Александр Черевков
Следы в природе

Следы в природе
Всё обновляет в природе, а человек лишь присутствует рядом.
Часть-1. Природные аномалии.
1. Благородный уран.

С переездом в Курджиново, здоровье моё не улучшилось. Лечение от затемнения лёгких, а также от сотрясения головы после столкновения с мотоциклом, не позволили мне продолжить учёбу в школе.

Врачи рекомендовали мне больше находиться на свежем воздухе, а не за школьными учебниками. Как можно больше кушать, особенно фрукты, ягоды и овощи, которых здесь в горах было в так много, что не надо было ходить за ними на рынок.

Достаточно отправиться на колхозные поля, в лес или в огород нашего дома, который был на окраине Курджиново в Верхних дубках.

– Шурик! Ты уже большой мальчик. – говорила мама, когда утром собирался гулять на природе.

– Ты должен быть внимательным вовремя прогулки на природе. Места тебе здесь не знакомые.

– Мама! Прекрасно понимаю, что ты беспокоишься за меня. – говорил, собираясь на прогулку. – Больше со мной ничего не случится. Буду внимательным вовремя прогулки на природе.

Несмотря на подорванное здоровье меня всё равно увлекали поиски разных приключений. Однако уроки прошлых ошибок научили меня быть внимательным и не рисковать своим здоровьем.

Прежде чем выйти на прогулку обязательно одевался по погоде и вовремя плохой погоды спешил укрыться от осадков дома или у кого-то из наших ближайших соседей в Верхних дубках. Время моей жизни, которое мелькало вовремя приключений, теперь тянулось, как жвачная резина из корней мягких растений. Моё здоровье настраивалось на норму медленно.

Зато от свежего воздуха и хорошего питания толстел день ото дня. С каждым днём прибавлял в весе и вскоре стал как колобок, которого где-то в лесу на тропинке ждала рыжая лиса, чтобы съесть колобка.

– Сашка! Тебе, наверно, скучно одному? – поинтересовался Вовка Казаров, направляясь в школу.

– Не то слово! – воскликнул, отмахиваясь рукой на приветствие. – Безделье замучило до слез.

– Пока мы в школе, – сказал Вовка на прощанье. – Погуляй с моей младшей сестрёнкой Раей.

– С твоей младшей сестрёнкой пусть гуляют мои младшие братья, её ровесники, – с иронией, заявил ему. – Мне лучше бы погулять с твоей сестрой, Любой, которая может стать мне невестой.

– Насчёт прогулок с Любкой, обратись к ней напрямую, – с ревностью, сказал Казаров. – Здесь тебе не помощник и не советчик. Ты сам видел, какая у меня сестра. С ней лучше не связываться.

Вовка побежал в школу, которая находилась в центре Курджиново. Поплёлся к реке Лаба. Там можно было хорошо отдохнуть и полюбоваться природой. Возле речки густые заросли кустарника с левой стороны по течению.

В сторону Верхних дубков. На другой стороне отвесные скалы, где поселились красивые птицы зимородки с разноцветными перьями под цвет воды и камней. Зимородки совершенно не боялись моего присутствия. Они сидели рядом у воды. Птички внимательно вглядывались в прозрачную воду реки, которая была быстрой и ужасно холодной.

Как только зимородки замечали что-то в воде, то они тут же срывались с насиженного места на камнях и ветках. Словно стрекозы или вертолёты зимородки зависали над водой. Высматривали что-то в бурлящей воде и затем стрелой бесстрашно летели под бурлящие воды. Выхватив что-то в воде, смелые птички быстро вылетали из-под волн и тут же летели к себе в гнездо.

Скрываясь в расщелинах серых камней, нависших над водой бурлящей реки. Видимо, там, в скалах у птичек, несмотря на холод, были малые детки? Ведь не зря таких красивых птичек люди назвали зимородками.

Так птички выводят, родят, своих деток в зимнее время. Вот и сейчас, несмотря на холодную осень, птички выводят себе деток-птенцов где-то в скалах. Из-за шума потока воды не слышно писка птенцов. Однако видно, там что-то мелькает в камнях. Находится долго возле холодной воды опасно моему здоровью. К тому же тут стремиться с потоком воды холодный воздух с гор. Ощущение такое, словно ты находишься в огромной трубе, через которую пропускают ледяной поток ветра.

Здесь можно простудиться и заболеть. Так же может сильный поток ветра сбросить человека в ледяную воду реки. Наверно, тут много людей утонуло?

Нахохлившись, как мокрый петух после дождя, осторожно отступил подальше от бурлящих волн реки. В последний раз взглянул на противоположную сторону реки и повернувшись в сторону кустарников, стал пробираться к железной дороге с узкой колеёй.

Железная дорога в этих местах выглядела довольно странной по сравнению с обычной железной дорогой, по которой мы выехали из Дагестана. Здесь не только колея, но и вагончики выглядели как-то необычно. Какие-то угловатые формы вагонов были похожи на детскую железную дорогу, которая была дома у моего друга. Так же как дома у Сулимова Вовки в Новом городке, ощущал себя великаном или Гулливером по сравнению с миниатюрным поездом, который быстро мчался по узкоколейки параллельно с потоком воды реки куда-то вниз в долину.

Можно подумать, что река и поезд соревнуются друг с другом наперегонки. Но куда поезду тягаться рекой?! У поезда может кончиться топливо, он заглохнет или даже перевернётся по какой-то причине. В то время как у реки постоянно имеется энергия. Не успел закончить свои размышления насчёт соревнований поезда и реки, как вдруг проходящий рядом со мной поезд заскрежетал своими железными колёсами и стал становиться на дыбы, как дикая лошадь, которая не даётся в руки джигиту.

Едва успел отбежать на безопасное расстояние от железной дороги, как вдруг вагоны стали разлетаться в разные стороны и тут же разваливаться, словно деревянные коробки.

Из вагонов в разные стороны посыпались камни. У меня в голове сразу мелькнула мысль, что камни могут иметь какую-то ценность. Иначе бы, зачем, камни перевозили в крытых вагонах и под усиленной охраной почти на каждый вагон?

Совершенно не раздумывая не о чём, схватил с земли упавший из развалившегося вагона небольшой камушек и тут же поспешил скрыться с места крушения поезда со странным грузом в вагонах.

Наверно, странный груз в вагонах поезда имел какую-то ценность? Так как не прошло и часа со времени крушения поезда, как место развалившихся вагонов быстро окружили солдаты в полное оцепление.

Воинская часть находилась рядом с посёлком Курджиново. Солдатам ничего не стоило быстро подняться по тревоги и тут же окружить место происшествия от посторонних глаз людей. Туда же, к месту крушения, прибыли военные грузовые крытые автомобили с дополнительными солдатами.

Лопатами и просто руками, солдаты стали закидывать камни в военные ящики и быстро грузить в крытые машины.

Сколько было солдат и военных автомобилей, не считал. Но работа проходила так быстро, что во второй половине дня от крушения поезда ничего не осталось.

– Ты не видел, что было в разбитых вагонах? – спросил отец, когда пришёл домой покушать.

– Был у Казаровых, – сам соврал отцу. – Даже не видел, что случилось. Сейчас сбегаю туда…

– Бегать туда не надо, – остановила меня мама. – Лучше сядь, покушай. Тебе здоровье дороже.

– Вы меня уже закормили до опухания! – специально, стал нервничать, чтобы сменить тему о крушении вагонов. – Меня уже хомячком прозвали ребята. Не хочу быть жирным, как Пузан…

– Ты жирным никогда не будешь, – старалась мама, успокоить меня. – Как только здоровье твоё наладится, так ты за пару месяцев вернёшь свой обычный весь. Быстро похудеешь за одно лето…

Устал от постоянных забот со стороны своей мамы. Поэтому особо не прислушивался к её выводам и наставлениям. У меня, на данное время в голове были одни мысли. Посмотреть на загадочный камушек, который находился у меня в кармане с момента крушения поезда. До настоящего времени беспокоился о том, что камушек, может быть, драгоценным?

Тогда меня могут наказать за кражу драгоценного камушка из казны советского государства. Даже могут расстрелять, как врага советского народа. Ну, меня, может быть, не тронут? Пока подросток. Но вот моих родителей…

Посмотрел в сторону своих родителей. В это время мама кормила борщом подросших близнецов. Отец готовился к будущей охоте в горах. Ведь больше всего по этой причине он приехал жить сюда.

Его друг-охотник Стрельников сманил нашу семью сюда своими рассказами отцу про отличную охоту в горах, а также про здоровый климат. Насчёт охоты мне ничего неизвестно. Но вот насчёт климата, так это действительно сущая, правда. Воздух здесь отличный и зелень повсюду.

– Мама! Хорошо покушал! Пойду до вечера погуляю. – сказал маме, направляясь к двери.

– Шурик! Сходи в магазин купи сахар рафинад, – останавливая меня у двери, сказала мама. – На сдачу можешь купить пряников или конфет. Не забывай, что братья твои тоже сладкое любят.

– Про них, разве, забудешь?! – смеясь, прокричал сам у порога. – Такие братья и меня могут скушать.

Сергей и Юрка в один голос стали смеяться над моей шуткой, показывая свои красные языки. В отместку на их языки, показал братьям свой кулак, ободранный в драках.

Братья прекрасно знали, что их никогда не ударю, а порву за братьев любого. Однако на всякий случай, братья сделали вид, что испугались моего кулака и тут же спрятали в рот свои языки, чтобы они не пострадали. Как только оказался на улице вдали от дома, так тут же достал из кармана своих замызганных штанов загадочный камушек.

К моему удивлению, камушек ничем особым не выделялся среди других камней, которые здесь валялись на земле всюду под ногами. Вот только в горах Чечни и Дагестана мне никогда не попадались такие странные камушки.

Темно-серого цвета с темно-зелёными крапинами и еле заметными жёлтыми кристаллами. Всё-таки что-то странное было в этой породе?

– Ты слышал, поезд с золотой породой потерпел крушение! – восторженно вскрикнул Казаров Вовка, когда после магазина вышел погулять на улицу. – Говорят, что солдаты машинами возили.

– Никакого золота там не было, – неожиданно, проговорился и тут же попытался оговориться.

– А тебе, откуда это известно? – вопросительно, поинтересовался Вовка. – Давай! Выкладывай!

– Если дашь честно пионерское слово, – таинственно, произнёс сам. – Тогда тебе открою тайну.

– Тоже мне, тайный разведчик, – обиженно, сказал Вовка. – Завтра бабы будут знать без тебя.

– Ладно, не обижайся! – доверчиво, сказал другу. – Тебе, как своему другу, открою тайну.

– Так это обыкновенный камень! – удивлённо, воскликнул друг, рассматривая таинственный камушек. – Здесь такие камни валяются повсюду. Нашёл чем удивлять. Завтра покажу такие камни на природе.

– Если бы это были обычные камни, – подозрительно, сказал Вовке, – то солдат в оцепление ни стали бы ставить. Видел собственными глазами, как солдаты с автоматами охраняли место крушения вагонов. За несколько часов убрали все. Даже вагоны вывезли машинами оттуда.

– Вообще-то ты прав, – почёсывая затылок, задумчиво, произнёс Вовка. – Мы вот, что сделаем. У нас сейчас в школе припадает физику молоденькая учительница. Она знает все про породы камней. Нам надо подождать, пока утихнут сплетни о крушении поезда. После пойдём к учительнице.

Мы так и поступили, как договорились. Несколько дней загадочный камушек хранил у себя дома в потайном месте, которое было известно только мне одному. Со стороны поглядывал за братьями-близнецами, которые постоянно шныряли по всей квартире, искали что-то, что можно стащить у своих родителей или у своего старшего брата. Сергей и Юрка были у нас, как сороки или вороны в дикой природе. Всё, что красивое таскают к себе в гнездо. Так мои братья таскали все яркое и привлекательное себе в своё потайное место. Всё потерянное мы находили под подушкой или под матрасом у Сергея и Юрки. Крупные безделушки братья прятали в курятнике.

– Бабы в посёлке больше не болтают про крушение поезда, – уверенно, заявил Вовка Казаров, через неделю, когда пришёл из школы. – В школе по расписанию осталось два урока по физике. Пока дойдём до школы, как раз в это время в школе кончатся уроки. Училка будет идти дамой.

– Вот там мы застанем её врасплох! – восторженно, вскрикнул. – Сейчас камушек возьму.

Вовка остался ждать меня на лужайке между нашими домами. Сломя голову побежал домой за камушком. Каково было моё удивление, когда вбежал в дом. Мои братья-близнецы распотрошили весь мой тайник.

В тайнике ни осталось ничего. Пропали рыболовные крючки, четыре старинные монеты, рогатка, червонец, который нашёл в посёлке и даже камушек стащили паршивцы. Самих малолетних воришек дома не было. Наверно, наворованное, братья прячут где-то в курятнике за домом? Надо быстрее найти воришек и забрать у них камушек.

Иначе мы опоздаем в школу к концу уроков по физике. Обратно откладывать встречу с учительницей мне не хочется. Как предполагал заранее, мои малолетние братья сидели в дальнем углу курятника и с удивлением разглядывали мой камушек.

Выяснять отношение с братьями, у меня не было времени. Выхватил из рук Юрки свой заветный камушек. Пригрозил братьям, что строго разберусь с ними, если они не вернут все наворованное обратно на место. Побежал на лужайку к другу.

– Ты что пропал надолго? – раздражённо, поинтересовался Вовка. – Мы так в школу опоздаем.

– Наша мелюзга распотрошила мой тайник, – стал оправдываться перед другом. – Пришлось искать их во дворе. Ели-ели нашёл в курятнике в дальнем углу. Хорошо, что камень был у них.

Вовка взял у меня камушек, чтобы по дороге в школу не потеряли его. Мы тут же побежали сломя голову в сторону школы, которая находилась от нас на расстояние трёх километров.

Решили сократить время и расстояние. Побежали к школе не по дороге, а по тропинке через кустарник. Могли выиграть время минут пять и расстояние почти на один километр своего пути. Прибежали к школе в самое время.

Как раз закончились уроки. Ученики, словно цыплята, разбегались из школы по своим домам. Стараясь не привлекать на себя внимание учеников школы, мы отошли в сторону за деревья, стоящие особняком от школы и оттуда рассматривали выход из школы. Нам требовалось отдышаться от бега, прежде чем учительница выйдет домой из школы. Прошло минут двадцать, как закончились уроки в школе.

Один за другим из школы выходили учителя и не спеша расходились по своим домам. По учителям было видно, что за день они устали так, словно отработали смену не в школе, а на производстве вовремя тяжёлой физической работы.

Теперь учителям требовался хороший домашний отдых, чтобы завтра обратно вкалывать в школе, как на производстве. Производить из бездарных детей умных строителей социализма.

Когда из школы вышли завуч и завхоз с ключами, мы подумали, что прозевали выход из школы учительницы по физике.

Ведь по рассказам Казарова Вовки учительница молоденькая, почти ровесница старшеклассников. Молоденькую учительницу, могли не заметить среди её учеников.

– Вот она! – радостно, сказал Вовка, когда собрались, было идти домой. – Пойдём быстрее к ней.

Посмотрел в сторону школы. На выходе из школы стояла на вид совсем юная девушка маленького роста. Такую особу трудно было воспринимать учительницей. В школе старшеклассники выглядели намного выше ростом и старше этой учительницы. Даже в свои четырнадцать лет был на голову выше этой учительницы. Не говорю о Казарове Вовки, который на голову выше меня.

– Вера Степановна! Мы к вам! – обратился Вовка к учительнице, когда мы подошли к школе.

– Что случилось! – с удивлением, спросила учительница, разглядывая нас. – Какая проблема?

– Нас интересует порода этого камня, – сказал Казаров Вовка, протягивая руку с камешком.

– Вы откуда взяли интересующий вас камень? – удивлённо, поинтересовалась Вера Степановна.

– На узкоколейки нашли после аварии поезда, – как бы оправдываясь, растерянно ответил Вовка. – Там больше нет ничего.

– Так это же уран! – в страхе вскрикнула молоденькая учительница и тут же упала без сознания.

Рядом с нами стоящий завхоз едва успел подхватить Веру Степановну на руки, когда она чуть не свалилась вниз по бетонным ступеням на лестничную площадку у здания школы.

Мы помогли завхозу посадить учительницу на ступени. Завхоз тут же слегка пошлёпал по щекам учительницу, чтобы она пришла в сознание. Вера Степановна открыла глаза и растерянно посмотрела на нас.

– С вами, что случилось? – спросил завхоз, когда учительница окончательно пришла в себя.

– Это радиоактивный уран, – отрешённым голосом, ответила Вера Степановна. – С него делают атомную бомбу, которой американцы бомбили Хиросиму и Нагасаки. Мы получили облучение.

– Милочка! Успокойся! – с удивлением, воскликнул пожилой завхоз. – Здесь в горах всюду находится благородный уран. Посмотри вокруг нас какая бурная растительность. В лесу много различных животных. Вокруг нас чистый воздух. Люди редко болеют и долго живут. Не знаю, чему вас в университете учили. Сейчас даже школьнику известно, что атомную бомбу делают из обогащённого урана. Естественная радиация урана в природе приносит пользу людям, животным и растениям.

Вера Степановна встала с бетонных ступеней. Отряхнула на себе подол юбки. Ничего не говоря, отправилась к себе домой. Мы тоже отправились по домам. По дороге к дому Вовка выбросил в кусты не нужный нам камень. Больше мы с Вовкой не обсуждали вопрос о благородном уране.

На следующий день к вечеру посёлок Курджиново знал, что учительница физики не появилась на уроках в школе. Вера Степановна не подала заявление на увольнение из школы.

Не взяла в отделе кадров свой диплом об образовании. Уехала из посёлка первым автобусом в неизвестном нам направлении. Больше мы никогда не видели в посёлке молоденькую учительницу по физике.

2. Волки доктора.

В горах времена года меняются на много быстрее, чем на равнине. Несмотря на осень в прикаспийской низменности и на лугах в предгорьях Кавказа всеми цветами радуги цветут полевые цветы, ярко выделяется зелень разных трав. В это время в горах повсюду осень позолотила листву плодовых и лиственных деревьев. Вечнозелёные хвойные деревья сильно выделяются ростом и зелёным цветом среди низкорослых пожелтевших лиственных пород. Все готово к приходу зимы.

– Пока не выпал первый снег. Нам надо съездить в горы в заповедник. – сказал мне отец, когда вернулся домой с вечерней прогулки. – Тебе надо подышать горным воздухом, а мне надо посмотреть место будущей работы. Охотничий союз предлагает мне работу фотографом в заповеднике.

Насчёт горного воздуха отец перестарался. Здесь всюду горный воздух. Отца больше интересует работа и охота в горах, а не моё здоровье. Меня с собой берет больше для прикрытия перед мамой, что якобы беспокоиться за моё здоровье, а не отправляется гулять в горы дальше от дома.

– Когда мы поедем в горы? – спросил у отца, когда он утром стал перебирать свои снаряжения.

– В пятницу рано утром, первым автобусом, поедем до Пхия, – ответил отец, продолжая заниматься своими делами. – Дальше будем к месту добираться с егерями пешком или на мотоцикле.

– Шурик! Сам приготовлю тебе в горы тёплую одежду, – вступила мама в мой разговор с отцом. – Тебе надо не забывать, что здоровье, прежде всего. Отцу в горах некогда будет следить за тобой.

– Мама! Ты за меня не беспокойся. Уже не грудной ребёнок. – сказал, поглядывая на своих братьев, которые обратно что-то стащили, разглядывая в своём углу. – Ты лучше присмотри за своей мелюзгой вовремя нашего отсутствия. Как бы они не удрали следом за нами в горы.

– За братьев не беспокойся, – поглядывая за своими близнецами, сказала мама. – На время вашего отсутствия, если они будут шалить, то в знак наказания посажу их в курятник под замок.

– Ура! Мы будем жить в курятнике! – разом, закричали Сергей и Юрка. – Там лучше, чем дома.

– Боже мой! Кого народила на свою голову? – всплеснув руками, озабоченно сказала мама. – Все дети в отца уродились. Не мужики, а шантрапа. На уме у вас одни приключения. Как мне быть? Надо срочно нам применять какие-то меры.

– Мама! Ты не обращай на нас никакого внимания, – стал успокаивать нашу маму. – В приключениях познаётся мир. В мире все открытия сделали те, кто икал приключения на свою голову. Так что курятник нашим пацанам будет на пользу. Можешь прямо сейчас их туда посадить.

– Ладно! Хватит вам болтать, – вступил в разговор отец. – Пора всем спать. Завтра нам на работу. Мальчишки! По кроватям!

Мама тут же пошла на улицу, закрывать ставни на окнах нашего дома. Отец приказал близнецам укладываться в постель. Ни стал ждать приглашения и следом за братьями отправился в детскую комнату, где у меня была свой кровать, собранная из половых досок. Конечно, невозможно назвать эту постель хорошей, после постели с пуховой периной из моего детства.

Сейчас взрослел, мне надо было готовить себя к суровой жизни взрослого человека, который должен пройти все испытания жизни. К тому же после затемнения лёгких мне требовалось восстановить здоровье.

Был слаб после опасного заболевания и тяжело переносил большие нагрузки с дыханием. Мне дно было постепенно набраться сил, чтобы как прежде легко подниматься на вершины гор.

Когда рано утром в пятницу, мы с отцом вышли из дома до автобусной станции, то совсем не удивился, что отец впервые не взял с собой охотничье ружье и патронташ с патронами.

У отца в рюкзаке были три фотоаппарата с фотоплёнками, тёплый свитер и немного сухого пайка. У меня в рюкзаке было запасное тёплое белье, тёплые варежки из шерсти и набор разных продуктов.

От своих новых друзей в этих местах мне было известно, что Главный Кавказский Заповедник охраняется государством. Там запрещено охотится. Охота на животных в заповеднике карается законом.

За отстрел любого животного в заповеднике могут судом справедливости приговорить к высшей мере наказания, вплоть до расстрела. Так как в заповеднике живут редкие животные. Автобусная остановка находилась в центре посёлка Курджиново. От нашего дома в Верхних дубках почти три километра. Нам с отцом не привыкать к походам на дальнее расстояние.

Однако рюкзак за спиной и тёплая одежда на мне, меня так распарили вовремя ходьбы, что пока мы дошли до автобусной остановки из меня валил пар. Словно сам только что выбрался из русской бани.

– В автобусе будет тепло, – глядя на меня, с беспокойством сказал отец. – Там переоденешься в сухом белье из своего рюкзака. Потную одежду просушишь в автобусе вовремя поездки. Нам придутся много идти по горным тропам. У тебя в запасе должно быть тёплое сухое белье. Иначе ты, когда вспотеешь, то можешь простудиться. Мне совсем не нужно, чтобы мой сын опять заболел.

Прекрасно понимал, что отец больше беспокоится за себя, чем за меня. Просто он не хотел скандала от моей мамы. Так как после таких наших походов в горы, если возвращался домой больным, то в семье был большой скандал. В отличие от отца, мама сильно беспокоилась за здоровье своих детей.

Особенно после того, как болел затемнением лёгких и едва не умер от сотрясения мозгов после того, как меня сбил мотоцикл вовремя моей игры на проезжей части. Кроме нас в автобусе было четыре егеря и один пассажир до посёлка Пхия. Все сели на свободные места в автобусе сразу за водителем. Мне досталось все свободное пространство в салоне автобуса. Ни стал откладывать время нам раздумье.

Надо было быстро раздеться до трусов и надеть на себя сухую одежду, которой был заполнен мой рюкзак с беспокойством моей мамы. Пока автобус выезжал из нашего посёлка и перебирался через мост на правый берег Лабы, успел развесить свою промокшую от пота одежду на спинки свободных сидений по всему автобусу.

Большая часть свободного салона автобуса стала похожа на банно-прачечный комбинат военного госпиталя, в котором после стирки сушат нижнее белье раненых солдат вернувшихся с поля боевых сражений. На моём белье отчётливо были видны пятна крови от моих ссадин и царапин.

Едва только автобус направился по узкой дороге в сторону посёлка Пхия, как меня тут же ослепили яркие лучики блеска, исходящие от огромной скалы стоящей на вершине горы за поворотом дороги. Через несколько секунд блеск от горы исчез. Автобус снизил скорость на опасной части дороги.

Затем увеличил движение и уверенно начал петлять по горной дороге в сторону вершин. Вначале поездки любовался красотами природы вокруг горной реки Лаба. Но постепенно стал уставать от длительного путешествия. Во второй половине дня нашей езды по горным дорогам, просто уснул крепким сном прямо на заднем сидении автобуса.

Спал так долго, что у меня стали болеть кости от неудобной позы спать на сидении автобуса. К тому же меня, кто-то, пинал в бок? Когда проснулся, то от удивления не мог поверить своим глазам. Наш автобус был заполнен до отказу людьми всех возрастов. Это они меня постоянно толкали в бок, чтобы им уступил место. У меня под головой лежали мои давно высохшие вещи.

Мой банно-прачечный комбинат в автобусе закрыли новые попутчики, которые подсели к нам по пути с разных горных поселений вдоль реки. Мои ровесники, подсевшие в автобус в дороге, с удивлением рассматривали меня.

Мне тоже было интересно посмотреть на ребят, одетых в странную тёплую одежду, словно дикари из зарослей леса прибыли в цивилизованный мир. Мальчишки и девчонки смотрят на меня словно обезьяны, которые впервые увидели обычного человека, прибывшего к ним в дремучий лес.

Со сна сразу не догадался, что это ни они, а сам выгляжу странно среди других людей. Лишь когда обратил внимание на себя, то обнаружил в себе странность, привлёкшую внимание мальчишек и девчонок.

На мне не было ничего из одежды. Одни семейные чёрные трусы, свисали с меня от пояса до самых колен. Мне тут же пришлось быстро надеть на себя верхнюю одежду. В посёлок Пхия мы приехали поздно ночью.

Отец в спешке забыл свои наручные часы у нас дома. Часов ни у кого не было. Время определяли по звёздам. Созвездие «большой медведицы» показывало, что приближается полночь.

Надо искать место ночлега. Где в горах можно поспать? Холод ужасный! За день проголодался так, что голодные кишки играют марш о пище.

– Здесь есть домик для егерей, – сказал отец, словно читал мои мысли. – Там можно покушать и поспать до утра. Утром нас отвезут на смотровую площадку в Главный Кавказский Заповедник.

Маленьким домиком оказалась огромная русская изба, собранная из брёвен сосны. По самой середине избы огромная русская печка, которая, видимо, никогда не тухнет, так как рядом с русской печкой много сухих дров на растопку?

Зря в избе дрова не держат. Жара в избе такая, как летом в Избербаше на берегу Каспийского моря. Сразу мне захотелось раздеваться до семейных трусов. Надо было телу отдыхать от дневной нагрузки на организм. Особенно меня беспокоило дыхание.

– Ты раздевайся до трусов, – обратно отец прочитал мои мысли. – Мы сейчас сообразим, что кушать. Не стесняйся! Здесь баб нет. Одни мужики. Так что расслабься и отдыхай в удовольствие.

В избе действительно не было девчонок и женщин. Одни мужики егеря, которые ехали с нами в автобусе. Хозяином избы был старик черкес. Видимо, коренной житель посёлка Пхия? Пока мы приводили себя в порядок после длинного путешествия по горной дороге. Старик ловко управлял с приготовлением пищи в русской печке, а также на огромный стол, который был в середине избы.

Вскоре в избе запахло свежим русским хлебом и курдючным салом молодого барашка. Не дожидаясь приглашения, сел на деревянную скамейку ближе к тому месту, где на длинном столе стоял огромный чугунный котёл, из которого исходил аромат варёного мяса и запах какой-то пряной травы.

Так ужасно хотелось, есть, что хотел просто залезть в котёл с ароматным запахом пищи.

– Мальчик! Тебе самый жирный кусок мяса, – приветливо улыбаясь, сказал старик и положил рядом со мной медную чашку, заполненную бульоном с куском жирного мяса. – Кушай на здоровье!

– Спасибо, отец! – взаимно ответил с серьёзным видом. – Твоя вкусная пища продлит мою жизнь.

– Молодец! Умеешь хорошо говорить! – потрепав, мня за густые волосы, радостно похвалил старик.

Горячий бульон с куском жирного мяса, горячий русский хлеб и холодный напиток из лесных ягод, заполнили пустое пространство в моём голодном желудке. Не обращая внимания на ухмылки и приколы в мой адрес со стороны егерей, с трудом выбрался из-за стола и направился к русской печки, где старик-черкес заранее приготовил мне на лежанке свою бурку и тёплое место ко сну.

Пока готовился ко сну, егеря и мой отец преподносили старику за хороший приём разные подарки, которые привезли с собой из дома. Видимо, так было заведено в горах, что денег за пищу и ночлег не берут, а от подарков отказываться большой грех? Подарками были соль, сахар, чёрный перец, чай, кофе и другой дефицит из продуктов, которые нельзя было купить высоко в горах.

В огромной русской избе, как в большом общежитии, было несколько комнат и по несколько кроватей в каждой комнате. Места к ночлегу хватало всем. Старик попрощался с нами и с огромным мешком преподнесённых подарков вышел из избы. Видимо, он отправился к себе домой в посёлке? Вполне возможно, что дом даже в ауле, который находится возле леса при въезде в посёлок Пхия?

Серая бурка из меха и пуха горной козы была мягкой словно перина на тёплой лежанке русской печки. В самой избе было также тепло от русской печки. Здесь не нужно было укрывать себя на ночь от холода простынею или тёплым одеялом. Достаточно было просто лежать в одних трусах на тёплой бурке, подложив себе под голову вместо подушки бурдюк, набитый изнутри пухом козы.

У меня был такой крепкий сон, что совершенно не слышал, как рано утром перед рассветом к избе подъехал тяжёлый вездеход. Проснулся скорее от запаха вкусной пищи, чем от шума людей, снующих по избе со своими сборами в дорогу. Сосна даже не мог понять, что происходит в избе. Люди снуют по избе со своими огромными вещевыми мешками и туристическими рюкзаками.

– Мальчик! Спускайся вниз к столу. – сказал заботливый старик-черкес. – Выпей парного козьего молока в дорогу. Скушай немного горячего хлеба. Этого достаточно, чтобы передвигаться в горах.

Козье парное молоко было жирным со специфическим запахом совершенно не похожим на запах коровьего молока. Был ужасно голодный. С жадностью большими глотками пил молоко из кувшина. Закусывал горячим душистым хлебом и обратно пил козье молоко до самого дна кувшина.

– Вах! Вах! Какой ты молодец! – щелкая от удовольствия языком, воскликнул старик-черкес. – С таким аппетитом ты никогда не пропадёшь. С голоду волка можешь загрызть. Молодец! Живи долго!

– Разве, в горах бывают волки? – с удивлением, поинтересовался. – Волки только в лесу и в степи.

– Аслан знает, что говорит! – гордо произнёс старик своё имя. – Ты сам увидишь волков в горах…

– Ну! Если в горах водятся львы! – жестикулируя руками как кавказцы, воскликнул. – Тогда и волков можно встретить здесь. Главное, чтобы они не встречались. Иначе волкам несдобровать…

– Слюшай! Малчик! Откуда здесь появятся львы? – с удивлением цокая языком, воскликнул Аслан.

– Разве, Аслан и лев, это не одно и тоже на языке адыгов?! – жестикулируя руками, воскликнул.

– Вах! Какой ты умный малчик! – гордо воскликнул Аслан, поднимая к верху правую руку. – Ты хорошо знаешь культуру нашего народа. Мне хочется отблагодарить тебя. Подарю тебе на память…

Старик вышел из избы. К этому времени егеря, и мой отец были готовы отправляться в горы к смотровому месту, откуда отец собирался фотографировать зверей Главного Кавказского Заповедника.

Мне оставалось одеть на себя тёплую одежду. Так как в горах Кавказа всегда холодно. В это время в избу вернулся старик Аслан. Он словно знал, что мне нужно в горах. В руках у старика была серая бурка из козьего меха и такая же серая пушистая папаха. Старик одел это на меня.

– Носи! Джигит! – радостно, сказал старик, глядя на мой вид. – Помни, что у льва не только острые когти и клыки, а также доброе сердце. Пускай эти бурка и папаха, согревают твою душу и сердце.

– Спасибо! Аслан! – по-взрослому произнёс слова благодарности. – Всегда буду помнить твоё доброе сердце. В знак благодарности прими от меня этот охотничий нож. Нож не кинжал, но он тоже может принести пользу в твоём доме. Хорошо будет резать мясо к приходу гостей в твой дом.

Вытащил из-за пояса свой охотничий нож с рукояткой в виде головы охотничьей собаки. Этот нож когда-то подарил мне отец. Когда мы ходили с отцом в горы, то всегда брал нож с собой. Мне было жаль расставаться с таким ножом. Но уйти от старика без благодарности к нему, у меня не двигались ноги. Поэтому от всей души подарил Аслану охотничий нож, как символ удачи. Наши взаимные благодарности настолько долго затянулись, что мой отец был вынужден извиниться перед стариком и силой вытащить меня из избы на наружу.

К этому времени двигатели тягача со злостью урчали на меня. Все были готовы к отъезду. Меня посадили в кабину рядом с водителем. Остальные разместились в кузове тягача под брезентовой крышей. Мы тут же поехали.

В тёплой одежде и в бурке из козьего меха было ужасно жарко в кабине тягача. Как говорили древние люди, что лучше слегка мёрзнуть, чем потеть. Пот человека признак слабости и болезни.

Поэтому снял с себя половину одежды. Если холодно, то можно согреется от движения своего тела. Движение – признак здоровья. Здоровье всегда надо беречь. Здоровье от слова «здорово» всегда бережёт жизнь любого человек. Ужас, как не люблю долгой езды.

Мне всегда кажется, что мы медленно двигаемся. На каком бы транспорте мне не доводилось передвигаться, всегда мысленно подталкивал средство передвижения к большой скорости. Думал, что мы ползём словно черепаха, когда можно лететь со скоростью света.

У меня не было мыслей быть лётчиком. Но в горах ощущал себя орлом, гордой птицей, которая может свободно парить в небе, с лёгкостью преодолевать любой пространство во времени и на расстоянии. Закрыл глаза, и ты в движении. Открыл глаза, и ты в другом месте.

– Хватит хлопать глазами! – вдруг, услышал голос отца. – Мы прибыли! Дальше идём пешком.

Пока мой разум блуждал неизвестно где, мы прибыли к месту домика егерей высоко в горах. Дальше двигаться транспорт не мог из-за гор, а также по той причине, что в заповеднике нельзя пугать диких зверей.

Дикие животные должны жить в своём диком естественном мире природы. Лишь в таком случае дикие животные могут размножаться и не зависеть от присутствия людей.

– Там, на небольшой вершине между деревьев есть смотровая площадка, – стал объяснять нам старший егерь Алексей Ромашин, с которым мы познакомились в домике егерей. – Вы пройдёте по тропинке к смотровой площадке. За это время сделаю крюк и подойду к вам на площадку. Надо положить куски соли на тропах диких животных. Без соли животным тяжело жить в горах.

Алексей Ромашин пошёл с рюкзаком, наполненным кусками соли делать крюк по горным тропам. Мы с отцом тем временем медленно двинулись в путь к намеченной вершине. В горах скорость не нужна.

Быстро можно устать при подъёме на высоту. Тогда точно никуда не успеешь. Медленно идёшь – дальше будешь. Такую поговорку знают все в горах Кавказа. Мы тоже живём в горах.

– Однако вы молодцы! – услышал голос старшего егеря, который вперёд нас оказался на смотровой площадке. – По сравнению с другими приезжими вы добрались быстрее, чем мог подумать.

– Так мы все горы Дагестана обошли пешком, – сказал с гордостью. – Мы каждое лето, вовремя школьных каникул, собирали в аулах Дагестана фотографии к будущим портретам горцев…

– Теперь мы в заповеднике будем собирать фотографии к портретам диких животных, – смеясь, сказал отец. – Однако, без твоей помощи, мы ничего не соберём. Показывай нам своих зверей.

– Здесь моя помощь вам не нужна, – серьёзным голосом, сказал Алексей Ромашин. – Заберитесь в шалаш и замрите. Звери сами будут позировать перед вами. У меня дела. Позже приду за вами.

Старший егерь ушёл куда-то вниз в расщелину между скал. Мы спрятали все свои снаряжения в кустах возле деревьев и с фотоаппаратами за плечами стали взбираться по верёвочной лестнице в густую крону высокого дерева.

Там на высоте огромных веток дерева расположился шалаш из естественной зелени, которую вырастили от земли до верха огромного дерева. Не известное мне растение так густо заплело ствол дерева снизу до места шалаша, что нас никто не мог увидеть.

– Ты смотри вниз с левой стороны, – распорядился отец. – Буду наблюдать с правой стороны. Всё равно, какой появится зверь. Фотографируй сразу. Пока зверь не скрылся. После во всем разберёмся. Сейчас мы будем делать пробные снимки. Надо понять, как тут снимать профессионально.

Шалаш на смотровой площадке расположен так удобно, что между стволами гигантских хвойных деревьев хорошо просматривались небольшой альпийский луг, заросший густой травой и цветами. По обе стороны альпийского луга между деревьями видны искусственные солончаки и небольшие кормушки разным видам животных. Очевидно, это сделано так для того, чтобы изучать поведение животных в дикой природе или фотографировать диких животных в природе в научных целях?

Не прошло и пяти минут, как мы затаились в шалаше, на альпийский луг вышло стадо горных козлов, под общим названием «Тур». Вожак стада расположился на небольшой возвышенности между стволами деревьев.

Откуда хорошо просматривался альпийский луг с пасущимся стадом коз. Вожак грозно фыркал и копытом правой ноги бил, по земле взрыхляя почву под собой. Между стволами хвойных деревьев появилась огромная гигантская тень какого-то животного. Вскоре показалось и само гигантское животное. Это огромный самец Зубр.

Следом за ним показалась самка с годовалым телёнком. Зубры не спеша прошли мимо альпийского луга, совершенно не обращая внимания на стадо туров. Выше альпийского луга раздался рёв вожака зубров.

Очевидно, вожак зубров собирал своё стадо на открытой местности выше лесного массива в горах? Картинки в дикой природе главного кавказского заповедника менялись так быстро, что едва успевал сделать удачный снимок, который мог определить мой успех в пробных съёмках диких животных.

Мне, конечно, хотелось преуспеть перед отцом в съёмке удачных кадров в дикой природе. Так было, когда снимали диких животных на лиманах в прикаспийской низменности. Тогда мои фотоснимки оставили на спичечных коробках. Спички продавали по всему Советскому Союзу.

Размышляя о возможном успехе в фотоснимках, едва не прозевал удачные кадры на искусственном солончаке между хвойными деревьями. К солончакам вышло небольшое стадо коз серн. Едва козы начали лизать соль, как вдруг из-за деревьев, словно тень приведения, выскочило несколько волков.

Серны тут же сорвались с места и помчались в сторону альпийского луга. Опережая серн, в горы устремилось стадо туров. Перед нами началась картина погонь волков за козами.

Мы с отцом едва успевали проводить съёмки быстро меняющейся картины борьбы за жизнь между хищниками и травоядными животными в дикой природе главного кавказского заповедника. Не прошло и пяти минут, как все стихло в лесу и на альпийской лужайке перед нашим шалашом. Можно было сказать, что природа отдыхала от переполоха, который устроили серые хищники.

– Папа! Почему, здесь не истребляют волков? – спросил сам у отца вовремя затишья в природе.

– Во-первых! В заповеднике строго запрещено стрелять, – пояснил мне отец. – Во-вторых! Волки тут как доктора. Они уничтожают только больных и слабых травоядных животных. Таким образом, благодаря волкам, в главном кавказском заповеднике живут вполне здоровые травоядные парнокопытные животные. Волки как бы очищают стада травоядных животных от возможных болезней.

После того, как волки разогнали в разные стороны травоядных животных, свободное место перед нашим шалашом на альпийских лугах заняли пернатые. Птиц было так много, что можно было подумать, здесь расположился птичий базар. Птицы галдели на разных языках. Огромными стаями перелетали с места на место.

Уступая своё место кормёжки другим своим пернатым братьям. В лесу перед альпийским лугом разгуливали красавцы фазаны со своими невзрачными подругами.

Порхали с места на место, перепила и горные куропатки. Горные голуби витютни огромными стаями заселяли скалы, уходящие в сторону безымянной высоты. За альпийским лугом между скалами и краем леса показались бурые медведи, которые направились в нашу сторону.

– Нам придётся покинуть это место, – забеспокоился отец. – Без ружья мы лёгкая добыча медведям. Мне совсем не хочется стать обедом у бурых медведей. Тебя им будет совсем мало.

– Мне тоже лучше спуститься вниз, – сказал отцу так, словно у меня был другой какой-то выбор.

Когда мы спустились из своего укрытия в шалаше на ветках огромного дерева, то мы потеряли из виду бурых медведей. Теперь медведям было легче добраться до нас по запаху от нас.

Нам надо было как можно быстрее спуститься на другую сторону небольшой возвышенности к домику егерей. Здесь мы могли укрыться от бурых медведей и отсюда уехать обратно в посёлок Пхия.

– Вы, что так быстро закончили съёмки? – удивлённо, спросил Алексей Ромашин, когда мы вошли в домик егерей. – До заката можно снимать пару часов. Самое время кормёжки животных и птиц.

– В нашу сторону направились бурые медведи, – как бы оправдываясь, сказал мой отец. – Мы не хотели быть обедом у семьи медведей. Поэтому решили уйти подальше от неминуемой опасности.

– Вы зря удрали из укрытия, – смеясь, сказал старший егерь. – Медведи направлялись ни к вам, а к солончаку между деревьями. Им надо было полизать соль и вернуться обратно в свою берлогу.

– Обратно уже точно не вернёмся, – угрюмо сказал отец. – Пока доплетёмся, будет вечер. Возвращаться в сторожку в темноте совсем не хочется. Мы лучше переночуем и утром вернёмся домой.

– Как вам будет угодно, – направляясь к выходу из сторожки, сказал Алексей Ромашин. – Если хотите, то можете сейчас вернуться в Пхия. Вездеход всё равно идут туда порожняком за егерями.

– Пожалуй, мы так и сделаем, – согласился отец с предложением старшего егеря. – Можно переночевать в посёлке, а завтра утром первым автобусом отправимся к себе домой в Курджиново.

Когда вышли из домика егерей к вездеходу, водитель тяжёлого транспорта в это время заправлял свою машину дизельным топливом. Мы перетащили свои вещи в кузов вездехода.

Отец забрался следом за вещами в кузов. Направился на сидение рядом с водителем. Алексей Ромашин в это время таскал какие-то тюки в кузов вездехода и давал наставления водителю машины.

– Этот тебе, пацан, на дорогу, – сказал старший егерь, протягивая мне в руки, плетёный кузовок с лесными ягодами и какую-то котомку с вкусным запахом пищи. – Смотри не объешься в дороге!

– Иначе мы просто не дотянем до Пхия, – смеясь, подшучивал надо мной водитель вездехода.

Не успел поблагодарить Алексея Ромашина за такой подарок, как в это время тяжёлая техника грозно заурчала. Вездеход словно мустанг задрал свою морду на небольшой кочке и тут же рванул вперёд, накручивая километры и время на свои гусеницы, как танк время грозной войны с фашистами. Едва помахал рукой старшему егерю, как мы быстро скрылись из виду от домика егерей.

– Угощайтесь! – закричал почти в ухо, водителю тяжёлой машины, предлагая ягоды в кузовке.

– Спасибо! – отказался водитель от лесных ягод. – У меня оскома от этих ягод. Каждый день ем.

Мне тоже не хотелось набивать оскому лесными ягодами. Так действительно мы не дотянем до Пхия. Лучше поем то, что положил Алексей Ромашин мне в котомку.

Думаю, что от обычной пищи у меня ничего серьёзного в организме не произойдёт. Домашняя пища и обычная пища в дикой природе всегда людям на пользу. Особенно тем, кто перенёс травму или телесные болезни.

В котомке были горячие куски мяса, зажаренного на костре. Горячий чурек и глиняный кувшин козьего молока. Видимо, у старшего егеря своё хозяйство рядом с домиком егерей или он просто пользуется дарами дикой природы? Наверно, также как волки, старший егерь сторож и доктор среди травоядных животных?

Убивает себе на пропитание слабых животных, которых всё равно съедят серые хищники. В таком случае мы тоже доктора в дикой природе, употребляем себе в пищу мясо слабых животных.

Таким образом, люди веду учёт поголовья здоровых диких травоядных животных. От продуктов в котомке водитель тягача ни стал отказываться. Виктор, так звали водителя тяжёлого транспорта, на ходу ел жареное мясо с чуреком и по очереди со мной запивал пищу молоком из глиняного кувшина.

Мы так увлеклись вкусной пищей, что едва не забыли про моего отца, который лежал на войлочной подстилке в кузове между огромными туками от Алексея Ромашина.

– Передай отцу котомку с продуктами через окошко, – сказал водитель, притормаживая вездеход. – Он, наверно, давно не кушал?

Мне было легко отодвинуть заднее окошко за моей спиной и положил котомку с продуктами рядом с головой своего отца. Отец пробурчал мне что-то в знак благодарности и стал развязывать котомку с продуктами.

Вездеход обратно стал набирать скорость и вскоре мы устремились вниз долины, куда следом за нами стали спускаться сумерки предстоящей ночи. Нам надо было успеть до темноты. Пхия приняла нас тусклыми огнями керосиновых ламп в жилых домах. В посёлке электричества не было.

Единственный дизельный трансформатор давал электричество служебным и административным зданиям, а также небольшой воинской части, которая охраняла горные перевалы. Прошло почти четырнадцать лет после войны с фашистами, а здесь все было как вовремя войны.

– Вам вообще крупно везёт в горах, – сказал моему отцу водитель вездехода, показывая на большой автобус. – Геологи из Псебая возвращаются к себе домой. Они вас довезут до Курджиново.

Попрощавшись с Виктором, вместе с кузовом лесных ягод направился в сторону автобуса геологов. Отец тем временем договорился с руководителем геологов, что они довезут нас до Курджиново. Мы с отцом тут же перенесли свои пожитки от вездехода до автобуса. Положили свои вещи ближе к выходу из автобуса, чтобы ночью не беспокоить геологов, которые будут спать в дороге. В автобусе в основном между сидениями были геологические снаряжения и дары природы, которые везли геологи домой своим домочадцам. В двадцатиместном автобусе вместе с нами было всего десять человек.

Отец расположился на сидение за водителем. Занял себе место на сидении прямо за отцом. Геологи разместились сзади в салоне автобуса и приготовились спать.

Последовал примеру геологов. Тоже приготовился ко сну. За день сильно устал. Хотелось выспаться.

В отличие от вездехода, автобус завёлся тихо, качнувшись вперёд, медленно стал набирать скорость. Укутавшись в бурку, подаренную мне стариком. Напялил себе на голову огромную лохматую папаху.

Уткнулся в угол сидения автобуса у окна и стал медленно засыпать. Надо было хорошо выспаться. Ведь завтра у меня день рассказов перед друзьями о том, как волки лечат животных.

3. Золотые прииски.

Весна в горах приходит поздно. В долине появились первые ягоды в садах и в огородах, а в горах буйство ярких цветов. Глаза невозможно оторвать от такой красоты. Так и хочется запечатлеть красоту в фотографиях отца или лучше собственными руками на холсте разноцветными красками.

Жалко, что такая красота так быстро вянет. Не успеешь вдоволь налюбоваться красотой природы и надышаться ароматом цветов, как вдруг, смотришь, а вокруг тебя всё потускнело и нечем наслаждаться. На смену цветов появляются на кустах и деревьях маленькие зародыша плоды.

– До летних каникул пока далеко, – прервала мои размышления, Елена Сергеевна, классный руководитель. – Мы сейчас не будем планировать летние походы в горах. Но по согласования с поселковым советом нам разрешили совершить экскурсию на золотые прииски в горах на Лабе…

– Ура! Золото будем добывать! – взорвался класс радостным криком, оглушив Елену Сергеевну.

– Прекратите кричать. – закрывая уши, сказала классный руководитель. – Никакого золота не будем добывать. У нас экскурсия на золотые прииски, а не золотая лихорадка местного населения.

– Так мы, что даже золото в руках не будем держать? – с удивлением, спросил Коля Степашин.

– Золото в руках бывает у богатых. – пояснила Елена Сергеевна. – Мы не капиталисты, чтобы золото держать в руках. Нам достаточно обручальных колец и некоторых украшений для женщин.

– Тогда, зачем, нам экскурсия на эти золотые приписки? – опять не унимался Степашин Коля.

– Вы должны знать, каким трудом добывают богатство нашей Родины. – объяснила наша училка.

Почти целую неделю мы готовились на экскурсию в золотые прииски. Каждый по-своему представил свою экскурсию в горы на золотые прииски. После того, как мне пришлось пережить походы в горах Дагестана, то точно знал, что запас продуктов и тёплая одежда в походах не помешают.

– Сейчас в горах пока что холодно. – собирая меня на экскурсию, говорила мама. – Тебе надо тепло одеться. Возьми с собой пару свитеров. Не забудь, что ты недавно болел затемнением лёгких…

– Прихвати с собой валенки и шубу. – пошутил отец. – Напаришься так, что сразу ляжешь в могилу.

– Ты чего болтаешь? – возмутилась мама, против шутки отца. – Ты забыл, как наш ребёнок болел.

– Сашка давно вырос! – закричал отец на маму. – Нечего из него делать домашнего сосунка. Ты забыла, как под его руководством отряд пацанов выжил в пещере. Он вполне здоровый парень…

Мне совсем неинтересно было слушать скандал родителей из-за моей экскурсии на золотые прииски. Незаметно для родителей освободил свой вещмешок от лишней одежды. Положил в вещмешок побольше сушёной рыбы, копчёной колбасы, сухофруктов и бутылку компота.

Из опыта старых походов в горы прекрасно знал, что такой набор в горах не помешает. Согреться можно во время движения в горах или у костра в пещере перед ночёвки. Где наша не пропадала в горах!

– Ты с нами едешь на экскурсию? – поинтересовался, когда увидел на поляне Казарова Вовку.

– Меня никто туда не приглашал. – без всякого интереса, ответил Вовка. – Ты забыл, что мы с тобой учимся в параллельных классах. К тому же до твоего приезда к нам у нас была такая же экскурсия.

– Расскажи, пожалуйста, что там было интересно. – спросил у друга о предстоящей экскурсии.

– Если расскажу, тогда тебе там будет неинтересно. – сразу уклонился Вовка от своего рассказа.

Ни стал доставать Вовку своими вопросами. Он был прав. Лучше самому познать тайны неизвестного. К поездке на золотые прииски буду готов как на обычную поездку в горы. Достаточно с собой взять запас продуктов на пару дней и тёплую одежду, которую надену на себя в случае холода. Лишнего брать не буду. Налегке легче перебираться в горах.

Меньше буду потеть. Как говорили древние греки, что пот признак слабости и болезни. Лучше слегка мёрзнуть, чем потеть. На площадке возле здания сельсовета стоял старенький грузовой автомобиль времён войны. Рядом с ним такой же его собрат, переделанный в вахтовый автобус, который возил рабочих на золотые прииски. Грузовой автомобиль заполнен строительными материалами. Вахтовый автобус загружен моими одноклассниками. Рядом с машинами родители отъезжающих. Родители в слезах. Можно подумать, что нас отправляют на фронт или в пионерский лагерь на всю жизнь.

Мне такие проводы никогда не нравились. Всегда хотел быть самостоятельным. Поэтому меня никто не провожал. У мамы на руках двое близнецов дошкольников. У отца забота с нашим хозяйством.

– Шурка! Иди сюда! – пытаясь всех перекричать, зовёт к себе Игорь Вершинин. – Место есть.

– Привет Вершина! – здороваюсь с другом руками и носом, как индейцы. – Хорошо, что место занял с правой стороны у окна. Отсюда можно на Лабу посмотреть и за речкой пейзаж красивый.

– Ну, ты рассуждаешь как художник. – с удивлением, заметил друг. – Словно едешь рисовать.

– Меня с детства приучили рассуждать о природе. – с гордостью, сказал. – У нас в роду по линии моих родителей было много художников. Мой отец художник-фотограф. Моя тётя Надя, средняя сестра моей мамы тоже может рисовать. Ты забыл, что на мне наглядная агитация в школе.

– Хватит тебе хвастаться. – прервал мои рассуждения Носов Колька. – Рафаэль из тебя не будет.

– Ты, Нос, лучше не суй свой нос в чужой разговор! – закричал на Кольку мой школьный друг. – Иначе получишь по носу! Каждый из нас имеет право мечтать. Ты хочешь быть моряком.

– Ребята! Хватит вам шуметь. – громко сказала Елена Сергеевна. – Сядьте все на свои места. Послушайте меня внимательно. Наши автобусы едут по горной дороге, с которой вы все хорошо знакомы. Поэтому будьте внимательны. Сидите на своих местах и не переходите на другую сторону автобуса. Иначе мы можем перевернуться с автобусом и упасть в пропасть. Соблюдайте порядок.

– У нас, разве, два автобуса? – тихо, спросил у Игоря. – Возле сельсовета был всего один автобус.

– Первый автобус с физруком уехал до твоего прихода. – шёпотом мне на ухо ответил Вершинин. – Ты что не заметил, что нас в автобусе чуть больше половины. Остальные с вахтёрами поехали…

Игорь ещё что-то шептал мне на ухо, но его не слушал. Автобус завёл свой старый двигатель и словно бывалый старый фронтовик скрепя досками словно старыми костями медленно тронулся с места.

Провожающие помахали руками нам в след, и мы вскоре скрылись за поворотом короткой улицы. Наш транспорт направился в сторону старого моста, который был единственным транспортным средством в нашем районе, который связывал сообщение по двум берегам реки Лаба. Мы с отцом часто бывали в горах рядом с Лабой за короткое время проживания в Курджиново. Ездили на автобусе до посёлка Пхия фотографировать в горах диких животных Главного Кавказского Заповедника.

Небольшие посёлки вдоль Б. Лабы связывает автомобильная дорога. Пхия – самый верхний посёлок. До него от Курджиново более 50 км. Золотые прииски находятся в небольшом посёлке Рожкао.

Мы с отцом были рядом с посёлком, но на золотые прииски не заезжали. Посёлок Рожкао (18-й км) появился здесь в довоенные годы вместе с небольшим прииском.

Вчерашние сборы в дорогу и подъём до рассвета достали меня окончательно. Уткнувшись в боковое стекло автобуса и вдоволь надышавшись свежим воздухом с гор, вскоре уснул.

Меня так убаюкала раскачка старенького автобуса, что бессовестно проспал всю дорогу до золотых приисков за посёлком Рожкао. Проснулся от резкого тормоза автобуса и от удара кулаком в спину.

– Однако, у тебя железные нервы. – удивлённо, сказал Вершина, когда открыл глаза. – Всю дорогу так долго спал, что даже во время обвала оползня не проснулся. Мы без тебя дорогу чистили.

– Мы что уже приехали на прииски? – с удивлением озираясь со сна, спросил школьного друг.

– Приехали! Приехали! – с иронией, ответил за всех Носов Колька. – Можешь спать обратно домой.

– Ребята! Можете оставить вещи на местах. – сказала Елена Сергеевна, когда открылась дверь автобуса. – Никто ваши вещи не возьмёт. В золотые прииски с вещами вход строго запрещён.

– Чтобы никто золото не унёс. – прикололся, Степашин Коля. – Карманы тоже надо выворачивать?

– Ты свои дурацкие шутки оставь до дома. – серьёзным тоном, сказала Сафронова Алёна. – Нам доверили посетить стратегический объект нашей Родины. Туда кого попало на работу не берут.

Елена Сергеевна ни стала отвечать на глупые вопросы Степашина. Она просто вышла из автобуса и стала внимательно следить за порядком выхода из автобуса мальчишек и девчонок. К этому времени к нам подошли двое солидных мужчин. Возможно, руководители золотых приисков?

Когда из двух автобусов выстроились в ряд, как в школе на утренней линейке, наша Училка вместе с солидными мужчинами отошла в сторону и беседовала с ними, видимо, о нашем поведении?

– Сейчас перед вами выступит Антон Семёнович. – обратилась к нам Елена Сергеевна. – Он расскажет вам о правилах поведения на золотых приисках во время экскурсии по всему объекту.

– Вообще-то говорить нечего. – скромно, как бы стесняясь, сказал Антон Семёнович. – Ребята сами всё увидят. У меня только одна просьба. Всё на приисках сделано из железа, а не из золота. Поэтому ничего откручивать не надо. Вы богаче не станете. Можете нанести убыток нашей Родине.

В нашем строе прокатился лёгкий смех на шутку Антона Семёновича. Нам понравилось, что этот мужчина без комплексов и ведёт себя не с высока как крупный начальник, а как равный среди нас. Такого человека можно понять без слов и не совершать никаких глупых поступков рядом с ним.

– Дежурный смены, Василий Иванович, будет вашим экскурсоводом. – показывая на стоящего рядом мужчину, сказал Антон Семёнович в заключении своей речи. – Он проведёт вас на прииски.

– Отряд! Смирно! – скомандовал Василий Иванович, почти как Чапаев. – На право! Следом марш!

Мы ученики начальных классов были похожи в лучшем случае на шутов, чем на солдат красной или советской армии. Хихикая и наступая друг другу на пятки, мы направились в сторону длинного задания, которое больше было похоже на армейскую казарму, чем на цех по добыче золота на нужды Советского Союза при строительстве нашего светлого будущего – коммунизма.

Весь комплекс золотых приисков огорожен огромной изгородью из металла с арматуры высотой больше двух метров запрещённый колючей проволокой, через которую никому невозможно проникнуть на территорию золотых приисков. На каждом углу колючего забора вышка с козырьком, под которым стоит солдат с автоматом. Здесь даже хищник не пройдёт, и птица не пролетит.

– Так это самая настоящая зона! – с удивлением, воскликнул Симкин Вова. – Хана нам, пацаны!

– Ты не забывай, что мы на экскурсии. – напомнила Зина Верещагина, когда мы подошли к огромному бункеру с дробилкой купной породы камня. – Золото не воруй и выйдешь отсюда свободно.

В начале цеха на открытом месте был огромный бункер, куда самосвалы привозили породу, камни, щебень и песок. Всё высыпали на большую площадку, откуда бульдозер и экскаватор загружали породу в громадную дробилку. Всю породу дробили до размеров крупного песка и щебня. Вся эта дроблённая парода поступала на ленточный конвейер, который направлялся дальше в цех. От дробилки дальше рядом с конвейером с обеих сторон на всю длину цеха загородка из арматуры, через которую невозможно подойти вплотную до конвейера. Всюду ужасный шум, от которого болит голова. Хорошо, что пыли нет. От дробилки и до конца цеха вся порода насыщена водой. Видимо, это для того, чтобы золото оседало вниз? Ведь золото тяжелее любой местной породы.

Антон Семёнович был прав, что тут нечего объяснять и так всё понятно. При таком шуме на приисках всё равно ничего не слышно. Поэтому Василий Иванович жестами рук и на пальцах объясняет нам процесс работы конвейера, а также опасность, которая поэтапно постоянно ожидает нас во время передвижения вдоль конвейера с раздробленной до пыли мелкой золотоносной породы.

Движущийся ленточный конвейер имеет несколько ступеней межу которыми площадки, покрытые трясущимся ситом с отверстием разной величины, которая на каждой ступени становится всё меньше и меньше.

На каждой ступени с обеих сторон с деревянными чашками стоят люди по два человека.

Они внимательно следят за дроблёной породой изредка вылавливая жёлтый песок, который складывают тут же в деревянные чашки. Песка так мало, что не всем он попадает в чашку.

В самом конце конвейера площадка, покрытая чёрной тканью. По структуре ткани видно, что это сукно, по которому постоянно течёт вода, смывая в разные стороны пустую породу мелкого песка. Сукно изредка покрыта едва заметным жёлтым песком. Когда на площадке ткани появляется крупный жёлтый песок, то его тут же подбирают рабочие с деревянными чашками в руках. Здесь тихо.

– Василий Иванович! – кричу сам во всю глотку, со своим вопросом, привыкший к шуму у конвейера. – Почему, у рабочих в руках для отбора золотого песка деревянные чашки, а не алюминиевые?

– Кричать не надо! И так слышу. – пресекая меня, стал громко отвечать Василий Иванович. – Ты попробуй целую смену в руках при холодной воде держат метал. Так можно заболеть и окоченеть.

– Василий Иванович! – громко поинтересовалась Коркина Вера. – Зачем, тут лежит чёрная ткань?

– Чёрная ткань, это сукно. – стал отвечать Василий Иванович. – На чёрном сукне лучше видно золотой песок. Пустая порода легче золотого песка, который оседает на чёрной ткани, а пустая порода смывается в отходы. В конце смены чёрную ткань сворачивают и сжигают в специальной печи. Там ткань превращается в пепел, а золотой песок плавится и становится золотым слитком. К вашему сожалению, финал вам не суждено увидеть. Экскурсия закончена. Прошу вас на выход.

Василий Иванович открыл дверь в стороне от площадки покрытой чёрной тканью и нас тут же ослепили яркие лучи свежего солнца с запахами первых весенних цветов и шелестом листьев. Мы вышли на открытую площадку рядом с цехом, наслаждаясь запахом и тишиной природы. Несколько минут стояли молча, привыкая к тишине после длительного шума возле дробилок.

– Сейчас мы приглашаем вас на обед. – обратился к нам Антон Семёнович, когда наша группа пришла в себя на открытой площадке. – Наша столовая находится в административном корпусе.

Голод не тётка, напомнил нам о себе. Мы вспомнили, что с самого раннего утра ничего не ели. Позабыв о наших домашних припасах в рюкзаках и в сумках, мы словно голодные собаки кинулись бежать в сторону столовой, откуда доносился аппетитный запах свежего варёного и жареного мяса. Прямо у самой двери в столовую перекрыли нам дорогу огромный мужчина в белом халате.

– Быстро руки мыть! – строго сказал нам страж столовой, указывая на умывальник под навесом.

Повинуясь приказу стража столовой, мы не спеша пошли в сторону умывальника, который был похож на свиноматку с металлическими сосками из огромной толстой трубы наполненный родниковой водой.

Вода была настолько холодной, что быстро охладила наш пыл и страсть к еде. Под зорким наблюдением со стороны учительницы мы старательно вымыли руки и лицо от дорожной пыли, которая прислала к нам за время нашей поездки по горной дороге из посёлка Курджиново.

– Вот теперь молодцы! – мило улыбаясь, сказал нам огромный мужчина в белом халате, проверяя чистоту наших рук. – Проходите в столовую и садитесь на любое удобное вам место за столами.

Перед дверью в столовую под ногами металлическая решётка, об которую мы тщательно поскоблили свою обувь от налипшей грязи. В большой прихожей на стене вешалка для курток и пальто.

Освободившись от тёплой одежды, мы прошли в большой зал с рядом длинных деревянных столов и таких же длинных скамеек. На столах алюминиевые чашки с горячими продуктами, которые, видимо, приготовили специально для нас?

По самой середине каждого длинного стола плетёные корзиной с горкой разного свежего хлеба, а также большие кувшины с компотом из сухофруктов и свежее парное молоко.

Мы тут же, как у себя дома, без комплексов расселись за столы и принялись уплетать за обе щеки свежие приготовленные к нашему приходу вкусные продукты. На первое борщ с мясом.

Вторым блюдом жареная картошка с мясом говядины. Закусывали первое и второе блюда горячим домашним хлебом, который только что вынули из домашней печки. Здесь всё было как в поселковой столовой.

Большинство из нас пили парное молоко. Почему-то, компот из сухофруктов никому не понравился на вкус и своим старым запахом? Наверно, мы ещё не повзрослели настолько чтобы употреблять себе в пищу грубые напитки взрослых? Поэтому по привычке стали пить парное молоко, которым нас до сих пор поят дома.

Наевшись досыта, мы поблагодарили поваров за вкусную пищу и словно жирные, пингвины медленно стали выбираться из столовой к своим автобусам, которые терпеливо ожидали нас специальной асфальтированной площадке, приготовленной к автомобилям гостей и золотых приисков.

Видимо, сырые до нас водители дремали рядом со своим транспортом на длинной скамейке, наслаждаясь дыханием горного свежего воздуха и яркими лучами тёплого весеннего солнца?

– Валерий Петрович! Заводите автобус. – обратилась наша Училка к водителю. – Мы едем домой.

– Откровенно, как-то не хочется ехать домой. – потягиваясь, сказал водитель автобуса. – Хотя бы пару часиков появляться на траве, наслаждаясь запахом леса и запахом полевых цветов. Может быть, не поедем так рано домой?

– Елена Сергеевна! Давайте остановимся на пару часов на полянке. – хором, поддержали девчонки водителя автобуса. – Вы обещали нам, что мы домой вернёмся с букетом полевых цветов.

– Хорошо! Хорошо, девочки. – согласилась Училка на просьбу девчонок, поглядывая на свои часы. – На пару часов остановимся на первой полянке по дороге домой. Больше никак нельзя. В горах погода часто меняется, и горная дорога приносит сюрпризы. Сейчас быстро садитесь в автобусы.

Не прошло и пяти минут, как мы сидели на своих местах в автобусах. Ворота с колючей проволоки нам открыл солдат с автоматом. Мы дружно помахали на прощание провожающим нас представителям золотых приисков и солдату у ворот. Автобусы медленно выехали за ворота. Стараясь сэкономить время автобусы ни стали ехать в круговую в сторону посёлка Рожкао по асфальтированной дороге.

Решили сократить время и расстояние. Сразу за золотыми приисками свернули на грунтовую дорогу, которую когда-то проложили старатели в поисках золота в стороне от Лабы. Автобусы медленно стали двигаться по скользкой просёлочной дороге в сторону Лабы, где возле речки была асфальтированная дорога, связывающая между собой горные населённые пункты. Как только наши автобусы выбрались на асфальт так сразу прибавили скорость, стараясь наверстать упущенные километры и время со своей необдуманной поездкой по грязной просёлочной дороге, где дважды буксовали и едва не застряли вместе с нами в дали от населённых пунктов.

Представляю, что было бы если б мы к вечеру не вернулись домой. От золотых приисков уехали и домой не приехали. Ведь никто не знал, что мы решили сократить путь и поехали просёлочной дорогой.

Наверно, все могли подумать, что оба автобуса снесло лавиной в речку, что часто бывает в горах? Стали бы искать наши трупы вниз по реке до самой Кубани или даже до Азовского моря.

– Вот здесь самое лучшее место. – сказал наш водитель, показывая на огромную поляну с правой стороны дороги. – Дальше будет обрывы и скалы с обеих сторон до самого моста через Лабу.

По времени было около часа дня. Можно было хорошо отдохнуть пару часов на поляне. Елена Сергеевна первой вышла из автобуса и тут же стала определять пространство доступного нам безопасного места.

Мы сами прекрасно понимали, что в горах надо быть осторожным. Рядом главный кавказский заповедник, наполненный дикими хищниками и диким крупным рогатый скотом, которым ничего не стоит в целях своей безопасности насмерть разорвать или затоптать нас безоружных.

Поэтому весь наш отряд расположился на поляне вблизи автобусов, чтобы в случае опасности быстро спрятаться в надёжном месте под железной крышей наших старых автобусов.

Как только мы расположились на большой поляне. Училка с девчонками тут же принялась собирать полевые цветы в большие букеты и плести из цветов венки себе на головы. Мальчишки разобрались по ближайшим кустам в поисках приключений.

Водители автобусов сидели на траве рядом со своим транспортом и обсуждали между собой какие-то бытовые проблемы своей жизни. С подготовкой на эту экскурсию ни спал почти всю ночь. Встал утром рано с первыми петухами, чтобы не опоздать на экскурсию.

Когда ехали в автобусе до золотых приисков тоже толком не попал. Поэтому, когда все разбрелись на поляне по своим интересам, тут же свалился в высокую траву между автобусами на виду у водителей, чтобы меня не забыли на поляне и не раздавили колёсами нашего транспорта. Мне просто хотелось хорошо отдохнуть и выспаться на природе.

– Сашка вставай! Быстрее проснись! – услышал сквозь сон чей-то голос. – Степашин Коля пропал!

– Как пропал? – поинтересовался, ничего не понимая со сна. – Он что вещь, чтобы пропасть?

– Мы построились перед отъездом, чтобы посчитать друг друга. – стала Елена Сергеевна объяснять суть проблемы. – В строю не оказалось тебя и Степашина Николая. Тебя нашли сразу в траве между автобусами Степашина искали всюду. Нигде нет. Может быть, ты знаешь где он сейчас?

– Он мне не докладывал куда пошёл. – ответил, растерянно. – Хотя тут есть одна зацепка, где его искать. За дань до нашей поездки на золотые прииски Степашин интересовался золотом и старателями, которые ищут золото в верховьях Лабы. Надо посмотреть Николая возле берега речки.

– Как мы сразу не догадались! – с удивлением, воскликнул водитель нашего автобуса. – Ну, ты, прямо сыщик. Все сидите в автобусе. Мы с сыщиком пойдём искать у речки вашего друга.

Валерий Петрович и, вместе с нашими пацанами направились в сторону берега речки. Второй водитель автобуса с учительницей и с девчатами остались ждать нас в автобусе. От нашей поляны до речки было метров пятьсот.

Здесь Лаба имеет небольшую впадину между порогами, как бы набирая силу к следующему броску с огромной скалы вставшей на её пути в сторону Кубани. Дальше вода набирает огромную скорость и силу уничтожая на пути лёгкие препятствия.

Когда мы подошли к речке, то увидели ужасную картину. Степашин Колька, цепляясь за веточки сухого кустика, свисающего с обломками скалы над бурным потоком воды, пытался зачерпнуть домашним дуршлагом песок со дна ревущей воды, падающей с огромной высоты и с грохотом скачущей из впадины через огромную каменную преграду, заглушая свои рёвом окружающие звуки. Кричать Колька было бесполезно.

Он всё равно нас не услышит. При виде нас Колька, теряя равновесие и бдительность, растерявшись от неожиданности, он может оступиться на клочке каменного берега, покрытого скользким пластырем жёлтой глины и скрыться навсегда в бешеном потоке режущей Лабы. На размышление у нас не было времени. Надо было срочно действовать.

Валерий Петрович жестами обеих рук показал нам не двигаться дальше, а сам медленно двинулся в сторону Степашин, не теряя его из вида. Он был готов к броску в любой момент, чтобы из ревущей воды выхватить на берег Кольку, который как ни в чём не бывало продолжать черпать песок со дна ревущей реки, разглядывая на дне дуршлагом, возможное, богатство на грани смерти? Когда между пацаном и его спасателем оставалось расстояние на длину вытянутой руки, Колька коснулся, сухие веточки в его руке оторвались с кустика и Колька стал падать в бурлящую воду. В последний момент Валерий Петрович схватил Колька за шиворот и месте с ним рухнул в строительный поток ревущей воды. Одной рукой водитель держал Колька за шиворот.

Другой рукой он пытался зацепиться за каменный берег реки покрыт сколько глиной. Шансов на спасение нет. Прямо на наших глазах через мгновение могли погибнуть два человека, а мы никак не могли их спасти.

Рядом не было ничего, чем можно было удержать в бурлящей воде тонущих людей. Мы были подростки и наши силы были не равны по сравнению с весом тонущих людей и силой стихии.

Наверно, у нас в мозгу происходит что-то такое, что срабатывает в нас во время опасности? Совершенно не сговариваясь друг с другом мы разом схватились друг за друга в цепочку вытянутыми руками.

Мне досталось быть первым ближе всех к тонущих в бурлящей воде ревущей реки. В последний момент, когда обоих тонущих пыталась отбить от берега очередная волна, мне удалось схватить мужчину за рукав.

Он тут же перехватил свою руку на сухой камень выше воды, опёрся ногой об кусок выступающего камня в воде у самого берега и силой выбросил на сушу почти утонувшего Колька, который почти не подавал признаки жизни вдоволь нахлебавшись воды.

Не теряя не секунды Валерий Петрович оттащил за шиворот почти на дорогу бесчувственное тело утопленника и тут же начал применять всевозможные правила спасения утопающего, которые были известны мужчине. Валерий Петрович не оставил Колька не на секунду в покое, пока ү него из горла не хлынула вода.

Колька начал кашлять, изрыгая из себя потоки речной воды. Мы стояли рядом и с вытаращенными глазами наблюдали за спасением нашего одноклассника, который всего пару минут мог утонуть по своей глупости и утянуть за собой в пучину бурлящей воды ни в чём не виновного человека, у которого семья и дети. Мы были в таком сильном напряжении, словно чересчур перетянутая струна, которая готова была оборваться в любой момент.

Как только Колька пришёл в норму наши натянутые нервы оторвались словно струна. Совершенно не контролируя свои действия, подошёл к Кольке и врезал ему по морде с такой силой, что кровь из его разбитой губы брызнула в разные стороны.

Стоявшие рядом со мной наши одноклассники повторили за мной тот же необдуманной поступок снимая с себя накопившиеся напряжения. Валерий Петрович, сидящий на полотне дороги был совершенно в бессилие, что-то применять в защиту Кольки.

Вполне возможно, что в душе он тоже был как мальчишка готовый воевать по морде тому, кто всего пару минут назад не лишил его жизни в бурном потоке ревущей Лабы? Мы все ждали с нетерпением, чем всё кончится. В этот момент нашего напряжения к нам на дорогу со стороны поляны бежала наша Училка в сопровождении наших одноклассниц. Следом за ними шёл второй водитель автобуса, в руках которого была полевая аптечка.

Мужчина тут же стал оказывать медицинскую помощь Кольки, обильно смазывая ему зелёной разбитое нами лицо. Валерий Петрович отказался от медицинских услуг своего коллеги. Спасатель встал с полотна дороги и пошёл подальше за автобусы с женских глаз, чтобы там выживать от холодной воды свою промокшую одежду в потоке бурной реки.

Постепенно к автобусам подошли все из нашей группы. Совершенно не обсуждая происшедшее за время нашей экскурсии, мы расселись по своим местам в автобусах. Наш транспорт медленно выехал с поляны на трассу и устремился вниз к долине, где в Курджиново нас ждали родители…

4. Охота гаем.

Едва подснежники пробились сквозь талый снег, как мой отец тут же стал собираться на охоту. Рядом с нами главный кавказский заповедник, где много диких животных, которые занесены в международную Красную книгу.

По этой причине охота на диких животных строго запрещена рядом с заповедником. Браконьеров строго наказывают за охоту в заповеднике и рядом с ним. Однако вокруг заповедника живут охотники, которые своим трудом кормят детей и с продажи добычи во время охоты содержат свою семью.

Поэтому чтобы не бороться с браконьерами в заповеднике и вокруг него, наметили законом места охоты в стороне от заповедника охраняемые от браконьеров охотниками. Таким образом власть имела надёжную охрану возле заповедника. Мой отец входил в союз охотников, поэтому прекрасно знал места законной охоты вблизи Курджиново.

Отец заранее добился лицензии на отстрел определённых диких животных, которые не были записаны в Красную книгу и в изобилии находились в месте разрешённым на законную охоту, то есть, отец мог свободно охотиться вблизи Курджиново почти рядом с местом нашего дома.

– В воскресенье рано утром мы идём на охоту. – сообщил отец утром в субботу. – Будем охотиться гаем. Можешь пригласить на охоту своего друга Казарова Вовку, с разрешения его родителей.

У отца было много друзей охотников. Охотника и мастера по ремонту оружия Стрельникова мы знали с Дагестана. Это он сманил отца переехать из Нового городка в Избербаше сюда в Курджиново на Лабу ближе к главному кавказскому заповеднику. Где много диких зверей и есть места охоты. Поэтому мне показалось странным, что отец не пригласил на охоту друзей охотников, а решил воспользоваться услугами пацанов, которые диких зверей видели на картинках учебников.

– Вовка! Приглашаю тебя на охоту! – торжественно, объявил своему долговязому другу, который жил напротив нас через поляну. – Будем охотится гаем. Мы с тобой и мой отец рядом с посёлком.

– Ты объясни мне, что такое охотится гаем. – осторожно, без особого желания, спросил Вовка.

– Это очень просто. – тоном знатока, стал объяснять своему другу. – Мой отец спрячется где-то в засаду в конце ущелья с ружьём, заряженным пулями и картечью. Мы с тобой в обход ущелья пойдём на пару километров выше. Там на высоте разделимся на две стороны ущелья. У каждого из нас будет охотничье ружьём с холостыми патронами, деревянная колотушка и картонная труба для крика.

Мы с тобой разом устроим такой ужасный шум, что дикие звери с перепугу побегут в сторону моего отца, который подстрелит нам на ужин дикого кабана или дикого козла. Вечером обе наши семьи будут жарить шашлык на поляне между нашими домами. Если ты согласен, то обязательно должен получить разрешение на охоту у своих родителей. Теперь тебе всё понятно?

– Понятно. – без особого интереса, ответил Вовка. – Пойду спрошу разрешение у родителей.

Не имея положительного ответа на охоту от друга. Всё равно решил основательно готовиться на охоту гаем. Когда мы жили в Дагестане отец часто брал меня в горы на охоту гаем.

Мы вдвоём никогда не возвращались с охоты с пустыми руками. Когда ходил на охоту с отцом, то он мне часто доверял ружьём с заряженными патронами. Так как с первого класса умел хорошо стрелять.

– Родители разрешили мне идти с вами на охоту. – услышал голос друга за спиной, когда уже угасала во мне надежда на совместную охоту с ним. – Как должен подготовиться к охоте гаем?

– Тебе надо взять с собой немного еды и тепло одеться. – продолжая готовиться к охоте, не поворачиваясь к Вовка, ответил. – Всё остальное к охоте есть у нас дома. Выходим в четыре часа утра.

– Так рано никогда не вставал! – с удивлением, воскликнул друг. – Могу проспать выход на охоту.

– Можешь заночевать у нас дома или у себя на сеновале. – успокоил Вовку. – Подниму тебя. У меня в голове часы, которые поднимают меня раньше звонка в будильнике. Отец доверяет мне больше, чем своему трофейному будильнику.

– Дома на сеновале лучше ночевать. – уточнил друг, место своего ночлега. – Не буду вас стеснять. У вас и без меня тесно. Если хочешь, то приходи к нам на сеновале ночевать. Там места хватит.

– Нет уж! Спасибо! – сразу, отказался от услуг. – Тогда мы за разговорами оба просим на охоту.

Вовка ушёл домой готовится к охоте. Мне понадобилось пару часов, чтобы основательно подготовиться к выходу на охоту. Отец приготовил себе охотничье ружьё двадцатого калибра и к нему патронташ с патронами, заряженным пулями и картечью.

Отсюда можно было сделать вывод, что охота будет на крупного дикого зверя. На дикую птицу достаточно всего обычной мелкой дроби. Мне досталось трёхствольное бельгийской охотничье ружьём «Заур три кольца».

У ружья два верхних ствола девятнадцатого калибра. Нижний ствол под патроны карабина. Патронташ к этому ружью набит холостыми патронами девятнадцатого калибра. Патронов под карабин у нас вообще не было.

Отец тщательно проверил всё моё снаряжение к охоте, чтобы не прихватил с собой заряженные патроны. У неопытных охотников всякое бывает на охоте. По своей глупости можно случайно подстрелить человека или самому нечаянно застрелиться.

Контроль в охоте не мешает. Вовке досталось старинное двуствольное охотничье ружьё дробовик двадцатого калибра. По словам отца от такого ружья больше шума, чем охоты на дичь. В самый раз пользоваться таким ружьём во время охоты гаем.

Несмотря на то, что у отца было два ружья двадцатого калибра, патроны подходили только персонально к каждому ружью. Отец, набивая холостыми патронами патронташ под дробовик, мог не беспокоится, что мы к этому ружью можем взять боевые патроны.

К вечеру у меня было всё готово к охоте гаем. Постелил себе раскладушку в коридоре, чтобы отец, выходя из дома мог сразу разбудить меня, если, конечно, сам не проснись к этому времени.

Хотя у меня никогда не было, чтобы проспал выход на охоту или на рыбалку. Мне не нужно никакого будильника. У меня в голове свой будильник. Всего просыпаюсь раньше времени.

В этот раз проснулся до первых петухов, которые нахохлившись от утренней прохлады сидели под крышей курятника на жёрдочке прижавшись к своим любимым курочкам.

Осторожно вышел со двора, стараясь не беспокоить нашу домашнюю живность. До рассвета пока что далеко. Пусть все в нашем домашнем хозяйстве и в семье выспятся до утра на свежем весеннем воздухе.

– Вовка. Вставай. – пробравшись на сеновале к Казаровым, тихо прошептал на ухо своему другу. – Скоро четыре часа утра. Пойду выносить на поляну наше снаряжение. Ты быстрее подходи.

Вовка ничего ни стал говорить мне. Просто стряхнулся со сна. Сполз вместе со мной с сеновала во двор к коровнику и не спеша направился к умывальнику, который стоял между колодцем и домом. Тоже пошёл к умывальнику. Надо было освежить водой лицо, чтобы не быть вялым, как сенная курица. До выхода на охоту от дома мы оба должны быть бодрыми и быстро двигаться.

– Молодцы! Быстро собрались. – поблагодарил отец, когда увидел нас на поляне, готовых к движению. – Здесь совсем рядом. Километра три до ущелья. Идём тихо, чтобы у вас хватило сил на подъём в гору. У подножья горы отдыхаем. Дальше определяем наше движение к охоте гаем.

Отец взгромоздил себе на спину своё снаряжение и медленно двинулся по ранее намеченному маршруту. Мы синхронно скопировали движения моего отца и не спеша пошли в сторону леса, который чёрной стеной стоял в стороне от посёлка Курджиново, а точнее, от Верхних дубков, на краю посёлка районного значения.

Здесь в глуши жили всего лишь две наших семьи. В эту ночь луны в небе не было. Над горизонтом гор покрытых чёрной стеной леса серп молодого месяца, окружённого миллиардами ярких звёзд, которые словно невесты украшали своим присутствием молодого жениха в лице скромного месяца.

Где-то далеко в космосе кружится и пикает первый искусственный спутник Земли, выпущенный на разведку людьми из Советского Союза. Наслаждаясь красотой звёздного неба и чистым воздухом, спускающимся к нам с гор со стороны леса, мы шли молча. Стараясь не нарушать божественную тишину, наполненную ароматом полевых цветов и слабым пением проснувшихся насекомых, на смену которым с рассветом запели первые проснувшихся птицы. До места предстоящего восхождения оставалось совсем близко.

– Вот здесь мы немного отдыхаем. Можете перекусить, если проголодались, или попить воды. – сказал отец, снимая с себя снаряжение. – Дальше всё скажу. Как нам предстоит охотиться гаем в данном месте в расщелине гор. Надо просто сейчас сбросить с себя напряжение. Ослабить мышцы перед последним подъёмом.

Мы с Вовкой последовали примеру моего отца. Скинули с себя весь груз и развалившись на сочной зелёной траве наслаждались красотами живописной природы, окружавшей нас со всех сторон.

Внизу кукарекали запоздалые петухи. Лаяли собаки на проснувшуюся с ночи живую природу, наполнившую окружающий мир прекрасными звуками жизни. Проснулась единая семья природы.

– Всё! Хватит отдыхать. – прервал отец мои романтические размышления. – Двигаемся дальше. Пройду в глубину ущелья. Там у меня будет засада к встречи диких животных. Вы пройдёте с левой стороны ущелья так, что вас не было видно со стороны ущелья. Идите молча, чтобы вас никто не слышал из диких зверей. У самой вершины горы, на краю леса, отдыхаете и кушаете перед списком вниз. Затем Шура переходит на внутренний склон ущелья на другую сторону. Вовка остаётся на внутреннем склоне ущелья там, где вы отдыхали. Как только вы оба окажитесь на обеих внутренних склонах ущелья. Так сразу оба разом начинаете шуметь как можно громче. Кричит в картонную трубу. Стучит в деревянную колотушку.

С ружья стрелять только в крайнем случае. Если увидите дикого зверя или почувствуете какую-то опасность. Любого шума от людей дикие звери могут не бояться. Выстрел из ружья боятся все без исключения.

Дикие звери и люди. Так что берегите патроны. Они вам пригодятся. Пострелять из ружья вам дам, когда мы выйдем из леса. Ни в коем случае на спускайтесь в глубь ущелья. Могу вас случайно подстрелит вместо дичи.

До вершины горы у края леса километра три. На подъём два часа. На отдых и на подготовку час. Жду начала движения через три часа. К этому времени солнце поднимется над Лабой. Так что вперёд!

Взгромоздив обратно на себя своё снаряжение к охоте и мелкие пожитки, мы медленно двинулись к склону ущелья с наружной стороны. Выросшие вблизи кавказских гор мы прекрасно знали, что к подъёму в гору скорость не нужна. Чем быстрее поднимаешься, тем быстрее устаёшь.

Тщательно выбирая дорогу к вершине, мы старались идти в полной тишине, мягко словно кошка, ступая на тропу, проложенную до нас дикими животными, рассчитывая свои силы на подъём в гору.

Когда подошли к огромной сосне, словно маяк, стоявший у края леса перед вершиной горы. В это время первые лучи восходящего солнца пробились сквозь горный хребет за Лабой и ослепили нам глаза.

На вершине нашей горы наступило утро. В то время как в Курджиново и в Верхних дубках были сумерки уходящий ночи. Женщины заканчивали утреннюю дойку коров. Пастух терпеливо ждал на поляне частный рогатый скот, чтобы отправиться со стадом на выпас к сочным травам.

– У нас есть пятнадцать минут на отдых и на еду. – распорядился, рассказывая свой полотенец на плоский камень так, чтобы продукты не свалился в ущелье. – Как солнце появится над Лабой, так сразу пойду на другую сторону ущелья. Сейчас туда идти бесполезно. Всё равно ничего не видно.

Вовка ничего ни стал говорить. Просто выложил свои продукты рядом с моими и принялся упрекать нашу вкуснятину так быстро, словно хотел насытится перед смертью, чтобы удовлетворить потребности хищника, который вскоре позавтракает им в скромно месте на склоне ущелья.

В отличии от своего друга не спешил набить себе желудок чем попало, так как прекрасно знал, что от пустой пищи в горах нет никакой пользы. В этих целях ел больше калорийную пищу. Свежие овощи, ягоды, куриные яйца и парное молоко могли придать мне больше сил на переход через ущелье к внутреннему склону. Дальше спускаться вниз было намного легче. Можно перекусить кусочком жареного мяса с солью и ржаной домашний хлеб не помешает к моему сытому состоянию.

– Всё! Мне пора двигаться. – сказал другу, когда диск солнца осветил русло реки Лабы. – Пока буду спускаться вниз солнце полностью осветить ущелье. В самый раз поднимать шум в ущелье. Ты убери всё за собой после еды и следит за моим движением. Мало ли что бывает в горах. Может быть, мне понадобится твоя помощь? К тому же мы разом должны шуметь к пользе охоты.

Как всегда, неразговорчивый Вовка промямлил что-то в знак согласия с набитым ртом и не спеша стал убирать с камней остатки наших продуктов.

Взял с собой кусок жареного мяса, ржаной домашний хлеб и трофейную немецкую фляжку с парным молоком. Больше мне ничего не надо из продуктов на время охоты гаем. Может быть, даже эти продукты не будут съедены мной в горах?

В своём начале у вершины горы ущелье было небольшой глубины и шириной с футбольное поле. В то время как в месте засады моего отца ущелье превращалось в громадный лесной массив, растянувшийся в долине на десятки километров. Так что перейти на другую сторону ущелья мне не было особого труда. Минут через двадцать был на своём месте и подал знак своему другу.

– Улюлю! Ай яй яй! Трах! Бах! – прогремело на всё ущелье, в котором начался переполох.

До смерти перепуганные птицы огромными стаями поднялись в небо из ущелья и с воплями разлетелись в разные стороны. В ущелье началась всеобщая паника, которая вскоре перекинулась в долину. С высоты птичьего полёта было видно, как на пастбище стадо перепуганных коров бросились в сторону своего жилища сметая на пути все препятствия в местах своего загона. Хозяйки коров, нечего, не понимая от случившегося, пытаются успокоить свой рогатый скот, от здоровья которого зависит здоровье каждой сельской семьи. Домашние собаки, не понимая, что делать с рано вернувшийся скотиной, бестолково льют, беспорядочно бегают между людьми и скотиной.

Мы не прошли и половину своего пути гаем вниз ущелья, как вдруг прекратился шум со стороны моего друга. Тоже перестал шуметь и стал вглядываться в сторону горе охотника, с которым могло что-то случится. Может быть, по своей рассеянности Вовка свалился со скалы и разбился на смерть? Даже дикий хищник, который не боится человека мог задрать насмерть моего друга.

– «Почему, он не стрелял из ружья во время опасности?» – подумал сам, вглядываясь в заросли кустарника, где мог находится Вовка. – «Ведь мой отец разрешил стрелять при любой опасности.»

Сквозь заросли кустарника на противоположной стороне ущелья с трудом разглядел силуэт своего друга, который усиленно размахивал руками и жестами звал меня к себе на помощь, знаками показывая куда-то в сторону зарослей кустов, где находится какая-то опасность для него.

Мне не хотелось бегать бес толку с одного склона ущелья на другой. Притом отец предупреждал нас, чтобы мы ни в коем случае не опускались на дно ущелья, так как могли оказаться в зоне его обстрела диких животных.

Где отец мог подстрелит нас как свою добычу во время охоты гаем. Однако до засады отца было километра два. Поэтому решил рискнуть и пойти на помощь друга.

– Что случилось? – спросил, друга, пробравшись к нему сквозь густые заросли колючих кустов.

– Посмотри какой огромный след. – ответил Вовка, дрожащей рукой показывая на мятую траву.

Посмотрел в то место, куда показал горе охотник. В памятной траве и в почве был огромный след какого-то зверя, который по своей массе был пару сотен килограмм, если не больше. От человека такой след не может быть. Мне было известно, что в горах Кавказа водятся медведи. В горах Дагестана возле Избербаша жила чёрная медведица чуть больше человека. Здесь в заповеднике мы с отцом видели большого медведя под цвет глины. Но даже у местного медведя на было такого огромного следа. Может быть, так же как в горах Дагестана здесь обитает Каптар, снежный человек? Но от него нет никакой опасности нам. Каптар никогда не нападал на человека. Мне надо было пройти дальше, чтобы определить чей именно такой огромный след.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.