Татьяна Дехтяронок
Проклятие четвертого дня

Ничего хорошего по четвергам не случается. Стёпка верил в это с того самого дня, когда его мама, по словам бабушки, улетела навсегда на небо. Мысль эта прочно укоренилась у него в голове в тот момент, когда папа через два года привел в дом тётю Варю, занявшую мамино место. Вместе с ней поселилась и кучерявая, кривозубая девочка Галюша.

Вот и теперь Стёпка сидел на своей кровати, свесив худые голые ноги, которые едва дотягивались до пола, и насупился очередному четвергу, несмотря на яркое солнце, боязливо проглядывавшее через тюль.

Он снова проспал. Галюша только что хлопнула дверью, убегая в школу. Вредная девчонка – не могла разбудить. Стёпка представил, как снова отец вечером разозлится, когда увидит в дневнике очередную двойку. Все двойки Стёпа получал только по четвергам. Если бы не эти проклятые дни, он бы давно стал отличником.

Тётя Варя ещё не вернулась со смены на заводе, а папа ушел ни свет ни заря так тихо, что никто из ребят даже не проснулся. В такие дни они с Галей сами собирались в школу, благо далеко идти не надо. Однако первый урок начнётся уже через пять минут, а Стёпка всё ещё сидел в одних трусах и майке.

Он потянулся, как ленивый кот на утреннем солнце, и спрыгнул с кровати. Поспешно закинул какие-то учебники со стола и тетрадки. Он помнил, что вторым уроком математика, а значит Наталья Васильевна снова будет вызывать его к доске. Почему-то ей нравилось, когда Стёпка решал примеры почти каждый урок, попутно вытирая ладошкой неверные цифры. А ему нравилось, как учительница всегда хвалила, если получилась посчитать правильно. А считать у Стёпки получалось верно частенько.

И вот теперь, топая в затихшую после звонка школу, Стёпа то и дело просчитывал в уме задачки, которые сам же себе и придумывал:

– Пять голубей, один дедушка с куском батона в пол кило… итого, по сто грамм батона на голубя. Многовато! – вслух рассуждал он.

Стёпа торопливо поднялся на третий этаж, но остался стоять у двери класса. На урок музыки идти ему не хотелось. Придётся снова вставать и петь с другими ребятами, слушая, как неловко звучит его собственный голос в хоре голосов других ребят. Он старался петь громче: если его и не видно было из-за маленького роста, так хоть услышали бы. Но все равно этого оказывалось недостаточно. Неужели учитель хочет, чтобы пришлось кричать, как на футбольном поле? Футбол Стёпе не нравился, поэтому и кричать он не мог.

Руки вспотели, и сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда Стёпа наконец решился и боязливо постучал в дверь. В пустом коридоре стук прозвучал так громко, что он поморщился. Стёпина голова первой показалась в классе под скрип открываемой двери.

– Е-ка-ка-терина Ивановна, м-м-можно войти?

Все глаза сразу устремились на появившегося в дверях Стёпу, в мгновение затихло фортепиано. Похоже, никто не слышал стука, и сейчас он потревожил гармонию в классе, которая была там до его появления.

– Здравствуй, Стёпа. Ты опоздал, – произнесла учительница, вздохнув, однако без следа удивления на лице. – Оставь дневник на моем столе и садись на свое место. Мы будем петь “Крылатые качели”. Ребята, вы выучили текст?

Ровным хором отозвалось громкое “Да”, пока Стёпа стоял у стола учителя и пытался найти дневник в своем портфеле. На пол полетели пять тетрадей, учебник по математике, пенал, из которого громко посыпались многочисленные карандаши и ручки, какой-то блокнот с помятыми листками. Но дневника нигде не было. Это точно происки злосчастного дня!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.