Эва Фиш
Измена. А я тебя любила

Глава 1

Смех, шутки, играет веселая музыка и гостей полный дом. Сегодня мой день рождения, мне тридцать и у меня шикарное настроение. Родные и друзья меня балуют подарками и своим вниманием, в душе полное ощущение счастья и полноты жизни. Наверное, именно в такие моменты мне хочется поднять голову и прокричать на весь мир, что я счастлива.

К тридцати годам у меня почти все было: любимый муж, дом, образование, любящие родители и родственники. Не было только детей, но вот уже три месяца как я уволилась с работы и мы с Андреем начали работать над этим вопросом. Я очень хотела ребенка, а лучше двоих или троих. Надеюсь, у нас все получится. Андрей будет замечательным, заботливым отцом. В моей голове уже полностью сложилась счастливая картинка нашей жизни.

– Любимая, ты где там пропала? – раздался голос Андрея из коридора.

– На кухне Андрюш, – крикнула в ответ, вытаскивая из духового шкафа противень с мясом.

– С днем рождения, дорогая! – муж вошел на кухню с огромным букетом и пакетом из ювелирного.

– Ого, вот это красота. Спасибо! Какая прелесть. Андрей они шикарны, – произнесла, зарываясь носом в протянутый мне букет, втягивая носом превосходный аромат белых роз.

– Прелесть – это ты. А это всего лишь цветы, – Андрей забрал из моих рук букет и отложив его на столешницу, притянул меня к себе, коротко целуя в губы.

– Кать, а где корзинки под хлеб? – раздался голос мамы и мы, прервав поцелуй, улыбнулись. – Ой, простите, – на мамином лице тоже появилась улыбка.

– В гостиной, в буфете, на нижней полке, мам, – произнесла, положив голову на плечо мужу и все так же нежась в его руках.

– Спасибо. Все, я ушла. Не мешаю, – и мама поспешно вышла из комнаты, оставляя нас с Андреем одних.

– Примеришь подарок? – спросил муж. – Я очень надеюсь, что угодил.

Подарком оказался шикарный золотой браслет с витиеватым плетением и вставками из белого золота. Андрей сам застегнул его на моей руке.

– Он очень красивый. И очень дорогой. Да? – произнесла я, не сводя глаз с шикарной вещицы.

– Последнее тебя не должно волновать. Главное, что тебе понравилось.

– Ты самый лучший муж на свете, – и я снова потянулась к его губам, обвивая руками его шею.

– А ты самая лучшая женщина в мире, и я безумно рад, что ты моя жена, – и он снова накрыл мои губы своими.

– Да хватит уже лобзаться, ночи хоть дождитесь, – раздался насмешливый голос брата, – вас уже все ждут за столом вместе с мясом, которое нам обещали еще полчаса назад.

– Ты жуткий негодник, Юр. Почему ты всегда появляешься в самый неудобный момент? – произнесла я, смеясь и с нежеланием, выскальзывая из рук мужа.

– Неудобным он бы был, если я бы стоял на пороге вашей спальни, а так я всего лишь прошу кусочек твоей волшебной курочки, запах которой разносится по всему дому и дразнит мои вкусовые рецепторы. Сжалься надо мной, Кать, – он сложил руки в умоляющем жесте и изобразил жалостливый взгляд.

И мне ничего не оставалось, как переложить курицу с противня в тарелку и вручить Юре.

– Держи.

– Благодарствую.

Поздравления, подарки, теплые пожелания то и дело раздавались в мой адрес, за столом царила теплая семейная атмосфера, если есть рай на земле, то, наверное, он так и выглядит. Когда просто хорошо в кругу близких, родных и любимых.

– Катюш, а ты подарок бабы Зины, то открыла? – спросила тетя.

– Нет еще.

– Она очень хотела, чтобы ты его посмотрела в первую очередь.

– Ой, он, наверное, в машине остался. Сейчас схожу. Все равно надо оттуда телефон забрать, а то наверняка там уже пару десятков сообщений.

– Давай я, – Андрей даже успел подняться со стула, но я его остановила, мягко положив ладонь на его плечо.

– У вас тут с дядей Колей жаркие дискуссии, я не смею их прерывать, – улыбнулась мужу. Мне хотелось немного проветриться, из-за большого количества людей и духовки, которая работала довольно долго, в доме было душновато, а кондиционер, как назло, сломался за три дня до моего юбилея.

На улице вдохнув полной грудью, снова почувствовала волну счастья. Пока я рылась в пакетах на заднем сиденье автомобиля, ощущала спиной чей-то взгляд. Наконец, найдя подарок бабы Зины, выпрямилась и обернулась, замечая в десяти шагах от себя девушку, которая не сводила с меня своего взгляда. Как только она обнаружила мое внимание к себе, то сразу подошла ближе.

– Здравствуйте! Мы не знакомы, но я бы хотела с вами поговорить, – уже с этих слов неприятный холодок пробежал по спине, а интуиция завопила об опасности. Будто случилось что-то из ряда вон выходящее и меня скоро накроет волной цунами.

– Вы уверены, что вам нужна именно я?

– Вы Екатерина Ланских? Жена Андрея Ланских?

– Все верно, – я нервно сглотнула слюну, ощущая внутреннее напряжение.

– Я любовница вашего мужа, – произнесла молодая женщина и, чуть распахнув полы свободной кофты, положила руку на свой уже внушительный живот.

– Какой срок? – выдавила из себя, чувствуя, как земля уходит из-под ног и собственный мир сходит с орбиты.

– Шесть месяцев. Мы можем поговорить? – она говорила без вызова, без злости. Мягко, но уверенно.

– А есть о чем?

– Думаю да.

– Вы крайне не вовремя. Сегодня мой день рождения и у меня полный дом гостей.

– Простите. Я не знала, – она неожиданно смутилась, вроде даже вполне искренне.

– В машину садись, прокатимся, – произнесла, делая глубокий вдох и стараясь унять нервную дрожь в теле.

Глава 2

Руки дрожали, когда я заводила машину. Перед глазами пелена, все различала, но в то же время ничего не видела. Выехала из нашего коттеджного поселка и, проехав несколько метров, остановилась у какого-то строительного магазина, до сих пор до конца, не веря в происходящее. Это все казалось мне каким-то дурным сном и не более, и лишь моя боль была настоящей.

– Как понимаю, ты пришла не просто поздороваться, – произнесла, несмотря на девчонку, а она, судя по всему, ею и была лет двадцать на вид.

– Я бы хотела попросить вас, не запрещать Андрею видеться с ребенком, когда он родится. На большее я не претендую. Неважно, какие отношения между нами взрослыми людьми, но ребенок имеет право на присутствие отца в своей жизни, – несмотря на возраст эта девица не была обделена толикой мудрости, но легче мне от этого не стало, скорее наоборот стало еще более тошно. Я, разумеется, ожидала услышать требования дать развод и отпустить бедного, несчастного Андрея в ее крепкие и ласковые объятья. Ведь так, кажется, бывает в слезливых мелодрамах про любовниц?

– Вы, возможно, до сих пор сомневаетесь в моих словах, – тихо произнесла девица и протянула мне свой телефон, на экране которого была фотография: Андрей обнимает и целует ее, смеющуюся в его объятьях. И острый укол боли пронзил сердце, заставляя его на мгновение замереть.

– Ты знала, что он женат? – задала волнующий меня вопрос, с силой сжав пальцами руль. Горло сдавило болезненным спазмом, от желания заплакать, но плакать при этой девчонке я не собиралась. Поэтому, сделав глубокий вдох, я постаралась всеми силами взять себя в руки.

– Сначала не знала. Мне и в голову подобное не приходило, Андрей почти всегда был на связи, говорил, что давно разведен. Кольца, при мне он тоже не носил. О том, что в его жизни есть вы, он сказал, когда я сообщила о беременности.

– Сообщил между воплями радости, как я понимаю? – и боль в груди стала сильней, а в глазах появилось характерное жжение. Только бы не разреветься сейчас.

– Для него эта новость стала большой неожиданностью. Он очень переживал, по этому поводу, но заверил меня, что поможет мне растить нашего ребенка, несмотря ни на что. Но я понимаю, что вы можете быть против. Поверьте, если бы я изначально знала, что он женат, я бы никогда с ним не стала встречаться, – да, да, маленькая глупая овечка, слепая и катающаяся на розовых единорогах по облакам своих грез. Только что-то не верится. Совершенно не верится.

– Как тебя зовут? – задала я вопрос, понимая, что так и не узнала ее имени.

– Женя.

– В сказку, что ты не знала о моем существовании, я, конечно же, не верю, но ладно, спишем это на твою молодость и неопытность. Мешать вам наслаждаться счастьем родительства я, так уж и быть, не буду, – произнесла, и грудь очередной раз сдавило от боли, в этот раз сильней, до перехвата дыхания. Но заставив себя сделать вдох, я продолжила. – Мне больше тебе сказать нечего, Женя. Все разговоры и вопросы у меня будут, разумеется, к своему мужу.

– Спасибо вам, – кивнула она и вышла из машины, а я так и сидела, вцепившись побелевшими пальцами в руль, словно оглушенная, по сути, я ею и была, меня парящую на крыльях счастья и безмятежности, будто со всего маху прибили к земле тяжелым пыльным мешком. Я провожала взглядом идущую к автобусной остановке Женю и ничего не видя перед собой, не могла до конца поверить в случившееся, принять реальность. Хотелось разреветься и одновременно рассмеяться, громко с надрывом и неким безумием. Безумием от испытываемой боли, которая все сильней сковывала душу, затягивая удавку на горле моего счастья.