Илай Кроу
Шум

Пролог

Музыка была первой.

До того, как брат ушел, он пытался это объяснить. Он сидел на полу своей комнаты, окруженный катушками с пленкой и старым осциллографом, а его гитара лежала на коленях, словно спящее животное.

– Ты не понимаешь, Майя, – говорил он, и его глаза горели тем лихорадочным огнем, который она тогда принимала за одержимость. – Мы живем в океане звука. Просто большинство людей глухи. Каждое место… каждая вещь… у них есть своя песня. Город поет. Лес поет. Даже тишина поет, если уметь слушать.

Он брал один аккорд, минорный, печальный, и Майе казалось, что пылинки в солнечном луче замирают.

– Сильные чувства, – шептал он, – оставляют шрам на мире. Эхо. Как обратная связь от усилителя, только вечная. Боль, любовь, страх… они не исчезают. Они просто вибрируют на другой частоте.

Он сыграл короткую, рваную мелодию. Шесть нот, которые, казалось, спотыкались друг о друга, создавая тревожную, неправильную гармонию.

– Я почти нашел ее, – сказал он, глядя не на Майю, а куда-то сквозь стену. – Главную частоту. Песню, которая лежит в основе всего Шума.

Майя тогда рассмеялась. Назвала его сумасшедшим. Они сильно поссорились.

Через неделю он исчез.

Полиция нашла его машину у старой радиовышки на Медвежьем Пике. Ни следов борьбы, ни записки. Ничего. Только тишина.

И теперь, год спустя, единственное, что у Майи осталось от брата – это та самая мелодия из шести нот. И ощущение, что он был прав. Что мир действительно поет.

И ее брат просто научился слушать слишком хорошо.

***

Часть 1: Фантомная Обратная Связь

Глава 1: Гараж и старая мелодия

Гараж пах озоном от старого усилителя, древесной пылью и подростковым отчаянием. Единственная лампочка под потолком отбрасывала резкие тени на стены, увешанные плакатами давно распавшихся групп и яичными лотками для звукоизоляции. Это было их королевство. Их убежище. Их сцена.

– Снова? – голос Дэна был сухим, как удар хэта. Он сидел за своей ударной установкой, старой, побитой «Тамой», и вертел в пальцах палочку. – Майя, мы играем этот кусок уже час. Мои руки скоро отвалятся и уползут искать себе нового хозяина.

Майя не ответила. Она стояла у микрофона, закрыв глаза, и снова и снова напевала ее. Мелодию из шести нот. Она впилась в ее мозг, как заноза, стала фоновым шумом ее жизни. Она пробовала аранжировать ее, добавлять слова, менять ритм, но мелодия сопротивлялась, оставаясь чужой, колючей, незаконченной.

– Она просто… не идет, – пробормотала она, открывая глаза.

– Может, потому что она звучит так, будто кошку уронили на синтезатор? – Дэн не был злым. Просто у него не было фильтра между мозгом и языком.

– Мне нравится, – подал голос Лео со своего угла. Он сидел на шатком стуле, обнимая свою вишневую «Эпифон», и смотрел на Майю с обожанием щенка. – В ней есть что-то гипнотическое. Правда, Кира?

Кира, стоявшая у стены и методично перебиравшая струны своего баса, оторвала взгляд от грифа. Ее лицо, как всегда, было непроницаемым.

– В ней есть нарушение всех музыкальных правил. Это атонально. Но, – она на секунду задумалась, – это цепляет. Как неисправная сигнализация.

– Вот видишь! – просиял Лео.

– Это не был комплимент, – отрезала Кира.

Дэн громко ударил по тарелкам, заставив всех вздрогнуть.

– Ладно, бэнд! Перерыв. Мои нейроны требуют сахара и кофеина. Иначе я начну есть палочки.

Он встал, разминая плечи. Дэн был нескладным и долговязым, но за барабанами превращался в точный, смертоносный механизм. Он был сердцем группы, ее ритмом. Кира была ее скелетом, ее основой. Лео – ее душой, ее наивной верой в рок-н-ролл. А Майя… Майя была ее призраком. Голосом, который искал что-то, утерянное в шуме.

Она провела пальцами по стойке микрофона. Год. Целый год она пыталась разгадать последнюю загадку брата. Эту мелодию. Она чувствовала, что ответ где-то рядом, вибрирует в самом воздухе, но она не могла его поймать.

Пока не могла.

Глава 2: Эхо разбитой бутылки

Магазинчик на углу светился в сгущающихся сумерках, как одинокий маяк в море серого бетона. Они вышли из гаража за «топливом» – двумя литрами дешевой газировки и пачкой засохшего печенья. Воздух был прохладным и пах мокрым асфальтом.

– …и я говорю ему, чувак, это не дисторшн, это фузз, это две большие разницы! А он смотрит на меня, как баран на новые ворота… – Лео увлеченно рассказывал очередную историю, жестикулируя так, будто играл соло.

Они почти дошли до дверей, когда из тени у стены отделились три фигуры. Местная шпана. Майя знала их в лицо – вечно скучающие, озлобленные на весь мир парни, для которых чужое веселье было как красная тряпка для быка.

– О, смотрите-ка, музыканты, – протянул их лидер, парень с тусклыми глазами по имени Скат. – Идете лабать свою похоронную музыку?

Дэн напрягся. Он шагнул вперед, инстинктивно заслоняя собой Майю.

– Иди своей дорогой, Скат. Не начинай.

– А что ты мне сделаешь, барабанщик? Палочками застучишь? – Скат ухмыльнулся, и его дружки мерзко хихикнули.

Он сделал шаг к Майе.

– А ты чего такая грустная, принцесса? Братика все ищешь? Может, он просто сбежал от такой тоскливой сестры?

Это было последней каплей.

Мир для Дэна сузился до ухмыляющегося лица Ската. Он не помнил, как шагнул вперед. Он просто действовал. Но один из дружков Ската оказался проворнее. Он схватил с ящика пустую пивную бутылку и с размаху швырнул ее в Дэна.

Все произошло за долю секунды.

Майя закричала. Лео отшатнулся.

Дэн инстинктивно выставил перед собой руку, в которой все еще сжимал барабанную палочку. Он выставил ее не для того, чтобы ударить, а чтобы защититься.

Бутылка летела прямо в голову.

И тут случилось невозможное.

Раздался глухой, неестественный звук. *Тванк*. Будто бутылка ударилась не о тонкую деревянную палочку, а о невидимую резиновую стену. Она не разбилась. Она отскочила. Отлетела в сторону и со звоном разлетелась на куски об асфальт, будто ее швырнул кто-то невидимый.

Наступила оглушительная тишина.

Все пятеро – и Дэн, и его друзья, и шпана – застыли, глядя на осколки, потом на палочку в руке Дэна, потом на самого Дэна. На его лице было написано полное недоумение.

– Какого?.. – прошептал Скат, отступая на шаг.

Этого было достаточно. Морок спал.

– Бежим! – крикнула Кира, которая до этого момента стояла неподвижно, анализируя ситуацию с холодным ужасом.

Они рванули обратно к гаражу, не оглядываясь. Они не слышали, как Скат что-то ошарашенно кричал им вслед. Они слышали только стук своих сердец и тот странный, глухой звук, эхо которого, казалось, до сих пор висело в воздухе. Звук чего-то невозможного.

Глава 3: Звуки старого клуба

Заброшенный Дворец Культуры Текстильщиков был бетонным динозавром, умирающим на окраине города. Когда-то здесь гремели профсоюзные концерты и крутили кино. Теперь облупившиеся колонны поддерживали лишь небо, полное ворон, а в разбитых окнах выл ветер.

Именно здесь должен был состояться подпольный фестиваль «Последний Шум». Идеальное место. Никаких разрешений, никакой аренды, никаких взрослых.

– М-да, местечко что надо, – протянул Дэн, пиная ногой кучу мусора в холле. – Пахнет тленом и разочарованием. Прямо как моя душа.

– Здесь потрясающая акустика, – возразил Лео, хлопнув в ладоши. Густое эхо прокатилось под высоким потолком. Но его улыбка тут же погасла. Он потер виски. – И… что-то еще.

Он был прав. Майя тоже это чувствовала. Воздух в старом ДК был тяжелым, насыщенным. Как будто тысячи разговоров, песен и аплодисментов не развеялись, а осели на бархатные кресла и потрескавшуюся позолоту.

Пока они тащили аппаратуру на сцену, Лео становилось все хуже. Он то и дело останавливался, прислушиваясь к чему-то, что слышал только он.

– Вы это видите? – прошептал он, указывая на угол сцены.

– Что? Гору пыли размером с мою самооценку? – съязвил Дэн.

– Нет… там… как будто кадры накладываются друг на друга. Девушка в белом платье… дым…

Кира подошла и положила ему руку на лоб.

– Температуры нет. Лео, может, ты просто переволновался?

Но Лео смотрел на сцену с суеверным ужасом.

– Это место… оно фонит. Сильно. Что-то плохое здесь случилось.

Позже, когда они настраивали инструменты, к ним подошел организатор фестиваля, тощий парень в растянутом свитере.

– Вы, ребята, последние. После вас хедлайнеры, – он огляделся. – Только это… не затягивайте. И если что, валите через черный ход.

– Если что – это что? – спросила Кира.

Парень понизил голос.

– Лет десять назад тут пожар был. Прямо во время выпускного. Говорят, одна девчонка не выбралась. С тех пор тут всякая чертовщина творится. Аппаратура сама включается, голоса слышатся… Ну, вы поняли. Легенды.

Он ушел, оставив их в гулкой тишине.

Дэн сглотнул. Лео выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок.

Майя посмотрела на пустой зрительный зал. Она чувствовала это. Призрачное эхо чужой трагедии. Оно было похоже на низкий, затихающий гул, от которого вибрировали струны на ее гитаре.

И она поняла, что сегодня вечером они будут играть не для живых. Они будут играть для памяти этого места.

– Ладно, – сказала она, шагнув к микрофону. Ее голос прозвучал неожиданно громко. – Давайте сделаем немного шума.

Она еще не знала, насколько пророческими окажутся ее слова.

Глава 4: Концерт, который все изменил

Полумрак зала был плотным и живым. Воздух дрожал от басов предыдущей группы и пах дешевым пивом и юностью. Человек сто, не больше, сбились в плотную массу перед сценой, их лица были размытыми пятнами в свете одинокого прожектора. Для "Фантомной Обратной Связи" это была самая большая аудитория в их жизни.

– Раз, два… – Майя постучала по микрофону. – Мы "Фантомная Обратная Связь". Спасибо, что пришли послушать наш шум.

Дэн отбил палочками четыре удара, и они врезали свой первый трек – быстрый, злой, на адреналине. Первые пару минут все шло как обычно. Майя пела, выплескивая свое разочарование. Дэн молотил по установке, выбивая из нее душу. Лео метался по сцене, извлекая из гитары грязные, искаженные риффы. Кира стояла неподвижно, как скала, и ее бас был тем фундаментом, который не давал всему этому хаосу развалиться.

Но что-то было не так. "Эхо" этого места, эхо старой трагедии, давило на них. Майя чувствовала его как холод в груди. Лео морщился после каждого аккорда, словно звук причинял ему боль.

– Давай ту, другую, – крикнул он Майе в перерыве между песнями.

Она поняла. Мелодию брата. Может быть, этот хаос мог поглотить ее, растворить.

– Это экспериментальный трек, – сказала она в микрофон, и ее голос дрогнул. – Он называется "Эхо".

Лео начал первым. Он сыграл вступление – чистое, тревожное, перебирая струны. Затем вступил гулкий, пульсирующий бас Киры, похожий на сердцебиение. Дэн не бил по барабанам, а лишь тихонько шуршал щетками по тарелкам, создавая напряжение.

И Майя запела.

Она закрыла глаза и позволила мелодии из шести нот вырваться наружу. Она пела не слова, а лишь гласные звуки, вкладывая в них всю свою тоску, всю свою вину.

И в этот момент мир сломался.

Сначала вспыхнул и с треском лопнул прожектор, погрузив зал в полумрак. Усилитель Лео издал оглушительный вой, хотя он не касался струн. Но это было не главное.

Главное происходило у них в головах.

Майя увидела это. Она не просто пела – она *ткала* звук. Нити "Эха" – золотые отголоски старых праздников, синие клочья страха, красные вспышки паники от давнего пожара – все они потянулись к ней, сплетаясь вокруг ее голоса.

Дэн увидел, как его ритм создает вокруг них мерцающий, вибрирующий купол. Каждый удар по барабану делал эту стену плотнее, реальнее.

Лео увидел прошлое. Перед его глазами пронеслись образы: смеющиеся выпускники, дым, ползущий из-за кулис, растерянные лица, крики, пламя. Он видел ту самую девушку в белом. Она не бежала. Она стояла в центре зала и смотрела на что-то с ужасом.

Кира не видела. Она *чувствовала*. Она ощущала структуру "Эха" этого места как сложную, вибрирующую паутину, и ее бас нащупывал узловые точки, заставляя всю конструкцию дрожать.

Они играли не больше минуты, но эта минута длилась вечность. Они были единым целым, одним организмом, управляющим невидимой энергией.

А потом все кончилось.

Майя взяла последнюю ноту, и та повисла в оглушительной тишине. Мелодия оборвалась. Связь прервалась.

Они тяжело дышали, стоя на сцене и ошарашенно глядя друг на друга.

Толпа в зале молчала. Никто не хлопал. Люди просто стояли, растерянно оглядываясь, будто только что проснулись от странного, яркого сна. На их лицах было написано одно и то же – изумление и легкий испуг. Они не поняли, что произошло. Но они это почувствовали.

– Кажется… – прохрипел Дэн, роняя палочки, – …мы немного перестарались.

Глава 5: Люди в серых костюмах

На следующий день мир казался тусклым и обыденным, словно вчерашний взрыв цвета был всего лишь сном. Они сидели в гараже, но никто не брал в руки инструменты. Тишина была густой и неловкой.

– Это было ненормально, – наконец сказал Лео. Он обхватил голову руками. – Я видел… я видел все. Как будто смотрел кино.

– Я построил стену, – глухо произнес Дэн, глядя на свои ладони. – Из ничего. Я это чувствовал.

– Резонанс, – тихо сказала Кира, глядя в стену. – Мы вошли в акустический резонанс с эмоциональным фоном этого места. Наши звуковые волны усилили остаточные вибрации. Это… единственное логичное объяснение.

– Логичное? – Майя истерично рассмеялась. – Кира, я видела музыку! Она была как цветные ленты! Какая к черту логика?

Дверь гаража со скрипом отъехала в сторону, и в проеме появились две фигуры. Яркий дневной свет на мгновение ослепил их.

Это были двое мужчин. Одетые в идеально сидящие серые костюмы, которые выглядели чужеродно на фоне их обшарпанного гаража. У одного были аккуратно зачесанные светлые волосы, у другого – темные и строгое, ничего не выражающее лицо.

– "Фантомная Обратная Связь"? – спросил светловолосый. Его голос был спокойным, почти вкрадчивым. – Мы можем войти?

Ребята переглянулись. Дэн напрягся, вставая.

– Кто вы такие? Налоговая? Мы за гараж платим исправно.

Мужчины вошли, не дожидаясь приглашения. Темноволосый остался у входа, сложив руки на груди. Светловолосый прошелся по гаражу, с легким любопытством оглядывая их инструменты.

– Меня зовут Агент Белов, – сказал он. – А это мой коллега, Агент Чернов. Мы из "Хроматики". Мы занимаемся… акустической экологией. Следим за чистотой звукового фона.

Он остановился напротив Майи.

– У вас вчера был очень громкий концерт. Вы создали значительные помехи.

– Мы просто играли музыку, – пробормотала Майя, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

– Нет, – мягко возразил Белов. – Вы делали нечто большее. Вы – Резонаторы. Люди с повышенной чувствительностью к "Эху". Это не ваша вина. Это генетическая аномалия. Состояние, которое нужно… скорректировать.

Он достал из кармана пиджака небольшое устройство, похожее на серебристый диктофон.

– Ваша музыка опасна. Для вас и для окружающих. Вы не умеете ее контролировать. Но мы можем вам помочь. Мы предлагаем пройти курс демпфирования. Это быстро и безболезненно. После него вы станете нормальными. Шум в вашей голове исчезнет.

Он нажал кнопку на устройстве.

Гараж наполнил тихий, едва слышный гул. Белый шум.

Но для ребят это был не просто шум. Это была пытка.

Словно тысячи иголок впились им в мозг. Все цвета померкли. Звуки стали плоскими. Мир потерял объем. Майя схватилась за голову, чувствуя тошноту. Лео со стоном сполз со стула. Дэн зарычал от боли. Даже Кира пошатнулась, ее лицо исказилось.

– Видите? – сказал Белов без тени сочувствия. – Вы нестабильны. Позвольте нам помочь.

– Убирайтесь, – прохрипел Дэн, сжимая кулаки.

Белов вздохнул, выключая устройство. Боль мгновенно отступила, оставив после себя звенящую пустоту.

– Мы не хотели прибегать к принуждению. Но у вас, похоже, нет выбора. У вас есть час, чтобы собрать вещи. Мы отвезем вас в наш центр.

Он повернулся, чтобы уйти. Агент Чернов шагнул в сторону, освобождая проход.

Они не угрожали. Они констатировали факт. И это было страшнее любой угрозы.

Глава 6: Погоня под дождем

Час. У них был всего час.

Как только серый седан "Аудиторов" скрылся за углом, оцепенение спало.

– Они хотят сделать с нами то же, что и с братом, – прошептала Майя. В ее глазах стоял ужас. Теперь она поняла, чего он боялся. Не сумасшествия. А этой стерильной, серой "нормальности".

– Ни за что, – прорычал Дэн. – Никто не будет копаться у меня в голове.

– Они вернутся, – сказала Кира, ее голос был напряженным, но ровным. Она уже анализировала. – Их было двое. Скорее всего, вернутся с подкреплением. У нас нет часа. У нас есть минуты.

– Что делать? – спросил Лео, его лицо было бледным.

– Бежать, – ответила Кира. – У меня в гараже стоит старый фургон деда. Он ездит. Кое-как. Хватайте самое необходимое. Инструменты и… все, что сможете унести. Встречаемся там через десять минут.

Они разбежались. Десять минут превратились в суматошный, панический вихрь. Майя забежала домой, схватила рюкзак, бросив в него немного одежды и, самое главное, дневник брата. Она не смотрела на фотографии на стенах. Не прощалась. На это не было времени.

Они встретились на задворках в старом кооперативе, где ржавел синий "Фольксваген" Киры. Небо затянуло тучами, и первые тяжелые капли дождя забарабанили по крыше.

– Заводи! – торопил Дэн, забрасывая последнюю гитару в салон.

Двигатель чихнул, закашлялся и нехотя завелся. Кира вывернула руль, и фургон, скрипя, выехал на улицу.

И тут они его увидели.

Серый седан. Он стоял в конце улицы. И к ним уже направлялись четверо – Белов, Чернов и еще двое в таких же костюмах.

– Черт! – выругалась Кира и вдавила педаль в пол.

Фургон взревел и рванулся вперед. Началась погоня.

Это было не кино. Это был абсурдный, страшный сон. Старый, неповоротливый фургон против мощного седана на узких улочках их сонного городка. Дождь хлынул стеной, размывая мир за окном.

– Они на хвосте! – крикнул Лео, оглядываясь.

Седан легко их нагонял. Он прижался к борту, пытаясь столкнуть их на обочину.

– Я не смогу от них оторваться! – крикнула Кира, вцепившись в руль.

– Тогда не отрывайся, – сказал Дэн. Его глаза горели яростью. – Майя, пой! Лео, играй!

– Что?! – не поняла она.

– Пой ту мелодию! Играй что-нибудь! Делайте шум!

Это было безумие. Но другого выхода не было.

Лео, дрожащими руками, схватил гитару. Майя, вцепившись в сиденье, запела. Сначала тихо, потом громче.

Мир за окном снова начал меняться. Капли дождя, казалось, зависли в воздухе. Свет фонарей потянулся за ними радужными шлейфами.

Седан снова пошел на таран.

– Сейчас! – крикнул Дэн.

Он распахнул боковую дверь фургона и, держась за поручень, ударил барабанной палочкой по корпусу машины. Один раз. Гун-н-нг.

Воздух между машинами уплотнился.

Седан врезался в невидимую стену. Раздался оглушительный скрежет металла. Машину "Аудиторов" развернуло, она прочертила по асфальту длинную борозду и врезалась в мусорные баки.

Дэн захлопнул дверь, тяжело дыша.

– Я… я не хотел так сильно.

Кира, не веря своим глазам, вывернула на перекрестке. Погоня закончилась. Пока.

Они мчались сквозь ночь и дождь, прочь из города, который еще вчера был их домом. Они не знали, куда едут. Они знали только, от чего бегут.

От тишины.

Глава 7: Убежище

Пахло сыростью, холодной пылью и покинутостью. Старый речной док, который брат Майи когда-то превратил в свою тайную студию-сквот, встретил их темнотой и гулкой тишиной. Единственным звуком был стук дождя по ржавой металлической крыше.

Кира заглушила двигатель, и этот звук стал оглушительным. Несколько минут они просто сидели в фургоне, не в силах пошевелиться. Адреналин отступал, оставляя после себя липкий страх и звенящую в ушах усталость.

– Кажется, оторвались, – наконец нарушил молчание Дэн. Его голос звучал хрипло.

– Надолго ли? – пробормотала Кира, уронив голову на руль. – Они знают, кто мы. Знают, как мы выглядим. Это был самый глупый побег в истории глупых побегов.

– Но мы сбежали, – возразил Лео. Он все еще прижимал к себе гитару, как спасательный круг. – И… вы видели? Дэн, ты… ты просто… *бум*!

Дэн посмотрел на свою барабанную палочку, которую все еще сжимал в руке, с каким-то суеверным ужасом.

– Я не знаю, как это сделал. Просто очень сильно захотел, чтобы они отвалили.

– Нам нужно укрытие. И план, – сказала Майя, пытаясь взять себя в руки. Она была лидером, даже если сама этого не осознавала. – Здесь мы в относительной безопасности. Брат говорил, это место снято со всех карт.

Они вылезли из фургона в промозглую темноту. Майя нашла под шатким крыльцом спрятанный ключ и с трудом провернула его в заржавевшем замке. Дверь со стоном отворилась, впуская их внутрь.

Внутри было огромное, гулкое помещение. В свете фонарика от телефона Киры они увидели очертания старых микшерных пультов, покрытых брезентом, стойки с микрофонами, похожие на скелеты, и горы аудиоаппаратуры, которую брат Майи, очевидно, скупал на всех барахолках. В углу стоял старый диван, пара кресел и матрас на полу.

Это было убежище отшельника. Логово одержимого.

Лео присвистнул.

– Ого. Да он тут серьезно заморачивался.

Майя медленно прошла вглубь помещения. Здесь все напоминало о нем. Запах канифоли. Стопка виниловых пластинок Kraftwerk и Tangerine Dream. Исписанная формулами и нотными станами доска. Она провела рукой по пыльной поверхности старого синтезатора "Полиокс".

Она не была здесь больше года. С тех пор, как их ссора стала последней.

– Ладно, – сказала она, оборачиваясь к остальным. Ее голос стал тверже. – Давайте располагаться. Нужно переждать хотя бы до утра. А утром… утром мы заглянем в кроличью нору.

Она кивнула на большой стол в центре комнаты, где лежал главный артефакт ее брата – его дневник.

Глава 8: Дневник брата

Они сидели на старом диване, сбившись в кучу для тепла. Дэн раздобыл где-то сухие щепки и разжег огонь в ржавой бочке-буржуйке, которая теперь отбрасывала на стены пляшущие тени. Это было их первое настоящее убежище.

Майя положила дневник на колени. Это была толстая тетрадь в черном кожаном переплете. Она открыла первую страницу.

Аккуратный, убористый почерк брата покрывал листы. Но это были не просто записи. Это был хаос. Фрагменты нот, математические формулы, зарисовки звуковых волн, вырезки из научных журналов и философских трактатов.

– Что тут вообще? – спросил Дэн, заглядывая ей через плечо.

– Безумие, – прошептала Майя.

Но чем дольше они читали, тем больше смысла проступало в этом хаосе. Они читали вслух, по очереди, и куски головоломки медленно вставали на свои места.

*«**Резонанс** – это не дар. Это проклятие эмпатии. Мы слышим то, что должны были забыть. Мы – живые приемники для призрачного радио мира».*

*«**Эхо** имеет текстуру, цвет, даже вкус. Эхо радости – теплое и золотое. Эхо страха – холодное, колючее, с привкусом озона. "Хроматика" хочет сделать мир бесцветным. Стерильным. Они не лечат, они ампутируют душу».*

*«Я пытался составить карту. Не места, но **чувства**. Есть точки, где Эхо сгущается, где фон настолько силен, что искажает реальность. Старые театры, поля сражений, парки аттракционов… Места сильных эмоций. Я должен их найти».*

*«Они называют это **демпфированием**. Красивое слово для лоботомии души. Я видел одного из них. Бывшего Резонатора. У него были пустые глаза. Он больше не слышал музыку. Никакую».*

Последняя запись заставила их содрогнуться.

– Так вот что они делают, – тихо сказал Лео. – Они нас просто… стирают.

Дэн вскочил и с силой пнул ногой ножку стола.

– Ублюдки!

– Тихо, – сказала Кира. Она взяла дневник у Майи и перевернула несколько страниц. – Смотрите. Вот.

Она указала на разворот. На левой странице была грубая, нарисованная от руки карта их города и его окрестностей. На ней не было названий улиц. Только символы: колесо обозрения, экран кинотеатра, силуэт высохшего дерева.

На правой странице была та самая мелодия из шести нот. А под ней подпись:

*«**Песнь Тишины**. Ключ? Или оружие? Они ее боятся. Она может заглушить весь ШУМ. Я должен найти ее раньше, чем они найдут меня».*

Майя смотрела на карту. Названия всплывали в ее памяти. Колесо обозрения – это заброшенный парк "Орбита". Кинотеатр – "Забвение" на окраине. Дерево – старый дуб у высохшего соленого озера. Места из городских легенд. Места, куда нормальные люди не ходят.

– Он не просто изучал Эхо, – прошептала она. – Он что-то искал. И эта карта… это его маршрут.

– И что теперь? – спросил Дэн. – Пойдем по его стопам? Навстречу новым серым костюмам?

– А у нас есть выбор? – ответила Майя, поднимая на него взгляд. В ее глазах плескалась холодная решимость. – Это единственная ниточка. Мы должны понять, что это за "Песнь Тишины". И почему "Хроматика" ее так боится.

Она посмотрела на карту. Первая точка – парк "Орбита" – была обведена красным.

лава 9: Карта Эха

Утро пришло серым и безрадостным. Дождь прекратился, но небо было затянуто плотной пеленой облаков. Они не спали, просидев до рассвета у догорающей буржуйки, перечитывая дневник и пытаясь составить план.

Теперь, при свете дня, карта в дневнике выглядела еще более реальной и пугающей.

– Итак, – Кира взяла на себя роль стратега, расстелив на столе старую автомобильную карту. – Мы здесь, в речном доке. Парк "Орбита" – примерно в тридцати километрах к северу. Мы можем быть там через час, если поедем по проселочным дорогам.

– Ты думаешь, это хорошая идея – сразу туда соваться? – с сомнением спросил Лео. – Нас ищут. Может, лучше отсидеться?

– Они знают, кто мы, но не знают, что мы знаем, – возразила Кира. – Они думают, что мы просто напуганные дети, которые спрячутся в ближайшей канаве. Они будут прочесывать город, дома наших друзей, родственников. Поездка за город – это последнее, чего они от нас ожидают.

– Она права, – поддержала Майя. – Лучшая защита – это нападение. Или, в нашем случае, движение. Мы должны быть на шаг впереди.

Дэн молчал, глядя в одну точку. Он всю ночь обдумывал произошедшее.

– Я вчера… когда мы врезались… я не просто толкнул их машину. Я почувствовал, как что-то… выстроилось. Как будто я поставил стену из звука. Моего звука. Ритма.

– А я видел прошлое, – кивнул Лео. – Я не просто чувствовал, я *видел* его. Как помехи на старом телевизоре.

– А я… – начала Майя, – я чувствовала их всех. Каждую эмоцию в том зале. Я могла ими управлять. Усиливать, успокаивать…

Они замолчали, глядя друг на друга с новым пониманием. Они были не просто жертвами. Они были чем-то большим.

– Нам нужно научиться это контролировать, – сказала Кира. Она обвела пальцем первую точку на карте брата. – И, похоже, эти "места силы" – наш единственный полигон.

Решение было принято.

Они собрали немногочисленные припасы: несколько пачек лапши быстрого приготовления, найденных в запасах брата, и пару бутылок воды. Проверили фургон. Он был готов ехать.

Перед тем, как уйти, Майя задержалась у стены с формулами. Она не понимала их смысла, но чувствовала в них отчаянную логику. Попытку ее брата объять необъятное.

Она достала из рюкзака толстый черный маркер и рядом с его сложными вычислениями написала всего четыре имени:

*Майя. Дэн. Лео. Кира.*

И ниже – название их группы.

*Фантомная Обратная Связь.*

Это была их карта. Их территория.

Они вышли из дока, и утренний свет показался им незнакомым и враждебным. Они больше не были просто подростками с гитарами. Они были беглецами. Исследователями. И, возможно, оружием.

Они сели в фургон, и синий "Фольксваген" тронулся в путь, увозя их прочь от прошлой жизни, навстречу ржавым аттракционам и призрачному эху старых трагедий.

Глава 10: Урок выживания №1

Дорога была серой лентой, вьющейся среди полей и редких перелесков. Они ехали молча, каждый погруженный в свои мысли. Радио не работало, и единственным саундтреком их путешествия был натужный гул старого двигателя.

– Нужно установить правила, – внезапно сказала Кира, не отрывая взгляда от дороги.

– Правила? – переспросил Дэн с заднего сиденья. – Типа "не есть в фургоне чипсы с луком"?

– Типа "правила выживания", умник, – отрезала она. – Правило первое: мы больше не разделяемся. Никогда. Правило второе: никаких телефонов. Вытаскиваем сим-карты и аккумуляторы. Прямо сейчас. Они могут отследить нас по сигналу.

Раздался щелчок – Кира открыла свой телефон и демонстративно извлекла из него батарею. Остальные, помедлив, последовали ее примеру. Ощущение было странным – будто обрубил последнюю связь с привычным миром.

– Правило третье, – продолжила Кира. – Мы должны понять, на что мы способны. Прямо здесь.

Она съехала на обочину у небольшого, заросшего лесом оврага и заглушила мотор.

– Выходим. Тренировка.

– Тренировка? – удивился Лео. – Чему? Мы даже не знаем, как это работает.

– Вот и выясним, – Кира уже выбралась из фургона, держа в руках свой бас. – Дэн, твоя "стена". Попробуй воспроизвести ее. Без машины и погони.

Дэн выглядел растерянным.

– Я не знаю как. Это… само получилось.

– Тогда вспоминай, – настаивала Кира. – Что ты чувствовал?

Дэн нахмурился, пытаясь вернуться в тот момент.

– Ярость. И желание защитить. И ритм. Все вокруг стучало, как бешеный пульс.

Он взял свои палочки и начал отбивать по корпусу фургона быстрый, сложный ритм. Ничего не происходило.

– Не работает, – разочарованно сказал он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.