Марина Серова
Ну и семейка

© Серова М. С., 2026

© Оформление. ООО «Издательство

«Эксмо», 2026

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Глава 1

Которое утро подряд у меня затишье. Скучно даже. Что-то народ в городе слишком законопослушный стал, даже дорогу, видимо, переходят строго по «зебре», раз ко мне, частному детективу, никто не обращается.

С одной стороны, этому нельзя не радоваться, значит, полиция держит руку на пульсе жизни и, так сказать, на корню пресекает любые поползновения… Э-э, эка меня занесло-то, так, глядишь, и правда уверую в светлое будущее!

Выпить, что ли, еще кофе? – мелькнула в моей голове мысль. Хотя, при всей моей любви к этому чуду, бодрящему напитку, уже во рту горько.

Вот разве что попробовать смолоть новый сорт, купила на днях в супермаркете «Lavazza super», дорогой, зараза, но, по отзывам приятельницы, чудо как хорош!

Увы, этим намерениям не суждено было осуществиться: в дверь настойчиво позвонили и, пока я нашаривала под столом спавшую с ноги тапку, нетерпеливо повторили, а потом еще раз!

На пороге стояла, судя по первым признакам пола, несомненно, девушка. Если брать по меркам нынешнего поколения, то вполне себе ничего: ярко-фиолетовая прядь волос, падающая на глаза, пирсинг в носу, это уж обязательно, широкие, бесформенные джинсы. На тонкой шее – тату, змея, выползавшая откуда-то со спины, отвратительная голова ее с раздвоенным языком холодным взглядом окидывала все вокруг. Может, это бренд характера хозяйки, мелькнула у меня мысль. Да уж, странноватая девчонка!

– Я войду? – довольно развязно обратилась незнакомка, мельком окидывая мою ладную фигурку, свежее, не испорченное макияжем лицо.

– Слушаю вас, – вежливо спросила я у посетительницы, проведя ее в комнату и усаживая в кресло. – Какая нужда привела вас в мою скромную обитель?

– Вы ведь Татьяна Иванова, частный детектив? Да, именно нужда, тут я полностью согласна, – ответила посетительница. – Моя фамилия Ковалева, и я буду… вернее, была дочерью бизнесмена. Может быть, и вам известен мой папа? Его все в городе знали!

Увы, о таком важном члене общества до сего момента я, к своему стыду, и знать не знала, однако, обтекаемо кивнула, усаживаясь поудобнее, в надежде выслушать посетительницу более подробно.

Та довольно сумбурно рассказала следующее.

Месяц тому назад домработница нашла ее отца в доме, в рабочем кабинете, лежащим на полу и мертвым. Ну конечно, сразу крик, паника, звонок в полицию, это все понятно и, в принципе, не очень и интересно.

Вскрытие показало, что у отца случился инфаркт, предположительно, после выпитого коньяка, ополовиненная бутылка которого стояла на его столе.

– Так в чем же тогда проблема? Зачем вам помощь частного детектива? – не поняла я.

Девица закатила глаза, показывая всем видом, что я тороплюсь, и нервно продолжила:

– Отец практически не пил последнее время, вот что! И с сердцем у него никогда проблем не было! – запальчиво возразила Мила, так звали эту экспрессивную девушку. – Но и это еще не все! После смерти оказалось, что в завещании покойного прописана передача всего имущества его жене, то есть моей мачехе. А она его не любила, не любила! Марина младше отца на тридцать лет! Только деньги тянула да по салонам красоты бегала! И любовник у нее был, я точно знаю! Стерва она, видимо, решила избавиться от папы! – со слезами на глазах утверждала девушка, стуча маленьким кулачком себя по коленке. – Вот я и хочу, чтобы вы во всем разобрались! Беретесь за это дело? Если да, то деньги у меня есть, не волнуйтесь!

– Пожалуй, возьмусь, только вы имейте в виду, такса у меня – не менее двухсот долларов в день, это кроме разъездных и прочих расходов.

– Хорошо, нормально, мне папа оставил некоторые средства.

Это, между прочим, моя обычная такса: двести долларов за день работы. Это только для дилетантов детективное расследование – увлекательные погони, стрельба, громкое задержание преступника. Ха-ха, как бы не так! Задержание, между прочим, крайне редко делают сами детективы, это работа полиции, наше – набрать достаточно доказательств, чтобы негодяя посадить на нары. А за этим набегаешься да насидишься, словно охотник за чутким зверем!

Я попыталась расспросить Милу, в каких отношениях они были с отцом, могли ли у него быть враги, ну и выяснить прочие вопросы, чтобы понимать, где искать возможного преступника. Но девица твердила одно: врагов не было, с отцом они в прекрасных отношениях, и убила его – вот совершенно точно – Марина. Конечно, верить девушке на слово я не собиралась.

Прощаясь с заказчицей, я, конечно, взяла у нее номер телефона, на всякий случай записала и номер молодой вдовы.

Все это немного меня взбодрило, и вот теперь уж я непременно попробую на вкус новый сорт кофе! Так ли он превосходен, как расписывала приятельница? Уж в чем в чем, а в кофе я отлично разбираюсь, без него и жизни не представляю.

А и правда, напиток-то стоит своих денег! Так, теперь надо набросать примерный планчик, что за чем мне надо делать. А для этого подойдет, как уже традиционно я делаю, гадание на костях. Их у меня три, все с двенадцатью гранями.

Значит, берем их в руки, ссыпаем в стаканчик и трясем. Бросаем. Что тут выпало? Гм, несколько странный подбор цифр. Чует мое сыщицкое сердце, намаюсь я с этим делом! Но как говорится, взялся за гуж, не говори, что не дюж.

Вперед! Нас ждут новые открытия, Танюша! И неплохой гонорар, так что установка такая: стараться изо всех сил.

А для начала неплохо было бы созвониться с Кирей – Владимиром Кирьяновым. Этот подполковник недаром в управлении полиции штаны протирает, знает, бестия, что и где случилось и почему все это так получилось. Вот и со мной поделится, куда ж без этого. Небось без моей помощи так быстро вторую большую звезду на погоны вряд ли получил бы. Да он и сам о том знает, не подводил еще ни разу.

– Привет, начальник! Как службу правим, удачно ли идут дела? – интересуюсь у Кири. Так-то, в миру, он для всех – Владимир Сергеевич Кирьянов, человек семейный, надежный. А для меня и друзей – просто Киря, как с давних времен повелось, привыкли друг друга для краткости называть.

– А, Танюша, это ты объявилась – не запылилась! Приятно слышать. Я уж, поверь, заскучал без твоих звонков. Грешным делом подумал, что и сама горазда тайны сыска познавать, ловишь преступников, словно рыбак сетью!

– Да ладно тебе, заскучал он! Рад-радешенек небось, что заставляю извилинами шевелить, сидишь, дремлешь, пока подчиненные землю роют.

– Кабы оно так! Ну ладно, нечего тут пустые разговоры разговаривать, говори, чего надо, а то у нас через полчаса совещание, надо же подготовиться!

– Мне пустячок нужен от твоей конторы: бизнесмена Ковалева знаешь, того, что помер? Что можешь рассказать про это дело?

– Сама сказала, за язык тебя не тянул: помер! А коль так, то что нам о нем знать, криминала там нету, значит, о нем похоронное бюро позаботилось, а не мы.

– Хочешь сказать, твои на месте преступления не были? Вроде бы не глубокий пенсионер с кучей диагнозов в анамнезе, – несколько удивилась я. – Должны бы проверить, разве нет?

– Тань, мои не были, – разочаровал меня Киря. – Представители местной полиции и скорая.

– Какой отдел полиции, подскажешь? Звякну, попробую расспросить, как все было. Может, кто-то что-то заметил.

– Тань, подскажу, конечно, – обреченно пробурчал Кирьянов, – только зачем? Там начальником Вениамин Петрович Веденеев, въедливый мужик, и ребята у него на совесть работают. Твой Ковалев сам помер.

– Так уж и сам помер? Своей смертью помер, и никто не помог? – фыркнула я, хотя с Венькой Веденеевым еще по учебе знакома, действительно, цепкий парень. И тем не менее моя клиентка убеждена, что смерть ее отца не случайна. И я как частный детектив обязана проверить, права она или ошибается, и собрать все необходимые доказательства. Что я Кире и объяснила: – Меня его дочь наняла, утверждает, что отца убили!

– Да, такая официальная версия, и патологоанатомы ничего крамольного при вскрытии не обнаружили. Инфаркт. Все под богом ходим. Бедный ты или богатый, а намерено судьбой столько – больше не проживешь. Ну ладно, я все сказал, бывай! Как говорил герой в кино, будете на Колыме, заходите в гости!

– Типун тебе на язык с твоей Колымой! Нашел, понимаешь, цитату из классики, она и не к месту совсем!

Так, что имеем для начала? Собственно, ничего. Естественная смерть. А вот дочь чего-то сомневается. Не пил, говорит, папаша, а на столе в момент смерти ополовиненная бутылка коньяка была в наличии. Допустим, моя клиентка права. Тогда что у нас выходит? Яд? Какой-нибудь мышьяк или крысиную отраву патанатомы бы нашли. Что-то сложносочиненное? Фармацея? Вариант. Что еще? Доведение до смерти – скандал, стресс, инфаркт? Тоже может быть. Но чтобы это выяснить, мне надо побывать на месте происшествия. Пообщаться с безутешной вдовой, прислугой, если таковая имеется. Ну и надеяться, что спустя месяц кто-то что-то да вспомнит.

Ладно, один пункт плана отработан. Теперь поболтать бы с Веденеевым.

Я набрала номер пункта полиции, сработавшего на смерти Ковалева.

– Добрый день. Могу я услышать майора Веденеева? Детектив Иванова, – коротко отрекомендовалась я, и минуты через полторы меня переключили на нужный номер.

– Татьяна, ты ли это? – прогудел в трубке мощный бас Веньки. – Какими судьбами?

– Веня, это действительно я. Помощь твоя нужна. С меня – коньяк.

– Чем смогу, как говорится…

– Что там со смертью бизнесмена Ковалева, расскажешь? – попросила я.

И он рассказал. И полицию, и скорую вызвала домработница Ковалевых. Работа действительно была проведена качественная – впрочем, в Веньке я и не сомневалась, как и в его подчиненных. Вскрытие показало, что причина смерти – инфаркт. Смерть наступила мгновенно. В крови обнаружены следы алкоголя в количестве, соответствующем двумстам граммам коньяка. Уровень кофеина повышен – но это объяснимо, и домработница, и жена говорили, что покойный любил крепкий кофе. Особенно злоупотреблял этим напитком, когда было много работы. Тело обнаружено в доме, в кабинете, где, по словам родственников, покойник часто бывал в одиночестве.

– «Пальчики» не снимали, случайно? – спросила я, слабо надеясь на положительный ответ. Зря надеялась!

– Тань, нет. Естественная смерть, ни тени сомнения у моих бойцов не возникло. Стандартная процедура: скорая диагностировала смерть, мы подтвердили ее ненасильственный характер, тело забрали на вскрытие.

Попрощавшись с майором Веденеевым и пообещав при случае заглянуть к нему на огонек с обещанным коньяком, я вздохнула и перешла к следующему пункту плана.

Где тут у меня номер телефона молодой вдовы? Ага, есть, и зовут эту страдалицу… зовут ее, значит, Марина Федоровна.

Попробуем с этой Мариной поговорить, может, что интересного расскажет.

Телефон вдова долго не брала, я уже подумала, а не сменила ли она из каких-то соображений номер?

Ага, взяла!

– Добрый день, Марина Федоровна! – со всевозможной любезностью говорю ей.

В ответ – молчание, потом, крайне сухо, вдова спрашивает меня:

– А вы, собственно, кто?

– Я, собственно, занимаюсь расследованием смерти вашего мужа… – начинаю объяснять ей, но Марина, резко перебив эту попытку, безапелляционно отвечает:

– Нечего там расследовать, так что, до свидания! Не лезьте в мою семью! У меня и так горе! – И положила трубку.

Хорошо, это нас ничуть не расстроило, можно и при встрече то же самое спросить. Попытаюсь завтра этим и заняться.

Долго пришлось мне сидеть в машине возле дома Ковалевых. А дом, конечно, шикарный! Два этажа, гранитная плитка на въезде, кованые ворота… Представляю, что там внутри!

Наконец дождалась! Марина Федоровна соизволили выйти. А так ничего себе девушка, ухоженная, как модель с подиума, в меру накрашенная. Интересно, из-за денег сошлась с бизнесменом, или хоть какие-то чувства были к нему? Понятно, что мачеха и дочь жили тут, как кошка с собакой!

– Марина Федоровна, не уделите мне пару минут? – очень-очень вежливо пытаюсь пойти на контакт. – Я частный сыщик, Татьяна Иванова, расследую дело об убийстве вашего супруга. Я думаю, для вас это тоже важно, узнать, кто виноват в его смерти. Давайте поговорим.

Бедняге даже нехорошо сделалось при моем появлении! Думала, красавица, что от Таньки Ивановой так просто отвязаться? Напрасно! Если надо – будем и сто раз искать способ все выведать.

– Нет-нет, я опаздываю, да мы и вообще о встрече не договаривались. Как вы не понимаете, у нас горе в семье, а вы все лезете со своими расспросами! У мужа случился инфаркт, и нечего тут расследовать! – нервно ответила она мне и, почти переходя на бег, зацокала каблучками по тротуару, явно пытаясь побыстрее удрать.

Спеши, спеши, я догонять не стану! Мы пойдем другим путем!

Так-с, что-то тут нечисто. Если дамочке скрывать нечего, почему так занервничала, прямо побелела? Глазки забегали, разговор свернула и сбежала.

Это все, конечно, шутки, а если по делу, то надо применить новый способ что-то ценное узнать об этом деле. Вторые сутки идут, а в активе – ноль!

Надо проведать давнюю подругу, Свету из салона красоты. Поболтать о том о сем, заодно и попросить ее поработать над моей внешностью. Раз уж Марина меня увидела, то следить за ней в таком обличье больше нельзя.

– Танюха, привет! – жизнерадостно воскликнула Света, завидев меня на пороге салона. А сама продолжала колдовать над прической клиентки, покорно ждущей окончания укладки, чтобы оценить результат. Да там и сомневаться нечего: все выйдет в лучшем виде, недаром к Свете записываются на месяц вперед! В своем деле она творец.

Дождавшись, пока довольная клиентка уйдет, излагаю суть дела. Света схватывает на лету, понимая, что и как будет делать, чтобы даже и знакомые не узнали меня в новом обличье. А сама не устает делиться новостями.

– Забегала недавно Ленка, взахлеб рассказывала, какой она классный урок французского провела для участников курсов повышения квалификации! Хвасталась, хвасталась, а потом, тихонько так говорит: «Светик, ты мне пару тысяч до пятницы не одолжишь? «Представляешь, Таня! Французским же владеет, как коренная парижанка, уже давно бы переводчицей где-нибудь работала, горя не зная! Так нет же, уцепилась за свою школу! Как будто детки там спят и видят, когда она на урок к ним придет!

Тут она права! Наша общая подруга не может себе жизни представить без уроков, педсовещаний, семинаров. Ей, бедняге, и сны снятся такие, служебные: то, говорит, никак классный журнал найти не могу, хоть урок уже десять минут идет, то пропесочивает ее руководство за недостаточную успеваемость учеников.

А по жизни Лена человек бескорыстный и преданный дружбе, попроси помочь – в лепешку разобьется, а сделает! Чувство долга для нее – превыше всего! Вот не раз уже предлагали перейти на работу в универе, там и зарплата существенно выше, и нагрузки совсем другие. Нет и нет! Школа, моя любимая школа – вот лейтмотив ее жизни!

Между тем, болтая о том о сем, Света не забывала о моей просьбе, прикидывая, как лучше все сделать для изменения внешности.

И вот уже спустя полчаса из отражения в зеркале на меня смотрел парень в кепке, в толстых очках в роговой оправе.

Я ахнула, сама себя бы в жизни не узнала. Подруга рассмеялась:

– Ну как? То-то! Талант не пропьешь! Наденешь спортивный костюм мешковатый, кеды, и дело в шляпе!

К вечеру я решила, преобразив себя и надев спортивный костюм, поехать к дому Ковалевых. Долго раздумывала, брать с собой что-нибудь для самозащиты или это ни к чему. Не будет же Марина нападать на меня с кулаками, а даже если и так, то отобьюсь наверняка.

А вот помимо смартфона нелишне будет взять маленький кнопочный телефончик. Снимать, может, и не придется ничего, а если поговорить, то так даже удобнее. Спрячу его во внутренний кармашек костюма.

Плотно поужинав, ведь слежка за объектом может надолго затянуться, поехала я к дому Ковалевых. Сумерки уже окутали город, окна на первом этаже светились. Я была вся в предвкушении, мое чутье мне подсказывало, что Марине есть что скрывать, а значит, все не зря! Вдруг повезет?

Часам к десяти вспыхнул свет на втором этаже, но вскоре погас, и дом погрузился во тьму.

А через несколько минут из калитки вышла, одетая неброско, Марина Федоровна. Если днем она была в ярком пальто, с красивой прической, то сейчас тоже явно не хотела, чтоб на нее кто-либо обращал внимание. Серая куртка, джинсы, капюшон. Постояла, глядя по сторонам, бегло окинула ряд машин, как всегда выстроившихся вдоль тротуара, и неспешным шагом двинулась в сторону промзоны.

Сейчас в том месте, где не так давно в две смены что-то выпускали для народного хозяйства, осталось не очень много действующих предприятий. Но некоторые, конечно, работали, территория там охранялась. А кое-где корпуса стояли с выбитыми стеклами, навсегда погасшими трубами котельных, заросшими молодыми тополями и кленами дворами с потрескавшимся асфальтом.

Тихонько прикрыв дверцу машины, отправилась вслед за Мариной и я. Благо улицы здесь освещались редкими фонарями и таиться не было особой нужды.

Марина, часто оглядываясь, все шла и шла. Наконец возле полуоткрытой калитки в погнутых огромных воротах остановилась, еще раз оглянулась по сторонам и скрылась во дворе.

Подождав, заглянула во двор и я. Слева белело здание проходной, дальше, наверное, к административному корпусу, вела аллея, окруженная густыми кустами. По ней и шла Марина.

А я, скрываясь за кустами, кралась за ней, стараясь ступать как можно тише.

Не дойдя до двухэтажного здания несколько метров, Марина остановилась, услышав чей-то голос за кустами.

Притаилась и я. На аллею вышел какой-то мужчина, фамильярно бросив Марине:

– Привет! Чего так долго? Все принесла?

Та, как чувствовалось по голосу, вовсе не в восторге была от встречи, но, безусловно, ее ждала.

– Привет! Слушай, Сережа, ты долго еще меня мучить будешь? – с нотками отчаяния обратилась она к мужчине. – У меня уже мало денег осталось, а ты все, как пылесос, давай да давай! Погубит тебя твоя страсть, помяни мое слово! И меня еще впутываешь!

– Да ладно меня лечить! Скоро денежек по завещанию кучу получишь! Заживем! Тогда и прятаться не нужно будет! – раздраженно ответил тот, кого Марина назвала Сергеем.

– Не трогай ты эту тему, я тебя прошу! – схватив Сергея за руку, попросила Марина. – Я, к твоему сведению, вовсе не рада смерти мужа, для меня это было как снег на голову! Я любила Сашу! Все, мне идти пора! А то хватятся дома!

Мужчина фыркнул:

– Ишь ты, любила! Кто тебе дороже, я или твой старый сухарь покойный? Я не прощаюсь! Скоро встретимся, да, Синичка?

Марина, все так же озираясь, переминалась с ноги на ногу и молчала, а я задумалась. По всему выходит, что у вдовы и вправду есть любовник? Просто так Синичками не называют. И эта фраза: «Кто тебе дороже?» Вот только непонятно, какая между ними тайна? А если это он как-то подстроил смерть бизнесмена? А что? Очень удобно! Соперника нет, а денежки на безбедную жизнь теперь есть!

В этот момент я, пытаясь поудобнее устроиться за высоким кустом и в то же время не пропустить ни слова из их диалога, нечаянно наступила на сухую ветку, которая в тишине ночи громко треснула.

Сергей замер с протянутой рукой, Марина тоже повернула голову на звук.

– Что это было? – настороженно спросил Сергей. – Ты слышала?

– Не знаю, может, собака бегает, их тут хватает, наверное. Ну ладно, бери, а я пойду, поздно уже.

И, отдав Сергею небольшой пакетик, повернулась и пошла к воротам, пройдя мимо меня, ничего не заметив. Я вздохнула с облегчением, осторожно повернулась, также собираясь уйти. И вдруг цепкая рука схватила меня за плечо, и с угрозой в голосе Сергей выкрикнул:

– Ты что, пацан, здесь делаешь, шпионишь за нами?

Рванувшись, я чуть не упала, а мужчина только крепче перехватил рукав и тянулся другой рукой схватить за горло. Он сорвал с меня кепку и прошипел:

– Так ты еще и ряженый! Баба! Ты кто такая? Ищейка?

Резко, как когда-то учили знакомые в полиции, согнула ногу в колене и попыталась ударить его в пах. Но нападающий был не так прост, он уловил это движение, отстранился, а потом, это последнее, что запомнила, ударил чем-то по голове. И все, будто свет выключили.

Очнулась я в полной темноте, только где-то под потолком брезжил через мутное окошко начинавшийся рассвет. Голова адски болела, пытаясь пощупать, нет ли там ссадины, обнаружила: руки и ноги связаны. Тело порядком затекло, а от лежания на холодном полу я даже замерзла. Я злилась на себя: «Да уж, умеешь ты, Танюша, попадать в крутые переделки! Как можно было так глупо подставиться?»

Нужно что-то делать, не валяться же здесь кулем! Начала двигать туда-сюда руками, ногами, постепенно кровообращение восстановилось. Опершись на колени, а спиной о стену, я с великим трудом поднялась. Осмотревшись, поняла: меня бросили в подвал, здесь сыро и темно. Двигаясь кое-как вдоль стенки, я вскоре уперлась спиной в какую-то железку, торчащую из стены. На ощупь края ее были неровные, рваные, словно трубу ломали.

А что, если попробовать перетереть веревки? Начала елозить ими о трубу, пару раз крепко поцарапала ладони, но фокус удался! А дальше уже было легче: ломая шикарный маникюр, развязала узлы, освободила от веревок ноги, смогла наконец выяснить, что там с головой. Шишка приличная, но крови вроде нет, и то хорошо.

Так, а что с телефоном? Смартфон я, к счастью, оставила в машине. А кнопочный телефон? Ура! Он так и лежал в кармашке куртки, мой малыш, как же ты теперь пригодишься!

Набрала номер телефона Кири, мстительно представляя, как он будет ругаться, что бужу среди ночи! Ничего, потерпит, надо же кому-то спасать бедную женщину!

– Господи, Татьяна! Четыре утра! У тебя совесть есть? Что стряслось? Опять вляпалась в неприятности? – хриплым от сна голосом спросил Киря. – Жива хоть, руки-ноги целы? И где тебя искать, горе луковое?

Рассказала, по каким улицам шла, где свернула, что видела вокруг, где меня так бездарно обнаружили и оглушили. Буркнула, что геотег прислать не могу, но если вдруг что – по IP-адресу пусть ищет.

– Ладно, сейчас приеду, жди, Шерлок Холмс в юбке! И как я тебя терплю столько лет, не представляю! – пошутил напоследок приятель.

Ждать нам не привыкать. Походила по подвалу, обнаружила в углу какие-то ящики, села. Как-никак не на цементном полу, там все на свете себе застудить можно, никаких гонораров на лечение не хватит!

Ладно, ждем, может, скоро и на волю друзья выпустят.

Настроилась сидеть не меньше часа, понятно, что пока то да се, сборы, поиски, быстрее не получится.

И вдруг услышала возле двери какой-то шорох, возню, потом скрип двери. Я насторожилась и сильно струхнула! Думала, тот тип, который меня сюда закинул, вернулся проверить, как я тут поживаю! На всякий случай схватила пруток какой-то и приготовилась как следует врезать любовничку вдовы! Так руки и чесались! Хотя и понимала, силы не равны, а подмога прибудет не скоро. Сердце бешено колотилось, по спине струйками тек пот.

И вдруг в проеме на фоне светлеющего неба… нарисовалась фигура Марины Федоровны собственной персоной. Уж кого-кого, а ее я точно тут не ожидала увидеть! Но выдохнула с облегчением. Это все же лучше, чем крепкий мужик! С нею-то, если что, думаю, справлюсь.

Всматриваясь в темноту и ничего не видя, она неуверенно спросила:

– Татьяна! Вы здесь? Я ничего не вижу!

– Мы-то здесь, – отвечаю ей со всевозможным сарказмом, – а вот вы каким образом сюда попали? Оказывается, вы в сговоре со своим любовником! И ваша падчерица права, что именно вы и убили своего мужа! Теперь у меня отпали последние сомнения!

– Ой, я перед вами, конечно, виновата, простите. Сережа просто испугался. Все совсем не так, как вы думаете! Вы не правы! Я любила Сашу! И никогда бы не подумала даже сделать ему плохо! Он был для меня всем, он столько для меня сделал! Разве я могла бы его так предать? Никогда!

Я ни капли не верила этой врушке и посмеивалась:

– Ну-ну! А не вас ли вчера милый Сереженька Синичкой звал? Или это так, по-дружески? Прекращайте этот маскарад! Смотреть противно! И учтите, чистосердечное признание облегчает наказание!

Марина закрыла лицо руками и разрыдалась. А я опешила, если честно! Ну никак ее образ в эту минуту не вязался со стервой! Как же ее понять? Как разговорить?

Я чувствовала, осталось немножечко, и Марина все сама расскажет!

Глава 2

Мы наконец вышли на свежий воздух, меня пошатывало, и голова немного кружилась. А еще разбирало такое любопытство, что я, невзирая на плохое самочувствие, продолжила пытать вдову:

– Как вы вообще тут оказались? Откуда узнали, что я в подвале? Зачем спасать решили? Что-то пазл не складывается! Учтите, Марина, если не расскажете мне все сейчас, то полковник Кирьянов продолжит с вами общаться уже в полиции! Он уже едет сюда. А там, знаете ли, свои методы! Миндальничать с вами не станут!

Тем более что я и не думала врать. Киря действительно едет.

И это сработало! Марина так умоляюще на меня посмотрела, в ее глазах был настоящий испуг! Она утерла рекой текущие слезы и тихо сказала:

– Тут долгая история. За пять минут и не расскажешь всего. Да и ворошить прошлое так не хочется, я столько лет пыталась его забыть!

Я начала терять остатки терпения, и вместе с тем меня разбирало такое любопытство! Что же так тщательно скрывала все эти годы эта милая вдова?

– Марина, я не спешу. Начинайте уже!

Вдова тяжко вздохнула:

– Начну с самого начала, с детства. Если бы вы знали, в какой неблагополучной и бедной семье я росла! Мое детство можно было разве что адом назвать! Мать пила все, что горит, и водила табунами вонючих пропитых собутыльников. В доме никогда не было нормальной еды, а тараканы не переводились никогда, что такое уют или покой, я вообще не понимала. Сережа – это не мой любовник вовсе. Он мой родной брат, младше меня на три года. Я, можно сказать, вместо мамки ему была и очень сильно любила! Защищала от наглых материных хахалей, которые по пьяной лавочке могли и на нас руку поднять! Мы с братом или торчали на улице до ночи, пока мать не уснет, или просто забивались под кровать и сидели тихо в надежде, что это пьяное быдло о нас не вспомнит. А еще мечтала, чтоб мать умерла от водки поскорее! Да-да, и не смотрите так! Я ненавидела всеми фибрами своей детской души эту пропитую беззубую женщину, которой на нас с братом было плевать! Она нас иначе как отродьем и не звала никогда, орала только, чтоб рты закрыли и не ревели, не мешали ей напиваться в стельку. И однажды так и произошло, мать уснула мертвецки пьяная с сигаретой, случился пожар. Я проснулась от удушливого дыма, очень испугалась, еле успела вытащить брата, мы выпрыгнули в окно! Мы с ним долго сидели в траве, смотрели на полыхающий дом и плакали, обнявшись… И не понимали, что же с нами дальше будет…

Я смотрела совсем другими глазами на Марину, видела, что она не врет, ее взгляд был там, далеко, в ее горемычном детстве…

Вдова вздохнула и продолжила:

– А дальше был приют. Мне было семь лет, брату – четыре. По сравнению с домашним адом в приюте нам все нравилось. Чисто, кормят, не бьют. Мне повезло, удочерили быстро, помню, как ревела, меня силой не могли от брата оторвать! Приемные родители меня очень любили, дали достойное образование, подыскали работу педагогом. Они были людьми среднего достатка. Сами не шиковали. А мне хотелось большего, я мечтала жить шикарно, ни в чем себе не отказывать. Во мне всю жизнь живет этот липкий страх из детства, что я снова окажусь в нищете! А у педагогов, сами знаете, какие мизерные зарплаты. И горбатиться за три копейки, мотая нервы с вредными детьми всю свою жизнь, никак не хотелось. Именно поэтому я целенаправленно искала богатого и статусного кавалера! Посещала выставки, благотворительные вечера, рестораны. И таки нашла, как видите! Я не скрываю, что окрутила Сашу, и он попал под мои чары! Влюбился в меня, как мальчишка, у него глаза горели, он так на меня смотрел, что внутри все переворачивалось. Поначалу жених, и правда, казался мне старым и очень строгим, я даже не знала, смогу ли привыкнуть. Мы поженились, и со временем я искренне полюбила Сашу, хоть он и старше меня намного! Хотите верьте, хотите нет, я не вру! Но знали бы вы, какой замечательный, щедрый, умный он был человек! Как обо мне заботился, его просто невозможно было не любить! Его смерть стала для меня шоком и трагедией всей жизни. Настолько все случилось неожиданно! Вот только падчерица мне, конечно, жизнь прилично отравляет. Несносная девчонка, наглая, хамка, никого не слушает! Это она довела Сашу до смерти! Точно вам говорю. Такие фортели отбрасывала, только держись! То ночевать не придет, а Саша ее ищет по всему городу, то гонки на мотоциклах устроит по ночной трассе! Дерзила отцу, а он, вместо того чтоб ее выпороть как следует, все прощал, себя винил, что Мила такая выросла. Мол, недодал ей любви. А я считаю, у нее просто нет совести! Так издеваться над отцом! Она и на меня всегда напраслину наводила, грязь лила! А сейчас так совсем с катушек слетела! Ой, да что там! Не хочу о ней говорить!

– Мила живет с вами в одном доме? – спросила я.

– Да, с нами. Со мной… Я давно Саше говорила – девчонка взрослая совсем, ну купил бы ей квартиру, и пусть живет как хочет. А он отказывался, убеждал меня, что Мила еще совсем юная, и тут он хоть как-то ее контролировать может.

– Значит, с отцом они ругались?

– Ну не то чтобы прямо ругались, – задумчиво проговорила Марина, решив, что врать и накручивать ситуацию не стоит, – но иногда конфликтовали – а где без этого? Взрослая дочь и отец, который хоть в какой-то степени хочет ее контролировать… А так – жила с нами, теперь – со мной.

– А что там с наследством?

– Я и сама удивилась, когда узнала, что Саша оформил завещание. Свой бизнес он переписал на меня, дом и накопленные деньги достаются нам с Милой в долевой собственности, как наследницам первой очереди.

Я кашлянула и попыталась направить разговор в нужное мне русло, слушать, как вдова очерняет Милу, не очень хотелось, обычные женские разборки! Дела семейные.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.