Юрий Буреве
Записки Мачо

Пролог

Люк ехал по шоссе, стиснув руль так, что костяшки пальцев побелели. Долгий день вымотал его до предела: бесконечные звонки, отчёты, придирчивый начальник. Казалось, он выжат до последней капли. Хотелось одного – добраться до дома, включить душ погорячее, а потом растянуться на диване с банкой пива и на пару часов забыть, что у него есть работа, счета и обязательства.

За окном тянулись знакомые пригородные улицы. Тусклые фонари, жёлтые кляксы света на мокром асфальте. В воздухе стоял осенний запах: сырая земля, мокрые листья, чуть угольной гари от чьей-то печки.

Дом Люка был в конце тупиковой улочки – небольшой, но ухоженный. Белый заборчик, ровный газон, который он сам подстригал по выходным. Когда-то он гордился этим. Сейчас дом казался декорацией к жизни, которая тихо съезжала в кювет.

Он заглушил двигатель и на секунду остался в темноте салона. Что-то внутри противно ёкнуло: странное ощущение, будто впереди не вечер дома, а удар под дых. Он мотнул головой, отогнал мысль, открыл дверь и вдохнул холодный воздух.

Первое, что бросилось в глаза: в гостиной горел свет. Странно. В такое время Эми, его жена, либо уже засыпала с книжкой в спальне, либо сидела там же, обложившись подушками, и смотрела сериалы. Свет внизу – редкость.

«Может, ждёт?» – мелькнуло. Мысль получилась какой-то чужой. Последние месяцы они словно разъехались в стороны. Разговоры – по делу, прикосновения – по привычке. Ни ссор, ни настоящих примирений. Пауза, растянутая на месяцы.

Подойдя к двери, он машинально потянул её на себя – не закрыта. От этого внутри неприятно похолодело. Эми всегда запирала. Даже если он выходил «на пять минут» в магазин.

Люк вошёл, поставил сумку в прихожей и замер. С кухни тянуло лёгким запахом вина, а с конца коридора доносились голоса. Женский – знакомый, мягкий, с хрипотцой. Эми. И мужской – низкий, уверенный, с коротким смешком.

Сердце сжалось.

Он пошёл по коридору, ступая почти неслышно. С каждым шагом голоса становились отчётливее, к ним примешивались шорохи, приглушённые смешки, чей-то короткий вздох. Дверь спальни была приоткрыта. Полоса света из неё легла на ковёр.

Он подошёл ближе – и увидел. Хватило одного мгновения. Эми на их кровати, в тонкой сорочке, с растрёпанными волосами и раскрасневшимися щеками. Чужая мужская рука на её талии, чужое лицо слишком близко к её шее. Она смеялась – легко, свободно, так, как давно не смеялась рядом с ним.

Время будто схлопнулось. Люк оцепенел, прижатый к полу невидимыми гвоздями. Он почти физически ощутил, как в груди что-то треснуло.

Эми повернула голову, и их взгляды встретились. Смех исчез. Глаза расширились, оттенок вины промелькнул – и тут же сменился чем-то похожим на растерянное раздражение.

– Люк… – прошептала она. – Ты… дома?

Мужчина обернулся. Лицо незнакомое, крупное, ухоженное. Взгляд – холодный, с ленивой насмешкой, как будто непрошенный здесь был Люк, а не он.

– Это твой муж? – хмыкнул незнакомец. – Не вовремя.

Люк наконец смог двинуться. Он толкнул дверь шире, встал на пороге, держась за косяк, чтобы не кинуться вперёд.

– Убирайся из моего дома, – сказал он хрипло. – Сейчас же.

Мужчина медленно поднялся, не спеша застёгивая рубашку. Был выше и шире Люка, но в этот момент это уже ничего не значило. Пройдя мимо, он чуть задел Люка плечом, не удостоив взглядом. Снизу хлопнула входная дверь.

Люк остался в комнате вместе с Эми. Она стояла у кровати, мяла подол сорочки, не решаясь поднять глаза.

– Как долго? – спросил он после паузы. Голос прозвучал странно – ровно, почти чужим. – Как долго ты… так?

Она молчала, потом наконец вскинула на него взгляд. В нём было и стыдно, и устало, и упрямо.

– А что это поменяет? – тихо сказала она. – Ты всё равно уже с нами не был. Твой дом давно – работа и твои посиделки.

Он сжал челюсти.

– У меня не было никого, Эми, – выдавил он. – Ни одной.

– Но ты же знаешь, как смотрел на остальных, – едва заметно усмехнулась она. – Мы оба уходили, просто я сделала это быстрее.

Повисла тяжёлая тишина.

Люк почувствовал: ещё слово – и он сорвётся. Скажет гадости, которых потом не вычеркнешь.

– Я ухожу, – сказал он просто. – Мне нужно… подумать.

– Люк, подожди, давай… – Она сделала шаг к нему.

Он отступил.

– Не сейчас.

В прихожей он на ходу нашёл ключи, куртку, вышел, даже не притворив дверь аккуратно. Деревянная рама громко стукнула, дрогнули стёкла.

Ночной воздух ударил в лицо холодом. Он сел в машину, завёл двигатель и долго не трогался с места. В голове крутилась одна и та же картинка: Эми, чужая рука, её смех. Как заезженная плёнка.

Он поехал, не выбирая дороги. Пустой ночной город скользил мимо – тёмные дома, редкие фонари, закрытые витрины. На окраине взгляд зацепился за выцветшую вывеску бара. Неон мигал, будто устав сопротивляться темноте.

Внутри пахло пивом и жареным, играла вялая музыка. Люк сел к стойке и махнул бармену:

– Виски.

Седой бармен поставил перед ним стакан, не задавая вопросов. Люк сделал глоток и почувствовал, как горькое тепло разливается по груди, чуть отодвигая боль.

Он уставился на телефон. Контакты пролистывались мимо, пока палец не остановился на имени «Джек».

Старый друг, с которым они разошлись по разным дорогам пару лет назад. Сейчас это был единственный человек, с которым хотелось не притворяться.

– Алло? – голос Джека звучал сонно, но узнаваемо.

– Это я, – сказал Люк. – Могу заехать?

Пауза длилась секунду.

– Приезжай, – сразу ответил Джек. – Адрес помнишь? Жду.

Люк допил виски, расплатился и вышел обратно в холодную ночь. Чёрный асфальт блестел под глухим светом, и в этом свете странным образом нашлось место для того, чтобы сделать первый шаг из того, что ещё вчера казалось целой жизнью, а сегодня – руинами.

Глава 1. Старый мангал

Дом Джека стоял в старом районе: облупившаяся краска, покосившийся забор, во дворе – ржавый мангал и пара забытых стульев. Люк припарковался возле тротуара, несколько раз глубоко вздохнул и постучал.

Дверь распахнулась почти сразу.

– Да ты как привидение, – сказал Джек вместо приветствия. – Заходи.

Внутри пахло пивом, табаком и жареной картошкой. Всё так же, как раньше. Потёртый диван, старый телевизор, стол с вечным беспорядком. Своя, пусть и странная, стабильность.

– Пиво будешь или что-то посерьёзнее? – спросил Джек, заглядывая в холодильник.

– Всё равно, – пожал плечами Люк.

Они уселись на диван. Джек протянул ему банку пива и, не глядя, включил телевизор, убавив звук почти до минимума. На экране мелькала какая-то ночная передача, которая никого не интересовала.

– Ну? – наконец спросил он. – Рассказывай.

Слова вышли кусками. Люк не стал смягчать углы – просто изложил: незапертая дверь, свет в спальне, чужой голос, взгляд Эми.

Джек слушал молча, не перебивая. Только иногда крепче сжимал банку.

– И что дальше? – спросил он, когда рассказ закончился.

– Не знаю, – честно ответил Люк. – Сейчас даже домой возвращаться не хочу.

– Можешь пока у меня бросить вещи, – кивнул Джек. – Комната свободная.

– Не хочу быть обузой.

– Хватит, – махнул рукой Джек. – Когда мне было плохо, ты тоже не спрашивал, неудобно тебе или нет. Так что живи. А там разберёшься – развод, не развод… В любом случае, назад в тот вечер ты не вернёшься.

Люк кивнул. В груди всё ещё было пусто, но рядом с этой пустотой немного тепла всё же появилось.

– Спасибо, – только и сказал он.

Ночью он долго не мог уснуть на чужой, но вдруг ставшей родной раскладушке в маленькой комнате с облезлой стеной. Потолок здесь был не их с Эми гладким белым прямоугольником, а шершавым, с трещинками. Словно жизнь честно признавалась: «Да, я такая – с изъянами».

За стеной тихо храпел Джек, а Люк лежал и впервые за долгое время позволил себе подумать: а если всё это – начало, а не финал?

Глава 2. Расторжение

Следующие дни были похожи друг на друга. Люк просыпался в комнате Джека, пил крепкий кофе, молча сидел на кухне, слушая тарахтение телевизора и нескончаемые комментарии друга к новостям.

На работу он пару дней не выходил – отпросился под предлогом семейных проблем. Объясняться подробнее не было сил.

На третий день всё же заехал домой. Ключ ещё подходил к замку. В прихожей пахло знакомыми духами Эми. На вешалке висела её куртка, аккуратно стояли её ботинки. В гостиной было чисто, как будто ничего и не произошло.

Эми вышла навстречу почти сразу, словно ждала его.

– Мы должны поговорить, – тихо сказала она.

Разговор вышел долгим и тяжёлым. Без криков, но с каждым словом, как шагом по тонкому льду. Они перетрясли всё: её обиды, его вечные задержки, недосказанности, пустые вечера рядом. Вина, казалось, лежала по обе стороны стола.

Но факт оставался фактом: она перешла черту, о существовании которой они оба знали.

– Я не прошу простить, – сказала Эми в конце. – И не уверена, что сама смогла бы. Но тянуть это дальше… неправильно.

Развод назрел сам собой. Люк поймал себя на странном чувстве облегчения, когда они договорились о формальностях: кто живёт в доме, кто забирает машину, как делят счета. Было больно, но честно. Пожалуй, впервые за долгое время – честно.

Пару дней спустя он забрал свои вещи: чемодан с одеждой, пару коробок с книгами и дисками, коробку со старыми фотографиями. На пороге они с Эми ещё раз обнялись – мягко, по‑родственному.

– Прости, – сказала она.

– И ты, – ответил он.

И вышел, не оглядываясь. Потому что знал: если обернётся сейчас, потянет назад, в то, чего уже нет.

Глава 3. Дорога в никуда

Жить в гостевой комнате у Джека – вариант, но ненадолго. В офис возвращаться Люку было тяжело: работа, которая когда‑то казалась неплохим трамплином, сейчас воспринималась как тяжёлый якорь. Каждый звонок, каждое совещание напоминало о том, что он живёт по чужому сценарию, которого сам когда‑то считал своим.

В один из вечеров, вернувшись с работы, он сел за кухонный стол и уставился в кружку с холодным чаем.

– Свали, – неожиданно сказал Джек, усаживаясь напротив с тарелкой макарон.

– Куда ещё? – мрачно усмехнулся Люк.

– Не знаю. Просто свали. Возьми отпуск, сядь в машину и поезжай. Ты сейчас всё равно не живёшь, а крутишь одну и ту же сцену в голове.

Идея прозвучала внезапно, но в голове Люка она отчего‑то быстро заняла правильное место. Дорога как способ выдохнуть. Выйти, наконец, из этой задушливой комнаты под названием «прошлое».

Через неделю он действительно сел в машину. Пара сумок в багажнике, документы в бардачке, пара-тройка адресов мотелей на всякий случай – и всё.

Город остался позади. Серые здания сменились полями, редкими деревьями, придорожными кафе. Радио ловило то одну станцию, то другую. Ветер шумел в приоткрытое окно.

Он не строил планов. Останавливался там, где хотелось, ел в забегаловках, ночевал в недорогих мотелях, где все стены пахли одинаково – хлоркой и чужими жизнями.

Иногда, сидя в очередённой придорожной кафешке с пластиковыми стульями, он ловил на себе взгляды женщин – официанток, случайных посетительниц. Раньше он почти автоматически откликнулся бы: флирт, пара фраз, номер телефона, ночной визит. Теперь внутри было какое‑то странное притупление.

Он пару раз всё‑таки позволил себе скользнуть в старый сценарий – по инерции. Оказалось пусто. Да, он по‑прежнему умел быть уверенным, по‑прежнему мог нравиться и шутить. Но каждое такое знакомство, каждая случайная ночь оставляла после себя только усталость и ещё более толстый слой внутренней тишины.

В одном маленьком городке он познакомился с девушкой по имени Роуз – тихой, с внимательными глазами. Они сидели в дешёвом мотеле на краю шоссе и говорили до глубокой ночи – про детство, про то, как странно иногда ведут себя родители, про мечты, которые так и не реализовались.

– Я не хочу знать твою историю целиком, – сказала она перед тем, как выключить свет. – И не хочу, чтобы ты спасал мою. Давай просто немного отдохнём друг от друга и от жизни.

Это был, пожалуй, первый за долгое время вечер, когда Люк не чувствовал себя использующим или используемым. Они просто были рядом, делили одну тишину на двоих. И, когда утром он снова сел за руль и поехал дальше, внутри осталась не пустота, а тихое, благодарное тепло – за то, что где‑то на этой большой дороге есть люди, способные просто посидеть рядом и не требовать ничего взамен.

Глава 4. Возвращение

Через пару недель дорога перестала казаться лекарством. Мысли о доме – теперь уже о комнате Джека – всё чаще возвращались. Нужно было что‑то решать: работу, жильё, жизнь вообще.

Он вернулся в город под вечер. Асфальт блестел после недавнего дождя. Люк припарковался у дома Джека и, поднимаясь по лестнице, ощутил знакомый запах подгоревшей еды – значит, Джек дома.

– Смотри‑ка, путешественник, – встретил его друг у порога. – Ну что, полегчало?

– Не знаю, – честно ответил Люк. – Но стало понятнее, что так, как раньше, я больше не хочу.

На работе же его ждал сюрприз. За время его отсутствия компания прошла через волну сокращений. Его отдел слили с другим, часть людей уволили.

– Люк, – сказал начальник, избегая смотреть ему в глаза. – Ты неплохой сотрудник, но сейчас нам приходится…

Фраза была знакомой по фильмам и чужим историям. Теперь дошла очередь до него.

Он вышел из здания с коробкой в руках и странным чувством свободы вперемешку с тревогой. Без жены, без дома, без работы. Зато честно.

– Ну что, поздравляю, – сказал Джек вечером, выслушав. – Ты теперь абсолютно свободный человек.

– И абсолютно безработный, – усмехнулся Люк.

– Мелочи, – отмахнулся друг. – На свете полно работы. Вопрос – чем ты на самом деле хочешь заниматься?

Ответа у Люка не было. Зато было время его поискать.

Глава 5. Низкий старт

Первые недели после увольнения были похожи на затянувшиеся выходные. Люк просыпался позже, чем обычно, пил кофе на балконе, читал объявления о работе, но всерьёз на себе ни одно не примерял. Офисы, продажи, логистика – всё это выглядело продолжением того, от чего он только что ушёл.

– Посмотри шире, – как-то раз сказал Джек, заваривая лапшу быстрого приготовления. – Не обязательно снова залезать в костюм и галстук. У тебя руки есть, голова, машина. Люди за это деньги платят.

Так в браузере Люка появились объявления «подработка», «временная работа», «разнорабочий», «сезонные услуги». Он пару раз ездил на разгрузки, помогал на складе, но душа не лежала.

Однажды он наткнулся на объявление: «Требуется сотрудник по уходу за бассейнами. Обучаем. Наличие автомобиля – плюс».

Он усмехнулся уголком рта. Когда‑то у него был свой небольшой бассейн во дворе – надувной, но всё же. Тогда он ругался, чистя его от листвы и песка. Сейчас сама мысль о воде, блеске плитки, одном и том же понятном цикле – приехал, почистил, уехал – показалась странно притягательной.

– Ну что, будешь чистильщиком бассейнов? – поддел Джек, когда Люк показал объявление.

– А почему нет? – серьёзно ответил тот. – Это честная работа.

Он позвонил по номеру из объявления. Голос на том конце провода был хрипловатым, с лёгким южным акцентом.

– Приезжай завтра в девять, – сказал мужчина, представившийся Грегом. – Поговорим.

Глава 6. Грег и его мир

Офис фирмы «BlueWave Service» оказался небольшим вагончиком на заднем дворе старого склада. Рядом – ряды ведер, шлангов, мешки с реагентами. На стене висели фотографии сияющих голубых бассейнов «до» и «после».

Грег оказался крепким мужчиной лет пятидесяти с загорелым лицом и внимательными глазами.

– Опыт есть? – спросил он, оглядывая Люка.

– Личного бассейна, – ответил тот. – Чистил, ругался, но справлялся.

Грег усмехнулся.

– Этим многие начинают. Ладно, работа простая, но аккуратность нужна. Люди платят не только за чистую воду, но и за ощущение, что им не наплевали в душу. Сможешь приезжать вовремя, не заливать лишнего хлора, не хамить клиентам – уже хорошо.

Он вкратце объяснил, чем придётся заниматься: чистка фильтров, проверка уровня pH, обработка воды, уборка мусора. Показал список клиентов – частные дома, иногда маленькие отели.

– Платим стабильно. Тяжёлых мешков таскать не придётся, но работа всё равно физическая. Плюс иногда придётся выслушивать нытьё богатых хозяев, которым мешает один листик на воде. Потянем?

Люк кивнул.

– Попробуем.

Так он стал чистильщиком бассейнов.

Глава 7. Первые адреса

Первые пару недель Люк ездил с напарником – молчаливым парнем по имени Мигель, который знал о бассейнах всё и ещё чуть-чуть. Мигель был неразговорчив, но в работе – точен. Он объяснял без лишних слов: как чистить стенки, как проверять фильтр, как не перепутать реагенты.

– Тут главное – не спешить, – сказал он как‑то, наблюдая, как Люк старательно вычищает угол бассейна щёткой. – Люди заметят, если ты халтуришь. А если сделаешь хорошо – просто будут считать это само собой разумеющимся.

С этим было трудно спорить.

Постепенно Люк стал ездить на заявки один. Сначала – на самые простые адреса. Большинство клиентов были занятыми людьми, которые махали ему издалека и возвращались к своим делам, оставляя ключ от заднего двора под горшком.

Иногда кто‑то выходил поздороваться, перекинуться парой слов. Так он познакомился с миссис Харпер – пожилой женщиной с серебристыми волосами, чей небольшой бассейн во дворе был её гордостью.

– Вы не представляете, сколько внуков сюда приезжает летом, – со светом в глазах рассказывала она. – Если вода вдруг мутнеет, у меня паника. Так что рассчитываю на вас, молодой человек.

Люк улыбался и старательно выполнял свою работу. Было странное, немного забытое ощущение оттого, что от его стараний чей‑то день становился лучше.

Он чистил воду, менял фильтры, перекатывал шланги, к концу дня уставал, но эта усталость была другой, честной. Вечером, возвращаясь к Джеку, он чувствовал не бессмысленную опустошённость, а приятную тяжесть в руках и ногах.

– Ну как, – спрашивал Джек, – к славе бассейнной легенды готов?

– Пока я только научился отличать нормальный запах хлора от паники, – усмехался Люк.

Глава 8. Дом на холме

Одним из новых адресов был дом на холме в богатом районе. Большие ворота, аккуратные кусты, гладкий, как зеркало, асфальт подъездной дорожки. Бассейн – правильный прямоугольник с голубым дном, вокруг – белые шезлонги и перголы с вьющимся виноградом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.