Надежда Загребайло
Детективное агентство "Paranormal"

Пролог – Печать Ворона

(из дневника Альрика Корвуса, 1264 год)

“Да будет известно тому, кто прочтёт эти строки…

Я, Альрик Корвус, сын Теобальда, иквизитор Святого ордена и алхимик,

Свидетельствую о событии, что изменило судьбу моего рода навеки.”

Когда чума пришла в наш город, не осталось надежды. Люди умирали на улицах, дети исчезали в ночи, а церкви молчали. Тогда, в самую тёмную из ночей, я осмелился сделать то, о чём жалею по сей день.

Я вызвал его. Существо, имя которого не может быть произнесено человеческом языком. Оно явилось ко мне не в облике зверя и не в образе ангела – скорее, как тень между светом и тьмой, между сном и явью. Оно назвало себя Между.

“Ты хочешь спасти их?” – спросило оно голосом, что звучен был не ушам, а в самой душе.

“Да”, – ответил я.

“Тогда плати. Не золотом, не кровью чужих, а кровью своей линии. За каждое знание, что я дарую, потомки твои будут видеть больше, чем должны. Они будут знать то, чего знать нельзя”.

Я согласился. И тогда тьма ушла.

Но вместе с миром в наш дом вошла печать – символ ворона, которого я увидел в тот самый миг. Он сел на моё окно и каркнул трижды, я понял: договор заключён. С тех пор раз в несколько поколений рождается тот, кто видит больше других. Его сны – не сны вовсе, а мосты между мирами.

Некоторые из них благословлены. Другие – прокляты.

Они будут видеть грядущее и прошлое, искать истину там, где остальные не замечают ничего. Но за каждую истину придётся платить. Иногда – разумом. Иногда – душой.

Если ты читаешь это, значит, кровь ворона течёт в твоих жилах. Помни: дар не бывает без цены. И то, что приходит из-за грани, всегда требует взамен больше, чем ты готов отдать…

Альрик Корвус, год Господень 1264

Глава 1. Поместье Корвус

На окраине небольшого английского городка Грэйхолл, где туманы не спешили рассеиваться даже к полудню, стоял дом, о котором шептались соседи. Его серые каменные стены помнили больше, чем любой человек, живший в этих краях. Узкие окна казались глазами, наблюдающими за улицей, а старая калитка с кованными воронами хранила на себе следы времени и чужих прикосновений. За домом тянулся лес из мрачных елей – древних, словно сама земля. У калитки, чуть в стороне, стояла одинокая красная рябина – дерево ведьм, как его называли местные.

Александра Корвус остановилась перед воротами и вдохнула прохладный вечерний воздух. Она выглядела так, будто сама сошла с потемневшего портрета – светлая кожа, прямой взгляд серо-голубых глаз, волосы цвета каштана, отливающие рыжим в отблесках уличных фонарей. В её лице было что-то от тех, кто привык разгадывать тайны: сосредоточенность, спокойствие и лёгкая усталость от слишком долгого одиночества. Сырость земли, запах старых книг и чего – то неуловимого – словно в воздухе витал шёпот воспоминаний. Дом достался ей в наследство от дедушки, и, несмотря на годы забвения, он будто ждал её возвращения. Она провела рукой по металлической решётке калитки и задержала взгляд на гербе над входом – вороне с ключом в клюве.

– Всё ещё сомневаешься? – прозвучал за спиной голос.

Она обернулась. Виктор стоял неподалёку, опершись на трость, которую носил скорее как привычный атрибут, чем необходимость. Высокий, с густыми черными волосами и холодными синими глазами, он выглядел так, будто шагнул из страниц старого романа. Даже среди обычных людей Виктор Гримм казался чужим – загадкой, которую никто не мог разгадать.

– Иногда, – призналась Александра, снова глядя на дом. Но мне кажется, он ждал нас.

– Дома не ждут, – тихо усмехнулся Виктор.

– Это делают люди. Но этот…возможно, исключение.

Они вошли внутрь, и дом будто вздохнул в ответ на их шаги. В высоких окнах тускло отражалось багровое небо заката, а старый пол под ногами тихо скрипел, словно здоровался после долгой разлуки.

Холл встречал их запахом старого дерева и воска. В глубине тянулся коридор, уходящий к библиотеке – огромной, двухэтажной, с лестницами и галереями, где среди пыли веков покоились фолианты на латыни, старинные манускрипты и досье на дела, о которых предпочитали не говорить.

– Я расставил книги, как ты просила, – сказал Виктор, идя следом. -Некоторые из них лучше не открывать без перчаток.

– С каких это пор ты стал осторожным? – усмехнулась Александра.

Он не ответил. Только чуть заметная улыбка скользнула по его губам. Их взгляды встретились, и на короткое мгновение мир будто исчез – остались лишь они двое и странное, едва ощутимое чувство, что их жизни связаны чем-то большим, чем работа. Александра поспешила отвернуться, не желая задаваться этим вопросом.

– Слышал, ты вернулась, – раздался низкий голос из-за двери.

Из кухни вышел высокий мужчина с сединой на висках. Его шаг был неспешен, но твёрд, а взгляд – внимателен, как у человека, привыкшего замечать детали. Джон Корвус, дядя Александры и бывший полицейский, выглядел так, словно сросся с этим домом задолго до их приезда.

– Ты всё еще разговариваешь с домом? – спросил он, слегка прищурившись.

– А если он действительно живой? – ответила Александра.

– Тогда он знает больше, чем мы хотим узнать, – заметил Джон и посмотрел в сторону библиотеки. – Здесь найдутся ответы. Но и вопросы, к которым ты можешь быть не готова.

Снаружи поднялся ветер, тихо зашелестел кронами елей. Где-то на чердаке щёлкнуло, словно отозвался старый замок. Виктор и Джон переглянулись – никто ничего не сказал, но все почувствовали одно и тоже: дом словно просыпался.

Александра обернулась к гербу у входа – ворон с ключом. Символ рода Корвусов, но теперь он казался ей чем-то большим, чем просто украшением.

– Здесь будет твоё детективное бюро, – тихо произнес Джон. – Точнее детективное агентство «Paranormal» – поправила Александра.

И словно в ответ на её слова, где-то в глубине дома откликнулось эхо – едва слышный звук, похожий на шёпот.

Ночью Александре приснился сон.

Она стояла в том же холле, но стены вокруг дрожали, как отражение в воде. Где-то наверху хлопнула дверь, и чьи-то шаги медленно приближались по лестнице.

Она пыталась заговорить, но голос не слушался. Из тени вышла фигура – высокая, неясная, с лицом, скрытым под вуалью тумана.

«Они идут, – прошептала она. – И первый ключ уже найден».

Она проснулась резко, с колотящимся сердцем, и долго сидела на кровати, вслушиваясь в тишину дома. Снаружи во дворе ворона тихо каркнула, и ей показалось, будто дом наблюдает за ней даже во сне.

Глава 2. Друг из болот

Старинный особняк на окраине города стоял здесь уже больше века. Его каменные стены помнили многое: и войну, и пожары, и годы, когда о нём слагали легенды. Теперь в его стенах размещалось детективное агентство «Paranormal». Высокие готические окна, скрипучая лестница, ведущая на второй этаж, запах старого дерева и бумаги – всё это придавало месту особую ауру, будто сама история пряталась в каждом кирпиче.

Александра Корвус любила тишину, которая наступала в доме после заката. В такие вечера она уходила в библиотеку – сердце агентства и, по сути, её собственное сердце. Комната занимала почти весь второй этаж: два этажа полок тянулись до самого потолка, лестницы на колёсиках скользили по деревянному полу, а в центре стоял круглый дубовый стол, на котором вечно громоздились старинные фолианты, полицейские отчёты и пожелтевшие газеты.

Здесь прошлое и настоящее жили бок о бок: рядом с трактатами о демонах и древних ритуалах лежали архивы старых дел, списанные полицейские досье и отчёты судмедэкспертов. Именно здесь Александра часто находила ответы на вопросы, которых не могла задать никому.

Вечер выдался сырым и туманным. За окнами моросил дождь, а в камине тихо потрескивали поленья. Александра стояла у полки с редкими книгами, и взгляд её остановился на одной из них – потёртом томе без названия. Она не помнила, чтобы видела его раньше. На корешке был выдавлен странный символ – сплетение линий, похожее на глаз и ключ одновременно.

Она застыла. Такой же символ мелькал ей во сне – в том самом сне, где голос из темноты прошептал: «Первый ключ уже найден».

«Совпадение?» – мелькнула мысль. Но интуиция говорила обратное. Она провела пальцем по выдавленному рисунку – кожа на мгновение обожгла лёгкая дрожь. Сняв книгу, Александра перелистала страницы: внутри оказалось нечто вроде дневника, с заметками о старых делах, ритуалах и исчезновениях детей. Дата на первой странице – двадцать лет назад.

– Ты что-то нашла? – тихо спросил Виктор Гримм, появившийся в дверях.

– Пока не знаю… – ответила она, задумчиво глядя на страницу. – Но мне кажется, это не просто книга.

Она хотела сказать больше, но в этот момент внизу звякнул дверной колокольчик.

В приёмную вбежала женщина. Она выглядела так, будто бежала сюда всю дорогу: промокшая куртка, взъерошенные волосы, глаза, полные отчаяния.

– Пожалуйста… помогите… – её голос сорвался. – Я не знаю, к кому ещё обратиться.

Александра мягко подвела её к креслу.

– Сядьте. Всё будет хорошо. Расскажите, что случилось.

– Меня зовут Джейн Уилсон, – женщина с трудом сдерживала слёзы. – Вчера пропал мой сын. Томми. Ему всего семь. Мы живём недалеко от болот… старых, заброшенных. Я оставила его всего на минуту. Минуту! – её голос дрогнул. – Когда вернулась – его не было. Мы обыскали всё. Полиция… полиция только руками развела. Сказали, может, убежал. Но он не мог! Он не стал бы…

Александра бросила взгляд на Виктора. Он молча кивнул.

– Мы вам поможем, – твёрдо сказала она. – Сколько времени прошло?

– Сутки… целые сутки.

Они отправились туда сразу же. Старые топи начинались за окраиной города – влажная земля хлюпала под ногами, в воздухе висел запах гнили и сырости. С каждой минутой туман сгущался, и казалось, что он обвивает их фигуры, шепча что-то едва слышное.

– Сколько лет этим болотам? – спросил Виктор.

– Никто не знает точно. Говорят, их пытались осушить, но безуспешно. С тех пор сюда стараются не ходить. Люди исчезали… – ответила Александра.

Тишину прорезал звук – лёгкий, почти звонкий. Детский смех. Он казался неуместным и оттого только страшнее.

– Слышал? – Виктор замер.

– Да… там, впереди.

Они двинулись к источнику. Среди мокрой травы и кривых ив они увидели мальчика – Томми. Он сидел на поваленном дереве и разговаривал с кем-то. Второй ребёнок стоял рядом: бледный, в старомодной одежде, словно сошедший с фотографии столетней давности. Его глаза были странными – глубокими, бездонными.

– Томми! – позвала Александра.

Мальчик повернул голову, но не двинулся.

– Он говорит, что я должен остаться, – прошептал он. – Он одинокий… он мой друг.

Александра почувствовала, как воздух стал плотнее, словно между ними и детьми выросла невидимая стена. Бледный мальчик повернулся к ним – его взгляд был полон отчаяния, не зла.

– Он не уйдёт… – прошептал он. – Я не хочу быть один.

Туман закружился вихрем. Земля под ногами дрогнула. Виктор шагнул вперёд, но его отшвырнуло назад невидимой силой.

– Он привязан к этому месту, – сказала Александра, вытаскивая мешочек с травами и магической солью. – И к мальчику. Придётся разорвать связь.

Они солью высыпали защитный круг и зажгли свечу, пламя которой дрожало на ветру. Виктор начал читать слова старинного изгнания. Призрак взвыл, и его крик пронёсся над болотами, как стон забытого мира. Он шагнул к Томми, но остановился, словно его удержала невидимая цепь.

– Уходи, – произнесла Александра твёрдо. – Твоя дорога закончилась. Отпусти.

Призрак остановился. Его взгляд стал мягче, печальнее. Он посмотрел на Томми в последний раз – так, как смотрят те, кто знает, что их путь завершён, – и начал растворяться. Туман проглотил его, и мгновение спустя его уже не было.

Связь исчезла.

Томми сорвался с места и побежал к матери, которая не выдержала и последовала за ними. Джейн упала на колени, обнимая сына так крепко, будто боялась отпустить его снова

Спустя несколько минут к ним подошёл Джон Корвус – высокий мужчина с жёстким взглядом. Он был полицейским, и привычка видеть больше, чем другие, не покинула его и теперь.

– Вы проделали отличную работу, – сказал он, кивнув на Томми. – Но мне это место не нравится. Здесь есть что-то ещё.

Они начали осмотр территории. Один из полицейских заметил у гнилого пня клочок ткани.

– Сэр, тут …

Джон нахмурился.

– Копайте.

Мягкая земля поддавалась легко. И вскоре они наткнулись на маленькие кости – кости ребёнка. Тишина легла на всех, кто стоял рядом. Александра почувствовала, как холод пробирается под кожу.

– Он был здесь всё это время… – прошептала она.

Поздно ночью Александра снова сидела в библиотеке. На столе перед ней лежали старые газетные вырезки, принесённые Джоном. Она взяла одну и внимательно всмотрелась в пожелтевшую бумагу:

"Пропал семилетний мальчик Питер Хейл. Последний раз его видели у болот. Поиски результата не дали."

Дата: двадцать лет назад.

– Это он, – тихо сказала Александра, глядя на фотографию мальчика с застенчивой улыбкой. – Тот, кто не хотел быть один.

– Он хотел, чтобы его нашли, – добавил Виктор. – Даже после смерти.

Александра провела пальцем по символу на старой книге, лежащей рядом. Тому самому символу из сна. И вдруг ей показалось, что строки в вырезке чуть дрогнули, будто кто-то невидимый шепнул ей прямо в ухо:

«Первый ключ найден…»

Снаружи по-прежнему моросил дождь. Болота снова были тихи. Но теперь их тишина была другой – не той, что скрывает тайну, а той, что обрела покой.

Иногда даже мёртвые дети не ищут справедливости. Они просто ищут того, кто услышит их молчание.

Глава 3. Сновидение

Ночь выдалась особенно тихой. Такой тишины не бывает в городе – только на грани между сном и явью, когда даже часы будто забывают идти одни. Александра сидела в библиотеке одна. За окном, в глубине сада, шумел осенний ветер, шуршал листвой и стучал голыми ветками в стекло, словно кто-то хотел войти.

На столе лежала старая книга с символом-ключом на обложке – та самая, что она нашла накануне. Рядом – пожелтевшая вырезка с фотографией мальчика Питера Хейла. Его глаза смотрели на неё так, будто пытались что-то сказать.

«Первый ключ найден…» – снова всплыло в памяти то шёпотом произнесённое во сне.

Но что это значит? Что такое ключ? И сколько их?

Ответов не было. Только вопросы, тяжелые и вязкие, как болотная тина.

Усталость накрыла её неожиданно. Голова сама опустилась на сложенные руки. Свет лампы померк. И тьма бесшумно вползла в комнату, словно ждала этого момента.

Сначала – туман. Густой и влажный, он висел в воздухе, словно живая субстанция. Александра стояла босиком на холодной земле. Сырость пробирала ноги, но она не двигалась. Где-то вдалеке слышался детский смех. Он эхом отдавался в голове, но в нём не было радости – только тревога.

Она пошла вперёд, не зная куда. Шаг – и земля под ногами будто дрогнула. Шаг – и деревья вокруг приняли странные изломанные формы. Их ветки изгибались, как пальцы, тянущиеся к ней.

На стволе одного из деревьев появился знак – тот самый, что был на книге. Но теперь он был не просто рисунком: линии пульсировали, будто бились в такт её сердцу. Александра протянула руку и коснулась его – в тот же миг земля ушла из-под ног.

Она падала долго, вокруг мелькали обрывки образов: лицо мальчика из болот, глаза его матери, кусок ткани в грязи… Потом – другие образы, которых ей не приходилось видеть ранее: старик – отшельник, с зажженным фонарём в руках. Женщина в чёрном. Дом, обвитый плющом. Всё это проносилось мимо, как кадры из чужих жизней.

В какой-то момент падение завершилось, и Александра оказалась перед дверью. Высокой, старой, из массива черного дерева. На её поверхности – снова тот же знак: он сиял бледным светом, словно был сделан из лунного камня…Вот он, второй ключ!

«Ты открыла первую дверь», – прошептал голос, от которого по коже побежали мурашки. – «Но вторая ближе, чем ты думаешь…»

– Кто ты? – крикнула Александра в темноту. Ответа не было. Только шёпот, похожий на дыхание ветра:

– Слушай тишину ночи. Ищи там, где молчат кости…

Дверь дрогнула, будто от удара невидимой силы, и из щели вырвался поток холодного воздуха. Александра попыталась сделать шаг – и провалилась в темноту.

Она проснулась рывком. Лампа на столе всё ещё горела, часы показывали 3:17. Сердце билось быстро, ладони были влажными, словно она и правда шла босиком по холодной земле.

– «Где молчат кости…» – прошептала она.

Эти слова не выходили из головы. Они казались важными. Ключом – не к двери, а к следующему делу. К тому, что ещё не началось.

Александра подошла к окну. Осенний дождь всё так же стучал по стеклу. Но теперь город казался другим – будто за его привычной оболочкой скрывалось что-то большее. Что-то, что ждёт, когда его заметят.

Она снова посмотрела на старую вырезку с фотографией мальчика. «Первый ключ уже найден…» – прошептала она вслух.

А где-то там, в темноте города, был второй …

Иногда сны это и есть портал, и именно там можно найти ответы…

Глава 4. Кладбищенское безумие

Александра сидела в библиотеке у окна, наблюдая, как по улице скользят редкие прохожие. Город медленно погружался в сумерки. В тишине дома слышался только тихий скрип часов и шелест переворачиваемых Виктором газет.

Внезапно в дверь постучали – нерешительно, словно человек за дверью сомневался, стоит ли входить.

– Откроешь? – спросила Александра.

Виктор кивнул и подошёл к двери. На пороге стоял пожилой мужчина в темном длинном плаще и поношенной шляпе. Седые волосы выбивались из-под полей, а в глазах была тревога, которая не могла быть обычным беспокойством.

– Простите… Вы ведь те самые, кто расследует странные дела? – спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

– Да, – ответила Александра, – проходите.

Мужчина вошёл, снял шляпу и неловко сжал её в руках.

– Моё имя Эдвард Грейвс. Я смотритель кладбища Святого Мартина. И… – он запнулся, будто подбирая слова. – Последние ночи там творится что-то неладное.

– Что именно? – спокойно спросил Виктор, открыв блокнот.

– Могилы. Их кто-то раскапывает. Сначала одну – подумал, хулиганы. Потом вторую, третью… Но это не просто вандалы. Земля вырыта аккуратно, как будто кто-то искал что-то конкретное. А ещё… – он понизил голос и наклонился ближе. – Я видел там свет. Бледный, холодный, как от лампы, но внутри часовни уже десятки лет нет электричества.

Александра задумалась.

– Вы обращались в полицию?

– Да. Приходили, посмотрели и ушли. Сказали, что, наверное, подростки. Но я живу там почти всю жизнь. Это не подростки. Там что-то происходит. А люди…люди уже шепчутся о старой легенде. О том, что кто-то возвращается из мёртвых, будто вампир.

Последние слова прозвучали почти шёпотом. В комнате повисла тяжелая пауза. Александра медленно встала, подошла к окну и посмотрела на сгущающийся туман.

– Хорошо, мистер Грейвс, – сказала она, оборачиваясь. – Мы займёмся этим делом.

– Спасибо, – облегчённо выдохнул смотритель. – Я покажу вам всё завтра утром. И…будьте осторожны. Там, на кладбище, воздух другой. Будто сама земля что-то скрывает.

Он низко поклонился и, надев шляпу, растворился в вечерней дымке за дверью. Некоторое время Александра и Виктор молчали. Только часы на стене тихо тикали, отмеряя секунды до нового расследования.

– «Будто сама земля что-то скрывает», – повторил Виктор. – Звучит как приглашение.

– Или как предупреждение, – ответила Александра. – Завтра узнаем.

Влажный воздух пах прелыми листьями и сырой землёй – октябрь в Грэйхолле вступал в свои законные права.

Кладбище Святого Мартина располагалось на возвышенности за старым парком, где каменные ангелы с обветренными лицами склонялись над могилами, как молчаливые свидетели человеческой скорби. Александра остановилась у кованных ворот и провела рукой по ржавым завиткам решётки.

– Место не из тех, куда хочется возвращаться, – тихо произнесла она.

– А кто сказал, что мы сюда захотим вернуться? – отозвался Виктор, закидывая на плечо кожаную сумку с оборудованием.

Их встретил Эдвард Грейвс. Сегодня он выглядел ещё более уставшим: глаза покраснели, будто он не спал всю ночь, а руки дрожали, когда он доставал из кармана связку ключей.

– Спасибо, что пришли, – сказал он, открывая ворота. – Сюда лучше не приходить после заката…хотя, боюсь, это вас не остановит.

Они прошли по узкой каменной дорожке, утопающей в тумане. Под ногами хрустели прошлогодние листья. С каждой минутой становилось всё тише – даже птицы словно обходили это место стороной.

– Вот здесь была первая могила, – Эдвард указал на участок у старого дуба. Земля была перекопана, но аккуратно – как после археологических раскопок. – А вон там…третья.

Александра присела на корточки и внимательно осмотрела землю.

– Смотри, Виктор, нет следов тяжёлой обуви, только лёгкие отпечатки, и то – едва заметные. Делал это кто-то осторожный, опытный.

– Инструменты использовались хирургические, а не садовые, – заметил Виктор. – Резы чистые, ровные.

– То есть не вандалы. И не охотники за сокровищами. Это кто-то, кто ищет конкретный объект, – заключила Александра.

Грейвс кивнул.

– Вот именно. И что-то ещё… на прошлой неделе я заметил эти следы. – Он показал на траву чуть поодаль. Среди увядшей растительности темнели странные символы, выжженые круги, линии, которые складывались в непонятную диаграмму.

– Алхимические знаки, – пробормотала Александра, ощупывая один из них.

– Или оккультные. Слишком точные для случайной мазни.

– Кто-то проводит здесь ритуалы, – добавил Виктор.

В этот момент над кладбищем пронёсся холодный ветер, заставивший деревья зашуметь. Александра подняла глаза – и замерла.

– Смотри туда, – прошептала она.

На другом конце кладбища, где старые надгробия теснились у самой кромки холма, над заброшенной часовней мерцал слабый свет. Он дрожал, словно пламя свечи, но его холодный оттенок был совсем не похож на огонь.

– Там нет электричества, – вспомнил Виктор слова смотрителя.

– Значит, кто-то внутри, – подумала Александра. – Но сейчас не время туда соваться. Мы нечего не знаем.

Они обошли часовню стороной, лишь издалека наблюдая за странным сиянием, прежде чем вернуться к воротам.

– Мы вернёмся ночью, – сказала Александра, глядя на пустую аллею. – И подготовимся лучше. Сейчас мне нужно кое – что проверить.

– Что именно? – спросил Виктор.

– Старые архивы и хроники. Если это не простое расхищение могил, то история началась не вчера.

Дождь начал моросить, когда они вернулись в агентство. Сквозь мутное стекло окна струились тонкие капли, а улица за ним тонула в густом тумане. Александра скинула пальто и прошла к старому шкафу у стены, откуда достала несколько потрёпанных папок.

– Это городские хроники, которые я собрала за последние годы, – пояснила она. – А вот здесь – архивные копии газет. Иногда в них находишь больше правды, чем в полицейских отчётах.

Налив горячий кофе, они принялись за работу. Старые вырезки шелестели, пахли пылью и временем.

– Вот…Виктор вытащил пожелтевшую страницу. – «Скандал в университете Сент-Джеймс. Профессор медицины исчез после экспериментов, связанных с продлением жизни». Дата – двадцать два года назад. Имя…Ричард Аберлайн.

Александра подняла взгляд.

– Аберлайн… Я где-то уже слышала это имя.

Она быстро пролистала другую папку и нашла заметку пятнадцатилетней давности:

– «Судебное дело закрыто. Исчезнувший профессор официально признан погибшим. Тело не найдено».

– Интересно, – пробормотал Виктор. – И ещё интереснее, что его специализация была – клеточная регенерация и посмертные реакции организма.

– Бессмертие, – произнесла Александра. – Он искал способ остановить смерть.

Они продолжали читать, и с каждой страницей перед ними выстраивалась всё более мрачная картина: слухи о тайной лаборатории, исчезновение тел из морга, странные письма студентов, намекавшие на «безумные идеи профессора».

– Если он жив и вернулся… – начал Виктор.

– Тогда именно он может быть на кладбище, – закончила за него Александра. – И ищет материал для своих экспериментов.

Она откинулась на спинку стула и закрыла глаза, на мгновение погрузившись в раздумья. Перед её внутреннем взором вспыхнули алхимические символы, которые она видела сегодня. Необычные круги, линии, пересечения…и бледный холодный свет из старой часовни.

– Мне кажется, сегодня ночью мы всё узнаем.

Виктор молча кивнул. Они понимали, что ночь может принести не только ответы, но и новые тайны.

Сумерки опустились на Грейхолл быстрее, чем ожидалось. Город замер в вязком безмолвии, когда Александра и Виктор вновь подошли к воротам кладбища. Теперь они были экипированы фонарями и инструментами.

Смотрителя нигде не было видно – лишь скрип ветра в кронах деревьев сопровождал их шаги.

– Там, – прошептал Виктор. – Видишь?

Холодное мерцание над часовней появилось вновь – теперь оно казалось сильнее, пульсирующим, как дыхание живого существа. Александра ощутила странный холод в груди, словно предчувствие.

Они осторожно двинулись к старой часовне. Каменные стены обросли мхом и потрескались от времени. Дверь была приоткрыта, и из щели тянуло сыростью и чем-то ещё… металлическим.

– Осторожно, – сказала Александра, и они шагнули внутрь.

Дверь часовни заскрипела и медленно захлопнулась за ними, и сырой воздух подземелья обвил Александру и Виктора, будто живое покрывало. Холод пробежал по спине, смешиваясь с едва уловимым запахом металла, плесени и чего-то старого, слишком древнего, чтобы это можно было назвать просто землёй.

– Я предупредила дядю, – сказала Александра шёпотом, сжимая рукоять серебряного клинка. – Он скоро прибудет с подкреплением.

– Хорошо, – кивнул Виктор. – Держись рядом.

Медленно, с тревогой, они спустились по каменной лестнице в подвал. Перед ними раскинулась подземная лаборатория, где смешались алхимия и оккультные символы: реторты с мутной жидкостью, сосуды с красновато-тёмной субстанцией, книги, руны на полу, магические круги.

В подвале профессор стоял перед алтарём, его руки дрожали, а сам он читал текст на древнем, непонятном языке. Перед ним в саркофагах лежали три вампира, ещё не осознавая, что их воскрешение закончится трагедией.

– Ах, вы пришли… – проговорил профессор, его голос дрожал от возбуждения и безумия.

– Вы не понимаете… Я создаю эликсир бессмертия! Смерть – лишь граница, которую я смогу стереть!

Первый вампир выскочил из тени с ужасающей скоростью. Александра пронзила его серебренным клинком, но когти существа царапнули ей руку. Не смотря на жгучую боль она не отступила. Тем временем Виктор шептал заклинания, которые помогали сдерживать магию профессора.

– Не может быть! – вскрикнул профессор, когда второй вампир упал, пронзённый серебром. – Это невозможно!

Третий вампир вцепился в Александру, но она успела увернуться и пронзить существо своим оружием. А Виктор разрушил магическую защиту профессора, нейтрализуя его заклинания.

Когда все три существа обратились в пепел, профессор остался один, без защиты. Он задыхался, пытаясь завершить ритуал, его руки дрожали, глаза блестели безумием.

В этот момент раздались шаги: дядя Александры, Джон Корвус, с подкреплением полиции, ворвался в подвал.

– Всё кончено, профессор! – спокойно сказал Джон, и несколько полицейских схватили Аберлайна.

Профессора выводили под руки – глаза его были безумны, но в них ещё теплился отблеск сознания. Он вдруг обернулся к Александре выкрикнул, почти сорвав голос:

– Прошлое не умирает! Оно ждёт, пока его услышат!

Эти слова врезались ей в память словно метка. Тогда она не поняла, о чем он говорил. Лишь позже, среди пыльных архивов и старых фотографий, она поймёт: это был третий ключ.

Подвал постепенно успокоился. Остались лишь едва заметные серебристые отблески света и прах уничтоженных существ. Виктор подошел к Александре, нанеся на рану мазь из заживляющих трав, цветов и воска.

– Ты в порядке?

– Да, – ответила она, глубоко вздохнув. – Я чувствую, это только начало…

Через несколько дней в новостных сводках появилась статья:

«Профессор Ричард Аберлайн помещён в психиатрическую лечебницу, его эксперименты признаны неудачными».

Имя исчезло с публичной сцены, но для Александры и Виктора это был лишь второй ключ, открывший дверь к новым, более тёмным загадкам, которые ждут их в будущем.

Глава 5. Призрак Хэллоуина

Говорят, давным-давно жил человек по имени Джек О’Лантерн – пьяница, шулер и насмешник, умевший обманывать даже смерть.

Однажды он заманил самого дьявола в ловушку, пообещав отпустить, если тот не заберёт его душу. Дьявол согласился. Но когда Джек умер, путь в рай ему был закрыт, а в ад – запрещён самим дьяволом. Оставшись между мирами, он вырезал из тыквы фонарь, положил в него уголь из преисподней и стал бродить по земле в ночь Хэллоуина, разыскивая огонь, который мог бы согреть его душу.

С тех пор люди говорят: если видишь свет Джека – не иди к нему. Он ищет замену.

Холодный ветер гнал по мостовой шуршащие листья. Городок на холмах утопал в оранжевых огнях фонарей и свечах, горевших в пустых глазницах тыкв. Осень пахла дымом, сырым деревом и приторной сладостью карамели. Хэллоуин в Грэйхолл всегда был особенным – старым, почти языческим. Здесь говорили, что грань между мирами истончается не только в легендах.

Александра Корвус стояла у окна гостиной агентства «Paranormal», наблюдая, как за окном пляшут тени людей в костюмах. Их смех эхом отдавался в далеке. За спиной шелестели бумаги, и тихий голос Виктора Грима произнёс:

– Получили новое дело. Женщина с Эндэлл-стрит клянётся, что видела призрака в поле. Голова – будто бы светится изнутри.

– Джек, – ответила Александра, не отрывая взгляда от окна. – Может быть, это не просто легенда.

Он подошёл ближе. На нём был длинный, чёрный плащ, а на лице – лёгкая усталость, свойственная тем, кто слишком много смотрит в бездну.

– Думаешь, стоит сходить? – спросила она.

– Думаю, стоит не спать, – коротко ответил он и достал из ящика фонари.

Дорога к Эндэлл-стрит петляла через старое кладбище. Луна висела над кронами, словно глаз призрака. Александра шла впереди, держа в руке фонарь, который бросал тусклые пятна света на мокрую землю. Виктор шёл за ней, молча, но глаза его напряженно следили за тенью среди могил.

– Здесь всегда холоднее, чем в городе, – сказала она. – Будто земля помнит, кто под ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.