Сергей Ковалев
Александр Македонский. Царь всего

Серия «Родительское собрание»

© ООО «Издательство Родина», 2025

Александр Македонский

Сергей Ковалев
Александр Македонский. Царь всего

Глава I
Юность Александра

Летом 356 г. до новой эры у македонского царя Филиппа II и его жены Олимпиады родился сын Александр.

Македония до Филиппа не играла почти никакой роли в жизни древней Греции. Это была страна, расположенная на севере Балканского полуострова, вдали от главных греческих центров. Отделенная горными хребтами от Северной Греции, окруженная варварскими племенами Иллирии и Фракии, отрезанная от моря греческими колониями, – Македония долго оставалась на низком уровне экономического и общественного развития. Главным занятием населения являлись земледелие и скотоводство. Городская жизнь была развита слабо. Среди крестьянского населения еще сохранялись общинные отношения. В жизни государства огромное значение имела родовая знать, владевшая большим количеством земли. Однако экономическая зависимость крестьянства от этой знати еще не перешла в кабалу и долговое рабство. Македонское крестьянство в подавляющем большинстве сохранило личную свободу. Рабов в Македонии было мало. Государственный строй соответствовал этим неразвитым общественным отношениям. До конца V в. до н. э. Македония даже не представляла единого, сплоченного государства. В западной части ее, в так называемой Верхней Македонии, горной и суровой стране, еще сохранились самостоятельные княжества, где правили местные знатные роды. Они почти не признавали власти царей Нижней Македонии – восточной равнины, примыкавшей к морю.

Мозаичный образ великого завоевателя

Но это положение начало изменяться с конца V в. до н. э. Цари Нижней Македонии пытаются объединить под своею властью всю страну. Однако эти попытки встречают жестокое сопротивление со стороны князей Верхней Македонии, отстаивающих свою самостоятельность. Долгие годы идет борьба, пока, наконец, Филиппу II не удалось добиться централизации государства. Сначала Филипп был только опекуном своего малолетнего племянника, царя Аминты. В 359 г. до н. э. при поддержке войска он лишил Аминту власти и был провозглашен македонским царем. При нем Македония из маленького, раздробленного и слабого государства превратилась в сильнейшую военную державу. Филипп был человеком железной воли, не останавливавшимся ни перед чем для достижения своих целей. В политике он отличался большой осторожностью и хитростью, но в личной жизни был крайне несдержан, вспыльчив, неумерен в пище и питье и страстно любил женщин. Македонский двор при нем славился во всей Греции своими грандиозными кутежами. Однако это не помешало Филиппу проявить способности крупнейшего государственного деятеля, равного которому тогда не было в Греции. Надо отметить еще, что свою молодость Филипп провел в Греции, где хорошо познакомился с греческой культурой и в частности прекрасно изучил военное дело греков.

Филипп Македонский

Став «законным» царем, он провел в Македонии ряд важных реформ. Из них на первом месте нужно поставить создание сильной армии. До Филиппа македонское войско было мало организовано. Правда, один из предшественников Филиппа, царь Архелай, еще в конце V в. до н. э. начал организацию регулярной армии. Но только Филипп это дело завершил. При нем македонское войско получило свое классическое устройство. Ядром его служили тяжелая конница и пехота. Первая состояла из знати. Всадники, носившие название «товарищей» (этеров) царя, сидели на тяжелых конях, выкормленных на прекрасных лугах Македонии и Фессалии. Они были одеты в металлические панцири и шлемы и вооружены мечами и копьями. Кавалерия делилась на илы (конные полки). Всадники каждой илы обычно были родом из одной и той же местности. Тяжелая кавалерия играла в македонской армии огромную роль, так как с помощью ее происходила главная атака на неприятеля.

Другой, не менее важной частью македонского войска была пехота тяжеловооруженных. Она набиралась из зажиточных слоев крестьянства. Вооружение пехотинца состояло из щита, панциыря, шлема, поножей, меча и копья. Копья, называвшиеся по-македонски сариссами, были очень длинны – от трех до пяти метров. Тяжелая пехота делилась на несколько таксисов (полков), каждый из которых состоял, приблизительно, из 1 500 человек. Хотя таксисы, в свою очередь, подразделялись на более мелкие единицы, но в бою каждый таксис обычно выступал как одно целое. Он представлял плотно сомкнутый четырехугольник, где воины каждой шеренги стояли плечо к плечу. Число шеренг доходило до 16 и больше. В Македонии было легко создать такой строй пехоты благодаря большому количеству крестьянства и наличию в армии значительных масс конницы, защищавшей пехоту с флангов (см. ниже). Такое замкнутое и глубокое построение пехоты называлось македонской фалангой, в отличие от греческой, где строй не был таким глубоким. В бою длинные сариссы задних шеренг выставлялись на линию фронта, и каждый таксис представлял грозно ощетинившуюся, закрытую щитами плотную массу людей. При наступлении, когда задние шеренги давили на передние, удар фаланги был неудержим. Слабыми местами фаланги являлись ее фланги и тыл, так как перестраиваться она могла лишь с большим трудом.

Но здесь на помощь ей приходили легкие части македонской армии – легковооруженные кавалерия и пехота. Первая состояла частью из македонских, частью из различных иллирийских и фракийских племен, покоренных Филиппом и обязанных поставлять ему военную силу.: У легкой кавалерии кони были мельче и вооружение всадников легче. Легкая пехота (так называемые гипасписты) была вооружена маленькими щитами и короткими копьями. Как легкая кавалерия, так и пехота являлись более подвижными частями македонского войска. Их назначение в бою состояло в том, чтобы прикрывать фланги и тыл основного ядра армии, нести разведывательную службу, преследовать разбитого противника и т. п.

Главное значение военной реформы Филиппа заключалось в том, что ему удалось добиться согласованного действия различных частей армии, чего раньше в Македонии не было. К этому нужно добавить, что при Филиппе в Македонии впервые появляется флот; это стояло в связи с тем, что Филиппу удалось овладеть фракийским побережьем (об этом см. ниже). При Филиппе же в македонском войске стали применять различные осадные «машины», употребление которых в Греции началось еще в V в. до н. э. Из них нужно указать таран, тяжелое бревно, снабженное металлическим наконечником обычно в форме бараньей головы, отчего и все приспособление называлось «бараном». Это бревно подвешивали на цепях и, раскачивая его, ударяли наконечником в стену осажденного города. Кроме тарана, применяли передвижные штурмовые башни, приспособления для метания во врага стрел и камней и т. д. Употребление этих механических снарядов особенно широко развилось в македонском войске уже при Александре.

Военная реформа Филиппа стояла в тесной связи с тем, что он завершил государственное объединение Македонии. При нем были окончательно лишены политической самостоятельности княжества Верхней Македонии, которые должны были полностью признать власть Филиппа. Правившие там княжеские роды превратились в его этеров, «товарищей», вошли в его придворную свиту и стали служить командирами отдельных частей македонского войска. Только это государственное объединение дало возможность Филиппу создать единую, сплоченную армию. Из других мероприятий Филиппа нужно отметить его денежную реформу. До IV в. до н. э. денежное хозяйство в Македонии было развито очень слабо. Но в IV в. до н. э. хозяйственная жизнь страны испытала значительные изменения. Благодаря связям с греческими колониями побережья в Македонии начинают развиваться ремесла и торговля, усиливается городская жизнь. Денежный оборот расширяется. Это заставило Филиппа усилить чеканку монеты. До него в Македонии ходила только медная и серебряная монета греческого образца. Он впервые начинает выпускать золотую монету (так называемые «филиппики», стоимостью около 10 руб. на довоенные деньги). Денежную реформу Филипп мог провести только потому, что ему удалось захватить богатые золотые рудники во Фракии на реке Стримоне, откуда он стал добывать большое количество золота.

Внутренние реформы привели к сплочению и усилению Македонии и дали возможность Филиппу начать широкую завоевательную политику. Но об этом ниже.

Когда в 356 г. до н. э. у Филиппа родился сын, это событие прошло совершенно незамеченным в тогдашнем мире. Кого в то время могли интересовать маленькая, слабая Македония и ее царь, только за три года до этого незаконно захвативший там власть? Но впоследствии, когда имя Александра прогремело по всему свету, вокруг его рождения сложилось множество легенд. Рассказывали, что отцом Александра был не Филипп, а сам верховный греческий бог Зевс, который явился к Олимпиаде в образе змея. На крыше дома в Пелле, столице Македонии, в котором родился Александр, весь день сидели два орла. В ту самую ночь, в которую появился на свет будущий завоеватель Азии, сгорел знаменитый храм Артемиды в городе Эфесе в Малой Азии. Его будто бы поджег Герострат, который этим поступком хотел себя обессмертить. Пожар храма был истолкован таким образом, что он предвещал рождение человека, который со временем выжжет весь Восток своим пламенем.

Первые годы жизни Александра протекали так, как это было в обычае при македонском дворе. Кормилицей его назначили Ланику, знатную македонянку. «Дядькой» его был родственник Олимпиады Леонид. Однако Филипп захотел дать сыну греческое образование. Поэтому в 343 г. до н. э., когда Александру было 1 3 лет, воспитателем его был приглашен знаменитый греческий ученый и философ Аристотель. Правда, тогда Аристотель еще далеко не пользовался такой известностью, как впоследствии. В 343 г. до н. э. он был еще относительно молод (ему было около 40 лет) и проживал в Малой Азии: сначала в городе Ассосе при дворе своего друга, атарнейского князька Гермия, на племяннице которого был женат, а впоследствии в городе Митилене на острове Лесбосе. Здесь он получил приглашение Филиппа.

Возможно, что на выбор Аристотеля в воспитатели Александру оказало влияние то обстоятельство, что Филипп находился в дипломатических отношениях с Гермием, и тот рекомендовал ему Аристотеля. Известную роль здесь могло сыграть и то,. что отец Аристотеля, Никомах, когда-то служил придворным врачом у македонского царя Аминты, деда Александра. Как бы там ни было, но Аристотель принял приглашение и около трех лет прожил в маленьком македонском местечке Миэзе вместе со своим воспитанником. Филипп нарочно поселил сына на это время в тихую Миэзу, чтобы удалить его от шумной жизни столицы. Вместе с Александром жили и учились его друг Гефестион и другие представители македонской молодежи.

Трехлетнее пребывание с Аристотелем оказало сильное влияние на Александра. Сын Филиппа рос упрямым и своенравным мальчиком, доставляя не мало хлопот своим воспитателям. Уже, в юности в характере Александра стали проявляться те черты, которые так ярко выступили в нем впоследствии: вспыльчивость, проявлявшаяся иногда в ярких вспышках гнева, когда Александр совершенно переставал владеть собой; смелость, часто доходившая до безрассудства, и настойчивость, иногда граничившая с упрямством. О молодом Александре впоследствии ходило много рассказов, в своем большинстве анекдотических. Из них можно привести один, по-видимому, довольно правдоподобный.

Однажды Филиппу предложили купить коня по имени Букефал («с бычьей головой» – эта кличка была дана лошади за сходство ее морды с бычьей). Когда коня попытались объездить, это оказалось невозможным: он был такого свирепого нрава, что сбрасывал всякого, кто пытался на него сесть. От покупки решили отказаться. Александр, присутствовавший при этом, с досадой воскликнул: «Боги! Какого коня теряют из-за трусости и неумения его объездить». Филипп рассердился и сказал: «Почему ты бранишь старших за то, чего сам не можешь сделать?» «Если ты позволишь, – ответил мальчик, – я его объезжу». Филипп и все окружающие рассмеялись. Было решено, что если Александр объездит лошадь, то она станет его собственностью, а деньги за нее заплатит Филипп; если же нет, то мальчик из своих личных средств должен будет заплатить за покупку. Филипп и придворные смотрели на все это, как на веселую шутку, но Александр смело подошел к Букефалу и начал с того, что повернул его головой к солнцу: он заметил, что лошадь пугается собственной тени. Гладя коня по гриве, Александр неожиданно вскочил на него. Букефал в первое мгновение опешил от такой дерзости, но затем стал на дыбы и начал бить ногами, пытаясь сбросить мальчика. Однако Александр крепко на нем держался и затем с криком погнал лошадь по равнине. Филипп и придворные были в отчаянии, думая, что мальчик погиб. Но каковы были их изумление и радость, когда через некоторое время Александр вернулся на взмыленном и покорном Букефале! Филипп со слезами на глазах обнял сына и будто бы сказал: «Ищи себе другого царства, так как Македония для тебя тесна». С тех пор Букефал стал неразлучным спутником Александра, делившим с ним все опасности войны.

Таков был юный Александр, необузданную натуру которого Аристотелю нужно было взять в твердые рамки греческого воспитания. И, поневидимому, ему удалось достичь в этом отношении многого. Всеобъемлющий ум великого ученого, его огромные знания, его уравновешенность и спокойствие действовали на Александра. Аристотель сумел привить своему воспитаннику огромную любовь и уважение к греческой культуре. Это тем легче было сделать, что культурное влияние Греции на македонскую знать и раньше было довольно сильным. Любимыми героями Александра становятся Ахилл и Геракл. Оба они считались его предками: от Геракла вел свое происхождение македонский царствующий дом, от Ахилла – род Олимпиады. С этого времени Александр никогда не расставался с «Илиадой», всюду возя с собой экземпляр ее, подаренный ему Аристотелем и лично отредактированный ученым. Влиянию Аристотеля нужно приписать также любовь Александра к естественным наукам. Впоследствии, во время персидского похода, по его приказанию были собраны огромные естественно-научные коллекции и произведено обстоятельное изучение природы новых стран. Все это оказало большое влияние на дальнейшее развитие науки.

Труднее было Аристотелю справиться с бурным характером своего ученика. Но здесь на помощь ему пришла своеобразная двойственность натуры Александра. В ней рядом с дикостью и страстностью уживались трезвость ума, расчетливость и практичность. В этом отношении характерен один рассказ из времен юности Александра.

Когда ему было семь лет, к македонскому двору прибыло несколько персидских эмигрантов, в числе их два грека. Малютка Александр с величайшим интересом стал расспрашивать изгнанников о персидском государстве: в каком состоянии находится там военное дело? Храбры ли персы? Во сколько дней можно доехать от Македонии до Суз? И так. далее. Если даже этот рассказ и выдуман, то он прекрасно характеризует Александра: он мог задаваться грандиозными, иногда фантастическими планами, но в подготовке и осуществлении их проявлял величайшую осторожность и деловитость; он умел с огромным упорством добиваться намеченных целей, как бы высоки они ни были, но если видел, что реальная обстановка против него, что на его пути встают действительно непреодолимые препятствия, умел во-время отказаться от своего плана или видоизменить его в соответствии с новыми обстоятельствами.

Вот эти-то черты характера Александра и давали возможность Аристотелю влиять на него в желательном направлении. Аристотель старался воздействовать на рассудочную сторону натуры своего воспитанника, сдерживая таким путем его необузданную страстность. Три года пребывания с Аристотелем не могли не оказать в этом отношении влияния на Александра, дисциплинировать его в известной степени.

К сожалению, в 340 г. до н. э., когда Александру исполнилось 16 лет, занятия его с Аристотелем были прерваны навсегда. Филипп находил, что его сыну пора приучаться к государственной деятельности, и, отправившись в продолжительный поход против города Византия, оставил Александра в качестве правителя государства, под руководством своего опытного и верного помощника Антипатра. За время этой первой попытки полусамостоятельной деятельности Александру пришлось выступить походом против одного из фракийских племен, поднявшего восстание против Македонии. Поход был удачен, фракийцы подавлены, а их укрепленный центр разрушен.

К этому времени Македония превратилась в самое сильное государство на Балканском полуострове. Реформы Филиппа, как мы указывали выше, дали ему возможность начать широкую завоевательную политику. К завоеваниям стремилась, глазным образом, македонская знать, желавшая увеличить свои богатства путем грабежа соседних стран. Но и рядовая масса македонской пехоты, получавшая военное жалованье и награды из добычи, также была заинтересована в войнах.

Задача завоевания Балканского полуострова облегчалась тем состоянием, в котором находилась Греция в середине IV в. до ни. э. Она состояла из множества мелких самостоятельных государств, которые вели друг с другом непрерывные войны. Эти войны ослабляли их, так как вели за собой опустошение полей, истребление или увод в рабство населения и делали невозможным развитие ремесел и торговли. К этому надо прибавить особенности внутреннего строя греческих государств. Это были рабовладельческие государства, в которых вся хозяйственная жизнь основывалась на труде рабов. Однако, хотя эксплуоатация рабов дала возможность греческим рабовладельцам создать высокую культуру, развить философию, науку, искусства, но этот же рабский труд в конце концов подорвал силы греческого общества. Это произошло потому, что более дешевый труд рабов вытеснил из производства свободный труд. Крестьянину и свободному ремесленнику было трудно тягаться с крупными рабовладельцами, у которых были десятки и сотни рабов, работавших в мастерских и на полях. Свободный труд не окупал себя, крестьяне и мелкие ремесленники разорялись, превращались в бедняков, которые старались найти себе, хотя бы какую-нибудь работу. Однако это была тщетная надежда, так как в ремесле и сельском хозяйстве работали рабы, и свободному рабочему почти невозможно было найти себе заработок. Массы нищего и голодного люда скапливаоплялись в греческих городах и поднимали восстания против богачей, привлекая на свою сторону рабов. Уже слышны были отдаленные раскаты грома той революционной грозы, которая позднее разразилась над всем древним миром.

Такое положение вещей не могло не тревожить рабовладельцев, которые старались подкупить и задобрить неимущую городскую толпу путем бесплатных раздач хлеба, денег, театральных билетов и т. п. Но это мало помогало, так как раздачи привлекали в города новые толпы безработного люда, требовательность которого все возрастала.

Превращение свободных крестьян и ремесленников в массу нищего и безработного пролетариата (так называемого «люмпен-пролетариата») имело еще одно отрицательное следствие для греческих государств: оно привело к упадку их военной силы. В V в. до н. э. войска греческих рабовладельческих государств состояли из ополчений всех свободных граждан, в которых главную массу воинов составляли именно крестьяне и ремесленники. Исчезновение этих последних в IV в. до н. э. сделало невозможным нормальное пополнение армии и заставило греческие государства прибегнуть к системе наемных войск. При этой системе воины набирались из рядов того же люмпен-пролетариата и служили за плату. Такие наемные войска отличались большой опытностью в военном деле и высокими боевыми качествами, но они были готовы служить всякому, кто им хорошо платил.

Таким образом греческое рабовладельческое общество в середине IV в. до н. э. переживало глубокий кризис. Некоторые греческие политики пытались найти выход из этого кризиса. Таким выходом им казалось образование в Греции сильной монархической власти, которая объединила бы греческие государства, прекратила бы между ними войны и положила бы конец восстаниям бедноты и рабов. Объединенная Греция, думали они, легко могла бы завоевать окружающие страны, захватить новые территории, завладеть рынками, а это положило бы конец кризису.

Как раз в это время Филипп, захвативший власть в Македонии и создавший сильное войско, начал завоевание северной части Балканского полуострова. Ему удалось значительно расширить границы своего царства за счет иллирийских и фракийских племен и вытеснить греков из приморской полосы Македонии. Следующим шагом был захват Филиппом Фессалии и фракийского побережья, занятого греческими колониями. Слабая Греция, раздираемая войнами и внутренней борьбой, оказалась не в силах дать отпор Филиппу и была вынуждена признать все его завоевания. Мало этого. Успехи македонского царя привели к тому, что в Греции образовалась сильная группа сторонников македонского вмешательства в греческие дела. Эта группа состояла, главным образом, из богатых рабовладельцев, увидевших в Филиппе того сильного монарха, который сможет, объединив Грецию, вывести ее из кризиса и обезопасит!» их от потери имущества, задавив революционную борьбу. Поддержка этой македонской партии облегчила Филиппу его дальнейшие успехи в Греции.

Правда, не все греки являлись сторонниками Македонии. Наряду с македонской партией образовалась антимакедонская. Она отражала интересы, главным образом, тех торговцев и промышленников-рабовладельцев, которые вели торговлю с северным побережьем Эгейского моря и с Понтом (теперь Черное море), и которым именно поэтому больше всего угрожали завоевания Филиппа. Кроме этого антимакедонскую партию поддерживали беднейшие слои греческого населения, которым установление власти Филиппа над Грецией угрожало потерей демократического строя и прекращением раздач. Они стояли за старый демократический строй Афин и мечтали о восстановлении их былого могущества.

Вождем антимакедонской партии был величайший оратор древнего мира, афинянин Демосфен.

Постоянные войны между греческими государствами служили Филиппу прекрасным поводом для вмешательства в дела Греции. Враждующие стороны сами призывали на помощь македонские войска, и Филипп пользовался каждым таким случаем, чтобы укрепиться в Греции. В начале 30-х годов IV в. до н. э. ему удалось занять войсками прекрасные позиции около города Элатеи в Фокиде, области средней Греции. Эти позиции давали ему возможность господствовать в военном отношении над значительной частью Греции.

Успехи Филиппа испугали греческие государства и привели к огромному усилению антимакедонской партии. Несколько наиболее крупных государств Греции – Афины, Фивы, Коринф и др. – заключили союз против Македонии. В августе 338 г. до н. э. близ города Херонеи в Беотии произошла решительная битва. Силы противников были равны, – на каждой стороне приблизительно по 30 000 человек, – но закаленная в боях армия Филиппа по качеству значительно превышала войска союзников. Эти последние в большинстве состояли из гражданского ополчения, частично – из наемников.

Филипп поставил ударную группу на своем левом фланге против правого, наиболее сильного крыла противника.

Этой группой, состоявшей из тяжелой конницы, командовал восемнадцатилетний Александр. При нем, вероятно, находилось несколько опытных полководцев, которые им руководили, но самый факт показывает, насколько Филипп доверял своему сыну, поручив ему командование наиболее важной частью операции. Сам Филипп находился на правом фланге. После упорного и кровопролитного боя македонская конница прорвала правое крыло греков. В это время правый фланг македонян вынужден был медленно отходить под натиском левого крыла союзников, состоявшего из афинян. Но когда Александр смял правый фланг противника, обратился в бегство и центр греческой армии… Македонская конница могла теперь ударить в тыл афинянам, увлекшимся наступлением и не обращавшим никакого внимания на то, что происходило в других местах поля сражения.

Победа Филиппа была полная. О дальнейшем сопротивлении едва ли можно было думать. Греция покорно приняла те условия мира, которые продиктовал ей победитель.

Впрочем, Филипп оказался довольно умеренным в своих требованиях. Он был реальным политиком и не собирался чрезмерно раздражать греков. Не в его интересах было создавать себе врага в Греции.

В конце 338 г. до н. э. Филипп собрал в Коринфе съезд представителей всех греческих государств (кроме Спарты), на котором были заложены основы нового устройства Греции и определены ее взаимоотношения с Македонией. Все греческие государства объявлялись свободными и независимыми, в каждом оставался тот строй, который существовал в данный момент. Впредь запрещались всякие внутренние перевороты, особенно при помощи рабов, изгнания и конфискации имуществ. В Греции провозглашались всеобщий мир и свобода мореплавания. Греческие государства вступили в союз, во главе которого должен был стать союзный совет из представителей отдельных государств. Между этой общегреческой федерацией и Македонией в свою очередь заключался военный – оборонительный и наступательный союз. Верховное командование союзными силами поручалось Филиппу. В следующем году в Коринфе же на заседании союзного совета решена была война с Персией (о Персии см. ниже) и установлено, какие военные силы для этой цели греческие государства должны выставить и присоединить к македонским войскам.

Таким образом, надежды македонской партии, казалось, осуществились. Греция была объединена, умиротворена, а предстоящая война на Востоке сулила обогащение и выход из кризиса. Весной 336 г. до н. э. авангард греко-македонской армии в 10 000 человек под начальством лучшего македонского полководца Пармениона и родственника Филиппа Аттала, перешел Геллеспонт (теперь Дарданеллы) и вступил в Малую Азию, принадлежавшую Персии.

Глава II
Убийство Филиппа и воцарение Александра

До 337 г. до н. э. между отцом и сыном были прекрасные отношения. Мы видели, сколько забот уделял Филипп воспитанию наследника престола, и как рано стал он приучать его к военному делу и управлению государством. Но в 337 г. до н. э. отношения резко изменились. Филипп страстно влюбился в Клеопатру, молодую девушку из знатного македонского рода, племянницу Аттала. Так как ему, очевидно, не удалось сделать ее простой любовницей, то он решил вступить с ней в брак официально. Хотя измены Филиппа были довольно частым явлением, и Олимпиада, поневидимому, не придавала им слишком большого значения, но случай с Клеопатрой был совершенно исключительным. Теперь речь шла о «законном» браке. Если бы у Клеопатры родился сын, то он стал бы таким же «законным» наследником престола, как и Александр. Вполне понятно, что новый брак Филиппа привел к разрыву его не только с Олимпиадой, но и с Александром.

Убийство царя Филиппа

Тем не менее, Александр присутствовал на свадебных торжествах, происходивших поздней осенью 337 г. до н. э. На пиру разыгралась дикая сцена. Дядя новобрачной Аттал, очевидно, сильно подвыпивший, обратился к гостям с предложением молить богов, чтобы они даровали Филиппу от Клеопатры законного наследника. Здесь либо был намек на какие-то слухи о неверности Олимпиады, либо Аттал захотел уколоть Александра, напомнив ему, что его мать была иностранкой (Олимпиада принадлежала к эпирскому царскому роду). Александр пришел в ярость и швырнул в Аттала кубок, воскликнув: «А меня, негодяй, ты считаешь незаконнорожденным?» Филипп, тоже пьяный, поднялся со своего ложа, выхватил меч и, шатаясь, сделал несколько шагов по направлению к сыну, но споткнулся и упал. Александр иронически сказал: «Смотрите, он собирается в Азию, а сам не может пройти от ложа к ложу». Присутствующие растащили отца с сыном.

Немедленно же после этой ссоры Александр и Олимпиада уехали из Македонии. Александр отвез мать в Эпир к ее брату, эпирскому царю Александру, а сам отправился в Иллирию. Однако вскоре между отцом и сыном произошло внешнее примирение благодаря посредству некоего коринфянина Демарата, друга царского дома. Александр вернулся в Македонию, но Олимпиада осталась в Эпире.

Нарушенные отношения уже не могли полностью восстановиться. Произошла новая ссора между Филиппом и Александром, правда, на этот раз менее серьезная, и виновником ее всецело был Александр. Филипп, во всяком случае, прилагал много стараний, чтобы улучшить отношения даже с Олимпиадой. В начале 336 г. до н. э. он стал подготовлять брак между своей дочерью от Олимпиады, Клеопатрой, и братом Олимпиады Александром Эпирским. Этот брак, по предположению Филиппа, должен был, если не восстановить прежние отношения с Олимпиадой, то, во всяком случае, значительно их смягчить.

Подготовка брака развивалась успешно, и поздним летом 336 г. до н. э. в Эгах, старой столице Македонии, уже происходили свадебные торжества. Здесь-то и разразилась загадочная катастрофа. В то время, когда Филипп шел в театр, один из еэго этеров, Павсаний, смертельно ранил царя кинжалом. Некоторые наши источники говорят, что причиной убийства была обида, нанесенная Павсанию Атталом. Не добившись от Филиппа наказания обидчика, Павсаний якобы решил убить самого царя. Но другие источники идут дальше и утверждают, что Павсаний был только простым исполнителем чужой воли, а за его спиной стояли другие. Кто же были эти другие?

Сильное подозрение, по-видимому, падает на Олимпиаду и Александра. Действительно, обстановка при македонском дворе весь последний год была такова, что эти подозрения кажутся обоснованными. Некоторые историки утверждают, что Олимпиада и Александр знали о подготовлявшемся заговоре и не помешали ему. Олимпиада же, якобы, даже пыталась помочь бегству Павсания. Однако все эти обвинения основаны на слухах и сплетнях, ходивших в греко-македонском обществе. Ни одного факта, который подтвердил бы причастность матери и сына, к убийству, в нашем распоряжении нет. Напротив, все данные говорят за то, что как раз ко времени убийства напряженная атмосфера при дворе сильно разрядилась. Филипп, несомненно, не собирался лишать сына прав на престол, что могло бы явиться главным мотивом для участия Олимпиады и Александра в заговоре. Много любят говорить о «демонической» натуре Олимпиады, которая якобы мстила Филиппу за измену. Действительно, мать Александра была женщина чрезвычайно властная, жестокая и мстительная. Почему же она прощала мужу десятки измен до Клеопатры? Только потому, что прежние любовницы Филиппа были простые «наложницы», и лишь Клеопатра удостоилась звания «законной» супруги? Но обычай македонского двора и привычки самого царя были таковы, что провести грань между «законными» и «незаконными» женами почти невозможно. Характерно, что, женившись на Клеопатре, Филипп, по-видимому, не дал официального «развода» Олимпиаде и, как мы видели, позднее пытался примириться с ней, – и не без успеха. Таким образом, по отношению к Олимпиаде обвинения не имеют под собой никакой твердой почвы. Тем с большим основанием можно сказать это об Александре.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.