Джозеф Конрад
Дуэль: метод параллельного погружения

Уважаемые читатели!

Перед вами – не очередное учебное пособие с упрощённым текстом. Это настоящая классика английской литературы, сохранённая в оригинале – без искажений и адаптаций. Особенность книги – в методе параллельного погружения. Он заключается в том, что каждое предложение оригинального текста сопровождается построчным лексико-грамматическим разбором. Вам не нужно отвлекаться на словари или справочники – все пояснения находятся прямо в тексте. Вы читаете и сразу понимаете, как работает язык. Сначала дается небольшой отрывок текста, каждое предложение которого сопровождается построчным переводом и разбором. После этого тот же отрывок повторяется полностью, уже без подсказок – в оригинале.

Начинающим рекомендуется сначала читать перевод в скобках, а затем предложение на иностранном языке. Затем можете приступать к чтению всего отрывка без подсказок. Продвинутым рекомендуется читать сначала на иностранном языке, а затем перевод в скобках или же вообще пропускать разобранный отрывок и сразу читать отрывок в оригинале, лишь изредка поглядывая в разобранный текст.

Грамматика усваивается подспудно – через контекст, повторение и сопоставление. Слово, которое вы встречаете несколько раз подряд, уже не требует зубрёжки. А сложные конструкции становятся понятными, когда видишь, как они "раскладываются" по частям. Эта книга подойдёт тем, кто хочет перейти от уровня "учебника" к настоящему чтению классики на английском. Вы сможете читать, понимать и наслаждаться оригинальным текстом – без страха, без напряжения, в своём ритме. Перевод, комментарии и лексико-грамматический разбор подготовлены мною специально для этого издания. Надеюсь, книга станет для вас шагом к свободному чтению английской классики – с интересом, уверенностью и удовольствием.

В. Северин

I

Napoleon I., (Наполеон I) whose career had the quality of a duel against the whole of Europe, (чья карьера имела характер поединка против всей Европы; career – карьера; duel – поединок; quality – черта, характер) disliked duelling between the officers of his army. (не любил поединки между офицерами своей армии; dislike – не любить; duelling – поединки; officers – офицеры; army – армия) The great military emperor (великий военный император; military – военный; emperor – император) was not a swashbuckler, (не был задирой, фехтовальщиком; swashbuckler – задира, дуэлянт) and had little respect for tradition. (и питал мало уважения к традиции; respect – уважение; tradition – традиция)

I

Napoleon I., whose career had the quality of a duel against the whole of Europe, disliked duelling between the officers of his army. The great military emperor was not a swashbuckler, and had little respect for tradition.

Nevertheless, (Тем не менее; nevertheless – тем не менее) a story of duelling, which became a legend in the army, (история о поединке, которая стала легендой в армии; duelling – поединок; legend – легенда; army – армия) runs through the epic of imperial wars. (проходит сквозь эпос имперских войн; run through – проходить через; epic – эпос; imperial – имперский) To the surprise and admiration of their fellows, (к удивлению и восхищению их товарищей; surprise – удивление; admiration – восхищение; fellows – товарищи) two officers, like insane artists trying to gild refined gold or paint the lily, (два офицера, подобно безумным художникам, пытавшимся позолотить очищенное золото или раскрасить лилию; insane – безумный; gild – позолотить; refined – очищенный; paint the lily – украшать совершенство) pursued a private contest through the years of universal carnage. (вели личное состязание сквозь годы всеобщего кровопролития; pursue – преследовать, вести; contest – состязание; carnage – кровопролитие) They were officers of cavalry, (они были офицерами кавалерии; cavalry – кавалерия) and their connection with the high-spirited but fanciful animal which carries men into battle (и их связь с живым, но капризным животным, которое несёт людей в бой; high-spirited – живой, энергичный; fanciful – капризный, причудливый; carry into battle – нести в бой) seems particularly appropriate. (кажется особенно уместной; appropriate – уместный) It would be difficult to imagine for heroes of this legend (трудно было бы представить героями этой легенды; difficult – трудный; imagine – вообразить; heroes – герои; legend – легенда) two officers of infantry of the line, for example, (двух офицеров линейной пехоты, например; infantry – пехота; line – линия, линейный; for example – например) whose fantasy is tamed by much walking exercise, (чьё воображение усмирено множеством пеших упражнений; fantasy – воображение; tame – укрощать; walking exercise – пешие упражнения) and whose valour necessarily must be of a more plodding kind. (и чья храбрость, по необходимости, должна быть более усердного, приземлённого характера; valour – храбрость; plodding – усердный, монотонный) As to gunners or engineers, (что касается артиллеристов или инженеров; gunner – артиллерист; engineer – инженер) whose heads are kept cool on a diet of mathematics, (чьи головы остаются холодными благодаря математической пище; diet – рацион, питание; mathematics – математика) it is simply unthinkable. (это просто немыслимо; unthinkable – немыслимый)

Nevertheless, a story of duelling, which became a legend in the army, runs through the epic of imperial wars. To the surprise and admiration of their fellows, two officers, like insane artists trying to gild refined gold or paint the lily, pursued a private contest through the years of universal carnage. They were officers of cavalry, and their connection with the high-spirited but fanciful animal which carries men into battle seems particularly appropriate. It would be difficult to imagine for heroes of this legend two officers of infantry of the line, for example, whose fantasy is tamed by much walking exercise, and whose valour necessarily must be of a more plodding kind. As to gunners or engineers, whose heads are kept cool on a diet of mathematics, it is simply unthinkable.

The names of the two officers were Feraud and D’Hubert, (Имена двух офицеров были Феро и Д’Юбер; names – имена; officer – офицер) and they were both lieutenants in a regiment of hussars, (и оба они были лейтенантами в полку гусар; lieutenant – лейтенант; regiment – полк; hussar – гусар) but not in the same regiment. (но не в одном и том же полку; same – тот же самый)

The names of the two officers were Feraud and D’Hubert, and they were both lieutenants in a regiment of hussars, but not in the same regiment.

Feraud was doing regimental work, (Феро выполнял полковую работу; regimental – полковой; work – работа) but Lieut. D’Hubert had the good fortune (но лейтенант Д’Юбер имел счастье; good fortune – удача, везение) to be attached to the person of the general commanding the division, (быть прикреплённым к особе генерала, командующего дивизией; attached to – прикреплён к; commanding – командующий; division – дивизия) as officier d’ordonnance. (в качестве ординарца, адъютанта; officier d’ordonnance – ординарец) It was in Strasbourg, (Это было в Страсбурге; Strasbourg – Страсбург) and in this agreeable and important garrison (и в этом приятном и важном гарнизоне; agreeable – приятный; important – важный; garrison – гарнизон) they were enjoying greatly a short interval of peace. (они с большим удовольствием наслаждались коротким промежутком мира; enjoy greatly – сильно наслаждаться; interval – промежуток; peace – мир) They were enjoying it, though both intensely warlike, (Они наслаждались им, хотя оба были крайне воинственны; intensely – крайне; warlike – воинственный) because it was a sword-sharpening, firelock-cleaning peace, (потому что это был мир точения сабель и чистки ружей; sword-sharpening – точение мечей; firelock – кремнёвое ружьё; cleaning – чистка) dear to a military heart and undamaging to military prestige, (дорогой военному сердцу и не наносящий вреда военному престижу; dear to – дорогой; prestige – престиж) inasmuch that no one believed in its sincerity or duration. (так как никто не верил ни в его искренность, ни в его продолжительность; inasmuch that – поскольку; sincerity – искренность; duration – продолжительность)

Feraud was doing regimental work, but Lieut. D’Hubert had the good fortune to be attached to the person of the general commanding the division, as officier d’ordonnance. It was in Strasbourg, and in this agreeable and important garrison they were enjoying greatly a short interval of peace. They were enjoying it, though both intensely warlike, because it was a sword-sharpening, firelock-cleaning peace, dear to a military heart and undamaging to military prestige, inasmuch that no one believed in its sincerity or duration.

Under those historical circumstances, (При тех исторических обстоятельствах; circumstance – обстоятельство) so favourable to the proper appreciation of military leisure, (таких благоприятных для должного наслаждения военным досугом; favourable – благоприятный; appreciation – оценка, наслаждение; leisure – досуг) Lieut. D’Hubert, one fine afternoon, (лейтенант Д’Юбер, в один прекрасный день; fine – прекрасный, ясный; afternoon – день, после полудня) made his way along a quiet street of a cheerful suburb (направился по тихой улице весёлого пригорода; make one’s way – направляться; quiet – тихий; suburb – пригород; cheerful – оживлённый, приятный) towards Lieut. Feraud’s quarters, (по направлению к квартире лейтенанта Феро; towards – к, по направлению; quarters – жильё, квартира (военная)) which were in a private house with a garden at the back, (которая находилась в частном доме с садом позади; private house – частный дом; garden – сад; at the back – сзади, позади) belonging to an old maiden lady. (принадлежавшем пожилой незамужней даме; belonging to – принадлежащий; maiden lady – старая дева, незамужняя женщина)

Under those historical circumstances, so favourable to the proper appreciation of military leisure, Lieut. D’Hubert, one fine afternoon, made his way along a quiet street of a cheerful suburb towards Lieut. Feraud’s quarters, which were in a private house with a garden at the back, belonging to an old maiden lady.

His knock at the door was answered instantly by a young maid in Alsatian costume. (На его стук в дверь сразу ответила молодая служанка в эльзасском костюме; knock – стук; instantly – сразу; maid – служанка; Alsatian costume – эльзасский костюм) Her fresh complexion and her long eyelashes, (её свежий цвет лица и длинные ресницы; complexion – цвет лица; eyelash – ресница) lowered demurely at the sight of the tall officer, (скромно опущенные при виде высокого офицера; lower demurely – опустить скромно, застенчиво; at the sight of – при виде) caused Lieut. D’Hubert, who was accessible to esthetic impressions, (заставили лейтенанта Д’Юбера, который был восприимчив к эстетическим впечатлениям; accessible – восприимчивый; esthetic impression – эстетическое впечатление) to relax the cold, severe gravity of his face. (смягчить холодную, суровую серьёзность своего лица; relax – ослабить, смягчить; severe – строгий, суровый; gravity – серьёзность) At the same time he observed (в то же время он заметил; observe – заметить, наблюдать) that the girl had over her arm a pair of hussar’s breeches, blue with a red stripe. (что у девушки на руке висели гусарские брюки – синие, с красной полосой; breeches – брюки; stripe – полоса)

His knock at the door was answered instantly by a young maid in Alsatian costume. Her fresh complexion and her long eyelashes, lowered demurely at the sight of the tall officer, caused Lieut. D’Hubert, who was accessible to esthetic impressions, to relax the cold, severe gravity of his face. At the same time he observed that the girl had over her arm a pair of hussar’s breeches, blue with a red stripe.

“Lieut. Feraud in?” he inquired, benevolently. («Лейтенант Феро дома?» – спросил он благожелательно; inquire – спрашивать; benevolently – благожелательно, доброжелательно)

“Oh, no, sir! He went out at six this morning.” («О нет, сэр! Он ушёл в шесть утра»; went out – вышел, ушёл; this morning – этим утром)

The pretty maid tried to close the door. (Милая служанка попыталась закрыть дверь; pretty – милая; try to – попытаться) Lieut. D’Hubert, opposing this move with gentle firmness, (лейтенант Д’Юбер, воспротивившись этому движению с мягкой решительностью; oppose – противостоять; gentle firmness – мягкая твёрдость) stepped into the ante-room, jingling his spurs. (вошёл в переднюю, позвякивая шпорами; ante-room – передняя, прихожая; jingle – звенеть; spur – шпора)

“Come, my dear! You don’t mean to say he has not been home since six o’clock this morning?” («Ну же, дорогая! Неужели ты хочешь сказать, что он не был дома с шести часов утра?»; mean to say – хочешь сказать; since – с тех пор как; o’clock – час)

“Lieut. Feraud in?” he inquired, benevolently.

“Oh, no, sir! He went out at six this morning.”

The pretty maid tried to close the door. Lieut. D’Hubert, opposing this move with gentle firmness, stepped into the ante-room, jingling his spurs.

“Come, my dear! You don’t mean to say he has not been home since six o’clock this morning?”

Saying these words, Lieut. D’Hubert opened without ceremony the door of a room (Произнося эти слова, лейтенант Д’Юбер без церемоний открыл дверь комнаты; without ceremony – без церемоний; open – открыть) so comfortably and neatly ordered (так уютно и аккуратно обставленной; comfortably – уютно; neatly – аккуратно; order – приводить в порядок) that only from internal evidence in the shape of boots, uniforms, and military accoutrements (что лишь по внутренним признакам – сапогам, мундирам и военному снаряжению; internal evidence – внутренние признаки; in the shape of – в виде; accoutrement – снаряжение) did he acquire the conviction that it was Lieut. Feraud’s room. (он убедился, что это была комната лейтенанта Феро; acquire – получить, обрести; conviction – убеждение) And he saw also that Lieut. Feraud was not at home. (И он также увидел, что лейтенанта Феро не было дома; at home – дома) The truthful maid had followed him, (Правдивая служанка последовала за ним; truthful – правдивая, искренняя; follow – следовать) and raised her candid eyes to his face. (и подняла свои чистые, откровенные глаза на его лицо; candid – откровенный, чистосердечный)

Saying these words, Lieut. D’Hubert opened without ceremony the door of a room so comfortably and neatly ordered that only from internal evidence in the shape of boots, uniforms, and military accoutrements did he acquire the conviction that it was Lieut. Feraud’s room. And he saw also that Lieut. Feraud was not at home. The truthful maid had followed him, and raised her candid eyes to his face.

“H’m!” said Lieut. D’Hubert, («Хм!» – сказал лейтенант Д’Юбер; said – сказал) greatly disappointed, (сильно разочарованный; greatly – сильно; disappointed – разочарованный) for he had already visited all the haunts (потому что он уже побывал во всех излюбленных местах; haunt – излюбленное место, прибежище) where a lieutenant of hussars could be found of a fine afternoon. (где можно было найти лейтенанта-гусара в ясный день; could be found – можно было найти; fine afternoon – прекрасный день) “So he’s out?” («Значит, он не дома?»; out – не дома, снаружи) “And do you happen to know, my dear, («И ты, дорогая, случайно не знаешь; happen to know – случайно знать) why he went out at six this morning?” (почему он ушёл в шесть утра?; went out – вышел, ушёл; this morning – этим утром)

“H’m!” said Lieut. D’Hubert, greatly disappointed, for he had already visited all the haunts where a lieutenant of hussars could be found of a fine afternoon. “So he’s out? And do you happen to know, my dear, why he went out at six this morning?”

“No,” she answered, readily. («Нет», – ответила она живо; readily – охотно, живо) “He came home late last night, and snored.” («Он вернулся домой поздно вчера вечером и храпел»; came home – вернулся домой; snore – храпеть) “I heard him when I got up at five.” («Я слышала его, когда встала в пять»; heard – слышала; got up – встала) “Then he dressed himself in his oldest uniform and went out.” («Потом он надел свой самый старый мундир и ушёл»; dress oneself – одеваться; uniform – мундир; went out – ушёл) “Service, I suppose.” («Служба, полагаю»; suppose – полагать)

“Service? Not a bit of it!” cried Lieut. D’Hubert. («Служба? Ничуть не бывало!» – воскликнул лейтенант Д’Юбер; not a bit of it – вовсе нет) “Learn, my angel, («Знай, мой ангел; learn – знай, учти) that he went out thus early to fight a duel with a civilian.” (что он ушёл так рано, чтобы драться на дуэли с гражданским; fight a duel – драться на дуэли; civilian – гражданский)

“No,” she answered, readily. “He came home late last night, and snored. I heard him when I got up at five. Then he dressed himself in his oldest uniform and went out. Service, I suppose.”

“Service? Not a bit of it!” cried Lieut. D’Hubert. “Learn, my angel, that he went out thus early to fight a duel with a civilian.”

She heard this news without a quiver of her dark eyelashes. (Она выслушала эту новость без малейшего дрожания своих тёмных ресниц; quiver – дрожание, трепет; eyelash – ресница) It was very obvious (Было совершенно очевидно; obvious – очевидный) that the actions of Lieut. Feraud were generally above criticism. (что поступки лейтенанта Феро, в целом, были выше всяких упрёков; action – поступок, действие; above criticism – вне критики, безупречный) She only looked up for a moment in mute surprise, (Она лишь на мгновение подняла глаза в немом удивлении; look up – поднять глаза; mute – немой; surprise – удивление) and Lieut. D’Hubert concluded from this absence of emotion (и лейтенант Д’Юбер сделал вывод из этого отсутствия эмоций; conclude – сделать вывод; absence – отсутствие; emotion – эмоция, чувство) that she must have seen Lieut. Feraud since the morning. (что она, должно быть, видела лейтенанта Феро с утра; must have seen – должно быть, видела; since the morning – с утра) He looked around the room. (Он оглядел комнату; look around – осмотреться)

She heard this news without a quiver of her dark eyelashes. It was very obvious that the actions of Lieut. Feraud were generally above criticism. She only looked up for a moment in mute surprise, and Lieut. D’Hubert concluded from this absence of emotion that she must have seen Lieut. Feraud since the morning. He looked around the room.

“Come!” he insisted, with confidential familiarity. («Ну же!» – настаивал он с доверительной непринуждённостью; insist – настаивать; confidential – доверительный; familiarity – непринуждённость) “He’s perhaps somewhere in the house now?” («Он, может быть, где-то в доме сейчас?»; perhaps – возможно, может быть; somewhere – где-то)

She shook her head. (Она покачала головой; shake one’s head – покачать головой)

“So much the worse for him!” («Тем хуже для него!»; so much the worse – тем хуже) continued Lieut. D’Hubert, in a tone of anxious conviction. (продолжил лейтенант Д’Юбер тоном тревожного убеждения; anxious – тревожный; conviction – убеждённость) “But he has been home this morning.” («Но он ведь был дома сегодня утром»; has been – был; this morning – этим утром)

“Come!” he insisted, with confidential familiarity. “He’s perhaps somewhere in the house now?”

She shook her head.

“So much the worse for him!” continued Lieut. D’Hubert, in a tone of anxious conviction. “But he has been home this morning.”

This time the pretty maid nodded slightly. (На этот раз милая служанка слегка кивнула; nod – кивнуть; slightly – слегка)

“He has!” cried Lieut. D’Hubert. («Был!» – воскликнул лейтенант Д’Юбер; cried – воскликнул) “And went out again? («И снова ушёл?»; went out – вышел, ушёл; again – снова) What for?” («Зачем?»; what for – зачем, с какой целью) “Couldn’t he keep quietly indoors!” («Разве он не мог посидеть спокойно дома!»; keep indoors – оставаться дома; quietly – спокойно) “What a lunatic!” («Какой сумасшедший!»; lunatic – безумец, сумасшедший) “My dear girl—” («Моя дорогая—»; dear – дорогой, милая)

This time the pretty maid nodded slightly.

“He has!” cried Lieut. D’Hubert. “And went out again? What for? Couldn’t he keep quietly indoors! What a lunatic! My dear girl—”

Lieut. D’Hubert’s natural kindness of disposition (Природная доброта лейтенанта Д’Юбера; kindness of disposition – добрый характер) and strong sense of comradeship (и сильное чувство товарищества; sense of comradeship – чувство товарищества) helped his powers of observation. (помогли его наблюдательности; powers of observation – наблюдательность) He changed his tone to a most insinuating softness, (Он изменил тон на чрезвычайно льстивую мягкость; insinuating – вкрадчивый, льстивый; softness – мягкость) and, gazing at the hussar’s breeches hanging over the arm of the girl, (и, глядя на гусарские брюки, висевшие на руке девушки; gaze at – пристально смотреть; breeches – брюки) he appealed to the interest she took in Lieut. Feraud’s comfort and happiness. (он обратился к её заботе о комфорте и счастье лейтенанта Феро; appeal to – обращаться к; comfort – комфорт; happiness – счастье) He was pressing and persuasive. (Он был настойчив и убедителен; pressing – настойчивый; persuasive – убедительный) He used his eyes, which were kind and fine, (Он пользовался своими добрыми, красивыми глазами; fine – благородный, красивый) with excellent effect. (с отличным эффектом; effect – эффект)

Lieut. D’Hubert’s natural kindness of disposition and strong sense of comradeship helped his powers of observation. He changed his tone to a most insinuating softness, and, gazing at the hussar’s breeches hanging over the arm of the girl, he appealed to the interest she took in Lieut. Feraud’s comfort and happiness. He was pressing and persuasive. He used his eyes, which were kind and fine, with excellent effect.

His anxiety to get hold at once of Lieut. Feraud, (Его тревога как можно скорее найти лейтенанта Феро; anxiety – тревога, беспокойство; get hold of – найти, застать) for Lieut. Feraud’s own good, (ради самого Феро; for one’s own good – ради чьего-то блага) seemed so genuine (казалась такой искренней; genuine – искренний, подлинный) that at last it overcame the girl’s unwillingness to speak. (что в конце концов она преодолела нежелание девушки говорить; overcome – преодолеть; unwillingness – нежелание) Unluckily she had not much to tell. (К несчастью, ей было не о чем особенно рассказать; unluckily – к несчастью) Lieut. Feraud had returned home shortly before ten, (лейтенант Феро вернулся домой незадолго до десяти; shortly before – незадолго до) had walked straight into his room, (прошёл прямо в свою комнату; straight into – прямо в) and had thrown himself on his bed to resume his slumbers. (и бросился на кровать, чтобы продолжить сон; throw oneself on – броситься на; resume – возобновить; slumber – сон) She had heard him snore rather louder than before far into the afternoon. (Она слышала, как он храпел громче, чем раньше, далеко за полдень; snore – храпеть; rather louder – несколько громче; far into – далеко за) Then he got up, (Потом он встал; get up – вставать) put on his best uniform, (надел свой лучший мундир; put on – надеть; uniform – мундир) and went out. (и ушёл; went out – вышел, ушёл) That was all she knew. (Это было всё, что она знала; that’s all – вот и всё; know – знать)

His anxiety to get hold at once of Lieut. Feraud, for Lieut. Feraud’s own good, seemed so genuine that at last it overcame the girl’s unwillingness to speak. Unluckily she had not much to tell. Lieut. Feraud had returned home shortly before ten, had walked straight into his room, and had thrown himself on his bed to resume his slumbers. She had heard him snore rather louder than before far into the afternoon. Then he got up, put on his best uniform, and went out. That was all she knew.

She raised her eyes, (Она подняла глаза; raise – поднимать; eyes – глаза) and Lieut. D’Hubert stared into them incredulously. (и лейтенант Д’Юбер уставился в них с недоверием; stare into – пристально смотреть; incredulously – недоверчиво)

“It’s incredible. («Это невероятно; incredible – невероятный) Gone parading the town in his best uniform! (Разгуливает по городу в своём лучшем мундире!; parade the town – расхаживать по городу; uniform – мундир) My dear child, don’t you know («Моё дорогое дитя, разве ты не знаешь; dear child – дорогая; don’t you know – разве ты не знаешь) he ran that civilian through this morning? (что он сегодня утром проткнул того гражданского?; run through – проткнуть, пронзить) Clean through, as you spit a hare.” (Насквозь, как прокалывают зайца шампуром; clean through – насквозь; spit a hare – нанизать зайца на вертел)

The pretty maid heard the gruesome intelligence (Милая служанка выслушала эту жуткую весть; gruesome – жуткий; intelligence – сообщение, известие) without any signs of distress. (без каких-либо признаков тревоги или волнения; distress – беспокойство, тревога) But she pressed her lips together thoughtfully. (Но она задумчиво сжала губы; press one’s lips together – сжать губы; thoughtfully – задумчиво)

She raised her eyes, and Lieut. D’Hubert stared into them incredulously.

“It’s incredible. Gone parading the town in his best uniform! My dear child, don’t you know he ran that civilian through this morning? Clean through, as you spit a hare.”

The pretty maid heard the gruesome intelligence without any signs of distress. But she pressed her lips together thoughtfully.

“He isn’t parading the town,” she remarked in a low tone. («Он не разгуливает по городу», – заметила она тихим голосом; parade the town – разгуливать по городу; remark – заметить; in a low tone – тихим голосом) “Far from it.” («Совсем наоборот»; far from it – вовсе нет, наоборот)

“The civilian’s family is making an awful row,” («Семья этого гражданского поднимает ужасный шум», – продолжил лейтенант Д’Юбер; awful row – ужасный шум, скандал) continued Lieut. D’Hubert, pursuing his train of thought. (продолжил лейтенант Д’Юбер, следуя ходу своих мыслей; pursue one’s train of thought – следовать своей мысли) “And the general is very angry.” («И генерал очень рассержен»; angry – сердитый) “It’s one of the best families in the town.” («Это одна из лучших семей в городе»; one of the best – одна из лучших) “Feraud ought to have kept close at least—” («Феро следовало бы хотя бы держаться дома—»; ought to – следовало бы; keep close – держаться в стороне, не высовываться)

“He isn’t parading the town,” she remarked in a low tone. “Far from it.”

“The civilian’s family is making an awful row,” continued Lieut. D’Hubert, pursuing his train of thought. “And the general is very angry. It’s one of the best families in the town. Feraud ought to have kept close at least—”

“What will the general do to him?” («Что генерал с ним сделает?» – спросила девушка с тревогой; what will…do to – что сделает с; anxiously – тревожно) inquired the girl, anxiously. (спросила девушка тревожно; inquire – спрашивать)

“He won’t have his head cut off, to be sure,” («Ему, конечно, не отрубят голову», – проворчал лейтенант Д’Юбер; to be sure – конечно, разумеется; have one’s head cut off – лишиться головы) grumbled Lieut. D’Hubert. (проворчал лейтенант Д’Юбер; grumble – ворчать) “His conduct is positively indecent.” («Его поведение совершенно непристойно»; conduct – поведение; indecent – неприличный, недостойный) “He’s making no end of trouble for himself by this sort of bravado.” («Он создаёт себе массу неприятностей таким хвастовством»; make no end of trouble – навлечь массу проблем; bravado – бравада, хвастовство)

“But he isn’t parading the town,” («Но он не разгуливает по городу», – настаивала служанка; parade the town – расхаживать по городу) the maid insisted in a shy murmur. (робко прошептала она, настаивая; insist – настаивать; shy murmur – робкий шёпот)

“What will the general do to him?” inquired the girl, anxiously.

“He won’t have his head cut off, to be sure,” grumbled Lieut. D’Hubert. “His conduct is positively indecent. He’s making no end of trouble for himself by this sort of bravado.”

“But he isn’t parading the town,” the maid insisted in a shy murmur.

“Why, yes! Now I think of it, I haven’t seen him anywhere about.” («Да, верно! Теперь, когда я подумал, я ведь нигде его не видел»; now I think of it – теперь, когда я подумал; anywhere about – нигде поблизости) “What on earth has he done with himself?” («Что же он, чёрт возьми, с собой сделал?»; what on earth – какого чёрта, что же; has done with himself – сделал с собой, где делся)

“He’s gone to pay a call,” («Он пошёл нанести визит», – предположила служанка; pay a call – нанести визит) suggested the maid, after a moment of silence. (предложила служанка после короткой паузы; suggest – предположить; moment of silence – мгновение молчания)

Lieut. D’Hubert started. (Лейтенант Д’Юбер вздрогнул; start – вздрогнуть, отреагировать внезапно)

“A call! Do you mean a call on a lady?” («Визит! Хочешь сказать – визит к даме?»; a call on a lady – визит к даме) “The cheek of the man!” («Вот нахал!»; cheek – наглость, дерзость) “And how do you know this, my dear?” («И откуда ты это знаешь, дорогая?»; how do you know – откуда ты знаешь; my dear – дорогая моя)

“Why, yes! Now I think of it, I haven’t seen him anywhere about. What on earth has he done with himself?”

“He’s gone to pay a call,” suggested the maid, after a moment of silence.

Lieut. D’Hubert started.

“A call! Do you mean a call on a lady? The cheek of the man! And how do you know this, my dear?”

Without concealing her woman’s scorn for the denseness of the masculine mind, (Не скрывая женского презрения к тупости мужского ума; conceal – скрывать; scorn – презрение; denseness – тупость; masculine mind – мужской ум) the pretty maid reminded him (милая служанка напомнила ему; remind – напомнить) that Lieut. Feraud had arrayed himself in his best uniform (что лейтенант Феро нарядился в свой лучший мундир; array oneself – нарядиться, приодеться; uniform – мундир) before going out. (перед тем как уйти; before going out – перед уходом) He had also put on his newest dolman, (Он также надел свой новейший доломан; put on – надеть; dolman – доломан, гусарский мундир) she added, in a tone as if this conversation were getting on her nerves, (добавила она тоном, будто этот разговор начинал действовать ей на нервы; get on one’s nerves – действовать на нервы) and turned away brusquely. (и резко отвернулась; brusquely – резко, грубовато)

Without concealing her woman’s scorn for the denseness of the masculine mind, the pretty maid reminded him that Lieut. Feraud had arrayed himself in his best uniform before going out. He had also put on his newest dolman, she added, in a tone as if this conversation were getting on her nerves, and turned away brusquely.

Lieut. D’Hubert, without questioning the accuracy of the deduction, (Лейтенант Д’Юбер, не ставя под сомнение точность умозаключения; without questioning – не ставя под сомнение; accuracy – точность; deduction – вывод, умозаключение) did not see that it advanced him much on his official quest. (не видел, чтобы это сильно продвинуло его в официальных поисках; advance – продвигать; official quest – официальные поиски, поручение) For his quest after Lieut. Feraud had an official character. (Ибо его поиски лейтенанта Феро носили официальный характер; had an official character – носили официальный характер) He did not know any of the women this fellow, (Он не знал ни одной из женщин, к которым этот парень; fellow – парень, тип) who had run a man through in the morning, (который утром проткнул человека насквозь; run through – пронзить, проткнуть; in the morning – утром) was likely to visit in the afternoon. (мог отправиться днём с визитом; be likely to – вероятно, мог; in the afternoon – днём) The two young men knew each other but slightly. (Два молодых человека знали друг друга лишь поверхностно; slightly – слегка, поверхностно) He bit his gloved finger in perplexity. (Он прикусил палец в перчатке в замешательстве; gloved – в перчатке; perplexity – замешательство, недоумение)

Lieut. D’Hubert, without questioning the accuracy of the deduction, did not see that it advanced him much on his official quest. For his quest after Lieut. Feraud had an official character. He did not know any of the women this fellow, who had run a man through in the morning, was likely to visit in the afternoon. The two young men knew each other but slightly. He bit his gloved finger in perplexity.

“Call!” he exclaimed. («Визит!» – воскликнул он; exclaim – воскликнуть) “Call on the devil!” («Визит к самому дьяволу!»; call on – нанести визит; devil – дьявол)

The girl, with her back to him, (Девушка, стоявшая к нему спиной; with her back to him – спиной к нему) and folding the hussar’s breeches on a chair, (и складывая гусарские брюки на стул; fold – складывать; breeches – брюки; chair – стул) protested with a vexed little laugh: (возразила с раздражённым смешком; protest – возражать; vexed – раздражённый)

“Oh, dear, no! On Madame de Lionne.” («О, нет, что вы! К мадам де Лион!»; dear – боже мой, милый; Madame de Lionne – мадам де Лион)

“Call!” he exclaimed. “Call on the devil!”

The girl, with her back to him, and folding the hussars breeches on a chair, protested with a vexed little laugh:

“Oh, dear, no! On Madame de Lionne.”

Lieut. D’Hubert whistled softly. (Лейтенант Д’Юбер тихо присвистнул; whistle softly – тихо свистнуть) Madame de Lionne was the wife of a high official, (Мадам де Лион была женой высокого чиновника; official – чиновник, должностное лицо) who had a well-known salon (у которого был известный салон; salon – гостиная, салон) and some pretensions to sensibility and elegance. (и некоторые притязания на утончённость чувств и изящество; pretension – притязание; sensibility – чувствительность, утончённость; elegance – изящество) The husband was a civilian, and old; (Муж был гражданским и пожилым; civilian – гражданский; old – пожилой) but the society of the salon was young and military. (но общество салона было молодым и военным; society – общество, круг общения; military – военный) Lieut. D’Hubert had whistled, (Лейтенант Д’Юбер присвистнул; whistle – свистнуть) not because the idea of pursuing Lieut. Feraud into that very salon was disagreeable to him, (не потому, что сама мысль преследовать лейтенанта Феро именно в этот салон была ему неприятна; pursue – преследовать; disagreeable – неприятный) but because, having arrived in Strasbourg only lately, (а потому, что, прибыв в Страсбург лишь недавно; arrive – прибыть; lately – недавно) he had not had the time as yet to get an introduction to Madame de Lionne. (он ещё не успел получить представление мадам де Лион; get an introduction – быть представленным кому-то) And what was that swashbuckler Feraud doing there, (И что же делал там этот забияка Феро; swashbuckler – дуэлянт, забияка) he wondered. (удивился он, задумчиво; wonder – удивляться, размышлять) He did not seem the sort of man who— (Он не казался тем типом человека, который…; the sort of man who – тот, кто…)

Lieut. D’Hubert whistled softly. Madame de Lionne was the wife of a high official who had a well-known salon and some pretensions to sensibility and elegance. The husband was a civilian, and old; but the society of the salon was young and military. Lieut. D’Hubert had whistled, not because the idea of pursuing Lieut. Feraud into that very salon was disagreeable to him, but because, having arrived in Strasbourg only lately, he had not had the time as yet to get an introduction to Madame de Lionne. And what was that swashbuckler Feraud doing there, he wondered. He did not seem the sort of man who—

“Are you certain of what you say?” («Ты уверена в том, что говоришь?» – спросил лейтенант Д’Юбер; certain – уверенный; of what you say – в том, что говоришь) asked Lieut. D’Hubert. (спросил лейтенант Д’Юбер; ask – спрашивать)

The girl was perfectly certain. (Девушка была совершенно уверена; perfectly – совершенно, полностью) Without turning round to look at him, (Не оборачиваясь, чтобы взглянуть на него; turn round – обернуться; look at – посмотреть на) she explained that the coachman of their next door neighbours (она объяснила, что кучер их соседей по соседству; coachman – кучер; next door neighbours – соседи по соседству) knew the maitre-d’hotel of Madame de Lionne. (знал метрдотеля мадам де Лион; maitre-d’hotel – метрдотель, управляющий домом) In this way she had her information. (Таким образом она и получила сведения; in this way – таким образом; information – сведения, информация) And she was perfectly certain. (И она была абсолютно уверена; perfectly certain – абсолютно уверена) In giving this assurance she sighed. (Давая это заверение, она вздохнула; assurance – заверение, уверенность; sigh – вздыхать) Lieut. Feraud called there nearly every afternoon, (Лейтенант Феро заходил туда почти каждый день после полудня; call there – заходить туда; nearly every afternoon – почти каждый день после полудня) she added. (добавила она; add – добавлять)

“Are you certain of what you say?” asked Lieut. D’Hubert.

The girl was perfectly certain. Without turning round to look at him, she explained that the coachman of their next door neighbours knew the maitre-d’hotel of Madame de Lionne. In this way she had her information. And she was perfectly certain. In giving this assurance she sighed. Lieut. Feraud called there nearly every afternoon, she added.

“Ah, bah!” exclaimed D’Hubert, ironically. («Ах, ба!» – воскликнул Д’Юбер с иронией; exclaim – воскликнуть; ironically – иронично) His opinion of Madame de Lionne went down several degrees. (Его мнение о мадам де Лион резко упало; go down – снизиться; several degrees – на несколько ступеней, значительно) Lieut. Feraud did not seem to him specially worthy of attention (Лейтенант Феро не казался ему особенно достойным внимания; worthy of attention – заслуживающий внимания) on the part of a woman with a reputation for sensibility and elegance. (со стороны женщины, имевшей репутацию утончённой и изящной; reputation – репутация; sensibility – утончённость чувств; elegance – изящество) But there was no saying. (Но кто знает; there’s no saying – нельзя сказать наверняка) At bottom they were all alike—very practical rather than idealistic. (В сущности, все они были одинаковы – скорее практичные, чем идеалистки; at bottom – в сущности; alike – одинаковы; practical – практичный; idealistic – идеалистический) Lieut. D’Hubert, however, did not allow his mind to dwell on these considerations. (Однако лейтенант Д’Юбер не позволил себе долго размышлять над этими соображениями; allow one’s mind to dwell on – позволить себе долго думать о; consideration – размышление, соображение)

“Ah, bah!” exclaimed D’Hubert, ironically. His opinion of Madame de Lionne went down several degrees. Lieut. Feraud did not seem to him specially worthy of attention on the part of a woman with a reputation for sensibility and elegance. But there was no saying. At bottom they were all alike—very practical rather than idealistic. Lieut. D’Hubert, however, did not allow his mind to dwell on these considerations.

“By thunder!” he reflected aloud. («Гром и молния!» – подумал он вслух; by thunder – выражение удивления, «чёрт побери!»; reflect aloud – подумать вслух) “The general goes there sometimes.” («Генерал иногда туда заходит»; go there – ходить туда; sometimes – иногда) “If he happens to find the fellow making eyes at the lady, («Если он случайно застанет этого парня, строящего глазки даме; happen to – случайно; make eyes at – строить глазки) there will be the devil to pay!” (тогда разразится настоящий скандал!; there will be the devil to pay – будет чёрт знает что, большие неприятности) “Our general is not a very accommodating person, I can tell you.” («Наш генерал не слишком уж сговорчивый человек, уверяю тебя»; accommodating – уступчивый, сговорчивый; I can tell you – уверяю тебя)

“Go quickly, then! Don’t stand here now I’ve told you where he is!” («Так иди же скорее! Не стой здесь, раз я сказала тебе, где он!» – воскликнула девушка, краснея до корней волос; go quickly – иди скорее; don’t stand here – не стой тут; colour to the eyes – покраснеть до ушей) cried the girl, colouring to the eyes. (воскликнула девушка, краснея до глаз; cry – воскликнуть; colour – краснеть)

“By thunder!” he reflected aloud. “The general goes there sometimes. If he happens to find the fellow making eyes at the lady there will be the devil to pay! Our general is not a very accommodating person, I can tell you.”

“Go quickly, then! Don’t stand here now I’ve told you where he is!” cried the girl, colouring to the eyes.

“Thanks, my dear! I don’t know what I would have done without you.” («Спасибо, дорогая! Не знаю, что бы я без тебя делал»; I don’t know what I would have done without you – не знаю, что бы я делал без тебя)

After manifesting his gratitude in an aggressive way, (После того как он выразил свою благодарность довольно напористым образом; manifest – проявлять, выражать; gratitude – благодарность; aggressive way – напористым образом) which at first was repulsed violently, (что сначала было резко оттолкнуто; repulse – оттолкнуть, отвергнуть; violently – резко, энергично) and then submitted to with a sudden and still more repellent indifference, (а затем было принято с внезапным и ещё более отталкивающим равнодушием; submit to – поддаться, уступить; repellent – отталкивающий; indifference – равнодушие) Lieut. D’Hubert took his departure. (лейтенант Д’Юбер ушёл; take one’s departure – уйти, удалиться)

“Thanks, my dear! I don’t know what I would have done without you.”

After manifesting his gratitude in an aggressive way, which at first was repulsed violently, and then submitted to with a sudden and still more repellent indifference, Lieut. D’Hubert took his departure.

He clanked and jingled along the streets with a martial swagger. (Он шёл по улицам, громыхая и позвякивая, с воинственной развязностью; clank – лязгать, громыхать; jingle – звенеть; martial swagger – воинственная развязность, походка солдата) To run a comrade to earth in a drawing-room where he was not known (разыскать товарища в гостиной, где его самого не знали; run to earth – выследить, разыскать; drawing-room – гостиная) did not trouble him in the least. (не беспокоило его ни малейшим образом; not in the least – ни капли, нисколько) A uniform is a passport. (Мундир – это пропуск; uniform – мундир; passport – пропуск, удостоверение) His position as officier d’ordonnance of the general added to his assurance. (Его положение ординарца генерала только прибавляло ему уверенности; position – положение, должность; assurance – уверенность, самоуверенность) Moreover, now that he knew where to find Lieut. Feraud, (Более того, теперь, когда он знал, где найти лейтенанта Феро; moreover – более того; now that – теперь, когда) he had no option. (у него не было выбора; have no option – не иметь выбора) It was a service matter. (Это было служебное дело; service matter – служебный вопрос, официальное поручение)

He clanked and jingled along the streets with a martial swagger. To run a comrade to earth in a drawing-room where he was not known did not trouble him in the least. A uniform is a passport. His position as officier d’ordonnance of the general added to his assurance. Moreover, now that he knew where to find Lieut. Feraud, he had no option. It was a service matter.

Madame de Lionne’s house had an excellent appearance. (Дом мадам де Лион выглядел прекрасно; appearance – внешний вид) A man in livery, opening the door of a large drawing-room with a waxed floor, (Лакей в ливрее, открывший дверь большой гостиной с натёртым воском полом; livery – ливрея; waxed floor – натёртый пол) shouted his name and stood aside to let him pass. (громко объявил его имя и отступил в сторону, пропуская его; shout – выкрикнуть; stand aside – отступить в сторону; let pass – пропустить) It was a reception day. (Это был приёмный день; reception day – день приёма гостей) The ladies wore big hats surcharged with a profusion of feathers; (Дамы носили большие шляпы, утяжелённые множеством перьев; surcharged – перегруженные; profusion – изобилие; feather – перо) their bodies sheathed in clinging white gowns, (их тела были обтянуты облегающими белыми платьями; sheathed – обтянутый; clinging – облегающий; gown – платье) from the armpits to the tips of the low satin shoes, (от подмышек до кончиков низких атласных туфелек; armpit – подмышка; tip – кончик; satin shoes – атласные туфли) looked sylph-like and cool (выглядели подобно сильфам – стройными и прохладными; sylph-like – воздушный, стройный; cool – холодный, спокойный) in a great display of bare necks and arms. (на фоне обилия обнажённых шей и рук; display – демонстрация, изобилие; bare – обнажённый)

Madame de Lionne’s house had an excellent appearance. A man in livery, opening the door of a large drawing-room with a waxed floor, shouted his name and stood aside to let him pass. It was a reception day. The ladies wore big hats surcharged with a profusion of feathers; their bodies sheathed in clinging white gowns, from the armpits to the tips of the low satin shoes, looked sylph-like and cool in a great display of bare necks and arms.

The men who talked with them, on the contrary, (Мужчины, которые разговаривали с ними, напротив; on the contrary – напротив, наоборот) were arrayed heavily in multi-coloured garments (были тяжело одеты в разноцветные наряды; arrayed – наряжены; multi-coloured – разноцветный; garment – одежда) with collars up to their ears and thick sashes round their waists. (с воротниками до ушей и толстыми кушаками вокруг талии; collar – воротник; sash – пояс, кушак; waist – талия) Lieut. D’Hubert made his unabashed way across the room (Лейтенант Д’Юбер, нисколько не смущаясь, прошёл через всю комнату; unabashed – не смущённый, уверенный) and, bowing low before a sylph-like form reclining on a couch, (и, низко поклонившись стройной, воздушной фигуре, полулежащей на диване; bow low – низко поклониться; recline – полулежать; couch – диван) offered his apologies for this intrusion, (принёс свои извинения за это вторжение; offer apologies – приносить извинения; intrusion – вторжение) which nothing could excuse but the extreme urgency of the service order (которое ничто не могло оправдать, кроме крайней срочности служебного распоряжения; excuse – оправдывать; urgency – срочность; service order – служебное распоряжение) he had to communicate to his comrade Feraud. (которое он должен был передать своему товарищу Феро; communicate – передавать; comrade – товарищ) He proposed to himself to return presently in a more regular manner (Он пообещал себе вскоре вернуться более подобающим образом; propose to oneself – намереваться, решить; in a more regular manner – более официально, как положено) and beg forgiveness for interrupting the interesting conversation . . . (и попросить прощения за то, что прервал интересный разговор…; beg forgiveness – просить прощения; interrupt – прерывать)

The men who talked with them, on the contrary, were arrayed heavily in multi-coloured garments with collars up to their ears and thick sashes round their waists. Lieut. D’Hubert made his unabashed way across the room and, bowing low before a sylph-like form reclining on a couch, offered his apologies for this intrusion, which nothing could excuse but the extreme urgency of the service order he had to communicate to his comrade Feraud. He proposed to himself to return presently in a more regular manner and beg forgiveness for interrupting the interesting conversation . . .

A bare arm was extended towards him with gracious nonchalance (Обнажённая рука протянулась к нему с любезной небрежностью; bare – обнажённый; gracious – любезный, изящный; nonchalance – небрежность, непринуждённость) even before he had finished speaking. (ещё до того, как он закончил говорить; before he had finished – прежде чем он закончил) He pressed the hand respectfully to his lips, (Он почтительно приложил руку к губам; press to one’s lips – приложить к губам; respectfully – почтительно) and made the mental remark that it was bony. (и мысленно отметил, что она была костлявой; mental remark – мысленное замечание; bony – костлявый) Madame de Lionne was a blonde, with too fine a skin and a long face. (Мадам де Лион была блондинкой с слишком тонкой кожей и длинным лицом; fine skin – тонкая кожа; long face – вытянутое лицо)

“C’est ça!” she said, with an ethereal smile, disclosing a set of large teeth. («Вот так!» – сказала она с воздушной улыбкой, обнажив ряд крупных зубов; C’est ça – (фр.) вот так; ethereal – воздушный, неземной; disclose – обнажить, показать; a set of teeth – ряд зубов) “Come this evening to plead for your forgiveness.” («Приходите сегодня вечером просить прощения»; plead for forgiveness – просить прощения) “I will not fail, madame.” («Я не подведу, мадам»; not fail – не упустить, не подвести)

A bare arm was extended towards him with gracious nonchalance even before he had finished speaking. He pressed the hand respectfully to his lips, and made the mental remark that it was bony. Madame de Lionne was a blonde, with too fine a skin and a long face.

“C’est ca!” she said, with an ethereal smile, disclosing a set of large teeth. “Come this evening to plead for your forgiveness.”

“I will not fail, madame.”

Meantime, Lieut. Feraud, splendid in his new dolman (Тем временем лейтенант Феро, блистательный в своём новом доломане; meantime – тем временем; splendid – великолепный; dolman – доломан, гусарский мундир) and the extremely polished boots of his calling, (и в чрезвычайно начищенных сапогах своего звания; polished – начищенный; calling – профессия, род службы) sat on a chair within a foot of the couch, (сидел на стуле всего в футе от дивана; within a foot of – в футе от, совсем близко) one hand resting on his thigh, (одна рука покоилась на бедре; rest on – покоиться на; thigh – бедро) the other twirling his moustache to a point. (другая накручивала его усы на острый кончик; twirl – крутить, завивать; moustache – усы) At a significant glance from D’Hubert (По многозначительному взгляду Д’Юбера; significant glance – многозначительный взгляд) he rose without alacrity, (он нехотя поднялся; rise – подняться; without alacrity – без живости, неохотно) and followed him into the recess of a window. (и последовал за ним в нишу у окна; follow – последовать; recess of a window – оконная ниша)

Meantime, Lieut. Feraud, splendid in his new dolman and the extremely polished boots of his calling, sat on a chair within a foot of the couch, one hand resting on his thigh, the other twirling his moustache to a point. At a significant glance from D’Hubert he rose without alacrity, and followed him into the recess of a window.

“What is it you want with me?” («Что тебе от меня нужно?»; want with someone – хотеть от кого-то) he asked, with astonishing indifference. (– спросил он с поразительным равнодушием; astonishing – поразительный; indifference – безразличие) Lieut. D’Hubert could not imagine (Лейтенант Д’Юбер не мог себе представить; imagine – представить) that in the innocence of his heart (что в невинности своего сердца; innocence – невинность) and simplicity of his conscience (и простоте своей совести; simplicity – простота; conscience – совесть) Lieut. Feraud took a view of his duel (лейтенант Феро рассматривал свою дуэль; take a view of – рассматривать, видеть) in which neither remorse nor yet a rational apprehension of consequences had any place. (в которой не было места ни раскаянию, ни разумному страху последствий; remorse – раскаяние; apprehension – опасение; consequence – последствие) Though he had no clear recollection (Хотя он не помнил точно; recollection – воспоминание) how the quarrel had originated (как началась ссора; originate – возникнуть, начаться) (it was begun in an establishment where beer and wine are drunk late at night), (она началась в заведении, где пьют пиво и вино допоздна; establishment – заведение) he had not the slightest doubt (он нисколько не сомневался; slightest doubt – малейшее сомнение) of being himself the outraged party. (что именно он – оскорблённая сторона; outraged party – оскорблённая сторона)

“What is it you want with me?” he asked, with astonishing indifference. Lieut. D’Hubert could not imagine that in the innocence of his heart and simplicity of his conscience Lieut. Feraud took a view of his duel in which neither remorse nor yet a rational apprehension of consequences had any place. Though he had no clear recollection how the quarrel had originated (it was begun in an establishment where beer and wine are drunk late at night), he had not the slightest doubt of being himself the outraged party.

He had had two experienced friends for his seconds. (У него было два опытных друга в качестве секундантов; experienced – опытный; seconds – секунданты) Everything had been done according to the rules (Всё было сделано по правилам; according to – согласно) governing that sort of adventures. (регулирующим такого рода приключения; govern – регулировать, управлять) And a duel is obviously fought for the purpose (А дуэль, очевидно, проводится с целью; for the purpose of – с целью) of someone being at least hurt, if not killed outright. (чтобы кто-то хотя бы был ранен, если уж не убит на месте; hurt – ранен; outright – сразу, насмерть) The civilian got hurt. (Гражданский был ранен; get hurt – пострадать) That also was in order. (И это тоже было в порядке вещей; in order – как положено) Lieut. Feraud was perfectly tranquil; (Лейтенант Феро был совершенно спокоен; tranquil – спокойный, невозмутимый) but Lieut. D’Hubert took it for affectation, (но лейтенант Д’Юбер принял это за притворство; affectation – напускное спокойствие, неестественность) and spoke with a certain vivacity. (и заговорил с некоторой горячностью; vivacity – живость, пыл)

He had had two experienced friends for his seconds. Everything had been done according to the rules governing that sort of adventures. And a duel is obviously fought for the purpose of someone being at least hurt, if not killed outright. The civilian got hurt. That also was in order. Lieut. Feraud was perfectly tranquil; but Lieut. D’Hubert took it for affectation, and spoke with a certain vivacity.

“I am directed by the general («Мне приказано генералом; directed by – получивший приказ от) to give you the order (передать вам распоряжение; give the order – отдать приказ) to go at once to your quarters, (немедленно отправиться в свои апартаменты; at once – немедленно; quarters – казарма, квартира офицера) and remain there under close arrest.” (и оставаться там под строгим арестом; remain – оставаться; close arrest – строгий арест)

“I am directed by the general to give you the order to go at once to your quarters, and remain there under close arrest.”

It was now the turn of Lieut. Feraud to be astonished. (Теперь настала очередь лейтенанта Феро удивляться; turn – очередь; astonished – поражённый, изумлённый) “What the devil are you telling me there?” («Что, чёрт побери, ты мне такое говоришь?»; what the devil – какого чёрта; tell – говорить) he murmured, faintly, (пробормотал он слабо; murmur – бормотать; faintly – слабо, едва слышно) and fell into such profound wonder (и погрузился в такое глубокое изумление; profound – глубокий; wonder – удивление) that he could only follow mechanically the motions of Lieut. D’Hubert. (что мог лишь механически следовать за движениями лейтенанта Д’Юбера; mechanically – машинально; motion – движение) The two officers, one tall, with an interesting face and a moustache the colour of ripe corn, (Два офицера – один высокий, с интересным лицом и усами цвета спелой пшеницы; ripe corn – спелая пшеница) the other, short and sturdy, with a hooked nose and a thick crop of black curly hair, (другой – низкий и крепкий, с крючковатым носом и густой шевелюрой чёрных вьющихся волос; sturdy – крепкий; hooked nose – крючковатый нос; thick crop – густая копна) approached the mistress of the house to take their leave. (подошли к хозяйке дома, чтобы попрощаться; take one’s leave – попрощаться) Madame de Lionne, a woman of eclectic taste, (Мадам де Лион, женщина с эклектичным вкусом; eclectic taste – смешанный, разнообразный вкус) smiled upon these armed young men with impartial sensibility and an equal share of interest. (улыбнулась этим вооружённым молодым людям с беспристрастной чувствительностью и равной долей интереса; impartial – беспристрастный; sensibility – утончённость чувств; share – доля)

It was now the turn of Lieut. Feraud to be astonished. “What the devil are you telling me there?” he murmured, faintly, and fell into such profound wonder that he could only follow mechanically the motions of Lieut. D’Hubert. The two officers, one tall, with an interesting face and a moustache the colour of ripe corn, the other, short and sturdy, with a hooked nose and a thick crop of black curly hair, approached the mistress of the house to take their leave.

Madame de Lionne took her delight in the infinite variety of the human species. (Мадам де Лион находила удовольствие в бесконечном разнообразии человеческой породы; delight – наслаждение; variety – разнообразие; species – вид, род) All the other eyes in the drawing-room followed the departing officers; (Все остальные глаза в гостиной следили за уходящими офицерами; departing – уходящий) and when they had gone out one or two men, who had already heard of the duel, (и когда они вышли, один или двое мужчин, уже слышавших о дуэли; have heard of – слышать о) imparted the information to the sylph-like ladies, (передали новость стройным, воздушным дамам; impart – передавать; sylph-like – воздушный, стройный) who received it with faint shrieks of humane concern. (которые восприняли её с лёгкими вскриками человечного беспокойства; faint shriek – лёгкий вскрик; humane concern – гуманное беспокойство, сочувствие)

Madame de Lionne, a woman of eclectic taste, smiled upon these armed young men with impartial sensibility and an equal share of interest. Madame de Lionne took her delight in the infinite variety of the human species. All the other eyes in the drawing-room followed the departing officers; and when they had gone out one or two men, who had already heard of the duel, imparted the information to the sylph-like ladies, who received it with faint shrieks of humane concern.

Meantime, the two hussars walked side by side, (Тем временем два гусара шли рядом; side by side – бок о бок) Lieut. Feraud trying to master the hidden reason of things (лейтенант Феро пытался постичь скрытую причину происходящего; master – овладеть, понять; hidden reason – скрытая причина) which in this instance eluded the grasp of his intellect, (которая в данном случае ускользала от его понимания; in this instance – в данном случае; elude – ускользать; grasp – хватка, понимание; intellect – разум) Lieut. D’Hubert feeling annoyed at the part he had to play, (лейтенант Д’Юбер чувствовал раздражение от роли, которую ему пришлось играть; annoyed – раздражённый; the part he had to play – роль, которую он должен был исполнить) because the general’s instructions were (потому что указания генерала состояли в том, чтобы; instructions – указания, распоряжения) that he should see personally that Lieut. Feraud carried out his orders to the letter, and at once. (чтобы он лично проследил, чтобы лейтенант Феро выполнил приказ в точности и немедленно; carry out – выполнять; to the letter – буквально, в точности; at once – немедленно)

Meantime, the two hussars walked side by side, Lieut. Feraud trying to master the hidden reason of things which in this instance eluded the grasp of his intellect, Lieut. D’Hubert feeling annoyed at the part he had to play, because the general’s instructions were that he should see personally that Lieut. Feraud carried out his orders to the letter, and at once.

“The chief seems to know this animal,” he thought, eyeing his companion, («Похоже, шеф знает этого зверя», – подумал он, разглядывая своего спутника; chief – начальник; animal – животное, грубый человек; eye – разглядывать, наблюдать; companion – спутник) whose round face, the round eyes, and even the twisted-up jet black little moustache (чьё круглое лицо, круглые глаза и даже закрученные вверх маленькие чёрные усы; twisted-up – закрученный; jet black – чёрный как смоль; moustache – усы) seemed animated by a mental exasperation against the incomprehensible. (казались оживлёнными внутренним раздражением против непостижимого; animated by – оживлённый чем-то; exasperation – раздражение, ярость; incomprehensible – непостижимое, непонятное) And aloud he observed rather reproachfully, (И вслух он заметил с некоторым упрёком; aloud – вслух; reproachfully – с упрёком) “The general is in a devilish fury with you!” («Генерал в дьявольской ярости из-за тебя!»; devilish fury – дьявольская ярость, бешенство)

“The chief seems to know this animal,” he thought, eyeing his companion, whose round face, the round eyes, and even the twisted-up jet black little moustache seemed animated by a mental exasperation against the incomprehensible. And aloud he observed rather reproachfully, “The general is in a devilish fury with you!”

Lieut. Feraud stopped short on the edge of the pavement, (Лейтенант Феро резко остановился на краю мостовой; stop short – резко остановиться; edge of the pavement – край тротуара, мостовой) and cried in accents of unmistakable sincerity, (и воскликнул тоном несомненной искренности; accent – интонация, тон; unmistakable sincerity – явная искренность) “What on earth for?” («Ради всего святого – за что?»; what on earth for – какого чёрта, зачем, за что) The innocence of the fiery Gascon soul was depicted (Невинность пылкой гасконской души выразилась; innocence – невинность; fiery – пылкий, горячий; depicted – изображённый, выраженный) in the manner in which he seized his head in both hands (в том, как он схватился за голову обеими руками; seize – схватить; in both hands – обеими руками) as if to prevent it bursting with perplexity. (будто хотел не дать ей разорваться от недоумения; burst – лопнуть, разорваться; perplexity – недоумение, растерянность)

Lieut. Feraud stopped short on the edge of the pavement, and cried in accents of unmistakable sincerity, “What on earth for?” The innocence of the fiery Gascon soul was depicted in the manner in which he seized his head in both hands as if to prevent it bursting with perplexity.

“For the duel,” said Lieut. D’Hubert, curtly. («За дуэль», – коротко сказал лейтенант Д’Юбер; curtly – коротко, отрывисто) He was annoyed greatly by this sort of perverse fooling. (Он был сильно раздражён подобным извращённым притворством; annoyed – раздражённый; perverse – извращённый, упрямо-неразумный; fooling – дурачество, притворство)

“The duel! The . . .” («Дуэль! Та самая…!»; duel – поединок, дуэль)

“For the duel,” said Lieut. D’Hubert, curtly. He was annoyed greatly by this sort of perverse fooling.

“The duel! The . . .”

Lieut. Feraud passed from one paroxysm of astonishment into another. (Лейтенант Феро переходил от одного приступа изумления к другому; paroxysm – приступ, вспышка; astonishment – изумление) He dropped his hands and walked on slowly, (Он опустил руки и пошёл медленно дальше; drop one’s hands – опустить руки; walk on – идти дальше) trying to reconcile this information with the state of his own feelings. (пытаясь согласовать эту информацию с собственными чувствами; reconcile – примирить, согласовать; state of feelings – состояние чувств) It was impossible. (Это было невозможно; impossible – невозможный) He burst out indignantly, (Он возмутился, не выдержав; burst out – воскликнуть, сорваться; indignantly – возмущённо) “Was I to let that sauerkraut-eating civilian wipe his boots on the uniform of the 7th Hussars?” («Я что, должен был позволить этому квашеную капусту жрущему гражданскому вытирать сапоги о мундир Седьмого гусарского полка?»; sauerkraut-eating – жрущий квашеную капусту (пренебрежительно о немцах); wipe one’s boots on – вытирать сапоги о что-то)

Lieut. Feraud passed from one paroxysm of astonishment into another. He dropped his hands and walked on slowly, trying to reconcile this information with the state of his own feelings. It was impossible. He burst out indignantly, “Was I to let that sauerkraut-eating civilian wipe his boots on the uniform of the 7th Hussars?”

Lieut. D’Hubert could not remain altogether unmoved by that simple sentiment. (Лейтенант Д’Юбер не мог остаться совсем равнодушным к этому простому чувству; remain unmoved – оставаться равнодушным; sentiment – чувство, эмоциональный порыв) This little fellow was a lunatic, he thought to himself, (Этот малый – безумец, подумал он про себя; little fellow – малый, парень; lunatic – сумасшедший) but there was something in what he said. (но в его словах всё же что-то было; there is something in it – в этом что-то есть) “Of course, I don’t know how far you were justified,” («Разумеется, я не знаю, насколько ты был прав»; how far…justified – насколько оправдан) he began, soothingly. (начал он примиряющим тоном; soothingly – успокаивающе, мягко) “And the general himself may not be exactly informed.” («И сам генерал, возможно, не вполне осведомлён»; exactly informed – точно осведомлённый) “Those people have been deafening him with their lamentations.” («Эти люди оглушили его своими стенаниями»; deafen – оглушать; lamentation – стенание, жалоба)

Lieut. D’Hubert could not remain altogether unmoved by that simple sentiment. This little fellow was a lunatic, he thought to himself, but there was something in what he said.

“Of course, I don’t know how far you were justified,” he began, soothingly. “And the general himself may not be exactly informed. Those people have been deafening him with their lamentations.”

“Ah! the general is not exactly informed,” («Ах! генерал, значит, не совсем осведомлён», – пробормотал лейтенант Феро; not exactly informed – не вполне осведомлён) mumbled Lieut. Feraud, walking faster and faster (пробормотал лейтенант Феро, идя всё быстрее и быстрее; mumble – бормотать; walk faster – идти быстрее) as his choler at the injustice of his fate began to rise. (по мере того как его гнев на несправедливость судьбы начинал закипать; choler – раздражение, гнев; injustice – несправедливость; fate – судьба) “He is not exactly . . . And he orders me under close arrest, («Он, значит, не вполне… А меня он приказывает посадить под строгий арест; order under arrest – приказать арестовать) with God knows what afterwards!” (а потом, кто знает, что ещё будет!; God knows what afterwards – бог знает что дальше)

“Ah! the general is not exactly informed,” mumbled Lieut. Feraud, walking faster and faster as his choler at the injustice of his fate began to rise. “He is not exactly . . . And he orders me under close arrest, with God knows what afterwards!”

“Don’t excite yourself like this,” («Не заводись так», – возразил другой; excite yourself – волноваться, заводиться) remonstrated the other. (возразил другой; remonstrate – возражать, увещевать) “Your adversary’s people are very influential, you know, («Люди твоего противника очень влиятельны, понимаешь; adversary – противник; influential – влиятельный) and it looks bad enough on the face of it. (и само по себе всё это выглядит довольно плохо; on the face of it – на первый взгляд, внешне) The general had to take notice of their complaint at once. (Генерал был вынужден немедленно обратить внимание на их жалобу; take notice of – обратить внимание на; complaint – жалоба) I don’t think he means to be over-severe with you. («Не думаю, что он намерен быть чрезмерно суровым с тобой»; mean to be – намереваться быть; over-severe – слишком строгий) It’s the best thing for you to be kept out of sight for a while.” («Лучше всего для тебя будет немного не показываться на глаза»; keep out of sight – держаться подальше, не показываться; for a while – некоторое время)

“Don’t excite yourself like this,” remonstrated the other. “Your adversary’s people are very influential, you know, and it looks bad enough on the face of it. The general had to take notice of their complaint at once. I don’t think he means to be over-severe with you. It’s the best thing for you to be kept out of sight for a while.”

“I am very much obliged to the general,” («Я весьма обязан генералу», – пробормотал лейтенант Феро сквозь зубы; obliged – признателен, обязан) muttered Lieut. Feraud through his teeth. (пробормотал лейтенант Феро сквозь зубы; mutter – бормотать, ворчать; through his teeth – сквозь зубы) “And perhaps you would say I ought to be grateful to you, too, («И, пожалуй, ты скажешь, что я должен быть благодарен и тебе; ought to be – должен быть; grateful – благодарный) for the trouble you have taken to hunt me up (за хлопоты, которые ты предпринял, чтобы разыскать меня; take the trouble to – потрудиться; hunt up – разыскать, выследить) in the drawing-room of a lady who—” (в гостиной дамы, которая…; drawing-room – гостиная; lady – дама)

“I am very much obliged to the general,” muttered Lieut. Feraud through his teeth. “And perhaps you would say I ought to be grateful to you, too, for the trouble you have taken to hunt me up in the drawing-room of a lady who—”

“Frankly,” interrupted Lieut. D’Hubert, with an innocent laugh, («Откровенно говоря», – перебил лейтенант Д’Юбер с простодушным смехом; frankly – откровенно; innocent laugh – простодушный смех) “I think you ought to be. («Я думаю, ты должен быть благодарен; ought to be – должен быть) I had no end of trouble to find out where you were. (Мне стоило уйму хлопот узнать, где ты находишься; no end of trouble – уйма хлопот; find out – выяснить) It wasn’t exactly the place for you to disport yourself in under the circumstances. (Это было не совсем то место, где тебе следовало развлекаться при таких обстоятельствах; disport oneself – развлекаться, вести себя легкомысленно; under the circumstances – при данных обстоятельствах) If the general had caught you there making eyes at the goddess of the temple . . . oh, my word! . . . (Если бы генерал застал тебя там, строящего глазки богине этого храма… о, боже мой!…; make eyes at – строить глазки; goddess of the temple – богиня храма, метафора о хозяйке салона; oh, my word! – вот уж право!) He hates to be bothered with complaints against his officers, you know. (Он терпеть не может, когда его донимают жалобами на своих офицеров, знаешь ли; hate to be bothered – ненавидеть, когда донимают; complaint – жалоба) And it looked uncommonly like sheer bravado.” (А выглядело это чертовски похоже на простое хвастовство; uncommonly – необычайно, чертовски; sheer bravado – чистое бахвальство)

“Frankly,” interrupted Lieut. D’Hubert, with an innocent laugh, “I think you ought to be. I had no end of trouble to find out where you were. It wasn’t exactly the place for you to disport yourself in under the circumstances. If the general had caught you there making eyes at the goddess of the temple . . . oh, my word! . . . He hates to be bothered with complaints against his officers, you know. And it looked uncommonly like sheer bravado.”

The two officers had arrived now at the street door (Два офицера подошли теперь к входной двери; arrive at – подойти к, прибыть к) of Lieut. Feraud’s lodgings. (к квартире лейтенанта Феро; lodgings – жильё, квартира) The latter turned towards his companion. (Последний повернулся к своему спутнику; the latter – последний из двух; turn towards – повернуться к) “Lieut. D’Hubert,” he said, («Лейтенант Д’Юбер, – сказал он; he said – сказал он) “I have something to say to you, («Мне нужно тебе кое-что сказать; have something to say – нужно что-то сказать) which can’t be said very well in the street. (что не очень-то удобно говорить на улице; can’t be said very well – нельзя сказать как следует; in the street – на улице) You can’t refuse to come up.” («Ты не можешь отказаться подняться»; refuse to come up – отказаться подняться, войти наверх)

The two officers had arrived now at the street door of Lieut. Feraud’s lodgings. The latter turned towards his companion. “Lieut. D’Hubert,” he said, “I have something to say to you, which can’t be said very well in the street. You can’t refuse to come up.”

The pretty maid had opened the door. (Милая служанка открыла дверь; maid – служанка) Lieut. Feraud brushed past her brusquely, (Лейтенант Феро грубо прошёл мимо неё, задев плечом; brush past – пройти мимо, слегка задев; brusquely – резко, грубо) and she raised her scared and questioning eyes to Lieut. D’Hubert, (и она подняла на лейтенанта Д’Юбера испуганные и вопрошающие глаза; scared – испуганный; questioning eyes – вопрошающий взгляд) who could do nothing but shrug his shoulders slightly (который ничего не мог сделать, кроме как слегка пожать плечами; shrug one’s shoulders – пожать плечами; slightly – слегка) as he followed with marked reluctance. (следуя за ним с заметным нежеланием; marked reluctance – явное нежелание, неохота)

The pretty maid had opened the door. Lieut. Feraud brushed past her brusquely, and she raised her scared and questioning eyes to Lieut. D’Hubert, who could do nothing but shrug his shoulders slightly as he followed with marked reluctance.

In his room Lieut. Feraud unhooked the clasp, (В своей комнате лейтенант Феро расстегнул застёжку; unhook – расстегнуть; clasp – застёжка, пряжка) flung his new dolman on the bed, (швырнул свой новый доломан на кровать; fling – бросить; dolman – доломан, гусарский мундир) and, folding his arms across his chest, (и, скрестив руки на груди; fold one’s arms – скрестить руки) turned to the other hussar. (повернулся к другому гусару; turn to – повернуться к)

“Do you imagine I am a man to submit tamely to injustice?” («Ты думаешь, я человек, который смиренно подчинится несправедливости?»; submit tamely – покорно подчиниться; injustice – несправедливость) he inquired, in a boisterous voice. (спросил он громким, взволнованным голосом; inquire – спросить; boisterous – шумный, бурный)

“Oh, do be reasonable!” («Да будь же благоразумен!»; be reasonable – будь благоразумен) remonstrated Lieut. D’Hubert. (возразил лейтенант Д’Юбер; remonstrate – возражать, увещевать)

In his room Lieut. Feraud unhooked the clasp, flung his new dolman on the bed, and, folding his arms across his chest, turned to the other hussar.

“Do you imagine I am a man to submit tamely to injustice?” he inquired, in a boisterous voice.

“Oh, do be reasonable!” remonstrated Lieut. D’Hubert.

“I am reasonable! I am perfectly reasonable!” («Я благоразумен! Я совершенно благоразумен!»; perfectly reasonable – вполне благоразумен) retorted the other with ominous restraint. (возразил другой с зловещим самообладанием; retort – резко ответить; ominous – зловещий; restraint – сдержанность) “I can’t call the general to account for his behaviour, («Я не могу призвать генерала к ответу за его поведение; call to account – призвать к ответу; behaviour – поведение) but you are going to answer me for yours.” (но ты ответишь мне за своё; answer for – отвечать за что-то)

“I can’t listen to this nonsense,” («Я не могу слушать этот вздор», – пробормотал лейтенант Д’Юбер; nonsense – чепуха, вздор) murmured Lieut. D’Hubert, making a slightly contemptuous grimace. (пробормотал лейтенант Д’Юбер, сделав слегка презрительную гримасу; murmur – пробормотать; contemptuous grimace – презрительная гримаса)

“I am reasonable! I am perfectly reasonable!” retorted the other with ominous restraint. “I can’t call the general to account for his behaviour, but you are going to answer me for yours.”

“I can’t listen to this nonsense,” murmured Lieut. D’Hubert, making a slightly contemptuous grimace.

“You call this nonsense?” («Ты называешь это вздором?»; call nonsense – считать чепухой) “It seems to me a perfectly plain statement.” («А мне это кажется вполне ясным заявлением»; plain statement – простое, ясное высказывание) “Unless you don’t understand French.” («Разве что ты не понимаешь по-французски»; unless – если только не)

“What on earth do you mean?” («Что, чёрт побери, ты имеешь в виду?»; what on earth – какого чёрта; mean – иметь в виду)

“I mean,” screamed suddenly Lieut. Feraud, («Я имею в виду, – внезапно закричал лейтенант Феро; scream – кричать; suddenly – внезапно) “to cut off your ears to teach you to disturb me with the general’s orders when I am talking to a lady!” («отрезать тебе уши, чтобы ты научился не мешать мне приказами генерала, когда я разговариваю с дамой!»; cut off – отрезать; teach you to – проучить, научить; disturb – мешать; talk to a lady – разговаривать с дамой)

“You call this nonsense? It seems to me a perfectly plain statement. Unless you don’t understand French.”

“What on earth do you mean?”

“I mean,” screamed suddenly Lieut. Feraud, “to cut off your ears to teach you to disturb me with the general’s orders when I am talking to a lady!”

A profound silence followed this mad declaration; (Воцарилась глубокая тишина после этого безумного заявления; profound – глубокий; silence – тишина; declaration – заявление) and through the open window Lieut. D’Hubert heard the little birds singing sanely in the garden. (и через открытое окно лейтенант Д’Юбер слышал, как в саду трезво поют маленькие птички; open window – открытое окно; little birds – маленькие птички; sanely – здраво, спокойно) He said, preserving his calm, (Он сказал, сохраняя спокойствие; preserve – сохранять; calm – спокойствие) “Why! If you take that tone, of course I shall hold myself at your disposition («Что ж! Если ты берёшь такой тон, конечно, я буду в твоём распоряжении; take that tone – брать такой тон; hold myself at your disposition – быть в распоряжении) whenever you are at liberty to attend to this affair; (когда бы ты ни был свободен, чтобы заняться этим делом; whenever – когда бы ни; at liberty – свободен; attend to – заняться, уделить внимание; affair – дело) but I don’t think you will cut my ears off.” (но я не думаю, что ты отрежешь мне уши»; cut off – отрезать; ears off – уши).

A profound silence followed this mad declaration; and through the open window Lieut. D’Hubert heard the little birds singing sanely in the garden. He said, preserving his calm, “Why! If you take that tone, of course I shall hold myself at your disposition whenever you are at liberty to attend to this affair; but I don’t think you will cut my ears off.”

“I am going to attend to it at once,” («Я займусь этим немедленно», – заявил лейтенант Феро; attend to it – заняться этим; at once – сразу, немедленно) declared Lieut. Feraud, with extreme truculence. (заявил лейтенант Феро с крайней свирепостью; declare – заявить; truculence – свирепость, агрессивность) “If you are thinking of displaying your airs and graces to-night in Madame de Lionne’s salon («Если ты собираешься сегодня вечером щеголять своими манерами и изяществом в салоне мадам де Лион; display airs and graces – щеголять, важничать; salon – гостиная, салон) you are very much mistaken.” («то ты сильно ошибаешься»; be very much mistaken – сильно ошибаться)

“I am going to attend to it at once,” declared Lieut. Feraud, with extreme truculence. “If you are thinking of displaying your airs and graces to-night in Madame de Lionne’s salon you are very much mistaken.”

“Really!” said Lieut. D’Hubert, who was beginning to feel irritated, («Право же!» – сказал лейтенант Д’Юбер, который начинал раздражаться; irritated – раздражённый) “you are an impracticable sort of fellow. («Ты – совершенно невыносимый тип; impracticable – несговорчивый, упрямый; sort of fellow – тип, парень) The general’s orders to me were to put you under arrest, not to carve you into small pieces. (Приказ генерала был посадить тебя под арест, а не изрубить на мелкие кусочки; put under arrest – посадить под арест; carve into small pieces – изрубить на куски) Good-morning!” (Всего доброго!) And turning his back on the little Gascon, (И, повернувшись спиной к маленькому гасконцу; turn one’s back on – повернуться спиной к; Gascon – уроженец Гаскони, горячий южанин) who, always sober in his potations, (который, всегда трезвый в своих возлияниях; sober – трезвый; potation – возлияние, питьё) was as though born intoxicated with the sunshine of his vine-ripening country, (словно родился пьяным от солнечного сияния своей виноградной земли; intoxicated with – опьянённый; vine-ripening country – земля, где зреет виноград) the Northman, who could drink hard on occasion, (северянин, который при случае мог пить крепко; drink hard – пить много, сильно) but was born sober under the watery skies of Picardy, (но родился трезвым под дождливыми небесами Пикардии; watery skies – пасмурное, дождливое небо) made for the door. (направился к двери; make for – направляться к) Hearing, however, the unmistakable sound behind his back of a sword drawn from the scabbard, (услышав, однако, за спиной несомненный звук вынимаемой из ножен сабли; unmistakable sound – характерный, безошибочный звук; draw from the scabbard – вынуть из ножен) he had no option but to stop. (ему не оставалось ничего другого, как остановиться; have no option but to – не иметь иного выбора, кроме как)

“Really!” said Lieut. D’Hubert, who was beginning to feel irritated, “you are an impracticable sort of fellow. The general’s orders to me were to put you under arrest, not to carve you into small pieces. Good-morning!” And turning his back on the little Gascon, who, always sober in his potations, was as though born intoxicated with the sunshine of his vine-ripening country, the Northman, who could drink hard on occasion, but was born sober under the watery skies of Picardy, made for the door. Hearing, however, the unmistakable sound behind his back of a sword drawn from the scabbard, he had no option but to stop.

“Devil take this mad Southerner!” he thought, («Чёрт бы побрал этого безумного южанина!» – подумал он; devil take – чёрт побери; Southerner – южанин) spinning round and surveying with composure the warlike posture of Lieut. Feraud, (резко обернувшись и спокойно оглядев боевую стойку лейтенанта Феро; spin round – обернуться; survey with composure – спокойно осмотреть; warlike posture – воинственная поза) with a bare sword in his hand. (с обнажённой саблей в руке; bare sword – обнажённый меч, сабля)

“At once!—at once!” stuttered Feraud, beside himself. («Сейчас же! – сейчас же!» – заикался Феро, вне себя от ярости; stutter – заикаться; beside himself – вне себя)

“You had my answer,” said the other, keeping his temper very well. («Ты уже получил мой ответ», – сказал другой, весьма сдержанно; keep one’s temper – сохранять спокойствие, не выходить из себя)

“Devil take this mad Southerner!” he thought, spinning round and surveying with composure the warlike posture of Lieut. Feraud, with a bare sword in his hand.

“At once!—at once!” stuttered Feraud, beside himself.

“You had my answer,” said the other, keeping his temper very well.

At first he had been only vexed, and somewhat amused; (Сначала он был лишь раздосадован и даже немного забавлялся; vexed – раздражённый; amused – развеселённый, забавлявшийся) but now his face got clouded. (но теперь его лицо омрачилось; get clouded – омрачиться, потемнеть) He was asking himself seriously how he could manage to get away. (Он серьёзно спрашивал себя, как ему удастся выбраться; manage to get away – суметь уйти, выбраться) It was impossible to run from a man with a sword, (Было невозможно убежать от человека с саблей; run from – убежать от) and as to fighting him, it seemed completely out of the question. (а что до поединка с ним – об этом не могло быть и речи; out of the question – исключено, невозможно) He waited awhile, (Он немного помедлил; awhile – некоторое время) then said exactly what was in his heart. (затем сказал ровно то, что было у него на сердце; exactly – именно; what was in his heart – что у него было на душе)

At first he had been only vexed, and somewhat amused; but now his face got clouded. He was asking himself seriously how he could manage to get away. It was impossible to run from a man with a sword, and as to fighting him, it seemed completely out of the question. He waited awhile, then said exactly what was in his heart.

“Drop this! I won’t fight with you. I won’t be made ridiculous.” («Оставь это! Я не буду с тобой драться. Я не позволю сделать из себя посмешище»; drop this – прекрати это; be made ridiculous – стать посмешищем)

“Ah, you won’t?” hissed the Gascon. («Ах, не будешь?» – прошипел гасконец; hiss – прошипеть) “I suppose you prefer to be made infamous. («Полагаю, ты предпочитаешь стать позорным»; infamous – позорный, бесчестный) Do you hear what I say? . . . Infamous! Infamous! Infamous!” («Ты слышишь, что я сказал?… Позорный! Позорный! Позорный!»; hear what I say – слышишь, что я говорю) he shrieked, rising and falling on his toes and getting very red in the face. (завизжал он, подпрыгивая на носках и краснея лицом; shriek – визжать; rise and fall on one’s toes – подпрыгивать на носках; get red in the face – покраснеть)

“Drop this! I won’t fight with you. I won’t be made ridiculous.”

“Ah, you won’t?” hissed the Gascon. “I suppose you prefer to be made infamous. Do you hear what I say? . . . Infamous! Infamous! Infamous!” he shrieked, rising and falling on his toes and getting very red in the face.

Lieut. D’Hubert, on the contrary, became very pale (Лейтенант Д’Юбер, напротив, сильно побледнел; on the contrary – напротив; pale – бледный) at the sound of the unsavoury word for a moment, (на мгновение – услышав это непристойное слово; unsavoury word – непристойное, обидное слово; for a moment – на мгновение) then flushed pink to the roots of his fair hair. (затем покраснел до корней своих светлых волос; flush pink – покраснеть; to the roots of one’s hair – до корней волос; fair hair – светлые волосы) “But you can’t go out to fight; («Но ты не можешь выйти драться; go out to fight – выйти на поединок) you are under arrest, you lunatic!” (ты ведь под арестом, сумасшедший!»; under arrest – под арестом; lunatic – безумец) he objected, with angry scorn. (возразил он с сердитым презрением; object – возразить; angry scorn – сердитое презрение)

Lieut. D’Hubert, on the contrary, became very pale at the sound of the unsavoury word for a moment, then flushed pink to the roots of his fair hair. “But you can’t go out to fight; you are under arrest, you lunatic!” he objected, with angry scorn.

“There’s the garden: it’s big enough to lay out your long carcass in,” («Вот сад: он достаточно велик, чтобы уложить туда твою длинную тушу», – выплюнул другой; carcass – туша, тело; lay out – уложить, растянуть) spluttered the other with such ardour (выпалил другой с таким пылом; splutter – выпалить, пробормотать в возбуждении; ardour – пыл, страсть) that somehow the anger of the cooler man subsided. (что каким-то образом гнев более спокойного человека утих; cooler man – более спокойный человек; subside – утихать, ослабевать)

“This is perfectly absurd,” he said, («Это же полнейший абсурд», – сказал он; perfectly absurd – совершенно нелепо) glad enough to think he had found a way out of it for the moment. (довольно рад, что, по крайней мере на время, нашёл выход из положения; glad enough – вполне доволен; find a way out – найти выход; for the moment – на данный момент) “We shall never get any of our comrades to serve as seconds. («Мы никогда не найдём никого из товарищей, кто согласился бы быть секундантом; serve as seconds – быть секундантами) It’s preposterous.” («Это нелепо»; preposterous – абсурдный, нелепый)

“There’s the garden: it’s big enough to lay out your long carcass in,” spluttered the other with such ardour that somehow the anger of the cooler man subsided.

“This is perfectly absurd,” he said, glad enough to think he had found a way out of it for the moment. “We shall never get any of our comrades to serve as seconds. It’s preposterous.”

“Seconds! («Секунданты!»; seconds – секунданты) Damn the seconds! (Чёрт бы их побрал!; damn – чёрт побери) We don’t want any seconds. (Нам не нужны никакие секунданты; want – хотеть) Don’t you worry about any seconds. (Не переживай ни о каких секундантах; worry about – беспокоиться о) I shall send word to your friends to come and bury you when I am done. (Я пошлю весточку твоим друзьям, чтобы пришли похоронить тебя, когда я с тобой покончу; send word – послать весть; bury – хоронить; when I am done – когда я закончу) And if you want any witnesses, (И если тебе нужны свидетели; witnesses – свидетели) I’ll send word to the old girl to put her head out of a window at the back. (я пошлю весточку старухе, чтобы она высунула голову в окно сзади; old girl – старушка; put her head out – высунуть голову) Stay! (Постой!; stay – подожди) There’s the gardener. (Вот садовник; gardener – садовник) He’ll do. (Он подойдёт; do – годиться) He’s as deaf as a post, (Он глух как столб; deaf as a post – глух как бревно) but he has two eyes in his head. (но у него два глаза в голове; have two eyes – иметь два глаза) Come along! (Пошли!; come along – иди сюда, пошли) I will teach you, my staff officer, (Я тебя проучу, мой штабной офицер; staff officer – штабной офицер) that the carrying about of a general’s orders is not always child’s play.” (что переносить приказы генерала – это не всегда детская забава.»; carrying about – носить, переносить; child’s play – детская игра, пустяк)

“Seconds! Damn the seconds! We don’t want any seconds. Don’t you worry about any seconds. I shall send word to your friends to come and bury you when I am done. And if you want any witnesses, I’ll send word to the old girl to put her head out of a window at the back. Stay! There’s the gardener. He’ll do. He’s as deaf as a post, but he has two eyes in his head. Come along! I will teach you, my staff officer, that the carrying about of a general’s orders is not always child’s play.”

While thus discoursing he had unbuckled his empty scabbard. (Пока он так разглагольствовал, он расстегнул свои пустые ножны; discourse – рассуждать, говорить; unbuckle – расстегнуть; scabbard – ножны) He sent it flying under the bed, (Он швырнул их под кровать; send flying – швырнуть, метнуть) and, lowering the point of the sword, (и, опуская острие сабли; lower the point – опустить острие) brushed past the perplexed Lieut. D’Hubert, (прошёл мимо озадаченного лейтенанта Д’Юбера; brush past – пройти мимо, слегка задев; perplexed – озадаченный) exclaiming, “Follow me!” (воскликнув: «Следуй за мной!»; exclaim – воскликнуть; follow me – следуй за мной) Directly he had flung open the door, (Как только он распахнул дверь; fling open – распахнуть) a faint shriek was heard, (послышался слабый вскрик; faint shriek – слабый вскрик) and the pretty maid, who had been listening at the keyhole, (а милая служанка, подслушивавшая у замочной скважины; listen at the keyhole – подслушивать у замочной скважины) staggered away, putting the backs of her hands over her eyes. (отшатнулась, закрывая глаза тыльной стороной ладоней; stagger away – отшатнуться; put the backs of her hands over her eyes – закрыть глаза тыльной стороной ладоней) Feraud did not seem to see her, (Феро, казалось, её не заметил; did not seem to see – казалось, не заметил) but she ran after him and seized his left arm. (но она бросилась за ним и схватила его за левую руку; seize – схватить) He shook her off, (Он стряхнул её; shake off – стряхнуть, оттолкнуть) and then she rushed towards Lieut. D’Hubert and clawed at the sleeve of his uniform. (а затем кинулась к лейтенанту Д’Юберу и вцепилась в рукав его мундира; rush towards – броситься к; claw at – вцепиться когтями)

While thus discoursing he had unbuckled his empty scabbard. He sent it flying under the bed, and, lowering the point of the sword, brushed past the perplexed Lieut. D’Hubert, exclaiming, “Follow me!” Directly he had flung open the door a faint shriek was heard and the pretty maid, who had been listening at the keyhole, staggered away, putting the backs of her hands over her eyes. Feraud did not seem to see her, but she ran after him and seized his left arm. He shook her off, and then she rushed towards Lieut. D’Hubert and clawed at the sleeve of his uniform.

“Wretched man!” she sobbed. («Несчастный человек!» – всхлипнула она; wretched – жалкий, несчастный; sob – рыдать, всхлипывать) “Is this what you wanted to find him for?” («Ради этого ты хотел его найти?»; what you wanted to find him for – зачем ты хотел его найти)

“Let me go,” entreated Lieut. D’Hubert, trying to disengage himself gently. («Отпусти меня», – умолял лейтенант Д’Юбер, стараясь мягко высвободиться; entreat – умолять; disengage oneself – освободиться, вырваться; gently – мягко, осторожно) “It’s like being in a madhouse,” he protested, with exasperation. («Это похоже на сумасшедший дом!» – воскликнул он с раздражением; madhouse – сумасшедший дом; protest – возразить, воскликнуть; exasperation – раздражение, ярость) “Do let me go! I won’t do him any harm.” («Да отпусти же меня! Я не причиню ему вреда»; do let me go – да отпусти же; do harm – причинить вред)

A fiendish laugh from Lieut. Feraud commented that assurance. (Дьявольский смех лейтенанта Феро сопроводил это заверение; fiendish laugh – дьявольский смех; assurance – заверение, уверение) “Come along!” he shouted, with a stamp of his foot. («Пошли!» – крикнул он, притопнув ногой; stamp of his foot – топот ногой, притоп)

“Wretched man!” she sobbed. “Is this what you wanted to find him for?”

“Let me go,” entreated Lieut. D’Hubert, trying to disengage himself gently. “It’s like being in a madhouse,” he protested, with exasperation. “Do let me go! I won’t do him any harm.”

A fiendish laugh from Lieut. Feraud commented that assurance. “Come along!” he shouted, with a stamp of his foot.

And Lieut. D’Hubert did follow. (И лейтенант Д’Юбер действительно последовал за ним; did follow – действительно последовал) He could do nothing else. (Он не мог поступить иначе; could do nothing else – не мог сделать ничего другого) Yet in vindication of his sanity it must be recorded (Однако, в оправдание его здравого рассудка, следует отметить; vindication of his sanity – оправдание его здравомыслия; must be recorded – следует отметить) that as he passed through the ante-room, (что, проходя через прихожую; ante-room – прихожая) the notion of opening the street door and bolting out presented itself to this brave youth, (мысль распахнуть дверь и выскочить на улицу мелькнула у этого храброго юноши; notion – мысль, идея; bolt out – выскочить, убежать) only of course to be instantly dismissed, (но, разумеется, тут же была отброшена; instantly dismissed – мгновенно отброшена) for he felt sure that the other would pursue him without shame or compunction. (ибо он был уверен, что другой погонится за ним без стыда и угрызений совести; pursue – преследовать; compunction – угрызения совести) And the prospect of an officer of hussars being chased along the street by another officer of hussars with a naked sword (и сама перспектива, что офицера-гусара будут гнать по улице другого гусара с обнажённой саблей; prospect – перспектива, возможность; being chased – преследуемый; naked sword – обнажённая сабля) could not be for a moment entertained. (не могла быть даже на миг принята всерьёз; entertained – допущена, принята в мыслях) Therefore he followed into the garden. (Поэтому он последовал за ним в сад; therefore – следовательно) Behind them the girl tottered out, too. (Позади них тоже выбежала девушка, пошатываясь; totter out – выбежать, шатаясь) With ashy lips and wild, scared eyes, (С пепельно-бледными губами и дикими, испуганными глазами; ashy lips – пепельно-бледные губы; scared eyes – испуганные глаза) she surrendered herself to a dreadful curiosity. (она отдалась ужасному любопытству; surrender oneself to – отдаться чему-то; dreadful curiosity – ужасное любопытство) She had also the notion of rushing, if need be, between Lieut. Feraud and death. (У неё также мелькнула мысль, если потребуется, броситься между лейтенантом Феро и смертью; if need be – если потребуется; rush between – броситься между)

And Lieut. D’Hubert did follow. He could do nothing else. Yet in vindication of his sanity it must be recorded that as he passed through the ante-room the notion of opening the street door and bolting out presented itself to this brave youth, only of course to be instantly dismissed, for he felt sure that the other would pursue him without shame or compunction. And the prospect of an officer of hussars being chased along the street by another officer of hussars with a naked sword could not be for a moment entertained. Therefore he followed into the garden. Behind them the girl tottered out, too. With ashy lips and wild, scared eyes, she surrendered herself to a dreadful curiosity. She had also the notion of rushing if need be between Lieut. Feraud and death.

The deaf gardener, utterly unconscious of approaching footsteps, (Глухой садовник, совершенно не осознавая приближающихся шагов; utterly unconscious – совершенно не осознавая; approaching footsteps – приближающиеся шаги) went on watering his flowers (продолжал поливать свои цветы; go on watering – продолжать поливать) till Lieut. Feraud thumped him on the back. (пока лейтенант Феро не хлопнул его по спине; thump on the back – ударить, хлопнуть по спине) Beholding suddenly an enraged man (вдруг увидев разъярённого человека; behold – увидеть; enraged – разъярённый) flourishing a big sabre, (размахивающего огромной саблей; flourish – размахивать; sabre – сабля) the old chap trembling in all his limbs dropped the watering-pot. (старик, дрожа всем телом, уронил лейку; old chap – старик; trembling in all his limbs – дрожа всем телом; watering-pot – лейка) At once Lieut. Feraud kicked it away with great animosity, (сразу же лейтенант Феро отшвырнул её сильным пинком с великой злостью; kick away – отшвырнуть; animosity – злоба, враждебность) and, seizing the gardener by the throat, (и, схватив садовника за горло; seize by the throat – схватить за горло) backed him against a tree. (прижал его к дереву; back against – прижать к) He held him there, shouting in his ear, (Он держал его там, крича ему в ухо; shout in one’s ear – кричать кому-то в ухо) “Stay here, and look on!” («Останься здесь и смотри!»; stay here – оставайся здесь; look on – наблюдай) “You understand?” («Понял?»; understand – понимать) “You’ve got to look on!” («Ты должен смотреть!»; have got to – обязан, должен; look on – смотреть, наблюдать) “Don’t dare budge from the spot!” («Не смей сдвинуться с места!»; don’t dare – не смей; budge from the spot – сдвинуться с места)

The deaf gardener, utterly unconscious of approaching footsteps, went on watering his flowers till Lieut. Feraud thumped him on the back. Beholding suddenly an enraged man flourishing a big sabre, the old chap trembling in all his limbs dropped the watering-pot. At once Lieut. Feraud kicked it away with great animosity, and, seizing the gardener by the throat, backed him against a tree. He held him there, shouting in his ear, “Stay here, and look on! You understand? You’ve got to look on! Don’t dare budge from the spot!”

Lieut. D’Hubert came slowly down the walk, (Лейтенант Д’Юбер медленно спустился по дорожке; come down the walk – спуститься по аллее, дорожке) unclasping his dolman with unconcealed disgust. (расстегивая свой доломан с нескрываемым отвращением; unclasp – расстегнуть; dolman – доломан, гусарский мундир; unconcealed disgust – нескрываемое отвращение) Even then, with his hand already on the hilt of his sword, (И даже тогда, когда его рука уже лежала на рукояти сабли; hilt – рукоять меча, сабли) he hesitated to draw (он колебался, чтобы вытащить её; hesitate to draw – колебаться, прежде чем вытащить) till a roar, “En garde, fichtre! What do you think you came here for?” (пока не раздался рёв: «В garde, чёрт возьми! Зачем, по-твоему, ты сюда пришёл?»; roar – рёв, крик; en garde – в стойку!; fichtre – чёрт возьми) and the rush of his adversary forced him (и натиск противника заставил его; rush of his adversary – стремительное нападение противника; force – заставить) to put himself as quickly as possible in a posture of defence. (встать как можно быстрее в защитную стойку; posture of defence – защитная позиция, стойка)

Lieut. D’Hubert came slowly down the walk, unclasping his dolman with unconcealed disgust. Even then, with his hand already on the hilt of his sword, he hesitated to draw till a roar, “En garde, fichtre! What do you think you came here for?” and the rush of his adversary forced him to put himself as quickly as possible in a posture of defence.

The clash of arms filled that prim garden, (Звон оружия наполнил этот опрятный сад; clash of arms – звон оружия; prim garden – аккуратный, опрятный сад) which hitherto had known no more warlike sound than the click of clipping shears; (который до сих пор не знал ничего более воинственного, чем щёлканье садовых ножниц; hitherto – до сих пор; click of clipping shears – щёлканье садовых ножниц) and presently the upper part of an old lady’s body was projected out of a window upstairs. (и вскоре верхняя часть тела пожилой дамы высунулась из окна на верхнем этаже; projected out of – высунулась из; upstairs – наверху) She tossed her arms above her white cap, scolding in a cracked voice. (Она взмахнула руками над своей белой чепчиком, ругаясь хриплым голосом; toss one’s arms – взмахнуть руками; scold – ругаться; cracked voice – хриплый голос) The gardener remained glued to the tree, (Садовник остался, словно приклеенный, стоять у дерева; remain glued to – стоять как вкопанный, «приклеенный»; tree – дерево) his toothless mouth open in idiotic astonishment, (с беззубым ртом, раскрытым в идиотском изумлении; toothless mouth – беззубый рот; astonishment – изумление) and a little farther up the path the pretty girl, as if spellbound to a small grass plot, (а немного выше по дорожке милая девушка, будто зачарованная, застыла на маленьком травяном участке; spellbound – зачарованный; grass plot – травяная площадка) ran a few steps this way and that, wringing her hands and muttering crazily. (бросалась то в одну, то в другую сторону, ломая руки и бормоча безумно; wring one’s hands – ломать руки; mutter crazily – безумно бормотать) She did not rush between the combatants: (Она не бросилась между сражающимися; combatants – бойцы, противники) the onslaughts of Lieut. Feraud were so fierce that her heart failed her. (атаки лейтенанта Феро были столь яростны, что её сердце дрогнуло; onslaught – натиск, нападение; heart failed her – сердце дрогнуло, не выдержало) Lieut. D’Hubert, his faculties concentrated upon defence, (Лейтенант Д’Юбер, сосредоточивший все свои силы на защите; faculties – способности, силы; concentrated upon – сосредоточенные на) needed all his skill and science of the sword to stop the rushes of his adversary. (нуждался во всём своём мастерстве и знании фехтования, чтобы отражать натиск противника; skill and science of the sword – искусство и техника владения мечом; rushes – стремительные атаки)

The clash of arms filled that prim garden, which hitherto had known no more warlike sound than the click of clipping shears; and presently the upper part of an old lady’s body was projected out of a window upstairs. She tossed her arms above her white cap, scolding in a cracked voice. The gardener remained glued to the tree, his toothless mouth open in idiotic astonishment, and a little farther up the path the pretty girl, as if spellbound to a small grass plot, ran a few steps this way and that, wringing her hands and muttering crazily. She did not rush between the combatants: the onslaughts of Lieut. Feraud were so fierce that her heart failed her. Lieut. D’Hubert, his faculties concentrated upon defence, needed all his skill and science of the sword to stop the rushes of his adversary.

Twice already he had to break ground. (Дважды ему уже приходилось отступать; break ground – отступить, сменить позицию) It bothered him to feel his foothold made insecure (Его раздражало чувствовать, что опора под ногами становилась ненадёжной; bother – раздражать; foothold made insecure – опора стала ненадёжной) by the round, dry gravel of the path rolling under the hard soles of his boots. (из-за круглого сухого гравия дорожки, катившегося под твёрдыми подошвами его сапог; gravel – гравий; rolling under – катящийся под) This was most unsuitable ground, he thought, (Это было крайне неподходящее место, подумал он; unsuitable ground – неподходящая почва) keeping a watchful, narrowed gaze, shaded by long eyelashes, (удерживая настороженный, прищуренный взгляд, затенённый длинными ресницами; watchful gaze – внимательный взгляд; narrowed – прищуренный) upon the fiery stare of his thick-set adversary. (на пылающий взгляд своего коренастого противника; fiery stare – пылающий взгляд; thick-set – коренастый) This absurd affair would ruin his reputation (Эта нелепая история могла погубить его репутацию; absurd affair – нелепое дело; ruin – разрушить) of a sensible, well-behaved, promising young officer. (благоразумного, воспитанного, подающего надежды молодого офицера; sensible – благоразумный; promising – подающий надежды) It would damage, at any rate, his immediate prospects, (Она, во всяком случае, повредила бы его ближайшим перспективам; damage – повредить; at any rate – во всяком случае) and lose him the good-will of his general. (и лишила бы его расположения генерала; lose the good-will – лишиться расположения) These worldly preoccupations were no doubt misplaced (Эти мирские заботы, несомненно, были неуместны; worldly preoccupations – земные заботы; misplaced – неуместный) in view of the solemnity of the moment. (ввиду торжественности момента; in view of – ввиду, принимая во внимание; solemnity – торжественность, серьёзность)

Twice already he had to break ground. It bothered him to feel his foothold made insecure by the round, dry gravel of the path rolling under the hard soles of his boots. This was most unsuitable ground, he thought, keeping a watchful, narrowed gaze, shaded by long eyelashes, upon the fiery stare of his thick-set adversary. This absurd affair would ruin his reputation of a sensible, well-behaved, promising young officer. It would damage, at any rate, his immediate prospects, and lose him the good-will of his general. These worldly preoccupations were no doubt misplaced in view of the solemnity of the moment.

A duel, whether regarded as a ceremony in the cult of honour, (Дуэль, рассматриваемая ли как церемония в культе чести; cult of honour – культ чести) or even when reduced in its moral essence to a form of manly sport, (или даже если свести её по сути к форме мужского спорта; moral essence – нравственная суть; manly sport – мужское состязание) demands a perfect singleness of intention, (требует абсолютной сосредоточенности намерений; singleness of intention – единство, сосредоточенность цели) a homicidal austerity of mood. (и убийственной строгости настроения; homicidal – смертоносный, убийственный; austerity – суровость) On the other hand, this vivid concern for his future (С другой стороны, эта яркая озабоченность своим будущим; vivid concern – сильная озабоченность) had not a bad effect inasmuch as it began to rouse the anger of Lieut. D’Hubert. (не имела плохого эффекта, поскольку начала пробуждать гнев лейтенанта Д’Юбера; inasmuch as – поскольку; rouse – пробуждать) Some seventy seconds had elapsed since they had crossed blades, (Около семидесяти секунд прошло с того момента, как они скрестили клинки; elapsed – прошло; cross blades – скрестить клинки) and Lieut. D’Hubert had to break ground again (и лейтенанту Д’Юберу пришлось снова отступить; break ground – отступить, сменить позицию) in order to avoid impaling his reckless adversary like a beetle for a cabinet of specimens. (чтобы не пронзить своего безрассудного противника, как жука для коллекции; impale – пронзить; reckless adversary – безрассудный противник; cabinet of specimens – коллекция образцов) The result was that, misapprehending the motive, (В результате, неверно поняв мотив; misapprehend – неправильно понять) Lieut. Feraud with a triumphant sort of snarl pressed his attack. (лейтенант Феро с торжественным рычанием усилил атаку; triumphant snarl – торжественный оскал, рычание; press one’s attack – усиливать атаку, наступать)

A duel, whether regarded as a ceremony in the cult of honour, or even when reduced in its moral essence to a form of manly sport, demands a perfect singleness of intention, a homicidal austerity of mood. On the other hand, this vivid concern for his future had not a bad effect inasmuch as it began to rouse the anger of Lieut. D’Hubert. Some seventy seconds had elapsed since they had crossed blades, and Lieut. D’Hubert had to break ground again in order to avoid impaling his reckless adversary like a beetle for a cabinet of specimens. The result was that misapprehending the motive, Lieut. Feraud with a triumphant sort of snarl pressed his attack.

“This enraged animal will have me against the wall directly,” thought Lieut. D’Hubert. («Этот разъярённый зверь сейчас загонит меня к стене», – подумал лейтенант Д’Юбер; enraged animal – разъярённый зверь; against the wall – прижатым к стене; directly – вскоре, вот-вот) He imagined himself much closer to the house than he was, (Он вообразил, что находится гораздо ближе к дому, чем на самом деле; imagine oneself – вообразить себя; much closer – гораздо ближе) and he dared not turn his head; (и он не осмеливался повернуть голову; dare not – не осмеливаться; turn one’s head – повернуть голову) it seemed to him that he was keeping his adversary off with his eyes rather more than with his point. (ему казалось, что он удерживает противника взглядом не меньше, чем остриём; keep off – удерживать на расстоянии; with his eyes – взглядом; point – острие шпаги) Lieut. Feraud crouched and bounded with a fierce tigerish agility (лейтенант Феро пригибался и прыгал с яростной, тигриной ловкостью; crouch – пригибаться; bound – прыгать; tigerish agility – тигриная ловкость) fit to trouble the stoutest heart. (достаточной, чтобы встревожить самое стойкое сердце; stoutest heart – самое храброе сердце)

“This enraged animal will have me against the wall directly,” thought Lieut. D’Hubert. He imagined himself much closer to the house than he was, and he dared not turn his head; it seemed to him that he was keeping his adversary off with his eyes rather more than with his point. Lieut. Feraud crouched and bounded with a fierce tigerish agility fit to trouble the stoutest heart.

But what was more appalling than the fury of a wild beast, (Но то, что было страшнее ярости дикого зверя; appalling – ужасающий; fury – ярость) accomplishing in all innocence of heart a natural function, (совершающего с невинностью в сердце естественный инстинкт; innocence of heart – невинность сердца; natural function – естественное действие, функция) was the fixity of savage purpose man alone is capable of displaying. (– это неотступная дикость намерения, на которую способен только человек; fixity of purpose – неизменность, твёрдость намерения; savage – дикарский, яростный) Lieut. D’Hubert, in the midst of his worldly preoccupations, perceived it at last. (Лейтенант Д’Юбер, посреди своих мирских забот, наконец это понял; in the midst of – посреди; perceive – осознать, понять) It was an absurd and damaging affair to be drawn into, (Это было нелепое и опасное дело, в которое он был втянут; damaging affair – пагубное, опасное дело; to be drawn into – быть втянутым) but whatever silly intention the fellow had started with, (но какой бы глупой ни была первоначальная цель его противника; silly intention – глупое намерение) it was clear enough that by this time he meant to kill—nothing less. (было совершенно ясно, что теперь тот намерен убить – и ничем меньшим не удовлетворится; mean to kill – намереваться убить; nothing less – ничем меньшим) He meant it with an intensity of will utterly beyond the inferior faculties of a tiger. (Он хотел этого с такой силой воли, какой вовсе не обладает даже тигр; intensity of will – сила воли; utterly beyond – далеко превосходящая; inferior faculties – низшие способности)

But what was more appalling than the fury of a wild beast, accomplishing in all innocence of heart a natural function, was the fixity of savage purpose man alone is capable of displaying. Lieut. D ‘Hubert in the midst of his worldly preoccupations perceived it at last. It was an absurd and damaging affair to be drawn into, but whatever silly intention the fellow had started with, it was clear enough that by this time he meant to kill—nothing less. He meant it with an intensity of will utterly beyond the inferior faculties of a tiger.

As is the case with constitutionally brave men, (Как это обычно бывает с людьми, от природы храбрыми; constitutionally – по природе, от природы.) the full view of the danger interested Lieut. D’Hubert. (Полное осознание опасности заинтересовало лейтенанта Д’Юбера.) And directly he got properly interested, (И как только он по-настоящему заинтересовался,) the length of his arm and the coolness of his head told in his favour. (Длина его руки и хладнокровие ума сыграли ему на руку; told in his favour – сыграли ему на руку.) It was the turn of Lieut. Feraud to recoil, (Настала очередь лейтенанта Феро отступить; recoil – отпрянуть, отступить.) with a bloodcurdling grunt of baffled rage. (С леденящим кровь воплем обескураженной ярости; bloodcurdling – леденящий кровь; baffled – обескураженный.) He made a swift feint, (Он сделал быстрый финт; feint – ложное движение.) and then rushed straight forward. (А затем бросился прямо вперёд.)

As is the case with constitutionally brave men, the full view of the danger interested Lieut. D’Hubert. And directly he got properly interested, the length of his arm and the coolness of his head told in his favour. It was the turn of Lieut. Feraud to recoil, with a bloodcurdling grunt of baffled rage. He made a swift feint, and then rushed straight forward.

“Ah! you would, would you?” («А! вот ты как, да?» – подумал он; would you – выражение раздражённого вызова.) Lieut. D’Hubert exclaimed, mentally. (воскликнул про себя лейтенант Д’Юбер.) The combat had lasted nearly two minutes, (Сражение продолжалось почти две минуты,) time enough for any man to get embittered, apart from the merits of the quarrel. (времени более чем достаточно, чтобы любой человек озлобился, независимо от сути самой ссоры; get embittered – озлобиться; merits – достоинства, суть дела.) And all at once it was over. (И вдруг всё закончилось.) Trying to close breast to breast under his adversary’s guard, (Пытаясь сблизиться грудь к груди под защитой противника; breast to breast – грудь к груди.) Lieut. Feraud received a slash on his shortened arm. (Лейтенант Феро получил рубящий удар по сокращённой руке; slash – рубящий удар.) He did not feel it in the least, (Он нисколько этого не почувствовал,) but it checked his rush, (но удар остановил его порыв.) and his feet slipping on the gravel he fell backwards with great violence. (И, поскользнувшись на гравии, он с большой силой упал навзничь.) The shock jarred his boiling brain into the perfect quietude of insensibility. (От удара его кипящий мозг перешёл в полное спокойствие бессознательности; quietude – спокойствие; insensibility – потеря чувств.) Simultaneously with his fall the pretty servant-girl shrieked; (Одновременно с его падением красивая служанка вскрикнула; shriek – пронзительно вскрикнуть.) but the old maiden lady at the window ceased her scolding, (но старая девица у окна прекратила своё брюзжание; scolding – брань, ворчание.) and began to cross herself piously. (и начала благочестиво креститься; piously – набожно.)

“Ah! you would, would you?” Lieut. D’Hubert exclaimed, mentally. The combat had lasted nearly two minutes, time enough for any man to get embittered, apart from the merits of the quarrel. And all at once it was over. Trying to close breast to breast under his adversary’s guard Lieut. Feraud received a slash on his shortened arm. He did not feel it in the least, but it checked his rush, and his feet slipping on the gravel he fell backwards with great violence. The shock jarred his boiling brain into the perfect quietude of insensibility. Simultaneously with his fall the pretty servant-girl shrieked; but the old maiden lady at the window ceased her scolding, and began to cross herself piously.

Beholding his adversary stretched out perfectly still, his face to the sky, (Увидев противника, распростёртого без движения, лицом к небу; beholding – созерцая, видя; stretched out – распростёртого.) Lieut. D’Hubert thought he had killed him outright. (Лейтенант Д’Юбер подумал, что убил его на месте; outright – сразу, мгновенно.) The impression of having slashed hard enough to cut his man clean in two abode with him for a while (Ощущение, что он нанёс настолько сильный удар, что мог разрубить человека надвое, оставалось с ним некоторое время; abode – оставалось, пребывало.) in an exaggerated memory of the right good-will he had put into the blow. (в преувеличенном воспоминании о той решимости, с которой он нанёс удар; good-will – доброжелательность, готовность, решимость.) He dropped on his knees hastily by the side of the prostrate body. (Он поспешно опустился на колени рядом с распростёртым телом; prostrate – распростёртый, поверженный.) Discovering that not even the arm was severed, (Обнаружив, что даже рука не была отрублена; severed – отсечена, отрублена,) a slight sense of disappointment mingled with the feeling of relief. (лёгкое разочарование смешалось с чувством облегчения; mingled – смешалось.) The fellow deserved the worst. (Парень заслужил худшее.) But truly he did not want the death of that sinner. (Но, по правде говоря, он не желал смерти этому грешнику.) The affair was ugly enough as it stood, (Дело и без того выглядело достаточно некрасиво; ugly – неприятный, некрасивый,) and Lieut. D’Hubert addressed himself at once to the task of stopping the bleeding. (и лейтенант Д’Юбер сразу занялся задачей остановить кровотечение; addressed himself to – принялся за, занялся.)

Beholding his adversary stretched out perfectly still, his face to the sky, Lieut. D’Hubert thought he had killed him outright. The impression of having slashed hard enough to cut his man clean in two abode with him for a while in an exaggerated memory of the right good-will he had put into the blow. He dropped on his knees hastily by the side of the prostrate body. Discovering that not even the arm was severed, a slight sense of disappointment mingled with the feeling of relief. The fellow deserved the worst. But truly he did not want the death of that sinner. The affair was ugly enough as it stood, and Lieut. D’Hubert addressed himself at once to the task of stopping the bleeding.

In this task it was his fate to be ridiculously impeded by the pretty maid. (В этом деле ему суждено было быть нелепо стеснённым красивой служанкой; impeded – стеснённый, мешаемый.) Rending the air with screams of horror, (Раздирая воздух криками ужаса; rending – раздирающий,) she attacked him from behind (она напала на него сзади,) and, twining her fingers in his hair, tugged back at his head. (и, вплетая пальцы в его волосы, потянула его голову назад; twining – переплетая; tugged – дёрнула, потянула.) Why she should choose to hinder him at this precise moment (Почему она решила помешать ему именно в этот момент; hinder – мешать,) he could not in the least understand. (он совершенно не мог понять.) He did not try. (Он и не пытался.) It was all like a very wicked and harassing dream. (Всё это было похоже на злой и мучительный сон; wicked – злой; harassing – изнуряющий, мучительный.) Twice to save himself from being pulled over (Дважды, чтобы не быть поваленным,) he had to rise and fling her off. (ему приходилось вставать и отбрасывать её прочь; fling off – отшвырнуть.) He did this stoically, without a word, (Он делал это стоически, не говоря ни слова; stoically – стойко, невозмутимо,) kneeling down again at once to go on with his work. (снова становился на колени, чтобы продолжить своё дело.) But the third time, his work being done, (Но в третий раз, когда работа была закончена,) he seized her and held her arms pinned to her body. (он схватил её и прижал руки к телу; pinned – прижатые.) Her cap was half off, (Её чепец наполовину слетел,) her face was red, (лицо покраснело,) her eyes blazed with crazy boldness. (глаза сверкали безумной дерзостью; blazed – сверкали, пылали.) He looked mildly into them (Он спокойно смотрел ей в глаза,) while she called him a wretch, a traitor, and a murderer many times in succession. (пока она называла его подлецом, предателем и убийцей снова и снова; wretch – негодяй, подлец; in succession – подряд, один за другим.)

In this task it was his fate to be ridiculously impeded by the pretty maid. Rending the air with screams of horror, she attacked him from behind and, twining her fingers in his hair, tugged back at his head. Why she should choose to hinder him at this precise moment he could not in the least understand. He did not try. It was all like a very wicked and harassing dream. Twice to save himself from being pulled over he had to rise and fling her off. He did this stoically, without a word, kneeling down again at once to go on with his work. But the third time, his work being done, he seized her and held her arms pinned to her body. Her cap was half off, her face was red, her eyes blazed with crazy boldness. He looked mildly into them while she called him a wretch, a traitor, and a murderer many times in succession.

This did not annoy him so much (Это раздражало его не столько,) as the conviction that she had managed to scratch his face abundantly. (сколько убеждение, что она успела изрядно расцарапать ему лицо; scratch – царапать; abundantly – обильно, сильно.) Ridicule would be added to the scandal of the story. (К скандалу этой истории прибавится ещё и насмешка; ridicule – насмешка, осмеяние.) He imagined the adorned tale making its way through the garrison of the town, (Он воображал, как приукрашенный рассказ распространяется по гарнизону города; adorned – приукрашенный,) through the whole army on the frontier, (по всей армии на границе,) with every possible distortion of motive and sentiment and circumstance, (с всяческим искажением мотивов, чувств и обстоятельств; distortion – искажение,) spreading a doubt upon the sanity of his conduct and the distinction of his taste (внушая сомнения в здравости его поведения и изысканности вкуса; sanity – здравомыслие; distinction – утончённость, изысканность,) even to the very ears of his honourable family. (даже доходя до ушей его почтенной семьи; honourable – почтенный.) It was all very well for that fellow Feraud, (Для этого парня Феро всё было не так страшно; fellow – парень,) who had no connections, no family to speak of, (у которого не было связей, семьи, о которой стоило бы говорить,) and no quality but courage, (и никакого достоинства, кроме храбрости,) which, anyhow, was a matter of course, (которая, впрочем, считалась делом само собой разумеющимся; a matter of course – нечто само собой разумеющееся,) and possessed by every single trooper in the whole mass of French cavalry. (и имелась у каждого рядового солдата во всей массе французской кавалерии.) Still holding down the arms of the girl in a strong grip, (Всё ещё удерживая руки девушки крепкой хваткой; grip – захват, хватка,) Lieut. D’Hubert glanced over his shoulder. (лейтенант Д’Юбер оглянулся через плечо.) Lieut. Feraud had opened his eyes. (Лейтенант Феро открыл глаза.) He did not move. (Он не шевельнулся.) Like a man just waking from a deep sleep (Как человек, только что пробуждающийся от глубокого сна,) he stared without any expression at the evening sky. (он без всякого выражения смотрел на вечернее небо; stared – уставился.)

This did not annoy him so much as the conviction that she had managed to scratch his face abundantly. Ridicule would be added to the scandal of the story. He imagined the adorned tale making its way through the garrison of the town, through the whole army on the frontier, with every possible distortion of motive and sentiment and circumstance, spreading a doubt upon the sanity of his conduct and the distinction of his taste even to the very ears of his honourable family. It was all very well for that fellow Feraud, who had no connections, no family to speak of, and no quality but courage, which, anyhow, was a matter of course, and possessed by every single trooper in the whole mass of French cavalry. Still holding down the arms of the girl in a strong grip, Lieut. D’Hubert glanced over his shoulder. Lieut. Feraud had opened his eyes. He did not move. Like a man just waking from a deep sleep he stared without any expression at the evening sky.

Lieut. D’Hubert’s urgent shouts to the old gardener produced no effect (Отчаянные крики лейтенанта Д’Юбера, обращённые к старику-садовнику, не принесли никакого результата; urgent – настойчивый, отчаянный.) —not so much as to make him shut his toothless mouth. (– даже не заставили его закрыть беззубый рот.) Then he remembered that the man was stone deaf. (Тут он вспомнил, что старик был глух как пень; stone deaf – совершенно глухой.) All that time the girl struggled, (Всё это время девушка сопротивлялась,) not with maidenly coyness, (и вовсе не с девичьей застенчивостью; maidenly coyness – девичья стыдливость,) but like a pretty, dumb fury, (а как красивая, безмолвная фурия; fury – яростная женщина, фурия,) kicking his shins now and then. (время от времени пинала его по голеням; shins – голени.) He continued to hold her as if in a vice, (Он продолжал держать её, словно в тисках; vice – тиски,) his instinct telling him that were he to let her go she would fly at his eyes. (и инстинкт подсказывал ему, что если он отпустит её, она бросится ему на глаза.) But he was greatly humiliated by his position. (Но он чувствовал себя крайне униженным своим положением; humiliated – униженный.) At last she gave up. (Наконец она сдалась.) She was more exhausted than appeased, he feared. (Он боялся, что она скорее выдохлась, чем успокоилась; appeased – усмирённая, умиротворённая.) Nevertheless, he attempted to get out of this wicked dream by way of negotiation. (Тем не менее он попытался выбраться из этого злого сна с помощью переговоров; by way of – посредством; negotiation – переговоры.)

Lieut. D’Hubert’s urgent shouts to the old gardener produced no effect—not so much as to make him shut his toothless mouth. Then he remembered that the man was stone deaf. All that time the girl struggled, not with maidenly coyness, but like a pretty, dumb fury, kicking his shins now and then. He continued to hold her as if in a vice, his instinct telling him that were he to let her go she would fly at his eyes. But he was greatly humiliated by his position. At last she gave up. She was more exhausted than appeased, he feared. Nevertheless, he attempted to get out of this wicked dream by way of negotiation.

“Listen to me,” he said, as calmly as he could. («Послушай меня», – сказал он как можно спокойнее.) “Will you promise to run for a surgeon if I let you go?” («Ты пообещаешь побежать за хирургом, если я тебя отпущу?»; surgeon – хирург.)

With real affliction he heard her declare (С настоящим огорчением он услышал, как она заявила; affliction – печаль, огорчение,) that she would do nothing of the kind. (что она ничего подобного делать не собирается.) On the contrary, her sobbed out intention was to remain in the garden, (Напротив, всхлипывая, она заявила, что намерена остаться в саду; sobbed out – выговорила сквозь рыдания,) and fight tooth and nail for the protection of the vanquished man. (и сражаться изо всех сил за защиту поверженного человека; tooth and nail – изо всех сил, отчаянно; vanquished – побеждённый.) This was shocking. (Это было возмутительно; shocking – поразительно, возмутительно.)

“Listen to me,” he said, as calmly as he could. “Will you promise to run for a surgeon if I let you go?”

With real affliction he heard her declare that she would do nothing of the kind. On the contrary, her sobbed out intention was to remain in the garden, and fight tooth and nail for the protection of the vanquished man. This was shocking.

“My dear child!” («Моё дорогое дитя!»; —) he cried in despair, (– воскликнул он в отчаянии; despair – отчаяние) “is it possible that you think me capable of murdering a wounded adversary? («разве возможно, что ты думаешь, будто я способен убить раненого противника?»; adversary – противник) Is it. . . . («Разве это…»; —) Be quiet, you little wild cat, you!” («Успокойся, ты маленькая дикая кошка, ну!»; wild cat – своенравная, буйная женщина)

They struggled. (Они боролись; struggled – боролись) A thick, drowsy voice said behind him, (За его спиной прозвучал густой, вялый голос; drowsy – вялый, сонный) “What are you after with that girl?” («Что ты замышляешь с этой девушкой?»; —)

“My dear child!” he cried in despair, “is it possible that you think me capable of murdering a wounded adversary? Is it. . . . Be quiet, you little wild cat, you!”

They struggled. A thick, drowsy voice said behind him, “What are you after with that girl?”

Lieut. Feraud had raised himself on his good arm. (Лейтенант Феро приподнялся, опираясь на здоровую руку.) He was looking sleepily at his other arm, (Он сонно смотрел на другую руку,) at the mess of blood on his uniform, (на беспорядочные пятна крови на мундире; mess – беспорядок, грязь,) at a small red pool on the ground, (на маленькую лужицу крови на земле; pool – лужица,) at his sabre lying a foot away on the path. (на свою саблю, лежащую в футе от него на дорожке; sabre – сабля.) Then he laid himself down gently again (Потом он снова осторожно лёг,) to think it all out, (чтобы всё обдумать,) as far as a thundering headache would permit of mental operations. (насколько громоподобная головная боль позволяла вести мыслительные операции; thundering – оглушительный, грохочущий; mental operations – мыслительные действия.)

Lieut. Feraud had raised himself on his good arm. He was looking sleepily at his other arm, at the mess of blood on his uniform, at a small red pool on the ground, at his sabre lying a foot away on the path. Then he laid himself down gently again to think it all out, as far as a thundering headache would permit of mental operations.

Lieut. D’Hubert released the girl (Лейтенант Д’Юбер отпустил девушку,) who crouched at once by the side of the other lieutenant. (которая тотчас присела рядом с другим лейтенантом; crouched – присела на корточки.) The shades of night were falling on the little trim garden (Сумерки ночи опускались на маленький аккуратный садик; trim – опрятный, ухоженный,) with this touching group, (над этой трогательной группой,) whence proceeded low murmurs of sorrow and compassion, (откуда доносились тихие звуки печали и сострадания; murmurs – тихие звуки, шепот,) with other feeble sounds of a different character, (вперемешку с другими слабыми звуками иного характера,) as if an imperfectly awake invalid were trying to swear. (словно едва проснувшийся больной пытался ругаться; imperfectly awake – не до конца проснувшийся; swear – ругаться, браниться.) Lieut. D’Hubert went away. (Лейтенант Д’Юбер ушёл.)

Lieut. D’Hubert released the girl who crouched at once by the side of the other lieutenant. The shades of night were falling on the little trim garden with this touching group, whence proceeded low murmurs of sorrow and compassion, with other feeble sounds of a different character, as if an imperfectly awake invalid were trying to swear. Lieut. D’Hubert went away.

He passed through the silent house, (Он прошёл через тихий дом,) and congratulated himself upon the dusk concealing his gory hands and scratched face from the passers-by. (и поздравил себя с тем, что сумерки скрывают его окровавленные руки и исцарапанное лицо от прохожих; gory – в крови; scratched – исцарапанный.) But this story could by no means be concealed. (Но эту историю нельзя было утаить ни при каких обстоятельствах; by no means – никоим образом.) He dreaded the discredit and ridicule above everything, (Он больше всего боялся позора и насмешек; discredit – потеря доброго имени; ridicule – насмешка,) and was painfully aware of sneaking through the back streets in the manner of a murderer. (и с болью осознавал, что крадётся по задним улочкам как убийца; sneaking – крадущийся; in the manner of – подобно.) Presently the sounds of a flute coming out of the open window of a lighted upstairs room (Вскоре звуки флейты, доносившиеся из открытого окна освещённой комнаты на верхнем этаже,) in a modest house interrupted his dismal reflections. (в скромном доме прервали его мрачные размышления; dismal – мрачный, унылый.) It was being played with a persevering virtuosity, (Флейта звучала с настойчивым виртуозным мастерством; persevering – упорный, настойчивый; virtuosity – виртуозность,) and through the fioritures of the tune (и сквозь украшения мелодии; fioritures – музыкальные украшения, форшлаги,) one could hear the regular thumping of the foot beating time on the floor. (можно было слышать ровное постукивание ноги, отбивающей ритм по полу; thumping – стук, удар.)

He passed through the silent house, and congratulated himself upon the dusk concealing his gory hands and scratched face from the passers-by. But this story could by no means be concealed. He dreaded the discredit and ridicule above everything, and was painfully aware of sneaking through the back streets in the manner of a murderer. Presently the sounds of a flute coming out of the open window of a lighted upstairs room in a modest house interrupted his dismal reflections. It was being played with a persevering virtuosity, and through the fioritures of the tune one could hear the regular thumping of the foot beating time on the floor.

Lieut. D’Hubert shouted a name, (Лейтенант Д’Юбер крикнул имя,) which was that of an army surgeon whom he knew fairly well. (и это было имя военного хирурга, которого он знал довольно хорошо; surgeon – хирург.) The sounds of the flute ceased, (Звуки флейты умолкли,) and the musician appeared at the window, his instrument still in his hand, peering into the street. (и музыкант появился в окне, держа инструмент всё ещё в руке и вглядываясь в улицу; peering – вглядываясь.)

“Who calls? You, D’Hubert?” («Кто зовёт? Это ты, Д’Юбер?») “What brings you this way?” («Что тебя сюда привело?»)

Lieut. D’Hubert shouted a name, which was that of an army surgeon whom he knew fairly well. The sounds of the flute ceased, and the musician appeared at the window, his instrument still in his hand, peering into the street.

“Who calls? You, D’Hubert? What brings you this way?”

He did not like to be disturbed at the hour when he was playing the flute. (Он не любил, когда его беспокоили в час, когда он играл на флейте; disturbed – побеспокоенный.) He was a man whose hair had turned grey already (Это был человек, чьи волосы уже поседели,) in the thankless task of tying up wounds on battlefields (в неблагодарном труде перевязки ран на полях сражений; thankless – неблагодарный; tying up wounds – перевязывать раны,) where others reaped advancement and glory. (там, где другие пожинали продвижение по службе и славу; reaped – пожинали, получали; advancement – продвижение, повышение.)

He did not like to be disturbed at the hour when he was playing the flute. He was a man whose hair had turned grey already in the thankless task of tying up wounds on battlefields where others reaped advancement and glory.

“I want you to go at once and see Feraud. («Я хочу, чтобы вы немедленно пошли и посмотрели Феро;» at once – немедленно.) You know Lieut. Feraud? («Вы знаете лейтенанта Феро?») He lives down the second street. («Он живёт на второй улице ниже.») It’s but a step from here.” («Это всего в нескольких шагах отсюда.»)

“What’s the matter with him?” («Что с ним случилось?»; What’s the matter – что стряслось.)

“Wounded.” («Ранен.»)

“Are you sure?” («Вы уверены?»)

“Sure!” cried D’Hubert. “I come from there.” («Уверен!» – воскликнул Д’Юбер. – «Я оттуда.»)

“I want you to go at once and see Feraud. You know Lieut. Feraud? He lives down the second street. It’s but a step from here.”

“What’s the matter with him?”

“Wounded.”

“Are you sure?”

“Sure!” cried D’Hubert. “I come from there.”

“That’s amusing,” said the elderly surgeon. («Забавно,» – сказал пожилой хирург; amusing – забавно, смешно.) Amusing was his favourite word; (Слово «забавно» было его любимым выражением,) but the expression of his face when he pronounced it never corresponded. (но выражение его лица, когда он это произносил, никогда не соответствовало слову; corresponded – соответствовало.) He was a stolid man. (Он был невозмутимый человек; stolid – спокойный, флегматичный.) “Come in,” he added. “I’ll get ready in a moment.” («Заходи,» – добавил он. – «Я сейчас приготовлюсь.»; in a moment – через минуту, скоро.)

“Thanks! I will. I want to wash my hands in your room.” («Спасибо! Зайду. Хочу помыть руки у тебя в комнате.»)

“That’s amusing,” said the elderly surgeon. Amusing was his favourite word; but the expression of his face when he pronounced it never corresponded. He was a stolid man. “Come in,” he added. “I’ll get ready in a moment.”

“Thanks! I will. I want to wash my hands in your room.”

Lieut. D’Hubert found the surgeon occupied in unscrewing his flute, (Лейтенант Д’Юбер застал хирурга занятым отвинчиванием флейты; unscrewing – отвинчивая, разбирая.) and packing the pieces methodically in a case. (и аккуратной укладкой частей в футляр; methodically – методично, размеренно.) He turned his head. (Он повернул голову.)

“Water there—in the corner. Your hands do want washing.” («Вода там – в углу. Твои руки действительно нуждаются в мытье.»)

“I’ve stopped the bleeding,” said Lieut. D’Hubert. («Я остановил кровотечение,» – сказал лейтенант Д’Юбер.) “But you had better make haste. It’s rather more than ten minutes ago, you know.” («Но тебе лучше поторопиться. Это было уже больше десяти минут назад, знаешь ли.»; make haste – поспешить.)

The surgeon did not hurry his movements. (Хирург не стал торопиться с движениями; did not hurry – не спешил.)

Lieut. D’Hubert found the surgeon occupied in unscrewing his flute, and packing the pieces methodically in a case. He turned his head.

“Water there—in the corner. Your hands do want washing.”

“I’ve stopped the bleeding,” said Lieut. D’Hubert. “But you had better make haste. It’s rather more than ten minutes ago, you know.”

The surgeon did not hurry his movements.

“What’s the matter? Dressing came off? That’s amusing. («Что случилось? Повязка спала? Забавно.»; dressing – повязка, бинт.) I’ve been at work in the hospital all day (Я весь день работал в госпитале,) but I’ve been told this morning by somebody that he had come off without a scratch.” (но сегодня утром кто-то сказал мне, что он отделался без единой царапины; without a scratch – без единой царапины.)

“Not the same duel probably,” growled moodily Lieut. D’Hubert, («Наверное, не тот поединок,» – мрачно проворчал лейтенант Д’Юбер; growled – проворчал, пробурчал; moodily – мрачно, угрюмо,) wiping his hands on a coarse towel. (вытирая руки о грубое полотенце; coarse – грубый, жёсткий.)

“What’s the matter? Dressing came off? That’s amusing. I’ve been at work in the hospital all day but I’ve been told this morning by somebody that he had come off without a scratch.”

“Not the same duel probably,” growled moodily Lieut. D’Hubert, wiping his hands on a coarse towel.

“Not the same. . . . What? Another. («Не тот… Что? Ещё один?») It would take the very devil to make me go out twice in one day.” («Только сам дьявол заставил бы меня выходить на поединок дважды за один день.»; the very devil – сам дьявол.) The surgeon looked narrowly at Lieut. D’Hubert. (Хирург внимательно посмотрел на лейтенанта Д’Юбера; narrowly – пристально, внимательно.) “How did you come by that scratched face? («Откуда у тебя это исцарапанное лицо?»; come by – заполучить, получить.) Both sides, too—and symmetrical. («С обеих сторон – да ещё и симметрично.») It’s amusing.” («Забавно.»)

“Not the same. . . . What? Another. It would take the very devil to make me go out twice in one day.” The surgeon looked narrowly at Lieut. D’Hubert. “How did you come by that scratched face? Both sides, too—and symmetrical. It’s amusing.”

“Very!” snarled Lieut. D’Hubert. («Ещё как!» – прорычал лейтенант Д’Юбер; snarled – прорычал, огрызнулся.) “And you will find his slashed arm amusing, too. («И его рассечённая рука тоже покажется тебе забавной;» slashed – рассечённая, разрубленная.) It will keep both of you amused for quite a long time.” («Она надолго займёт вас обоих весёлым делом.»)

The doctor was mystified and impressed (Доктор был озадачен и поражён; mystified – озадаченный, сбитый с толку.) by the brusque bitterness of Lieut. D’Hubert’s tone. (резкой горечью в тоне лейтенанта Д’Юбера; brusque – резкий, грубоватый; bitterness – горечь.) They left the house together, (Они вышли из дома вместе,) and in the street he was still more mystified by his conduct. (и на улице доктор был ещё более озадачен его поведением; conduct – поведение.)

“Very!” snarled Lieut. D’Hubert. “And you will find his slashed arm amusing, too. It will keep both of you amused for quite a long time.”

The doctor was mystified and impressed by the brusque bitterness of Lieut. D’Hubert’s tone. They left the house together, and in the street he was still more mystified by his conduct.

“Aren’t you coming with me?” he asked. («Ты не пойдёшь со мной?» – спросил он.)

“No,” said Lieut. D’Hubert. («Нет,» – сказал лейтенант Д’Юбер.) “You can find the house by yourself. («Ты и сам найдёшь дом;» by yourself – самостоятельно, сам.) The front door will be standing open very likely.” («Парадная дверь, скорее всего, будет стоять открытой;» standing open – оставаться открытой.)

“All right. Where’s his room?” («Хорошо. Где его комната?»)

“Ground floor. («На первом этаже;» ground floor – первый этаж.) But you had better go right through and look in the garden first.” («Но тебе лучше пройти прямо насквозь и сначала заглянуть в сад.»)

“Aren’t you coming with me?” he asked.

“No,” said Lieut. D’Hubert. “You can find the house by yourself. The front door will be standing open very likely.”

“All right. Where’s his room?”

“Ground floor. But you had better go right through and look in the garden first.”

This astonishing piece of information (Это удивительное известие; astonishing – изумительный, поразительный) made the surgeon go off without further parley. (заставило хирурга уйти, не вступая в дальнейшие разговоры; parley – переговоры, разговор) Lieut. D’Hubert regained his quarters (Лейтенант Д’Юбер вернулся в свои покои; quarters – жилище, помещение) nursing a hot and uneasy indignation. (питающий горячее и тревожное возмущение; nursing – вынашивающий, питающий) He dreaded the chaff of his comrades almost as much as the anger of his superiors. (Он боялся насмешек товарищей почти так же, как и гнева начальства; chaff – поддёвка, насмешка) The truth was confoundedly grotesque and embarrassing, (Истина была чертовски нелепа и смущала; confoundedly – чертовски, ужасно; grotesque – нелепый, гротескный) even putting aside the irregularity of the combat itself, (даже если не принимать во внимание неправильность самого поединка; irregularity – нарушение правил) which made it come abominably near a criminal offence. (что делало его отвратительно близким к уголовному преступлению; abominably – отвратительно, чудовищно)

This astonishing piece of information made the surgeon go off without further parley. Lieut. D’Hubert regained his quarters nursing a hot and uneasy indignation. He dreaded the chaff of his comrades almost as much as the anger of his superiors. The truth was confoundedly grotesque and embarrassing, even putting aside the irregularity of the combat itself, which made it come abominably near a criminal offence.

Like all men without much imagination, (Как и все люди, не отличающиеся большим воображением; imagination – воображение) a faculty which helps the process of reflective thought, (способности, помогающей процессу размышления; faculty – способность; reflective – размышляющий, задумчивый) Lieut. D’Hubert became frightfully harassed by the obvious aspects of his predicament. (Лейтенант Д’Юбер был ужасно измучен очевидными сторонами своего затруднительного положения; harassed – измученный, измотанный; predicament – затруднительное положение) He was certainly glad that he had not killed Lieut. Feraud (Он, конечно, был рад, что не убил лейтенанта Феро) outside all rules, (вне всех правил,) and without the regular witnesses proper to such a transaction. (и без положенных свидетелей, как того требует подобная процедура; transaction – дело, процедура) Uncommonly glad. (Чрезвычайно рад; uncommonly – необычайно, чрезвычайно) At the same time he felt as though he would have liked to wring his neck for him without ceremony. (В то же время ему казалось, что он охотно свернул бы ему шею без всяких церемоний; wring his neck – свернуть шею.)

Like all men without much imagination, a faculty which helps the process of reflective thought, Lieut. D’Hubert became frightfully harassed by the obvious aspects of his predicament. He was certainly glad that he had not killed Lieut. Feraud outside all rules, and without the regular witnesses proper to such a transaction. Uncommonly glad. At the same time he felt as though he would have liked to wring his neck for him without ceremony.

He was still under the sway of these contradictory sentiments (Он всё ещё находился под властью этих противоречивых чувств; under the sway – под влиянием, во власти; sentiments – чувства, настроения) when the surgeon amateur of the flute came to see him. (когда его навестил хирург-любитель флейты; amateur – любитель, не профессионал.) More than three days had elapsed. (Прошло более трёх дней; elapsed – прошло, истекло.) Lieut. D’Hubert was no longer officier d’ordonnance to the general commanding the division. (Лейтенант Д’Юбер больше не был адъютантом генерала, командующего дивизией; officier d’ordonnance – ординарец, адъютант.) He had been sent back to his regiment. (Он был возвращён в свой полк.) And he was resuming his connection with the soldiers’ military family (И он вновь возобновлял связь с военным братством солдат; resuming – возобновляя, снова вступая в; connection – связь, отношение) by being shut up in close confinement, (путём заключения под строгий арест; close confinement – строгий арест, изоляция,) not at his own quarters in town, but in a room in the barracks. (не в собственных покоях в городе, а в комнате в казармах; barracks – казармы.) Owing to the gravity of the incident, (Из-за серьёзности происшествия; owing to – вследствие, из-за; gravity – серьёзность, важность) he was forbidden to see any one. (ему было запрещено видеться с кем-либо.) He did not know what had happened, (Он не знал, что произошло,) what was being said, or what was being thought. (что говорили или думали; was being said – говорилось; was being thought – думалось.) The arrival of the surgeon was a most unexpected thing to the worried captive. (Прибытие хирурга оказалось совершенно неожиданным для встревоженного узника; captive – пленник, узник.) The amateur of the flute began by explaining (Любитель флейты начал с объяснения,) that he was there only by a special favour of the colonel. (что он пришёл туда лишь по особому разрешению полковника; special favour – особое разрешение, милость.)

He was still under the sway of these contradictory sentiments when the surgeon amateur of the flute came to see him. More than three days had elapsed. Lieut. D’Hubert was no longer officier d’ordonnance to the general commanding the division. He had been sent back to his regiment. And he was resuming his connection with the soldiers’ military family by being shut up in close confinement, not at his own quarters in town, but in a room in the barracks. Owing to the gravity of the incident, he was forbidden to see any one. He did not know what had happened, what was being said, or what was being thought. The arrival of the surgeon was a most unexpected thing to the worried captive. The amateur of the flute began by explaining that he was there only by a special favour of the colonel.

“I represented to him,” («Я заявил ему;» represented to him – довёл до его сведения,) “that it would be only fair to let you have some authentic news of your adversary,” («что будет справедливо позволить вам получить достоверные новости о вашем противнике;» authentic – подлинный, достоверный; adversary – противник,) he continued. (продолжал он.) “You’ll be glad to hear he’s getting better fast.” («Вы будете рады услышать, что он быстро идёт на поправку;» getting better – поправляться.)

Lieut. D’Hubert’s face exhibited no conventional signs of gladness. (Лицо лейтенанта Д’Юбера не проявило обычных признаков радости; exhibited – проявило, показало; conventional signs – обычные признаки, условные выражения.) He continued to walk the floor (Он продолжал ходить по полу; walk the floor – расхаживать туда-сюда,) of the dusty bare room. (пыльной, голой комнаты; bare – пустой, без мебели.)

“Take this chair, doctor,” («Садитесь, доктор;») he mumbled. (пробормотал он; mumbled – пробормотал.)

The doctor sat down. (Доктор сел.)

“I represented to him that it would be only fair to let you have some authentic news of your adversary,” he continued. “You’ll be glad to hear he’s getting better fast.”

Lieut. D’Hubert’s face exhibited no conventional signs of gladness. He continued to walk the floor of the dusty bare room.

“Take this chair, doctor,” he mumbled.

The doctor sat down.

“This affair is variously appreciated—in town and in the army. («Эта история по-разному оценивается – и в городе, и в армии;» variously appreciated – воспринимается по-разному.) In fact, the diversity of opinions is amusing.” («На самом деле, разнообразие мнений просто забавно;» diversity – разнообразие.)

“Is it!” («Вот как!» —) mumbled Lieut. D’Hubert, tramping steadily from wall to wall. (пробормотал лейтенант Д’Юбер, размеренно шагая от стены к стене; tramping – тяжело шагая.) But within himself he marvelled that there could be two opinions on the matter. (Но про себя он удивлялся, что вообще могут существовать два мнения по этому поводу; marvelled – удивлялся.) The surgeon continued. (Хирург продолжал.)

“Of course, as the real facts are not known—” («Разумеется, поскольку настоящие факты неизвестны —»)

“This affair is variously appreciated—in town and in the army. In fact, the diversity of opinions is amusing.”

“Is it!” mumbled Lieut. D’Hubert, tramping steadily from wall to wall. But within himself he marvelled that there could be two opinions on the matter. The surgeon continued.

“Of course, as the real facts are not known—”

“I should have thought,” («Я бы подумал,»; I should have thought – я бы предположил,) interrupted D’Hubert, (перебил Д’Юбер,) “that the fellow would have put you in possession of facts.” («что этот парень рассказал бы вам все факты;» put you in possession of facts – посвятить в подробности.)

“He said something,” («Он кое-что сказал,»; said something – сказал немного,) admitted the other, (признался другой,) “the first time I saw him. («в первый раз, когда я его увидел.) And, by the by, I did find him in the garden.” («Кстати, я действительно нашёл его в саду;» by the by – между прочим.) “The thump on the back of his head had made him a little incoherent then.” («Удар по затылку сделал его тогда немного бессвязным;» thump – удар; incoherent – бессвязный.) “Afterwards he was rather reticent than otherwise.” («Позже он, скорее, хранил молчание, чем говорил;» reticent – сдержанный, немногословный.)

“I should have thought,” interrupted D’Hubert, “that the fellow would have put you in possession of facts.”

“He said something,” admitted the other, “the first time I saw him. And, by the by, I did find him in the garden. The thump on the back of his head had made him a little incoherent then. Afterwards he was rather reticent than otherwise.”

“Didn’t think he would have the grace to be ashamed!” («И не думал, что у него хватит благородства устыдиться!»; have the grace to – проявить любезность, благородство.) mumbled D’Hubert, resuming his pacing (пробормотал Д’Юбер, возобновляя хождение по комнате; resuming – возобновляя.) while the doctor murmured, (в то время как доктор пробормотал; murmured – пробормотал, сказал тихо,) “It’s very amusing. («Это весьма забавно;») Ashamed! Shame was not exactly his frame of mind.” («Стыд! Нет, стыд – это не то чувство, которое им владело;» frame of mind – состояние духа.) “However, you may look at the matter otherwise.” («Однако вы можете взглянуть на это с другой стороны;» look at the matter otherwise – рассматривать иначе.)

“Didn’t think he would have the grace to be ashamed!” mumbled D’Hubert, resuming his pacing while the doctor murmured, “It’s very amusing. Ashamed! Shame was not exactly his frame of mind. However, you may look at the matter otherwise.”

“What are you talking about? What matter?” («О чём вы говорите? О каком деле?») asked D’Hubert, with a sidelong look at the heavy-faced, grey-haired figure seated on a wooden chair. (спросил Д’Юбер, бросив косой взгляд на широколицую седую фигуру, сидевшую на деревянном стуле; sidelong look – косой взгляд; heavy-faced – грузнолицый, тяжёлый лицом.)

“Whatever it is,” («Что бы это ни было,» —) said the surgeon a little impatiently, (сказал хирург с лёгким нетерпением; impatiently – нетерпеливо,) “I don’t want to pronounce any opinion on your conduct—” («я не хочу высказывать никакого мнения о вашем поведении;» pronounce an opinion – высказывать мнение.)

“By heavens, you had better not!” («Клянусь небом, вам лучше этого не делать!»; By heavens – клянусь небом.) burst out D’Hubert. (воскликнул Д’Юбер; burst out – вспыхнул, воскликнул.)

“What are you talking about? What matter?” asked D’Hubert, with a sidelong look at the heavy-faced, grey-haired figure seated on a wooden chair.

“Whatever it is,” said the surgeon a little impatiently, “I don’t want to pronounce any opinion on your conduct—”

“By heavens, you had better not!” burst out D’Hubert.

“There!—there! («Вот! – вот!»; —) Don’t be so quick in flourishing the sword. («Не торопись размахивать саблей.»; flourishing – размахивать) It doesn’t pay in the long run. («Это не окупается в долгосрочной перспективе.»; pay in the long run – окупаться в долгосрочной перспективе) Understand once for all («Пойми раз и навсегда»; once for all – раз и навсегда) that I would not carve any of you youngsters («что я не стал бы зарезать ни одного из вас, ребят»; carve – зарезать; youngsters – ребята) except with the tools of my trade. («кроме как инструментами моего ремесла.»; tools of my trade – инструменты моей профессии) But my advice is good. («Но мой совет хорош.»; —) If you go on like this («Если вы будете продолжать в том же духе»; go on like this – продолжать в том же духе) you will make for yourself an ugly reputation. («вы заслужите себе дурную славу.»; ugly reputation – дурная слава)

“There!—there! Don’t be so quick in flourishing the sword. It doesn’t pay in the long run. Understand once for all that I would not carve any of you youngsters except with the tools of my trade. But my advice is good. If you go on like this you will make for yourself an ugly reputation.”

“Go on like what?” («Продолжать как?» —) demanded Lieut. D’Hubert, stopping short, quite startled. (спросил лейтенант Д’Юбер, резко остановившись и совершенно поражённый; startled – поражённый, ошарашенный.) “I!—I!—make for myself a reputation. . . . What do you imagine?”

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.