Дора Коуст (Любовь Огненная)
Марианна 2. Любимая двойная попаданка

Глава 1. Возвращение с привкусом грозы

Под мягкое покачивание кареты я задремала в уютных объятиях Арсарвана. Танцы в парке и долгожданное решение проблемы с поиском ведьмы лишили меня последних сил, но этот восхитительный день в столице я бы не променяла ни на что на свете. Потому что на губах все еще ощущался сладкий поцелуй.

С привкусом моих собственных слез.

На душе висел тяжелый камень. Наверное, я должна была радоваться тому, что совсем скоро мы сможем встретиться с ведьмой и вернуть меня домой ‒ в мой мир, но эта маленькая победа отчего-то отдавала горечью. Я слишком сильно привязалась к Арсарвану. Я влюбилась в него вопреки здравому смыслу и, если бы могла, забрала бы его с собой.

Но захочет ли? Этот вопрос я собиралась задать ему перед нашей встречей с ведьмой.

Уютная тишина убаюкивала и пленила. Даже Бергамот, обычно шумный и беспокойный, свернулся клубком на скамье напротив нас. Демоническая мышь едва слышно попискивала в клетке, наверное видя сны о свободе и мести таким нехорошим нам. Что делать с ним дальше, я пока не представляла.

Пальцы Арсарвана то и дело успокаивающе скользили по моей руке. В его объятиях я могла расслабиться. Он казался надежным даже несмотря на то, что помогать мне с возвращением изначально не собирался. Но благородство в нем победило желание извлечь выгоду из моего попаданства.

Я была благодарна ему и за правду, и за честность, и за откровения. А ведь он наверняка понимал, что они могут испортить наши отношения. Но дело в том, что красивым сказкам я всегда предпочитала реализм.

Внезапно ощутив, как Арсарван напрягся, я открыла глаза и выпрямилась. В сумраке кареты его взгляд показался мне острым.

Посмотрев в том же направлении, я увидела глянцево-черный экипаж. Он стоял на подъездной дорожке рядом с крыльцом нашего поместья. Под светом фонарей четко угадывался рисунок герба на дверце. На щите был изображен рыцарь, пронзающий копьем странное существо с когтями и хвостом.

‒ Посиди здесь вместе с Бергамотом, ‒ произнес Арсарван неожиданно сухо, мягко высвобождаясь из моих рук.

Меня охватил необъяснимый страх, но вопросов я задавать не стала. Чтобы лучше видеть крыльцо, пересела на скамейку к коту.

Рука машинально потянулась к пушистому боку. Мгновенно отреагировав, хвостатый зашевелился, поднялся, зевнул и потянулся.

Ничего не объяснив, граф открыл дверцу, сошел со ступеньки и уверенно направился к поместью. В тот же миг ему навстречу на крыльцо вышла незнакомая мне девушка, и эти двое замерли, глядя друг на друга.

В свете фонарей ее волосы имели красный оттенок.

« Волосы цвета спелой вишни… » – всплыла в воспоминаниях фраза из дневника Татии. Так она описывала Арибеллу, жену своего брата.

Шерсть Бергамота под моей ладонью вдруг встала дыбом.

‒ Ты чего? ‒ отвлеклась я на миг, обратив свое внимание на кота.

Прямо под моим взглядом он уменьшился до размеров котенка, и клетка, до этого державшаяся на ошейнике, со звоном ударилась о пол.

Котяра же затрясся всем своим тельцем.

‒ Тау-м Пожирающая, ‒ прошептал он, вжимаясь в угол.

Перед глазами всплыла еще одна строчка из дневника Татии, будто сама память вытолкнула ее наружу:

«Пожирающие могли вытягивать магию из любого предмета или существа. Для обладающего магическим даром эта встреча почти всегда заканчивалась смертью, а для артефакта ‒ полным опустошением».

От нахлынувшего страха в желудке поселился неприятный холод. И если Арсарвану было не о чем беспокоиться: он являлся простым человеком, то нам с котом оставалось только затаиться и молиться, чтобы нас не заметили.

Но грохот клетки уже привлек внимание незваной гостьи. Когда я вновь посмотрела на крыльцо, в затянувшейся тишине Арибелла перевела взгляд с графа точно на карету. Я поймала его на себе.

Ни намека на улыбку. Лишь острый интерес.

Со всем изяществом спустившись по ступеням, она остановилась напротив Арсарвана.

‒ Так это правда? ‒ голос магички прозвучал хлестко. ‒ Эта девушка… Пропащая?

Арс не сдвинулся с места, таким образом преграждая путь гостье.

‒ Что тебе известно? ‒ спросил он требовательно.

Они стояли напротив друг друга, будто дуэлянты перед первым выстрелом. Граф ‒ сдержанный, как и всегда. Она же напряженно сжимала в пальцах конверт и смятый лист бумаги. Им-то и помахала.

‒ Это долгий разговор, ‒ наконец произнес он. ‒ Ты позволишь мне объясниться?

Взгляд Арибеллы дрогнул. Ее решимость на миг отступила.

‒ Только если девушка будет при этом присутствовать, ‒ внесла магичка свое условие, ‒ и сможет свободно отвечать на мои вопросы.

Она снова посмотрела прямо на меня.

Судя по изменившейся позе, Арсарван собирался возразить. Но, приказав трясущемуся коту сидеть в карете, я самовольно покинула экипаж. Страшно было по-прежнему, но иного варианта не видела. А еще отчетливо помнила из записей в дневнике, что реальная Татия с Арибеллой враждовала.

Земную пословицу «Враг моего врага ‒ мой друг» нам предстояло проверить прямо сейчас.

‒ Я готова, ‒ произнесла я твердо.

‒ Мари, вернись в карету, ‒ неоспоримо приказал Арс, так и не шелохнувшись.

То есть он по-прежнему стоял ко мне спиной, не выпуская магичку из виду.

На губах Арибеллы в ответ на этот приказ появилась странная улыбка.

Не послушавшись, я все же подошла к графу и встала рядом с ним на шаг позади.

‒ Арс, нам же нечего скрывать, ‒ обратилась я к нему мягко. ‒ В том, что случилось, не виноваты ни ты, ни я. Это Татия провела ритуал.

‒ Нам лучше поговорить об этом внутри, ‒ сказал он с нажимом. ‒ Если ты попытаешься навредить Маше, я за себя не ручаюсь.

Последние слова, к моему удивлению, были адресованы Арибелле. Девушке, в которую еще год назад бывший капитан пиратского корабля был влюблен.

Ощущала себя неуютно и неуместно, пока мы вместе поднимались на крыльцо и располагались в гостиной на первом этаже.

Горына и Имка поджидали нас в холле. Отдав им распоряжение принести чай, который вряд ли кто-то собирался пить, Арс занял одно из кресел. Во втором рядом с ним разместилась я, а гостья присела на диван.

Единственной преградой между нами выступал кофейный столик.

Тишина стояла такая, что я слышала собственное дыхание. Вежливое молчание казалось гнетущим, а наши позы напряженными. Лишь Арибелла выглядела расслабленно, изучая нас со всем вниманием.

Из арки, ведущей в левое крыло дома, появилась Горына с чаем. Водрузив поднос на стол, она попыталась разлить напиток по чашкам, но Арс приказал ей уйти, и мы снова остались одни.

Арсарван первым нарушил молчание.

‒ Что в письме? ‒ спросил он ровно, словно нисколько не боялся магичку.

‒ Ваш смертный приговор, ‒ также спокойно произнесла Арибелла и тут же внесла уточнение: ‒ Или только твой. Если Пропащая лишь инструмент в твоих коварных планах.

На лице графа проступило недоумение, а гостья протянула ему смятый лист.

‒ Поверь мне, тебе лучше прочесть самому.

Арсарван забрал письмо не сразу. Еще мгновение он смотрел Бель в глаза, словно пытался найти в них ответ на свой вопрос.

Я же следила за ними с интересом. Для меня оставалось загадкой, почему девушка так просто отдала возможному злодею нечто, что позволило ей вынести на наш счет обвинительный приговор.

Будь я злодейкой, немедленно уничтожила бы улику, попросту съев ее, как показывали в фильмах. Неужели настолько была уверена в себе и своих силах?

Или все же дело было в доверии к Арсу? Эта мысль неожиданно отозвалась уколом ревности.

Забрав листок, граф внезапно расположился так, чтобы я тоже могла прочесть его содержимое. Чернила в нескольких строчках расплывались, словно на бумагу попала влага, но на тексте это не отразилось.

Письмо адресовалось Рейнару ‒ брату Татии, и чем больше я читала, тем сильнее меня охватывал ужас. Каждая строчка била наотмашь. Ложь ложилась так правильно, что не будь я участницей происходящего, поверила бы в каждое слово.

Потому что Татия подметила все. Ее откровенное вранье органично вписывалось в реальность. И ее слежка за Арсом, и проведенный ритуал по подмене душ, и даже мешочки с деньгами и обращение к ведьме.

Только злодеем во всей этой истории она выставила собственного мужа.

Если бы это письмо попало в руки герцога, нам с Арсарваном и правда пришлось бы несладко.

Чем дальше я читала, тем сильнее во мне нарастало возмущение. Арс скрипел зубами от негодования.

‒ Но это же неправда! ‒ воскликнула я, едва добралась до последней строчки, где Татия призывала брата расправиться с Арсом. ‒ Все было совсем не так!

Отыскав мою руку, граф мягко сжал ее, призывая к спокойствию. В текущей ситуации это было почти невозможно, но я все же вернула себе самообладание. Когда я снова взглянула на Арибеллу, она смотрела на наши руки. Ладонь графа по-прежнему накрывала мою, лежащую на подлокотнике кресла.

В совершенно неподходящий для этого момент меня кольнула иголочка торжества. Никогда не думала, что во мне может разыграться ревность. Тем более ревность к бывшей, которая уже замужем.

‒ Ваша версия событий? ‒ спросила девушка, но эта фраза прозвучала как требование.

Воздух в гостиной снова сгустился.

Роль рассказчика взял на себя Арсарван.

Было видно, как сложно давались ему слова. Злость и даже ненависть обуревали его, то и дело заставляя цедить сквозь зубы. Вернув Бель письмо, он сжимал и разжимал кулак.

‒ Каждое слово в этом письме ложь. Я ничего не знал о проведенном Татией ритуале до того, как последствия стали очевидны, ‒ высказался Арс. ‒ Меня не было в поместье, когда она обратилась к чужой магии. Вернувшись, я нашел ее в подвале, лежащей в пентаграмме в окружении свечей. И не сразу понял, что это уже не она. Спустя несколько дней Маша сама мне призналась…

Пока граф говорил, я исподтишка рассматривала Арибеллу. Она держалась как железная леди. Ее прямой взгляд давил. Я ощущала это давление почти физически, но при этом не могла не отметить ее красоту.

Неудивительно, что когда-то Арсарван был влюблен в нее. Их связывала целая история, яркое путешествие длиною в несколько недель и трагичный финал.

Даже зная, что вместе им уже не быть, я то и дело ловила себя на ревности ‒ новом для меня чувстве.

С губ Арса сорвался тяжелый вздох, а затем последовало признание:

‒ В последние месяцы мы с Татией практически не общались, за исключением ее попыток зачаровать, приворожить или опоить меня и следующих за этим скандалов. Не знаю, о чем она рассказывала герцогу, но я с нетерпением ждал нашего развода.

‒ А она его ждать не стала, ‒ меланхолично заметила Арибелла. ‒ Тебя я выслушала. Вам есть что добавить?

Осознав, что девушка обращается ко мне, я кивнула. Оправдываться перед ней не хотелось, в конце концов, мы не сделали ничего преступного, но только эта девушка и наша беседа отделяли нас от встречи с братом Татии.

Взглянув ей в глаза, я тихо сказала:

‒ Арс поведал вам почти обо всем… кроме того, что в первые дни он и правда не догадывался о подмене. Вы должны понять: я не знала, где я, почему выгляжу иначе и что со мной произошло. Я пыталась адаптироваться и найти путь назад, но вскоре поняла, что без посторонней помощи мне не справиться. Сейчас мы практически нашли решение.

Арсарван сжал мою ладонь. Чтобы ободрить меня, он улыбнулся и слегка кивнул, тем самым показав, что все в порядке.

‒ Не сегодня завтра мы отправимся в плавание, ‒ озвучил он наши планы на ближайшее будущее. ‒ Не знаю, сколько оно продлится, но цель у нас только одна ‒ заставить ведьму исправить то, что с ее помощью натворила Татия. Если это возможно.

Арибелла сцепила пальцы. Довольной девушка не выглядела.

‒ Вы понимаете, что я не смогу молчать об этом долго? ‒ спросила она, обращаясь к нам обоим. ‒ Рейнар имеет право знать, что натворила его сестра.

‒ Дай нам пару недель, ‒ попросил Арс настойчиво. ‒ Если у нас ничего не получится, мы вернемся и явимся сами.

Возникла ощутимая пауза. Судя по выражению ее лица, Бель что-то тяготило, и она наконец решилась озвучить свои мысли:

‒ А если за эти недели настоящая Татия погибнет?

Арсарван не ответил. Более того, он опустил взгляд. Мне сказать тоже было нечего. Мы об этом просто не думали.

Покачав головой, Арибелла молча поднялась. Ей наш план, видимо, пришелся не по вкусу, но ничего другого мы предложить не могли. Последовав за ней, чтобы проводить до крыльца, мы больше не проронили ни слова.

Обернувшись на ступеньках, Бель заговорила сама:

‒ Две недели. Не больше, ‒ припечатала она строго.

Ей не нравилось участие в этом «заговоре», что без труда читалось на ее лице.

‒ Мы свяжемся с тобой, если что-то пойдет не по плану, ‒ пообещал Арсарван.

‒ А если вам удастся провести обратный ритуал и Татия вернется? ‒ ее голос стал значительно тише. ‒ Ты ведь понимаешь, что она перескажет содержание письма Рейнару лично?

‒ В этом случае, ‒ понизив голос, ответил Арс, ‒ я готов открыть свою голову магам. Рейнару можешь так и сказать.

Кивнув, Бель быстро сошла по ступенькам. Слуга уже поджидал ее у кареты, но, едва открыл перед ней дверцу, девушка снова обернулась. Она задержалась на месте, будто хотела сказать что-то еще, но не стала.

Едва лошади тронулись, на воротах начал разворачиваться портал. Еще через миг он замкнулся, поглотив в своем сверкающем нутре экипаж. Только тогда я позволила себе гулко выдохнуть.

‒ Вроде все неплохо прошло, да? ‒ спросила я, пытаясь внести немного легкости, и сама себе не поверила.

Тревога отпускать меня не собиралась.

Взглянув на меня, граф сдержанно улыбнулся и проводил до лестницы.

‒ Не переживай, Ари нам не враг. ‒ Короткий успокаивающий поцелуй достался моему лбу. ‒ Иди спать. День был насыщенным.

То, как он называл эту девушку… Это короткое «Ари» больно кольнуло, но я придержала свои мысли при себе.

‒ А ты? ‒ спросила я тихо.

В свою постель я его, естественно, не приглашала, но интуиция подсказывала, что спать в ближайшее время Арсарван не собирался. И оказалась права.

‒ У меня еще есть дела.

О том, какие у него появились дела практически посреди ночи, Арс так и не сказал. И это, как ни странно, тревожило больше всего.

Глава 2. Душевные мр-р-уки

Арсарван покидал поместье верхом. За тем, как он скрывался в мареве портала, я наблюдала с балкона. Облокотившись на широкие перила, стояла под лунным светом и прислушивалась к лягушкам, которые квакали где-то совсем далеко.

Тишина казалась умиротворяющей.

Только в груди почему-то вдруг стало пусто. Наверное, я бы хотела поехать с ним.

‒ Госпожа, ‒ тихо окликнула меня из спальни Горына, ‒ вы собираетесь отдыхать?

Рассеянно кивнув, я вернулась в спальню. Поверх застеленной покрывалом кровати девушка уже разложила тонкую батистовую сорочку. Нижнее белье мне на ночь не предлагалось, но я намеревалась им обзавестись, чтобы надежно прикрыть тылы.

Отсутствие трусов я могла оправдать лишь в одном случае. Но до этого случая мне, по-видимому, было как пешком до луны.

Замерев у кровати словно статуя, служанка ждала моих распоряжений. За тем, как я иду в гардеробную, она следила с живейшим интересом.

‒ Госпожа, вам помочь принять ванну? Я все подготовила, ‒ окликнула она меня, вероятно устав бездействовать.

Отыскав приемлемые панталоны с рюшечками, я выбралась из гардеробной.

‒ Нет, спасибо, Горына. Я предпочитаю мыться сама, ‒ отправилась я в уборную, но на полпути остановилась. ‒ Лучше скажи мне вот что. Если мне вдруг придется уехать. Далеко. Ты поедешь со мной?

Не ожидая услышать нечто подобное, служанка растерянно моргнула.

‒ Понимаю, что вопрос неожиданный, но мне нужно знать сейчас, ‒ настояла я. ‒ Ты сможешь оставить семью?

‒ Оставить?.. ‒ Девушка затеребила край белого передника, но тут же спохватилась. ‒ Если вы так решите, госпожа, то, конечно, поеду. Обычно личная служанка сопровождает свою госпожу во всех поездках.

‒ А о твоей маме есть кому позаботиться? ‒ уточнила я, вспомнив, при каких обстоятельствах мы с Горыной познакомились.

Ей тогда не хватало денег на лекарство для матери, потому что агентство по найму слуг обмануло ее с оплатой.

‒ У меня пять сестер, ‒ чуть смущаясь, поведала она. ‒ Самой старшей уже пятнадцать. Они без меня справляются, только… Лишь бы была возможность пересылать им деньги.

Приняв во внимание ее пожелание, я кивнула. Слава богам ‒ и Древним, и Новым, ‒ банки здесь работали в каждом крупном городе.

‒ Хорошо. Я тебя поняла. Пока не говори никому об этом, ладно? ‒ попросила я примирительным тоном. ‒ Мы с графом обдумываем разные варианты нашего будущего и ничего конкретного еще не рассматривали.

‒ Да я же никогда!.. ‒ вдруг прозвучало возмущенно-сдавленно. ‒ Я рот на замке держу, госпожа! Всегда! На узел завязан, честное слово!

Я не выдержала и засмеялась. Все-таки какой она была еще девчонкой. Эмоциональной, наивной, но искренней.

Отпустив ее на боковую, я отправилась в купальню. Как и говорила, Горына уже наполнила для меня бассейн. Тихий треск магических ламп успокаивал и добавлял уюта. От воды пахло розовой водой, которую здесь добавляли для аромата.

Все то время, пока намывалась, я варилась в собственных мыслях. На поиск ведьмы и обмен душами с Татией у нас было всего две недели. Их отсчет уже пошел, и этот незримый таймер несказанно пугал. Ведь мы не могли заранее предположить, чем обернется наше будущее плаванье.

Если ведьма заартачится… Если ритуал окажется необратимым…

Нам с Арсарваном придется несладко. Потому что мы как минимум длительное время утаивали мое попаданство и пропажу Татии. Приезд Арибеллы все только усугубил, добавив мне новых страхов.

Когда я вернулась в спальню, Бергамот ждал меня на кровати. Вольготно развалившись поперек подушек, он следил за своим беспокойно подергивающимся хвостом.

‒ Воу-т что со мной делают нервы, ‒ с тяжким вздохом сообщил он и ловко поймал хвост.

Кончик под лапами продолжал дергаться.

Я подсушивала влажные волосы тканью.

‒ Ты где был, морда усатая? ‒ спросила я, подходя ближе.

‒ Занимау-л стратегический пост до отъезда этой… ‒ важно заявил кот и поймал непослушный хвост повторно. ‒ Котоу-рая магией питается.

‒ То есть прятался, ‒ резюмировала я с понимающей улыбкой.

Я бы и сама не отказалась спрятаться. Арибелла производила неизгладимое впечатление.

‒ И тебе-у настоятельно советую в следующий раз! ‒ разобиженно буркнул он, усаживаясь. ‒ Она же Пожирау-ющая! Они себя-у иной раз не контролируют, а когда переедау-ют, так и вовсе сгорау-ют, уничтожая все в радиусе тридцати шагов. Если тебе-у жить надоело, ты хоть обо мне подумай!

‒ Я только о тебе и думаю все время, ‒ усмехнулась я и забралась в кровать, чтобы подтянуть котофея к себе под бок. ‒ Ни минуты покоя от тебя нет.

Закрыв глаза, я собралась с чистой совестью лечь спать. Оскорбленный в лучших чувствах кот недовольно завозился рядом, но затих.

Ненадолго. Перевернувшись на другой бок, он вперился в меня своим взглядом. Я это точно чувствовала, но глаз не открывала.

‒ На кухню не пойдем, ‒ припечатала я, сдавшись. ‒ Ты и так сегодня наелся на два дня вперед, а в деньгах так на все десять.

‒ Ой, и злау-я же ты, Машка, ‒ мгновенно возмутился котяра. ‒ Вот помяу-нешь мое слово, уйду я от тебя.

Открыв глаза, я ехидно прищурилась:

‒ На кухню мисками греметь?

‒ А моу-жно? ‒ спросил он с надеждой.

Посмотрев на него с укоризной, я молча перевернулась на другой бок. Но Бергамот не растерялся. Потоптавшись по мне как слоненок, он застрял по пути, но все же сумел перекатиться на эту сторону кровати.

Я настырно делала вид, что сплю.

‒ А муж-то твоу-й уже домой вернулся, ‒ начал он невинно.

Я открыла один глаз.

‒ Кукует тау-м один в своей спальне и наверняка грустит, ‒ продолжал он, протяжно вздыхая и в упор глядя на меня. ‒ Сидиу-т там, бедняга, думает о судьбе. О жиу-зни. О тебе…

‒ И сколько тебе за это заплатили? ‒ перебила я, с подозрением прищурившись.

Обрадовавшись непонятно чему, Бергамот мгновенно сдал Арса:

‒ Одну потрясау-ющую рыбку! А если ты сейчау-с к нему пойдешь, то мне еще две дадут. Ты же не остау-вишь своего любимого котика голоу-дным?

Я закатила глаза. Закрыв веки, отвернулась, намереваясь спать, но довольная улыбка намертво приклеилась к моим губам.

За спиной повисла обиженная тишина. Я прямо чувствовала на себе пронзительно-возмущенный взгляд демона.

И вот что только не сделаешь ради этих хвостатых. И ради себя. Сейчас мне как никогда требовались объятия Арсарвана.

‒ Да иду я, иду, ‒ выдохнула я, откидывая одеяло. ‒ Но с завтрашнего дня ты на диете.

Котофей счастливо запрыгал по кровати. Он терся о мои ноги и мурчал все то время, пока я натягивала тапки и накидывала длинный шелковый халат. При взгляде на усатого у меня на подкорке то и дело появлялась какая-то тревожная мысль, но уцепиться за нее не получалось. Видимо, мысль была не такой уж и важной.

В поместье царила ночная тишина. Бергамот со мной не пошел, сразу поскакал на кухню, радостно что-то напевая себе под нос. И вот как же мало демону надо для счастья. Если бы и у людей все было так просто.

По пути до покоев Арсарвана мне никто не встретился. Боясь быть застигнутой слугами в коридоре, на этот раз я не стучала. Просто вошла в гостиную, пересекла ее и нырнула в тьму спальни.

По памяти нащупав кровать, скинула тапочки, сняла халат, забралась под одеяло и затаилась с самого края.

Еще через миг меня обняли со спины. Ладонь Арса мягко, но уверенно скользнула по животу.

Ответная реакция была мгновенной. Все внутри перевернулось, мышцы живота сжались, но…

‒ Просто спим! ‒ предупредила я шепотом, чувствуя, как щеки заливает румянец.

Где-то рядом раздался тихий смешок.

Умиротворение ‒ вот что я испытывала, нежась в его объятиях. Стало так хорошо, что я начала проваливаться в сон, но еще через миг та самая навязчивая мысль с края сознания все же догнала меня.

У Бергамота на шее не было кубика с мышью.

Я в ужасе распахнула глаза.

Военная операция по поимке злостного преступника развернулась быстро. Учитывая территории поместья, нам пришлось вытащить из кроватей всех слуг. Пока Имка и Агланья прочесывали дом, все остальные изучали обширные окрестности сада.

В последний раз мы с Бергамотом видели мышиного демона в экипаже, а потому оттуда и начали. Дверца кареты ожидаемо оказалась приоткрытой, а заветной коробочки-тюрьмы вместе с пленным и след простыл.

Арсарван обвел нас с котом выразительным взглядом. В нем без труда читались сомнения в наших умственных способностях.

‒ Гениально, ‒ произнес он, с осуждением покачав головой. ‒ Просто гениально.

‒ Я не виновау-т! ‒ немедленно занял оборонительную позицию Бергамот. ‒ Моу-жет, это сквозняк? И вообще, я сразу предлагау его сожрать!

‒ А я запретила жрать. Мы гуманисты, ‒ напомнила я, спасая мышь от немедленной расправы.

‒ Когда маркиз приведет сюда магическую гильдию, поверь мне, ты изменишь свое мнение, ‒ устало добавил Арс. ‒ Смотрите в оба. Он не мог далеко уйти вместе с клеткой.

Припав к земле на все лапы, Бергамот решил вести себя как собака. Словно бульдог, он шумно дышал, нюхал и вываливал язык, пока не обнаружил на себе наши озабоченные взгляды. Недовольные друг другом, от кареты все мы разошлись по разные стороны.

Через час поиски в свете фонарей и факелов все еще не дали результата. Уже был напрочь вытоптан двор, обысканы загон для лошадей и амбар. Я даже в теплицу садовника нос свой сунула, но и там меня поджидало разочарование.

‒ Иди спать, Мари. Мы справимся без тебя, а тебе нужен отдых, ‒ повторил Арсарван в очередной раз, когда мы поравнялись в саду.

‒ Мои цветы! ‒ вопил садовник шагах в пятидесяти от нас.

И вот совсем неудивительно, что ровно с той стороны бежал заполошенный Бергамот. За его острое ухо зацепился помятый цветочек.

‒ Если что-у, вы меня там не видели! ‒ пробормотал он, промчавшись мимо нас.

‒ Немедленно верни все как было, ‒ потребовала я ему вслед.

‒ Иначе я вмешаюсь, ‒ почти меланхолично добавил граф.

Круто развернувшись на дорожке, демон побежал обратно, прежде одарив нас укоризненным взглядом.

‒ Сюда! ‒ раздался окрик конюха откуда-то из дальней части сада.

Не думая ни мгновения, мы с Арсом стартанули в предполагаемом направлении. Еще через несколько минут уже стояли под деревом недалеко от калитки для слуг. Через нее они выбирались из поместья, потому что главные ворота им использовать было запрещено.

Конюху и правда удалось отыскать мышь в такой темноте. Демон по-прежнему был заточен в свою клетку, а вот она уже попала в неглубокую ямку, откуда кубик без посторонней помощи вытащить не получилось бы.

Нет, маркиз пытался. Даже тогда, когда его уже настигли, пытался, но опрокинуть куб на другую сторону у него не выходило. Видимо, так он и преодолел это поразительное расстояние ‒ просто переворачивал клетку.

‒ Далеко ушел, ‒ прокомментировал Арсарван.

‒ Жажда жизни ‒ она такая, – философски заметила я.

Последними к месту встречи прибежали садовник и Бергамот.

‒ Опять эта такахонда ямы в моем саду роет! Ну я ей задам! Да я ее завтра же… ‒ недовольно ворчал мужчина, годившийся мне в отцы.

Я молча взглянула на Арса. Он заметно повеселел и расслабился.

‒ Землеройка такая маленькая. Офри ее целый год ловит, никак изгнать не может, ‒ пояснил он и поднял кубик с мышью с земли.

Конюх получил благодарность и отправился спать. Садовник продолжал сокрушаться над ямой, которая стала нашим спасением, и даже притащил мешок с ловушками из своего сарая, а мы…

‒ У-у-у, морда хвостау-тая! ‒ пригрозил Бергамот угрюмой мыши и небрежно предложил: ‒ А давайте отпрау-вим его обратно в Подземный мир?

Остановившись на полпути к дому, мы с Арсом обернулись. Наше недоумение можно было резать ножом.

‒ Что-у? Что вы так на меня смоу-трите? ‒ фыркнул котяра, оббегая нас по дуге. – Как будто я предложил амбар поджечь.

‒ А ты раньше не мог сказать, что так можно? ‒ уточнила я, собрав все свое терпение в кулак.

Кот посмотрел на нас с откровенным укором во взгляде. Но сразу после, тяжко вздохнув, он тихо и грустно признался:

‒ Я всегда-у хотел иметь питомца.

Котяру мгновенно стало жалко. Я даже устыдилась ненароком тому, какая я все-таки бесчувственная дрянь. Но игры хватило ненадолго. Буквально через секунду этот усатый позер уже был сама серьезность.

Таким же серьезным сделался и Арсарван:

‒ Что нужно, чтобы отправить его в Подземный мир безвозвратно?

‒ Открыу-ть портал и призвать стражей. Вау-м делать ничего не придется, ‒ поспешил кот нас успокоить. ‒ Просто постоите ряу-дом, чтобы и меня не забрау-ли.

‒ А тебя-то за что? ‒ нахмурилась я.

‒ За компау-нию! ‒ отрезал кот дерзко.

Его тон мне совсем не понравился, но я промолчала. Потому что Бергамот выглядел непривычно нервным.

Стоило нам вернуться в дом, как остро встал вопрос поиска точки для открытия портала. Понятия не имела, где находился этот их Подземный мир, но звучало устрашающе. Если там еще и котлы имелись для каждого по деяниям, то я предпочитала держаться от этого места подальше.

‒ А для меня ты так портал открыть не можешь? Чтобы я в своем мире вышла и Татии космы повыдирала, ‒ улыбнулась я кровожадно, представив эту эпичную картину.

‒ В принципе, если деу-йствовать из Подземного мира, то попробовать можно, хозяу-йка. ‒ И только я было обрадовалась, на краткий миг осознав, что решение проблемы все время вертелось у меня под носом, как кот бессовестный добавил: ‒ Но тоу-лько если ты знаешь координаты этого своего мира, потому что миров существует несколько сотен. Мне всей последней жизни не хвау-тит, чтобы их все обследовать. Так знау-ешь?

‒ Не знаю, ‒ мрачно поведала я.

Кот ободряюще погладил меня лапкой по бедру, зацепился когтем за халат и быстренько уничтожил все улики по порче моего имущества.

‒ В оу-бщем, не грусти, хозяйка, ‒ подытожил он, вернулся в самый центр холла между лестницей и крыльцом и громко постановил: ‒ Открыу-вать будем прямо здесь.

‒ Может, лучше в подвал спустимся? ‒ предложил Арсарван, которому эта идея, судя по лицу, не понравилась.

‒ Там потолки ниу-зкие, а тут в самый раз, ‒ возразил котофей, заметно увеличиваясь в размерах.

Еще через миг перед нами на задних лапах сидел упитанный слоник, примеряющийся когтем к напольным плитам.

‒ И потоу-м, у вас тут защитные артефакты вот-вот сдохнут, а знау-чит, открыть портал будет легче. Вы вот когда-нибудь проу-бовали пространство прорезать? То-то и оно-у, ‒ сам себе ответил кот и начал когтем чертить странные иероглифы прямо на мраморе.

Каменное покрытие, как ни странно, поддавалось, но на скрежет посреди глубокой ночи сбежались слуги. Агланья в сорочке, халате и колпаке. Горына со странной конструкцией на голове, которая, вероятно, имитировала бигуди. И Имка с топором.

Последняя особо впечатлила. Но, увидев, что мы просто молча стоим и наблюдаем, она быстренько спрятала топор себе за спину. Работники немного расслабились, при этом оставаясь настороженными, однако уходить не торопились. Вот у кого нервная система была железной. Они на своем веку точно и не такое видели.

‒ Я не пробовал, но примерно представляю, насколько это сложно и практически недостижимо для людей, ‒ все же ответил Арсарван. ‒ Клан морских свинок часто использует порталы в бытовых целях.

Мышь в его руках бесилась в клетке.

А Бергамот тем временем не бездействовал. Сосредоточившись, он вывел последний знак и промурчал что-то совсем уж непонятное. Я бы так звуки точно соединить не смогла.

Воздух задрожал в то же мгновение. Чернильный круг портала появился в воздухе крошечной точкой, но, быстро разрастаясь, вскоре уже достиг запредельных размеров.

Внутри него крутились темные тени, будто кто-то выпустил на прогулку Дементоров.

Еще через миг из чернильного марева вышли два кота, размерами немного меньше Бергамота. Один из них был серым и голубоглазым, а второй ‒ белым, с черным ухом и желтыми глазами.

Широкие крылья за их спинами сложились, будто плащи.

Один из призванных строго прищурился. Я невольно шагнула ближе к Арсарвану. Граф же не только закрыл меня собой, но и крепко взял меня за руку.

‒ Кто нас звау-л? ‒ прогрохотал черноухий.

Искоса глянув на нас с Арсом, Бергамот выступил вперед. Его движения казались скованными, а сам он неуверенным в себе и даже неловким.

‒ Вы, это-у, заберите низшего, а? Он тут совсем распоясался, ‒ пробурчал котофей скромно, разве что лапкой по полу не провел. ‒ Только силы его-у лишите, чтобы не вернулся. Ну вы же сами знаете, да?

Снова глянув на нас на короткий миг, котяра выпрямился и вытянул лапу в сторону. Отпустив мою руку, явно, как и я, не понимающий, что происходит, граф сделал шагов пять вперед и вручил усатому клетку.

Мой личный демон передал ее в лапы черноухому.

Коты склонили головы одновременно.

‒ Как прикау-жет Принц Крови, ‒ пробасили они, резко повернулись к нам крылатыми спинами и вошли в портал.

Сомкнувшись за ними, темный круг начал стремительно уменьшаться.

Мы с Арсом встретились взглядами. То, что мы услышали, галлюцинацией точно не являлось. Нам тут только коронованных демонов для остроты не хватало. Ночь переставала быть томной.

Да я настолько удивилась, что забыла от всей души порадоваться. А ведь мы только что избавились от одной из проблем!

И вот держала бы я свои мысли на поводке!

Уменьшившийся в два раза портал вдруг ослепительно вспыхнул и снова начал расти. На этот раз за руку Арса я взяла сама.

‒ Плоу-хая все же была идея, ‒ тихо-тихо произнес Бергамот и снова бросил на нас несчастный взгляд.

Так, будто прощался.

Когда портал дорос до прежних габаритов, из него в холл шагнул просто огромных размеров черный кот. Величественный, мрачный, увешанный золотыми цепями. У него были такие же зеленые глаза, как у нашего демона, но выглядели почему-то в сто раз страшнее.

Каждый шаг, поворот головы. Все в движениях без приглашения заявившегося к нам гостя говорило о том, что сила и власть здесь именно он. На его фоне Бергамот будто даже уменьшился.

Склонив голову, он смотрел исключительно в пол.

‒ И что-у же ты, сын мой, ‒ раздался глубокий, грудной мурчащий голос, ‒ даже отца-у не навестишь?

‒ Так у вас деу-л, Ваше Кошайчество, наверняка много, ‒ выдавил демон, не поднимая головы. ‒ Я отвлекать не хотеу-л.

‒ Тридцать семь лет? ‒ снисходительно вздохнул черный кот.

Бергамот промолчал. Еще немного, и он бы сделал что угодно, чтобы слиться с мраморным полом. Мы с Арсарваном, судя по выражению его лица, хотели ровно того же.

‒ А это-у кто? ‒ Отец Бергамота перевел взгляд на нас.

Кот приуныл еще сильнее. Понурая голова опустилась ниже, словно его уже приговорили к казни.

Мне его вдруг так жалко стало. Понимала, что вмешиваться не следовало, но…

‒ Слуги, Ваше Кошайчество, ‒ промолвила я, стараясь выглядеть покорно. И даже глазки долу опустила. ‒ Верно служим хозяину, не жалея живота своего.

‒ А не клау-няетесь почему? ‒ требовательно поинтересовался венценосный родитель.

‒ Так мы… ‒ буркнул Арс, явно подбирая цензурные слова. ‒ Необразованные.

Кот недовольно цокнул языком.

‒ Люди, ‒ фыркнул он пренебрежительно и снова посмотрел на Бергамота. ‒ Жду тебя-у, сын мой, к исходу этого года. Стар я стау-л. Пора тебе… править.

Одарив блудного сына пронзительным взглядом, черный кот вернулся в портал. Примерно так же я представляла себе в детстве ученого кота из сказки Пушкина. Его габариты поражали. А я еще на котейку ругалась, чтобы он имел совесть и уменьшился до приемлемых кошачьих размеров.

Когда портал окончательно сомкнулся, усатый шумно с облегчением выдохнул. Выпрямившись, глянул на нас исподлобья.

‒ Вот поу-этому, ‒ заявил он с упреком, ‒ я и не хотел открывать портал в Подземный мир.

‒ Ты же говорил, что тебя родители на чей-то порог подкинули! ‒ искренне возмутилась я.

‒ А я и не врау-л. В нашем клане такие традиции. Наследников всегда-у прятали на поверхности до достижения ими сорока-у зим. Выжил? Молодеу-ц, садись прау-вить до ближайшего покушения или захвата власти. Не выжил ‒ твои проблеу-мы. Там еще триста претендентов на очереди, ‒ ответил он, фыркнув. ‒ И вообще-у, чего вы на меня ругаетесь? Я вас от демона избавил! И требую рыбную компенсацию. Вот!

‒ Как прикажет Принц Крови, ‒ с изрядной долей ехидства проговорил Арсарван.

Кот изумленно застыл. В его глазах читалось: «Да неужели все было так просто?»

‒ Что, правда-у? А так можно было? ‒ занервничал он. ‒ Тогда… тогда пять рыбин! Нет! Семь!

‒ До рассвета осталось два часа. А ну, быстро все по кроватям! – прошипел Арс грозно.

Мы с усатым очнулись у себя в покоях. Да что там мы? Даже слуги, буквально только что увидевшие невиданное и услышавшие для их ушей не предназначенное, рассыпались по сторонам, как тараканы. Да мы с котом бежали наперегонки, обгоняя друг друга на поворотах.

Сердце забилось в пятки и стучало там с такой силой, что у меня в ушах звенело.

Забежав в спальню, мы с Бергамотом заперли дверь и обменялись ошарашенными взглядами.

‒ Сама испугалась, ‒ подтвердила я, узрев его выпученные глаза.

После всех событий этой ночи спать не хотелось абсолютно. Но Арсарван был прав: следовало отдохнуть даже эти часы, потому что день нам предстоял из тяжелых.

Нам нужен был корабль. И команда. И карты. И план. И запасы…

От осознания, сколько всего необходимо сделать в сжатые сроки, я с тихим стоном упала на кровать. Запрыгнув рядом, кот устроился под моим боком.

‒ Спасибо-у, ‒ пробурчал он тихо, исключительно в своем стиле.

То есть так, как будто сделал мне великое одолжение. Но я к его манерам, а точнее, к их полному отсутствию уже привыкла. Он то вел себя как ребенок, протяжно завывая «хозяу-йка», то был угрюмой белой тучкой, вот как сейчас. И в том, и в другом амплуа я свою жизнь без него уже не представляла.

Я знала, за что кот меня благодарил. Если он не хотел говорить о произошедшем, настаивать на обсуждении я не собиралась.

‒ Да ладно тебе, ‒ ответила я, специально потискав его за уши.

Он всегда сразу возмущенно закатывал глаза, стоило только к ним прикоснуться.

‒ Если что, ты обращайся. Мы и не такое представление устроим. Главное, чтобы нам за это ничего не было от твоего отца, ‒ заверила я и просто прикрыла веки.

Ровно на минуточку. Но эти шестьдесят секунд пролетели слишком быстро. Я проснулась от ощущения прикосновения. Меня осторожно целовали в кончик носа.

Открыв глаза, я увидела склонившегося надо мной Арсарвана.

‒ Снова пришел одеяло отбирать? ‒ пробурчала я, мгновенно раскусив его подлые замыслы.

‒ Хотелось бы, ‒ улыбнулся он грустно. ‒ Вставай, Мари. У меня плохие новости.

Глава 3. Спасение детей

Завтракали мы уже в дороге. Узнав о том, что случилось, я оделась и собралась в рекордные пятнадцать минут. Заспанная, уставшая, с синяками под глазами ‒ ночное бдение нисколько не пошло мне на пользу, но теперь, ко всему прочему, я еще и злилась невероятно.

Злобу вымещала на бутербродах с колбасой, которые нам с собой в корзину сложила Агланья. Если бы маркиз Алданский находился рядом, я бы вгрызлась в него с тем же энтузиазмом.

‒ Ты можешь толком объяснить, что произошло? Герцогиня же обещала надавить на маркиза, чтобы он оказал приюту должную помощь, ‒ напомнила я, не понимая, как все могло так измениться за эти дни.

‒ Он и оказал, ‒ зло ответил граф. ‒ Матушка Эния написала в письме, что их выселяют под благовидным предлогом. Надо было давно выкупить здание у города.

‒ Но ты же не знал, что все так получится, ‒ постаралась я приободрить графа. ‒ А куда их выселяют, Матушка не написала?

Арсарван цинично усмехнулся. Было видно, что его обуревала даже не злость – ненависть по отношению к зарвавшемуся аристократу. Причем я прекрасно понимала, что в произошедшем виноваты именно мы.

По всей видимости, как и обещала, герцогиня надавила на маркиза. А тот решил отомстить, выселив детей из только отремонтированного… даже не здания – подвала жилого дома, в котором они были вынуждены ютиться.

‒ На север к краю материка и земель самого Алданского, ‒ отозвался Арс. ‒ Там давно заброшенным стоит их родовой замок. Он большой, спору нет, но на его восстановление потребуются целое состояние и время. Жить там сейчас ‒ значит жить практически в полевых условиях, без воды, удобств и печей.

‒ А если связаться с герцогиней? Может, она его прижучит? ‒ спросила я с надеждой. ‒ Они с Татией были дружны…

‒ В том и дело, Мари, что они с Татией. Мы не можем так рисковать. Тебе лучше не встречаться с теми, кто легко вычислит в тебе Пропащую, ‒ отказался граф от моего варианта. ‒ Позже я сам поговорю с герцогом напрямую, а пока будем действовать по обстоятельствам. Главное сейчас – это успокоить детей и Матушку.

Я кивнула.

Некоторое время мы молчали. Я доедала бутерброд, который уже не лез. Бергамот методично доедал все, до чего я не успела дотянуться. А Арс к еде не притрагивался вообще. Он смотрел в окно невидящим взглядом и явно о чем-то размышлял.

‒ А чем низшие демоны отличаются от высших? ‒ спросила я у кота, чтобы заполнить тишину.

Выронив изо рта бутерброд обратно в корзину, он воззрился на меня недоуменно. Смотрел так, будто я нанесла ему личное оскорбление и меня вот-вот собирались вызвать на дуэль.

‒ Низшие демоны имеют две-у ипостаси. Они превращаются в людей, а для деу-монов это унизительно, ‒ буркнул он с пренебрежением.

‒ Как показала практика, по-моему, это плюс. Маркиз де Ларвиль среди людей жил свою лучшую жизнь, ‒ возразила я с улыбкой.

‒ И ничего-то ты не понимаешь, хозяу-йка! ‒ занудел кот. ‒ Низшие деу-моны имитируют человеческую жизнь, но, нау-пример, семьи они здесь заводить не могут. Веселятся, да, скрывау-ются, обманывают и обирают, но их единственный дар ‒ это перевоплощение. Причем вид они принимау-ют всегда один, с которым родились. Законы мау-гии неисповедимы!

Торжественная речь была произнесена с крошками от хлеба на усах. Вот тебе и высшая раса.

‒ Это ты к чему сейчас сказал? ‒ не поняла я, с улыбкой наблюдая за тем, как он красуется.

‒ К тому, что трехъярусную кровау-ть низший демон из подручных средств тебе не смастерит, так что цеу-ните, любите и кормите. Кормить моу-жно чаще, ‒ отметил он благосклонно.

‒ Подъезжаем, ‒ уведомил Арс.

На улице нас уже ждали. Желание выбраться из экипажа и бежать впереди лошадей возникло мгновенно. Потому что все они были здесь: все дети от мала до велика, все нянечки, помощницы, Матушка Эния и даже нанятый Арсом конюх.

У последнего вокруг заплывшего глаза синевой наливался хороший фингал.

‒ Быстро, четко, по существу, ‒ приказал граф мужчине, едва выбрался из кареты.

Меня тут же обступили дети. Подбадривая их, улыбаясь, я вслушивалась в каждое слово. А картина вырисовывалась впечатляющая.

Накануне поздно вечером Матушке Эние через шкатулку-артефакт пришло письмо от маркиза Алданского. В нем он сообщал, что приют давно нуждается в расширении. Благодетель выделил часть своих угодий, чтобы дети росли на просторе и всем хватало места.

Матушка, как человек добрых нравов, подлянку в письме не углядела. Наоборот, обрадовалась, всем старшим рассказала, понятия не имея о нынешнем состоянии замка и его территорий. Даже хотела сегодня лично ехать благодарить маркиза, но с первыми петухами в приют явились неизвестные, представившиеся новыми арендаторами помещения, и попросту выперли всех под открытое небо.

Маг, что был с ними, навесил на окна и двери магические замки.

С того часа они на улице рядом с приютом и куковали, не зная, что делать дальше. Конюх в глаз получил, когда попытался забрать лошадей и повозки, но не тут-то было. Имущество новым арендаторам было передано в том виде, в каком оно есть, то есть со всем имеющимся внутри.

‒ Вот с… сосиски! ‒ нашлась я, ощутив на себе полные интереса взгляды детей.

До Матушки мне было не пройти: обступившие дети не позволяли, но я и со своего места прекрасно видела ее состояние. Бледная, заплаканная, обессиленная. Она сидела на верхней ступеньке лестницы и беззвучно утирала мокрые от слез глаза платочком.

Остановившись рядом, Арс помог ей подняться и крепко обнял. Женщина прильнула к его плечу и зарыдала еще сильнее, словно рядом с ним ее плотину прорвало. Из ее сбивчивой речи мы узнали, что внутри осталось вообще все: припасы, новые вещи, купленные на осень, игрушки. Ей даже деньги забрать из сейфа не дали, зато передали бумаги на замок и новую записку от маркиза Алданского.

В ней этот мерзкий слизняк описывал свои надежды на то, что за ночь Матушка успела все и всех собрать и готова отправиться на новое место. Оно теперь принадлежало ей и было зарегистрировано через нотариуса на ее имя.

‒ Бергамот, вскрой замок, ‒ сухо приказал Арсарван.

Сейчас я бы не советовала никому с ним спорить, настолько злым он был. Казалось, тронь хоть пальцем – и будет взрыв.

Кот самоубийцей не был, а потому привычно требовать взамен за услугу еду не стал. Наоборот, пока мы стояли, раздал остатки бутербродов детям. Плакал, страдал, но раздавал. Вот что значит доброе демоническое сердце.

С волшебным замком, который странно подсвечивал главные двери, котофей справился в считаные секунды. Запустив всех внутрь, Арсарван четко руководил процессом переезда. Дети и взрослые собирали вообще все, что только могли унести, и относили к телегам. Нагруженный под завязку транспорт уезжал несколько раз, пока в помещениях не осталось даже завалящего половика.

Наши слуги, явившиеся на подмогу из поместья, даже детскую площадку и забор демонтировали. Матушка Эния, которую Агланья откапала своими чудотворными каплями, усердно помогала снимать новенькую вывеску.

В себя она пришла, когда с делом было покончено. Словно только увидев нас и до конца осознав происходящее, она растерянно спросила:

‒ А куда мы сейчас?

‒ К нам в поместье, ‒ ответил Арсарван.

В его глазах читался немой вопрос, обращенный ко мне.

Я едва заметно кивнула. Против детей не имела ничего, но мысленно сделала пометку повесить замок на свои покои. Устроенное ими пенное безумие в моей уборной впечатлило меня на всю оставшуюся жизнь.

‒ Но как же?.. ‒ На глаза женщины снова навернулись слезы. ‒ Эти дети… Мы…

Приобняв ее за плечо, граф честно признался:

‒ Мы с Мари со дня на день уедем на несколько недель, поэтому вы не станете для нас обузой. Все наши слуги останутся в поместье. И им разнообразие, и вам хорошо, ‒ чисто по-мужски подбодрил Арс.

‒ А детям так вообще замечательно. Такое раздолье – что в доме, что в саду, ‒ добавила я чуть смущенно, потому что от меня явно ожидали какой-нибудь реакции.

‒ Когда вернемся, тогда и подумаем, что делать дальше. В любом случае из нашего поместья вас никто не прогонит, а все распоряжения я оставлю, ‒ пообещал Арсарван с мягкой улыбкой.

Если матушка Эния и хотела сказать что-то еще, то просто не смогла выдавить из себя больше ни слова. С трудом кивнув, она забралась в нашу карету вместе с Агланьей, Горыной и Имкой. Остальная женская гвардия уже занималась разбором вещей и обустройством комнат в поместье.

‒ Поезжай вместе с ними, ‒ осторожно подтолкнул Арс меня к экипажу.

‒ А ты? ‒ поинтересовалась я требовательно, заранее почуяв неладное.

‒ Хочу ненадолго наведаться к Алданскому, ‒ признался он без особого желания.

Я мрачно сложила руки на груди. Кажется, нас за углом поджидал простецкий мордобой, к которому мы были не готовы. У Арса при себе даже оружия не имелось, хотя это точно было к лучшему.

‒ Я иду с тобой, ‒ сообщила я безапелляционно. ‒ А если не возьмешь, я пойду тайком.

‒ И я-у! И я-у с вами! А куда идем? ‒ полюбопытствовал Бергамот, которому уже нацепили на шею голубой бантик.

Арсарван закатил глаза и молча пошел вперед по дороге к каменному мосту, что стоял через речку.

Мы с котом гордо отправились за ним следом.

Некоторое время мы с Бергамотом шли за Арсарваном в тишине, окруженные только звуками города. Граф упрямо молчал, я упрямо не отставала, а демон…

Уменьшившись до размеров котенка, он забрался ко мне на плечо, где и сидел, нахохлившись, словно пушистый шарик-шпион.

Глядя графу в спину, я терзалась этим тяжелым молчанием. Он не оборачивался, шагал напряженно, словно заранее готовился к маленькой войне. Его злость чувствовалась на расстоянии. Причем она была обращена не только к маркизу Алданскому, но и ко мне. Арсу явно не нравился хвост в нашем лице, но одного я его ни за что бы не отпустила.

Во-первых, не знала, на что способен маркиз Алданский. Вдруг при личной встрече возьмет да и расправится с Арсарваном, чтобы выместить на нем свою злость после вмешательства герцогини.

Во-вторых, мне совсем не хотелось, чтобы сам граф натворил что-нибудь эдакое, за что его потом могли бы в лучшем случае арестовать. Как человек с тяжелым характером и ярким чувством справедливости, он был скор на расправу. Особенно в том, что касалось беззащитных.

Но вместе с тем я была согласна, что маркиза следовало проучить. Конечно, обратиться к брату Татии я не могла по понятным причинам, но пригрозить этим мне никто не мешал.

Пешком мы дошли до самого рынка. За ним по правой стороне вдалеке высился дворец герцога и герцогини, но мы двигались прямо по главной дороге, которая уводила к городским воротам. Именно там у портальной станции Арс решил нас подождать, но переход оплатил молча.

Когда мы проходили через развернувшееся серебристое марево, так похожее на ртуть, я сама взяла его за руку.

‒ Маша, ‒ предупредил он сдержанно, чуть нахмурившись.

‒ Именно я. За время перехода меня не подменили, ‒ протянула я весело, пытаясь сбить его с угрюмого настроя. ‒ И вот скажи, друг мой разлюбезный… А когда это тетушка Эния узнала, что я именно Маша, а не Татия?

Я смотрела на него с лукавым прищуром. На слух никогда не жаловалась. Арсарван точно назвал меня Мари при Матушке, но делать на этом акцент при свидетелях я не стала. А ведь наш разговор слышали и слуги тоже. Как мне уже пришлось убедиться, на дураков они не походили.

Услышав мой вопрос, Арс остановился. Не испугался, не разозлился ‒ просто замер, глядя мне прямо в глаза. А еще сжал мою руку крепче, будто боялся, что я прямо сейчас выдерну ладонь из его пальцев.

Признание далось ему с явной неохотой:

‒ Матушка Эния легко догадалась, что ты не Татия. Она для меня единственный близкий человек, с кем я могу без стеснения и не подбирая слов делиться всем, что меня заботит. Она знала, в каких я отношениях с женой, и изменения для нее были очевидны. Лгать ей у меня с детства язык не поворачивался. Если ты переживаешь…

Не разжимая моих пальцев, он повел меня дальше.

‒ Я не переживаю, что она кому-то расскажет, ‒ перебила я, решив расставить все точки над ё. ‒ Но наш разговор слышали Агланья, Имка, Горына и даже возничий.

‒ Они не смогут ничего рассказать кому-либо, ‒ убежденно отозвался Арс. ‒ Даже если захотят, в чем я сильно сомневаюсь.

‒ В каком смысле? ‒ прищурилась я.

‒ Не так давно я собирал всех слуг в своем кабинете. Наличие демона в доме неизбежно подкидывает определенные проблемы, и, в отличие от тебя, его так просто не спрячешь.

Я была настолько удивлена, что не могла подобрать слова. О том, что хозяин дома снова устраивал общее собрание для слуг, никто из этих самых слуг мне не рассказал. Это, пожалуй, даже немного обижало.

‒ Все они добровольно заключили новый договор. На этот раз магический, ‒ продолжил удивлять меня Арсарван, ‒ Пункт о молчании также был включен в него. Я не маг, поэтому процессом руководил Бергамот.

‒ А право отказаться у них было? ‒ уточнила я придирчиво.

‒ Мы никого не принуждали, каждый подписал бумаги по доброй воле. И если раньше у них, возможно, имелись сомнения или подозрения на твой счет, то теперь, я уверен, они точно знают, что ты не Татия, и их это целиком устраивает. Поверь мне, в поместье они оставались работать до нашего развода. Но так как держать большой дом я не планировал, заранее написал им рекомендательные письма.

‒ То есть… дома я теперь могу не скрываться? ‒ Я даже замерла.

Была не столько ошарашена, сколько приятно удивлена.

‒ Все равно стоит быть осторожными, ‒ напомнил Арс, мягко потянув меня вперед за собой. ‒ К нам в дом, как видишь, в последнее время часто заявляются незваные гости.

Я ошеломленно кивнула. Появилось ощущение, будто с души сняли огромный камень. Мне даже дышать стало легче.

И именно в этот светлый момент у моего уха раздался страшный мужицкий храп. Я едва не подпрыгнула на месте. Нет, плечо напоминало о том, что я везу на нем лишний килограмм, но за разговором, в котором котофей не участвовал, я о нем совершенно забыла.

А он не то что не участвовал, он просто нагло спал.

‒ Солдат спит, служба идет? ‒ спросила я громко, призывая наглеца к совести.

Совесть, в отличие от кота, не проснулась, но в попытке перевернуться на моем плече на другой бок он едва с него не свалился. Когти вцепились в платье, но ткань быстро восстановилась прямо на моих глазах, после чего Бергамот взглянул на нас с Арсом более осознанно.

‒ Я что-то пропустиу? ‒ поинтересовался этот пушистый комок шерсти.

Мы с графом почти одновременно закатили глаза. И вот угораздило этому демону свалиться именно на наши головы.

Пока разговаривали, почти дошли до пункта назначения. Город мало чем отличался от тех, что я уже видела раньше. С ними резко контрастировала только столица, но так было всегда и во всех мирах.

Увидев впереди каменный забор, я сразу поняла, что за ним дом маркиза. Отчего-то здесь аристократия будто соревновалась в том, кто лучше спрячется за высокой изгородью.

На широких воротах висел крупный герб с рыжей лисицей. Она удивительным образом подходила моему восприятию Алданского. Он представлялся мне эдаким плутом и мошенником.

Чем ближе мы подходили, тем лучше я могла рассмотреть охрану на воротах. Стражники в разномастной одежде больше походили на бандитов, нежели на защитников. В их настроении так и читалось легкое: «А не пошли бы вы?»

Настойчиво попросив меня остановиться подальше от ворот, Арсарван сам подошел к стражникам. Судя по их живой жестикуляции, нас действительно посылали далеко и надолго.

Подозревая, что мордобой начнется прямо здесь и сейчас, я набрала в грудь побольше воздуха и решительно двинулась к воротам:

‒ Милостивые господа, ‒ окатила я стражу ледяной волной высокомерия, надменности и злости, ‒ Я долго буду ждать? У меня срочное послание маркизу от моего брата, герцога Рейнара ар Риграфа. Если я сейчас же не встречусь с вашим хозяином, обещаю, вас обезглавят прямо на моих глазах!

‒ Да! ‒ воинственно добавил милый белый мохнатый котенок с моего плеча.

Пока меня, как листик на ветру, трясло от страха и гордости за собственную смелость, Арсарван закатил глаза.

Глава 4. Последние приготовления

После моей эпичной тирады стражники у ворот замерли с лицами людей, которым только что сообщили, что отныне им зарплату будут выдавать живыми ежами. Эта заминка длилась ровно столько, что я уже успела мысленно приготовиться к стратегическому отступлению в стиле Бергамота.

Но один из стражников все же впечатлился должным образом. Согнувшись в нелепом поклоне, он самолично распахнул для нас ворота, еще раз поклонился, а затем рванул к дому.

Незаметно с облегчением выдохнув, я проследила за тем, как убегает стражник, выше задрала нос и уверенно направилась к особняку.

То, как мы попали внутрь, заставило Арса едва заметно приподнять бровь, когда я с ним поравнялась. В его взгляде читалось легкое недовольство моей самодеятельностью. Он даже как будто немного осуждал меня.

‒ Победителей не судят, ‒ прошептала я, когда мы отошли от ворот.

‒ Смеу-лая женщина ‒ опасный противник, ‒ философски заметил с моего плеча Бергамот, довольно щурясь на солнце.

Парк за воротами был явно некогда ухожен, но теперь отдавал легким запустением. Кривые дорожки, каменные скамьи, облетевшие клумбы ‒ все это вело к массивному дому, возвышающемуся на три этажа.

Фасад с колоннами, высокие окна и статуи у крыльца, чьи лица давно потеряли человеческие черты. В их обликах угадывались лисьи морды.

Управляющий, встретивший нас на пороге, проводил в гостиную. Склонившись перед нами за это время не менее трех раз, попросил подождать хозяина, которому о нашем прибытии уже сообщили.

Нам даже предложили напитки, но Арс зло отказался от любых подношений. Попав в гостиную, он так и продолжал стоять, в то время как я заняла мягкое кресло.

В ожидании хозяина дома делать было нечего, а потому рассматривала интерьер. Здесь все казалось настолько вычурным, что появилось ощущение дешевых декораций для театральной постановки. И если диваны с резными ножками еще хоть как-то вписывались в чисто мужскую обстановку, то кричащие золотые шторы с кисточками, пузатые вазы всех цветов и оттенков и ковер с пестрым рисунком словно пришли сюда из другого дома.

Последний вполне мог бы довести до головокружения, но долго нам ждать не пришлось. Когда напряжение в комнате стало почти осязаемым, маркиз Алданский вошел в двойные двери, как артист на сцену.

И вот я представляла себе его иначе. Как минимум не угадала с возрастом.

Передо мной оказался немолодой мужчина, на лице которого крепкие напитки и веселая жизнь оставили неизменные отметины. А еще маркиз оказался рыжим, как та самая лисица на гербе его рода.

Когда хозяин особняка только появился, выглядел даже немного доброжелательным. По крайней мере, на меня посмотрел с приветливой улыбкой. Но стоило ему заметить Арса, как его взгляд стал холодным и злым.

‒ Как вы посмели, граф, явиться ко мне без при… ‒ начал он, но договорить не успел.

Арс в два шага оказался рядом с ним и, пока я только поднималась с дивана, уже отвесил маркизу звонкую оплеуху, а затем с грохотом вжал его в стену.

Стражник, появившийся вслед за маркизом, даже дернуться не успел.

Впрочем, у хозяина дома имелось кое-что посущественнее, чем охрана. Из его ладоней заклубились серые тени. В воздухе буквально искрило, пока они оплетали Арсарвана, словно веревки.

Не видевшая подобного раньше, я завороженно смотрела на это свечение. Меня будто заморозили. Ледяной холод коснулся ног и ловко добрался до колен. Он наверняка пошел бы и дальше, но Арс коротко бросил:

‒ Бергамот!

Пушистый демон в то же мгновение сорвался с моего плеча. Он увеличился в размерах прямо в прыжке, вскоре оттеснив меня от ужасающей картины. Его когтистая тушка заняла собой все пространство, а кончики ушей едва-едва не доставали до потолка.

‒ Мр-р-ря-я-яу, ‒ лениво зевнул этот доморощенный лев, наверняка демонстрируя свои клыки.

Выглянув из-за его хвоста, которым меня настойчиво сдвигали обратно, я узрела невероятную картину. Серых дымчатых жгутов на Арсе больше не было. Маркиз же вжимал голову в плечи, от страха распахнув глаза так широко, что они казались выпученными. Упавший на пол стражник сжался в углу, а управляющий проворно уползал из гостиной.

‒ Мне ведь не нужно пояснять за что? ‒ тихо, но хищно произнес граф.

Алданский молча сглотнул и замотал головой.

‒ Претензии? ‒ требовательно спросил Арсарван.

‒ Никаких, ‒ сипло выдохнул маркиз.

‒ Запомните эти слова, ‒ настоятельно посоветовал бывший пират, которого таким устрашающим, пожалуй, я видела впервые. ‒ Осмелитесь мстить ‒ пеняйте на себя. А пока готовьте деньги и людей для ремонта в замке. Вы ведь хотели подарить детям полностью готовый к проживанию дом, не так ли?

Зарвавшийся аристократ отчаянно закивал.

Практически бросив маркиза в стену напоследок, граф отвернулся от него и уже не видел, как тот медленно сполз вниз, не отрывая глаз от Бергамота. В них застыл натуральный ужас.

В доме повисла пугающая тишина.

Обойдя отступившего демона, Арс взял меня за руку и вывел из особняка. Я оглянулась на мгновение, но ничего не увидела. Котейка шел позади нас, загораживая собой весь обзор, и с трудом протиснулся в двери, когда мы выбрались на крыльцо. Косяки натужно скрипнули от его усердия.

‒ А нам за это точно ничего не будет? ‒ уточнила я осторожно.

‒ Если ты о демоне, то нет. Алданский – трус, каких поискать, в гильдию он не пойдет, а к кому-то выше побоится, ведь Татию всегда прикроет ее брат.

‒ А если герцог узнает, что Пропащая прикрывалась его именем? ‒ не могла я не спросить о том, что действительно тревожило.

‒ А кто ему об этом расскажет? Тебя здесь не было сегодня, Мари, ‒ мягко улыбнулся он. ‒ Тебя здесь не было.

Мы немного помолчали. Мне оставалось надеяться, что все действительно будет так, как на то рассчитывал граф. Но один вопрос между нами все же оставался нерешенным.

‒ Знаешь, ‒ не выдержав, сказала я с обидой, когда мы почти дошли до ворот, ‒ я вот иногда думаю, чей это демон: мой или твой?

‒ Жадничаешь? ‒ спросил Арс ехидно и неожиданно громко рассмеялся.

Я тоже улыбнулась. Вместе с его смехом напряжение вокруг нас лопнуло как мыльный пузырь.

‒ Я семейный, ‒ гордо сообщил кот.

Уменьшившись до размеров котенка, он снова проворно забрался на мое плечо. Тяжелая голова боднула меня в щеку.

За воротами нас уже ждала карета с нашим гербом, а это значило, что женщины доехали без приключений.

До поместья мы добрались быстро и обедали уже дома. К этому времени два этажа и прилегающие территории превратились в сосредоточие шума и веселья. Множество звуков обрушились в одночасье, едва мы только оказались по эту сторону ворот.

Агланья с половником наперевес как раз собирала всех за стол. Особо прыткого мальчишку она вытаскивала из кустов.

Увидев эту картину, я почувствовала себя снова дома.

Вымыв руки на первом этаже, я даже переодеваться не стала. Утренние бутерброды давно забылись, а потому суп в огромной супнице, горки булочек и котлеты я встретила со всем энтузиазмом. К слову, Бергамот нисколько не отставал и в столовой оказался даже раньше меня.

‒ Все руки помыли? ‒ спросила я строго, глядя на рассаживающихся детей.

Мне тотчас продемонстрировали чистые ладони и даже лапы. Самым готовым к обеду, естественно, был котяра.

Котлеты, как и компот, разлетались со скоростью света. Вокруг царила умиротворяющая атмосфера. Старшие помогали младшим, Матушка Эния постепенно расслаблялась и даже улыбалась. Подтирая вишневые усы маленьким соседям, я не забывала есть сама и одновременно узнавала у Горыны масштабы бедствия под названием «переезд обратно в особняк».

Бедствие оказалось внушительным. До отъезда предстояло сделать очень многое.

Пока старшие няни и помощницы укладывали детей спать, садовник Офри установил в дверь моих покоев замок. Повторного потопа в уборной мне не хотелось. Даже представить не могла, что эти маленькие хулиганы были способны учинить в мое отсутствие, а потому защита покоев являлась делом первостепенным.

На втором месте стояли сборы к отъезду. Хлопоты закрутились так, будто мы в одно мгновение решили сорваться и умчаться к горизонту. Горына носилась оголтелым воробьем: то исчезала в гардеробной, то появлялась с охапкой рубашек и панталон, то снова спохватывалась и мчалась в другом направлении.

Не отставала от нее и Агланья. Словно полководец, она строила списки покупок, загоняла на кухню служанок и лично проверяла каждую полку с запасами. Имка же увела остальных перестирывать белье, а конюх привез еще соломы и овса, потому что конюшня пополнилась новыми жильцами.

Когда я спускалась вниз в последний раз, Арсарван стоял в холле и раздавал распоряжения на будущее. Он выглядел таким спокойным, будто ежедневно управлял этим бедламом.

Деньги туда, деньги сюда: Матушке Энии ‒ кошель на первоочередные нужды и расходы на лекаря. Женщина пыталась отказаться, мотивируя тем, что монеты остались еще с прошлого раза, но Арс настоял. И сделал правильно, как на мой взгляд, потому что мы не знали, как долго продлится наше плаванье.

Вместе с тем отсюда вытекали и другие возможные расходы. Агланья получила мешочек на продукты на недели вперед; Офри ‒ на доски и починку ступеней. Причем сверху он вытребовал монеты на сетку для огорода, которая должна была спасти урожай от такахонды.

Нашему конюху были вручены деньги на корма, приютскому ‒ на мазь от синяка, который он носил со всей гордостью. Но Арсарван был неумолим. Тот, кто служит в его доме, не должен выглядеть как разбойник.

Еще одно распоряжение помимо зарплатных списков было конкретно для усатого управляющего. В этом доме я видела статного брюнета впервые, но из разговора поняла, что до сегодняшнего дня он главным образом присматривал за винодельней.

Так вот ему Арс поручил нанять четырех стражников, чтобы те охраняли поместье посменно. Все заметки мужчина скрупулезно записывал в книжечку, одновременно приказывая слугам, чтобы не путались под ногами.

В общем, поместье гудело, как улей.

Для меня работа тоже нашлась. В маленький сундучок я складывала все самое важное: украшения, мешочки с монетами и дневник Татии. Он должен был быть легким, чтобы в случае чего я могла взять только его и сбежать. Но когда я его подняла, поняла, что смогу исключительно уползти.

‒ А рыу-бу? Рыу-бу взяли? ‒ беспокоился Бергамот, сидя в большом сундуке прямо поверх аккуратно уложенных платьев.

‒ По-моему, рыбы в море и так много, ‒ усмехнулась я, наблюдая за Горыной, которая вынесла из гардеробной очередной наряд.

Видимо, девушка полагала, что платья я буду менять по три раза на дню.

Я понимала, что одежда неподходящая, но сказать об этом даже не успевала. Работала она стремительно. Сундук был забит под завязку, и, только глядя на него, я наконец начала осознавать, что нам действительно вскоре предстоит путешествие.

Волнение охватывало куда сильнее, чем перед встречей с герцогской четой. Сейчас на кону стояло именно мое будущее.

‒ А кто-у ее ловить будет? Я? ‒ возмутился Бергамот. ‒ Я на такое не подписывался! Я летау-ющий котик, а не морской!

‒ Тогда, может, дома останешься? ‒ неожиданно раздался позади меня голос Арсарвана.

Обернувшись, я застала его на пороге комнаты. Привалившись плечом к косяку, он стоял, сложив руки на груди. На его губах витала едва заметная улыбка.

‒ Да сейчау-с, нашли дурака! ‒ мигом разобиделся котяра. ‒ Вы там, знау-чит, вкусную рыбку кушать будете, а меня-у за борт, да?

‒ Не переигрывай, ‒ мягко посоветовал ему Арс и обратился ко мне: ‒ Ты не против, если мы отправимся вечером и поужинаем уже в городе?

‒ Как скажешь, ‒ засмущавшись от его пристального внимания, я скромно пожала плечами.

И тут взгляд графа упал на Горыну. Заметив нарядное платье в ее руках, он словно на миг потерял дар речи.

‒ Эти вещи точно не подходят для нашего путешествия, ‒ сообщил он после заминки.

За тем, как он направляется в гардеробную, мы все смотрели с интересом. Исчезнув в ее глубинах, Арсарван вернулся лишь минут через десять, но с охапкой практичных темных вещей из плотных тканей. Из них получилось бы составить три равнозначных комплекта, которые состояли бы из рубашки, поддерживающего корсета, плаща и штанов.

Последними он принес сапоги из тонкой кожи ‒ на шнуровке.

‒ А белье-то сменное можно взять? ‒ невинно уточнила я, по достоинству оценив светлые рубашки.

‒ Если очень хочется, ‒ произнес граф лукаво и вдруг самым бесстыдным образом подмигнул мне.

А после ушел так же стремительно, как и появился, оставив в комнате легкий морской аромат, в котором угадывалось и что-то пряное.

‒ Вот охальник, ‒ выдохнула я со счастливой улыбкой, парадируя голос нашей соседки по площадке.

Почему-то вслед ему так и хотелось бросить подушку.

После ухода Арсарвана Горына пересобрала сундук. Добавив щетку для волос и флакончики из ванной, я замерла над ним, пытаясь понять, что еще может пригодиться в плавании. Если бы здесь имелись таблетки от укачивания, я бы и их с собой взяла, но пришлось ограничиться запасом нюхательной соли.

‒ А мне с собой что брать? ‒ спросила девушка, застыв изваянием.

‒ Ничего, дорогая, ‒ покачала я головой, одарив служанку мягкой улыбкой. ‒ На этот раз поедем только мы с графом, а тебе я доверю важное поручение. Дети останутся в доме до нашего возвращения. Приглядывай, пожалуйста, за моими покоями и всячески помогай Матушке Энии.

Чуть нахмурившись, Горына послушно кивнула. Отпустив ее, я переоделась в один из удобных для путешествия комплектов. В зеркале выглядела потрясающе. Походила на эдакую королеву воинов или наемников, но глаза пылали легким озорством.

Я предвкушала это путешествие, хотя и понимала, что впереди нас ждут трудности. Как уговорить ведьму вернуть все на свои места, я пока представления не имела.

Дождавшись, пока мужики заберут сундук, я напоследок решила пройтись по саду. Не знала, выпадет ли еще случай вернуться в это поместье, а потому хотела запомнить каждую тропинку, каждый камешек и кустик.

Это приключение было самым удивительным в моей жизни. Я хотела запечатлеть в памяти каждый его миг, каждую деталь, которая уже казалась родной.

Улица встретила меня запахом скошенной травы и теплым касанием ветра. Закатное солнце тянулось к верхушкам деревьев, просачиваясь сквозь листву золотыми иглами.

Свернув на боковую аллею, я хотела немного посидеть на каменной скамейке, что стояла в тени старых лип, но меня опередили. С прямой спиной и сложенными на коленях руками там сидела Матушка Эния.

Когда мы встретились взглядами, я мягко кивнула, а женщина в ответ тепло улыбнулась, жестом предлагая мне присесть рядом.

Скамейка оказалась холодной.

Где-то в глубине сада пели птицы и уже начинали квакать лягушки. Я чувствовала странное умиротворение. Но вместе с тем отчетливо ощущала, что Матушка Эния хочет мне что-то сказать.

‒ Я знаю, что ты изменилась, ‒ произнесла она осторожно, тщательно подбирая слова.

‒ Арсарван рассказал, что вы в курсе, ‒ поведала я, не желая, чтобы женщина терзалась и дальше. ‒ Я не в обиде на него, если вы переживали об этом.

Матушка смущенно улыбнулась. Я тоже чувствовала себя не в своей тарелке.

‒ Всем нужен тот, с кем можно просто поговорить. Кто выслушает и примет тебя таким, какой ты есть, ‒ объяснилась она и тут же поспешила добавить: ‒ Я хочу сказать, что, если тебе когда-нибудь будет не с кем поговорить, ты всегда можешь прийти ко мне.

‒ Спасибо, ‒ тихо, но искренне ответила я и решила не скрывать наших планов: ‒ Но, вполне вероятно, сегодня мы с вами видимся в последний раз. Это путешествие…

Эния взглянула внимательнее, поймав мой взгляд.

‒ Не рвись домой, Мари. ‒ неожиданно сказала она. ‒ Если там у тебя нет семьи.

‒ Как это нет? Есть, ‒ возразила я с улыбкой. ‒ Мама, братья, сестра.

‒ Нет, дорогая. Это не твоя семья, это твои родные, ‒ удивила она.

Не ожидая услышать нечто подобное, я на миг растерялась, а Матушка продолжила:

‒ Ты, твоя сестра и твои братья ‒ это семья твоих матери и отца, ‒ мягко, но твердо объяснила она. ‒ А твоя семья ‒ это твой муж и твои дети. Из той семьи ты вышла, когда повзрослела, но они никогда не перестанут быть твоими родными. Как и твои будущие дети. Когда придет их время уйти в свою жизнь, твоей семьей будет только твой муж. Запутала?

‒ Немного, ‒ созналась я, ощущая смятение. ‒ Но я поняла вашу мысль.

‒ Я рада, ‒ снова тепло улыбнулась она, и ее взгляд устремился вдаль. ‒ В любви выбор всегда нужно делать сердцем. Не рвись домой, если там нет семьи, иначе можно долго жалеть о том, что потеряла ее здесь.

Поднявшись, женщина с почтением кивнула и пожелала спокойного плавания. Легкий шорох ее шагов быстро растворился в саду.

Некоторое время я так и сидела одна, невольно обдумывая слова Матушки. Ее слова казались логичными и правильными, но…

Тетя Дина всегда говорила, что самое главное в жизни ‒ это семья. Что мы должны держаться друг за друга, потому что в таком большом мире лишь мы одни способны помочь друг другу, если появятся существенные проблемы.

Ее слова подтверждались на деле не раз.

‒ Готова? ‒ раздался голос Арса справа от меня, вырывая из воспоминаний.

Взглянув на него, я приятно удивилась. Сейчас передо мной среди кустов сочной зелени стоял не граф из светских залов. Это был человек, готовый к дороге. Из одежды он выбрал простую темную рубашку, черный плащ и удобные сапоги. Волосы собрал в низкий хвост, а к поясу прикрепил ножны.

Рукоять его шпаги ловила последний солнечный луч.

Приятная, чуть насмешливая улыбка не сходила с его губ. Каждый взмах ресниц заманивал и привлекал.

Поднявшись, я без раздумий вложила пальцы в его теплую ладонь. В экипаже нас уже должен был ждать Бергамот.

Глава 5. С бала на корабль

Путь от ворот города до порта занял меньше часа. Дорога вилась между домами, и вскоре перед нами открылся вид на море. Когда мы вышли из кареты у постоялого двора, даже был слышен плеск волн, а в нос ударило соленым ветром и запахом разложившейся рыбы.

Арс сказал, что рядом находился портовый рынок, где продавали все, что можно было выловить в море, и там же и разделывали.

Оплатив комнату на постоялом дворе, граф заказал нам ужин. Едальня располагалась прямо на первом этаже трактира, и здесь витали соответствующие ароматы. Тянуло жареным мясом и дрожжами, отчего желудок мгновенно вспомнил о необходимости поужинать.

Пришлось заказывать сразу три порции мяса. Бергамот на меньшее не соглашался и уверял, что он растущий организм, а я, как назло, перестала страдать совершенно.

‒ Соу-вести у тебя нет, хозяйка. Хоть бы порыу-дала разок для разнообразия, ‒ бухтел он, как самый настоящий дед.

Но стоило на столе оказаться мясу, как все его ворчание сошло на нет. Расправившись со своей порцией, он еще и нам в тарелки жалобно заглядывал, но я была неумолима. Мясо в ореховом соусе с легкими нотками горчицы оказалось просто потрясающим.

Быстро поужинав, мы оставили Бергамота за старшего. Из экипажа все вещи были перенесены в комнату, так как возничего Арсарван отправил обратно в поместье. Но оставлять их без присмотра в этой части города было опасно.

‒ Если без меня-у есть будете, я обижусь! ‒ заявил нам напоследок кот, недовольный своим безучастием в общем деле.

‒ Если будешь вредничать, обижусь уже я, ‒ меланхолично отметил Арс и пропустил меня вперед.

Меня все это время не покидало легкое чувство паники. Мы будто бежали куда-то сломя голову, не имея ни мгновения на то, чтобы обдумать свои действия. Возможно, такое впечатление создавалось, потому что я пока знала наш план лишь в общих чертах.

Пока мы ехали, граф поведал мне наши перспективы. На сегодняшний день мы остались без корабля, потому что один из фрегатов, который перевозил виноградный сок, просто пропал вместе с капитаном и командой, а второй отправился доставлять заказ в столицу.

Забрать его мы не могли, иначе встали бы все поставки и винодельня понесла бы убытки.

‒ И что мы будем делать, если так и не найдем этого пропавшего капитана? ‒ спросила я, вышагивая по дороге рядом с Арсарваном.

Улицы рядом с портом были узкими и бесконечно длинными. Движение здесь шло хаотично. И люди, и экипажи следовали как им вздумается, нередко сталкиваясь и устраивая заторы.

‒ Тогда придется утром поискать того, кто согласится дать нам в аренду корабль. Это сложнее, потому что перед сделкой необходимо провести тщательное обследование судна и подготовить его. На это времени потребуется больше, ‒ объяснил граф, придержав меня за талию, пока мимо проносилась груженая телега. ‒ Пойдем поспрашиваем о Лико здесь. Может, сегодня удача на нашей стороне?

Удача явно была не на нашей стороне. В небольшой таверне, заволоченной дымом и смрадом, громко смеялась развеселая компания. Некоторые посетители тихо переговаривались между собой, а в дальнем углу кто-то участвовал в соревновании по армрестлингу.

Того, кто был нужен нам ‒ капитана «Морского Ангела», – мы едва не пропустили. Помятый пьянчуга лет на двадцать старше Арса лежал на лавке, частично скрытый столом, и нагло дрых, оглашая помещение своим трубным храпом.

Собственно, именно на храп Арсарван и отреагировал, когда мы уже собирались уйти.

Оценив развалившегося индивида со всех сторон, граф однозначно разозлился и попросил у хозяина таверны таз с ледяной водой. Когда его принесли и подали через стойку, я и правда увидела в воде куски льда. Таверна практически замерла. Все ждали оглушительной развязки.

Без лишних церемоний таз с водой был опрокинут на капитана потерявшегося корабля. Мгновенно подорвавшись под гогот присутствующих, Лико взвыл так, словно сюда прибежала голодная стая волков. Часто моргая, он попытался понять, кто и за что наказывает его таким зверским способом.

‒ Доброе утро, ‒ зло выплюнул Арс. ‒ Где корабль?

‒ Забрали за долги, ‒ мямля, но уже явно трезвея, пристыженно признался Лико и тяжко вздохнул.

Понуро повесив голову, теперь он смотрел на работодателя исподлобья, будто нашкодивший мальчишка.

Арс разъярился мгновенно:

‒ Опять все проиграл до последних штанов? Сколько раз тебе говорить: азартные игры до добра не доводят. Богатеют только те, кто держит такие заведения.

‒ Да знаю я… ‒ ответил Лико совсем тихо, но тут же встрепенулся: ‒ Но мне так везло, понимаешь? Да я уверен, что у этого шулера была запасная колода! Да я же выиграл столько, я…

Под острым взглядом Арсарвана вдохновенная речь капитана «Морского Ангела» быстро стухла. Я даже испугалась немного, а потому шагнула вперед и взяла графа за руку.

А ведь «подсевшие» всегда говорили одни и те же фразы. Азартные игры сводили с ума даже самых адекватных.

‒ Корабль выкуплю, но теперь он будет принадлежать мне. Ты останешься работать на перевозках, ‒ озвучил Арсарван новые правила. ‒ Если не устраивает, выход там.

‒ Все устраивает! ‒ быстро ответил Лико и даже, кажется, повеселел. ‒ Кстати, с дамой не познакомишь?

‒ Я на тебя еще зол, ‒ бросил граф испепеляющий взгляд.

Эффект наступил мгновенно. Со словами «Понял, не дурак» капитан «Морского Ангела» покладисто засеменил за нами к выходу из таверны. По дороге к порту он рассказал, что закладная лежит у судебного взыскателя.

Тон его голоса как бы намекал, что впереди нас ждут новые проблемы.

Здание, в котором принимал судебный взыскатель, располагалось прямо на берегу. Над песком оно высилось на два этажа и было похоже на те, где на первых этажах размещали лавки, а на верхних жили семьями.

Оставив меня вместе с Лико на улице, Арсарван один зашел внутрь. Иного варианта, как выкупить уже подготовленный к плаванию корабль, у нас действительно не было.

‒ Давно вы знакомы? ‒ стоять в молчании было неуютно, и я решила воспользоваться паузой.

‒ Да лет пятнадцать, почитай, уже. Я был вторым помощником на «Морском Дьяволе». Это корабль, на котором Айверс раньше выходил в море, ‒ охотно поделился Лико, будто только и ждал, когда я заговорю. ‒ Но лет пять назад я ушел в свободное плаванье. Мы тогда такой жирный куш срубили. Из Торенты шли два торговых судна, а в трюмах золото оказалось, и…

Заметив мой внимательный взгляд, капитан «Морского Ангела» осекся и тут же попытался объясниться:

‒ Нет, вы не подумайте. Конечно, Арс был капитаном пиратского судна… Да, нам иногда приходилось… ‒ Его глаза вдруг забегали еще сильнее, словно мужчина уже пожалел, что вообще завел этот разговор. ‒ Но все исключительно в рамках кодекса, защищаясь. Если вас убить хотят, вы ведь будете защищаться, правда?

Я медленно кивнула, изо всех сил заставляя себя держаться. Хотелось улыбнуться или даже рассмеяться – таким забавным и растерянным выглядел Лико. Шебутной ‒ это слово характеризовало его лучше всего.

‒ А вообще, Арс у нас благороден сверх меры и всегда таким был. Альтруизмом этим своим болеет да никак не вылечится, ‒ ляпнул он и тут же спохватился: ‒ Если что, это не болезнь какая срамная, на этот счет вам переживать не стоит. Мы когда корабли высокородных захватывали, он всех баб до суши довозил и там бросал. Даже пальцем к ним прикоснуться не давал – вот он какой!

Последняя фраза прозвучала с явной обидой в голосе. Я же старалась сосредоточиться на дыхании, потому что еще немного таких рассказов – и я просто буду рыдать от смеха, утирая слезу умиления.

‒ Это вы мне его сейчас так нахваливаете? ‒ спросила я, прищурившись.

‒ Ну так… ‒ Лико замялся.

Томить его и дальше я не стала:

‒ Расслабьтесь, Лико, мы женаты. Я графиня ер Толибо.

Мое признание произвело настоящий фурор. У капитана «Морского Ангела» глаза стали круглыми, как плошки. Выпрямившись в единый миг, он зачесал пятерней свои жидкие светлые волосы, отставил одну ногу в сторону и поклонился:

‒ Лико Бертар к вашим услугам, миледи. Одинокий морской волк, ищущий любви и понимания, ‒ представился он торжественно.

Но сам же испортил всю атмосферу момента. Искоса глянув на здание, он прошептал:

‒ Руки целовать не буду, а то мне потом в морду прилетит.

Я все-таки рассмеялась. Громко, звонко, спугнув с пляжа притихших чаек. Улыбка больше не сходила с моего лица, и Арса я встретила тоже с ней, чем озадачила графа.

‒ Все в порядке? ‒ спросил он у меня и с подозрением покосился на Лико.

Последний делал вид, что его тут нет.

Убедив Арсарвана в том, что у нас действительно все в порядке, мы направились вдоль пирса. Выкупив судно, граф получил на руки соответствующую бумагу, которую должен был предъявить охране.

В воздухе витали ароматы морской соли и смолы. Чайки как резаные орали над головами. Видимо, насмехались над нами, потому что фрегат нам, естественно, не отдали.

‒ А где бумага об уплате императорской пошлины? ‒ сурово спросил сухонький подслеповатый мужичок, отвечающий за пригляд именно за «Морским Ангелом».

‒ Служебный взыскатель не говорил ни о какой пошлине, ‒ попытался Арс выйти из положения.

Я закатила глаза. Бюрократия во всей своей красе добралась даже до этого мира.

‒ А я почем знаю, кто вам и что говорил, ‒ состроил мужичок возмущенно-удивленную гримасу. ‒ Без бумаги корабль не отдам. Вот оплатите, тогда и приходите.

Нашему разочарованию не было предела. Пришлось возвращаться к судебному взыскателю, но за эти несколько минут заведение уже успело закрыться. Поцеловав запертую дверь, мы безуспешно рассматривали окна второго этажа, где свет как раз горел.

Злость Арсарвана чувствовалась даже на расстоянии. Он сжимал челюсти с такой силой, что скулы казались неестественно заостренными.

Я же пыталась поддержать его взглядом. Отплывать этой ночью мы все равно не собирались, так что корабль вполне мог постоять до утра.

‒ Вернемся завтра утром, ‒ решил он, беря меня за руку. ‒ А пока найдем недостающих членов команды. Далеко они разбежались?

‒ Да кто куда, ‒ пристыженно ответил Лико. ‒ Нам бы интенданта найти. Он их быстро к совести призовет.

Я вопросительно подняла брови. Слово мне было незнакомо.

‒ Это тот, кто отвечает за дележку награбленного… ‒ легко ответил капитан «Морского Ангела», но под выразительным взглядом Арса быстро исправился: ‒ А также закупает провизию и ведет строгий учет всего, что есть на корабле.

‒ Здесь район беспокойный, мы пойдем одни, ‒ обратился ко мне граф. ‒ Подождешь меня на постоялом дворе вместе с Бергамотом? И ложись спать, подъем будет ранним.

Я послушно кивнула. Выбора-то мне особо и не оставляли, несмотря на заданный вопрос. Проводив меня до самой комнаты в трактире, Арс и Лико скрылись в тенях ночи. Я же посидела на стульчике пару минут, слушая фантастический рассказ кота, который самоотверженно спасал все это время наши вещи.

‒ И вот поу-этому ты должна заказать нам ужин! ‒ закончил подводку к еде Бергамот.

‒ Мы сегодня уже ужинали, ‒ напомнила я с усмешкой. ‒ Лучше скажи мне, ты сможешь повесить магическую защиту на эту комнату?

‒ Спрау-шиваешь! ‒ горделиво ухмыльнулся он, но тут же добавил: ‒ А вообще, рау-ньше я не пробовал это делать. Думаешь, лучше спуститься и поесть в зале?

‒ Думаю, что нам с тобой ненадолго стоит прогуляться, ‒ ответила я, стараясь заинтриговать это бездонное пузо.

Спать все равно не хотелось, а я не могла сидеть сложа руки. Почему-то казалось, что время необратимо утекало сквозь пальцы и его оставалось катастрофически мало.

Не с первого раза, но у кота получилось повесить защиту на окно и дверь. По крайней мере, открыть их у меня не вышло.

С чистой совестью оставив наш пост защищенным, мы пошли искать приключений. Благо находить их я умела мастерски.

По темным улицам портового района я шла с опаской. Засевший на плече котенок придавал мне немного смелости. Конечно, он вытребовал себе за это дело внеочередной ужин, но сторговались в итоге до двойного завтрака.

На улице даже в этот поздний час было шумно. Питейные заведения располагались по всей ее протяженности и многочисленные голоса становились частью антуража. Я даже дух перевела, когда мы без приключений добрались до двухэтажного здания судебного взыскателя.

Толкнув первую оказавшуюся незапертой дверь, я остановилась у второй, на которой висела табличка «Антонова Марина Гульевна» и под ней «Ехидина Алевтина Ивановна».

‒ Тоже Пропащие, что ли? ‒ пробормотала я, опустив взгляд.

Свет в кабинете горел, из-под двери золотилась яркая полоска.

Негромко постучав, я слегка приоткрыла дверь.

‒ Рабочий день закончен! ‒ взвизгнули на меня еще до того, как я успела переступить порог. ‒ Я никого не звала!

Передо мной стояла низкорослая, идеально круглая женщина с прилизанным пучком из волос. Увидев ее скривившееся в страшной гримасе лицо, я невольно сравнила ее с горгульей. На секунду мне даже показалось, что я телепортировалась обратно на Землю, таким выверенным был ее тон. Словно в родную поликлинику пришла, чтобы пройти все семь кругов ада.

‒ Так у вас на двери написано, что вы круглосуточно работаете, ‒ заметила я, растерявшись.

‒ Я сама вызываю! ‒ отрезала она и звучно чихнула.

На ее лице мелькнуло непонимание. Словно чихать, как представитель имперской власти, она ни в коем случае не должна была. В обязанности не входило!

Дальнейший разговор явно не клеился, поэтому я вышла обратно в коридор. Развлекая себя почесыванием Бергамота, который предлагал пойти и просто укусить злую тетю, я прождала под дверью долго.

То и дело поглядывала на улицу. Переживала, что Арс вернется, не найдет меня и отправится искать, несмотря на оставленную записку.

Когда я уже собиралась сдаться и вернуться на постоялый двор, из-за двери приглашающе прорычали:

‒ Заходите.

Кота, от греха подальше, я спрятала в карман плаща. Но стоило мне войти, как все та же дама, на этот раз сидевшая за столом, снова чихнула и уставилась на меня с немым вопросом во взгляде. Я себя сразу почувствовала представительницей косметической компании.

‒ Пару часов назад к вам приходил мой муж, ‒ начала я ровно. ‒ Он закрыл закладную на «Морского Ангела», но без уплаты императорской пошлины корабль нам не отдали.

Пробурчав что-то невнятное себе под нос, дама зарылась в бумаги. Ее стол представлял собой воплощение хаоса – настолько захламленным он был. Выудив один из листов, судебный взыскатель снова прочихалась и заявила:

‒ Оплатите в кассу два медяка.

‒ Что?! ‒ у меня натурально отвисла челюсть от изумления.

Нам не отдали корабль из-за двух медяков?

Достав из кармана горсть монет, я выбрала из них две медных и, пока дама подписывала эту самую бумагу, абсолютно без задней мысли спросила:

‒ Это все? Или нужно еще что-нибудь заплатить, чтобы нам отдали корабль? Вы скажите сразу, чтобы мы не бегали…

О том, что вообще открыла рот, я пожалела тут же. Чихнув, взыскатель посмотрела на меня как на муху, покусившуюся на варенье. Ее глаза зло сузились, а голос приобрел шипящие нотки:

‒ При оплате должен присутствовать владелец судна.

Я непонимающе заморгала. Еще час назад о присутствии владельца даже речи не шло. Мы же с Лико стояли снаружи, пока Арс оплачивал долг.

‒ Ясно… ‒ процедила я сквозь зубы. ‒ То есть деньги не возьмете.

‒ Нет, ‒ ответила она с неприкрытым ехидством, но гнусаво, что у нее самой вызвало удивление.

Осознав, что дело все же переносится на утро, я вынужденно приняла поражение и собралась уходить. Но тут мне в голову пришла идея.

‒ Слушайте, мне очень неудобно, но вдруг… Вам кот не нужен? ‒ вытащив из кармана Бергамота, я поставила его на стол прямо поверх бумаг. ‒ Красавец же, и несчастный. Ему очень нужна прекрасная хозяйка.

‒ Немедленно заберите кота! ‒ заорала горгулья, резко отпрянув от стола вместе со стулом. ‒ У меня аллергия!

‒ Ой, извините, не знала. А у него еще и лишай, ‒ дружелюбно сообщила я, взглядом указав демону на подписанный листок. ‒ Ну вы тогда стол сами протрете, да?

‒ Вон! ‒ взвизгнула она так, что кота сдуло со стола вместе с бумагами.

Пока листы хаотично сыпались на пол, я оставила на краю стола две монеты и с чувством глубокого морального удовлетворения сбежала из кабинета вместе с котом. Причем неслись мы до самого постоялого двора, не обращая внимания на оклики ночных завсегдатаев. Нужную бумагу об оплате имперской пошлины котейка нес прямо в зубах.

Замешкались лишь у двери в комнату, где и перевели дух. Бергамот забыл, какую именно защиту ставил.

Сняв ее, он вошел в комнату первым и выплюнул лист прямо на пол. Переглянувшись под неярким светом ночника, мы просто расхохотались, но смеялись недолго, потому что в стену нам возмущенно затарабанили.

‒ Знаешь, хозяу-йка, а с тобой иногда чертовски весело, ‒ похвалил меня демон, забираясь на кровать.

Я решила от него не отставать. Раздевшись до рубашки, умылась над тазом и тоже залезла под одеяло.

‒ Но Арсу лучше не знать о том, как мы добыли этот документ, ‒ произнесла я, закрывая глаза. ‒ Хорошо, что успели вернуться до его прихода.

Ответить котейка мне не успел. Дверь открылась, тихонько скрипнув, а я задержала дыхание. Видеть, кто вошел, не могла, так как лежала спиной к входу, но, едва кровать рядом прогнулась, носа коснулся знакомый приятный аромат.

Моей щеке достался крохотный поцелуй, едва Арс скинул сапоги на пол. От его присутствия сердце пустилось в пляс, но я упрямо притворялась спящей. Слушая его ровное дыхание, я провалилась в сон.

Глава 6. Случайные неслучайности

Мне приснились умопомрачительные, наполненные нежностью поцелуи. Веки, щеки, нос ‒ все подверглось сладким пыткам, от которых хотелось улыбаться.

Но реальность оказалась сурова. По моему лицу словно прошлись наждачкой, оставив на нем мокрый след. Встрепенувшись от непередаваемых ощущений, я распахнула веки и увидела перед собой Бергамота.

‒ Ну наконец-то! ‒ обрадовался он, не скрывая возмущения. ‒ Раз ты уже-у проснулась, скорее одевайся и пойдем завтракать.

‒ Что? Дай мне прийти в себя, ‒ опешила я от его напора. ‒ И вообще, это что за слюнявые процедуры только что были?

‒ Я тебя-у умывал, ‒ припечатал котейка, глядя на меня как на врага народа. ‒ Будить тебя-у мне запретили, а умывать ‒ нет. Ну, поу-йдем уже скорее, там мой завтрак простаивает.

Я потерла глаза. Спустив ноги на пол, пыталась сообразить, кто я и где я. Отголоски растаявшей вместе со сном нежности никак не давали собраться. За окном давно взошли оба солнца, но, судя по их размещению на небе, до обеда еще было далеко.

‒ А где Арс? ‒ спросила я, осматривая комнату.

‒ Так внизу сидит, в кау-ртах своих что-то чертит. А меня-у кормить отказывается, представляешь?

Так, под жалобы бедного, несчастного голодного кота я и собиралась. Когда вышла вместе с оставшимися пожитками в коридор, в нос ударил аромат свежеиспеченного хлеба. Есть захотелось мгновенно – и, видимо, не только мне. Все столы на первом этаже постоялого двора были заняты под завязку.

Арс встретил меня улыбкой, а еще похлебкой из птицы и поджаренным беконом. О том, что мы с котом этой ночью неплохо потрудились ради нашего общего блага, он еще не знал. Но вместо объяснений я села за стол и просто положила перед графом аккуратно сложенную бумагу с печатью и подписью.

– Это что? – прищурился он, раскрывая лист.

Я не ответила, ожидая, пока прочтет сам.

Дочитав, Арс посмотрел на меня с немым вопросом во взгляде. Решив держать интригу, я загадочно пожала плечами. Ни за что не собиралась признаваться, что мы выкрали бумагу прямо из-под носа судебного взыскателя. Стыдно было очень даже, хотя вчера наш поступок казался фантастически героическим.

Причем Бергамот думал так до сих пор. Запрыгнув на стул рядом со мной, он с гордостью торжественно сообщил:

– Это я-у! Это я украу! – Но, не увидев на столе третьей тарелки, с возмущением спросил: – А где мой двойной завтрак?! Я честно его отработал!

В трактире повисла неестественная тишина. Я спиной ощутила, как чужие любопытные взгляды устремились к нам. Была готова провалиться сквозь землю или хотя бы спрятаться под стол, но, найдя в себе силы, осторожно обернулась.

– Это шутка такая, – произнесла я громко и судорожно улыбнулась, – Мы кота на улице подобрали, вот он теперь нас и развлекает.

– А не ваш ли кот развлечения ради у меня с утра целый кувшин молока умял? – через весь зал спросила хозяйка постоялого двора.

Бергамот оскорбленно фыркнул, но разумно промолчал. Арс же откровенно посмеивался, когда я снова повернулась к нему лицом. Щеки горели так, словно кто-то разжег на их месте костры.

– Я оплачу кувшин молока, – сдержанно ответил граф.

– А… – хозяйка хотела добавить что-то еще, но Арс пошел на опережение.

– Но только его, – припечатал он, бросив на нее свой фирменный сверлящий взгляд, а затем обратился к нам: – И как прошла ночная прогулка?

Я предпочла не отвечать и на этот вопрос.

Уткнувшись в свои тарелки, ела со скоростью света. Хотелось уже скорее покинуть это место, пока кто-нибудь не догадался вызвать городскую стражу.

Но это я. Арсарвана и Бергамота же приходилось торопить. Я буквально запихивала их в нанятый Арсом экипаж. Мысленно радовалась, что нам не нужно идти до пристани пешком. Но переживая, что судебный взыскатель узнает меня, если мы встретимся, я даже в карете ехала с натянутым на голову капюшоном.

– Тяжело нарушать закон, когда ты совестливая, не правда ли? – спросил граф с усмешкой, когда мы подъезжали к пристани.

Лико встречал нас у фонарного столба.

– Я ничего не нарушала. Я даже деньги для оплаты штрафа оставила, – буркнула я себе под нос.

Но Арсарван расслышал и тихо рассмеялся. Сняв с меня капюшон, он ладонью пригладил мои волосы и улыбнулся, заставив взглянуть на него.

– Я знаю, что ты смелая, Мари. А еще я знаю, что ты вполне могла бы справиться сама. Не ведаю как, но ты бы точно справилась, я в этом уверен. – Его ладонь мягко коснулась моей щеки, и мое сердце затаилось в груди. – Тебе не нужно доказывать мне что-то. Просто будь собой, ладно? У тебя это получается лучше всего.

Я была уверена, что он меня сейчас поцелует. Момент выдался очень располагающий, даже несмотря на присутствие в карете кота. Но, заправив мне за ухо прядь волос, Арс просто покинул экипаж. Обернулся в последний момент, уже стоя двумя ногами на мостовой.

– Если тебя посадят в тюрьму, обещаю дождаться и навещать три раза в неделю, – заявил этот бессовестный тип с широченной улыбкой.

Я вспыхнула от возмущения. В душе смешались раздражение и счастье. Улыбка сама собой лезла на губы, но в то же время я была беспомощно зла.

Не найдя чем бы таким вооружиться, бросила в Арсарвана Бергамота. С протяжным «Мя-я-яв» он пролетел как птичка, точно спикировав в гнездо из рук графа.

Два укоризненных взгляда провожали мою гордую спину до самой пристани.

Солнца поднимались на небе все выше. Легкий ветерок трепал волосы, чайки оглушительно орали, а запах водорослей и рыбы сливался с ароматом свежей смолы.

– Все в порядке, – пробурчал сторож, возвращая Арсу бумаги.

Пока Арсарван занимался проверкой судна и расписывался в его получении, а Бергамот высматривал рыбу в воде, мы с Лико стояли на пристани. Сегодня капитан «Морского Ангела» то и дело потирал левую ладонь. Заметив на ней странное синее тату, я распознала силуэт фрегата.

– А это что? – не удержалась я от вопроса.

– Метка капитана, – охотно пояснил Лико и чему-то усмехнулся, глядя на рисунок. – Только тот, у кого она есть, может управлять кораблем, если судно защищено магией ведьмы. Ее ставят на случай бунта. Без меня этот корабль не сдвинуть с места.

– Полезная штука, – невольно признала я с уважением.

Взглянув на расхаживающего по верхней палубе Арса, мужчина неожиданно признался:

– У вашего мужа такая тоже когда-то была. Сейчас она тусклая и серая, потому что утратила свою силу, когда он обменял «Морского Дьявола» на чью-то жизнь. Представляете, целый корабль отдал.

Лико искренне возмущался поступком графа, но, замерев на мгновение, я слушала его краем уха. В голове появилось воспоминание из дневника Татии. Арсарван благородно обменял свой корабль на ее жизнь, вручив зачарованный пиратский фрегат Арибелле.

Он отдал его без колебаний и ни о чем не жалел несмотря ни на что, но если бы отказался…

Мы бы с ним никогда не познакомились.

Первым по трапу спустился ворчливый старик. Расступившись, мы терпеливо ждали Арса. Он появился еще через пару минут и поведал нам о новых незапланированных расходах.

Все, что можно было вынести с этого корабля, судебные взыскатели изъяли и продали, тем самым погасив часть долга Лико. У нас не было ни пушек, ни ядер, ни запасных веревок. Они забрали даже кастрюли из камбуза, так что на горизонте маячили внушительные вложения. И это мы еще даже наше графство не покинули.

– Сейчас? – спросил капитан с явной неохотой.

– Сейчас, – подтвердил Арсарван и протянул ему ладонь для рукопожатия.

Едва их ладони соединились, случилась яркая вспышка. Синее свечение оплело их пальцы и задергалось, будто живое.

– Добровольно передаю тебе «Морского Ангела». Как на воде, так и на суше будь капитаном лучшим, – с тяжелым вздохом произнес Лико.

Я наблюдала за их разъединившимися руками с чисто детским любопытством. Теперь на одной ладони Арса тускнела старая серая метка, а на другой горела свежая синяя.

– А если появится третий корабль, – усмехнулась я, – метка на лбу вылезет?

Граф бросил на меня внимательный взгляд, полный странной нежности.

– Если будет третий корабль, я подарю его тебе.

Отмахнувшись от его шуточек, я повернулась, чтобы посмотреть, как там дела с рыбалкой обстоят у Бергамота, но потом до меня запоздало дошло. Потому что Арс не смеялся. Он произнес это как бы между делом, но без насмешки.

– Подожди. Что ты сейчас сказал? – Я развернулась так резко, что капюшон слетел с моей головы. – А это можно где-то запротоколировать? Я хочу письменное обещание!

Не оценив моего рвения по достоинству, мужчины рассмеялись почти одновременно.

Пригласив меня на корабль, Арс помог забраться по трапу.

Следом за мной на верхнюю палубу взлетел Бергамот. Его подгоняло желание отыскать себе самое лучшее спальное место, но каюта на этом судне имелась только одна. Она принадлежала капитану, в то время как команда размещалась в общей комнате на нижней палубе.

Отдельно спал только кок, у него имелся специальный закуток в камбузе.

Собственно, пока я рассматривала практически пустой камбуз, корабль уверенно двинулся с места. Я ощутила это легким толчком, а когда выбралась на палубу, увидела невероятное.

Нас на себе тащил Бергамот. Словно ломовая лошадь, он был запряжен в канаты и плыл по воздуху, как большое, упитанное ругающееся облачко.

– Я вау-м ездовой кот, что ли?! Я буду жау-ловаться в ассоциацию крылатых животных! – возмущенно бурчал он, но порученное дело выполнял. – Я в пеу-рвый и последний раз в этом участвую, поняу-тно? В конце концов, наймите себе команду!

Катиться по волнам нам предстояло совсем немного. Следующей остановкой была выбрана пристань на другом конце берега, но мы должны были филигранно обойти мель, чтобы причалить на свободное место. Без команды, даже с магией корабля Арсарван с этим сам не справился бы.

Между огромными пятимачтовыми суднами мы едва вместились. Причем подоспели очень вовремя, потому что на пристани нас уже ждали. Когда «Морской Ангел» замер, к нему подтянулись люди – крепкие мужчины разных возрастов. Выглядели они тоже по-разному, но на отпетых головорезов нисколько не походили.

Старик с проседью в волосах и золотым сверкающим зубом, как будто родом из девяностых. Неестественно худой высокий юнец с обветренным лицом. Кто-то и вовсе больше походил разворотом плеч на сельского кузнеца, чем на морского волка. Мои ожидания с реальностью сходиться отказывались, и это несказанно радовало.

Думая о том, как поплыву на корабле, полном разбойников, я откровенно опасалась за наше путешествие и за себя в частности. Но теперь меня беспокоил другой вопрос.

Людей для плаванья, как на мой взгляд, было катастрофически мало.

– Это вся наша команда? – удивилась я, рассматривая забирающихся по трапу.

С легкостью поднимаясь по доске с прибитыми к ней рейками, они сразу принимались за дело, будто заранее знали, какова их роль. Снасти, паруса, канаты – все быстро оказалось в их руках. Весело перешучиваясь друг с другом, они кивали Арсу в знак приветствия, с любопытством посматривали на меня и немедленно приступали к работе. Вместе с нами и Лико я насчитала всего десять человек.

– Для «Морского Ангела» этого достаточно. Корабль небольшой, маневренный, – объяснял Арсарван терпеливо. – Большое количество людей будет только мешать, но нам еще нужны целитель и кок. Те, кто служил здесь раньше, уже устроились на другие судна, и переманить их не удалось.

– Моряки долго без дела не сидят, – добавил Лико, подслушав наш разговор, и тут же отчитался: – В целом все в порядке, но недостающее нужно докупить. Сколько у нас времени до отплытия?

– Вчера, – ответил Арс, обозначив реальные сроки для этого путешествия.

Арибелла дала нам всего две недели, и время бежало впереди нас.

Раздав краткие инструкции, Арсарван оставил часть команды на корабле. Несколько матросов отправились на рынок вместе с интендантом – суровым худощавым мужчиной, чью густую чернявую шевелюру окропила первая седина.

Мы тоже задерживаться не стали. Следовало в кратчайшие сроки найти недостающих членов команды и прикупить кое-какие артефакты.

О том, как на корабле обстоят дела с гигиеной, я узнала совсем недавно. Оказывается, на волосы цепляли намагиченные бусины, которые и отвечали за своевременную очистку одежды, тела и волос. Их-то нам и предстояло купить.

– Ты идешь? – окликнула я Бергамота, ступив на трап.

Арсарван придерживал меня за руку.

– Идите сами, я вас ту-ут подожду, – не глядя, отмахнулся от меня котофей.

Все его внимание принадлежало пустым бочкам на верхней палубе. Там за ними пряталась мышь, которую демон увидел случайно, а теперь сидел в засаде, пожалуй даже не моргая лишний раз. Поджимая под себя лапы, он словно готовился к прыжку. Вид у него при этом был донельзя сосредоточенный.

Махнув на него рукой (что взять с кота, даже если он демон?), мы отправились на торговую улицу – бродить по лавкам. Артефакты, которые нам требовались, продавались не везде. Многие мастера предлагали изготовить под заказ, но времени на это у нас не имелось.

Отыскав бусины в наличии почти в конце улицы, Арс остановился, чтобы прикупить для меня платок. На корабле под палящим солнцем голову следовало чем-то накрывать, но шляпки для этого дела не подходили.

Стоя немного в стороне от навеса торговца, я крутила в руках тонкий шнурок с нанизанными на него прозрачными бусинами. Как бы здорово было иметь нечто подобное на Земле. И воды экономия, и денег, и что самое главное – времени.

Та же Машка на утренний душ тратила минимум два часа, а по выходным ее так вообще из ванны было не вытащить.

Мои мысли прервал резкий оклик:

– Привет тебе от лучшего друга, граф!

Я даже не успела ничего толком сообразить. Подняла взгляд на резко обернувшегося Арса.

Его плечи напряглись, рука легла на эфес шпаги, но он среагировал слишком поздно. Один из мужчин, что были в черных плащах, толкнул его в грудь. Граф налетел спиной на другого и получил новый толчок, окончательно дезориентировавший его.

– Арс! – крикнула я и попыталась прорваться к нему.

Но меня без реверансов оттолкнули с такой силой, что я упала на мощенную камнем дорогу, едва не угодив под телегу. Крики, шум, гам, ржание вставшей на дыбы лошади – все слилось в безумную какофонию и вскружило голову.

Алданский. Я была на сто процентов уверена, что такой своеобразный привет Арсарвану передал Алданский. Только у него я видела мужчин с внешностью настоящих бандитов: шрамы на лицах, серая кожа и взгляд.

В их взглядах читалась жажда убийства.

Секундное промедление едва не стоило мне жизни. Откатившись в сторону, я оказалась в миллиметрах от чужого ножа. Арс времени не терял и отражал атаки всех нападавших сразу, но особой пользы это не приносило.

– Быстро в лавку! – отрывисто скомандовал граф, заметив меня на противоположной стороне улицы.

Растерянная, я не знала, чем ему помочь. Никто не спешил вызывать стражу. Дорога между лавками и торговыми палатками опустела в единый миг, а сами предприятия позакрывались на замки.

Я это точно слышала, потому что стояла у входа в рыбацкую лавку. На их двери замок провернулся два раза, а металлическое лязганье выдало наличие цепочки.

Сердце билось у самого горла. Отыскав взглядом железное ведро, наполовину набитое мусором, я от отчаяния вооружилась им и со спины надела на голову одного из нападавших. Схватив кочергу у уличной забегаловки, где под открытым небом жарили овощи и мясо, что было сил звезданула по ведру, а затем ударила по руке, в которой этот тип держал удлиненный кинжал.

Оружие выпало из руки бандита, и я пнула его ногой, пытаясь помочь Арсарвану хоть так, потому что в реальном бою толку от меня не было.

Замахнувшись в третий раз, удар нанести не смогла. Другой верзила перехватил кочергу, и я с легкостью выпустила ее из рук.

– Все-все, дальше сами, – мирно объявила я, отступая от гущи сражения обратно к рыбацкой лавке.

И тут моему взгляду предстало весло. Но если бы только оно. За ним на стене в качестве украшения висела рыболовная сетка, декорированная ракушками.

Отодрав сеть без особого пиетета, я накинула ее на ближайшего бандита. Арс оттолкнул его сапогом в живот, так что он практически свалился к моим ногам.

Действовала скорее от отчаяния, нежели из храбрости. Схватив весло, я колотила наемника изо всех сил. А когда рядом приземлился второй, саданула и ему, ловко отпрыгивая от их загребущих рук. Желая обезвредить, они пытались схватить меня за ноги.

– Мерзавцы! Вчетвером на одного! – припечатывала я, порядком выдохшись.

На фоне шпаги и кинжала, что сверкали в руках Арсарвана, мои попытки с ведром и веслом выглядели жалко. Но я хотя бы сбила бандитов с толку.

Держалась исключительно на адреналине, и даже когда меня оттащили от этих двоих стражники, я все еще размахивала веслом, давно не чувствуя собственных рук. Весло от моего усердия давно треснуло.

– Она со мной, – почти сразу забрал меня Арс у стражи.

От пережитого меня трясло. Выронив свое грозное оружие, я повисла у графа на шее и разревелась. Один стражник погнался за другими бандитами, а этих двоих недобитков схватили его коллеги и уже запихивали в каталажку.

Карета стражи умчалась быстрее ветра, нас даже не расспросили о подробностях стычки. Это показалось мне странным, но в этот момент все мое внимание принадлежало Арсарвану.

– Ты цел? С тобой все хорошо? – мой голос скатился до жалких всхлипов.

Но вместо ответа моему лбу достался скромный поцелуй, задержавшийся дольше, чем нужно, а мне – крепкие объятия. Настолько крепкие, что я испытала боль.

– Научи меня махать этой штукой, ладно? – выпалила я жалобно, ткнув дрожащим пальцем в его шпагу, и отстранилась от него.

А отстранившись, заметила, как Арсарван поморщился. Опустив взгляд вниз, он пальцами прикоснулся к рубашке. Она была черной, но несмотря на цвет я тоже рассмотрела большое пятно. А еще увидела кровь на своей рубашке. В отличие от его, моя была светлой, но кровь мне не принадлежала.

– Нет-нет-нет… – дыхание перехватило от ужаса и паники. – Арс!..

Он пытался что-то сказать, прижав руку к боку, но его слова захлебнулись в кашле. По подбородку побежала тонкая струйка крови, а сам он осел на дорогу. Если бы я не вцепилась в него, просто рухнул бы, а так мы упали вдвоем, но я не дала удариться ему головой, вовремя подставив руку.

Мои пальцы словно расплющило от удара. Вскрикнув, я машинально подула на них, но тут же пришла в себя. Кровь. Ее было слишком много. Не только рубашка, досталось и брюкам, и теперь я это отчетливо видела, сидя перед графом на коленях.

– Арс! – выкрикнула я, разрывая его рубашку. Пуговицы разлетелись по сторонам. – Не смей! Слышишь?! Не смей умирать!

Но он уже терял сознание. Лицо побелело, как и губы. Кровь текла слишком быстро. Мне казалось, что она просто хлестала из раны, пока я пыталась зажать ее ладонями.

Запах железа прочно въелся в ноздри.

– Помогите! – вырвалось из груди диким криком. – Люди, прошу вас! Помогите!

Я кричала, пока голос не сорвался, но бесполезно. Никто не хотел встречаться ни со стражей, которая бесследно исчезла, ни с бандитами, которые могли вернуться, чтобы добить свою цель.

За пеленой из слез уже ничего не видела. Все вокруг сузилось до этого островка, на котором я ощущала свое полное бессилие.

Я просто не знала, что делать. Арс умирал у меня на руках.

Глава 7. Целительная сила любви

Дверь одного из домов распахнулась с грохотом.

– Куда?! Дурень! – закричал кто-то смачным басом.

Быстро приближающуюся к нам тень я едва рассмотрела. Не могла убрать ладони от раны, чтобы вытереть слезы. Казалось, если отпущу, Арсарван точно умрет.

– В сторону! – рявкнул мужчина, чьего лица я не видела, и рухнул рядом со мной на колени.

Он насильно оторвал мои руки от раны и отпихнул меня вбок. Упав на камни, я тут же бросилась обратно, но напасть на мерзавца не успела. Слава Древним и Новым Богам.

Свои ладони он разместил ровно там, где ранее лежали мои. Только имелось одно существенное отличие: от его рук шло яркое золотое сияние. Золото будто проникало внутрь раны.

Завороженная магией целителя, я вытерла глаза от слез. Молодой, светловолосый, с худым лицом. Отозвавшийся на мои крики мужчина вряд ли был старше Арсарвана. Его серые глаза встретились с моими.

– У тебя раны есть? – спросил он, быстро осматривая меня взглядом, но при этом неотрывно продолжая исцелять.

– Нет, – прошептала я, подползая ближе. – Он же будет жить, правда? Вы же маг?

– Мое «да» сразу на оба ваших вопроса. Оплату принимаю деньгами, натура не интересует.

Я только кивнула, всхлипывая, не оценив ни его шутки, ни его ободряющей улыбки. Дрожь проходить не хотела, но теперь я хотя бы могла дышать.

Правда, недолго. Увидев, как затягиваются края раны, буквально зарастают, подхватываемые теплым золотым сиянием, я задержала дыхание. Все вокруг по-прежнему было в крови, но раны – ее больше не существовало. Даже пальцы Арса перестали быть холодными под моей рукой, а цвет лица поменялся, будто его вернули с того света.

Убрав ладони от пациента, маг сделал странное движение пальцами, словно раскрыл и закрыл веер, и кровь исчезла не только с Арсарвана, но и с дороги, и даже с одежды.

Не веря своим глазам, я ошарашенно хлопала ресницами.

– Сколько я вам должна? – спросила я, вытаскивая мешочек с деньгами из плаща.

Была готова отдать ему весь, лишь бы граф наконец очнулся и открыл глаза.

– Не торопитесь платить, леди, когда работа сделана наполовину, – усмехнулся целитель, поднимаясь на ноги. – Я не волшебник и не могу вернуть вашему спутнику утраченную кровь, но на это способны время и ускоряющее регенерацию зелье. Я перенесу его к себе, если вы не против.

Против я не была. Понятия не имела, что следовало делать с Арсом дальше, чтобы он пошел на поправку, так что полностью доверилась магу. Сложив указательные и средние пальцы вместе, он слегка повел ладонями. Тело графа плавно поднялось в воздух, как лежало – так и застыло примерно в метре от земли, только руки повисли по сторонам.

Вполне уверенно левитируя, целитель пронес Арса в прихожую дома, из которого выбежал, а следом направил в первую же комнатку у лестницы.

– Идиот! – выкрикнул из гостиной кто-то невидимый моему взгляду.

– Отвянь, Бардок, – огрызнулся маг в ответ, и на этом обмен любезностями завершился.

– Это ваш… родственник? – спросила я, чтобы хоть как-то скрыть смущение.

– Это мой сосед. Мы в этом доме комнаты снимаем, – отозвался целитель, укладывая Арсарвана на единственную кровать.

Кроме нее сюда вмещались только стол и стул. Последний исполнял роль вешалки ввиду отсутствия шкафа. Окна тоже не имелось, зато на стене висела картина с изображением полуобнаженной русалки.

Этот маг жил крайне скромно. И, судя по тому, как отвел глаза, когда мы встретились взглядами, он этого факта стеснялся.

– Я сейчас волью ему крововосстанавливающее зелье, а затем он пролежит без сознания еще пару часов. Как только силы к нему вернутся, ваш спутник очнется, но в ближайшие дни никаких нагрузок, обильные еда и питье. Если станет следовать рекомендациям, за три дня поднимется на ноги. Если нет, восстановление может затянуться.

Я слушала внимательно и кивала, не отрывая глаз от Арса. Моментами мне казалось, что он не дышал, его грудь вздымалась едва-едва.

– Скажите… – мой голос по-прежнему дрожал, – вы работу не ищете? Нам на корабль очень нужен целитель. Вы могли бы сами присмотреть…

Светловолосый странно хмыкнул и чуть усмехнулся:

– Обычно это работа не ищет меня, – произнес он, поймав мой удивленный взгляд. – Я бывший каторжник. Участвовал в восстании против императора. Еще до переворота.

– А…

Я ошарашенно захлопала ресницами. Была не готова к тому, что на меня вывалят такую правду. Заметно напрягшись, хотела спросить, в бегах ли он сейчас, но целитель предугадал мой вопрос.

– Сама вдовствующая императрица освободила меня несколько месяцев назад. С тех пор найти работу мне так и не удалось, – выдавил он из себя вежливо-надменную улыбку.

– На… корабле… найдется… место… – натужно прохрипел Арсарван.

Увидев, что он очнулся, я бросилась к нему. С трудом разлепляя веки, он будто боролся с собой, чтобы быть в сознании.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.