ТЕНЬ КЛЮЧНИЦЫ

Глава

Вы держите в руках ту книгу, которую я никогда не хотела писать. Книгу своих поражений. Своих падений. Своих теней.

Раньше я думала, что моя обязанность – нести свет и надежду. Показывать путь. Но какой ценой дается этот свет? Я рассказывала Вам о победах, но молчала о цене, которую за них заплатила. А цена эта – кровь, слезы и осколки чужих судеб, которые до сих пор режут мне ладони.

Эта книга – не руководство. Это – исповедь. Я выворачиваю наизнанку свою Душу, чтобы вы увидели: за каждой силой стоит боль. За каждым верным решением – десяток ошибок. Я – не гуру на вершине горы. Я – путница, что шла по краю пропасти, и не раз падала вниз, разбиваясь о камни собственного тщеславия и страха.

Я нарушала свои же законы. Я причиняла боль. Я теряла тех, кого любила. И я несла за это ответственность.

Если Вы готовы увидеть не только светлую, но и темную сторону Луны – переверните страницу. Но помните: некоторые истины, однажды узнанные, забыть уже невозможно.

Всегда Ваша, даже в своей тьме, Амалия Ригер.

ИСПОВЕДЬ КЛЮЧНИЦЫ

Мне было двадцать два. Во мне бушевала не любовь, а уязвленная гордыня. Я – наследница сильного Рода, а он, простой смертный, смел смотреть на другую? Его жена, Лида, казалась мне серой тенью, и когда ее же сестра пришла ко мне с словами «Сделай так, чтобы он ее оставил», я увидела в этом знак. Я убедила себя, что творю благо, освобождая яркого человека. На деле же я хотела доказать свою власть.

Ритуал был жестоким. Я вплела в него не просто страсть, а полное отторжение от всего, что связывало его с прошлой жизнью. Я выжигала его память и чувства к Лиде, подменяя их болезненной, рабской зависимостью от себя.

Он пришел ко мне через неделю. Его глаза были пусты, движения – как у сомнамбулы. «Я не могу без тебя дышать», – говорил он, и в этих словах не было жизни. Он оставил Лиду, переехал ко мне, став моей тенью. Его блестящий ум, его инженерный талант – все растворилось в этой слепой привязанности. Я уничтожила в нем личность.

А Лида… Ее несчастье было тихим и оттого еще более страшным. Она не сошла с ума громко, а словно истлела изнутри. Ее мир умер в тот день, когда муж, которого она любила, посмотрел на нее с физическим отвращением.

Спустя много лет титаническими усилиями мне удалось снять с Андрея большую часть воздействия. Но было слишком поздно. Его жизнь, его потенциал, его личность – все было безвозвратно разрушено. Освобождение от чар не вернуло ему себя; оно лишь показало ему масштаб крушения.

Именно тогда я дала себе самый строгий обет: НИКОГДА не делать ничего подобного ДЛЯ СЕБЯ. Никаких приворотов, воздействий на волю и чувства. Никаких «во благо».

Но я научилась другому. Теперь, когда ко мне приходят с мольбами «Верни его! Заставь любить!», я не прогоняю их. Я сажаю, завариваю чай и провожу жестокий, но целительный сеанс правды. Я рассказываю им свою историю. Про пустые глаза Андрея. Про тихое отчаяние Лиды. Про жизнь в золотой клетке собственного чудовищного поступка.

И только выслушав все до конца, осознав всю глубину последствий, я задаю вопрос: «Вы все еще хотите?»

Если их желание, пройдя через горнило правды, остается непоколебимым, я могу помочь. Но в моей работе есть железное табу: я никогда, ни при каких условиях, не помогаю увести человека из семьи, где есть дети. Это та черта, которую я не переступлю.

Я не помогаю вернуть любовь. Я помогаю пережить боль и найти силы жить дальше. Или – взвесить все риски и принять осознанное решение. И это – единственная помощь, которую я могу и должна оказывать.

Эта тень навсегда разделила мою жизнь на «до» и «после». И провела жирную, несмываемую черту в моем кодексе: Свободная воля – неприкосновенна. Всегда.

ПОЧЕМУ Я НЕ ЛЕЧУ ЛЮДЕЙ. ПРЕДЕЛ ПРОВОДНИКА

Мой дар – это точный и безжалостный инструмент. Я не гадаю, я вижу. Я могу взглянуть на человека и прочесть его, как старую, испещренную трещинами карту. И болезнь на этой карте – не просто случайное пятно. Это след. Отметину оставляет все: невысказанная обида, словно червь, точащий изнутри; родовое проклятие, тянущееся шлейфом из прошлого, похожее на черную смоляную реку; тяжелый, неотразимый сглаз, впившийся в ауру острыми когтями.

Но я не лечу. Никогда.

Пределы своего дара я осознала на примере молодой женщины, которую ко мне привезли родственники. Ее звали Ирина, и на ней лежала печать онкологии – та, что видна не рентгеновскому снимку, а внутреннему взору. Над ней висела черная, густая пелена родового проклятия. Не дымка, а именно пелена, тяжелая и липкая, как деготь. Она обволакивала ее жизненную силу, сжимая тисками, клетка за клеткой.

Меня уговорили. Мое тщеславие, еще не окончательно добитое историей с Андреем, шептало: «Ты сильнее. Ты можешь разорвать эти оковы». Я согласилась попытаться.

Ритуал я проводила в полной тишине, при свечах. Помню, как мои пальцы, ведя обряд, ощущали не тепло энергии, а леденящий холод той самой черноты. Я попыталась зацепить ее, отсечь, сжечь – но в тот миг, когда моя воля коснулась ядра проклятия, случилось невыразимое.

Это не было просто сопротивление. Это был прорыв. В меня хлынул поток. Не образов, а чистых, нефильтрованных ощущений. Я почувствовала всю многовековую боль того рода, из которого была Ирина: слепую ярость предка, заковавшего свою судьбу в это проклятие, горечь неразделенной любви, запах гари от сожженного дома, хруст костей в давней битве. Я ощутила всю чужую ненависть, отчаяние и злобу, как будто проглотила раскаленную золу. Это был не просто «ядовитый» импульс – это была сама суть чужого падения, прошедшая сквозь меня, как сквозь проводник.

Меня вырвало прямо на пол, причем не пищей, а чем-то горьким и желчным. Мир поплыл. Голова раскалывалась от боли, такой острой, что я не могла открыть глаза. Я пролежала в беспамятстве три дня, и все это время за моим сознанием тянулся шлейф той самой черноты, пытаясь зацепиться и во мне.

А Ирина? Мне удалось снять воздействие. На время. Проклятие отступило, отползло, как раненая змея. Ей стало легче. Анализы улучшились, боль отступила. Целый месяц у нее была передышка, и ее родные уже славили меня как чудотворцу. Но корень, та самая изначальная скверна, породившая болезнь, остался нетронутым. Я смогла отрезать ядовитый плод, но не ядовитый корень. Через месяц болезнь вернулась. С новой силой. И бороться с ней было уже нечем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.