Марина Мельникова
Бойся своих желаний

© Мельникова М. А., 2025

* * *

Одновременно можно знать лишь одно:

либо – кто виноват, либо – что делать.[1]

Глава 1

Первый круг ада. Вход. Приятного грехоискупления…

«Как там говорилось? Каждая несчастливая семья несчастлива по-своему? – Ярик улыбнулся своим мыслям: – Ха! Приехали! Похоже, мой мозг съедает сам себя, переваривая один и тот же бред».

Ощущение полной безысходности – вот что господствовало во всех его раздумьях, а мысли сводились к одному: есть ли жизнь после свадьбы? Он понимал, что, нужно как-то очнуться, встряхнуться и подумать о своем будущем.

Они с Зойкой были знакомы давно, но об их более тесных отношениях не шло и речи. Она была забавной девчонкой. В её голове табунами носились не только тараканы, а целый неизученный зоопарк. Но это и привносило в их дружбу своеобразную игру в неизвестность. Подруга была, как трогательный ребенок, который ещё не разобрался в жизни. Её черепно-мозговые животные были милыми и прикольными, а некоторые даже ручными. Где бы пара ни появлялась, ни у кого, ни возникало сомнений, что они – вместе. А привычка – дело такое. Однако неприятности начинаются тогда, когда принимаешь свое насыщенное эмоциями восприятие другого человека, за чистую монету.

Как они поженились, история умалчивает. Но, через некоторое время в их семье доломалось то, что ещё не было сломано. Клетки открылись и зверюшки вылезли наружу. Ярослав Семёнов стал самовлюбленным упырем, а Зойка – Д’Артаньяном в юбке, ведущим с ним праведную войну. Её вечное: «И чё?», не просто его злило, а бесило. «Может быть, не поздно «вернуть всё взад» пока не засосала семейная трясина?» – спрашивал себя он и не находил ответа.

Давно стемнело, а ноги домой не несли. Этот вечерний час успокаивал его возбужденный мозг. С моря дул теплый ветер, который увлеченно гонял туда-сюда мусор, а волны яростно бились о прибрежные камни. Набережная была скудно освещена и пустынна. Казалось, что народ разбежался, попрятавшись от непогоды. Ярик посмотрел на часы и ахнул. Стрелки показывали десять минут двенадцатого.

– Ну, ничего себе развеялся! – бросил он и оглянулся, пытаясь найти затерянных в ночи гуляк.

Никого. Только ветер крепчал, а волны продолжали с остервенением бороться с берегом. Неожиданно на очередном белом гребне волны, подсвеченном лунным светом, его взгляд выхватил что-то тёмное. Оно то выносилось на большой гребень, то катилось вниз. Человек?

Ярик сбросил с себя ветровку, кроссовки и кинулся в воду. Он был хорошим пловцом, но в мгновение ока громадный вал подхватил его, как пушинку, и с легкостью отшвырнул от суши. Он нырнул под волну, понимая, что если она накроет сама, то расплющит о дно и разберёт по частям. В одно мгновение пловец оказался рядом с тонущей девушкой. Её длинные тёмные волосы распластались на воде густым полукружьем, как водоросли и казались живыми. Она изо всех сил пыталась выплыть и вдохнуть глоток воздуха, но очередная волна накрывала тело и тащила вниз. Ярик схватил незнакомку за волосы и повернул в сторону берега.

Ярко-белая вспышка молнии прорезала ночное небо. На фоне сводящего с ума морского буйства казалось, что произошел разрыв ткани мироздания и в мир хлынули полчища из ада. Неравная борьба с морской стихией длилась долго и закончилась тем, что очередная волна, рассыпавшись с оглушающим грохотом, выбросила их на прибрежные камни. Удар был такой силы, что он на какое-то время потерял сознание, а когда очнулся, осторожно привстал на колени, пытаясь понять, жив он или уже нет. Девушка не двигалась. Её платье облепило стройное тело, как вторая кожа. Ярик попытаться нащупать пульс, но ничего не вышло, а искусственное дыхание не заставило сердце несчастной включиться. Когда он уже потерял надежду на спасение, тело утопленницы дрогнуло и изогнулось в судороге, словно пронзенное электрическим током.

– Ну, наконец-то! – выдохнул он.

Однако возвращение с того света в её планы не входило. Девушка открыла невидящие глаза, протянула ему руку с какой-то вещицей со словами: «Уничтожь!» и испустила дух. Вопрос, как она умудрилась не потерять «подарочек», борясь со стихией, остался открытым, однако сейчас он сам находился на грани. Ярик механически сунул сюрприз в карман мокрых штанов, подошел к ветровке, и достав мобильник вызвал скорую и полицию.

– Откуда ты парень? – спросил его один из приехавших по вызову полицейских.

– Из Владивостока

Тот, окинув взглядом мускулистую фигуру спасателя в мокрой футболке и плотно обтягивающих ноги штанах, продолжил допрос:

– А здесь-то, что делаешь?

Понимая, что офицер бесконечно будет задавать свои бесконечные вопросы, Ярик представился:

– Я, лейтенант ВМС Семёнов, приехал с женой на родину к родителям в отпуск.

Выпалив это молодой офицер, зябко передернул плечами. Сидящая на корточках и осматривавшая утопленницу медичка, кокетливо поправила свою шапочку, и переключившись на парня захлопала ресницами, а по лицу пробежала лёгкая улыбка. Пятачок, где они скучились, был освещен фарами дежурной машины и скорой помощи. Теперь героя можно было рассмотреть во всей красе. Он был хорош собой, а военную выправку, ни под какой одеждой не спрячешь. Фельдшер встала, и подойдя к скорой достала фольгированную простыню.

– Утопленницу уже не спасти, – с иронией заявила она, – а вот мо́лодца ещё можно попытаться. Она накинула на него полотнище со словами: – Парня нужно отвести домой! Сейчас он вам не помощник, пусть отдохнет и выспится, а потом уж…

Офицер вздохнул, понимая, что рекомендации медички, вытекают из здравого смысла.

– Ладно, – смилостивился патрульный, – иди в машину, запишем твои контакты, а завтра вызовем.

Ярик благодарно кивнул девушке и улыбнулся, впрочем, его улыбка не затронула глаз, и лицо с озабоченными складками осталось серьезным.

Глава 2

Пока Семёнова везли домой, он сидел тупо, уставившись немигающим взглядом в боковое окно. Полицейский пытался его разговорить, но, видя, что парень не проявляет ни малейшего интереса к его рассказам о рыбалке, умолк. Дома его ждала Зойкина записка.

«Пока ты в гостях у Фрейда с его теориями, я – у мамы».

Ярика настолько обрадовало отсутствие жены, что он механически засвистел весёлую песенку, а ночная тишина и прохладный душ поможет ему взбодриться и избавиться от чувства усталости. Он стянул с себя успевшие высохнуть вещи и стал под воду. Окинув внутренним взором весь свой день, парень вдруг отчетливо осознал, что люди не являются суверенными хозяевами своей судьбы. В голове всплыл образ умирающей прекрасной девушки, отдаваясь горечью в самом центре груди, и вспомнилось её последнее слово: «Уничтожь!». Он поискал глазами брошенные у стиралки брюки.

«Итак, что же это за тайна?»

Запустившееся в подкорке любопытство смело скорбный образ несчастной. Ярик суетливо вытерев лицо и руки о край полотенца, принялся лихорадочно шарить в карманах штанов. Словно избегая его ищущих пальцев, вещица соскользнула и упала на кафельный пол.

Это было нечто, размером с небольшое карманное дамское зеркальце, на поверхности которого драгоценными камнями, был выложен геометрический узор из повторяющихся элементов: внешний круг, вписанный в него квадрат с внутренним кругом и с рисунком, имеющим форму лотоса. Эта штука была верхом ювелирного мастерства – с черно-красным ажурным узором, но от нее исходили токи опасности и чувственности.

В одно мгновение мир затрепетал. Геометрический узор начал медленно оживать, его цвета стали насыщенно-страшными, а контуры нереалистичными, видимо сакральный рисунок обладал магнетизмом и пропуская через себя энергетические потоки, гипнотизировал. Он становился живым, объемным, текучим и ярким… ярким… ярким… Ярик начал проваливаться в неведомую черную дыру, из которой доносился тихий скрежет. Было ощущение, что его расщепляет на атомы и вновь собирает во что-то иное. Стало так страшно, аж смешно.

Он пытался разобраться в хаосе своих мыслей и ощущений, а сердце заныло, будто пронзенное острой ледышкой. Защищаясь от возникающих в голове неприятных ассоциаций, парень накрыл драгоценность другой ладонью и быстро направился к ноутбуку. Одно сейчас он знал точно – пока не разберется с ребусом, подкинутым покойницей, ничего никому не расскажет, да и уничтожать ничего не намерен.

Ярик недолго бороздил просторы интернета в поисках примечательного узора. Быстро нашлось ему и название. Слово было неблагозвучным для среднестатистического человека, к которому он себя причислял – ма́ндала и заставило растянуть его губы в ухмылке.

Как вещали знайки из пабликов – ма́ндала притягивает энергию из единого энергоинформационного пространства, а «общение» с ней позволяет зарядиться положительной энергетикой и поговорить со своим подсознанием. Только количество чёрных камней несколько его напрягло. Тьма, зло, смерть и тайны.

Поверить в магическое влияние драгоценности на незнакомку Ярик, как скептик не смог. Он не склонен был произошедшее называть мистикой, скорее банальное: случайности не случайны.

На следующий день в обед раздался звонок мобильного. Секунды спустя, на том конце трубки что-то зашуршало, послышалось перелистывание страниц, сопровождаемое сопением.

– Ярослав Семёнов? – без «здрасте» сердито спросил незнакомец, и не дождавшись ответа, продолжил: – Вы вызываетесь в седьмой отдел полиции. Да! Документы не забудьте!

Боже, какой противный был у него голос. Таким голосом объявляют войну, приземление недружественных инопланетян или приближение астероида. Он не сулил ничего хорошего и опасения Ярика оправдались. Приметив его у участка, вчерашний дежурный подошел к нему и звучно хлопнул парня по плечу.

– Ну и задачку ты нам подкинул, морячок, – иронично бросил тот.

– Не понял? – Семёнов заинтригованно вскинул бровь.

– Иди, там поймешь!

Офицер загадочно ухмыльнулся, брякнул ключами и пошел к патрульной машине.

– И что тут за тайны? – пробурчал Ярик, вытаскивая из кармана паспорт.

Постучав в нужный кабинет и дождавшись «можно», парень вошёл в довольно большое и захламлённое бумагами помещение. За столом сидел рослый широкоплечий мужчина, лет сорока, который пристально с насупленным взглядом смотрел в разложенные перед ним бумаги. Они видимо, немало досаждали, о чём говорили его взъерошенные волосы и оттопыренный ворот рубахи.

– Чем могу? – буркнул офицер, бросив взгляд на ладного парня, ставшего напротив него.

– Я, Семёнов, прибыл…

– А-а-а…герой…

Тот остановил на «госте» насмешливый взгляд, полный превосходства, и потянулся к тоненькой папке, закопанной на краю стола.

– Значит, ты утопленницу не знаешь, – констатировал он, словно уже получил его ответ на поставленный ранее вопрос.

– Нет, – уверенно ответил Ярик.

– И она тебе ничего не передавала, и ты ничего такого… не находил, – тем же тоном спросил тот.

Это был не вопрос, иначе парень, не привыкший выкручиваться и придумывать, возможно, сдался бы и выложил бы всё, как на духу. Но здесь сказалось усталость офицера, а не непрофессионализм.

– Почему вас это интересует? – бросил Семёнов и мысленно поругал себя, но, делать нечего, любопытство пересилило, а вещица, «греющая» карман его брюк, не давала покоя.

– Пойдем, – вздохнул следователь, не усмотрев в его словах подвоха, – все равно, формально требуется опознание, а её родственники пока не объявились.

– Я не пойму, при чём здесь я?! – Ярик попытался отлинять от неприятной процедуры.

– Увидишь сам, что я имел ввиду…

Моргом служило старое, но с претензией на стиль, одноэтажное здание, располагающееся на отшибе в старой части города Коломска. Здесь же работники коммерческих ритуальных служб готовили отошедших к церемонии прощания. Благо в этот день было немноголюдно и невыносимо тихо. Ярик топтался перед дверью секционной несколько минут, пока следователь не потянул его за рукав куртки. Он заранее набрал в легкие побольше коридорного воздуха, словно боясь задохнуться. На металлическом столе лежала, очевидно, вчерашняя жертва стихии. Патологоанатом больше походил на ученого Паганеля и был высоким, сухощавым с огромными очками на носу, нежели на того, кто каждый день имеет дело с покойниками. Он молча прошелся по гостям взглядом, закурил, а после аккуратно убрал с тела простыню.

Моряку раньше приходилось видеть утопленников. Зрелище надо сказать не из приятных, но, когда перед их взором открылась фантастическая картина, парень приоткрыл рот от удивления. Врач, дымя сигаретой, задумчиво поправил утопленнице волосы и платье, как заботливая мать перед утренником.

Девушка была, как живая. Возникло ощущение, что она вот-вот вздохнет и по законам ужастиков откроет глаза, так сильно походила её смерть на обычный, но очень крепкий сон. Незнакомка была привлекательной, как инопланетянка, пришедшая на Землю с особым заданием. Казалось, что ещё немного и её тёмно-красное шёлковое платье прошелестит в дверях, словно змея, ускользающая в кусты. Пышность её наряда напоминала времена средневековых балов-маскарадов. Этот нюанс ускользнул от Семёнова там на берегу. Не до этого было…

Ярик в недоумении перевел взгляд сначала на следователя, затем на патолога.

– Это ещё что-о! – усмехнулся первый: – На ней были драгоценности: брошь в форме жука скарабея и браслет в форме змеи. Кроме того, в руке она сжимала что-то круглое и острое…, хм… может кристаллы, какие-то? Они до крови впилось в её ладонь.

– Я так понимаю, что девушку ещё не вскрывали? – Ярик переключил внимание врача на себя.

– Да надо бы, – пробурчал тот, видимо настраиваясь на противное ему действо.

– Так вы утопленницу раньше видели? – включился следователь.

В ответ Ярик отрицательно покачал головой.

– Да-а, – протянул врач, – такую увидишь, не скоро забудешь.

– Эт точно! – хором подхватили мужчины.

– У меня просьба, – замялся спаситель, – а можно после вскрытия сообщить мне результаты?

– Да, какие результаты? Ясно же, что просто утонула… – молодой патолог скосил глаза на следователя.

– Ну, просто – не просто, это мы потом решим… – почесал затылок тот.

Офицер деловито насупил брови, и в последний раз бросив взгляд на почившую, торопливо вышел из секционной.

Глава 3

Истина где-то рядом? Ярик шёл не спеша, мучительно обдумывая случившееся. Проблемы полного штиля в его семейной жизни, вместе с его родственниками и тёщей, ушли на второй план. Сейчас все его мысли занимала удивительная незнакомка и странная драгоценность, оттягивающая его карман. Не зная, куда себя деть, Семёнов бродил по окрестностям до тех пор, пока, сделав громадный круг, не вышел к порту. Неожиданно заверещал мобильник.

– Вы уже, наверное, дома? Я, кажется, схожу с…

Голос врача был взволнован и слегка дрожал. В голове Ярика автоматически пронеслось: «Ожила?!», а вслух ответил: – Я сейчас! – и, что есть мочи, дунул обратно.

К моргу он вернулся спустя час, но удовлетворить своё любопытство не получилось. У входа уже стояла полицейская машина, и стражи порядка перегородили единственную дверь в здание.

– Куда? – буркнул один из них

– Туда! – уверенно ответил Ярик: – Мне позвонили, я должен…

– Вот и хорошо, что должен. Завтра! Завтра приходите!

– Да, ну нет! – воскликнул Семёнов, чувствуя, что в его жизни что-то ломается.

– Да, ну да! – в тон ему ответил полицейский и махнул, мол, «давай быстрее».

Он были так неумолим, что лишь разжёг любопытство. Ярик ещё долго бродил вокруг здания в поисках какой-нибудь лазейки или открытых окон, но его старания были напрасны. Несколько раз он пытался дозвониться до уставшего следователя, однако абонент был недоступен.

Случается, же так, что живешь и не знаешь, что под боком происходит необъяснимое. Но ты не знаешь, что именно и тебе остается лишь гадать. Это создает чувство нервного напряжения и ожидания того, что любая реальность зыбка и относительна. Ярику осталось только вздохнуть, развернуться и пойти обратно.

Как естественная реакция на произошедшее из глубины души поднялась злость, которая смела остатки здравомыслия. Появился подходящий настрой для того, чтобы положить конец семейным разногласиям и спорам. Хотя был ли он прав для принятия спонтанного решения? Семёнов умел сохранять холодный рассудок даже в условиях высокого стресса, но иногда сердце действует вперед головы.

Днем он тянул время, словно набирался сил перед решающей битвой не только с женой, но и с благоприобретенной родственницей – тёщей, которая как Чип или Дейл, всегда спешит ей на помощь.

Совсем стемнело, когда пузатый автобус выкинул его в нужном районе. Со всех сторон громоздились многоэтажные новостройки. В конце улицы вырисовывался силуэт Торгового центра с кричащей неоновой вывеской. Он некоторое время потоптался у его главного входа, а потом решительно завернул в переулок. Код от домофона в день их приезда высокомерно сообщила тёща.

Эмоция, толкнувшая его на выяснение отношений, начала стихать. Он уже ругал себя за импульсивное решение. Задумчиво остановившись перед нужной дверью, Ярик опустил руку в карман и достал драгоценность. Он словно хотел напитаться исходящей от неё энергией. Но вновь, будто сгустившаяся тьма, навалилась на его грудь и требовала выхода. Появилось внезапное прикосновение, мистическое ощущение присутствия чужого и враждебного, но оно, как ни странно дало силы. Входная дверь была не заперта, кажется, его ждали. Он медленно прошел в коридор, и остановившись у зеркала, прислушался. Голоса, доносящиеся из кухни, принадлежали: один тёще, а второй – высокий, немного писклявый и с раздраженными нотками – Зойке.

Каждое их слово срывало пелену с его глаз.

– …да ладно, мам, нужно смотреть правде в глаза, – парировала жена, ранее озвученное, – он красивый парень, а если в форме, то все девки – его.

– С лица воду не пить! – бросила тёща: – Ты ведь сама говорила, что никогда его не любила?

– Ну, говорила, – вздохнула Зойка.

– Вот и хватит таскаться по Владивостокам, – убеждала её мать, – пусть обеспечит тебя квартирой и попутного ветра ему под килем.

– И как ты себе это представляешь? – выпалила Зойка.

– Да как…, как… сытый конному не пеший.

После выданного перла дамы шумно вздохнули. Между собеседницами воцарилась пауза, сопровождаемая сопением – видимо, мысли у одной и другой бурлили, и им необходимо было время, чтобы убедиться в правильности выбранного направления.

Ошеломленный Ярик переваривал услышанное. Он и в мыслях не допускал того, что жена использовала его, как экзотическую зверюшку, на зависть подругам. Но взяв себя в руки, он решил продолжить прослушку откровений.

– Да! Кажется, ты права, – разморозилась Зойка, – вот где он бродит? Его не слышно и не видно уже два дня.

– Потому, что ему на тебя плевать! – продолжила накручивать тёща: – Ты думаешь, ему нужна семья? У него в каждом порту по шлюхе! Нет, ты скажи – ты счастлива?

Зойка пару раз шмыгнула носом, громко всхлипнула и бросила:

– Нет! Я не знаю, что такое счастье! Ни минуты, ни секунды!

Семёнов был ошарашен до такой степени, что в первую минуту его прошиб холодный пот. Он тупо посмотрел в зеркало, словно хотел найти ответ на происходящее в собственных расширенных зрачках. Острые грани камней мандалы, зажатой в его кулаке, впились в ладонь. Боль отрезвила. Он в два шага оказался на пороге кухни.

– Да будьте вы… счастливы… в аду! – крикнул парень: – Да и я тоже!

Он с размаху «впечатал» мандалу в стену, и вещица рассыпалась драгоценными звездами над головами сидящих. После горячих слов в голове Ярика возник образ звонящего колокола: «Никогда и никого не проклинай! Эта сила бывает безмерной. Слова со злобой убивают, знай!» – послало сигнал неведомое.

Глава 4

– Дорого-оой, – до боли знакомый голос, разрывал его сонные облака – твой кофе у постели…

Послышался игривый смех, а Ярика как ушатом ледяной воды облили. Это был Зойкин голос. Он вскочил, как ужаленный, и принялся лихорадочно озираться по сторонам.

– Я где?

– Дурачок мой, – проворковала жена, – у твоих, конечно же…

Парень вновь завертел головой в поисках ответов на всплываемые в голове вопросы, а жена, сложив руки у груди, будто святая на иконах, смотрела на него благоговейно, как на восставшего из пепла.

– Как я сюда попал?

Супруга искренне рассмеялась, будто от щекотки, а потом ответила:

– На самолете.

– Да ты что-о-о… – протянул он, продолжая осматриваться.

Видя, что мужу по-прежнему не по себе, она уселась рядом с ним на кровать, и погладив его по голой коленке, пояснила:

– Ты со школьными друзьями ушёл в загул… – и, приметив его подозрительный взгляд, добавила, – но, это простительно. С Санькой и Лёшкой ты ведь не виделся лет сто?

– Да-а-а? – он ощущал себя больным на всю голову, тем более, что последняя действительно болела ноющей, тупой болью.

Ярик протянул было правую руку к чашке дымящегося кофе, а после одернул её и внимательно осмотрел ладонь, ранее сжимавшую мандалу. Он не нашел на ней ни одной отметины, ни одной царапины. Это опять повергло его в глубочайшее недоумение: «Что происходит?».

– С тобой всё в порядке? – участливо спросила жена и опять погладила его, как маленького заблудившегося ребенка.

– Ты же, вроде, к своей матери собиралась?

– Ну, как я могла тебя оставить?

Зойка была такой сказочно-хорошей, что Семёнов взял чашку с остывающим кофе и отхлебывая кофейную пену, погрузился в раздумье. В этот момент зазвонил мобильник. Высветился номер Лёхи.

– Ты, как брат? – хихикнул тот.

– Как-то… – неопределенно ответил он, понимая то, что он ничего не понимает.

– Ну, бывай, было приятно пообщаться! До рыбалки…

– В смысле?

– В коромысле! Ты, что ничего не помнишь?

Ярику хотелось закричать «спасите-помогите, я, кажется, сошел с ума!», но он смолчал. Зойка зависла тоже, но в глазах супруги читалось только сочувствие и сопереживание. Других эмоций он не приметил.

– Дело плохо, брат, а хлопни-ка рюмашку, – философски заметил друг, – или валерьяночки. А что? Станет легче. Ладно, оклемаешься, звони.

– Мне нужно полежать, – Ярик бросил на жену взгляд затравленного зверя, и потерев виски, улегся на мягкую подушку и сложил руки на груди.

– Бедный мой мученик, – сочувственно прошептала жена и тихо вышла из комнаты.

Парень остался с недопитым кофе и ворохом невеселых мыслей.

– Дебют паранойи? – прошептал он потолку.

Но, страх сойти с ума не берется с потолка. Он возникает вдруг и заполняет все уголки мозга. Для него недоумевающего, эта задача оказалась непосильной. Он долго лежал бы, съедая себя самокопанием, если бы не очередной звонок телефона. Высветился знакомый номер полицейского участка.

– Ну, вот же! Слава тебе Господи! – он вложил в эти слова всю свою веру в высшую справедливость.

– Ярослав Семёнов? – без «здрасте» сердито спросил незнакомец, и не дождавшись ответа, продолжил: – Вы вызываетесь в седьмой отдел полиции. Да! Документы не забудьте!

В следующее мгновение, в телефоне уже была пустота.

– Чёртово дежавю? – воскликнул Ярик, забыв, что несколько минут назад благодарил творца за чудо.

Уже через пару минут он был причесан и побрит. Мученик бросил быстрый взгляд на жену, и опустив ключ в карман, выскочил на улицу. К автобусной остановке он несся так быстро, будто за ним гналась стая демонов. Но у провидения были свои планы на его счет. На остановке он просидел около часа, безрезультатно бросаясь к каждому проходящему автобусу. Наконец, потеряв терпение, парень вышел на дорогу и стал нервно озираться по сторонам в поисках средства передвижения.

– На Бородинскую, пожалуйста! – воодушевленно воскликнул Ярик, заскакивая, наконец, в подвернувшуюся машину.

– Улицу? – хихикнул таксист, не чувствуя состояние пассажира.

– Нет, блин, битву! – психанул Семёнов.

Но у того было хорошее настроение.

– Припозднился ты – ваши уже в Париж вернулись, – водитель с чувством выполненного юмора даванул на газ. – Вы не смеетесь над моей искрометной шуткой? – весело спросил тот.

– М-да, смешно, – хмыкнул Ярик, чтобы поддержать его старания, – я оценил.

С оказией парень добрался до участка. Там же дежурный подозрительно долго изучал его паспорт, а после, видимо прозрев, воскликнул:

– А-а-а! Семёнов! По обмену!

– По чему? Обмену чего? – он был настолько обескуражен, что опять вспомнил о том, что пару часов назад был на грани помешательства.

– Иди, там поймешь! – ответил парень, вручая ему бумажку с номером кабинета.

Больше не задавая вопросов, Ярик направился по уже знакомому маршруту. Он настолько торопился, что не заметил странного взгляда, каким провожал его дежурный.

За столом сидел тот же рослый широкоплечий офицер, озадаченно переворачивая файлы в папке.

– Чем могу? – буркнул тот, бросив на него взгляд.

– Я, Семёнов, прибыл… – уже привычно представился он, – как там девушка?

– Не понял? – его усталый взгляд, как бы говорил: «Как же вы меня достали!».

– Ну, та которая, утопленница! – не унимался посетитель.

– Не понимаю? – удивлённо и даже слегка обескураженно вскинул голову офицер, указал гостю на стул и поднял трубку.

– Слушай, Миха, – спросил он у сослуживца, не сводя с прибывшего туманного взгляда, – что у нас там за утопленница нарисовалась?

– Да нет, не утопленница, а рыбак, напился и в воду кувыркнулся, – услышал его пояснения Ярик, – ничего, выловили и откачали.

– И что ты нам голову морочишь? – с укором посмотрел на Ярика офицер: – Какая такая утопленница?

Именно в эту секунду под потолком должен был прогреметь гром и сверкнуть молния. Семёнов откинулся на стуле, потряс головой и потер рукой лицо. Видя, что парень не в себе, офицер сочувственно спросил:

– Гульбанил?

Ярик нехотя кивнул.

– Ладно! – сжалился тот: – Вызвали тебя вот по какому вопросу, – он сделал паузу, глотнул холодного чая и продолжил, – Ты, слышал, что мы практикуем обмен опытом с офицерами других родов войск?

Ярослав думал, что его уже ничем не удивить, он был полон, как говорится, с крышкой. Решив про себя, что новый день принес много такого, чего он понять не в состоянии – смолчал.

А офицер, приняв молчание за знак согласия, продолжил:

– Так вот, – он потянулся к краю стола, и выудив тонкую папку, продолжил, – тебя командировали сюда, в наше отделение…

– Но это невозможно! – моряк отвис, чувствуя, что сейчас реально хочет выпить хотя-бы валерьяночки.

– Все так говорят! Вот приказ твоего командования, – тот протянул ему гербовый листок, – читай.

Буквы плясали и плавились. Единственное, что Ярик понял – он будет служить теперь здесь, в этом отделении полиции. Парень оторвал взгляд от документа и пристально посмотрел на насупившегося офицера, пытаясь уловить в его словах шутку или подвох. Но в поведении того не было ничего необычного.

«Я точно схожу с ума!» – в очередной раз пронеслось в его голове.

– Да не переживай так, моряк! Не ты первый, не ты последний! – опять подбодрил его офицер: – Побудешь немного здесь и дунешь опять в свой Владик.

Ярик погрузился в задумчивость, постигая всю глубину выраженной мысли. Равнодушие полицейского так диссонировало с кипящим котлом внутри него. Новоиспечённый стажёр сидел, не шевелясь, словно боясь лишним движением напомнить о себе и вновь услышать что-нибудь эдакое. Он чувствовал, что эмоционально отупел.

– Ты моряк какой-то рассеянный, – озадачился офицер.

– Рассеялся, – вздохнул Семёнов.

Глава 5

Пару мгновений офицер смотрел на него не мигая, а потом недоумевая покачал головой.

– Уж не знаю, что ещё тебе сказать, – он поднял брови, – не много ли я с тобой вожусь, а? У самого работы выше крыши!

Выдав эту тираду, мужчина оторвал листок от блокнота и набросал несколько слов.

– Пойдешь на второй этаж, – резюмировал он, – там выдадут тебе ключи от служебной квартиры…

– Служебной чего? – Ярик ощущал себя роботом, получающим команды, но не запрограммированным на их понимание и выполнение.

– Ты, что глухой? – тот подал ему листок и махнул рукой: «мол, выметайся!».

Чуть опешив от наплыва абсурдной информации, Семёнов вышел подышать свежим воздухом. В полной прострации он подошёл к стене какого-то ларька и облокотившись, пытался отдышаться, словно бежал марафон, и не заметил, как пересёк финишную черту. Смотря на подсунутую бумажку, как на повестку в дурдом, он пытался свести воедино услышанное и увиденное, а после вытащил мобильник, нажал на вызов абонента и приложил телефон к уху.

Послышались странные звуки, подобные ковырянию в мешке с сухой травой, а потом – прерывистое шипение, будто нерадивый телефонист пытался соединить его с марсианами. До своего непосредственного начальника он так и дозвонился, а дальше парень писал и звонил сослуживцам, но все безрезультатно. Казалось, что в потоке реальности образовалась стена, перегородившая настоящее и прошлое. Вселенная явно решила его разыграть, назначив на главную роль без сценария.

Наконец прорезался далекий-далекий голос, соединение с «ними» установилось, и телефонист вытер рукавом пот.

– Слушаю.

– Капитан 2 ранга, разрешите… э-это я, лейтенант Семёнов, – от неожиданности Ярик начал сбиваться.

– Говори!

– Это правда, что меня послали в…, хм… направили в…

– Правда.

Ответы потустороннего собеседника были однозначные, как выстрел, чтобы исключить неопределенность.

– Послушайте, ведь … – Ярик попытался восстановить справедливость, но связь прервалась, и в трубке вновь послышался шелест и шипение.

Его попытки купить билеты на прямые рейсы до места дислокации части или построить «обходные маршруты» не увенчались успехом.

«Так всё! – сказал себе он: – Расслабились! Значит так нужно!»

Были варианты, которые он не использовал и не продумал. Однако если вокруг него твориться, что-то необъяснимое, нужно плюнуть и насладиться остатком отпуска. В конце концов, его найдут.

Держа в руке врученные ключи от служебной квартиры, Семёнов медленно шёл домой. Сейчас он многое бы отдал за машину времени. И тогда не было бы этой чёртовой мандалы, перевернувшей всю его жизнь, и не услышал бы он откровений жены и тёщи. Эврика! День, в который он никогда не захочет вернуться – найден.

Неожиданно его внимание привлек номер проезжавшего авто – «888».

«Прикольно» – Ярик лишь отрешенно усмехнулся, с интересом рассматривая регистрационный знак. Но дальше было не до смеха. Машин на перекрестке было мало, однако те, что проезжали, имели однотипные номера: «444», «999», «777», «222».

«Бред какой-то!» – подумал он.

С ним будто продолжали играть. Душа требовала перезагрузки, и он включился в эту забаву. Меланхолично разглядывая проезжающие мимо машины и примечая их номера, он размышлял об играх разума. Его взгляд цеплял, а мозг откладывал идентичные комбинации от нуля до десяти. Какое же было удивление, когда он обнаружил машину с номером «666» ровно у своего подъезда. Это обстоятельство заняло свое очередное место в преследующих его уже два дня загадках. Где-то в глубине души вновь родился приступ жалости к себе.

Надежда на отдых в одиночестве не оправдалась.

– Ой, зятек! – тёща радостно всплеснула руками, будто ждала у двери его чудесное возвращение.

Женщина замерла в коридоре и, как максимум готова была кинуться ему на шею, как минимум снять с него ветровку с кроссовками.

– Дочь, где ты ходишь? – бросила она взгляд через плечо: – Муж пришел!

Её призыв прозвучал, как: «Ангел спустился на грешную Землю!». После услышанных откровений жены и тёщи, а они были – Ярик в этом не сомневался – его, словно отворотило. Чтобы предупредить Зойкину попытку чмокнуть его в щёку, парень протянул ей связку.

– Вы, кажется, хотели квартиру? – он был спокоен и ироничен: – Вот ключи, но не обольщайтесь – она служебная.

– Так мы здесь остаемся?! – воскликнула жена, и хлопая в ладоши запрыгала на одном месте.

– Временно… командировка.

– То, что временно, то – постоянно, – тихо пробурчала тёща, а громко добавила: – Дочь! Как свезло-то!

– Ага! – подхватила Зойка.

Глядя на светящиеся от восторга лица, он с горькой усмешкой спросил:

– Так значит, вы теперь счастливы?

Не усмотрев в его вопросе подвоха, те хором ответили:

– Ещё как!

Глава 6

Семёнов поворошил горящие ветки и отрешённо, не мигая уставился на пламя, полностью погрузившись в свои мысли. События, происходящие с ним, казались бесконечным потоком метаморфоз. Миллиарды клеток его мозга, неустанно ткали полотно новой реальности, но «ткацкий станок» барахлил, полотно получалось, где кусковым, а где и дырявым. Он замер в своем личном пространстве, будто отключилась программа, и он перестал функционировать.

В отдалении сортировали спиннинги и наживку его школьные друзья – Санёк и Лёха. Они были похожи друг на друга, как близнецы-братья. Оба рослые, веснушчатые, с песочными, выгоревшими до белизны волосами и вечно улыбающиеся. Только Лёха, в отличии от двойника носил очки, и воспринимался более компетентным в делах насущных.

Семёнов и не заметил, как к нему подошёл один из них и хлопнул по плечу.

– Ты сегодня душный какой-то, – брякнут тот, – с Зойкой всё-таки поцапался?

– Вчерашний день у меня был какой-то…

Друзья хохотнули.

– Да помним, помним… ты прибежал к нам в гараж, как сумасшедший! Глаза бешеные, волосы всклокоченные, что-то про родственников бормотал и про их осчастливливание.

Ярик встрепенулся.

– Так значит я всё-таки…

– Ну, да, – опередил его Санёк, – ты случайно вклинился в их междусобойчик, а после услышанного психанул и напился.

– Значит у меня с головой всё в порядке?

Он смотрел на друзей, как на великих эскулапов, излечивших его от смертельной болезни, а отвращение к себе подкатывало горькой волной: «Как же я так?»

– Вот здесь не знаю, – почесал затылок Лёха.

– Тебе виднее, – пожал плечами Санёк.

И понимая, что ситуация требует разъяснения, «двое из ларца», перебивая друг друга, взахлеб, принялись рассказывать.

– Значит так, – начал Лёха.

– Вчера ты решил поговорить с Зойкой начистоту, – продолжил Санёк.

– А та была у матери, помнишь?

– Ну? – торопил Ярик, понимая, что грядёт его частичная реабилитация.

– Баранки гну, – по привычке выстрелил Лёха, – совсем ничего не помнишь?

– После твоей материализации, мы пошли в кафе, посидели как люди, а потом позвонили Зойке и ей пригрозили, – дополнил Санёк.

– Сказали, что ты слышал их разглагольствования про «нелюбов» и тому подобное, а потом отволокли тебя домой, – подбил итог Лёха.

«Так вот откуда взялась утренняя нежность!»

Внезапно Ярик осознал, что только что благополучно пережил какой-то внутренний кризис, и едва не задохнулся от облегчения.

– Фу! – выдохнул он: – Спасибо ребята, вы вернули меня к жизни, а я уж думал, что уже в аду…

– Там компания веселей, – хмыкнул Лёха, – в аду свои! Закуришь?

Находясь под впечатлением услышанного Ярик отрицательно мотнул головой.

– Да-а-а, бросать курить легко, – философски констатировал Санёк и потянулся за сигаретой, – я сам бросал раз сто.

Забыв о рыбалке, они долго сидели, дымили и разглагольствовали о погоде и природе, о добре и зле, о вере и безбожии, о жизни и смерти, закончили жёнами и находящимися в термальной стадии маразма тёщами, как же без них.

– Моя, как замуж вышла, так ни о чём, кроме еды и не думает, – посочувствовал себе Лёха, – всё жрет, а когда замечание делаю – орёт.

– Похоже, бабье бешенство по вентиляции передаётся, – улыбнулся Санёк.

– В точку, – согласился Ярик.

Зацепив животрепещущую тему, мужчины на ней и застряли. Ведь каждый имел, что сказать, хоть и продолжал идти вперед по широкой дороге жизни со своей спутницей, приложением к ней. В конце концов, постановили, что главный в семье тот, кто дает жене деньги. Рыбалка так и не задалась, а когда комары вытеснили слепней и заступили на свою вахту, засобирались.

Дома Зойка была одна. Она сидела у телевизора и как загипнотизированная смотрела какую-то новую передачу. После услышанных откровений, что характерно реальных, у Ярика возникло стойкое желание опять уйти. Он понимал, что жить с этим чувством долго не сможет, нужно было что-то решать. Но так тяжело выбивать себя из «тухлого болотца», в котором всё знакомо, где всё предсказуемо и понятно.

– Ты собрала вещи? – он спросил первое, что пришло на ум.

– Подожди, здесь такое… – к ней вернулось прежнее игнорирование.

Она, выполнив утренний ритуальный танец с кофе, посчитала, что проблемные вопросы исчерпаны, а муж, имеющий память, как у гуппи, очевидно уже забыл их обидные речи.

– Нужно освободить квартиру родителей. Они скоро вернуться с дачи.

– И чё? Горит?

В нём словно разорвалась атомная бомба. Ярость, клокотавшая внутри, достигла предела и готова была выплеснуться наружу. Но бросив взгляд на экран телевизора, он затормозил.

Глава 7

Шла трансляция какого-то розыгрыша, вроде «Спортлото». Три красивые блондинки, подобранные под стать друг к другу, выполняли странные манипуляции: одна, как в трансе, рисовала маркером на планшете цифры, вторая отрывала лист с числом и зачитывала его, а третья передавала листок тиражной комиссии. Ведущие отличались выразительностью лиц и красотой женственных линий тела, как на финальном конкурсе «Мисс Вселенная».

Понимая, что происходит что-то из ряда вон выходящее, Ярик сел на диван. Он взволнованно рассматривал примечательные красные платья теледив, их броши в виде жука-скарабея, катящего солнечный диск и их уникальные браслеты в форме кобры. Отлитое в металле пресмыкающееся, будто почуяв опасность, поднялось и распустило свой капюшон.

Слова и образы беспорядочно заметались в его голове: «та девушка», «утопленница», «как две капли»…

– Что за передача? – спросил он Зойку, будто забыв, что несколько секунд назад мечтал её придушить.

– Тоже зацепило? – брякнула она.

У жены была удивительная особенность – не отвечать на поставленные вопросы сразу. Поначалу он бесился, а после принял нюанс, как данность.

– Я, кажется, спросил?

– Ладно, ладно, не кипятись, – смилостивилась жена, – называется, кажется «Твоя фортуна». Надо поискать в маркетах их лотерейные билеты. Вот было бы счастье!

Она закатила глаза, и некоторое время сидела молча, очевидно уже представляя шезлонг под пальмой. Пока Зойка медитировала, парень, шумно втянув в себя воздух, рассматривал жюри.

За длинным столом расположилось человек десять, мужчин и женщин. Они были в старомодной одежде, как призраки, собранные в одном помещении из позапрошлого века. Их очертания периодически расплывались, будто нечеткие изображения на фотографиях. Пространство вокруг них через определенный промежуток времени тряслось, по нему ходили волны ряби. Компания напоминала бестелесных созданий хаоса, приковывала взгляд и отвращала.

– Додумались же, – сам себе буркнул Ярик.

– А что? Прикольно! – отозвалась Зойка.

– И что с твоей точки зрения этот «прикол» означает?

Но жена раздражённо повела плечом и ничего не ответила. Это был не просто розыгрыш, а настоящий праздник: шоу с фейерверками, световыми эффектами и модными исполнителями. Оно походило на качели, от восторга до недоумения, заставляющее испытывать всю палитру чувств, сменяющих друг друга неимоверно быстро. Зойка смаковала происходящее, искренне получая удовольствие.

– Организаторы в круиз собирают много счастливчиков – человек 70, – пояснила она, – а потом разыгрывают особенности путешествия. Оно может быть морским, сухопутным, могут даже в Антарктиду заслать, здорово да?

– В Антарктиду и вправду здорово, – сыронизировал он.

– Ничего ты не понимаешь.

На экране один за другим начали всплывать выигравшие номера. В этот момент, в его мозгу что-то щелкнуло, и пришло осознание, что за этими цифрами он видит непривычную для своего потустороннего взора картину – лица совершенно незнакомых ему людей, их имена, фамилии, адреса…

Это было похоже на наваждение. В глазах потемнело, затошнило, казалось, что вся вселенная завертелась вокруг маленького человека. Он уже не понимал, где он и что с ним происходит, только цифры, лица, имена, адреса. Ярик погружался в гипнотическое состояние все глубже и глубже, чувствовал наплывающую, вгоняющую в транс энергию и мощь бессознательного. Очнулся он от того, что кто-то тормошил его за плечи. Туман потихоньку рассеивался, а в голове одной за другой картинкой восстанавливались фрагменты памяти до забытья.

– Ты в порядке? – настороженно спросила жена, глядя на него исподлобья.

Семёнов тяжелым жестом провел по лицу ладонями и надсадно пробурчал себе под нос.

– Чего бубнишь-то? – вскинула брови Зойка.

– Что со мной было?

– Да кто тебя знает, – она пожала плечами, – принялся сыпать фамилиями, адресами, цифрами какими-то.

– А ты ничего такого не ощутила?

– «Такого» какого? – жена уставилась на него в недоумении.

– Ничего, – махнул он рукой.

Решив про себя, что нужно спокойно обдумать новую головоломку, парень поднялся и пошёл на кухню за кофе. Он рассеянно открыл шкаф и достал фарфоровую чашку. Но в следующий миг та выскользнула из руки, и ударившись о столешницу разбилась. Это было почти ожидаемо. Ярик усмехнулся и с интересом принялся изучать осколок. Он был такой же формы, что и скол на чашке, но не соответствовала его кривизна. Она была перевернута.

Здесь стало не до смеха. Осколок будто прилетел из Зазеркалья или из другого измерения.

– Такого не может быть! – воскликнул Семёнов, всё ещё пытаясь приладить кусок к ободку чашки.

Вертя в руках пазл, он лихорадочно вспоминал, что пил утром, потом окинул настороженным взглядом кофейник, понюхал пакетики с чаем и сдался.

– Зачем так шуметь? – входя на кухню, спросил жена.

– На-ка, – он протянул ей стекло, – приложи сюда.

– Что ты мне голову морочишь, – психанула Зойка, когда её очередная попытка приладить одно к другому, провалилась, – откуда ты его взял?

– Я и сам хотел бы знать…

Он неопределенно пожал плечами и потянулся за другой чашкой. Вторая последовала за первой.

– Ты сошёл с ума, – жена покрутила у виска и уставилась на Ярика непонимающим взглядом, – перебьёшь весь сервиз!

Новые два осколка также не подходили к чашке, как пазлы из разных коробок друг к другу. У него внутри уже привычно похолодело.

– Тебя это не волнует? – Ярик посмотрел на жену в надежде встретить хотя бы интерес.

Но парень и без слов понимал, что Зойке хочется вернуться к покинутому уютному дивану и голубому экрану. Жалкие осколки головоломки, что были частью любимого сервиза его матери, тревожили только его.

– Ладно, иди уже, не стой тут.

Он попытался собрать в голове внезапно разбежавшиеся мысли, но всё было безрезультатно. Ярик грузно осел на старенький табурет и окинул взглядом привычную обстановку. Каждый предмет, каждый уголок родного дома был на своем месте и наполнен ностальгическим уютом детства. Но было «что-то», что вводило в рациональный ступор и неимоверно повышало его недавно приобретённую тревожность.

Стараясь не смотреть на странных героев, счастливых обладателей букетов и подарков бредового ток-шоу, Ярик отправился спать. Но едва рассвело, он вынырнул из сна, как из ледяной воды. Парень ещё долго ворочался в кровати, пытаясь вновь уснуть, однако попытки не увенчались успехом. Голова продолжала гудеть от бесконечного потока назойливых мыслей, и нужно было с кем-то поговорить.

Дотянувшись до телефона, он набрал Лёху.

– Слушай друг, ты где? – спросил он запыхавшегося одноклассника.

– В дурдоме! – выпалил тот.

– Это понятно, дома или на работе?

– На даче.

– Мне надо бы перетереть одну, хм… – замялся отпускник, понимая, что его звонок застал друга врасплох.

– Ну, здорово! Ближе к вечеру приедешь? – позитивно отреагировал тот.

Глава 8

По пути к однокласснику Семёнов не мог отделаться от мысли, что в полотно его жизни, явно вплетена иная реальность, в которой он застрял, как муха в янтаре. И сплетение с ней было настолько плотно, что распутать её самому было не под силу. В рюкзаке у него лежало несколько стаканов, купленных в ближайшем магазине. Ярику требовалось продолжение эксперимента, а к нему разумный наблюдатель. Однако Лёха, расценив не запланированный визит друга, как очередной семейный скандал, вместо «здрасти» принялся его утешать.

– Слушай, брат, ни бери в голову! У них, – парень махнул рукой в сторону парника, – мозг, как у камбалы, маленький и на одну сторону, куда и глаза…, – но приметив выгружаемые молчаливым отпускником на стол стаканы, он воскликнул: – Опа! Неожиданно.

– Ты не так понял, – вздохнул гость, – мы будем бить.

– Так «бить» или «пить»? – почесал затылок Лёха: – Я предпочел бы последнее.

«Мне бы твои проблемы» – грустно подумал Семёнов, а вслух спросил: – У тебя бывают сбои в матрице?

– Не хочу портить ответом твой вопрос, – бросил Лёха: – А по-человечески можно?

Ярик поискал глазами камень, завернул стакан в магазинный пакет, ударил по нему и поднял взгляд на одноклассника. Но тот смотрел не на пакет, а на него.

– Всё так плохо?

– Ты не понимаешь! – отмахнулся Семёнов: – Смотри…

Парень достал то, что было стаканом, и разложил запчасти на столе. Их было не много: один крупный осколок и два мелких.

– Сможешь восстановить его целостность?

Сейчас Ярик видел в однокласснике спасителя, от которого зависела его дальнейшая жизнь.

– Слушай, друг, ты меня прям пугаешь! – буркнул тот.

В глазах товарища было немного иронии, капелька непонимания и частичка жалости.

– Лёш, я не шучу, будь человеком.

Тот, взяв большой осколок, повертел его в руке, примериваясь, и приложил к стакану. От удивления его брови поползли вверх, придавая строгому лицу комичность. Алексей пытался найти рациональное объяснение увиденному, но его не было. Ни у кого не возникло сомнений: перед ними ребус – осколок стекла не подходил к месту скола.

– Надо выпить! – предложил Лёха: – Погодь…, так девочки, чё встали?

Он бросил взгляд в сторону замерших в отдалении жены и тёщи.

– Принесите нам перекусить и идите, погуляйте… в парник.

Те молча улыбнулись, переглянулись и пошли выполнять указание старшего по званию: одна направилась к грядкам за овощами для салата, вторая – на кухню, откуда теперь доносилось звуки скрипящих половиц и звон посуды. Наблюдая за немой сценой, Ярик тоже невольно улыбнулся, отчетливо понимая, насколько горька и цинична его семейная жизнь.

Меж тем Лёха дунул поочередно в два оставшихся в живых стакана, и сказав: «щас!», скрылся в темноте дверного проема бани. Вернулся он через минуту, гордо неся фигурную бутылку.

– Пациенты порадовали, какой-то фирменный коньяк, берёг, – он почесал затылок, – для особых случаев. Похоже, такой настал.

Алексей разлил напиток и один стакан протянул ему:

– Давай за здравомыслие!

Тост сомнительный: алкоголь и здравомыслие – не совместимые вещи. Но Ярик благодарно кивнул и пригубил. По его жилам потёк расслабляющий жар, но он взял себя в руки и поставил стакан на столешницу. Пока хозяйки суетились вокруг них, расставляя тарелки и закуски, мужчины молчали.

– Скажи, а раньше ты не замечал такую странность? – наконец, дождавшись их ухода, спросил гость.

– Скажи, а зачем мне это надо было анализировать? – в тон ему ответил Лёха: – Вопрос в другом, тебе это зачем понадобилось?

– Вся моя жизнь, начиная с одного странного происшествия, катится под откос, – мрачно ответил он, его передернуло, – мне не с кем это обсудить и если у тебя есть время, то…, м-да… иначе я сойду с ума.

Лёха закурил и, выдохнув дым, ироничным тоном констатировал:

– Ты уже здесь! Так, что колись давай, что у тебя там.

Ярик взъерошил волосы, пытаясь привести свои мысли в порядок. В его относительно размеренную жизнь ворвалось столько сюрпризов, что в голове не укладывалось, как их упорядочить.

– В общем, началось всё с того, что я шёл…

Лёха слушал его, не перебивая. Он дымил сигаретой и всё пытливее и пристальнее заглядывал в его глаза, точно желая проникнуть в самую суть проблемы. Когда Ярик закончил свой рассказ, товарищ был потрясен, и довольно долго сидел молча, переваривая информацию.

Видимо решив для себя какую-то задачку, Лёха сначала склонил голову набок, а потом скривил губы в подобие улыбки:

– Знаешь, люди бегают, спешат куда-то, будто от их суеты зависит равновесие Вселенной, – философски заметил он, – а мы сидим тут со стаканами в руках и понимаем, что наши важные дела – всего лишь игрушки, в которые играют взрослые дети.

– Значит, ты меня понимаешь? – с надеждой спросил Ярик.

– Понимаю, – вздохнул Лёха.

– Тогда объясни и мне тоже!

Лёха нахмурился, вспоминая давно забытую историю, а потом спросил:

– Помнишь наш серпантин?

Ярик угукнул в ответ и напряженно, не мигая посмотрел на друга.

– Загадочного в нашем мире вагон и маленькая тележка, просто мы многое замечая не анализируем, а потом забываем. Тебе просто не повезло, твои странности кучно пошли, – Лёха вздохнул и продолжил: – Это было давно, лет пять назад. Я ехал домой с одного сейшена. Устал, как собака, да ещё водилы забывали переключать дальний свет. Я обратил внимание на часы – было 9 вечера. На самом повороте, какой-то кретин полез на обгон, не видя, что встречная полоса занята. Он уже поравнялся со мной, и деться было не куда, с моей стороны обрыв и море, с другой – гора. Выскочивший из-за поворота грузовик врезался в бешеного гонщика. По всем канонам ДТП я должен был попасть под замес. Последовала вспышка, я отключился, а когда открыл глаза, то на часах было без пяти девять вечера, рядом никакой аварии, я стою на обочине и думаю: «чёрт подери, я жив?!»

– Ты хочешь этим сказать, что…?

– А то, что и я тогда переместился в другую реальность! Как не назови её – ад, рай или ещё что-то? И этот гадский осколок, – он кинул взгляд на стоящий в другом углу стола разбитый стакан, подошел бы к сколу, но в нашем мире, а тут – зазеркалье какое-то.

– Но может ты задремал, и ДТП тебе приснилось? – Ярик был уверен, что всему должно быть объяснение, забывая, что сам сейчас пытается найти его для себя.

– Нет! Я точно знаю, что за минуту до аварии разговаривал с коллегой. Меня отбросило на 5 минут назад.

– А звонки в телефоне сохранились?

– Не сохранились, но Игорь, так зовут коллегу, точно помнит, во сколько мы общались и о чём был разговор. Я много потом рыл литературу: читал, смотрел. Ты слышал про двоичные воспоминания?

Ярик, вздохнув, пожал плечами, а Лёха торжественно посмотрел на слушателя сверх очков:

– Может оказаться, что события, в котором участвовали десятки человек и о котором твёрдо помнишь, и не было вообще, а ты единственный, или почти, кто всё помнит. Про это даже теория есть.

– Хорошо, а мне-то что делать? – Семёнов посмотрел на вечернее небо, на котором зажглись уже первые звезды.

– Нам остается только расслабиться и получать наслаждение от жизни, – Лёха говорил, широко улыбаясь и хлопая Ярика своей ручищей по плечу. Он изо всех сил балансировал между честностью и сочувствием: – Мой совет, найди, эти чертовы лотерейные билеты и отправь родственников в Антарктиду. Пусть, наконец, придавит их счастьем!

– Ты думаешь?

– Постоянно и тебе советую!

Глава 9

Переезд в служебное жилье занял вечер. Казенная квартира располагалась в старом панельном доме на окраине Коломска. К их удивлению она оказалась более уютной, чем можно было ожидать. На фоне приятного цвета обоев и светлой комнаты, мебель смотрелась добротно и гармонично, а затхлый воздух помещения и слой лежалой пыли, являлись следствием долгого отсутствия в ней жильцов. Здесь царила тоскливая, надрывающая сердце тишина, но это было сугубо его ощущение. Зойка же буквально прыгала от радости, переходя от одного предмета обихода к другому, и судя по её реакции, уже считала квартиру своей. Ярик был спокоен, во всяком случае, пытался держать себя в руках. Жена, памятуя о своих откровениях, старалась быть хорошей, но получалось неестественно. Её неумелая попытка извиниться и сыграть если не в любовь, то хотя бы в дружбу, не увенчались успехом.

– Ну и ладно! Ты и сегодня мне всю жизнь испортил, – она выдавила корявую улыбку.

Видимо сказанное ею было шуткой, и пошла звонить маме. Это усилило его желание покинуть чужую жилплощадь и возвратиться в отчий дом.

Недалеко от центра располагалось небольшое кафе, где продавали разные вкусности и хороший кофе. За одним из столиков сидела женщина, с улыбкой наблюдавшая за дочкой, наворачивающей пончики. За другим – два парня в офисном прикиде, застегнутом на все пуговицы, скоро уплетали бизнес-ланч.

Ярик устроился за столиком у огромного панорамного окна, выходящего на оживлённую улицу, и достал блокнот с ручкой. В его жизни были ситуации, когда системный анализ помогал принимать важные решения. Но уже через полчаса парень уминал сочное мясо с салатом, запивал пиршество соком и одним глазом просматривал сладости. Хотелось получить очередную порцию «быстрого дофамина». Он был настолько увлечен процессом, что слегка вздрогнул, услышав рядом с собой приятный женский голос.

– Можно присесть? – спросила девушка, и не дожидаясь разрешения расположилась напротив.

– Прошу вас, не стесняйтесь, – Ярик задумчиво пробежался по ней взглядом.

– Да я не из стеснительных, – усмехнулась она и добавила, – я посоветовала бы вам меренговый рулет. Здесь его здо́рово готовят.

– Как вы вовремя подошли, – среагировал парень, – я прям голову сломал, выбирая между «фланой с ягодами» и творожным десертом. А вы что будите? Я угощаю.

– Любезно с вашей стороны, но я предпочитаю сама…

– Отпускников обижать нельзя, – он покачал головой и представился, – Ярослав, а вы надеюсь не Зоя?

Девушка весело рассмеялась.

– Банальнее – Ира.

– Вот и славно.

Неожиданно напомнил о себе другой мир – более яркий и живой, наполненный скрытыми смыслами, тонкими материями и связями. Девушка была хорошенькой шатенкой, высокого роста и спортивного телосложения. В отличие от отдыхающих, она была одета в некое подобие делового костюма, безупречно сидящего на её стройной фигуре. Разговор завязался как-то сам собой, из ничего, и не умолкал ни на минуту.

– Итак, вы здесь работаете? – Ярик указал на виднеющиеся высотки бизнес-центров.

– Я здесь отдыхаю, – улыбнулась она.

– Надо же, какое совпадение!

Удивительно, сколько всего зависит от восприятия другого человека. Как же легко было разговаривать с Ириной. Не нужно было анализировать и долго думать над тем, что ты хочешь сказать, не нужно было планировать разговор – нужно было просто говорить. И всё было бы хорошо, если бы официант, по просьбе жаждущих зрелищ посетителей, не переключил бы канал телевизора. Как назло, транслировалось шоу «Твоя фортуна», заставившее его опять внутренне сжаться. Тень, на мгновение омрачившая его лицо, не укрылась от Ирины.

– Согласна, – она стала задумчивой и строгой, – мне тоже оно не понравилось.

Встретившись с ней взглядом, парень в раздумье покачал головой.

– А вас, что напрягает? – он попытался улыбнуться, чтобы скрыть набегающее волнение.

Девушка на мгновение закрыла глаза, видимо воскрешая в памяти свои ощущения, а после ответила:

– Мрачноватое.

– Согласен, действительно, как не от мира сего, но – он посмотрел вокруг, – людям нравится, только символизм…

Он вновь переключился на экран, пытаясь там найти ответы на свои вопросы.

– Вы о броши и браслете?

– Угу, – промычал он, не сводя взгляда с экрана, а после дополнил, – когда я первый раз о них услышал…, хм, их увидел, то попытался связать символику в единую схему шоу, но так ничего и не получилось.

– Отчего же? – Ира покачала головой: – Скарабей – это протагонист – символ созидательной силы и возрождения в загробной жизни, а змея – олицетворение всеобщего мрака, изначальная сила, олицетворяющая Хаос – антагонист.

– Ну, белиберда, получается, – констатировал Ярик.

– Почему же? Гиена и рай.

Парень рефлекторно закрыл глаза ладонью, будто хотел отгородиться от неадекватных идей и покачал головой.

– Но это же абсурд! Передача не того формата, чтобы строить конспералогические умозаключения, – пояснил он свою реакцию.

Ира, поигрывая ложечкой в чашке с капучино, усмехнулась.

– Говорят, что в этих девочек в красном, – она бросила взгляд на экран, и понизила голос, – имплантирован чип-модуль, способный получать информацию с главного компьютера.

Казалось, что перед ним вновь транслировалась очередная серия «секретных материалов».

– А у вас, откуда такие сведения? – бросил он.

– Я работаю в сфере журналистики, правда сейчас нахожусь в длительном творческом отпуске – Ира пожала плечами, – но информация для меня не составляет служебной тайны.

Семёнов вспомнил телефонный звонок патологоанатома из его прошлой жизни: «Вы далеко ушли? Я… схожу с…». Теперь он точно знал, что заставило парня так реагировать. В утопленнице он нашёл чип. Значит, всё сходится и его прошлое не придумка больного воображения, а реальность! «Похоже, таблетка от паранойи мне не понадобится?» – не уверенно спросил себя он, а вслух сказал:

– То, что вы рассказали недоказуемо. Допустим, но возникает вопрос – что они считывают с компьютера?

Со стороны казалось, что Ира либо не замечала его мысленных метаний, либо старалась их не замечать. Она не ответила, вытащила из сумочки мобильный, нашла искомое и воспроизвела.

На видео был бесконечных размеров белый зал, видимо снимали с какой-то дальней точки. В его центре парила гигантская сияющая сфера. Она вся состояла из гексагонов, а узоры, складывающиеся, как в калейдоскопе, удивительно напоминали виденную им мандалу – причудливые орнаменты которой состояли из лотосов, разноугольников и много ещё чего. Она создавала эффект погружения в неизвестное, яркоцветное пространство.

Чем больше он смотрел на сферу, тем больше она гипнотизировала. В ритме своего сердца он начал «слышать» время и чувствовать будоражащие мгновения жизни. Он словно заглянул за грань потустороннего, от которого волосы вставали дыбом, а замутненное сознание переворачивалось, как песочные часы. Все больше погружаясь в гипнотические переливы сферы, он начал выходить за грани реальности, в мир, где минуты длились вечность, а тысячелетия пролетали в мгновение. В этот миг он явственно осознал, что человеческая жизнь – иллюзия, а за её кулисами скрывается нечто настолько чуждое и непостижимое, что может пошатнуть основы мировосприятия.

– Ярослав, вы как? – неожиданно Ира накрыла его руку своей ладонью и похлопала, успокаивая, как заботливая мать ребенка.

Она, возможно знавшая особенности воздействия сферы на сознание человека, старалась вывести собеседника из состояния транса, в который он начал погружаться.

– А? – Семёнов выскочил из потусторонней ловушки, как пробка из бутылки с шампанским.

Он был настолько ошеломлен увиденным, что почувствовал себя слабым и незащищенным. Видя его состояние, девушка участливо улыбнулась.

– Это главный компьютер, – констатировала она.

– Но «оно» не может быть компьютером!

Ярик начал горячиться.

– Ну, почему же? – девушка пожала плечами.

На этом вопросе его аргументы закончились.

«Действительно почему? Много ты видел современных компьютеров? Может он тот самый знаменитый квантовый?»

Но Ира решила переключить его внимание и вернуть в настоящее.

– А второй вопрос? – на её лице светилась успокаивающая улыбка.

– Второй? – в его голове, как в блендере, всё перемешалось, – а-а-а – протянул он, вспоминая с чего начал свои расспросы, – мне кажется, что вы не случайно подсели именно ко мне?

– Вас тревожит неопределенность, – туманно ответила она.

– Кто вы? Психолог? Психиатр? Или… – он замялся, ища ей определение и пытаясь выразить его в словах, но Ира ответила, не дождавшись:

– Вы хотели сказать «экстрасенс»? Нет, я всего лишь журналист, которому хочется разобраться со всей этой абракадаброй, и кажется, нашла заинтересованное лицо.

Чуть заметная усмешка тронула его губы:

– Какая же информация идет «красным» от чипа?

– Случайные числа!

– И что тут странного? Так или иначе, любая лотерея – это генератор случайных чисел! – Ярик пожал плечами: – Любите же вы, женщины, нафантазировать там, где всё лежит на поверхности.

– Для чего тогда столько символизма – Тибет и древний Египет с его сонмом богов?

– Не было бы наворотов, не было бы интриги. Разве не так?

– Я чувствую, что вам нужно переварить информацию, – Ира деловито кивнула и поставила на столик свою чашку: – кстати – здесь продаются лотерейные билеты «Фортуны».

Ярик бросил взгляд в сторону кассы. На прилавке действительно лежали журналы, рекламки и пачки лотерейных билетов. Он поднялся и быстро зашагал в сторону кассы. Сам того не замечая, он попал в сингулярность, где законы разума уже не действуют. Его вела иная сила, для порождения чего-то нового.

Расплатившись за вкусный обед и десерты, Семёнов взял на сдачу билеты лотереи. Парень какое-то время разглядывал их дизайн, после чего, швырнул бумажки на стол со словами: «Я что-то подобное и предполагал!». На них были изображены джокеры, держащие в руках цифры.

– Согласна, забавные картинки, – усмехнулась Ира, подхватывая его мысль.

Но Семёнов решил, что на сегодня достаточно. Квест с загадками утомил.

– Пройдёмся? – поинтересовался он.

– Почему бы нет? – улыбнулась журналистка.

Вечерняя набережная была тихой и немноголюдный, как в обычный будничный день. Прилавки и площади почти опустели. Простаивали полупустые кафе, продавцы сувенирных лавок выглядели усталыми, видимо им самим не терпелось разойтись по домам, а мимо озабоченно пробегали редкие пешеходы. Волны тихо накатывались одна на другую и уходили вдаль, к садящемуся в воду солнцу.

Легко быть рядом с человеком, с которым не накоплен ворох проблем, взаимных претензий, обид и недопонимания, когда всё красиво и радостно. Молодые люди шли, почти соприкасаясь руками. Волевой подбородок Ирины был чуть задран вверх, будто она подставляла лицо под последние лучи закатного светила. Их разговор тёк плавно, без неловких пауз. Сами собой вспоминались истории из детства: одни вспоминались со смехом, другие – со словами «вот это повезло!». Была только одна тема, которую они упорно обходили стороной – тема «Твоей фортуны».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Принцип квантовой неопределённости Чернышевского-Герцена

Вернуться