь идеальна… – прохрипел он, – сжимал бы ее не останавливаясь.

– Сжимай сильнее, – стонала я, – да! Еще!

Слава накрыл мой рот поцелуем:

– Тише, нас услышат. Мне нужно еще многому тебя научить.

Скоро ли рассвет, не знаю, но опустившись на диван передохнуть, мы обнялись и молча лежали. И правда, жаркая ночка.

– Я не взял с собой резинку, поэтому попробуем сзади… – то ли мне, то ли просто рассуждая вслух, сказал Слава.

Я приподнялась на локтях, щекоча плечо мужчины сосками. Это за пару часов с этим мужчиной я стала развратной девкой?

– Я же говорил, что тебе понравиться. – Прошептал он.

Его ладонь легла мне на ягодицу, сначала поглаживая, а затем сжимая ее.

– У тебя упругая попка.

Я забралась на него сверху и чуть оттопырила попу, чтобы мужчине было удобнее обхватить ягодицы двумя руками.

– Ты быстро учишься, – Слава раздвинул ягодицы и стал поочередно проникать пальцем то в одну, то в другую дырку.

– Спасибо учителю, – простонала я, переполняемая новыми ощущениями.

– В анус палец туго входит, облежи. – Мужчина коснулся указательным пальцем моих губ и проскользнул внутрь. Я интенсивно работала языком, при этом моя грудь подрагивала, и Слава плотоядно наблюдал за ней. – Хорошая девочка. – Сказал он, просовывая влажный палец между моих напряженный ягодиц.

Мы несколько раз меняли позу, пока мужчина не оказался сзади меня облизывая уже достаточно разработанную дырку.

– Прикуси ртом подушку, иначе твой крик перебудит весь дом.

Только я повиновалась, как в меня вошел его член. Не полностью, но я закричала. Он входил все глубже с каждой секундой наращивая темп.

Толчки были мощными. Я была полностью в его власти. Пик пришел одновременно. Он долго не выходил из меня, слабо сжимая ягодицы. Затем легонько шлепнул по одной и вынул член. По ногам сразу потекла его горячая сперма.

– Я тебя всю заполнил, теперь можно и спать ложиться. – сказал он, натягивая трусы. – Извини, твои больше не годные, – указал он на мои разорванные стринги, валяющиеся на полу.

Я все еще не могла прийти в себя, стоя на четвереньках.

Слава подхватил меня на руки и отнес в кровать, укрыл одеялом и вернулся на диван.

Я молчала.

Как мне к нему относиться? После всего, что было он теперь не просто друг родителей.

Все тело ныло, требуя еще объятий и ласк. И долго ворочаясь, под утро я все же заснула.

Доброе утро

Открыла глаза. Первая мысль, которая мне пришла – я теперь женщина. Вот так неожиданно и бурно. Женщина потому, что была с мужчиной, позволяя делать с собой все, что он хотел, трогать там, где даже сама стесняюсь. Только вот проблема в том, что он на много старше меня, да и друг детства родителей. Хотя мне и исполнилось уже восемнадцать, я не была близка с парнями ни разу, до этого дня. Я думала, что в институте встречу кого-нибудь, влюблюсь, а уж потом все случится…

Я под одеялом была голая, а проведя рукой по внутренней стороне бёдер, ощутила липкую сперму Славы, напоминающую о произошедшем.

В комнате я была одна. Поэтому прям так прошла к шкафу и накинула халат. Не знаю, отчего мой выбор пал именно на этот атласный – черный с мелкими цветами, но выглядела я соблазнительно.

Причесала волосы и пошла в ванную, подмыться хоть нужно.

– О, Настенка встала, – крикнула из кухни мама. – Иди к нам, чай попей.

– Доброе утро, – сказала я, присаживаясь за стол рядом со Славой, который выглядел отдохнувшим и никак нельзя было догадаться, чем занимался всю ночь.

– Дядя Слава храпел, наверное, спать тебе не давал, – сказала она.

– Нет, мам, я спала, ничего не слышала.

Мама пошла к холодильнику, доставать что-то к чаю, а Слава одними губами прошептал:

– Сексуальный наряд.

– Я под ним голая, – ответила я, перекидывая ногу на ногу так, что полы халата распахнулись. Еще чуть-чуть и было бы совсем неприлично. Хорошо хоть скатерть у стола была длинная и все от других скрыла.

Слава сглотнул и перевел взгляд от моих ног на кружку с чаем.

– Мы сегодня хотели по городу прогуляться, ты с нами, Насть? – спросил папа, вошедший на кухню.

– Да можно, а куда пойдете?

– Дядя Слава хотел в кино, да по парку, который у нас только что благоустроили. – сказала мама.

– Правда, это ближе к вечеру, нам с мамой еще к бабушке и дедушке зайти нужно, – поддержал папа.

– К ним без меня, я, конечно, их уважаю, но лучше у вас в зале телек посмотрю.

– Да понятно, мы ненадолго.

– Я тоже не пойду, позавчера у них была, – отозвалась я, – лучше почитаю.

В мыслях сразу пронеслось чем именно я собралась заниматься и от нетерпения даже вся напряглась.

– Ладно, пойду умываться, – встав из-за стола, сказала я.

– Но ты даже к чаю не притронулась, – начала было мама.

– Пусть идет, – вступился отец.

А я, обернувшись уже в коридоре, поймала на себе взгляд Славы.

Я чистила зубы, не закрыв дверь в ванную. Вдруг в отражении в зеркале увидела его.

– Не помешаю, – спросил он.

Подвинувшись, освободила ему место.

– Мне было очень хорошо ночью… – сказал он.

Слава был значительно выше меня, от чего я почувствовала себя совсем маленькой.

Он слегка провел рукой по моей скуле и вышел из ванной.

Что мне теперь делать? Я вообще ни о чем другом не могу думать, только о том, как бы побыстрее оказаться наедине с ним.

Родители ушли из квартиры минут через тридцать. Все это время я не находила себе места.

Слава сидел в зале и правда с включенным телевизором, только смотрел не его, а на меня.

– Иди уже сюда, – он усадил меня к себе на колени спиной к нему. – Как только ты вошла на кухню, я мечтал это сделать. – Слава ослабил запах халата, оголяя мою грудь. Сначала он просто любовался, а затем стал легонько подушечкой пальца касаться вершинки соска. А затем наблюдал, как сосок постепенно твердеет и заостряется. Зажав его между пальцев – оттянул. Сначала чуть-чуть, а затем – со всей силой, даже немного стало больно, но очень приятно.

– Они такие чувствительные и нежные, – мужчина продолжил, только уже со вторым соском.

Я перестала дышать.

Слава обхватил обеими руками грудь, зажимая соски между пальцев и начал ее мять, словно тесто лепить.

Телевизор что-то громко вещал, а я стонала, иногда его заглушая.

– Ты такая громкая! – сказал Слава.

– Не получается тише… – я развернулась и стала целовать его шею, а затем и губы. Ягодицы ощущали, как напрягся его мужской орган.

Его руки оторвались от уже покрасневших грудей и спустились ниже, полностью обнажили меня и занялись пульсирующей промежностью.

– Давай, как ночью, войди в меня. – просила я.

– Ты торопишься. – Он остановился.

– Нет, не прекращай!

– Хочу посмотреть, как Это делаешь ты…

– Что? – не поняла я.

– Ложись на диван и также как делал я, войди в себя пальцами. – Он помог мне лечь и стал смотреть.

Я неуверенно потрогала себя.

– Ну же не стесняйся, просунь пальцы глубже. – Просил он.

Не сразу, но мне стало это даже нравиться.

Слава достал член и начал его дрочить в такт со мной. Кончили мы одновременно. И вся моя грудь оказалась перепачкана спермой.

– Пойдем в ванную, – скомандовал он.

Мы собрали вещи и переместились в ванную.

– Знаешь, с моей спермой на груди ты выглядишь очень соблазнительно. – сказал он.

Я развернулась к нему спиной и закинула одну ногу на стиральную машинку, прогнулась в спине, приглашая его.

Мужчина был опытен и понимал, что к чему.

Смазав головку члена слюной, стал протискиваться в мой анус.

– Он снова узкий, – сказал мужчина, – но так даже лучше, больше удовольствия.

Я замерла, только хватала ртом воздух, как он выходил и вскрикивала, когда входил.

Стиральная машинка тряслась. Слава сжал мою грудь одной рукой, а другой теребил мне клитор. Просто непередаваемые ощущения овладели мной.

Пришла в себя, когда по ногам снова заструилась сперма.

– Попробуй его, – попросил Слава, протягивая член.

Сначала я не поняла, но затем опустилась на колени и широко раскрыла рот.

– Только не кусайся.

– Пофтараюс… – еле внятно ответила я уже с заполненным ртом.

Вначале мои движения были скованными, но я представила, что это банан, или чупа чупс.

Слава придерживал меня за голову, иногда не давая отстраниться, я даже думала задохнусь. Его орган доставал до горла, ритмично насилуя мой рот. Языком я старалась интенсивно облизывать пенис мужчины, чтобы доставить ему удовольствие. Его член сильно напрягся увеличился и в мой рот и горло заструилась густая сперма.

– Сглотни, – сказал он, закрывая мне рот, чтобы не выплюнула.

Проглотив все, я поднялась на ноги и мы, обнявшись, долго стояли.

– Нужно убраться и привести себя в порядок, – сказала я.

– Согласен. – Он отошел и сел на крышку унитаза. – Как раз хочу за этим понаблюдать. И не забудь сперму вытереть с пола, а то до сих пор из тебя течет.

Он был прав, да и грудь тоже заляпана.

Закончив с полом, я встала в ванную и специально не стала задвигать шторку – пусть любуется.

– Хочешь помочь? – Спросила я, намыливая губку.

Он встал и подошел в плотную к ванне. Взяв губку из моих рук, стал нежно тереть мое тело. Круговыми движениями намыл мне грудь, спустился к животу. Мое разгоряченное тело стало пробуждаться.

– А здесь я помою сам. – Слава откинул губку, приподнял мою ногу и стал вылизывать мою промежность. Я моментально возбудилась и анальный секс снова повторился. Только он не стал залазить в ванную, взяв меня в задницу, выпяченную с бортика ванны.

Кажется, я становлюсь развратницей.

Кинотеатр

К приходу родителей мы уже, как ни в чем не бывало, сидели в разных комнатах. Я стояла у зеркала и красила ресницы, а он ушел в зал, захватив телефон.

– Насть, собирайся, если пойдешь с нами. – Сказала мама, стоя в дверях моей комнаты. – Мы уже билеты купили, сеанс уже скоро.

– Хорошо, я почти готова.

«Что бы надеть?» – пронеслось у меня в голове, как только я открыла створки шкафа. На улице не очень жарко, но мне не хотелось кутаться. Я достала черные чулки, в которых ходила на выпускной и черное платье с верхом на пуговичках и расклешенной юбкой чуть выше колена.

Собравшись, я осмотрела себя в зеркало. Очень даже скромненько выгляжу, да и то, что без лифчика, совсем не заметно.

До кинотеатра доехали быстро. Мама сидела со мной на заднем сиденье, мужчины впереди.

Со Славой мы не общались, но мне удалось сесть в кинотеатре с его стороны, с другой стороны было пару пустых кресел и сразу стена, даже прохода не было.

Зал кинотеатра уже был заполнен, и так как билеты покупались почти перед сеансом, нам достались места на верхнем ряду.

Мы затихли, шурша только попкорном.

Минут через десять от начала сеанса я почувствовала легкое прикосновение горячей руки Славы.

Гардероба не было, поэтому курточки мы взяли с собой. И моя, как раз лежала межу нашими сиденьями, скрывая действия мужчины от посторонних глаз.

Было странно, в общественном месте, да еще и при родителях принимать ласки. Но сейчас мне этого очень хотелось.

Тем временем, рука Славы уже гладила кожу над чулком, постепенно двигаясь к пульсирующему бугорку.

Я распустила волосы, чтобы скрыть эмоции, проскальзывающие на лице.

– Только тихо, – сказал в полголоса друг родителей и, отодвинув трусы, вошел пальцами внутрь.

Я немного раздвинула ноги и развернулась к нему, чтобы Славе было удобнее. Он не смотрел на меня, иногда даже обменивался репликами с родителями, ничем не выдавая свои действия.

Если бы это происходило не со мной, я бы его осуждала. Но сейчас не могу, потому что, совсем не против. Мне очень хотелось его. Посмотрев на его профиль, такой правильный подбородок, мужественную линию скул, слегка пухлые губы, прямой нос… он красивый мужчина. Раньше я этого не замечала.

За сеанс Слава несколько раз довел меня до оргазма. Фильм, конечно же, я совершенно не смотрела.

Мы вышли из кинотеатра. На улице совсем стемнело, но так как парк был через дорогу, мы решили перекусить там в одной из кафешек. Я просто ходила с ними, особо не участвуя в разговоре.

На входе в парк мама случайно встретила своих коллег с работы, и они разговорились.

Одна из них, рыженькая, которой, наверное, лет двадцать пять, заинтересовано поглядывала в сторону Славы. Меня это раздражало. Особенно, после того, как она узнала, что он разведен.

Родители позвали прогуляться женщин с нами. Вообще класс.

Мы зашли в кафе и разместились за большим столом у окна.

Я почувствовала себя лишней – маленькой девчонкой. Захотелось уйти. Но я не могла. Не оставлять же Славу здесь, вдруг эта барышня захочет продолжить знакомство. В чем я совершенно не сомневалась. Уж больно часто она обращалась к нему и улыбалась.

Родители только были этому рады. Они давно хотели его свести с кем-нибудь.

Слава рано женился и через пару лет развелся. После этого он никогда не знакомил нас с его девушками, даже если они и были, до свадьбы у них все-равно не доходило.

Я размазывала вилкой по тарелке салат. Есть совершенно не хотелось. Да и бесило, что сидевшие напротив Слава и Рыжая мило беседовали. На меня он не смотрел. Я понимала почему он так делает, но мне от этого не легче. Все же лучше пойду. Слава взрослый и это его дело, если захочет развлечься с рыжей.

– Пойду домой. – Сказала я и начала собираться.

– Уже темно, да и идти минут тридцать, – сказал папа. – Оставайся, вместе поедем.

– Нет, лучше пойду.

Я почувствовала на себе взгляд Славы, но не стала смотреть в его сторону.

Кратко попрощавшись со всеми, вышла из-за стола и прямиком направилась к выходу.

В парке и правда было темно и жутковато. Не все фонари еще успели подключить. Но настроение было отвратное и меня это не волновало. Даже не сразу заметила, что промокла. Дождь струйками стекал по лицу, смывая с ресниц тушь.

А на что я вообще рассчитывала. Слава развлекся со мной и все. Он свободный мужчина. А я что? Не хотелось ни о чем думать. Только вот в памяти яркими картинками всплывали моменты нашей близости. То, как мужчина ласкал мою грудь, то как я облизывала его член, то как жестко он брал меня сзади, сжимая ягодицы…

Я совершенно не заметила, как от столба отделилась тень и за мной пошли.

Нагнав меня, человек зажал мне рукой рот. Сначала я растерялась, но как поняла, что мы уже в кустах, начала брыкаться.

– Да ладно тебе, – шептал негодяй, – я только поимею тебя и отпущу.

– Отстань! – старалась крикнуть я и позвать на помощь, попыталась укусить его, но только прикусила себе язык. Руками и ногами я толкала мужика, пытаясь освободиться. Но он оказался силен. Прижал меня к мокрому стволу дерева и начал задирать подол платья.

– О, сегодня мне повезло, ты такая молоденькая и красивая, – продолжал тип.

Я все же смогла его задеть, ударив пяткой в ногу. Он немного отстранился, но рот не перестал закрывать.

– О, да ты горячая! Если хочешь побыстрее, я уже готов. – Мужик задрал мне ногу и придавил ее своей, вжимая в дерево. И стал рвать мне трусы. Я вырывалась, но его хватка не слабела. Холодные пальцы нападавшего дотронулись до меня там…

Не знаю, что произошло, но его рука, закрывавшая мне рот, ослабла, парень отступил. Я обернулась, готовая бежать, но остановилась…

Слава сбил неизвестного с ног и продолжал бить. Тот же, сумел вывернулся и побежал в глубь темного парка, видно только с девчонкой мог потягаться силой. Слава повернулся ко мне, решив не догонять насильника, чтобы не оставлять меня одну. Мужчина посмотрел на меня весь мокрый от дождя и злой.

Я на дрожащих ногах подошла к нему и уткнулась ему в грудь. Слава крепко сжал меня в объятьях, заставляя забыться. Бешенный стук сердца постепенно приходил в норму. Его рука гладила меня по голове, зарываясь в мокрые волосы.

– Зачем ты пошла одна… – шептал он, – дуреха.

– Я больше не могла смотреть, как тебя клеит Рыжая, – отозвалась я, немного отстраняясь и заглядывая ему в лицо. Было темно, но я знала, как именно он на меня смотрит. Встала на цыпочки, стараясь дотянуться до его губ. Он помог мне, немного приподняв, и мы слились в поцелуе.

– Ты совсем замерзла, – прервавшись, сказал он, – пойдем домой.

Я знала, что он прав. До дома мы добрались быстро – замерзли, да и ливень не прекращался.

Я позвонила родителям, сообщила, что дома. Они сказали, что придут через час или два. Внутренне я обрадовалась, что нам со Славой еще удастся побыть наедине.

Взяв сухую одежду и скинув всю мокрую, мы заперлись в ванной комнате. Встали под горячий душ и обнялись.

– Я так испугался, – признался мужчина. – Вдалеке увидел тебя и шел следом, стараясь нагнать. И тут какой-то ублюдок схватил тебя и утащил с дороги, я побежал… боялся, вдруг у него с собой нож, и он успеет причинить тебе вред. Но когда увидел, что он пытается тебя изнасиловать и вовсе озверел… Он успел что-то сделать? – Не дожидаясь ответа, он продолжил, – все-таки зря я его упустил…

– Тише, – сказала я, – не волнуйся… теперь все хорошо.

Слава прижал меня еще сильнее к себе, и я почувствовала, что его достоинство снова напрягается. Он аккуратно развернул меня лицом к стене, что мне пришлось опереться о нее руками.

– Предлагаю согреться чуть быстрее, – сказал он, поглаживая мои ягодицы.

Я задрала ногу на край ванны, раскрывая проход, который уже начал пульсировать от предвкушения. Рукой нащупала отвердевший член, и сама направила его в себя.

– Пожалуйста, не двигайся, я сама, – сказала ему, слегка повернув голову.

Сначала у меня не получалось найти правильный ритм. Пенис постоянно выскальзывал и никак не проходил глубже, очень уж большой. Но мне не хотелось сдаваться. Еще больше прогнувшись в спине и оттопырив зад, я все же загнала его глубже, и сама же резко вскрикнула.

– Ты молодец, но теперь позволь мне, – прерывисто дыша, Слава обхватил мои бедра и резкими рывками стал насаживать меня себе на член. Рукой он обхватил меня спереди массируя клитор, а затем и вовсе проник и во влагалище, тем самым лаская обе мои дырки. Я задыхалась от возбуждения. Схватив меня за волосы, он притянул к себе и щипая за сосок, заполнил спермой.

Рыжая

Помывшись и переодевшись, мы сели на кухне пить чай.

– Почему ты пошел за мной? – Поинтересовалась я, прожевав шоколадную конфетку «Ромашка», и отхлебнув чая.

– Не знаю, просто не хотел, чтобы ты шла одна в темноте…

– Как оказалось, не зря. – Ответила я, вспомнив, как холодные мокрые пальцы, дотронулись до моей оголенной промежности, меня аж передернуло. Если бы Слава не успел или вообще решил за мной не идти, мужик точно бы изнасиловал меня или и вовсе убил, чтобы заткнуть.

Слава накрыл мою ладонь своей, не задавая вопросов. Понял, что я не хочу об этом говорить.

– А что ты сказал, чтобы из кафе уйти? – спросила я.

– Сказал, что договорился пересечься с одним человеком и перенести никак нельзя.

– Рыжая расстроилась, наверное, – заметила я. – У неё на тебя уже планы были.

– С чего ты взяла, что меня это интересует?

– Да ты с ней так мило беседовал, аж блевать захотелось при виде этого.

– Кто-то ревнует, – ласково сказал Слава, перегнулся через стол и аккуратно поцеловал меня в носик.

Входная дверь открылась и послышались веселые голоса в коридоре. Я пошла их встречать и обомлела. Родители притащили в гости ту Рыжую и еще одну тетку из тех, которые сидели с нами в кафешке.

Ну вот зачем!?

– А вот и мы, – сказала мама. – Настюш, поставь чайничек, пожалуйста.

Вернувшись на кухню, я совсем приуныла.

Слава сидел на прежнем месте, невозмутимо попивая чай.

Вся толпа прошла к нам, разрушив интимную обстановку. Весело что-то обсуждая и смеясь, компания села за стол. Рыжая, обрадовавшись присутствию Славы, плюхнулась рядом с ним, выпячивая грудь. Да, титьки у нее крупные, размер четвертый точно. Думаю, Славе такие точно понравятся. Если учесть, как ему нравилось играть с моей грудью, а она то у меня не такая огромная.

Папа достал дедушкину настойку и начали праздновать уже прошедший юбилей мамы. До чая так и не добрались, плавно перебравшись в зал. Снова включили музыку и светомузыку, которые так любили родители.

Мне не хотелось, но я все же устроилась на диване, и наблюдала за происходящим.

– Чего такая кислая? – спросил папа.

– Мне же вы настоечку не наливали, – отозвалась я.

Папа закатил глаза и продолжил танцевать.

Я знала, что родители будут скучать по мне, когда я буду в Москве. Но ведь есть еще Колька, он на пять лет меня младше, а хлопот он доставлял всегда куда больше. Поэтому он точно не даст родителям заскучать. Хоть мы с ним и ладили, но спорили постоянно.

Вскоре заиграла медленная композиция, родители обнялись и закружились вместе, а Рыжая повисла на шее у Славы. Я разозлилась, но сделать ничего не могла. Вчера мы тоже с ним танцевали, но сегодня я бы уже так не противилась.

Тем временем, Рыжая уже вплотную прижалась к мужчине. Но я видела, что руки Слава не опускает со спины девушки и не прижимает так, как меня.

После танца, Слава вышел из зала, а его партнерша по танцу села рядом со мной.

– Заводные у тебя родители, повезло тебе. – Сказала она.

– Они у меня лучшие.

– Да и друзья у них отличные. – Продолжила девушка. – Этот Слава нормальный такой. Мне твоя мама уже про него рассказывала. Наконец-то удалось пересечься. – Она откинулась на спинку дивана и продолжила. – Вот сейчас «пообщаемся», ну ты поняла, не маленькая уже…

Я напряглась, что эта баба уже тут придумала!

– Мама говорила у него много девушек разных, только не женится на них, пообщается и новых заводит. – Чуть-чуть приврала я. Может, конечно, так и есть. Но мне хотелось задеть эту дамочку.

– Это ему неправильные попадались, я знаю, как мужчину охомутать*. Захочешь, потом и тебе расскажу как-нибудь. А то и ты вот уже на выданье.

– Мне это не интересно, институт окончить сначала нужно, – сказала я.

– Учеба учебой, а личная жизнь должна быть тоже, – не унималась Рыжая.

– Ладно, уже поздно, пойду спать.

– У тебя может сорочка есть какая или еще что, я сегодня у вас ночую, одолжи. – Попросила девушка.

– Сейчас посмотрю, – вставая с дивана, сказала я.

Отлично, еще Рыжая и у нас в квартире спать будет!

Я зашла в свою комнату. Слава лежал на спине, уткнувшись в телефон.

– Что-то ты долго, – сказал он.

– Рыжая попросила одолжить ей на ночь одежду.

– Ясно.

– А то ты не в курсе! Она так на тебе висела, – обижено сказала я.

– И что, спать то я буду здесь. – Слава потянул меня за запястье, заставляя сесть на диван, рядом с ним. – И перестань злиться и ревновать.

– Тебе легко сказать, а мне смотри, как рыжуха сиськами о тебя трется. – не уступала я.

Слава отложил телефон и обеими руками стал расстегивать пуговички на моей домашней рубашке. Сначала оголил ключицы, нежно проведя по ним пальцами. Еще две пуговки… и в вырезе показался алый набухший сосок. Мужчина приподнялся на локтях и обхватил его губами, потянул и грудь выбралась наружу, высвобождаясь из ткани. Рукой Слава обхватил нежную округлость груди и стал посасывать. Меня это нереально возбудило. Он мял ее, тянул, приподнимал…

В дверь постучали.

Я вскочила и бросилась за дверку шкафа, а Слава схватил телефон, делая безразличный вид.

– Насть, ты не забыла про сорочку? – послышался голос Рыжей за дверью. Она не стала стесняться, и вошла.

– О, и вы здесь, Слава, – обратилась она к мужчине.

– Да, уже готовлюсь ко сну.

– Что-то рано, веселье только начинается. Пойдемте, без вас скучно! – Она подошла к дивану и состроила жалобный взгляд.

– Держите, – отвлекла я ее, протягивая длинную сорочку с рукавами, бабушка еще мне дарила.

Та посмотрела на вещь, явно раздраженная, тем, что я ее прервала.

– Спасибо, – буркнула она и снова перевела взгляд на Славу. – Без вас не уйду. Что здесь без дела в телефоне торчать? Составьте нам компанию.

– Ну хорошо, только ненадолго, – вставая с дивана сказал Слава.

Мне это крайне не понравилось, но я поняла, что Рыжая не отстанет и так и будет торчать в моей комнате.

Оставшись одна, я забралась на постель. Грудь ныла от прерванной ласки, а внизу живота пульсировало напряжение.

Эти сутки выдались очень эмоциональными. Я даже не представляла, что могу достичь оргазма столько раз всего за двадцать четыре часа. Да еще вчера, я вообще не думала об этом. Ну ладно думала, но это было образно. Что когда-то «Это» должно произойти с парнем, которого я полюблю, и мы сначала какое-то время будем встречаться. Да, конечно, я дружила с парнями, мы гуляли, но я старалась никого близко к себе не подпускать. Вообще, я всегда думала, что однолюб и буду любить только одного мужчину, он и станет моим мужем. А теперь что? Почему так все получилось? Эти безумные мгновения, проведенные со Славой, совсем сбили меня с пути.

Да еще ко всему добавилось и нападение насильника, к счастью, не успевшего окончить начатое. Да и в полицию обращаться не стали… Сказали бы, что приставал, но ничего не успел сделать. Пошли бы ненужные расспросы… Да и Славу не хотелось подставлять, он же помог мне. А родители, так вообще с ума сошли, а мне не хотелось бы их волновать. Да и не хочу об этом вспоминать больше.

Сейчас Слава сидит в зале с моими родителями, а эта Рыжая чуть ли не в открытую предлагает ему сябя. Фу! Ему там весело, а мне как теперь заснуть?

Буду ждать, пока он не вернется и не ляжет на диван. А если – нет. А если он пойдет с ней в Колькину комнату, где ее разместят на эту ночь, и займется с ней тем, что делал со мной. Ни хочу об этом и думать!

Взяла телефон и начала листать новостную ленту, было совершенно не интересно…

Постепенно глаза закрылись и, как ни старалась, провалилась в сон.

Прощание

Распахнула глаза, уже начало рассветать, и вся комната погрузилась в полумрак. Я взволновано повернулась набок, чтобы проверить, есть ли на диване Слава.

Да, он, укутавшись в пододеяльник, спокойно спал. Лицо расслаблено, губы слегка приоткрыты. Я залюбовалась им. Никогда бы не подумала, что так будет. Завтра вечером он уедет и… Да не знаю, как быть дальше после всего произошедшего. Он то вряд ли будет также страдать, как предстоит мне. Кажется, я влюбляюсь.

Решила не терять времени, это ведь последняя наша ночь вместе. Встала с кровати, сняла и сложила одежду на табурет, и обнаженная подошла к дивану. Слегка раскрыла его, приспустила трусы и начала аккуратно пробуждать его орган.

Мужчина вздрогнул, и опустил руку мне на голову. Поняв, что происходит, он стал немного двигать будрами навстречу моему рту. Слава постанывал, закусывая нижнюю губу. До пика он быстро дошел. Проглотив все, я выпрямилась, стоя на коленях, давая ему полюбоваться моим телом.

– Ты прекрасна, – прошептал он. Его руки дотянули до моего лона и стали нежно поглаживать.

Я раздвинула ноги шире, пропуская мужские пальцы вглубь себя.

– Кстати, – не останавливаясь, сказал Слава, – я купил презики.

– Ммм… хочу почувствовать тебя внутри, – дразня прошептала я.

Он потянулся к сложенным джинсам и вытащил несколько штук. Уложил меня на спину, а сам устроился сверху, предварительно натянув резинку. Одну руку он поставил рядом с моей головой, а другой взял член и потерся головкой о уже влажный вход. Медленно, но уверено, протолкнул ее внутрь. Я наблюдала за его движениями, за тем, как тени ложатся на его тело, очерчивая тренированную грудь и слегка проступающие кубики пресса.

Я охнула и замерла, наслаждаясь проникновением. Может я просто была слишком возбуждена, но боли не почувствовала. Слава целовал меня и двигался медленно, постепенно проникая глубже и глубже. Я принимала его с готовностью и желанием. Это мой первый мужчина и мне безумно хорошо с ним.

Несколько раз мы меняли позы и обновляли заполненные презервативы. Пока изнеможенные не опустились на простыни, не было даже сил слезть с члена. Я лежала сверху, слушая бешенный ритм сердца Славы. Он поглаживал меня по волосам и спине.

– Не хочу, чтобы ты уезжал, – нарушала тишину я.

– Я тоже не хочу уезжать…

– Но уедешь…

– Да.

Слезинка скатилась с моих ресниц и капнула на обнаженную мужскую грудь. Я прижалась к нему сильнее. Так мы лежали, пока совсем не рассвело.

Затем я встала, накинула халат и пошла в ванную, молча, ничего ему не сказав.

Привычная жизнь уже не та…

У меня не было желания с кем-то общаться, и я все утро сидела в комнате, даже не выйдя к завтраку.

Слава, сложил свои вещи в сумку с которой приехал, снял постельное белье и положил на край дивана. А затем просто вышел ко всем.

Не понимаю его. То он такой нежный со мной, то снова отстраненный и чужой.

Совсем скоро мой первый мужчина уедет. Буду ли я скучать? Уже скучаю, понимая, что больше мы не будем так близки. Начну учиться в институте, все постепенно забудется, чувства остынут. А воспоминания об этих нескольких днях сотрутся и не будут на столько яркими и эмоциональными. Или все же нет…

Мне не хочется оставаться дома, пока он еще здесь.

Позвонила Лизе и предложила встретиться. Она была свободна и не против. Мы жили в соседних домах, поэтому уже через пол часа сидели в кафешке быстрого питания и, попивая кофе, болтали.

Конечно, я не стала рассказывать о Славе. Боялась осуждения и насмешек, хотя и доверяла подруге. Но сочла лучше сохранить секрет. А то она и Вике может рассказать, а она та еще болтушка. Так слухи и до родителей дойти могут. А им об этом точно не следует знать. И вообще, мне уже полгода как восемнадцать исполнилось, и я не обязана докладывать о своей личной жизни.

После кафе мы с Лизой прогулялись по улочкам и повспоминали моменты из прошлого.

Грустно. Не знаю, когда мы еще сможем вот так спокойно ходить вместе и беседовать. Ведь мы уедем учиться в разные города, она, кстати, в Питер поступила на ландшафтного дизайнера. Рада за нее, она долго об этом мечтала. У Лизы на балконе только каких растений нет. Мне нравились особенно ее фиалки в период бурного цветения. Я даже приходила к ней с мольбертом, чтобы рисовать их.

Когда вернулась домой, никого из гостей не было, а родители мирно смотрели фильм по телевизору.

– Я дома, – сообщила о своем приходе и прошла в свою комнату. Закрыв за собой дверь, не стала даже переодеваться, а просто плюхнулась на кровать, уткнулась лицом в подушку и зарыдала.

Не знаю, сколько прошло времени до того, как я немного успокоилась. Лежа на спине и смотря в потолок, мне совершенно ничего не хочется. Я чувствую себя на столько опустошённой, лишенной эмоций, что просто не знаю, как дальше жить.

Зачем было со мной так поступать, заставляя все это испытать, а потом просто оставить, словно ничего и не было!?

Для меня уже ничего не будет прежним.

Раскаяние (Слава)

Я дурак! Как я мог так поступить! Неужели потеря близкого друга совсем лишила меня разума?

Самолет набирает высоту и начинает закладывать уши, но это меня совсем не беспокоит.

По правую руку от меня сидит пожилая пара и обсуждает свадьбу какого-то родственника.

– Наконец-то поженятся, а то все не пойми что! – говорит женщина. – То сходятся, то расходятся…

– И не говори, живут вместе, может Аня и беременная уже…

Я не хотел подслушивать чужой разговор, но он отвлекал от собственных гнетущих мыслей.

Что я наделал?! До сих пор не пойму. Не нужно было ехать ни на какой юбилей. Думал, что поездка в родной город поможет отвлечься и пережить стресс. А в итоге воспользовался наивной девушкой, лишив девственности. Да еще она и дочь моих друзей детства. Обесчестил и бросил. Идет четвертый десяток, а веду себя как подросток – импульсивно и совершенно не думая о последствиях. Но больше всего бесит, что вот так уехал, словно ничего и не было. Теперь сам себе противен.

А Женек, мой самый близкий друг в Москве, с которым мы еще со времен института вместе начинали заниматься бизнесом. Он мне помогал, я ему. Так и открыли свои IT-компании. Всегда был легким на подъем и любил заводить знакомства с девушками для недолгих отношений. Ему часто приходилось выслушивать от меня нравоучения. Помню, как он отговаривал меня от женитьбы на Ирине, но на мальчишнике так напился, что опоздал в ЗАГС, и церемония прошла без свидетеля. Как бы он сейчас меня упрекал, узнав о случившемся с Настей: «В тихом омуте значит. Ну ты и влип, братан». Представляю его слегка шутливый тон и то, как он потирает пальцами подбородок. Да… больше мы с тобой не пообщаемся, друг.

За несколько недель до поездки в Нижний Новгород, не стало Жени. Обычная простуда, осложнения, двусторонняя пневмония – не удалось спасти… Вот так просто и банально. Но так пусто от этого на душе. Все же родной человек. После такого начинаешь задумываться, а куда вообще идешь каждый день, неделю, год.

За эти дни будто черная полоса накрыла: задумавшись, въехал в зад легковушке, не сильно, но осадочек остался; сорвалось несколько крупных контрактов, да и в добавок Людмила Борисовна, главный бухгалтер компании, уволилась, решив заняться любимым делом – разведением сервалов. Котики, это конечно хорошо, но найти стоящего человека на ответственную работу, дело не одного дня.

Думал, вот съезжу в родной город, с друзьями встречусь, пообщаемся. И понемногу все наладится. Но не тут-то было.

Как увидел Настю, такую всю скромную и отрешенную, напрочь забыл о морали. Еще и сидела рядом со мной за столом, опустив ресницы и как птенчик выбирала горох в салате оливье и складывала на салфеточку рядом с тарелкой. В какую же она красотку превратилась. Да и кто додумался взрослого мужчину оставлять на ночь в девчачьей спальне?

На танец она, конечно, не хотела со мной идти, но постеснялась отказаться. Настя, едва касаясь, опустила руку мне на плечо. От нее исходил едва уловимый запах садовой розы, какие еще в детстве я срывал и приносил своей бабушке, исколов руки.

С того момента плохо что помню. Все как в тумане. Дикая страсть застилала глаза. Такого со мной еще не было. Да влюблялся и сильно, но всегда мог контролировать свои действия. Сейчас же не мог думать ни о чем другом, как о ее хрупком женственном теле в моих руках, о страстных поцелуях и приглушенных стонах. Мне хотелось ее везде, без остановки. Все мало и мало. Постепенно увидел в ее глазах ответные чувства. Что еще глубже запечатало здравый смысл.

Когда мы сидели в кафе, рыженькая Нина бросала на меня недвусмысленные взгляды, а Настя с Серегой еще специально меня расхваливали, будто набивали цену. Выглядело это сводничество комично. Только Настю это нисколько не позабавило. Она сидела с равнодушным видом, ничего не ела и скучающее озиралась по сторонам. Поэтому, меня нисколько не удивило, что она решила уйти.

– Мне нужно кое с кем встретиться, потом сразу к вам домой, – сказал я минут через пять после ухода Насти. Не хотелось отпускать ее одну, да еще и по такой темноте.

Самый кратчайший путь до ее дома, это, конечно же, через парк. Не думаю, что девушка решила прогуляться окольными путями.

Затем случилось все быстро. Увидел, как кто-то схватил Настю и тащит в кусты. Это точно она. За мгновение до этого, я узнал ее по походке. Бросился к ним. Отшвырнув мерзавца и завязалась драка, перестал себя контролировать. Но бросив взгляд в сторону девушки, немного остыл, упустив парня.

Настя, промокшая от дождя и дрожащая, как листик на ветру, смотрела на меня испуганными глазами.

Я сгреб ее в охапку, пытаясь унять и свою дрожь и ее. Дождь лил беспощадно, но я не сразу понял, что промок до ниточки. Замерзшие, мы вместе вернулись в квартиру ее родителей.

А потом… а потом снова наши тела не раз сплетались в экстазе. Но взгляд как у котика из «Шрека» и слова: «Не хочу, чтобы ты уезжал…», словно отрезвили меня. Именно тогда я и начал осознавать, что произошло что-то непоправимое.

Перед отъездом

Всю следующую неделю я почти не выходила из дома. Даже ела через силу и то, когда заставляли. Родители списали это на волнение перед предстоящим переездом и особо не лезли с расспросами.

Прежний запал и предвкушение перед новым этапом жизни – учебой в институте, совсем пропал. Новый город, новые знакомства теперь казались обременительными и требующими от меня много сил и энергии, которые я сейчас совсем не чувствовала.

С подругами тоже не хотелось встречаться, они сразу поймут, что у меня что-то не так и будут пытаться выведать правду. А сейчас я совершенно не хочу ни о чем никому говорить. Пусть это останется только нашей общей тайной со Славой. Не думаю, что он тоже станет кому-то рассказывать.

Как он там, в Москве, сейчас? Вспоминает ли меня? Есть ли вероятность, что, когда я перееду учиться, мы случайно встретимся? Потому, что сама искать встречи я точно не буду. Вообще, пора взрослеть и больше не позволять, так легко с собой играть!

Три недели перед отъездом я провела на даче у бабушки и дедушки. Старалась во всем им помогать и не сидеть без дела, чтобы не давать себе волю снова впасть в унынье.

Только когда я оставалась наедине, вспоминала, как крепко меня обнимали и нежно ласкали мужские руки, и тело наполнялось возбуждением. Но только тот, кто был нужен – совсем далеко. Я снова начинала мечтать, а потом корила себя за это. Ну что я за маленькая дуреха!

Вернувшись домой, на меня с новой силой накатила апатия. Я даже в ванной комнате не могла спокойно находиться, не говоря уж о принятии душа. Одна только мысль о том, как страстно мы со Славой любили здесь друг друга, заставляла краснеть.

Завтра мой отъезд. Не то чтобы я его жду, но сейчас мне тяжело находиться дома, слишком свежи воспоминания и до сих пор меня ранят. Вот и хочется уже сменить обстановку. Надеюсь, новые впечатления вытеснят воспоминания о Славе.

Вещи я быстро собрала. Решила не брать очень много, ведь до холодов еще не раз домой приеду, навестить родителей. А если что-то уж сильно понадобится, смогу купить и в Москве. Но чемодан все же получился увесистый, намучаюсь я еще с ним, таскаясь по станциям метро.

Вечер перед отъездом я провела в кругу семьи: родители, брат, бабушка с дедушкой, – они самые дорогие и близкие люди для меня. Уже завтра меня здесь не будет… А, пока они наставляют меня, рассказывают что-то, а я киваю и обещаю, что все со мной будет хорошо и им совершенно не стоит волноваться.

– Насть, я так переживаю, как ты вот одна с чемоданом через всю Москву поедешь? – сказала мама.

– Да справлюсь, там указатели есть, или в телефоне посмотрю. На крайний случай, спрошу у прохожих.

– Нет, я позвонила дяде Славе, он тебя встретит и довезет до общежития. Так нам всем спокойнее будет.

Я была в шоке. Старалась не подать виду, поэтому начала убирать грязные тарелки со стола.

– Зачем обременять человека, я же днем приезжаю, а дядя Слава работает, наверное, – постаралась отговорить от этой затеи родителей. Ни к чему мне новые встречи с ним, я и так до сих пор мучаюсь, а прошло уже больше месяца после маминого юбилея.

– Ничего, у руководителя свободный график, ему никто ничего не скажет. – Поддержал маму папа.

– Ну честно, я и сама спокойно доберусь, – не отступала я.

– Настен, да что ты отпираешься, – вмешалась бабушка, – человек просто подвезет, да чемодан дотащит. И не чего перед студентами стесняться. Чей не одну тебя селить будут. Многих родители провожать приедут. Я твоей маме говорила, пусть с тобой едет. Ну да ладно, Славка нам тоже не чужой. Помню, как еще в детстве за твоим папанькой увивался. Он хоть и младше был, да старался ни в чем не уступать…

– Ладно тебе, мам, вспомнишь тоже. – Папа встал из-за стола. – И не об этом сейчас. Насте отдыхать уже нужно. Пойдемте, я вас провожу.

Помогла маме вымыть посуду и убрать остатки еды в холодильник, и пошла в свою комнату. Новость о скорой встрече со Славой не давала мне уснуть всю ночь. Я даже вставала по комнате походить и барашков считала – не помогло.

Поезд

Утро выдалось сумбурным, но вот уже я сижу в вагоне поезда, а родители, с грустными лицами, стоящие на пироне, машут мне. Слезы наполнили глаза, и одна из них скатилась по щеке, оставив мокрый след. Я не любила сцены прощания, так как они давались мне тяжело.

Поезд тронулся, оставляя позади мой родной город.

Напротив меня сидела женщина, со скучающим видом, читающая газету, а рядом с ней парень, болтающий по телефону. Сначала я подумала, что это мама с сыном, но как оказалось, они даже не знакомы.

Парень меня напрягал, слишком уж громко решал свои вопросы и интенсивно жестикулировал.

Женщина сделала ему замечание, но он отмахнулся, и с той же громкостью продолжил беседу по телефону.

– Нет, вы видели, – сказала она мне, откладывая газету, – какой нахал.

– Это вы про меня? – спросил парень, отстранив трубку от уха и придвинувшись к женщине.

– Нет, мы обсуждаем газету, – вступилась я.

– А ты чего лезешь? – Переключился буян на меня.

– Нам угрожать не нужно, лучше бы поучился, как вести себя в общественном месте. – Не отставала женщина.

– Ты что ль учить меня будешь?

– Мы не виноваты в ваших личных проблемах и не нужно срывать злость на нас. – Попыталась успокоить его женщина, отпрянувшая к окну.

Боюсь, что в таком взвинченном состоянии парень и ударить ее может.

Я выбежала из купе в поисках проводника. Как на зло, его на месте не оказалось, пришлось проверить каждое купе. Он стоял в одном из них, беседуя с пассажирами.

– Можете помочь, – выпалила я, не проходя внутрь.

Все разом обернулись и посмотрели на меня.

– Что случилось то?

– Пойдемте со мной, – попросила я и проводник, не задерживаясь, вышел.

На ходу я ему постаралась объяснить все, но вышло сумбурно и не внятно.

Зашли мы в мое купе, а там: сидят эти двое, мирно беседуют и намека на перепалку нет.

– Тут девушка переживает, боится вы на женщину наброситесь с кулаками, – обратился проводник к молодому человеку, уже понимая, что тревога была ложной.

– Ничего подобного, – влезла женщина, – Игорь просто был расстроен, но сейчас все нормально, можете идти. Не знаю уж чего вам девушка на придумывала.

Я оторопела, и как только они так быстро спеться успели!?

– Извините, – сказала я проводнику и пошла вдоль по вагону. Лучше постою, в окошко посмотрю здесь, не хочу пока к этой парочке возвращаться.

Хотела – как лучше, а получилось – сама дура.

Не знаю точно, где мы сейчас едем, но пейзаж очень живописный. Домов мало, да и те старенькие, покосившиеся от времени. Поля да лесочки, сменяющие друг друга. Так я простояла какое-то время, то и дело пропуская пассажиров, проходивших мимо меня.

Возвращаться на законно купленное место в купе не хотелось, но не стоять же мне здесь до самой конечной остановки. Да и плохого то я ничего не сделала. А чувствую себя виноватой.

Не обращая внимания на соседей, я прошла на сиденье и уткнулась в смартфон.

Предстоящая встреча со Славой, уже скоро. Мне хочется его увидеть, но с другой стороны, лучше не надо. Вообще не представляю, о чем с ним говорить. Ну зачем мама попросила его меня встретить! До, конечно, она хотела, как лучше, но мне то теперь что делать.

Я очень боюсь снова не устоять перед этим мужчиной. И опять оказаться оставленной и подавленной. Да и сейчас нужно думать об учебе! А он все испортит, если снова будет играть мной и моими чувствами.

Поезд замедлил ход. Уже совсем скоро Курский вокзал будет встречать меня своими длинными пиронами, узкими дверными проемами и пунктами досмотра багажа.

Заселение

Соседи по купе начали собираться, не дожидаясь полной остановки состава и сразу вместе с вещами поспешили на выход.

Я медлила.

Мне на самом деле было страшно.

Конечно, я понимала, обратной дороги уже нет… Но сделать первый шаг так тяжело.

Все же собравшись с духом, достала чемодан испод сиденья и покатила его на выход.

Впереди образовалась небольшая пробочка из пассажиров с багажом. И я даже обрадовалась этой заминке. Но, как говориться, перед смертью не надышишься.

Дождавшись своей очереди, я стала аккуратно спускать со ступенек чемодан и увидела Славу, который подхватил мою ношу и спокойно переставил на пирон, при этом протянув и мне руку, чтобы помочь спуститься. Но я не стала брать ее.

– Как добралась? – Поинтересовался он, когда мы уже шли вдоль вагонов поезда.

– Без приключений, – отозвалась я, не желая поддерживать общение и намеренно избегала смотреть в сторону Славы.

Он сегодня выглядел очень привлекательно: начищенные ботинки, темно-серые брюки, белая рубашка и расстегнутая лёгкая черная куртка, дополнявшая образ. Наверное, он так одевается всегда на работу.

Задумавшись, я даже не заметила, как мы вышли с вокзала и прошли на платную парковку.

Я плохо разбираюсь в машинах, но у Славы была хорошая, такая черная и низкая. Он открыл передо мной переднюю дверь, я села на пассажирское сиденье и пристегнулась.

Пока он убирал мой чемодан в багажник, я рассматривала маленькие боксерские перчатки, висящие на зеркале заднего вида.

Мне даже не нужно было сообщать Славе адрес, мама все подробно ему несколько раз объяснила, даже СМС-ку отправила, чтобы уж наверняка ничего не напутал.

Пока мужчина не включил радио, в машине была тишина. Я смотрела в боковое окно, безразлично разглядывая мелькающие сталенки, а Слава не делал попыток начать разговор.

Только когда прибыли к общежитию и припарковались, мужчина развернулся в мою сторону и попытался разговорить. Но ничего не клеилось, я отвечала односложно, давая понять, что не желаю этого.

– Я понимаю, что мои извинения ничего не исправят, – сказал он, – но все же прости… Я не должен был так безответственно поступать. Это полностью моя вина.

– Я не должна была тебе позволять… – все еще отвернувшись, ответила я.

– Ты еще ребёнок, а вот я… эх…

– Уже не ребенок, – отрезала я, – просто наивная дура.

– Зачем ты так?

– А зачем, ты так со мной? – Резко повернулась к нему и встретилась с прямым взглядом холодных серых глаз. – Наигрался и уехал. А я страдай!

– Я не думал, что так все получится, но флирта оказалось мало…

– Сколько раз ты не думал? – усмехнулась я.

– Много раз не думал.

– Знаешь, у меня начинается новая жизнь, – сообщила я, – а вот все Это пусть остается в прошлом!

– Твое право, – он откинулся на сиденье и запустил руки в волосы, широко расставив локти в стороны. Я тоже глубже села в кресло. – Но знаешь, – заговорил Слава, – все же запиши мой номер телефона, ты здесь одна, родители далеко. Вдруг что понадобится.

– Не понадобится, – отрезала я.

– На всякий случай.

– Только чтобы ты отстал, – и достала мобильный.

Мужчина продиктовал номер.

И я сразу начала отстегиваться, открыла дверь и вышла из машины. Налетевший ветер, моментально спутал волосы.

Слава достал мой чемодан, выдвинул ручку и взялся за нее.

– Меня провожать не нужно, – сказала я.

– Меня просили проследить, чтобы ты нормально заселилась.

– Не переживай за это, я совру, скажу, что ты проследил.

– Так не пойдет, – настаивал мужчина.

Ветер забрался и к нему в волосы, безжалостно перебирая их. Так, с взъерошенной прической ему очень шло, он выглядел опасно и агрессивно.

– Как хочешь, – сдалась я, – мне все-равно.

Я думала все быстро оформлю, но нет. То с документами разбирались, то консьержку ждали, то оплатить взносы в соседнее здание ходили… В общем, часа через два я прошла в свою комнату, а Слава, шедший за мной, вкатил чемодан и поставил около шкафа.

В помещении мы были одни, молча стоя напротив друг друга, не решаясь что-то предпринять.

– Спасибо, – наконец сказала я, опустив взгляд в пол.

Между нами чувствовалось напряжение, но сделай кто-либо из нас, шаг на встречу, точно бы сломались незримые преграды, и мы оказались в объятьях друг друга.

Но никто не решился на это. И у каждого была своя причина.

В замочную скважину попытались вставить ключ, но поняв, что дверь открыта, без стука вошли. Гостями были две девушки примерно моего возраста. Одна из них с кудрявыми волосами по плечи и в черной кожаной куртке и светлых джинсах, другая – с выкрашенными в черный длинными волосами и в светлом джинсовом костюме.

– Добро пожаловать, – сказала кудрявая, – я твоя соседка.

– Приятно познакомиться, – отозвалась я.

– Я пойду, – вмешался Слава и быстро покинул комнату, даже не дождавшись ответа.

– Ничего такой, мужик у тебя. – Подключилась к разговору темноволосая.

– Это не мой мужик, просто его попросили мне помочь с вещами. – сразу поправила я.

– Ну-ну, – ответила та.

У меня пропал всякий интерес к общению с ними, и я стала разбирать чемодан.

Слава

Жду ее. Прошло несколько месяцев с того момента, как мы ночевали в ее спальне. Кажется, теперь я знаю, что такое любовная ломка.

Вернувшись в Москву, не мог думать ни о чем, кроме девчонки с ее едва заметными ямочками на щеках, искрящейся улыбкой и податливым телом. Нагружал себя работой больше привычного и постоянно заливал в себя кофе. Многие на моем месте скорее всего ушли бы в запой, но к алкоголю я отношусь категорично, может даже слишком. Еще в детстве дал себе слово не прикасаться к этой заразе. Редко кто рассказывает, но многие сталкиваются с такой проблемой. Если не сами подсели на алкоголь, то кто-нибудь из родственников или друзей. А значит знают, насколько тяжело зависимому и его близким. Бесконечные срывы и запои изматывают конкретно. Проверено на своей шкуре. Отец был замечательным человеком, но только когда трезвый. В остальное время, шатание, невнятная речь, обещания и вранье. Мы так все устали. Но мама стеснялась. «Что же люди подумают!» – говорила она, постоянно покрывая его. Было тяжело. Особенно подростку, который все понимает, но повлиять на ситуацию никак не может.

Помню, возвращаюсь домой из школы, а отец лежит на лестнице и пошевелиться даже не может – в стельку пьян. Мама с работы должна прийти вечером и мне очень не хочется, чтобы она снова расстроилась, ведь вчера был ее День рождение и ее счастливое лицо, всплывает в памяти.

Я пытаюсь понять, как правильно взять его, чтобы дотащить. В детстве я был щуплым и спортом редко занимался, не кому было водить. Поэтому, в одиночку точно бы не справился. Пришлось просить проходящего мимо соседа, с которым у нашей семьи были натянутые отношения. Но выбирать не из чего.

Вдвоем кое-как дотащили отца до дивана и прямо в одежде и ботинках опустили на чистое покрывало.

– Спасибо, – говорю я соседу.

Тот лишь пожимает плечами и уходит.

До прихода матери есть четыре часа и я, как могу, привожу отца в чувства: даю уголь, умываю полотенцем, приношу чай, который в итоге он проливает на себя…

Мама заходит в квартиру и устало опускает плечи. Я вижу, что она все поняла, от этого снова становится погано на душе. Забираю сумки из ее рук, а она ласково треплет мне волосы.

Я стараюсь как можно реже вспоминать подобные моменты из детства. Но все же это часть меня.

И я рад, что сейчас мама живет другой жизнью. Занимается любимым делом, открыв маленькую мастерскую по пошиву и ремонту одежды здесь в Москве. Завела себе собаку породы пудель и заботится о ней. Раз в неделю мы обязательно созваниваемся, но видимся редко.

Стою на пироне с такими же ожидающими и таксистами. Поезд вот-вот прибудет.

Не знаю, что сказать Насте и вообще захочет ли она сама со мной говорить.

Когда позвонила Наташа и попросила встретить ее дочь и отвезти в общежитие, отказать я не мог. Теперь прекрасно понимаю, узнав, что было между мной и их дочерью, они навсегда прекратят какие-либо со мной дружеские отношения. А терять последних близких друзей я не хочу. Но что сделано, то сделано. Раньше нужно было думать.

Отхожу в сторонку, пропуская пассажиров с багажом. Ищу глазами знакомое лицо. Она видимо специально самая последняя из вагона выходит.

Ни капельки не изменилась, хоть и держится на расстоянии и не смотрит в мою сторону, но мы идем вместе.

В машине сидит напряженная с поджатыми губами, а аромат садовой розы, потихоньку заполняет салон автомобиля. Ели сдерживаюсь, чтобы не прижать ее к себе, зарывшись лицом в ее мягкие волосы.

Молчит.

Подъезжаем к общежитию. И я, как дурак, начинаю извиняться и придумывать нелепые оправдания. Настя не хочет ничего слушать, но все же мне удается убедить ее, записать мой номер телефона. На такой ноте расставаться я не хочу и настаиваю на помощи. Несколько часов мы ходим из одного здания в другое, но девушка всем видом старается показать, что ей неприятна моя компания.

Наконец, поднявшись на ее этаж и отперев дверь в маленькую двухместную комнату, понимаю, что мне пора и очень жаль, что так все вышло.

Девчонки, пришедшие следом за нами, окидывают меня оценивающим взглядом и только затем обращаются к Насте.

– Я пойду, – разворачиваюсь и ухожу.

Встреча прошла крайне неудачно. Ну что ж. Может это и к лучшему, что между нами все кончено. Пусть девочка встретит не такого, обремененного проблемами взрослого мужчину. И я боюсь, что когда-то, позвонит ее мама и пригласит на свадьбу их единственной дочери, ведь я друг семьи.

Новые знакомые

Освоилась на новом месте быстро, да и Марина, которая кудрявая, хорошая девчонка. Конечно, мы не стали сразу закадычными подругами, но мне было с ней комфортно жить в общежитии. Мы даже пару раз вместе гуляли. Оказалось, что она уже на третьем курсе, поэтому спокойно мне объясняла, что к чему. Про преподавателей рассказывала и про забавные ситуации, произошедшие в период ее обучения в институте.

Первый учебный месяц прошел незаметно. Я только успевала ходить на пары, выполнять что задавали и спать. По выходным старалась дополнительно читать учебники, чтобы лучше усвоить материал. Также тренировалась в черчении, делая графические скетчи.

– Ну и ботаничка в соседки мне досталась. – Как-то сказала Марина. – Совсем света белого не видишь, зарывшись в пыльные книжки.

– Просто из института вылететь не хочу, – призналась я, – вот и читаю.

– Да ладно тебе, пойдем сегодня с нами, прогуляешься, развеешься.

– Что-то не очень хочется…

– Завтра воскресенье, целый день есть, чтобы все дочитать, – не отставала соседка.

– А вы куда идете? – Я видела пару раз компанию Марины – ее одногруппники. Со стороны вроде все приличные.

– Сначала прогуляемся на Чистых прудах, потом может куда перекусить заглянем или к Саньку зайдем, у него там квартира недалеко, мы часто там зависаем.

– Но мне как-то не удобно, я никого не знаю…

– Меня знаешь, да и с Ликой знакома. – Утвердительно сказала Марина. – К тому же, долго ли со всеми познакомиться? К вечеру уже как своя будешь.

– Не знаю даже, – начала я сдаваться, – только если не на долго.

– Вот и славненько, – обрадовалась кудрявая, – ребят только предупрежу, что ты с нами пойдешь. – Марина взяла телефон и завалилась на кровать.

Я отложила учебник.

Что-то не нравится мне эта идея, но я и правда никуда не выхожу и мало с кем общаюсь. Может пора и друзей заводить. Со своими сокурсниками я только по учебе общаюсь, да и инициативы никто не проявлял. Правда скоро должен состояться День первокурсника, может там с кем подружусь. Это если вообще пойду на него. В чем я сомневалась.

Раз уж согласилась, то нужно собираться. Помыла и посушила волосы, они у меня были примерно по лопатки, темно русые. Нанесла легкий макияж и пошла выбирать одежду к шкафу. Выбор пал на белую блузку и темные джинсы, сверху решила накинуть ярко-желтую ветровку, мою любимую.

Марина собралась гораздо быстрее меня и уже обутая стояла около двери.

– Ты что так долго, мы же просто прогуляться идем… – сказала она.

– Я все, только кеды остались, – отозвалась я.

До Чистых прудов мы добрались на такси. Марина сказала, что вообще метро не переносит и либо наземный транспорт, но до остановки еще идти минут пятнадцать, либо такси.

– А вон и они, – сказала подруга, кивнув головой в направлении компании людей, разместившейся на лавочке.

Мы подошли к ним. Обменявшись приветствиями, Марина представила меня и остальных мне. Крепкий парень с русыми волосами и в черной кожанке – Вадим. Брюнет с ярко голубыми глазами и длинными ресницами, одетый в синюю толстовку, – Саша. Блондинка с ботоксными губами и наращёнными ресницами – Ева. Пухленький парень, сидящий на скамейке с банкой пива, – Ваня. Ну а с Ликой мы и так были знакомы, по ней сразу стало понятно, что она не в восторге от моего присутствия. Ну и пусть, я с остальными пообщаюсь.

Вначале я скромно стояла с ними, не участвуя в обсуждении их общих знакомых и преподавателей. Затем ко мне все же стали обращаться с вопросами, и я понемногу расслабилась.

Ребята громко разговаривали, много смеялись и почти каждый, хоть раз да подшутил над Ваней. Тот, видимо, уже привык и сильно не обижался.

С первых минут, стало понятно, что Вадиму нравится Ева, но та, будто не замечает его, поглядывая в сторону Саши.

Лика была хмурая, сидела на скамейке, с телефоном в руках, будто ждала от кого-то либо звонка, либо сообщения.

Марина, как обычно, много разговаривала и точно была душой компании, это ощущалось. Девушка участвовала во всех обсуждениях и ни разу ни про кого не сказала плохо. К ней прислушивались. Поэтому, наверное, и разрешили меня привести, хоть и не все были этому рады.

Резко испортилась погода, пошел дождь и усилился ветер, и Саша предложил переместиться к нему, заказать пиццу и посмотреть что-нибудь. Никто против не был, наоборот, словно все этого и ждали, только не могли сами предложить.

Трешка

Парень и в правду жил совсем рядом, но все-равно, пока мы бежали до его дома, одежда успела намокнуть. Саша жил на третьем этаже один в трехкомнатной квартире. Теперь понятно, что все так рвались сюда. Многие из нас жили либо в общаге, либо с родственниками.

– Фен в ванной, – сказал Саша девчонкам. – И ты, Насть, не стесняйся, проходи. – Обратился парень ко мне, заметив, что я стою в дверях и не разуваюсь.

– Ага, – сказала я. – Уютно у тебя здесь.

– Спасибо, часть ремонта мы вместе с братом делали еще перед первым курсом. – Саша уже отвернулся и пошел, но затем еще добавил, – Если хочешь, твою куртку могу на сушилку повесить, а то она насквозь промокла?

– Отличная идея, – я сняла с себя верхнюю одежду и передала в руки парня, слегка коснувшись его руки.

Саша, почувствовав прикосновение, на мгновение посмотрел мне в глаза, а затем распрямив мою куртку, зашел в соседнюю дверь.

Я прошла в ванную, в которую отправились девчонки. Они что-то обсуждали, заглушаемые работой фена.

– Блин, тушь размазалась… – сказала Лика.

– Возьми в моей сумочке, – предложила Марина, – я всегда с собой беру на непредвиденный случай.

– Лучше бы нарастили, как у меня, и не парились, – вставила, Ева, любуясь собой в зеркале, – да и выглядит более эффектно.

Девчонки одновременно закатили глаза.

Меня это заставило улыбнуться.

– А ты что лыбишься, – Обратилась ко мне Ева.

– Да ничего, в очереди за феном стою.

– Ев, ты чего!? По улыбаться человеку нельзя что ли… – вмешалась Марина, – может у нее настроение хорошее.

– Отчего бы это… – не унималась блондинка.

– Ну вы там долго еще? – Услышали мы голос Вадима, – пиццу идемте заказывать, жрать охота.

Я получила в руки фен, а девчонки покинули ванную комнату.

– А ты какую любишь? – спросила Марина, вернувшись.

– Да мне без разницы, что все будут, то и мне. – отозвалась я.

– Ты уж на Еву не обижайся, она просто очень о своей внешности печется, вот и отреагировала резко.

– Ладно, проехали, я понимаю.

Оставшись наедине с собой, я просушила волосы, рукой расчесала и немного уложила их. От влажности некоторые прядки слегка завились. Бросив короткий взгляд на свое отражение в зеркале, осталась довольна.

Ребята уже собрались в зале, и я присоединилась к ним, уютно устроившись на кожаном угловом диване. Ваня включил музыку, подключив свой телефон к колонкам, и она приятно играла на фоне, заглушая барабанящий по карнизу дождь. В комнате стоял полумрак. Кто-то негромко разговаривал, кто-то сидел в телефоне.

Спустя минут тридцать привезли пиццу и напитки – газировку.

Саша включил свет, пододвинул к дивану журнальный столик, а Ева с Мариной разложили коробки с едой и разлили лимонад на несколько стаканов. Кто-то пил пиво. И мне предлагали баночку, но я отказалась. Ни разу его не пила, да и сейчас не хотелось.

– А как у вас проходил День первокурсника? – спросила я, доев первый кусок баварской пиццы.

– Очень весело, – усмехнулся Вадим, – я так нализался, что вообще ничего не помню, даже как домой добрался. На утро так голова раскалывалась, да еще и родоки пилили.

– Ну не знаю, у меня все нормально с этим было, – сказала Ева. – Мы так отрывались, после этого, наверное, и сдружились.

– Да, в клубе мы зажигали часов до двух, потом еще по ночной Москве бродили, так как нас в общагу не пустили. – поддержала Марина. – Хорошо, что тогда погода теплая была.

– У меня, кстати, фотки в группе есть, – вмешался Ваня, – хочешь, глянь.

– Не стоит, – вмешалась Лика. – Ты еще ей фотки со своего выпускного покажи, пусть поржет.

– Да ладно, что в этом такого, я не против глянуть. – сказала я.

– В другой раз как-нибудь, – замял тему пухлый.

Я заметила, что Саша не участвует в обсуждениях, да и вообще выглядит отстраненны. Иногда я ловила на себе его задумчивые взгляды, но как он замечал, что я тоже смотрю, сразу отворачивался. Странно.

Когда время подходило к десяти вечера, я начала беспокоиться, почему никто не собирается, ведь в общагу пускают до одиннадцати. А я, Марина, Лика и Ваня жили именно там.

– Марин, нам, наверное, уже пора, – обратилась к подруге я, указав на настенные часы.

– Да мы же и здесь переночевать можем, да Саш? – Марина повернулась к парню и сделала жалобное лицо.

– Да, конечно… – помедлив, отозвался тот.

– Но… – начала я, совершенно не хотелось ночевать в чужой квартире у незнакомого парня.

– Да ладно тебе, мы в соседней комнате на кровати ляжем, ничего такого.

– Ага, да и что по ночам таскаться, – подтвердил Вадим.

– Утром проснемся и поедешь свои книги читать, не переживай.

Вроде бы вечер прошел хорошо, я даже уже не чувствую неловкости, находясь в новой компании. Ребята тоже, не все конечно, нормально ко мне отнеслись. Да и правда, что такого. Утром в общагу поеду.

– Ну вот и славненько, молчание – знак согласия, – подытожила Марина.

Я расслабилась, залезла поглубже на диван. Раз решила не возвращаться сегодня в общагу, можно и кусочек морской пиццы съесть. Хоть он давно уже остыл, но все-равно вкусный.

На ночевку, правда, остались не все. Ваня и Лика все же ушли, а Ева и Вадим остались.

Оказавшись наедине с Мариной, Вадим ушел курить, а Саша с Евой пошли на кухню делать чай, я сказала:

– Все-таки как-то не ловко обременять человека, он меня не знает, а я напросилась на ночевку…

– Да забей. Мы часто у Саши дома ночевать остаемся, особенно по выходным. Тем более ты ему понравилась.

– С чего ты взяла? – насторожилась я.

– Да он весь вечер на тебя таращится, – улыбнулась Марина, – думает, что не заметно. Как же.

– Ну не знаю…

– А сама то что так покраснела? – сказала девушка. – Тоже что ли понравился?

– Скажешь тоже, – я отвернулась. – Да и в их любовном треугольнике участвовать не охота.

– Быстро ты догадалась, – сказала Марина. – Это у них еще с первого курса тянется. Вадим с Евой даже встречались поначалу, но потом она его кинула. А он все никак не может это принять и на что-то надеется.

– А Саша что?

– Да он на уловки Евы не ведется. Она и так и сяк к нему, а он будто не замечает.

– Девчонки, пойдемте на кухню, там чай попьем, – прервал наш разговор Саша. Не знаю, сколько он там простоял, но надеюсь не подслушал наш разговор. А то как-то даже не удобно. Я новенькая, а обсуждаю их личную жизнь.

Мы встали и прошли на кухню, которая оказалась достаточно просторной, что даже уместился обеденный стол на восемь персон.

Чай уже был разлит по кружкам, а в центре стола стояла хрустальная вазочка с печеньем и конфетами. Странно для парня, живущего в одиночестве иметь такую. Но может в память о ком-то хранит.

После того, что сказала Марина, я стеснялась смотреть даже в сторону Саши. Мы только пару часов знакомы, а я ему так сразу понравилась! Не может такого быть. Вон Ева, третий год намеки делает.

Поэтому я села подальше от него, на крайний стул от соседки по комнате. Не хватало мне еще одних непонятных отношений. Мне и пары дней со Славой хватило, до сих пор страдаю. Хотя с другой стороны, может клин клином вышибают. И стоит обратить внимание на Сашу…

«Ладно, Настя, прекрати думать о парнях у тебя сессия впереди» – сказала я сама себе.

Беседа не клеилась. То ли все подустали, то ли при мне не хотели обсуждать что-то.

– Может уже на боковую, – предложил Вадим.

– Решайте, кто где спать будет, – сказал Саша.

– Мы с девчонками в спальне ляжем, – отозвалась Марина.

– Да там тесно втроем, – вмешался Вадим. – Вы там с Настей ложитесь, а ты, Ев, можешь и со мной на диване переночевать.

– Вот еще!

– Да что я там не видел, можешь и не стесняться уже.

– А может, я лучше в другой спальне переночую, да Саш? – перевела взгляд в сторону брюнета Ева.

– Я один привык спать, – ответил тот.

– Вот видишь, так и придется со мной ложиться, – Вадим проглотил выходку девушки и слегка приобнял ее за плечи.

Ева высвободилась и поморщилась:

– Обломишься, Вадим!

– Ну как всегда заладили! Вы тут спорьте, а мы с Настей укладываться пойдем. – Марина перевела взгляд на Сашу, – и ты пойдем с нами.

Мы вышли из кухни, оставив парочку наедине и прошли в комнату с довольно простой, но стильной обстановкой. Особенно понравилось, что вся мебель из дерева, цвета лесной орех.

– Ребят, я пойду в ванную схожу, – бросила Марина. – А ты, – она ткнула в парня пальцем, – мою соседку не обижай, я скоро. – И вышла из комнаты.

Саша слегка улыбнулся и перевел на меня взгляд.

– Не воспринимай всерьез, это она так шутит.

– Да я знаю, живу уже с ней второй месяц, – сказала я и улыбнулась в ответ.

– Знаешь, за весь вечер, ты нам ничего о себе не рассказала. А было бы интересно узнать откуда ты, чем увлекаешься и все такое. Должен же я знать, кого пригласил к себе переночевать. – Саша достал из комода постельное белье белоснежного цвета и стал застилать постель.

– Да у меня нет особо чего интересного. Приехала из Нижнего Новгорода, увлекаюсь рисованием и решила стать архитектором. Знаешь, скучно. – Чтобы не стоять без дела, взяла наволочки и перезаправила подушки.

– Тебе так кажется, – ответил парень, ловко управляясь с одеялом. – Просто тебе нужно учиться рассказывать о себе. Самопиар – слышала о таком?

– Ой, это что-то на «экстравертском», – пошутила я.

– А ты значит у нас интроверт?

– Склонна предполагать. – Закончив с пастелью, мы сели на кровать с противоположных сторон. – И вообще, я вот осталась здесь на ночь, но тоже ничего конкретного о тебе не знаю. Мало ли, может у тебя вот в шкафу бензопила и вы все решили мной полакомиться на завтрак.

– А я смотрю у тебя отменное чувство юмора. – Веселые огоньки зажглись в глазах парня.

– Без него никуда.

– Все банально, живу здесь один, родители уехали в Израиль, и я иногда к ним летаю. Учусь, общаюсь с друзьями. Все как у всех.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.