Йост ван ден Вондел
Ной,
или Гибель первого мира

Joost van den Vondel

NOAH OF ONDERGANG DER EERSTE WERELD

Перевод с нидерландского Е. Витковского

Примечания Е. Витковского

© Е. Витковский, перевод на русский язык и примечания. Наследник, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Ной,
или Гибель первого мира

Tantaene animis caelestibus irae[1]!

Глубокоуважаемому господину Йоану де Валу, господину ван Анкевену

Если расположить трагедии согласно последовательности изложения трактуемого предмета, то следует первой поместить «Люцифера», второй «Адама в изгнании», третьей же должна быть помещена «Ной, или Гибель первого мира». Люцифер и его приспешники были низринуты из своего блаженного состояния в вечную немилость, и не было им дано никакой надежды на прощение; Адам и его потомки были ввергнуты во проклятие, но с надеждою на восстановление в правах после явления грядущего Избавителя. Благочестивый Ной остался невредим и, пройдя через очищение от скверны в чистилище, получил надежду на спасение и объялся великим упованием на лицезрение грядущего Спасителя, – тем временем как мир, закосневший во преступлениях, стал задыхаться в оных и погиб без раскаяния. Св. Петр, первоверховный апостол и земной наместник Христа, указует на Господню справедливость, обрекшую восставших ангелов на заточение[2]. Св. Павел говорит об унижении Адама и Адамовых потомков[3]. Св. Петр в обоих своих посланиях упоминает Всемирный потоп, совершившийся во времена Ноя[4]; подобным же образом сам Учитель, Иисус Христос, уподобляет будущее пришествие Сына человеческого тому, как было во дни Ноя, когда во дни перед потопом женились и выходили замуж вплоть до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не верили, пока не пришел потоп и не истребил всех[5]. Иисус, сын Сирахов, назвал Ноя прежде иных прославленных именами праотцев, ибо тот оказался совершенным, праведным, во времена гнева был он умилостивлением, посему сделался остатком на земле, когда был потоп; с ним был заключен вечный завет, что никакая плоть не истребится более потопом[6]. Послание к Евреям именует Ноя наследником праведности по вере[7]. Непогрешимое повествование Моисея, распространясь по всей земле, предоставило поэтам, и среди многих других Овидию, сведения о Девкалионе[8]. Иосиф Флавий дерзал предполагать, к которой из гор Армении пристал ковчег[9], колеблясь, признать ли таковой Апобатерион[10], где тамошние жители еще показывали ему в свое время остатки ковчега. Он свидетельствует, что Берос[11], халдейский историк, живший приблизительно за триста лет до Рождества Христова, зафиксировал, подобно иным негреческим писателям, рассказ о Всемирном потопе, бывшем прежде времен царя Нина[12]. Филон[13] в своем повествовании о жизни Моисея упоминает Всемирный потоп, подобное же повествует и Николай Дамаскин[14]. Плутарх[15] повторяет знакомый сюжет о том, как Девкалион, в коем мы безошибочно признаем Ноя, во время потопа выпускал голубя, возвращавшегося в ковчег, и который, наконец, будучи очередной раз выпущен, в ковчег не возвратился. Неизвестный автор пророчеств Сивиллы[16] рассказал о потопе и об остановке ковчега у горы Арарат, но по ошибке поместил таковую во Фригии. Некий стародавний извратитель, именем Апеллес, ученик безбожного своего наставника Маркиона[17], весьма самоуверенный, тщившийся лишить изначального блеска неприкосновенные страницы Моисеева писания, дал древним отцам, особливо Оригену[18], немалый материал, в коем содержалось множество рассуждений о понимании устройства и размеров ковчега, рассуждений дурных и превратных, ибо исходивших из еретических предпосылок, – однако легковесные его аргументы были опровергнуты здравыми и неколебимыми рассуждениями. Святой отец, древний архиепископ Кирилл[19], дал отпор Юлиану Отступнику, пытавшемуся возродить язычество и изобразить Моисея и Христа как совратителей, да еще употребляя при этом оскорбительные выражения: он привел свидетельства Абидена[20] и Александра Полигистора[21] и разъяснил, коим образом Ксисутрос, то есть опять-таки Ной, пустился в плавание с животными и птицами и, выпуская птиц, узнал о том, что потоп укротился. Епифаний[22] говорит, что жену Ноя звали Пирра[23], то же сообщают Диодор и Плиний, не остававшиеся в неведении касательно потопа; особенно же Лукиан[24], глава хулителей Бога, уделяющий имени Девкалиона весьма обширное место, приводит все обстоятельства изложенных Моисеем событий как услышанные им из уст греков.

Если даже не принимать во внимание единодушие сих нелживых и достойных уважения свидетелей, как друзей, так и врагов, безбожникам все равно не дерзнуть никогда, – дабы потешиться скоропалительностью мнимоученых выводов, и, аки скоты несмысленные, умереть без надежды на вечное спасение, – не дерзнуть им никогда опровергнуть светлую истину исторических книг пророка Моисея, не оскорбить их, именуя плодами досужего ума и баснями.

Высшая Премудрость, коей ведомы испорченность и ненужность человеков, так же как ведомо ей коварство и низость Сатаны, кружащего возле оных подобно льву, рыкающему в надежде поглотить их, берет за обыкновение каждого уклонять от зла и наставлять на путь добра, приводя примеры из Священного Писания, повествуя о карах и возмездиях, коим предшествовали заповеди и запреты, обетования и угрозы. Не должно рассматривать сие никак иначе, нежели в качестве образца глубоко продуманного и справедливого служения Господу, даваемого зрителям как пользительное зерцало, воздействующее на нравы взирающих так либо иначе. С надеждой на подобное снисходительное отношение приношу я сей труд, каков он ни на есть, для постановки на сцене под покровительством Вашего высокого имени, надеясь, что при Вашей благосклонности это послужит одному лишь добру, и я остаюсь

Глубоко уважающий Вас,

покорный Ваш слуга

Й. ван Вондел

Содержание

Адам, первый праотец рода человеческого, умножился в потомстве через две ветви: Каина и Сифа. Оные, разошедшись наветьями, заселили мир. Сыновья Сифовы, очарованные красою и прелестию дочерей Каина, вступили с ними в сожительство, породили тем самым исполинов и титанов, впали из-за этого непотребного смесительства в разнообразные неблагочестия и озлобления, отвергли святые примеры поведения Сифа, Еноса, Еноха, забросили жертвенники и алтари и предались нарушениям супружеской верности, вступали в кровосмесительные связи, оскверняя сестер и матерей, а также безо всякого разбора принялись чинить над неповинными соседями кровавые грабежи и насилия. Праотец Ной, сын Ламеха, единственный образец благочестия и посол раскаяния, напрасно противопоставлял сему непотребству свои поучения и угрозы. Наконец, человеческая злоба жестоковыйно разрушила долготерпение Всевышнего, Господу стало горько, и построил тогда Ной по указаниям высочайшей руки ковчег: собрал в нем четвероногих животных и птиц, каждого рода по паре, и, наконец, укрылся в этом сооружении вместе со своими домочадцами – женой, тремя сыновьями и их женами. Господь замкнул оное, после чего пришел Всемирный потоп, напором великих пучин и разверзшихся хлябей небесных, как и нескончаемых ливней, нараставших трое суток, поднялся на пятнадцать локтей надо всеми наивысочайшими горами, истребивши единовременно по всей земле и человеков, и животных.

Действие трагедии разворачивается перед Градом Исполинов, Исполиненбургом, у подножия Кавказских гор, возле кедровой рощи, в виду Ноевой верфи. Трагедия начинается перед восходом солнца и заканчивается с его заходом.

Действующие лица

Аполлион, король бездны

Ной, посол раскаяния, распорядитель постройки ковчега

Хор ангельской стражи

Зодчий ковчега

Ахиман, великий князь Востока

Гофмейстер, Архипастырь – служители Ахимана

Урания, великая княгиня Востока

Девушки

Хам, Сим, Иафет – Ноевы три сына

Уриил, Ангел-судия

Действие первое

Аполлион

Я, повелитель тьмы, король Аполлион,
Здесь пребывать могу, пока на небосклон
Светило горнее не выметнуло блики.
Дышу зловонием, отвратным Божьей клике,
Пред ним созвездия дрожат, боясь упасть, —
Столь гарью серною моя дымится пасть,
Что меркнут в небесах светил высоких знаки.
Глаза мои горят, как угля два во мраке,
И чадный их огонь приумножаем тьмой.
10   Смолой сочится жезл, палящий посох мой,
Где травы я стопой ничтожу на равнине
И живность жалкая мчит в чащи и пустыни.
Явленью моему в сей горный край – виной
Тот исполин-корабль, что здесь построил Ной;
С семьей от гибели спастись он хочет в трюме.
Вот – истинный предмет сомнений и раздумий.
Горюче дерево. Тогда – о чем же речь?
Смолистым посохом его легко зажечь,
Грянь, адский фейерверк! Огонь да будет ровен
20   Просохших за сто лет кедровых тяжких бревен,
Их не изгложет червь, неспешный древоед[25]:
В пылающей смоле спастись надежды нет,
Все бревна, доски все из дорогого кедра
Да напитают огнь пресыто и прещедро!
Вся преисподня рать в восторге возопит,
Встопочет яростным биением копыт,
А простофиля Ной, известный сын Ламеха,
Столетний труд спасать возьмется без успеха[26],
Покуда ветр вконец пожара не раздул!
30   Но это все – мечты. Бдит Божий караул,
Беспочвен замысел пожегного набега.
Во пламени ином – путь к гибели ковчега!
Вас, темны призраки, в помощники беру:
В кедровом бодрствуйте, удобном столь бору,
Из пущи на ковчег бросая зачастую
Взгляд ненавидящий. Кедровник тень густую
Предоставляет нам при наступленье дня —
Легко сокрыться в ней. Сколь радуют меня
Воспоминания, как, прикровенны мраком,
40   В Адамовом саду стояли мы биваком[27],
Людского рода ствол так хитро подрубя:
Победа, до сих пор дающа знать себя,
С тех пор прошло веков шестнадцать с половиной
И шесть еще годов: минуты ни единой
Не упустили мы, вред умножая, чтоб
Земное царство все поистребил потоп.
Вот праотец опять грядет седобрадатый,
Вот неизбежною опять грозит расплатой —
В последний раз. А мы, в лесную прячась мглу,
50   Всеусто изрыгнем ему в ответ хулу,
По долам, по лесам ее пусть множит эхо,
Трясутся горы пусть от дьявольского смеха,
Пусть визг, и вой, и стон в ущельях прогремит,
Хохочет эхо пусть и плачет пусть навзрыд.
Уловкой женскою был первый муж погублен,
И нами слабый пол с тех пор весьма излюблен:
Все дщери Каина несут в очах один
Огонь: пред ним любой сдается исполин,
И сам великий князь привержен той же сласти,
60   Хоть воин доблестный. Весь род людской во власти
Всесильной похоти, завоевавшей свет:
Нет нужды проверять то, в чем сомнений нет.
Трон мраморный ее, иные все низринув,
Встал над Кавказом, здесь, во Граде Исполинов;
С тех пор, как праотцу закрыт был Божий рай
Мечом пылающим, – сей не менялся край.
Да, он преображен, но не разрушен грубо[28],
И все, что суще здесь, – людскому взору любо;
Источники, луга, веселые сады,
70   И с веток прямо в рот здесь падают плоды,
Лаская вкус любой. Щебечут птахи в гнездах,
Забавы, пляски – весь весельем полон воздух,
Мчит свадеб карусель теперь, как испокон:
Нет принуждения, отсутствует закон.
Енох примером здесь не поставляем ныне.
Дни весело спешат. Плодят богов богини,
Для исполинов глас Господень нипочем:
То справедливо здесь, что решено мечом
И верною стрелой; то право, что жестоко.
80   В сей ежегодно день великий князь Востока[29],
Склонивший страны все к покорству властелин,
Светлейший Ахиман, Енаков гордый сын,
Княгиню чтит свою великим пированьем,
Роскошеством гостей и брачным ликованьем.
Он праздник учинит, не пощадя затрат.
Вассалы – Инд и Ганг, Тигр, также и Евфрат
Для метрополии пришлют немало дани,
И Феникс для венца на славном Ахимане
Частицу уделит от своего пера.
90   Многоразвратного величье чтя двора,
Склоняют перед ним все рабственны колена.
Но – солнце в Небеса стремится несомненно,
Покуда не вошло оно в свои права,
Нам должно спрятаться за темны дерева,
В кусты. Сам праотец бредет сюда неспешно,
Сжав посох свой кривой, рыдая безутешно,
Стеная и молясь. Отыдем к тайнику,
Внимать попробуем плаксивцу-старику.

Ной

Рассвет, разубранный в порфиру,
100   Грядет из Божьего дворца:
Что ждать от этого гонца,
Пощады либо смерти миру?
Пока что люди грезят всласть,
Но скоро их задушит влага, —
Как ожидать от Бога блага,
Не обуздавши плотску страсть?
Для их строптивства бесполезно,
Что сетую, что слезы лью:
Встречает проповедь мою
110   Их равнодушие железно.
Но обреченных – гнать ли прочь,
Пока грядущий день не прожит:
Они раскаются, быть может,
Расплату, Господи, отсрочь!
Но беспощадно всходят воды —
Смерть в их дыхании сыром, —
Готов над миром грянуть гром,
Глагол разгневанной природы.
Потоки влаги низводя,
120   Разверзнется небесна сфера, —
Но в грешных невселима вера
В смерть от потопа и дождя —
Гнев умножается верховный —
К земному роду обратясь,
В котором возгордился князь
Обильем роскоши греховной.
Бог зрит сей мир сквозь облака,
И по заслугам, несомненно,
Его терпенье истощенно —
130   Столь мерзость в людях велика.
И мне, хранившему надежды,
Нет утешения нигде:
Я опускаю во стыде
Мои заплаканные вежды.
Прости, что стройка корабля
Шла все неспешней, все тяжеле:
О, не раскается ужели,
Грехом исполнена земля!
Обречены ее народы;
140   О первых людях вспомяни —
О, как наказаны они
Тобой уже в былые годы!
К моленью, Отче, низойди,
Спаси, прости, не осуди!

Хор ангельской стражи

I. Песнь

Мы – златокрылый сонм Господен,
Мы зорко бдим,
Чтоб невредим
Был сей, кто Господу угоден,
Тогда как весь живущий люд
150   Дик, будто звери.
Сыны и дщери,
От Бога отвратившись, бьют
Поклоны бренным вожделеньям,
Что под луной
В стране земной
Ничтожимы поспешным тленьем.
Племен разнузданных вина,
Что жизни суть искажена.

I. Ответная песнь

Но в мире этом развращенном,
160   Где каждый лжив, —
Был некто жив,
Кто образцом служил священным.
Вот, жили грешники во зле
Привычным ладом,
И с Сифом рядом[30]
Плодился Каин на земле.
Встревожилась душа Еноха[31],
Он зрил с тоской,
Как род людской
170   Себя ведет срамно и плохо, —
И к Богу, плача от стыда,
Взмолился праведник тогда.

II. Песнь

Почто такой великой ложью, —
Он горько рек, —
Мог человек
Сквернить в себе природу Божью?
Кричать о сем – напрасный труд,
Довольны люди,
Живя во блуде,
180   Безумцем все меня зовут;
Их жертвы Богу не в потребу,
Их воля зла:
Одна хула,
Я слышу, возлетает к небу.
Чужак я ныне меж людьми:
Отсель, Отец, меня возьми!

II. Ответная песнь

И стало так по Божьей воле:
Бог сей же час
Направил нас,
200   Чтоб взять Еноха из юдоли,
Ввести в небесную семью, —
И был оставлен
Сей муж прославлен
Надолго пребывать в Раю;
Дремли безгрешно, человече[32],
Но часа жди
И в мир сойди
Мессии новому предтечей.
Взнесен Енох, но в мир земной
200   Пришел пророчествовать Ной.

Заключительная песнь

О праотец Енох, живущий
До срока во блаженной куще
Среди горних роз на небеси, —
Отдохновение вкуси.
А в мире злоба все безмерней,
Здесь праведность живет меж терний,
Ликуют похоть и поклеп,
Уже неотвратим потоп,
Взойти над миром влага хочет,
210   Потоков тысячью клокочет
И льнет к стопам избыток вод, —
Но глух и слеп земной народ!

Действие второе

Зодчий ковчега, Ахиман.

Зодчий

О мощный Ахиман, кому равно пристойны
Женонеистовство и громоносны войны,
Вот, мною возведен, как видишь, исполин:
Последний вогнан гвоздь, забит последний клин.
Коль Бог бы восхотел подать урок народам
Посредством паводка, – готовься плыть по водам,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Tantaene animis caelestibus irae. – «Неужель небожителей гнев так упорен?» («Энеида»; пер. С. А. Ошерова).

Вернуться

2

…ангелов на заточение. – II Посл. Петра, II, 4.

Вернуться

3

…и Адамовых потомков. – К Римлянам, 5, 14, I Коринфянам, XV, 22; 45.

Вернуться

4

…во времена Ноя… – «И если он пощадил мира, но в восьми душах сохранил семейство Ноя, проповедника правды, когда навел потоп на мир нечестивых» (I Посл. Петра, III, 20; II Посл. Петра, II, 5). «Посол раскаяния» нидерландского текста Библии как раз соответствует «проповеднику правды» русского текста. Именно из этих строк выведен Вонделом мотив «гибели первого мира», давший условное наименование всей трилогии. «Послом раскаяния» (или же «проповедником правды») называет в одноименной поэме Вондел Иоанна Предтечу.

Вернуться

5

…и не истребил всех. – От Матфея, XXIV, 37–39.

Вернуться

6

…не истребится более потопом. – Книга Иисуса, сына Сирахова, XLIV, 16–18. Данная книга не входит в число канонических книг Библии, в католических изданиях Библии не публикуется. Православная церковь сохраняет эту книгу в составе своей версии Библии как неканоническую.

Вернуться

7

…праведности по вере. – Посл. к Евреям, XI, 7.

Вернуться

8

…о Девкалионе. – Овидий. Метаморфозы, кн. I, ст. 244–415.

Вернуться

9

…пристал ковчег… – Иосиф Флавий. Иудейские древности, кн. I, гл. 3.

Вернуться

10

Апобатерион. – Т. е. по-гречески буквально «гора причала» Ноева ковчега; чаще всего так именовали Арарат.

Вернуться

11

Берос (IV–III вв. до н. э.) – халдейский историк, писавший по-гречески.

Вернуться

12

Нин – легендарный основатель ассирийского царства.

Вернуться

13

Филон Александрийский (ок. 25 г. до н. э. – ок. 50 г.) – философ, пытавшийся синкретизировать библейские тексты с античными философскими и естественно-научными течениями.

Вернуться

14

Николай Дамаскин – ученый, живший во времена Августа и пользовавшийся покровительством последнего (как, впрочем, и Ирода). Перипатетик, написавший, среди прочего, историю Ассирии. От его сочинений остались только фрагменты, изданные в 1634 г.

Вернуться

15

Плутарх – издатель тридцатитомного Вондела ван Леннеп справедливо пишет, что «подобного места у Плутарха найти не удалось».

Вернуться

16

…автор пророчеств Сивиллы… – Имеется в виду известный сохранившийся апокриф (ок. 1 в. до н. э.), с древними «книгами Сивилл», видимо, не имеющий ничего общего.

Вернуться

17

Маркион (II в.) – один из родоначальников гностицизма в христианстве, едва ли не самый анафематствуемый раннехристианский ересиарх.

Вернуться

18

Ориген (185–254) – один из первых и наиболее оригинальных христианских богословов. Вондел причисляет его к «древним отцам» – т. е. к «отцам церкви», едва ли не умышленно оставляя в забвении тот факт, что Ориген церковью не только не был канонизирован, как прочие «отцы церкви», но и самое его учение было признано ересью, главным образом его доктрина «Апокатастасиса» (см. примеч. к имени «Рафаил» в «Именах персонажей трилогии»).

Образ Оригена многократно привлекал внимание западноевропейских и американских писателей (аргентинца X. Л. Борхеса, немца X. Э. Хольтхаузена) в XX в. Его обширное творчество плохо сохранилось, но то, что осталось – прежде всего трактаты «О началах» и «Против Цельса», – служит объектом пристального внимания в науке по сей день.

Вернуться

19

Кирилл – св. архиепископ Александрийский, обличитель императора Юлиана Отступника и антропоморфитов.

Вернуться

20

Абиден, или Палефест из Абидоса, – ученик Аристотеля, писатель-историк. Возможно, правда, что здесь имеется в виду другой Абиден, упоминаемый Евсевием, написавший ассирийскую и халдейскую истории.

Вернуться

21

Александр Полигистор – греческий ученый, живший во времена Суллы, написавший ряд исторических, философских и художественных произведений; среди них была и «История Евреев», неоднократно цитируемая Кириллом, Евсевием и Климентом Александрийским.

Вернуться

22

Епифаний. – Кто здесь имеется в виду, неясно. Существовал епископ Кипра (IV в.), канонизированный, оставивший некоторое количество писаний; существовал также ученый V в., который по просьбе Кассиодора перевел на латынь истории, написанные Теодоретом, Сократом и Сосоменом, и свел все три в одну. Возможно, также, что имеется в виду св. архиепископ Саламинский (ок. 310–403).

Вернуться

23

Пирра – так называет жену Девкалиона Овидий в «Метаморфозах» (напомним, что Вонделу принадлежит их полный перевод александринами на нидерландский язык). Свидетельства Диодора Сицилийского и Плиния Старшего приведены здесь явно для пущей убедительности.

Вернуться

24

Лукиан из Самосаты (ок. 120 – ум. после 180) – знаменитый греческий писатель, известный, в частности, едва ли не самой ранней сатирой на христиан.

Вернуться

25

Их не изгложет червь, неспешный древоед… – Древесина ливанского кедра не точится червем, отчего считалась в древности драгоценным строительным материалом.

Вернуться

26

Столетний труд спасать возьмется без успеха… – Согласно Библии Ной получил предупреждение от Бога о потопе лишь за семь дней до него, построил ковчег и закончил все приготовления. Однако, согласно церковному преданию (не Библии), на постройку ковчега «из дерева Гофер» у Ноя ушло как раз то столетие, которое лежит между рождением его сыновей Сима, Хама и Иафета (Бытие, V, 32), когда Ною было 500 лет, и временем пришествия потопа, когда ему исполнилось 600 (Бытие, VII, 6).

Вернуться

27

В Адамовом саду стояли мы биваком. – См. примеч. к имени «Аполлион» в «Именах персонажей трилогии»; ср. ст. 112 «Адама в изгнании».

Вернуться

28

…сей не менялся край. / Да, он преображен, но не разрушен грубо… – Прямое указание на то, что город Исполинов расположен именно там, где некогда находился Эдем, и прежний «рай земной» стал «раем любострастия» – подчеркнуто восточным вариантом рая. Поскольку гора Арарат и весь Кавказ для Вондела находились где-то далеко в магометанских краях, вся концепция «Ноя» может рассматриваться как выпад против Ислама.

Вернуться

29

В сей ежегодно день великий князь Востока – и к ст. 90: Многоразвратного величье чтя двора… – «князь Востока» и его «многоразвратный двор», помимо прямого значения, а также помимо несомненного выпада против Османской империи, видимо, должны рассматриваться еще и как инвектива двору английского монарха Карла II (ср. ст. 989–997, где выпад еще резче): с января 1665 г. Англия и Голландия находились в состоянии войны. В исламском многоженстве Вондел видел залог грядущего поражения Ислама, в развратности английского двора – залог поражения Англии как империи.

Вернуться

30

И с Сифом рядом… – Сиф – сын Адама, родившийся после смерти Авеля, праотец целого поколения праведников (Бытие, IV, 25).

Вернуться

31

Встревожилась душа Еноха… – Заметим, что еще в раннем произведении Вондела, цикле «Ветхозаветные герои» (ок. 1620), имеются главы, посвященные будущим героям драматической трилогии: «Адам, отец отцов», «Ной, первый шкипер». Там же помещена глава о праведнике Енохе, не появляющемся на сцене, но занимающем важное место в действии «Ноя». Собственно, о Енохе в канонической Библии сказано мало: «И ходил Енох пред Богом, и не стало его, потому что Бог взял его» (Бытие, V, 24), а также сообщено, что Енох – отец Мафусаила, отца Ламеха, отца Ноя – т. е. прадед Ноя (Бытие, V, 18–24). Вся история взятия Еноха живым на небо восходит не к Библии, а к церковному преданию и содержит в себе несомненные элементы гностицизма.

Вернуться

32

Дремли безгрешно, человече… (и далее до ст. 204). – Согласно упоминавшейся апокрифической «Книге Еноха» Енох должен возвратиться на землю перед вторым пришествием Христа. В каноническом тексте Библии на этот счет есть лишь указание Апокалипсиса (о «двух свидетелях» – Откровение, IX, 3), но там Енох по имени не назван. Церковная традиция считает этими двумя свидетелями двух праведников, взятых живыми на небо: Еноха и Илию.

Вернуться