Kornyal Walden
Дракон и его Мальчик

Глава 1

Я проснулся в своей пещере от громогласного рыка Иннуа. Он оповещал остальных, что снова притащились детишки, чтобы нас развлекать. Вернее, выбирать себе спутника жизни. Он же Небесный Спутник и попросту ездовая собака. То есть лошадь. Тьфу! Позор-то какой!

Впрочем, мои собратья, рожденные в неволе, были рады. Один Иннуа протестовал, да и то лениво. Он признался мне как-то, что уже не прочь выбрать себе седока. А что? Кормят от пуза. За ушком, то есть, за щитовыми выростами на голове, гладят исправно, да и летать по Дальним Землям, если повезет отправиться в патруль, всяко веселее, чем отсиживать в пещере свой хвост.

Я лениво выглянул из пещеры, высунув наружу лишь краешек морды. Так я и думал! Претенденты – один другого краше! Сиречь хуже! Мелкие щуплые мальчишки и точно такие же, одетые в коричнево-золотые кожаные доспехи, девчонки! У одной правда были длинные волосы и лицо вполне ничего. На старинных гравюрах таких приносили нам в жертву. Притом совершенно не спросив, едят ли драконы людей вообще, и хотим ли мы видеть сборище орущих от страха детишек у себя в пещерах.

Впрочем, новое поветрие оказалось еще хуже. Теперь люди надумали на нас ездить! Считается, что они приручили драконов, подумать только! Все восхищаются этим великим… как его, а Раннаром-Завоевателем, он же Первый Всадник! Считается, что он сумел подчинить своей воле первого из драконов, что заключили с людьми Небесный Союз! Сказочка от и до! Если «заключить Союз» значит – истребить половину твоих соплеменников, а тебя заставить носить на спине позорное седло, то меня зовут не Ладирьехо, а просто Лад-Лягушонок!

Я разочарованно зевнул, выдохнув в сторону жмущихся друг к другу щенят тонкую струйку дыма и пламени. С той стороны пещеры сразу же послышались вопли. Детишки пригнулись к земле и воззрились на меня с испугом.

«Это тот самый! – говорили их взгляды. – Дракон, которого нельзя приручить! Самый сильный из них! Предводитель племени, Ладирьехо Неукротимый!»

Пожалуй, нет. Они ошибались. Это была всего лишь моя тень. Тень прежнего Владыки Драконов, вольно резвившегося в небесах. Теперь же меня окутывали незримые путы, гораздо худшие, чем длинная цепь, на протяжении десятилетия крепившаяся к железному браслету на моей ноге.

Я с горечью и досадой наблюдал, как Иннуа чинно выходит навстречу человеческим детенышам из своей пещеры. Его золотая чешуя горделиво переливалась в лучах утреннего Солнца. Один из мальчишек отделился от остальных и подошел к нему. Несколько мгновений они стояли друг напротив друга, замерев. Тяжелый громадный дракон и мальчик, едва достававший ему до подбородка, хотя Иннуа изогнул шею, чтобы получше его рассмотреть. Затем дракон тихонько подул подростку на макушку, ее как будто едва-едва коснулся ветер… Ураган, то есть, но малец вынес это зловонно-сопливое испытание весьма достойно – не дрогнув. Затем он осторожно погладил тонкую чешую на шее Иннуа и сделал то, что делают все люди, если ты только чуть-чуть расслабишься в их присутствии. Он подошел к моему другу и накинул загодя заготовленное седло на его спину. Еще пара мгновений, растянувшихся для меня на вечность, и они сорвались с края скалы в свой первый полет. Остальные дети и молодые драконы, достаточно подросшие для того, чтобы носить седока, последовали за ними. Они взмывали в недоступные мне уже давно небеса один за другим. Я слышал задорные голоса детей, восхваляющих смельчака, которому достался самый сильный дракон…

«Второй по силе!» – свирепо подумал я, свернувшись в своей пещере и обвив хвостом себя самого. Сильнейшим в нашем племени, притаившемся среди остроконечных, нависающих над человеческим городом скал, был я.

Глава 2

Терейнис медленно поднимался на скалу по узкой извилистой тропинке. На ходу мальчик с любопытством вертел головой по сторонам. Остальные ребята целеустремленно шли к пещерам драконов, а он залюбовался пронзающими небеса пиками скал и решительно ничего не мог с собой поделать. К тому же, разглядывание скал помогало ему хотя бы на пару мгновений отвлечься от страха. Страхов, как и у большинства шедших вместе с ним по тропинке ребят, у Тара было два: что ни один из драконов его не выберет и что его просто-напросто сожрут.

Хотя такого уже давным-давно не случалось. Но все же, история Энсира знала времена, когда подъем на эти скалы был смертельно опасным испытанием. Теперь драконы могли в самом худшем случае отвергнуть или даже искалечить соискателя на роль Небесного Спутника и седока. Но не убить. Говорили, что лет двадцать назад один из драконов пытался. Тот самый, что живет в самой темной и глубокой пещере и почти никогда не показывается наружу. Но его остановил гордый золотой красавец, доставшийся в прошлом году везунчику Эльну.

«Это совершенно безопасно!» – пытался успокоить самого себя Терейнис.

Драконы, рожденные в этих пещерах, точно так же всю жизнь провели с мыслью, что однажды найдут себе Небесного Спутника, как и подростки, с волнением поднимавшиеся по извилистой тропинке.

«Да кого я обманываю? Ведь он все еще там!» – подумал Тар, подняв голову и задержав взгляд на темнеющей впереди пасти огромной пещеры.

Эта пещера была крупнее всех остальных как минимум вдвое. Жутко представить, какого размера мог быть дракон, выбравший ее своим пристанищем! И на этот раз золотой красавец не придет им на помощь. Ведь они вместе с Эльном патрулируют сейчас Дальние Земли!

Терейнис застыл на несколько минут посреди тропинки, разглядывая зловещую пещеру. К счастью, она располагалась поодаль от остальных. Так что, можно надеяться, удастся не потревожить ее обитателя, пока Тар ищет себе в пару Небесного Спутника. Собравшись с духом, мальчишка полной грудью вдохнул утренний морозный воздух и кинулся догонять остальных ребят, уже поднявшихся к пещерам. Интересно, каким окажется его дракон? Будет ли он игривым и совсем юным? Или уже подросшим и степенным, вроде тех, что иногда снисходительно обхватывают седока хвостом, чтобы подсадить к себе на спину, да укрывают крылом от непогоды?

«Выберет ли меня вообще кто-нибудь?» – остудил свой собственный пыл Тар, добравшись, наконец, до пещер, откуда уже выходили молодые драконы, искавшие в этом году себе Небесного Спутника. Поначалу их шаги были такими же неуверенными, почти робкими, как у парней и девчонок, поднявшихся на драконьи скалы. Они настороженно и вместе с тем с интересом приглядывались к людям, которые пожелали связать свою судьбу с драконами и небесами.

Постепенно драконы осмелели. Они отошли подальше от своих пещер, принялись обнюхивать и разглядывать будущих седоков. Терейнису понравился было один, светло-зеленый с изумрудными же глазами, но, не успел он подойти, как молодой дракон потянулся мордой к другому мальчишке и ткнулся носом ему в плечо, пофырчав. Затем оба счастливо рассмеялись, каждый на своем языке, и Тар понял, что опоздал. Этот дракон уже сделал свой выбор. Оставалось найти кого-то еще.

Терейнис заозирался. И понял вдруг, что извечная мечтательность на этот раз сослужила ему дурную службу. Все, буквально все драконы, что вышли из пещер, были уже кем-то заняты. Они общались с претендентами, пофыркивая, толкаясь лапами и хвостами, выдыхая в сторону от людей тонюсенькие струйки пламени, проверяя, не испугается ли тот, кто желал связать свою жизнь с этим драконом. Сумеет ли он доверять там, в небе, на огромной высоте, где нет ничего, кроме тебя и дракона.

«Я – болван! – понял Терейнис. – Да еще и медлительный вдобавок! Не зря матушка всегда говорила, чтобы я поторапливался!»

Так ведь нет же! Единственный раз, когда действительно нужно было поторопиться, он медлил, боялся и любовался на скалы, чьи причудливые изгибы напоминали ему фигуры огромных драконов! Терейнис сумрачно воззрился на дальнюю пещеру. Она показалась ему даже еще более зловещей, чем минуту назад. Ее темный зев поблескивал острыми зубами прятавшихся внутри сталактитов. Она была такой огромной и жуткой, что захватывало дух!

«Можно попытаться еще раз на будущий год! – сказал самому себе Терейнис. – Мне просто не хватило дракона! Такое бывает… Все поймут».

Но сам он знал правду. Ребята, с которыми он учился вместе и пришел сюда, был на равных совсем недавно, теперь станут смотреть на него свысока. И что новый набор будущих всадников увидит в нем лишь неудачника, к которому однажды не вышел ни один дракон. Да и никто не может сказать наверняка, что Тар найдет себе Спутника Небес хотя бы со второй попытки… Говорят, некоторым даже в третий раз не везет. А один парень пять раз приходил к пещерам драконов! Целых пять раз! Пять лет он ждал, пока подрастет дракон, желающий взять его вместе с собой в небеса!

Терейнис сам не заметил, как сделал шаг по едва заметному, совсем заросшему травой и колючим кустарником, ответвлению от основной тропинки, что вело в самую зловещую из пещер. Затем еще один… Тар вздрогнул, осознав, что это действительно происходит с ним. Он идет прямиком в пасть к самому свирепому дракону из когда-либо живших в скалах Золотого Города.

«Я и правда болван! Теперь уж точно!» – с ужасом подумал мальчик и прибавил шагу, боясь передумать.

Прошел год с тех пор, как Иннуа обзавелся своим наездником. Поначалу он ворчал, конечно, что «покорился» этому молокососу. Но все равно, с того дня, как мой золотистый собрат пустил мальчишку себе на спину, все разговоры неизбежно сводились к Эльну. Эльн то, Эльн се… Даже слушать было противно! Ах, Эльн научился наконец-то покрепче держаться в седле! Ох, он едва не сверзился со спины Иннуа на высоте, с которой уж точно разбился бы насмерть, не подхвати дракон вовремя этого недотепу! В общем, в те редкие теперь моменты, когда Иннуа навещал наши пещеры, мне приходилось часами слушать всякие глупости об этом мальчишке.

«Тебе тоже стоит завести своего седока. Просто попробуй!» – покровительственно хлопнул меня крылом по спине Иннуа в нашу прошлую встречу. Как будто люди годны на что-то иное, кроме того, чтобы их сожрать! Да и на эту роль подходят они плохо. Все-таки, почти что разумные и слишком уж громко вопят, едва разинешь пасть. Весь аппетит отбивает напрочь. Фу!

На этот раз мероприятие под названием «Церемония Выбора» – какое название-то вычурное, так бы и называли: «День, когда неразумным драконятам надевают на спину седло и навешивают лапшу на роговые выросты», обещало быть скучным. Никто из более старших драконов искать себе Спутника Небес не собирался. Некоторые были заняты заботой о детенышах и высиживанием яиц, другие не оправились еще от потери по тем или иным причинам предыдущих Спутников. Я как-то не удержался и напомнил Иннуа, чтобы слишком-то не привязывался к своему мальчишке. Людской век намного короче нашего. За что схлопотал крылом по морде. Совершенно незаслуженно между прочим! Что? Это же просто факт…

Я лениво поглядывал из пещеры на всю эту щенячью возню, стараясь не показываться. Остальные драконы часто упрекали меня за то, что распугиваю людей. Ну, вот, пусть наслаждаются. Не буду я никого пугать, больно надо… Ну, быть может, высунусь уже под самый конец церемонии, когда новички будут взлетать в небо, и зарычу как следует. Так, что эти щенки со спин драконов попадают! То-то будет веселье! Кто поймал своего седока, значит, и правда обрел своего Небесного Спутника…

Драконята, как обычно, вначале несмело, а затем все отважнее знакомились с людьми. И те и другие в силу возраста были еще угловаты и неуклюжи. Одна потеха смотреть на их первые полеты! Пожалуй, даже не стану никого пугать! Половина сама попадает. Благо драконята, по совету старшей родни сначала стараются летать не слишком высоко и там, где травка помягче.

У одного из человеческих юнцов, кажется, проблема. Дракона-то для него и не осталось, вот потеха! Меня всегда удивляло, как это драконов почти всегда хватает на всех жаждущих стать Небесными Стражами? Ну, вот как люди так умудряются подгадать, чтобы соискателей было ровно по числу подросших драконят? Вывод напрашивался однозначный – они прекрасно знают, сколько малышни подрастает в наших гнездах и какого возраста. Кто-то из своих же и проболтался наверное… Не со зла, просто по глупости. От этой мысли я раздраженно обернул вокруг себя хвост. Хотя конечно, сейчас люди не смеют причинять вреда нашим детенышам, понимают, как хрупко достигнутое между нами перемирие, но были и другие времена…

Я с интересом наблюдал, как мальчишка будет выкручиваться из сложившейся ситуации. В прошлый раз такой же щенок попросту сел на камень и разрыдался в три ручья! Ухохочешься! Правда, потом из пещер к нему все равно вышел один несмышленый детеныш. Слишком маленький, чтобы носить на своей спине человека. Так тот обалдуй несколько лет приходил к нему, прокрадываясь на наши скалы при любой возможности! Потом драконенок вырос и все-таки принял его на свою спину. Вот глупость-то несусветная!

Малец между тем огляделся еще раз, окончательно убедившись в том, что ему не свезло. Он даже не попытался разбить складывавшиеся пары. Что ж, уже неплохо, понимает, что драконы выбирают сердцем. Правда, не тех. Кто вообще в здравом уме для чего-либо выберет человека?! Я ожидал, что мальчишка повернется и уйдет. Прежде подобные ему просто спускались по той же тропинке, по которой пришли, с понурой головой.

Но не этот. Смирившись с ситуацией, мальчишка почему-то не ушел. Вместо того, чтобы пойти обратно в город, как все нормальные, он пошагал прямиком к моей пещере.

«Стой, что ты делаешь?! – едва не завопил я, наблюдая, как эта козявка приближается к моему логову. – Я же тебя спалю!»

В конце концов, должность предводителя племени требует соответствия. На протяжении столетий я демонстрировал подрастающим драконятам пример неукротимого нрава, вольного дракона, какими мы и должны быть. Того, кто никому не покоряется, и, конечно же, терпеть не может человечишек!

– Агрр! – издал я предупреждающий рев, надеясь, что он одумается.

Как бы не так! Мальчишка продолжил идти в мою сторону! Мне пришлось усилить рев, да так, что затряслись скалы. Ну, ладно, просто попадало несколько сталактитов мне на спину. А драконята и человеческие детеныши на широкой каменистой площадке перед пещерами испуганно заозирались. Эти дурни мелкокрылые тут же принялись на всякий случай закрывать своих будущих седоков собственными телами. Те, кто поумнее, спрятали людей под животом, а другие попросту накрыли крыльями. Очень, между прочим, уязвимыми у нашего молодняка. Им еще долго ждать, пока кожа на крыльях станет такой прочной, как у меня или Иннуа, способной выдержать любой удар.

Мой мальчишка между тем застыл прямо у пещеры. Почти на пороге моего жилища. То есть, тьфу! Какой «мой»?! Не мой, ясное дело, а свой собственный, безмозглый причем! На всякий случай, если он не услышал, я зарычал еще раз и даже выдохнул в сторону дурня струю пламени. Если у него есть хотя бы капля ума, он уйдет.

Неа, без шансов! Глупый мальчишка остался стоять, вглядываясь в темноту. Ту самую, где светились зловещим огнем мои рубиновые глаза. Так-то они зеленые, в тон темно-зеленой с черным узором шкуре. Но в темноте вот так вот зловеще светятся. Среди драконов способность менять окрас глаз в темноте – большая редкость. Я вообще уникальный, еще и этим, среди прочего.

Поняв, что рыком и жалкой струйкой огня его не проймешь, я направился к выходу. Придется все-таки сожрать… Ну, то есть, ладно! Есть людей отвратительно. Даже я это признаю, несмотря на все, что они сделали. Но хотя бы разорвать на куски придется! Слишком уж обнаглел щенок!

Почти дойдя до выхода из пещеры, я замер, разглядывая отважно застывшего напротив мальчика. Щуплый, темноволосый, с большими серо-зелеными глазами, он оказался совсем близко. Настолько близко, что мог разглядеть меня всего, от переливающейся черно-зеленой чешуи до оскала острых блестящих клыков. Любой балбес понял бы на его месте, что я собираюсь сделать!

«Последний шанс сбежать у тебя, дурень!» – подумал я, демонстративно созерцая свои огромные когти.

Неа! Все без толку. То ли он застыл от испуга и просто не способен пошевелиться, то ли настолько дурной, что и впрямь готов полезть в мою пещеру. Судя по тому, что юнец сдвинулся с места и медленно пошел мне навстречу, второе.

«Все, хана тебе!» – мысленно примериваясь когтями к его шее, решил я.

Если ударить быстро, то больно не будет. Он почти ничего не успеет почувствовать.

«Разница лишь в этом «почти»… В том, что он будет мертв… Да какая мне-то разница?! Жаль, что нет Иннуа… Он бы остановил меня. Он всегда останавливал меня в таких случаях…» – почему-то пронеслось в моей голове.

Хотя, только схватки с Иннуа мне не хватало!

«Ладно, щенок, ты сам выбрал свою судьбу!» – я чинно вышел из пещеры, ощутив на чешуе перекрестье испуганных взглядов юных драконят и остальных сородичей, высыпавших из своих пещер, чтобы лицезреть воочию то, что я сейчас сделаю.

Практически в каждом взгляде взрослого дракона я прочел осуждение. Ну и плевать! Они что, забыли обо всем, что люди у нас отняли?! Обо всем, что мы потеряли из-за них?! Юнец между тем бесстрашно потянулся дрожащей рукой к моей морде. Для этого ему пришлось привстать на цыпочки и все равно не хватило роста. Руку что ли для начала ему откусить?

Я сумрачно взглянул на мальчишку. Пожалуй, я смог бы его проглотить почти целиком. Не жуя. И этот щенок всерьез возомнил, что сумеет мной командовать? Подчинить себе?! Что я приму на спину это тонконогое веснушчатое безобразие?!

– Пожалуйста! – прошептал мальчик.

О, понятно! Так он не может уйти ни с чем! Ах, как же! Его ведь задразнят сверстники! А с мечтой стать Небесным Стражем, возможно, придется попрощаться! Какая жалость! Да уж, достойный повод чтобы так рисковать своей жизнью, ничего не скажешь!

Я уже собирался его сожрать, плюнув на собственные принципы, но… в самый последний момент, когда я уже наклонял для этого голову – исключительно с этой целью, прошу запомнить!.. Меня вдруг посетила одна мысль.

«Этот мальчишка поможет мне избавиться от цепи».

Если объявить его своим всадником, то ему дадут ключ, и он сможет снять с моей лапы злополучный браслет! А еще… это одинокий дракон сам по себе вызывает у людей подозрения, где бы ни появился. Но вместе со всадником – совсем другое дело. Когда на твоей спине висит какой-нибудь сопливый юнец, лопающийся от гордости, то ты – часть «драконьего всадника». Ну и что, что нижняя. Считаешься прирученным. Небесным Стражем, одним из хранителей Золотого Города, где все тебе рады, накормят и вылечат, а так же предоставят неограниченный доступ… ко всему.

Мои зубы сомкнулись в миллиметре от его головы, так, что я слегка постриг вихрастую макушку юнца. А рука Терейниса, очень скоро я узнал, что его зовут именно так, дотянулась наконец-то до моей морды и несмело погладила возле носа. Стало щекотно, и я чихнул. К счастью для юнца, пламя сумел сдержать, так что на него попал лишь едкий дым. Мальчик закашлялся, а его новенькие кожаные с золотистыми вставками доспехи мгновенно стали серыми от копоти, скопившейся в моем носу.

– Меня Терейнис зовут! – произнес он тихо, но так, как будто это имело значение.

Мальчишка не понимал еще, что я намеревался всего лишь использовать его в своих целях. В отрытом взгляде Терейниса сквозили наивность и простота. Ровно то, что мне нужно.

– Лад.., – давненько я не говорил на человеческом языке! – Ладирьехо!

Глава 3

– Летим! – потребовал этот наглючий мальчишка, взобравшись ко мне на спину.

Ну, вот, стоило две минуты его не сожрать, и на тебе, пожалуйста! Типичный человек! Да я моргнуть не успел, как он вскарабкался, цепляясь за мои роговые выросты, и устроился на моей спине, перекинув через нее седло!

– Для начала, седло закрепи! – ехидно посоветовал я. – А не то свалишься!

Получилось правда с непривычки нечто вроде «Дл`нач`сдло репи». Слишком долго я не пользовался человеческим языком. Старшие драконы могут, надо только натренировать особым образом связки и язык. Но все равно говорить на человеческом трудно. Драконий язык куда певучей! Вот: «Граа-агрр-рых!» – например! «Как красивы сегодня цветы!» Или «Ауррр назмарраннух!» Это, пожалуй, переводить не буду, а то еще услышит Терейнис. Но если вам однажды весьма чувствительно наступят на хвост, можете это сказать.

Мальчишка поспешно соскользнул с моей спины и завозился под животом, пытаясь стянуть широкие ремни металлической пряжкой. Проблема была в том, что рассчитано это седло на драконов гораздо мельче меня. Подростков, вроде самого Терейниса. Иннуа еще влез бы, с трудом, а вот я – едва ли. Мальчишка пыхтел-пыхтел и, наконец, выбрался из-под меня, вытирая пот.

– Может, без седла попробуем? – предложил он жалобно. – Ремни не сходятся, а другого у меня нет!

«Без седла?». Это была бы музыка для моих ушей, будь у драконов уши. Я аж встрепенулся. Не хотелось мне в небо тащить на себе седло, словно лошади какой. Хотя с другой стороны… Я пристально оглядел Терейниса.

– Удержишься? – усомнился я.

В ответ мальчик снова взобрался мне на спину и храбро ухватился за покрывавшие ее костяные наросты. Сидеть на голой чешуе ему наверняка было неудобно, она гораздо тверже мягкой кожи оставшегося на земле седла. Но Терейнис не жаловался. Он отважно приготовился взлететь в небо вместе со мной.

«Тоже мне, выискался Небесный Спутник!» – фыркнул я про себя, оглянувшись на его вдохновенное от предвкушения лицо и тощую жилистую шею, которую не помешало бы хорошенько отмыть.

Оттолкнувшись от земли, я расправил крылья и плавным рывком устремился в небеса. Еще миг, и вот я уже кружил над скалами, подставив крылья ветрам, чтобы мягко планировать, пока мальчишка на моей спине заходился в вопле то ли ужаса, то ли восторга. Похоже, второе, судя по нетерпеливо застучавшим по моим бокам пяткам. Каков наглец, а!

Развернувшись почти вертикально, я рванул ввысь, совершенно не заботясь о своем седоке. Свалится, не продержавшись и пары минут, значит, не достоин он быть моим Всадником! Пусть даже и понарошку… Расплата пришла немедленно. Сначала мою ногу обожгла боль, а затем я почувствовал рывок натянувшейся до предела цепи. Проклятье! Совсем забыл об этом! Я отчаянно захлопал крыльями, пытаясь выправиться в воздухе, но без толку. Не удержав равновесие, я падал. Причем на спину!

Визг Терейниса стоял в моей голове, когда я очнулся. Пронзительный и громкий, словно стадо баранов, которых режут одновременно. Это был предсмертный вопль ужаса мальчишки, которого я подвел. Подвел? Да я ничего ему и не должен был… Так, решил использовать в своих целях, да не вышло… Я с трудом сфокусировал взгляд и посмотрел на свою лапу. Кажись, сломана! Больно-то как! Попытался подняться на трех оставшихся. И лишь тогда сообразил, что очнулся я, лежа на животе. Сородичи что ли перевернули, пытаясь вытащить из-под меня размазанную лепешку, совсем недавно звавшуюся Терейнис?

Я нехотя огляделся. Да уж, неприятное будет зрелище, что и говорить. Прожив слишком долго с людьми бок о бок, начинаешь невольно воспринимать их как почти что сородичей. Таких, каких сам бы загрыз с удовольствием. Но, тем не менее, вид их мертвых детенышей меня не радует. Что бы ни говорил Иннуа.

Окровавленной лепешки из плоти и доспехов нигде не было. Молодые драконы приземлились обратно вместе со своими седоками и уставились на меня, предусмотрительно держась чуть поодаль. Те, что постарше, подошли ближе. Но тоже выдерживали дистанцию. Подойти ко мне в такой миг вплотную, зная мой вспыльчивый нрав, решился бы разве что Иннуа.

Так, где же все-таки Терейнис? Неужели… он все еще подо мной? Скривив морду от отвращения, я приподнялся и взглянул на окровавленные камни, изрядно поцарапавшие мой живот. Нет, вроде бы нету… Неожиданно откуда-то сверху и сзади раздался испуганный вопль.

– Ты меня сейчас уронишь! – завопил кто-то подозрительно знакомым голосом.

Вывернув шею, я пораженно уставился на свою спину. На ней сидел Терейнис. Вполне себе целехонек, только волосы встали дыбом и глаза большие-большие, полные ужаса.

– Я тебя что, спас? – спросил пораженно, вспомнив, как пытался зачем-то извернуться в полете, отчаянно скребя когтями воздух.

– Ну да! – беспечно ответил мальчишка. – Конечно! Ты же мой Небесный Спутник!

Я молча лег обратно и уронил голову на лапы. В глазах потемнело от боли. Определенно одна лапа была сломана.

На следующее утро меня разбудил бодрый голос Терейниса, эхом расходившийся от сводов моей пещеры.

– Просыпайся, Ладирьехо, я принес тебе целебный отвар! – жизнерадостно сообщил мальчишка.

Я нехотя приоткрыл один глаз. Правая лапа болела. Вчера мой Бесполезный Спутник не придумал ничего лучшего, чем раздобыть где-то деревяшку и приладить к пострадавшей лапе при помощи ремней, позаимствованных с седла. По его словам, это должно было помочь ей срастись. Как по мне, так это только мешало баюкать поврежденную конечность! Теперь еще вот… целебный отвар, приготовленный людишками! Да я уж лучше сразу яду выпью! Чем лакать неизвестно что из тяжелой деревянной бадьи, которую приволок Терейнис!

Подозрительно принюхавшись к буро-зеленому содержимому бадьи, я презрительно фыркнул.

– Не стану я это пить! – заявил свирепо.

– Хотя бы пару глотков! Так твоя лапа быстрее заживет! – затараторил Терейнис. – Я за этот отвар отдал почти все свои деньги! И еще, я тебе вот что принес!

С этими словами мальчишка снял со спины тяжелый заплечный мешок. Мешок был немногим меньше самого Терейниса. Юнец вытащил из него несколько копченых кусков мяса, весьма солидных, надо признать. Хотя, конечно, мне все равно на один зуб. Ну, на два.

– Я подумал, ты ведь не сможешь теперь охотиться некоторое время. Раз я твой Небесный Спутник, значит, буду приносить тебе пищу, – смущенно заявил юнец, глядя на меня снизу вверх.

Усмехнувшись, я ударил хвостом об пол пещеры. Так, что сталактиты над нашими головами угрожающе задрожали. Мне-то ничего не будет, шкура дубовая. А вот ему черепушку такой сталактит раскроит запросто.

– Как я, по-твоему, охотился, сидя на цепи? – ехидно вопросил я.

Тар нахмурился, пытаясь разобраться в моей речи. Прозвучало и впрямь, как набор разрозненных звуков. Пришлось повторить, старательно выговаривая каждое слово. Терейнис кивнул, дескать, так понятней.

– И… правда, как? – озадаченно нахмурился мальчишка. – Так ты охотишься только на тех овец и коз, что забредают к самой твоей пещере?

С тех пор, как драконы стали служить людям, те позаботились о том, чтобы в наших владениях всегда паслось вдоволь диких стад. Никто за ними особо не следит – кроме драконов. Мы-то регулярно облетаем подножие наших скал с другой стороны от города. Там раскинулись зеленые луга, полные сочной травы, где пасутся овцы. Чуть поодаль стоит лес, где мы охотимся на диких зверей. А горные козы, ясное дело, живут вместе с нами на скалах. Они и правда иногда забредают почти что к моей пещере. По крайней мере, так близко, чтобы даже на цепи я смог достать их. Столь глупые представители копытных попадаются мне примерно раз в несколько месяцев. Иногда чаще, но это почему-то подозрительно совпадает со временем, когда на территории племени живет Иннуа.

– Мне приносят пищу мои сородичи! – мрачно усмехнулся я. – Тебе бы найти себе другого Спутника Небес, парень! Зачем тебе нужен дракон, который сидит на цепи? Да еще со сломанной лапой.

Сам не знаю, как умудрился это сморозить! Ведь если Терейнис последует моему совету, то тогда все унижения, что я вынес, пустив его к себе на спину, будут напрасными!

– Ни за что! – побагровев, отрезал мальчишка. – Между прочим, я уже поговорил с Советом Старейшин и попросил их освободить тебя!

– Ну и как результат? – я язвительно изогнул надбровную дугу.

Получилось почти так же, как это делают люди. С маленькой поправкой на строение тела. У меня нет волосатых бровей. У драконов над глазами расположены маленькие роговые выросты, обеспечивающие дополнительную защиту на случай удара. Когтями к примеру. Коготь зацепится за вырост или соскользнет.

Мальчишка опустил голову.

– Да пока что не очень. Они говорят, что я смогу освободить тебя, лишь когда вернутся Эльн и Иннуа. А до тех пор придется тебе посидеть на цепи…, – расстроено проговорил Терейнис.

– Понятно. Они хотят, чтобы Иннуа присмотрел за мной, – усмехнулся я. – Надеются, он не даст мне убить никого из человечишек!

Терейнис застыл, уставившись на меня испуганно.

– Так мы для тебя… человечишки? – обиженно спросил он, как назло верно разобрав в моем неразборчивом бормотании все пропущенные согласные. – И я тоже?

– А мы для вас кто? Лошади с крыльями? – отрезал я, развернувшись к нему хвостом. – И вообще, убирайся вон из моей пещеры, покуда не сожрал! Я спать хочу!

Терейнис ушел, обиженно бормоча что-то себе под нос. Посидев для приличия еще немного задом к выходу, на случай, если щенок надумает вернуться, все-таки развернулся обратно. Мясо и бадью с отваром мальчишка оставил. Недовольно фыркнув, я обнюхал зелено-коричневую жижу еще раз. Хуже не будет.

Терейнис выступал перед Советом старейшин впервые в жизни. Для этого ему пришлось войти в священный круг и поведать старейшинам Золотого Города обо всем, что произошло во время Церемонии Выбора. Мальчик говорил убежденно, стараясь показать им, какой Ладирьехо хороший. Он знал, конечно, что у доставшегося ему дракона дурная репутация. И еще, что он один из самых старших драконов в племени, что заключило когда-то Договор с Энсиром. Наверное, Лад был старше доброй половины присутствующих в Священном Зале, даже вместе взятых.

Старейшины изумленно качали увенчанными сединой головами. Некоторые привстали со своих мест, чтобы не упустить ни единого слова. Они сидели на четырех ярусах вокруг священного круга, куда вышел Терейнис. Те, что располагались на специальных золоченых деревянных тронах первого яруса, были самыми пожилыми и почтенными, правившими Золотым Городом много лет. Те, что сидели повыше, были младше и попали в совет относительно недавно. Некоторые церемонию Принятия в Совет проходили даже на памяти самого Терейниса.

– Невероятно! – произнес один из старейшин, сидевших в самом низу, возле священного круга. – Неужели сам Ладирьехо кого-то выбрал? Я уж думал, этого никогда не случится. Все-таки, он – предводитель драконов.

– Я тоже слышала, что он придерживается Старых Порядков, – подтвердила изумительно красивая женщина лет сорока с роскошной гривой иссиня-черных волос, величаво восседавшая на четвертом ярусе.

Терейнис знал, кто она. Туана, легендарная всадница, сражавшаяся вместе со своей драконицей Эллербет с северными захватчиками. Говорят, они вдвоем сумели отбить атаку целого отряда!

– Это неправда, – тихо сказал мальчик. – Лад спас мою жизнь. Когда он упал из-за того, что забыл про цепь, то развернулся так, чтобы я оказался сверху, и из-за этого еще сильнее пострадал сам. Но не сделай он так, я бы не выжил.

Среди старейшин воцарилось молчание. Они переглядывались друг с другом, в задумчивости теребя седые бороды и складки белоснежных одеяний. Лишь Туана и еще несколько наиболее молодых старейшин предпочитали привычные кожаные доспехи всадников.

Постепенно молчание сменилось волной шепотков, переросших в лавину обсуждений. Терейнису с трудом удавалось выхватить из поднявшегося гула отдельные фразы.

– Да он его просто сожрет! – было, пожалуй, еще самым безобидным, что многие старейшины думали о Терейнисе и Ладирьехо.

Многие откровенно опасались, что самый сильный дракон племени может напасть на город.

– С другой стороны, если Ладирьехо сделал Выбор во время Церемонии, мы не можем просто отмахнуться от этого, – заметила Туана. – Что на это скажут его сородичи? Продолжат ли они соблюдать Договор, если мы его нарушим?

Ее поддержал нестройный хор голосов. Но все равно их было слишком мало на взгляд Терейниса.

– Он спас мою жизнь! Рискуя собой! – решил вновь напомнить спорившим Тар. – Что может послужить лучшим доказательством его намерений?!

– Мальчик прав, – задумчиво проговорил верховный старейшина Тлун, восседавший на своем мраморном троне напротив Терейниса, возле самой границы священного круга. – Если мы не примем такое доказательство, то что тогда сможет убедить нас? Ладирьехо придется оставаться на цепи вечно. А драконам уж точно не понравится, если мы оставим их предводителя в неволе.

Старик поднялся со своего места и сделал несколько шагов, войдя в круг к Терейнису. В его обычно строгих голубых глазах Тар уловил сочувствие и теплоту. Верховный старейшина и сам когда-то был драконьим наездником. Он понимал, как глубока и нерушима связь с Небесным Спутником. Насколько Терейнису важно происходящее. Ведь от решения совета старейшин зависела не только судьба Ладирьехо, но и его собственная.

– Пока что слишком опасно освобождать Ладирьехо, – вынес верховный старейшина Тлун свой вердикт. – Тебе придется набраться терпения, Терейнис. Ты получишь ключ от оков своего дракона, когда Иннуа и его Небесный Спутник вернутся в город из патруля. Только золотому дракону под силу хотя бы помешать их предводителю, если тот задумает нам отомстить. Да и в любом случае, тебе лучше воздержаться от полетов, пока у твоего дракона не заживет лапа.

Терейнис едва поверил своим ушам. Он победил! Они разрешили ему освободить Ладирьехо. Пусть не сейчас, а через несколько месяцев. Верховный старейшина прав, лапе его дракона все равно нужно зажить! Самое главное, что они согласились освободить Лада!

Кажется, на радостях, последнюю фразу он произнес вслух, потому что когда старейшины уже принялись расходиться, Туана грациозно спустилась со своего четвертого яруса в священный круг, где с улыбкой до самых ушей застыл счастливый Терейнис, и легонько коснулась его плеча, выведя из оцепенения.

– Советую никогда не называть своего дракона «Ладом», – мягко проворковала старейшина. – На их языке это значит «лягушонок».

Глава 4

Прошло больше месяца прежде, чем вернулся Иннуа. К тому моменту пару раз мне хотелось разорвать доставучего мальчишку в клочья, но я сдержался. То лапу не натруждай, то разрабатывай, то пей опять это гадкое целебное пойло, от которого никакого толку! Лапа моя все равно, и так и так заживет, так ведь нет, пришлось давиться этой зелено-коричневой дрянью, потому что Терейнис, видите ли, опять потратил на нее все свои нехитрые сбережения. Пожалуй, не приноси он мне вместе с мерзостным пойлом копченые свиные окорока, откусил бы ему голову! Окорока были вкусные. Так что, приходилось терпеть.

Остальные драконы каждый раз, как мальчишка заходил в мою пещеру, сомневались, вернется ли он отсюда живым. Многие смотрели на меня осуждающе, когда пару раз я был не в настроении и хвостом вышвырнул Тара вместе с его пойлом из своего логова.

Подумаешь, полетал немножко! Ему полезно, хоть падать научится! При большой высоте не поможет, конечно. Но частенько неопытные всадники умудряются свалиться со спины дракона даже прежде, чем тот толком оторвется от земли, стоит только взять небольшой разгон. Терейнис в ответ шипел, обижался, подбирал свою бадью, уходил обратно в город с остатками зелья, а на следующее утро приходил снова. Пожалуй, я даже зауважал его немного за настойчивость. Такого упрямого щенка еще поискать!

Иннуа объявился во владениях племени рано утром, вместе со своим всадником. Примерно полтора месяца спустя после Церемонии Выбора. Он просто спикировал с грозно нахмурившихся серыми дождевыми тучами небес на край уступа неподалеку от моей пещеры. Всадник тут же проворно соскочил с него, так, словно и сам был рожден летать. Рост-то у Иннуа немаленький. Помнится, когда его Эльн только начинал летать с золотым, он скорее сползал по спине дракона или даже стекал с нее.

– Привет, Ладирьехо! Слышал хорошие новости. Ты и правда избрал себе седока? – сунулась в мою пещеру отливающая золотом физиономия Иннуа.

Я-то понаблюдал за его приземлением из своей пещеры и тут же скрылся внутри нее, чтобы Иннуа не вообразил, будто так уж сильно радуюсь его возвращению. Хоть он и друг, но мерзавец редкостный! Бросил меня здесь, отправившись со своим драгоценным всадником патрулировать Дальние Земли! И появлялся он на драконьих скалах с тех пор, как завел себе Эльна, все реже… Опять-таки, я не хотел, чтобы Иннуа подумал, будто я безумно рад, что меня освободят вместе с его возвращением. Вот еще! Чтобы сам Ладирьехо нетерпеливо ждал, как милости, подачки от людей?!

– Решил использовать мальчишку, чтобы избавиться от этого украшения! – я дернул задней лапой так, чтобы зазвенели изрядно проржавевшие от царившей в пещере сырости и минувших лет звенья цепи. – К тому же, вместе с ним будет проще путешествовать. Люди боятся одиноких драконов. А мне нужно многое сделать… для нашего народа.

Наши глаза с Иннуа встретились.

– Опять… Лад? – произнес он с легким укором.

Я горделиво изогнул шею, так, чтобы стала видна разница в росте между нами. Я был выше практически на целую голову. А еще, старше и сильнее. Хотя бы иногда Иннуа следовало об этом помнить. Когда он защищал от меня тех щенков на Церемонии Выбора, я позволил ему победить. Пожелай я того по-настоящему, перебил бы их с легкостью, еще и Иннуа крепко бы досталось!

– Тебя, может, и устраивают нынешние порядки! А меня нет! – отрезал я. – Драконы рождены свободными! Мы – сыновья и дочери Небес, а не грязных пещер, предоставленных нам людьми.

– Когда построили Золотой Город, эти пещеры уже принадлежали нам, – мягко заметил Иннуа. – А если грязно у тебя, так мог бы и сам прибраться.

Я возмущенно дернул хвостом. Может, свалка козьих и овечьих шкур в углу и впрямь не слишком аппетитно попахивает. Надо бы избавиться от тех, что испортились. Но на них мягко валяться. К тому же, Терейнис приобрел дурную привычку оставаться здесь на ночь. А люди в холодных пещерах по ночам мерзнут. Не укрывать же его крылом, будто детеныша?! Может, Иннуа и достаточно сентиментален для такой глупости. Но я – нет!

– Ладно, подожди здесь! – вздохнул Иннуа, поняв, что меня не переубедишь. – Мальчишка знает, чего ты добиваешься на самом деле?

– Вот еще! Попробуй только ему разболтать! – рявкнул я, опасно изогнув спинной гребень.

– Не буду. Сам все поймет, – проворчал золотой дракон, покинув мою пещеру.

Любопытство заставило меня подойти к выходу и посмотреть, что он будет делать. Уж больно странный у Иннуа был вид. Заговорщический и одновременно… виноватый, что ли? Его человек ждал дракона снаружи. Вместе они направились в пещеру Иннуа, где скрылись минут на пять. Я даже невольно принялся мысленно сравнивать Эльна и Терейниса. Всадник Иннуа достался ладный. Высокий, сильный, доспех сидит на нем, как влитой. А на Таре позорно болтается. То ли он ремешок какой не затягивает, то ли просто доспехи мальчишке слегка велики. Да и двигается Эльн совсем иначе, чем Тар. Уверенно, плавно. Эта уверенность передалась ему от Иннуа. Впервые придя на наши скалы, он был совсем другим. Вот что делают небеса и драконы с людьми… Если те выживут, конечно.

Я раздосадовано дернул хвостом, поняв, что мысленно уже представил, каким может стать Терейнис при должной подготовке и обучении. Как будто мне есть до этого дело! Он же не драконенок, чтобы я взялся его учить! Всего лишь человек, нужный для того, чтобы в человеческих землях ко мне не цеплялись!

Наконец Иннуа вышел наружу. В одной лапе он нес какой-то предмет, так что пришлось ему ковылять к моей пещере на трех оставшихся, поджимая эту к груди.

– Да давай я все сделаю! – предложил Эльн, увязавшийся следом.

К моему удивлению, Иннуа резко развернулся и выдохнул в сторону своего человека тонкую струйку пламени. Огонь ударил прямиком под ноги Эльна, но парень даже не стал отскакивать. Замер, как вкопанный, оставшись преспокойно стоять на месте.

«Он ему доверяет! – с удивлением осознал я. – Настолько!»

Белобрысый Эльн просто знал, что ни при каких обстоятельствах дракон не причинит ему вреда. И беззастенчиво этим пользовался.

– Ну и? – ехидно осведомился парень, сверкнув серыми глазами.

– Стой здесь! – коротко приказал Иннуа. – В пещеру Ладирьехо не суйся. Иначе он вполне может оторвать тебе башку. Он сейчас будет очень сильно не в настроении.

Я удивленно приподнял надбровные выросты. С чего это вдруг я буду не в настроении? Ну, может, я и перегнул слегка палку, изображая, что не так уж сильно обрадовался возвращению Иннуа. По правде я все же рад был видеть друга. Можно сказать, немножко даже скучал по нему.

Золотистый тем временем подковылял ко мне.

– Если не перекусишь мне сейчас шею, я буду благодарен, – сообщил он, наклонившись зачем-то к моей задней лапе.

И тут я понял, что он принес. Ключ! Огромный – по человеческим меркам. И мелковатый для драконов. Ключ от кандалов, что меня украшали на протяжении вот уже более десятка лет! Я ощутил, как ярость затапливает меня вместе с поднимающимся в глотке пламенем.

– Так все это время он был у тебя в пещере?! – прорычал я оскалившись. – И ты мне ничего не сказал? Не снял с меня эту цепь?!

Иннуа поднял на меня виноватый взгляд. Не обращая внимания на поваливший из моих ноздрей дым, он сел на пол и принялся возиться с ключом, неловко обхватив его двумя лапами. Все-таки, наши пальцы не предназначены для столь мелких предметов.

– Прости, Ладирьехо,– едва слышно произнес мой друг, с трудом все-таки попав ключом в замок кандалов. – Мне жаль.

– Но почему люди отдали его тебе? – удивился я, немного подуспокоившись и выдохнув в сторону дым и тонкую струйку пламени, опалившую и без того закопченный потолок.

– Такова была наша договоренность, – угрюмо произнес Иннуа. – Когда совет старейшин постановил тебя заковать после того случая, старейшина Тлун отдал мне ключ. Он сказал, что драконы могут освободить тебя в любой момент, когда сочтут нужным.

– И ты этого не сделал?! – ярость вновь обожгла меня горячей волной.

Он был прав. Сдержаться и не сомкнуть острые зубы на изящной шее золотого дракона оказалось труднее, чем я думал. Вместо этого я клацнул ими в паре миллиметров от его чешуи. Иннуа вздрогнул, но продолжил ковыряться с ключом, неумело пытаясь повернуть его в замке.

– Ты был не готов, – угрюмо произнес друг, не поднимая на меня глаз. – Мы не могли быть уверены, что тот случай не повторится… Ты напал на детенышей, Ладирьехо. Это позор для любого дракона, какого бы вида они ни были!

– Можно подумать, что люди относились так же трепетно к нашим детям! – я видел в отражении на отполированной до блеска драконьим дыханьем стене пещеры, как мой взгляд потемнел от гнева.

– Сейчас другие времена, – напомнил Иннуа.

Что-то в замке на моей лапе щелкнуло. Кандалы, сжимавшие ее столько лет, вдруг открылись и упали, со стуком покатившись по полу. Вместо Иннуа я спалил их. Просто выдыхал пламя до тех пор, пока металл не превратился в бесформенный комок. Затем принялся топтать его лапами. Впрочем, это оказалось дурной затеей. Терейнис был прав. Недавно зажившую лапу нагружать в полной мере пока не стоило. Да и топтаться ею по раскаленному металлу было не самым умным моим поступком. Золотой мрачно наблюдал за моими действиями.

– Надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть об этом, друг! – очень серьезно произнес он.

– Так что там положено делать дальше, после того, как дракон выберет себе Небесного Спутника? – невинно осведомился я, дуя на покрасневшую подушечку передней лапы.

– Всадник и его дракон проходят курс обучения в Академии Небесной Стражи Энсира, – порадовал Иннуа. – Поздравляю, Лад, теперь ты будешь учиться!

– У людей?! – поразился я. – Чему?! Они что, летать меня научат?!

– Не только у людей, драконы тоже занимаются обучением новичков, – невозмутимо откликнулся Иннуа. – Например, как летать так, чтобы не убить ненароком своего седока. Ну и еще всяким полезным вещам. Может быть, тебе даже понравится, Ладирьехо. Для нас с Эльном это было очень счастливое время.

Я взглянул на его юнца, который, не утерпев, заглянул в пещеру. Строгого наказа Иннуа хватило лишь на то, чтобы Эльн остался на пороге и не заходил внутрь. Если и Терейнис будет меня так же слушаться, то проживет он точно недолго.

– Замечательно! – выдавил я. – Давно мечтал побывать в Золотом Городе!

Примерно с тех пор, как люди водрузили на мою ногу цепь.

Глава 5

Основная часть Академии Небесной Стражи представляла собой два корпуса казарм. В одном, что побольше, жили драконы, а во втором их всадники. Посередине располагалась большая открытая площадка, где воины учились сражаться, а драконы старались им не слишком мешать. Там же иногда проходили поединки между драконами, а так же турниры всадников.

Над всем этим возвышалась огромная Золотая Башня, она же Драконья, откуда бравые защитники Энсира отправлялись в дальние странствия на своих драконах. Вернее, на спинах моих порабощенных сородичей. Многие из которых даже не понимали униженности своего положения, так как родились уже после заключения Договора и иной жизни не представляли.

– Теперь и мы будем жить здесь! – радостно заявил Терейнис, спешившись с моей спины и перекинув через плечо не слишком-то увесистый мешок со своими вещами. – Здорово, да? Я раньше в обычной воинской казарме жил. Здесь намного просторнее!

– Ага, чтобы драконы не наступали друг другу на хвост, – буркнул я.

На территории Небесной Академии и впрямь было, где развернуться. Несколько драконов могли бы одновременно пробежаться наперегонки по тренировочной площадке, не опасаясь затоптать людей вокруг насмерть. Уже неплохо. От здания Драконьей Башни отделилась высокая фигура в кожаном доспехе с золотым узором. Это был крепко сложенный смуглокожий воин из Южных Земель. Скорее всего, его семья когда-то перебралась в Золотой Город. Или он был одним из тех Семнадцати Детей, что привез однажды в Энсир старейшина Тлун. В ту пору он был гораздо моложе, чем сейчас, и только привыкал к статусу старейшины – его избрали лишь недавно.

Ему удалось каким-то образом уговорить Иннуа поучаствовать в одной битве с Южными Землями. Сражение старейшина выиграл, только вот незадача, оказалось, что вместе с золотом и прочими драгоценностями, поверженные враги надумали подарить ему семнадцать юных рабов, захваченных когда-то у других племен. Некоторые из них были еще так малы, что едва доставали бедолаге Тлуну до пояса! Узнав, что все дети разного происхождения и понятия не имеют, где находятся их племена, старейшина забрал всех с собой в Энсир. Никаких иных вариантов не оставалось. С тех пор их называли Семнадцатью. Теперь это самые свирепые и преданные воины Золотого Города, готовые ради верховного старейшины буквально на все. Тлун самолично проследил за их обучением и позаботился, чтобы никто из семнадцати не нуждался ни в чем. Они платили ему безусловной преданностью и безрассудной отвагой, присущей народам Южных Земель.

– Адаваст! – коротко представился воин, оглядев нас Терейнисом. – Так ты, значит, тот самый? Мальчик, приручивший предводителя драконов?

В ответ я выпустил струю пламени ему под ноги.

– Нет, это я – тот самый предводитель драконов! Взявший на воспитание этого мальчика! – прорычал я свирепо.

На смуглом лице мужчины возникла широкая ухмылка.

– Так я и думал! Слухи не врут, ты отлично говоришь на человеческом языке, Ладирьехо! Лучше этого на моей памяти говорил лишь Иннуа!

Что?! В каком это смысле он говорит на языке людишек лучше меня?! Темные глаза Адаваста язвительно сверкнули в ответ на мое возмущение. Трава под его ногами все еще тлела, и он ее затоптал своим кожаными, обработанными специальным жароустойчивым составом сапогами. Такие у всех драконьих наездников. Частенько им буквально приходится идти по углям. У них на подошвах даже железные набойки стоят, за что иногда Небесных Всадников называют «Подкованными».

– Пойдем, парень! – весело сказал мужчина. – Я – главный инструктор Небесной Академии. Буду лично отвечать за ваш выпуск.

«Вот, значит как! Не иначе Тлун попросил!» – сообразил я.

Должно быть, верховный старейшина провел не одну бессонную ночь, гадая, какие у меня намерения, с тех пор, как Терейнис объявил меня своим Небесным Спутником.

– Здесь ученическая казарма! – Адаваст приветливо распахнул дверь здания, весьма напоминавшего очень длинный сарай, внутри которого обнаружилось два ряда тесных коек, расположенных вдоль стен.

Заглянул я в человеческую казарму на всякий случай. Вдруг, ну там, не знаю, условия, куда хотят поместить Терейниса, больше похожи на хлев для скота. Тогда, пожалуй, я позволил бы ему ночевать рядом с собой. Не под крылом, конечно. Но кучей соломы поделился бы. Он мне пока что нужен для исполнения моего плана.

– Вон та койка свободна! – порадовал Адаваст. – Располагайся, парень!

Терейнис послушно бросил на указанную кровать, застеленную толстым холщовым одеялом, свой заплечный мешок, и вышел обратно ко мне.

– Ладно, приятель, теперь покажу тебе твое жилище! – продолжая радостно ухмыляться, главный инструктор повел меня к стойлам для драконов.

А это были именно стойла. Совсем, как для лошадей, разве что денники побольше. С кучей соломы, как и говорил Иннуа. Он предупредил, что в холодные ночи стоит в нее закапываться, потому что в стенах кое-где есть щели и из них дует. А согреть такое жилище драконьим дыханьем, как наши пещеры невозможно. Деревянная казарма попросту вспыхнет!

– Н-да! – проговорил я, попытавшись впихнуться в переделанный конский денник, рассчитанный на драконенка-подростка.

Хвост мой при этом пребольно врезался в стену, пытаясь хоть как-то поместиться за спиной. Я попытался устроиться на соломе, как меня учил Иннуа, но он забыл предупредить, что наружу из денника у меня будет торчать морда. Упираясь при этом в двустворчатые двери, позаимствованные опять же на ближайшей конюшне, судя по их виду!

Терейнис и Адаваст переглянулись.

– У Иннуа была та же проблема, – утешил инструктор. – Сейчас что-нибудь придумаем… Как ты смотришь на то, чтобы объединить твое логово с соседним, Ладирьехо?

– Логово? – презрительно осведомился я. – Не смей называть это драконьим логовом! Это конура для собаки!

С этими словами я размахнулся как следует хвостом и обрушил его на перегородку, отделявшую мой денник от соседнего. Еще несколько ударов и тонкая деревяшка треснула, развалившись на части. Терейнис, судя по всему, был в ужасе. Ему-то деревянная перегородка между стойлами не казалась такой уж тонкой. Я с видом победителя подгреб к себе дополнительную кучу соломы из соседнего стойла. Мое! Не отдам!

– Хорошая идея, – одобрил Адаваст. – Иннуа тоже так сделал. И, кстати, он тогда нацеплял кучу заноз в хвост. Тебе стоит позаботиться об этом, Терейнис.

С этими словами наглый мерзавец ушел. А Тар присел рядом на корточки, пристально разглядывая мой хвост.

– Будет больно, – с сочувствием предупредил мальчик и взялся за застрявшую в моей чешуе щепку.

– Ай! – мрачно сказал я.

На следующий день начались наши занятия. К моему изумлению, юных Всадников готовили не только сражаться верхом на драконах. Так же их обучали магии, фехтованию на мечах и многому другому. Пока у Терейниса шли занятия по ритуальному призыву духов стихий, драконов-новичков, в том числе меня, собрали на большой площадке перед казармами. Занятие у нас вел Адаваст самолично. Я бы сказал, это было чем-то вроде «введения в человекологию».

Главный инструктор два часа терпеливо объяснял юным драконам, насколько люди хрупкие. И что будет, если, к примеру, расшалившись, толкнуть их хвостом посильнее. Перелом. Я и так знаю, но для некоторых драконят это было сюрпризом. Также Адаваст объяснил нам, как сподручнее сражаться с людьми, если хотите навредить противнику как можно сильнее. Тут даже я внимал очень сосредоточенно. Не потому, что не знаю, просто это – музыка для моих слуховых отверстий. Приятно было представлять, как я разрываю на части парочку двуногих. Потом, что мне совсем не понравилось, речь зашла о том, как сражаться с другими драконами и их наездниками. Я знал, что в Небесной Академии проводятся учебные поединки. Но Адаваст слишком уж много времени посвятил этой теме. И подсказал нам приемы, способные погубить не только седока, но и дракона. Выслушав инструктора, я оскалился. Затем свирепо громыхнул хвостом по земле и развернулся к юнцам, начисто проигнорировав позеленевшего мужчину.

– Даже не вздумайте это применять! – рыкнул я на притихших от неожиданности драконят. – Люди хотят, чтобы мы сражались друг с другом! Но драконы – единый народ! Они и так уничтожили нас предостаточно! Ни к чему облегчать им задачу!

Затем я, как ни в чем, ни бывало, развернулся физиономией к Адавасту и вновь улегся на землю, водрузив голову на лапы. Сросшаяся после перелома еще немного побаливала при сырой погоде, но в остальном была уже вполне работоспособна.

– Продолжайте, наставник! – любезно оскалившись, предложил я.

Даже хвостом повилял, на манер их собак. Люди ж такое любят! Правда, от тяжелых ударов по земле моей хвостовой вилкой помощники Адаваста – двое парней со старшего курса Всадников, почему-то попятились.