Вадим Корниенко
Десятая эра

Глава I. Зарождение. Эра Камня

Огни под кожей неба

Ночь пришла раньше времени.

Небо, словно огромная чёрная шкура, натянулось над равниной, где ветер шептал языком древних духов. Люди – ещё не племя, а лишь разбросанные роды – сидели кучками вокруг угасающих костров, пытаясь удержать тепло в каменных ладонях.

Свет уходил, и вместе с ним исчезало ощущение жизни.

Тогда Тар, сын охотницы и безымянного странника, заметил нечто, чего никто не видел прежде. Среди остатков выжженной грозой рощи тлел в земле странный кусок света. Он не гас под дождём, не подчинялся ветру, не таял, как уголь.

Он жил.

Тар осторожно поднёс руку – и почувствовал боль. Пламя лизнуло кожу, оставив знак.

Так человек впервые понял, что жизнь может обжигать.

Племя приняло находку как чудо. Старейшины назвали свет "Даром неба", а место, где он возник, – Сердцем Земли.

Каждый вечер Тар кормил пламя сухими ветками, и оно отзывалось дыханием, словно живое. Люди приходили смотреть. Сначала из любопытства, потом из страха.

Дети тянули к нему руки, женщины шептали молитвы, старики молчали.

Тар же стоял рядом, не зная, что теперь он – хранитель новой силы, которая изменит всё.

Через несколько лун Тар понял: огонь можно заставить слушаться.

Если кормить его сухими листьями – он шипит. Если подложить кость – трещит. Если ударить камнем – сыплет искры.

Он повиновался.

С этого момента Тар стал не просто охотником. Он стал жрецом огня, хотя этого слова ещё не существовало.

Люди приходили к нему с дарами – мясом, шкуры, камни странных форм. Взамен он зажигал для них маленькие огни, давая частицу великого.

Племена начали собираться вокруг него. Он давал им тепло, но вместе с теплом – власть.

Когда один из соседних вождей, по имени Хор, попытался взять огонь силой, между племенами вспыхнула первая война.

Не за землю.

Не за еду.

За свет.

Битва длилась недолго. Камни, копья и крики растворились в ночи.

Победил Тар – не силой, а страхом. Он поднял факел, зажжённый от Сердца Земли, и пламя, вспыхнув, осветило врагов.

Те отступили. Никто не посмел идти против того, кто разговаривает со светом.

Так родилась первая легенда: "Свет принадлежит сильному".

Прошли годы. Тар стал стар, но костры множились.

Люди уже не боялись темноты, но боялись тех, кто владел огнём.

Огонь перестал быть даром – стал знаком власти.

Жрецы, ученики Тара, хранили секрет пламени и позволяли другим пользоваться им только за подношения.

Они построили из камня круг, куда никто не мог входить без их воли. Там хранился вечный огонь, "сердце мира", и лишь избранные могли кормить его.

Каждое утро дым поднимался в небо, словно мост между землёй и богами.

Люди смотрели вверх – и впервые почувствовали, что кто-то стоит над ними.

Тар понимал, что создал не чудо, а цепь.

Однажды ночью он вошёл в каменный круг, сел перед пламенем и заговорил с ним:

– Ты пришёл с небес, но живёшь здесь. Ты греешь, но убиваешь. Ты даёшь свет, но несёшь тень.

– Что ты?

Пламя шевельнулось. В его глубине мелькнули образы – лица людей, города, башни из камня, небо, пронизанное металлом.

Тар не понял увиденного, но почувствовал – всё это уже было.

Мир повторяется. Свет вспыхивает – и гаснет. Всегда.

Он протянул руку, будто желая погасить огонь, но в этот миг один из молодых жрецов – Кенар – вошёл в круг.

Он увидел, как старый вождь наклоняется над святым пламенем, и испугался.

– Ты хочешь его убить! – крикнул он. – Ты хочешь лишить нас света!

Тар обернулся, хотел объяснить, но поздно.

Кенар метнул камень.

Тар упал в пламя.

Огонь вспыхнул, словно радуясь новой жертве. Люди сбежались, увидели тело, и решили:

Боги приняли жреца в дар.

С того дня Кенар стал новым хранителем света.

Он сказал:

– Свет требует крови. Только так он живёт.

Так произошло первое убийство во имя света.

Прошли века.

Племена исчезли, города выросли, небеса изменились.

Но в каждом костре, в каждом пламени, в каждом всполохе бомбы и свечи жило то же самое начало – огонь, что был когда-то найден мальчиком по имени Тар.

И под кожей неба всё так же мерцали огни – теперь уже миллионы.

Человек больше не боялся тьмы.

Но тьма, терпеливо ожидая, знала: её время ещё придёт.

Глава II. Эра Империй

Башни над солнцем

На востоке, где море встречалось с песками, и солнце восставало из пепла каждого утра, вырос город, какого не видел мир. Его стены были из белого камня, который отражал свет так, что странники, подходившие издалека, щурились и падали на колени.

Его называли Илар, что значило “Глаз Бога”.

Илар был столицей Великой Державы – первой империи, объединившей десятки народов, тысячи земель и миллионы душ. Над всеми стоял Монарх Лиэн, правитель, чьё имя нельзя было произносить без благословения. Его слово было законом, его взгляд – судом, его дыхание – ветром перемен.

Под ним служили советники, жрецы, мастера и воины. Но самым важным человеком после него был Архитектор Арк.

Арк был человеком разума и видений. Он создавал города, мосты, храмы – и каждый его камень будто дышал. Он умел заставить камень звучать, а линии – оживать.

Монарх однажды сказал ему:

– Ты строишь, как бог.

Арк ответил:

– Я лишь слушаю, как говорит земля.

Но Лиэн не слушал. В нём росло нечто иное – голод к вечности.

Империя стояла на пике могущества. Люди забыли страх перед тьмой и богами. Они владели землёй, рекой, небом, даже ветром, который заставляли дуть в нужном направлении с помощью огромных крыльев-мельниц.

Тогда Монарх сказал:

– Мы покорили землю. Осталось покорить небо.

Он собрал совет и объявил:

– Мы построим башню до солнца. На её вершине будет мой трон. Солнце осветит моё лицо, и все земли узнают, что я равен ему.

Многие назвали это безумием. Но кто посмел бы возразить?

И началось строительство.

Башня должна была стать не просто зданием. Она была символом вечности, знаком того, что человек способен дотянуться до божественного.

Арк получил приказ спроектировать её.

Он не мог отказаться.

И хотя в его сердце было сомнение, ум его горел.

Башня строилась веками. На её возведение уходили жизни, города, целые поколения.

Песчаные земли вокруг Илара опустели – всё шло на создание монумента.

Рабочие погибали тысячами, но на место павших приходили новые.

Каждый камень поднимали песнями и цепями, и под этими песнями рождалась новая религия – культ Величия.

Жрецы проповедовали:

– Чем выше башня, тем ближе человек к богам.

– Кто возводит её, возводит себя.

– Кто противится, тот против света.

Так архитектура стала не искусством, а оружием.

Арк наблюдал, как его творение растёт, и с каждым годом чувствовал всё большее отвращение. Башня действительно тянулась к небу, но не как молитва, а как крик гордыни.

Он видел, как люди умирают на её ступенях, как детей продают за право работать на стройке, как жрецы возводят алтари из человеческих костей.

Ночами он ходил по строительным лесам, слушая, как гудит камень. Башня стонала.

Он чувствовал – она живая.

Не как чудо, а как рана.

Прошло семьдесят лет. Монарх постарел, но не умер. Он верил, что пока башня не завершена, смерть не коснётся его.

Он жил в верхних ярусах, всё дальше от земли. Там воздух был разреженным, и солнце било в окна так сильно, что стены плавились.

Никто не смел подниматься к нему без разрешения.

Арк в это время уже почти не выходил из своих мастерских. Он писал чертежи, которые сам же сжигал, строил модели, которые разбивал.

Однажды он заметил, что башня начала проседать. Камни нижних ярусов трескались, земля под ними уходила.

Он пошёл к Монарху.

– Владыка, – сказал он. – Земля не выдержит. Она слабеет.

Монарх ответил, не оборачиваясь:

– Пусть слабеет. Земля для тех, кто ползает. Я для тех, кто взлетает.

Арк понял: бесполезно.

В ту ночь он собрал рабочих, инженеров и рабов. Людей, чьи руки держали башню, чьи спины гнулись под её тяжестью.

Он сказал им:

– Мы строим не дом, а цепь. Она связывает нас, пока он возносится. Если мы не остановим её – нас больше не будет.

Они слушали молча. Многие плакали. Другие боялись.

Но когда первая трещина прошла по основанию, страх сменился яростью.

Они подожгли леса, разорвали канаты, обрушили подпорки.

Башня застонала.

Ветер поднялся, солнце скрылось.

На вершине Монарх вышел на балкон, глядя вниз.

Башня дрожала. Он закричал:

– Я выше богов! Я – свет!

И в этот момент башня рухнула.

Камень падал, как дождь. Земля содрогнулась, песок окрасился кровью.

Илар исчез.

От великого города осталась лишь выжженная пустыня и обломок верхушки башни, торчащий из земли, как сломанный зуб.

Арк погиб, прижатый обломками, но перед смертью он понял: башня не разрушилась – она освободилась.

Величие рассыпалось в пыль, и из этой пыли родится новое.

Спустя столетия люди придут на это место. Они найдут каменные плиты, на которых выжжены знаки – расчёты, линии, схемы.

Они не поймут, что это была не просто башня, а зеркало будущего.

В каждом её камне спал код, по которому человечество будет снова и снова строить свои города, свои империи, свои башни – вплоть до тех, что достигнут неба из стекла и стали.

И где-то под слоем песка, в глубине земли, по-прежнему спит жаркий кусок древнего света – память о первой искре, принесённой с Эры Камня.

Глава III. Эра Верований

Бог из праха

Песок забыл имена тех, кто когда-то властвовал над ним.

Только ветер помнил, как падала башня, как земля дрожала под её тяжестью. Он нёс с собой пыль камней и пепел костей, перемешивая их в бесконечный поток времени.

Из этой пыли, из осколков и легенд, родился новый мир – не менее гордый, но уже не осознающий, что стоит на руинах старого.

Прошли века. Люди снова расселились по равнинам и берегам, построили дома из обломков древнего города. Они находили обугленные фрагменты камня, кости, сросшиеся со сталью, куски стекла, расплавленные в форме слёз.

Они не знали, что это остатки башни – думали, что это дары богов, опавшие с неба после великого суда.

Так началась Эра Верований.

Новая эпоха не знала науки и законов, но знала страх.

Люди верили, что когда-то небеса прогневались и низвергли башню, чтобы наказать гордыню.

Появились жрецы праха – те, кто говорил, что слышит шёпот Бога в песке. Они учили:

“Из праха мы вышли, в прах вернёмся, и только через покаяние найдём путь к Свету”.

И снова вокруг Света начала формироваться власть.

В каждом поселении строили алтари – не из золота, а из пепла, смешанного с маслом. На них возжигали крошечные костры – "память о падении".

Дым поднимался вверх, как молитва, и казалось, что сам воздух слушает.

Среди этих поселений был город Алан, выросший прямо в центре старых руин.

Там жрецы воздвигли Великий Храм Песка – огромный купол из белой глины, в котором стояла гигантская чаша с постоянно горящим пламенем.

Храм был центром нового мира. Сюда стекались паломники со всех земель, принося дары – зерно, воду, камни, даже собственных детей.

Во главе Храма стоял Верховный Пастырь Мурен, человек с глазами, полными уверенности. Он говорил народу:

– Башня упала, ибо люди возомнили себя богами. Но мы, смиренные, поднимем её вновь – не руками, а душами. Мы построим башню внутри себя, и она достигнет самого Света.

Среди служителей Мурена был юный писец по имени Элан.

Он записывал речи пастыря, хранил хроники, переписывал пророчества. Но чем дольше он слушал проповеди, тем больше чувствовал, что за словами Мурена скрывается не откровение, а жажда власти.

Однажды Элан нашёл в подземелье храма кусок выжженного камня. На нём были линии и знаки, непохожие на священные символы. Они казались чертежами.

Он показал находку старому мастеру. Тот долго молчал, а потом сказал:

– Это не слово Бога. Это работа человека.

Так Элан впервые услышал мысль, которая перевернула его сознание:

“Боги – это мы сами.”

С этого момента он начал искать истину.

Он расспрашивал старейшин, бродил по развалинам, находил обломки с одинаковыми знаками. Он понял, что в древности люди уже воздвигали башню – не духовную, а каменную.

Он нашёл тексты, где говорилось, что “владыка хотел дотянуться до солнца”.

И понял – падение было не карой, а ошибкой гордыни.

Но кому нужна истина, если вера даёт власть?

Когда Элан попытался рассказать о своих открытиях, жрецы обвинили его в богохульстве.

– Ты оскорбляешь Свет, – сказал Мурен. – Ты хочешь вернуть людей во тьму.

– Нет, – ответил Элан. – Я хочу, чтобы люди поняли: Свет в них самих.

– В тебе говорит демон, – произнёс Пастырь. – И этот демон – память.

Ночью в дом Элана ворвались воины культа.

Его выволокли на площадь, где горела чаша огня. Толпа собралась, как на праздник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.