Олег Паламарчук
Белые пятна искусственного интеллекта

Олег Паламарчук

1

БЕЛЫЕ ПЯТНА ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Полемические очерки

Краснодар 2025

УДК 004.8

ББК 16.6 П14

Паламарчук О. Т.

П14

Белые пятна искусственного интеллекта. Полемические

очерки. – Краснодар: Перспективы образования, 2025. – 232 с.

ISBN 978-5-93749-322-4

УДК 004.8

ББК 16.6

Тайны искусственного интеллекта, скрытые пока за его про- блемными белыми пятнами… Технология искусственного интел- лекта победно шагает по планете, поражая и пугая обывателей, а сущность ИИ все еще тайна. Не утихают философско-миро- воззренческие баталии по плюсам и минусам этого помощника человека в его мыслительной деятельности. Нейробиологи в по- мощь информатикам все еще упорно ищут в клетках социально детерминированного человеческого мозга образец «математи- ческого мышления»; интеллект в их представлениях и есть все мышление. Пока не расправило методологические крылья пер- спективное научное направление – «Социальная нейронаука»; не используются в полной мере научно-прогностические воз- можности материалистической триалектики.

Об истории искусственного интеллекта, его научно-мировоз- зренческих проблемах речь идет в этой книге.

ISBN 978-5-93749-322-4

Охраняется законодательством РФ об авторском праве. Никакая часть данной книги

не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения автора и издателя.

© Паламарчук О. Т., 2025

© ОИПЦ «Перспективы образования», 2025 Художественное оформление

2

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ      4

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ОТ ИСТОКОВ ДО СОВРЕМЕННОСТИ

ТРИАЛЕКТИКА. Пояснительная записка      6

ОЧЕРК I. Математическая дорога

к искусственному интеллекту      9

ОЧЕРК II. Технико-вычислительный путь к ИИ      41

ОЧЕРК III. Дискуссии по проблемам сущности

и перспектив искусственного интеллекта      79

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ПРОБЛЕМЫ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА В ЗЕРКАЛЕ СОЦИАЛЬНОЙ НЕЙРОНАУКИ

СОЦИАЛЬНАЯ НЕЙРОНАУКА.

Пояснительная записка      106

ОЧЕРК IV. Может ли мышление возникнуть и функционировать вне социальной

формы жизни      111

ОЧЕРК V. Интеллект: естественный

и искусственный. Сравнительный анализ      136

ОЧЕРК VI. Информация об «информации»      166

ОЧЕРК VII. Сознание. Сможет ли им владеть искусственный интеллект?      192

ПОСЛЕСЛОВИЕ      225

ПРЕДИСЛОВИЕ

Книга «Белые пятна искусственного интеллекта» яв- ляется своеобразным продолжением моих работ «Тайны сознания и мозга: кто кем командует?» (2019); «Калейдо- скоп. Заметки по искусственному интеллекту» (2021); «Ух ты, искусственный … интеллект» (2023). Продолжением, но не повторением.

Данный труд переработан и является плодом крити- ческих размышлений автора о месте и роли ИИ в соци- альной, высшей форме жизни. Мы рассматриваем эти фундаментальные проблемы, опираясь на логику триа- лектики – логику возникновения, функционирования и развития социальной формы жизни. Такой формы, где решающее значение в ее прогрессе приобретает субъек- тивный фактор – мышление, т. е. умственный труд чело- века – человечества.

На что еще следует обратить внимание?

Книга состоит из двух взаимосвязанных частей. Пер- вую условно можно назвать историко-практической, вто- рую – критически-полемической. В первой части рассма- триваются проблемы истории и теории искусственного интеллекта в их противоречивом единстве. Новизна вто- рой состоит в осмыслении узловых вопросов-загадок ис- кусственного интеллекта с позиции СОЦИАЛЬНОЙ НЕЙ- РОНАУКИ.

Каждая часть включает в себя научно-полемические очерки. Очерки, как и положено им, представляют собой

относительно самостоятельные разделы. В этой связи их особенность состоит в том, что читатель найдет в них не- которые повторы, небольшие переносы фактов и цитат из предыдущих очерков в последующие.

И тем не менее все очерки связаны красной нитью – темой прогрессивной роли ИИ в становлении качественно новой общепланетарной технологии. Технологии, созидающей объективные социально-экономические предпосылки для новой формационной революции.

Хочу подчеркнуть, что данная научно-полемическая книга не могла бы появиться без помощи и советов выдающегося философа современности Эвальда Васильевича Ильенкова (1924–1974), его соратников и последователей по диалектико-материалистическому лагерю. Автор благодарен и представителям философско- идеалистического направления, без творческой полемики с которыми трудно было бы выработать собственный взгляд на сущность и содержание таких социальных явлений-категорий, как сознание, разум, мышление, интеллект и пр., и их взаимосвязь с ИИ.

Автор будет признателен за все конструктивные замечания, которые обязательно, думаю, возникнут при знакомстве с содержанием данного «фолианта».

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ОТ

ИСТОКОВ

ДО

СОВРЕМЕННОСТИ

ТРИАЛЕКТИКА

Пояснительная записка

Исследование      проблем      искусственного      интеллекта (далее – ИИ), раскрытие тайн его взаимоотношений с такими чисто человеческими свойствами, как сознание, разум, мышление, интеллект, требует более высокого уровня познания, чем даже диалектическая логика. Это вызывается кроме прочих причин искренним убеждением многих адептов технологии ИИ, что он – ИИ – вторгается не в механическую, не в физическую, не в химическую, даже не в биологическую формы движения (уровни) материи, а уже в социальную. И не просто вторгается, а претендует на более высокий уровень, чем социальный. Социальная – высшая из известных (пока?) науке зем- лян форма материи. Вот почему при анализе взаимоот- ношений технологии ИИ с социальной формой жизни без обращения к логике триалектики, без опоры на нее не обойтись. Суть триалектики – это учет противоречивого единства объективного (борьбы противоположностей) и субъективного (сознания) факторов именно и только в та- кой форме жизни, как социальная. Материалистическая триалектика не игнорирует, не отвергает ни формальную, ни диалектическую логики. Она вырастает из них. Она снимает ограниченность формального (математическо-

го) мышления в познании социального бытия. Впитывая все выдающиеся достижения диалектической логики, триалектика поднимает теорию познания на более высо- кую ступень. Почему? Потому что социальная, т. е. челове- ческая, форма жизни не могла появиться без субъектив- ного фактора – мышления. Мышления как ядра сознания, как умственного труда человечества – человека. Если

«диалектика – научно-философский метод объяснения и описания наиболее общих законов развития природы, общества и человеческого сознания» [1, с. 176], то триа- лектика сосредотачивается на особенностях осмысления научно-познавательного мышления человечества. Осо- бенно актуален такой подход стал в связи с необходимо- стью проявления теоретических белых пятен «машинно- го мышления»: его сущности; границ его возможностей; продолжающихся попыток изобретения «искусственного мозга»; «нравственности» ИИ и хозяев его технологий. Все более острой становится необходимость разработки социальной нейронауки, ее содержания и категориально- го аппарата, по причине того что мозг человека – это уже не просто биологическая, а социальная субстанция.

Следует заметить, что учет места и роли субъективного фактора как полноценного участника исторического процесса впервые прозвучал, думается, у В. И. Ленина при разработке концепции партии научного социализма. Партии, которая не просто взяла на вооружение идеологию рабочего класса – марксизм, но постоянно развивает (должна развивать) это учение и вносит научное мировоззрение в трудящиеся массы. Субъективный фактор – это политика: политика руководителей государства, политических партий, служителей церкви, образовательная политика и пр. Это все – триалектическая практика жизни и теория познания места и роли субъективного фактора в общественном прогрессе.

Триалектика– совсем еще молодая наука и, естественно, несет в себе все слабости и недостатки «ребенка». И все- таки хотелось бы подчеркнуть следующий момент: если по искусственному интеллекту, его технологии ежегодно выходят десятки книг, сотни статей, хотя многие из них, к сожалению, устаревают порой раньше, чем их напечатают, то «преимущество философского подхода – в его аналитичности, и философские мысли остаются долго актуальными», – уверен профессор Г. Кениг [2, с. 7].

P. S. Термин «триалектика» впервые, по-видимому, ввел в научный оборот В. С. Голубев в своей статье «Триалектика истории» (ж. «История и современность» № 2, 2014 год, стр. 3–16). Правда, у Владимира Семеновича триалектика, на наш взгляд, несет в себе скорее онтологический момент, у нас – кроме онтологии – гносеологический, теоретико-познавательный, логический характер.

Список источников и литературы

Современный философский словарь / под общ. ред. В. Е. Кемерова и Т. Х. Керимова. – 4-е изд., испр. и. доп. – М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая игра, 2015. – 823 с.

Кениг Г. Конец индивидуума. Путешествие философа в страну искусственного интеллекта / пер.с фр.И.Кушнаревой.– М.: Individuum, 2003. – 352 с.

ОЧЕРК I.

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ

ДОРОГА

К ИСКУССТВЕННОМУ ИНТЕЛЛЕКТУ

Математика должна помогать философу углу- бляться в понятия числа, пространства и времени!

А. Пуанкаре

Искусственный интеллект (далее– ИИ). Уже не вызывает сомнения, что это гениальное творение современности, величайшее изобретение Науки. Но к этому прекрасному (и коварному) другу и помощнику человек в своих умственных      усилиях      шел      тысячелетиями.      И      хотя технология ИИ уверенно шагает по планете, сущность его, т. е. ничем не заменимая функция, пока остается тайной. Еще не до конца «проявлены» белые пятна его истории, еще требует решения ряд его теоретических проблем. Острой проблемой перед земной цивилизацией являются границы применения технологии ИИ. Любое исследование начинается с вопроса: «Как это явление возникло?» И далее: «Какие этапы прошло и чем, наконец, стало?». ИИ функционирует кроме прочих факторов на строгом алгоритме математического мышления. Поэтому наш путь по истории ИИ следует, по-видимому, начинать с тропы математики от ее истоков до современности. Предметом математики, по определению Ф. Энгельса, являются количественные отношения и пространственные формы. Человек как творение социальной, высшей формы жизни появился и развивается в земном времени, на про-

странствах Земли. В седой древности первобытных людей не волновали, да и не могли волновать научно-философ- ские проблемы континуума неразрывности, непрерывно- сти «материя-пространство-время». Перед ними стояла сложнейшая в своей обыденной простоте задача – вы- жить. Но выжить не как биологическим особям, а как за- рождающимся социально-трудовым, т. е. человеческим, существам. Нашим пращурам надо было изобрести свою формирующую человека технологию воспроизводства жизненных благ: пищи, одежды, крова, защиты от хищни- ков. Другими словами, совершить первую технологическую революцию – технологию целенаправленного совместного использования готовых даров природы через: собирание зерен диких злаков, плодов, рыболовство, охоту, приспо- собление естественных пещер для жилья и т. д. И хотя

это была пока просто присваивающая технология, тем не менее она не могла не совершенствоваться в тече- ние сотен тысяч лет трудовыми усилиями коллективных первобытных стадных племен. Кстати, практика собира- тельства дожила до наших дней. «Ну и что, – скажет скеп- тик, – наши пращуры уже тогда, сотни тысяч лет назад, задумывались об ИИ?» И будет абсолютно прав в своей ироничности.

Тропинку к ИИ начали протаптывать не древнейшие люди, появившиеся как минимум миллион лет назад, не древние наши предки, жившие около двухсот тысяч лет до нас, а современные homo sapiens, т. н. кроманьонцы, сформировавшиеся примерно 40–50 тысяч лет назад по отношению к нашему времени. Именно на кроманьонцах эволюция человечества окончательно вышла из-под веду- щего влияния биологических факторов и приобрела бес- поворотный социально-бытовой характер. Кроманьонцы, или Homo sapiens («человек разумный» – К. Линней), – это та ступень истории человечества, когда у землян стал

преобладать умственный труд. От тысячелетия к тысяче- летию в жизни людей наряду с грубой физической рабо- той нарастало изобретательство, умственное творчество. В пещере Сибуду (Южная Африка) археологи нашли сви- детельства того, что уже 70 тысяч лет назад наши пред- ки «проявили себя как компетентные химики, алхимики и пиротехники» [1, с. 58]. Умственный труд окончательно выделил человека из животного мира. И разумность зем- ной людской цивилизации появилась достаточно рано, развиваясь по нарастающей.

Лирическое отступление

Один из моих оппонентов по проблемам ИИ утверж- дал, что, как появление ИИ невозможно само по себе без своего создателя – человека, так и появление самого чело- века невозможно без своего Создателя – Бога. Нисколько не умаляя творческой роли позитивной (Э. Фромм) рели- гии в формировании подлинной духовности, общечелове- ческой нравственности, автор все-таки оставляет за собой право подходить к появлению человека – человечества по естественно-историческим социальным причинам.

Употребляя понятие (категорию) «человек», автор под- разумевает «человечество», ибо и в историческом, и в жи- тейском плане отдельный человек есть клеточка социу- ма – цивилизации землян. Социум – это высшая форма жизни, известная (пока) науке. Человек вне человечества так же мало способен жить и мыслить, как отдельный нейрон не способен функционировать вне мозга челове- ческой личности. Нет человека без человечества, как нет человечества без человека. Это единство в многообразии неповторимых личностей.

Не подлежит сомнению, что существенная роль в появ- лении ИИ принадлежит, кроме прочих факторов, матема- тике. «Математика, – писал выдающийся ученый и историк этой науки К. А. Рыбников (1913–2004), – одна из самых древнейших наук. Математические познания приобрета-

лись людьми уже на самой ранней стадии развития под влиянием даже самой несовершенной трудовой деятельно- сти» [2, с. 9]. Вот почему задолго до появления математики как науки люди, исходя из потребностей присваивающей технологии, т. е. коллективного «труда» по собирательству готовых даров природы, уже нуждались в счете, в простей- ших исчислениях. К сожалению, ни археология, ни пале- онтология не предоставляли, да и не могли предоставить материальных свидетельств, тем более письменных, о том, как наши предки считали, какие у них были представления о количественных отношениях. Сколько едоков в племени и сколько надо единиц пищи; подходит ли пространство пещеры для жилья их рода-племени. Мы можем судить об истоках исчислений по рудиментам, зачаткам, начальным ступеням счета у некоторых народов, доживших до Нового и даже Новейшего времени. Но, прежде чем считать пред- меты, вещи, древнему человеку надо было найти способ их запоминания, чтобы не повторяться и не сбиться со счета. Другими словами, человеку надо было найти аналог пере- числяемых предметов. Если для ИИ таким аналогом, об- разцом служил естественный интеллект человечества, то наш далекий пращур не мог не догадаться использовать

«инструмент», данный ему самой природой: пальцы рук,

ног. Из глубины веков пришла к нам детская считалочка:

«Сорока-белобока кашу варила, деток угощала: этому дала, этому дала, этому дала…» – приговаривала бабушка, заги- бая пальчики малышу.

О том, что человек разумный использовал при подсчете собственные пальцы, говорят имена числительные1 во

1 Числительное обозначает порядок предметов при счете и их количество. Числительное – от латинского numerous – «число». В России термин появился поздно: в словарях отмечается с 1704 года [4, с. 365]. В русском языке чис- лительные делятся на два разряда: порядковый (первый, тридцатый, сотый) и количественный (три, двадцать, пятьдесят).

многих языках. К примеру, славянское «пясть» (кисть руки) породило русское числительное «пять». Та же история и у других народов: малайское слово «лима» – это и «рука», и

«пять». А вот как описывает «пальцевой счет» у туземцев Новой Гвинеи известный российский ученый, этнограф, антрополог, путешественник, борец против расизма Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846–1888):

«Папуас загибает один за другим пальцы руки, повторяя:

«бе, бе…». Загнув все пальцы, он говорит: «Ибон-бе» (рука). Переходя на другую руку, загнув все ее пальцы, произносит: «Ибон-али» (две руки). Далее переходит на ноги и поочередно говорит: «Самба-бе» (одна нога),

«Самба-али» (две ноги). Если собственных рук и ног не хватает, он пользуется конечностями соплеменников [3. Т. 7, с. 241]. Обладая первичным наглядно-образным представлением, папуас, загибая и считая пальцы, представлял в уме доступные и необходимые ему вещи и предметы. Технология жизни еще не подталкивала его к математическим абстракциям.

Картинки пальцевого счета. Советский писатель и этнограф Тихон Захарович Семушкин (1900–1970) вспоминает свою первую поездку на Чукотку в двадцатые годы прошлого века: «Проезжая однажды по кочевым стойбищам, я заметил стадо оленей. Пересчитал. Было их

128. Тогда я спросил у хозяина, сколько у него оленей?

–

Мы не считаем, но если только хоть один олень пропадет из стада, глаза мои узнают сразу.

–

А

можешь

ты

посчитать?

–

Если

тебе

нужно,

посчитаю.

Только

долго

буду

считать. Он

знал

и

помнил

каждого

своего

оленя

«в

лицо».

И поэтому немедленно, не выходя из яранги, позвал на помощь всех членов семьи (пять человек) и пригласил еще

двоих соседей яранги. Через … три часа старик сообщил, что в стаде 128 оленей» [5. – 2020. – № 3. – С. 87].

И папуасы, и чукчи демонстрировали зарождение счета в виде натурального числа, как результат пересчета предметов. Они строили ряд натуральных чисел, т. е. производили простейшую для нас, но сложнейшую для древнего человека математическую операцию, чтобы установить, какое количество предметов, вещей, элементов, доступное образному мышлению, содержит конкретное множество.

Итак, пальцевой счет лег в основу пятеричной системы исчисления («пять» – рука); две руки –

«десять» – десятеричной, самой распространенной сейчас системы; двадцатеричной – все пальцы человека. А шестидесятеричная система счисления, зародившаяся в Вавилоне (XIX–VI вв. до н. э.), произошла, по-видимому, от деления часа на 60 минут, а минуты – на 60 секунд. Любопытно, что в России старинная мера пути называлась

«час» и равнялась 5 км.

Приключения математики

Российский теоретик и историк математики Алексей Александрович Понятов отмечал, что «особые обозначе- ния (символы), причем только для неизвестных величин, использовали еще вавилонские математики. Они создали великолепную шестидесятеричную систему, что привело к развитию арифметики как целых, так и дробных чисел, а затем алгебры… К сожалению, древние греки не унасле- довали у вавилонян ни позиционную систему счисления, ни алгебру, предпочитая геометрические рассуждения… Это сильно затормозило развитие математики в Европе» [6, с. 82, 83]. Исключение, по мнению Понятова, составил гениальный Диофант Александрийский (III век), у которого впервые появляется буквенная символика в математике [6, с. 83].

В те далекие времена ни почты, ни телеграфа, ни интернета не было, и ни Пифагор, ни Евклид не могли получить клинописную математику Ниневии, Вавилона. Однако даже если бы она попала им в руки, ее нужно было еще перевести, расшифровать. А расшифровать вавилонские клинописные тексты удалось только в XIX веке. Но данный факт не умаляет вклад ученых Древней Греции в математику,тем более сам термин «математика» древнегреческого происхождения [7, с. 96]. А термины

«минута», «секунда», «терция» пришли из латинского языка. Римляне говорили: minuta prima (первая доля), minuta secunda (вторая доля), minuta tertia (третья доля). Для сокращения первую долю стали называть минута (доля), вторую – секунда, третью – терция [Там же, с. 103– 104]. Но «терция» как единица времени, равная 1/60 сек, редко применяется. Хотя в квантовом мире время протекания процессов исчисляется в миллиардных долях терции. Забегая вперед, можно сказать, что в ЭВМ сначала стала употребляться двоичная система счисления, в которой каждое число выражается с помощью соединения двух знаков – символов «0» и «1». Как в азбуке Морзе каждая буква передается комбинацией двух символов – «точек» и «тире».

А пока вернемся к истокам. Счет с помощью пальцев был широко распространен в Древней Греции и Риме. К примеру, в поэме «Одиссея» (VIII–VII вв. до н. э.), написанной, как полагают, Гомером, часто встречается слово «пятерить» в значении «считать». О пальцевом счете спустя тысячу лет написал целый трактат английский монах, летописец Беда Достопочтенный (Beda Venerabilis – 672–735 гг.). Он скрупулезно изложил способы пальцевого счета вплоть до … миллиона [5. Т. 7, с. 242]. Показательно, что кодирование цифр-величин с помощью пальцев («больше» – «меньше», «покупать» – «продавать») дожило

до наших дней. Так, на торговых, товарных, фондовых, валютных биржах2, биржах труда где посредники между продавцами и покупателями (как правило – оптовиками) брокеры (Англия), маклеры (Германия), куртье (Франция) долгое время с помощью пальцевых жестов-символов, не говоря ни слова, передавали друг другу информацию о спросе-предложении товаров, о ценах на них.

Примитивный (с высокомерного сегодняшнего взгля- да) счет с помощью пальцев, выстраивание натурального ряда чисел – это еще не математика в строгом, научном смысле. Однако человечество не может жить, не разви- ваясь, не прогрессируя, причем эволюционный путь, на- копление количественных изменений приводили к со- циальным, революционным скачкам. Таким очередным социальным рывком в жизни человечества, подготовлен- ным тысячелетним трудом людей, стал переход от при- сваивающей технологии обеспечения человеческих усло- вий, стала аграрная революция, или переход к качественно новой производящей жизненные блага технологии. Это был путь к животноводству, к оседлому земледелию, к сельскохозяйственному производству. В итоге в жизни человека ведущее место стало занимать окультуривание диких злаков (полба, рожь, пшеница, кукуруза, рис), одо- машнивание диких животных (собака, лошадь, верблюд, корова, коза, овца). Сельское хозяйство, выросшее из со- бирательства и вставшее над ним, на долгое время стало основной отраслью материального производства. К тому же, сколько будет существовать социальная, человеческая форма жизни, потребность человека в пище – энергии – будет всегда.

Сельскохозяйственная аграрная революция произошла

12–10 тысяч лет назад. Это была эпоха неолита, нового

2 Биржа (от лат. bursa – кошелек) – учреждение (место), где заключаются крупные торговые сделки. Впервые появились в Голландии.

каменного века, когда человек действительно стал умелым. Он научился делать отшлифованные и сверленые каменные топоры, делать глиняную посуду, овладел ручным ткачеством. «И зачем автор, пишущий об ИИ, читает нам лекцию по древней истории», – обидится кто-нибудь из эрудитов. Но математическая дорога к ИИ, начавшись с «ручейка» пальцевого счета, в процессе аграрной революции уже превращалась в «речку», пусть еще и не очень широкую. Сельскохозяйственная жизнь уже диктовала не примитивный устный счет на пальцах, а качественно новый способ счисления. Что, в свою очередь, вызвало потребность уже в математике, пусть пока еще не высшей.

В жизни землян нарастал информационный вал, рос объем знаний, умений, навыков, в первую очередь трудо- вых. Все острей перед нашими пращурами вставала необ- ходимость поиска способов не хранить только в головах, в устной памяти все увеличивающееся количество соци- альных сведений, посланий, известий, а «переложить» эту тяжесть на нечто находящееся вне головы. И такой способ был найден за тысячи лет умственных усилий. Че- ловек изобрел письменность, письменный язык, в допол- нение к устной, звуковой и жестовой речи3. С появлени- ем письменного слова, письменной речи, изложенных на каком-либо материальном носителе в виде знаков, иеро- глифов, символов, букв, у людей появилась реальная воз- можность объемы своей социальной памяти увеличить в тысячи раз, обмениваться информацией на расстоянии. Записанные послания, сведения, известия – это долго- временная память человечества, вынесенная за пределы

3 О первой информационной революции в истории человечества – появ- лении у древних гоминидов устной речи, человеческого языка, важнейшего необходимого средства прогресса социума – можно прочитать в моей книге

«В поисках истины», материал «Язык наш…» [8, с. 173–191].

«подсознания» индивида и зафиксированная в письмен- ных источниках. Другими словами, письмо позволяло передавать речевую информацию на расстояние и закре- плять ее во времени [9, с. 375]. Возникновение письмен- ности – это уже вторая, после устной речи, информаци- онная революция в истории человечества. Письменный язык – это в определенном смысле символический язык. С точки зрения истории ИИ важно учитывать, что без по- явления письменного алфавита невозможно было и по- явление математической письменной речи, алфавита математики. А. А. Понятов по этому поводу подчеркивал:

«Не погрешив против истины, можно сказать, что имен- но символический язык сделал математику той могучей силой, какой мы ее знаем сейчас, основой естественных и инженерных наук, в том числе физики и компьютерных технологий» [6, с. 81].

До возникновения письменности жизненно важные знания, сведения, трудовые навыки и умения передава- лись от поколения к поколению через сказы, предания, легенды, обычаи рода-племени, этноса, от старших к младшим. Передавались и технические, технологические приемы изготовления орудий труда из камня и особенно из недолговечных костей, дерева, способы охоты, рыбо- ловства. Аграрная технология способствовала переходу к рабовладению. К формации, как это ни парадоксально звучит в устах современников XXI века, более прогрес- сивной по сравнению с первобытно-общинным родо- племенным строем. Появляются государства, строятся ирригационные сооружения, каменные усыпальницы правителей (пирамиды), религиозные храмы. Все это, по- вторимся, стимулировало бурный рост письменности как одного из важнейших материальных условий перехода устного (пальцевого) счета к исчислениям с помощью ма- тематического языка. И что любопытно, у многих прави-

телей на этапе разложения первобытнообщинного строя, перехода к рабовладению (Древняя Греция, Рим, Карфа- ген) даже после распространения письменной «памяти» долго еще были т. н. «памятливые слуги», чаще рабы. Они должны были запоминать и помнить все, что нужно было господину, порой тоже неграмотному, особенно в хозяй- стве.

Чтобы заниматься умственным трудом, накапливать и развивать теоретические знания, делать научные откры- тия, человек должен иметь свободное от тяжелой физи- ческой работы время. Такую «привилегию» кроме господ имели монахи – слуги божьи. Именно им человечество в огромной степени обязано развитием астрономии, ма- тематики, философии и прочих наук. Неслучайно искус- ством письма единолично владели в основном жрецы. По этой причине многие народы приписывали происхожде- ние письменности своим богам. В Древнем Египте – богу Тоте, в Вавилоне – богу судьбы Набу, в Древней Греции – Гермесу (покровителю торговли) [10, с. 12]. Простые люди в массе своей были неграмотны. Но на Руси, заметим, так было не всегда. Вспомним берестяные грамоты в Новго- родской республике (1136–1478), а также в Пскове, Смо- ленске, Старой Руссе, Витебске, Твери и даже в Москве. Почти 800 посланий русичей на бересте отыскали наши археологи за 1951–1993 гг. В Новгороде даже дети учились грамоте. Исторический факт: дочь Ярослава Мудрого – Анна Ярославна (1024–1071), жена Генриха I, французско- го короля, была единственным грамотным человеком при королевском дворе. Что показательно, во время Ярослава Мудрого (978–1054) действовала школа, а при дворе Вла- димира Святославича было налажено обязательное книж- ное обучение приближенных. Математическое образова- ние было на уровне европейского [2, с. 113]. Но… дальше Русь стала преградой перед нашествием татаро-монгол

на Европу, со всеми вытекающими для нашей страны по- следствиями.

Итак, аграрная технология властно требовала от на- ших предков уже не просто зачатков точных наук, но и их полноценности. Что, в свою очередь, обязывает ученых- историков подниматься к логике такого уровня научного познания, которое учитывает, что появление и прогресс социальной формы жизни, в отличие от биологическо- го уровня, невозможен без «добавления» к объективным движущим силам развития социума субъективного фак- тора – сознания человечества, мышления, осмысления людьми своих действий с теоретических позиций. Триа- лектика – это прежде всего логика познаний субъектив- ных усилий человека по улучшению объективных усло- вий своей жизни.

С чего начинается, конкретизируется любая наука? С только ей присущей единицы познания, определяю- щей предмет науки. Единица познания – это начальная и конечная «планка», ниже которой и выше ее научное исследование теряет свой конкретный объект анализа. К примеру, в химии это «молекула», в биологии – «клет- ка», в антропологии – «человек», в языкознании – «слово», в истории – «факт», в философии – «мысль», в экономте- ории – «продукт труда», в политологии – «власть» и т. д. Без определения содержания и границ своей конкретной единицы познания данное научное исследование будет блуждать в потемках. Как алхимия, как астрология, не го- воря уже о мистических учениях.

В математике такой базовой начальной и конечной (ко- личественной) единицей познания выступает «число». Вы- дающийся философ Э. В. Ильенков подчеркивал, что «число» понадобилось человеку там и только там, где жизнь постави- ла его перед необходимостью сказать другому человеку (или самому себе) – не просто «больше» («меньше»), а насколько

больше (меньше)… Число предполагает меру как более слож- ную, чем «качество» или «количество», категорию, которая позволяет отражать количественную сторону точнее (кон- кретнее) …» [11, с. 51, 52]. И далее ученый продолжал: «Что за польза … от субъекта, знающего всю математическую ли- тературу, но не понимающего математики?» [Там же, с. 90]. Не осознающего места и роли математики в системе наук, но главное – в социальной форме жизни, а не просто миро- здании.

Наука частенько полна парадоксов, в том числе и с при- ключениями единицы познания конкретной науки. Даже тогда, когда она становится уже научной (учебной) дис- циплиной. Составители «Толкового математического сло- варя» (1989 г.) А. М. Микиша и В. Б. Орлов подчеркивали, что число, с одной стороны, «одно из основных понятий математики», но вместе с тем ее «содержание … менялось в разные исторические эпохи» [12, с. 173].

Думается, что не столько сущность «числа» изменялась, как базовой единицы познания математики, а расширялось понимание человеком его роли и места в измерении коли- чественных отношений и пространственных форм реаль- ного мира. Неслучайно уже математики Древнего Вавилона (XIX–VI вв. до н. э.) открыли и пользовались позиционной системой счисления4. Эта система была более абстрактным в то время разделом математики, а Пифагор (VI в. до н. э.) и его последователи предпочитали геометрические рассужде- ния [6, с. 83], хотя великий Аристотель правомерно утверж- дал, что пифагорейцы были первыми (в Древней Греции – О. П.) из тех, кто серьезно занимался математикой. По их воззрениям, принципы математики – числа – одновремен-

4 Позиционная система счисления построена на принципе такого значе- ния цифр, которое они получают в зависимости от места (позиции) и записи чисел. В частности, в п. с. одна и та же цифра получает различное числовое значение. К этой системе принадлежит ныне общепринятая десятичная си- стема. К примеру, 222 = 200 + 20 + 2 [14, с. 1206].

но являются и принципами (правилами) мира [13, с. 342], т. е. количественными его измерителями. Все же их взгляды на «число» были «превратно-мистические… До подлинного теоретического понимания числа математика (как наука – О. П.) добралась лишь многие тысячелетия спустя» [10, с. 52].

Пифагор и пифагорейцы

Много мифического и необычного можно рассказать о них. Пифагореизм – религиозно-философское мисти- ческое учение. Его представители не вели записей (!), общались между собой тайными знаками. Считается, что именно Пифагор ввел понятие «философия» – любовь к мудрости (от греч. Phyllo –люблю и sopia – мудрость). Пифагор утверждал, что в основе всего сущего лежит ЧИС- ЛО. Числовые соотношения – источник гармонии космоса, ибо структура космоса – это единство физического, геоме- трического, акустического. Пифагорейцы были убеждены в шарообразности Земли. И вместе с тем они верили в пе- реселение душ, в частности – в животных, отсюда вегета- рианство; в магическую силу цифр – путь к нумерологии.

И тем не менее вклад Пифагора, его школы в развитие арифметики и ее связи с геометрией несомненен: «еди- ница» – точка, «два» – линия, «три» – плоскость, «четы- ре» – тело и т. д. «Земля у них состоит из кубов, «огонь» – из тетраэдров. Пифагор не считал числа первичными по отношению к вещам, как это сделал Платон» (А. Н. Чаны- шев) [15, с. 501], т. е. он был ближе к материализму в со- временном понимании последнего.

История математики. Ее периодизацию в советское время дал академик А. Н. Колмогоров. Начало первого пе- риода уходит в глубь тысячелетий и завершается VI–V вв. до н. э. Отличительный признак его – появление и нако- пление пространственно-числовых представлений чело- века той эпохи в рамках общей истории человечества.

Второй период – это время элементарной математики. Он начинается с VI–V вв. до н. э. и завершается XV в. н. э.,

т. е. длился более двух тысяч лет. За эти годы были до- стигнуты успехи в изучении постоянных величин. Чтобы читатель смог сложить представление о достижении че- ловечества на этом этапе, следует обратиться к той мате- матике, которая изучается в средней школе (К. А. Рыбни- ков). Период завершается тогда, когда ученые переходят к исследованию процессов движения, начинают развивать аналитическую геометрию и углубляются в анализ беско- нечно малых.

Учителю математики средней школы на заметку

Представление об арифметике, что она является эле- ментарной частью «математики», совсем не бесспорно. Курт Гëдель (1906–1978), логик, математик, уже в 1931 году утверждал, что «не существует полной формальной теории, где были бы доказуемы все истинные теоремы арифметики [14, с. 329], а в 1932 году уже доказал невоз- можность построения арифметики натуральных чисел на базе какой-нибудь системы аксиом» [7, с. 15].

Итак, к XVI веку завершается второй период истории математики, и, хотя задача ее историков – раскрыть за- коны развития собственно математики, тем не менее А. Н. Колмогоров совсем не случайно «наложил» ее пе- риодизацию на историю технологических революций в жизни человечества. Сельскохозяйственная технология (аграрная революция), появившаяся двенадцать тысяч лет назад, привела к разложению родо-племенного пер- вобытно-общинного строя и зарождению рабовладель- ческой формации, а в некоторых территориях планеты – непосредственно к феодализму. Аграрная, производящая технология требовала и нового, более высокого уровня математических исчислений. Проницательный чита- тель вправе спросить: «А что, аграрная технология, по- родившая рабовладельческий строй, стала основой и фе- одального общества?» Абсолютно верно! И поэтому при

феодализме нужды в той высшей математике, которая развилась и засверкала всеми красками «служанки» про- мышленной индустриальной технологии, в полной мере еще не было.

Но, прежде чем мы перейдем к третьему периоду исто- рии науки математики (XVI–XIX вв.), нелишне будет оста- новиться на любопытных исторических приключениях ее базовой единицы познания – числе, вернуться к истокам алгоритмических вычислений – «мышления» компьюте- ра ХХ века. Если счет предметов породил открытие на- турального ряда чисел, то вычисления времени, длины, расстояния, площади привели к развитию аналитической геометрии и анализа бесконечно малых величин. Появля- ются соответствующие единицы измерения. Вначале рас- пространяются национальные неметрические системы единиц.

Наши предки, используя пальцы для счета, начали при- менять их для измерения длины, расстояний. Так на Руси появилась такая мера длины как вершок (излишек) – размер фаланги указательного пальца (примерно 4–4,5 см); пядь – расстояние между растянутыми большим и указательным пальцами (около 17,78 см); аршин (тюрк. – мера длины «ло- коть») в ряде стран, в России с XVI века, равен 16 вершкам (71,12 см). От аршина произошел такой русский измери- тель как сажень (расстояние, на которое можно «шагнуть»), равный трем аршинам (2,1336 м). В свою очередь, сажень породила русскую меру расстояния – версту (общесла- вянская мера длины), равную 500 саженям, или 1,0668 км. Впервые путь от села Коломенского до Москвы был изме- рен и разделен верстовыми (высокими) столбами. Отсюда и пошла поговорка: «Длинный, как коломенская верста» [3. Т. 6, с. 207]. К слову, до введения в практику аршина, саже- ни, версты в Древней Руси большие (видимые) расстояния измеряли полетом стрелы [Там же. Т. 6, с. 242].

Как видим, русичи – россияне – использовали собствен- ное тело для измерений длины, расстояний. Но то же де- лали и другие народы. Так, английская мера длины фут (от foot – «нога», «ступня») – это средний размер ступни человека (мужчины) = 30,48 см. От голландского duym («большой палец») появился измеритель дюйм, равный 1/12 фута (0,0254 м, или 2,54 см). Существует предание, что однажды английский король вытянул вперед правую руку и заявил: «Расстояние от кончика моего носа до большого пальца руки будет служить для всего моего народа мерой длины и называется ярд (yard – «двор»). Подданные тут же изготовили прут из бронзы «от королевского носа до пальцев», и ярд надолго стал для англичан измерителем длины (91,44 см) [3, с. 241]. В Римской империи большие расстояния измерялись шагами: 2000 шагов приравнива- лись к одной миле. Сухопутная (уставная) миля равнялась 1,609 км; морская миля – 1,852 км. А вот старая русская миля была уже длиной 7,468 км [14, с. 951].

С переходом к оседлому земледелию, а главное – к част- ному землевладению, встала проблема измерения земель- ных площадей, земельных участков. И здесь без геометрии не обойтись. Неслучайно слово «геометрия» буквально оз- начает «землемерие». Правда, Аристотель ввел для измере- ния земли другой термин – «геодезия» (от греч. ge – земля и daio – разделяю). Согласно свидетельствам Геродота (V в. до н. э.), древние египтяне должны были, по-видимому, вновь и вновь измерять земельные участки из-за постоян- ных разливов Нила [7, с. 28–29]. Начав с «землемерия», гео- метрия со временем стала важнейшей частью математики, изучающей пространственные отношения и формы тел, предметов, а также, в отличие от евклидовой, их обобщения [12, с. 23–24].

Читатель-эрудит вправе упрекнуть автора, что пове- ствование ведется в основном об измерениях простран-

ства. Но ведь человечеству, в том числе и для ИИ, надо было изобретать способы измерения времени, веса, тем- пературы и многого, многого другого. И не только изме- рять математически, но и сопоставлять эти измерения друг с другом, чтобы находить сложнейшие технико-ин- женерные решения.

Итак, время! Именно «поведение» Нила заставило древ- них египтян задуматься, как приспособить сельскохозяй- ственные работы к его разливам. Не ждать наводнений, а приурочить весеннюю страду к моменту, когда спадает вода. Египетские жрецы установили, что Нил разливается периодично. От одного половодья до следующего прохо- дит 365 дней и ночей, т. е. 365 суток (сутки букв. – «стол- кновение, слияние дня и ночи»). И точно в это время на небе появляется яркая звезда Сириус. Тогда жрецы разде- лили 365 (или год, букв. – «время») на 12 частей, по 30 су- ток в каждой, а оставшиеся 5 дней стали как бы довеском в конце года. Так появился у людей первый календарь, хотя слово «календарь» появилось позже – от латинского kalendarium, букв. – «долговая книга». Египетское годо- вое время было простым в обращении, но жизнь древних египтян оно существенно облегчило. Прошли годы. Но вот обнаружилось, что Сириус через каждые четыре года стал

«опаздывать» на целые сутки. Жрецы снова взялись за расчеты и вычислили, что год равен 365 дням плюс 6 ча- сов. В итоге за четыре года набегали еще «лишние» сутки. И опять жрецы, как астрономы, как математики, выясни- ли, почему Сириус задерживается, но календарь, однако, оставили в прежнем виде.

Усовершенствовали его римляне. Римский император Юлий Цезарь (102–44 гг. до н. э.) распорядился исправить древний египетский календарь. Какие были внесены нов- шества? Как и в Древнем Египте, год был разделен на 12 частей – месяцев. Месяц, лат. mensis – «луна», «месяц» из

индоевропейского мерить. Но теперь количество дней в каждом месяце стало или 30, или 31, а в феврале все- го 28. Но именно к февралю раз в четыре года стали до- бавлять еще один день, чтобы календарь «не убегал» впе- ред. Это был «юлианский календарь». Весь христианский мир пользовался этим календарем до 1582 года. Именно в этом году были внесены изменения в юлианский лун- ный календарь [3. Т. 6, с. 22–23]. Средняя продолжитель- ность григорианского календаря – солнечного – равняется 365,2425 суток, т. е. на 28 секунд больше юлианского ка- лендаря. В итоге разница между старым и новым стилем составляла в XVIII в. 11 суток, в XIX в. – 12 суток, а в ХХ– ХХI вв. – 13 суток. Другими словами, отличие юлианского календаря от григорианского в одни сутки накапливается за 128 лет, а по григорианскому календарю – за более чем 3300 лет [4, с. 617].

Россия жила по старому стилю вплоть до января 1918 года. Думается, стремление жить по юлианскому кален- дарю было вызвано и политическими причинами: сопро- тивлением Русской православной церкви (окончательно оформилась как автокефальная в 1448 году) насильствен- ной, в определенной мере, католизации. Как, впрочем, и перевод большевиками страны на новый стиль кроме прочих причин был вызван политическими факторами.

«Календарная полемика»

Профессор В. И. Чередниченко, полемизируя со сторон- никами григорианского календаря, подчеркивал, что «если мы примем за координаты юлианского календаря то, что подсказывает его числовой текст и менталитет (т. е. образ мыслей – О. П.) древних астрономов, называемых «фило- софами» (Страбон), то мы увидим превосходство юлиан- ского календаря над другими календарными системами». Главный вред григорианского календаря Владимир Ильич видит в том, что данный календарь «создал трагическую

ситуацию в церковной литургии – разрушив пасхалию (т. е. вычисления дат праздников – О. П.) и деформировав богослужебный устав. Григорианский календарь «произ- вел путаницу и беспорядок в исторической хронологии». А это, по мнению советского астронома-теоретика, физика и математика Наума Ильича Идельсона (1885–1951), не что иное как «математический абсурд» (см. его «История календаря» 1925 г.).

В настоящее время ученые, не только астрономы, рабо- тают над составлением более точного календаря.

И какое отношение все более точное измерение вре- мени имеет к ИИ? Без знания времени невозможно вы- числить скорость протекания процессов в реальном мире. Общеизвестно, что конструкторы ИИ берут за образец мозг человека. По данным нейрофизиологов из Кали- форнийского технологического института (США), чело- веческие органы чувств воспринимают информацию из окружающей среды со скоростью миллиард бит в секун- ду, а думаем мы, люди, со скоростью 10 бит в секунду [5. – 2025. – № 3. С. 80]. Ученые еще ранее выяснили, что скорость передачи информации от нейрона к нейрону, т. е. в системе Мозг, «порядка полутора километров», или один «шаг», т. е. длительность импульса нейрона – одна миллисекунда, или одна тысячная секунды. Информация в мозге, т. е. начала мышления, «шагает» со скоростью 1,5 км в сек, а в электронных вычислителях – 300 000 км/сек. Однако, указывал инженерам электронного «мозга» ака- демик Святослав Всеволодович Медведев, что, хотя «раз- ница в двести тысяч, а мозг человека работает лучше!» [16, с. 19]. Кто мыслит с помощью мозга? Человек! Кто управляет своим мозгом?! Человек! А ИИ, нейросеть?.. Кто в ней главный, а кто ведомый? Но мы отклонились от математического тракта, ведущего нас через толщу вре- мени к ИИ.

«Управлять можно тем, что можно измерить» (лорд Кельвин). Вот почему в любой производственной деятель- ности нужны единицы измерения. Они требуются чело- вечеству для точного знания: «Какое расстояние? Какова площадь? Какой объем? Вес? Сколько прошло времени? и т. д.». Но единицы измерений (мер) сами по себе не слу- жат источником знания. Они помогают получить новые знания, приближаться к истине, постигнуть истину. Но несомненно, что сначала и сам инструмент измерений необходимо изобрести и совершенствовать.

Отвечая на потребности развивающегося производства,

человек придумывал все новые и новые единицы измере- ния. Необходимо измерение массы, веса продуктов труда, особенно при их обмене, при торговле. Так в Англии по- явился фунт – основная единица массы в английской на- циональной системе мер, обозначалась lb. После появления эталонных единиц веса – килограмм, грамм, миллиграмм – выяснилось, что один торговый фунт равен 0,45359237 кг, а аптекарский фунт – 0,37324177 кг.

В русской системе мер фунт5 появился, вероятно, при Петре I и равнялся одной сороковой чисто русской меры веса пуд – 16 кг (пуд – это и «гиря», и «вес» по Далю), а так- же 30 лотам (лот от «грузило», «свинец»); 96 золотникам, 9216 долям, а доля = 1/96 части золотника, или 44,43 мил- лиграмма (миллиграмм – это одна тысячная грамма). Но к килограммам, граммам, миллиграммам, как наибо- лее удобным, общепризнанным эталонам веса, еще надо было прийти и признать их всем миром. А пока люди планеты пользовались своими национальными мерами длины, объема, веса, температуры, давления и т. п. Про-

5 Именно «фунт» и другие измерители породили русские поговорки: «Это тебе не фунт изюму!», т. е. не пустяк; «Узнаешь, почем фунт лиха», т. е. како- во жить в горе, в несчастье; «Чтобы познать человека, надо с ним пуд соли съесть!»; «Мал золотник – да дорог!» и пр.

ницательный читатель уже догадался, что для ИИ достоя- ния всей Земли – фунты, пуды, дюймы, футы – не годятся [3. – 2022. – № 6. – С. 48–49].

Третий период в истории математики, по мнению Кол- могорова, начинается с XVI века и завершается к сере- дине XIX в. К началу этого периода в математике только появляется символический язык. Алексей Понятов под- черкивал, что «именно символика позволила представить сложные понятия, свойства изучаемых объектов и связы- вающие их законы в точной, однозначной и краткой фор- ме» [6, с. 81]. Символика – метрическая система, понятная всему миру, в том числе и ИИ. В математике символика объединила ученых в единый союз единомышленников.

А как объединить философов? И надо ли это?

XVI и последующие века – это начало и развитие но- вой технологической революции – промышленной. Это этап создания и введения в математику переменных ве- личин, в аналитическую геометрию – многих алгебраи- ческих обозначений (Р. Декарт – 1596–1650), появление дифференциальных и интегральных исчислений в тру- дах И. Ньютона (1643–1727) и Г. В. Лейбница (1646–1716). Период завершается серединой XIX века, когда мате- матика пришла, по мнению К. А. Рыбникова, к совре- менному состоянию. В течение этого времени «сложи- лись почти все научные дисциплины, известные сейчас как классические основы современной математики» [2, с. 15]. В Европе бурно развивается научное естествоз- нание. Биолог А. Храмов в 2024 году объяснял причины данного явления следующим образом: «Показательно, что экспериментальное естествознание не возникло ни в Древней Греции, ни в Римской империи, ни в Китае, ни в Индии. Хотя по уровню технологического развития они не сильно уступали средневековой Европе, но там не было самого главного – веры в Бога-Творца (курс. наш –

О. П.) [17, с. 3]. А вот известный российский политолог С. А. Караганов категоричен «с другой стороны»: «Мы … не должны забывать, что (несмотря на веру в Бога-Твор- ца – О. П.) источником всех самых больших угроз и са- мых страшных идеологий для человечества была Евро- па» [18, с. 6]. Мысли все в том же 2024 году. Не отвергая с порога эти точки зрения, мы все же склонны считать, что решающую роль в бурном развитии естественных, осо- бенно точных, наук в XVII–XIX вв. играл запрос нарож- дающегося класса буржуазии. Индустриальная техноло- гия, породив в XVI–XVII вв. революционный для своего времени класс – буржуазию, не могла функционировать, прогрессировать без опоры на все новые и новые откры- тия и изобретения сотен ученых-естественников. А они в массе своей были и математиками, и философами, и верующими. Неслучайно молодая буржуазия Англии, Нидерландов, Германии и др. стран Европы выступала

«протестантами» – за дешевую церковь.

Если во втором периоде истории математики (VI в. до н. э. – XVI в. н. э.) производственная технология функ- ционировала и развивалась за счет энергии воды, ве- тра (водяные и ветряные мельницы, парусные корабли и пр.), то машинная технология включила более произ- водительную энергию пара, а затем, и особенно, элек- тричества. Бурное развитие техники требовало бурного развития естественных наук – физики, химии, механики, оптики и пр., где уже без высшей математики не обой- тись. Появляются все новые и новые вычислительные методы, создаются более совершенные счетные устрой- ства ЭВМ, речь о которых пойдет в очерке II. Рождается как самостоятельное научное направление в матема- тике математическая логика (в скобках заметим – это

логика «мышления» искусственного интеллекта!)6. «В те- чение этого периода сложились почти все научные дис- циплины, известные сейчас как классические основы современной математики», – констатировал профессор К. А. Рыбников [2, с. 15].

В средневековой Европе происходит сперва робкий технический прогресс. За три века, с XI по XIV, произошло разделение труда между городом и деревней, развивают- ся товарно-денежные отношения. Складываются первые в Европе национальные государства. А с XV века в недрах феодальной Европы начинают зреть капиталистические отношения. Растет добыча руд, металлургия; открыта важная для мореплавания тайна магнитной стрелки. По- является, наконец, стекло, хотя его производили в Древ- нем Египте еще за 4000 лет до н. э. А вот шлифовка для подзорных труб стала использоваться к началу XV века. Бумага в Европе известна с XII века, но книгопечатани- ем европейцы занялись три века спустя. Появился порох. К. А. Рыбников отмечает, что «в V–XI вв. уровень мате- матических знаний в Европе был весьма низким… По- видимому, единственным хранителем математических знаний, превышающих обычные бытовые запросы, были немногочисленные ученые – монахи, хранившие, изучав- шие и переписывающие естественно-научные и матема- тические сочинения древних» [2, с. 107].

Но появившиеся на европейском континенте учебные

заведения стали организационной основой развития ма- тематики. В XII–XIII вв. возникли первые университеты

6 «Логистика (лат. логика) – современная (!) форма логики», – утверждал

«Философский энциклопедический словарь», изданный в России тиражом 100 000 экземпляров [13, с. 245–246]. Профессор П. С. Попов уточняет, что логистикой сперва называли логические исчисления. По мнению Лейбница (1646–1716), логистика – это математическая логика. Понимание логистики как символической (математической) логики было закреплено на философ- ском конгрессе в Женеве в сентябре 1904 года [15, с. 349].

(лат. universitatis – букв. «совокупность»): в Болонье, Са- лерно, а затем в Оксфорде и Париже (1167), Кембридже (1209), Неаполе (1224), Праге (1367). Правда, математика здесь пока не была еще самостоятельной дисциплиной, а входила составной частью в семь свободных искусств (artisliberalis), и уровень математических познаний вы- пускников был еще низок [Там же, с. 107–108]. Но матема- тика, сперва трудами Роджера Бэкона (1214–1294) и Лео- нардо Пизанского (1180–1240) в их борьбе со схоластикой, а особенно после Великих географических открытий (ко- нец XV – XVI в.), стала активно развиваться. Тригономе- трия отделилась от астрономии и стала самостоятельной математической отраслью. И хотя в целом во времена Средневековья математика определялась в системе наук как азбука естествознания, натуральной философии, шел процесс формирования ее фундамента как основной на- уки для появления цифровой основы ИИ.

В XII веке в Европу начинают проникать труды араб- ских и античных математиков. Эти трактаты переводили на общеупотребляемый научный язык – латинский. В ито- ге европейцы стали создавать алгебраическую символику, в частности в Германии, Италии, Франции. Однако этот процесс-прогресс растянулся почти на два столетия. И все же «количество, – как подчеркивает А. Понятов, – должно было перейти в качество. И в самом конце XVI века фран- цузский математик Франсуа Виет (1540–1603) совершил настоящую революцию, став основоположником совре- менной алгебры и математики в целом» [6, с. 87]. Истори- ки математики, являясь одновременно ее специалистами, отмечают, что у Виета «объектом математических опе- раций стали не числовые задачи, а сами алгебраические выражения… Виет … проявил интерес к алгебре именно в силу ее пригодности и даже необходимости для задач тригонометрии и астрономии» [2, с. 121, 123].

Итак, к концу XVI века алгебра сформировалась как ма- тематическая наука о решении уравнений.

Промышленная революция катализирует физико-мате- матические исследования, особенно в мореплавании, ко- раблестроении, военной технике, теплотехнике, гидравли- ке, гидроэнергетике, в области электромагнитных явлений и теплоты. XIX век – это время современной математики, это начало IV периода истории этой науки, который захва- тил, по мнению А. Н. Колмогорова, и ХХ век. К. А. Рыбни- ков фактически завершает этот период серединой ХХ века. К концу XIX века «помимо усложнения структуры самой математики, связи последней с практикой стали весьма сложными, во многом опосредованными» [Там же, с. 311]. В итоге в математике, как и в других областях мышления: философии, психологии и т. д. – «законы, абстрагирован- ные из реального мира, на известной ступени развития по- знания отрываются от реального мира, противопоставля- ются ему, как нечто самостоятельное, как явившиеся извне законы, с которыми мир должен сообразовываться», – от- мечал Ф. Энгельс [19. Т. 20, с. 38].

В появлении и развитии технологии ИИ важнейшую роль сыграла метрология. На стыке XIX–XX вв. остро встала необходимость создания универсальной междуна- родной системы мер и весов. Это диктовалось в первую очередь становлением машинно-индустриальной техно- логии, международным разделением труда, мировой тор- говлей. В решении этой проблемы главную роль и сыграла метрология, попутно создавая и единый цифровой сим- волический язык ИИ.

Метрология (греч. metron – мера и logos – учение) – нау- ка об измерениях материального мира и методах достиже- ния их точности, единства. В метрологии важно извлекать с заданной пунктуальностью количество информации о свойствах родственных объектов; установление единых

стандартов, эталонов как исходных для сопоставления похожих объектов. Без стандартизации невозможно ни конвейерное производство, ни мировая валютная систе- ма, ни «мировая паутина» – Интернет. В России первый указ о стандартах – калибрах был издан в 1555 году при Иване Грозном. Во времена Петра I стандартизация по- лучила уже широкое распространение. Основоположни- ком российской науки «метрологии» по праву считается Д. И. Менделеев (1834–1907), который в 1892 году стал ученым-хранителем Депо образцовых мер и весов, а с 1893 года – управляющим Главной палатой мер и весов (ныне НИИ метрологии им. Менделеева).

Как складывалась единая мировая система измерений (СИ), которая помогает наукам развиваться, а людям – объединяться. В конце XVIII века французские ученые на- чали работу по формированию метрической системы «на все времена и для всех народов». Для этого они предложи- ли эталонной мерой длины считать одну сорокамиллион- ную часть меридиана Земли (от Северного полюса вокруг Земного шара до этого же полюса). Того меридиана, что проходит через Париж. Такой единицей стал метр (мера). Из платины в 1791 году был изготовлен как образец эта- лон. А чтобы он не потерялся, сделали 31 копию. Россия получила два экземпляра – № 11 и № 28 [3. Т. 6, с. 243]. А в 1983 году метр был уже определен как десятичная длина пути, проходимая светом в вакууме за 1/299792458 долю секунды.

Введение эталонной меры длины – метр – было ре- волюционным шагом на пути единой системы измере- ния. Без метра, дециметра, миллиметра не появились бы меры весов: грамм, килограмм, центнер, тонна. К при- меру, те же французы предложили в 1795 году единицу массы – грамм – как эквивалент веса одного кубического сантиметра воды (см3). Но в практическом использова-

нии такая единица массы (веса) слишком мала, поэтому стали пользоваться таким измерителем как килограмм (1000 граммов). В итоге кг стал основной единицей веса (массы) в десятеричной системе измерения (СИ). Самый первый прототип килограмма был изготовлен в Париже и хранится в Международном бюро мер и весов в городе Севр, близ Парижа. Оригинал сделан из сплава платины и иридия в виде цилиндрической гири. Для других стран были изготовлены копии, которые «грешат» по весу всего в 2×10-9 [14, с. 674].

А как появились измерительные эталоны температур. В 1742 году Андерс Цельсий (1701–1744), известный физик и астроном, предложил считать температурным нулем вре- мя закипания воды. А 100 градусов – ее замерзания. Позд- нее астроном Мортен Штремер, или, как полагают истори- ки, сам Цельсий по предложению Штремера, перевернул температурную шкалу, поставил ее «с головы на ноги», т. е. придал ей тот вид, в каком мы сейчас и используем.

Становление единой системы измерений «всего и вся» заняло столетия.

В 1875 году в Париже была подписана Международная Метрическая конвенция. Страны, которые ее подписали, договорились все измерения производить в определен- ных эталонных единицах. И чтобы эти физические вели- чины стали действительными, обязательными для всех.

Однако жизнь не стоит на месте, и вместе с ней раз- вивается метрология. В 1960 году метрологами была утверждена Международная система единиц, или ин- тернациональная система – СИ. Она вобрала в себя уже значительно больше измерительных единиц по сравне- нию с 1875 годом. Во второй половине ХХ века нарастали процессы глобализации, развивался мировой технологи- ческий комплекс. Все это требовало, чтобы национальные законодательства в сфере метрологии учитывали общие

единые стандарты измерения. Поэтому в 1999 году по- явилось Согласие «О взаимном признании национальных эталонов и сертификатов калибровки и измерений, вы- даваемых национальными метрологическими институ- тами» (CIPM MPA) [20. – 2022. – № 6. – С. 43]. На сентябрь 2023 года на метрическую систему мер перешли все госу- дарства, кроме трех: в Азии – Мьянма, в Африке – Либе- рия и в Америке – США. Конгресс страны еще в 1975 году принял решение о постепенном переходе на метриче- скую систему, но американцы не особо торопятся. В На- циональном институте стандартов этой проблемой к кон- цу XX века занимались два сотрудника, да и то неполный рабочий день. Не по этой ли причине потерпел крушение один из аппаратов, посланных на Марс: система управле- ния в метрических единицах, а команды ей с Земли пода- вались в английских футах и дюймах [20, с. 48–49].

С появлением технологии ИИ человечество неуклон- но движется к созданию единой мировой экономики через Цифровую интеллектуальную технологическую революцию. Эта технология, вставшая над технологией индустрии, не отменяет последнюю, а в разы увеличива- ет в ней производительность труда. Того труда, который создал и развил машинную технологию, которая, в свою очередь, родилась на базе сельскохозяйственной техноло- гии, увеличив производительность труда земледельца и животновода. Другими словами, вся технология XXI века по производству жизненных благ человеку, его жизнео- беспечению представляет собой многослойный «пирог»: аграрная, над ней промышленная, и венчает эту «пирами- ду» сегодня – научно-техническая технология, перераста- ющая в … интеллектуальную.

Современная роботизированная «очеловеченная» тех- нология требует все новых и все более точных цифро- вых математических измерений, все большего внимания

к физико-математическим дисциплинам. А в этой связи напрашивается вопрос: «Каковы особенности искусствен- ного интеллекта по сравнению с «искусственными нога- ми» – техническими средствами передвижения, «искус- ственными руками» – автоматами и механизмами? В чем его преимущество и …коварство?»

Без математической науки и метрологической прак- тики дальнейшее расширение возможностей ИИ будет затруднительно. Еще в конце XIX века страны договори- лись измерять все в одних и тех же физических единицах. Но вплоть до конца ХХ века национальные законодатель- ства в сфере метрологии доминировали. Однако бурные процессы глобализации, и особенно в общепланетар- ной интеллектуализации производственной технологии, требуют уже превалирования общемировых стандартов. Метрология помогает всему научно-производственному сообществу говорить, общаться на общем языке. И физи- кам, и химикам, и биологам, медикам, и … нейробиоло- гам. А в перспективе, скажем по секрету, – и специали- стам социальной нейронауки.

Как это происходит в жизни? На этот фундаментальный вопрос отвечает директор НИИ метрологии А. Н. Пронин [20, с. 43–50].

Сначала помощь метрологов понадобилась физикам, потому что их интересовали стандарты и сертификаты геометрических измерений, массы, весов и других осяза- емых физических параметров. Но уже во второй полови- не ХХ века к метрологии активно подключились химики. Их научная отрасль требовала тоже привести свои изме- рения к единым правилам, искать общий язык с физика- ми. К концу прошедшего ХХ века без услуг метрологии не могли уже обходиться биологи, а затем и медики. Как счи- тает Антон Николаевич, «после медицины … прогресс ме-

трологии распространится на область нейрофизиологии и психологии. Сейчас появляется возможность измерять, как и что воздействует на психику человека, конкретно отра- жаясь в организме, в сигналах мозга» [Там же, с. 44–45]. А это, если пофантазировать, уже означает, что на основе точных стандартов можно понять, как работает мозг че- ловека, и попытаться создать искусственный «мозг» на технической основе.

Математика, зародившись тысячелетия назад, породи- ла числовое, цифровое мышление человечества и проло- жила счетно-числовую дорогу к искусственному интел- лекту.

Список источников и литературы

Прингл Х. Как появилось творческое мышление // В мир науки. – 2013. – № 8/9. – С. 52–55.

Рыбников К. А. История математики: учебное пособие. – Изд. 3-е. – М.: Ленанд, 2019. – 456 с.

Все обо всем. Популярная энциклопедия для детей: В 10      т. – Компания «Ключ С». Филологическое общество

«Слово».      Центр      гуманитарных      наук      при      факультете журналистики МГУ им. Ломоносова. – М., 1994.

Шанский Н. М. Школьный этимологический словарь русского языка. Происхождение слов /Н. М. Шанский, Т. А. Боброва. – Изд. 8-е, стер. – М.: Дрофа, 2005. – 398 с.

Наука и жизнь: журнал.

Понятов А. Как икс стал неизвестным и к чему это привело // Наука и жизнь. – 2024. – № 4. – С. 81–90.

Александрова Н. В. История математических терминов, понятий, обозначений. – Изд. 5-е. – М.: ЛЕНАНД, 2021. – 246 с.

Паламарчук О. Т. В поисках истины. – Краснодар: Изд. Кубанского социально-экономического института, 2015. – 196 с.

Языкознание. Большой энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцева. – Изд. 2-е. – М.: Большая российская энциклопедия, 2000. – 688 с.: ил.

Арлазоров М. С. Вам письмо. – М.: Советская Россия, 1965. – 232 с.: ил.

Ильенков Э. В. Школа должна учить мыслить. – Изд. 2-е, стер. – М.: Изд-во Московского психолого-социального института; Воронеж: МОДЕК, 2009. –112 с.

Микиша А. М., Орлов В. Б. Толковый математический словарь. Основные термины: около 2500 терминов. – М.: Русск. яз., 1989. – 544 с., 186. ил.

Философский энциклопедический словарь. – М.: ИНФРА-М, 2006. – 576 с.

Большой российский энциклопедический словарь. – М.: Большая российская энциклопедия, 2003. – 1888 с.: ил.

Философский словарь / под ред. И. Т. Фролова, ред. колл.: А. А. Гусейнов, В. А. Лекторский, В. В. Миронов и др., сост.: П. П. Апрышко, А. П. Поляков, Ю. Н. Солодухин. – Изд 8-е, дораб. и доп. – М.: Республика, Современник, 2009. – 846 с.

Медведев С. В. Мозг против мозга. Новеллы о мозге: В 2-х т. – М.: Бослен, 2017. – 288 с.: ил.

Рязанов С. Вера и наука – лицом к лицу: беседа с канд. биолог. наук Александром Храмовым // Аргументы недели: газета. – 2024. – № 17. – С. 3.

Аргументы недели: газета. – 2024. –№ 17. – С. 1, 6, 10.

Маркс К., Энгельс Ф. Соч.: В 50 т. – Изд. 2-е. – М.: Госполитиздат, 1955–1981.

Абаев М. Мир после запятой: беседа с генеральным директором НИИ метрологии им. Менделеева А. И. Прониным // Наука и жизнь. – 2022. – № 6. – С. 43–50.

ОЧЕРК II.

ТЕХНИКО

-

ВЫЧИСЛИТЕЛЬНЫЙ

ПУТЬ

К

ИИ

Важно уметь не только что и как считать, но и с помощью чего считать.

По дороге к искусственному интеллекту шли, взаим- но помогая друг другу, взаимно дополняя, ученые-мате- матики и инженеры-изобретатели. Ведь для прогресса математических исчислений важно не только совершен- ствоваться в счете, но и иметь постоянно развивающийся инструмент для счета. Устный счет неизбежно упирается в границы возможностей человеческой памяти и скорости исчислений. Другими словами, человек, чтобы развивать социально-экономическую базу, должен был постоянно совершенствовать в себе способности не только что и как считать, но и искать, находить, изобретать – с помощью чего считать.

Впервые человечество научилось считать, не прибе-

гая к помощи собственных конечностей, когда изобрели абак (греч. abax – доска). По данным археологов и гре- ческих письменных источников, счетная доска – абак – появилась в Древнем Вавилоне примерно в XVIII веке до н. э. Оттуда это счетное устройство для проведения простейших арифметических действий перекочевало с помощью торговцев в Древнюю Грецию, Рим и распро- странилось по Европе вплоть до XVIII века н. э. А в Рос- сии потомки абака – костяные счеты – дожили почти до конца XX века.

Счеты (абак) – гениальные по своей простоте и на- дежности помощники человека в его арифметических действиях, т. е. сложении и вычитании. Правда, опытные бухгалтеры умудрялись на счетах делить и умножать. Промышленное производство требовало уже более со- вершенных вычислительных машин. Первые вычисли- тельные машины, или суммирующие машины, появились в XVII веке: В. Шиккард – 1623 год, восемнадцатилетний Блез Паскаль – 1642 год, В. Г. Лейбниц – 1674 год. Их изобретения француз Томас уже в 1818 году предложил называть арифмометром, что буквально означало «из- меритель чисел» [1, с. 15]. Показательно, что многие кон- структоры машин, «измеряющих числа», были не столько инженерами, сколько выдающимися математиками и фи- лософами. Так, Лейбниц, занимаясь математикой, ставил перед собой грандиозную цель: «создание универсально- го метода научного познания»; все логические суждения должно заменить исчисление, производимое над словами и другими символами. Символами – однозначно отража- ющими понятия. Это некий общий логико-математиче- ский аппарат суждений. Ученый фактически закладывал основы математической логики. Он мечтал создать уни- версальную науку, которая устранит разногласия, так как вместо споров понадобится лишь произвести вычисления [2, с. 180]. Однако вернемся к арифмометрам, важной вехе на пути к компьютеру – электронному вычислителю.

Действенный прогресс в конструировании и совер-

шенствовании арифмометров наступил с изобретением П. Л. Чебышевым (1821–1894) «вычислителя чисел» не- прерывного действия. Это стало возможным с создани- ем основного механизма всех последующих конструкций арифмометров – т. н. «колесом Однера» – 1874 год [1, с. 16]. С этого момента арифмометры начали победное шествие по планете, вытесняя старые добрые счеты. Особенно

в розничной торговле – кассовые аппараты, в бухгалте- риях офисов. Арифмометр фактически механическим путем выполнял арифметические умножение и деление, не говоря уже о сложении и вычитании, что ранее чело- век вынужден был делать в уме или с помощью щелка- нья «костяшками». Арифмометры сначала были с ручным приводом: кассир после ввода в прибор исходных данных должен был крутить ручку, заставляя вращаться «коле- са Однера». Им на смену пришли электромеханические счетные машины. И, наконец (забегаю вперед), появились портативные микрокалькуляторы (лат. calculator – счет- чик).

На стыке XIX–XX веков произошли события, которые долгое время не находились в орбите современных исто- риков (да и теоретиков) ИИ. Об этом пишет итальянский философ науки Маттео Пасквинелли в своей умной книге

«Измерять и навязывать. Социальная история искусствен- ного интеллекта» – 2023 год, русский перевод – 2024 год. Автор отмечает, что в конце двадцатых годов прошлого столетия инженер Р. Хартли, развивая теорию информа- ции внутри телеграфного дела, заметил, что от оператора, принимающего телеграфный сигнал, требуется не «рас- шифровать» смысл сообщения, а лишь декодировать сиг- нал, т. е. «определить последствие выбора в пользу одного символа». Другими словами, Хартли выявил, что работа операторов не столько интеллектуальная, сколько меха- ническая [3, с. 10]. Вот почему М. Пасквинелли утвержда- ет, что ИИ – это не попытка разгадать загадку разумности через изучение физиологии мозга, через перенесение его разума в искусственные нейронные сети, а «проект ИИ возник из автоматизации психометрии трудового и соци- ального поведения» [Там же, с. 336] людей.

На пути к технологии ИИ, или, что точнее выражает сущность ИИ, к «технологическому искусственному ин-

теллекту», важной вехой является аналитическая машина Ч. Бэббиджа. Историкам и преподавателям вузов, читаю- щим учебную дисциплину «Искусственный интеллект», следует видеть и понимать связь между интеллектом тру- дового коллектива и техническим прогрессом. В ткацком станке воплощен коллективный физический труд ткачей; в зерноуборочном комбайне – крестьян. Конвейер не мог появиться раньше, чем люди изобрели ручной конвейер – мануфактуру. М. Пасквинелли в этой связи имел полное право утверждать, что «Бэббидж уловил коллективный интеллект, стоящий за разделением труда, и инструмента- лизировал его, сконструировав технократический взгляд на общество» [3, с. 114]. И далее: «Бэббидж сделал знание, или умственный труд (!), источником экономических пре- образований» [Там же, с. 114]. Каждое техническое нов- шество несет в себе комплекс умственных и физических усилий людей, чтобы получить полезный продукт труда. И заменить этим изобретением монотонную, порой тяже- лую работу целой цепочки тружеников. Естественно, про- гресс техники не ведет автоматически к экономическому, а тем более к социальному прогрессу. Нужен еще субъек- тивный социальный фактор – политический.

В середине ХХ века произошло то, к чему человечество шло столетиями: появился реальный материальный но- ситель искусственного интеллекта (ИИ) – ЭВМ, электрон- ная вычислительная машина, или компьютер (вычисли- тель). И, главное, выросшие из вычислительной техники электронные нейронные сети.

Небольшой экскурс в прошлое. На закате XVIII века математику Гаспару де Прони, работавшему над создани- ем длинных логарифмических таблиц, пришла в голову идея создать социальный алгоритм [Там же. С. 19]. То есть мысленно представить реальную производственную ие- рархическую организацию, состоящую из реальных жи-

вых людей, которые осуществляют свою часть расчетов. А в завершение они вместе выводят окончательный ре- зультат. Как догадался, по-видимому, проницательный читатель, Г. де Прони моделировал реальное разделение умственных операций кооперативом работников, то есть их алгоритм умственных действий. Это был не техниче- ский, не машинный алгоритм, а социальный, но связан- ный с производством. Тот самый алгоритм разделения труда, который интуитивно использовал Чарльз Бэббидж (1791–1871) при изобретении своей вычислительной ма- шины. И хотя его аналитическая машина состояла из … 25 тысяч механических деталей и представляла из себя грандиозный калькулятор с механическим приводом, для своей работы этот «вычислитель» уже требовал програм- му. И такую математическую программу – алгоритм по- следовательных вычислений – в 1843 году составила Ада Лавлейс (1815–1852), дочь знаменитого лорда Байрона, поэта и борца за справедливость. Неслучайно день рож- дения Ады Лавлейс – 11 декабря – англосаксонский мир отмечает как день программиста. А детище Ч. Бэббиджа, хоть и не было окончательно завершено и работало от энергии… парового двигателя, по праву считается реаль- ным прообразом вычислительных машин на электриче- ских, а затем и на электронных лампах 40–60-х годов про- шлого века.

Процессор (от лат. prоcеssus – «продвижение вперед») –

центральное звено при выполнении счетных или фор- мально-логических операций. Когда человек считает уст- но, этот процессор находится у homo sapiens сугубо в его голове. Но с изобретением абака-счет, арифмометров, на- конец, компьютеров человек «процессорные», т. е. сугубо стереотипные, алгоритмические функции «выносит» из головы и передает техническим устройствам. Далее. Одно дело, когда земляне при копании передают эту физиче-

скую работу от «лопата-землекоп» экскаватору, но каче- ственно другое, когда они функцию мозга, пусть и три- виальную, механическую по исчислениям, по перебору вариантов поручают механизмам. Однако мозг вообще, а человеческий мозг в особенности, это сложнейший ком- плекс процессоров, получающих задания-информацию от наших органов чувств. К тому же, как подчеркивает академик С. В. Медведев, «сегодня число чувств не огра- ничивают пятью. Ведь есть температурная чувствитель- ность, чувство равновесия, чувство времени и т. д.» [4. Т. 1, с. 14]. Человек же как социальное существо имеет и такие

«органы» чувств, которых по определению нет в биоло- гическом (животном) мире: чувства гордости, вдохнове- ния, гнева, стыда, боли от утрат. Наконец, общечеловече- ское свойство – сознание, породившее такой уникальный процессор, как мозг человека, отвечающий за мышление. Мышление – это ядро сознания, это умственный труд. У индивидуума он расположен в основном в лобных до- лях. Мозг человека – это не многослойный «рулет» из се- тей искусственных нейронов, а единый процессор из не поддающихся (пока) учету функциональных процессоров, которые, взаимодействуя, дополняют друг друга. Челове- ческий мозг – это, в конечном счете, не биологическая, а (на заметку конструкторам ИИ) социальная субстанция со всеми вытекающими последствиями. Но вернемся на технико-вычислительную тропу к ИИ.

1 сентября 1939 года грянула Вторая мировая война. И в эти же грозные годы неслучайно появляются первые вычислительные (математические) машины: октябрь 1939 года – американский компьютер Атанасова – Берри; май 1941 года – немецкий Z3; декабрь 1943 года – британ- ский «Колосс». Справедливости ради надо сказать, что первую модель вычислительных машин на энергии элек- тричества создал немецкий изобретатель К. Цузе. В его

машину были заложены: двоичная система исчисления; форма представления чисел с «плавающей» запятой; трехадресная система программирования; наконец, ис- пользование перфокарты, изобретенной еще Ч. Бэббид- жем. Правда, его модели либо не были полностью элек- трическими, либо имели узкое назначение.

Картина качественно изменилась с появлением в 1946 году в США ЭНИАКа – «электронного числового интеграто- ра и вычислителя». ЭНИАК был разработан и смоделиро- ван американскими учеными Джоном Мокли (1907–1980) и Джоном Эккертом (1919–1995). Об этом интерпретаторе и вычислителе следует рассказать подробнее. В нем были использованы и последние достижения математической логики, и новейшие разработки по электронным вычис- лительным машинам. В основу функционирования ЭВМ легли принципы, сформулированные еще в 1945 году Джоном фон Нейманом (1903–1957), американским фи- зиком и математиком венгерского происхождения. Раз- вивая идеи Ч. Бэббиджа, Нейман обосновал, что компью- тер – это совокупность, система, т. е. единство частей по работе с информацией: ввод ее, накопление информации в памяти, обработка ее и вывод для дальнейшего исполь- зования переработанных сведений1.

Клиффорд Пиковер (род. в 1957 году), ученый, изо- бретатель, популяризатор науки, автор более 50 науч- ных книг и 700 патентов на изобретения, утверждал, что ЭНИАК как устройство «стало одним из первых элек- тронных перепрограммируемых (курс. наш – О. П.) циф- ровых компьютеров» [5, с. 91]. ЭНИАК с самого начала создавался для нужд армии США, для продолжения работ по совершенствованию ядерного оружия и, в частности, для создания теперь уже водородной бомбы…

1 О материалистической сущности информации, ее вещественно-энерге- тических основах речь пойдет в очерке VI данной книги.

Историческая справка

Ядерное оружие (атомная бомба) впервые было созда- но в США и использовано в августе 1945 года – Хиросима и Нагасаки. Но США продолжают работать над созданием еще более разрушительной водородной сверхбомбы, хотя Вторая мировая война завершилась победой «союзников». 29 августа 1950 года Л. П. Берия, административно-поли- тический куратор советского Атомного проекта, записал в своем дневнике: «Надо немедля активизировать боль- шие работы по электронным Математическим машинам. Мне докладывают, в США есть уже 8 действующих боль- ших вычислительных Математических машин и они ко- лоссально увеличивают скорость вычислений. Дело новое (для советской прикладной математики того времени – О. П.), но ясно, что надо его немедля двигать, мы уже и так отстали… Говорят, это настоящая революция в прикладной математике, очень упрощает работу физиков» [6, с. 117]. В усилиях, заметим, по «обузданию» ядерной энергии.

Надо сказать, что в нашей стране реальные работы по созданию отечественных ЭВМ (компьютеров) начались еще в 1948 году в Энергетическом институте АН СССР и в Институте электротехники Украинской ССР под ру- ководством академика С. А. Лебедева (1902–1974). Уже 4 декабря 1948 года в Советском Союзе появилась «авто- матическая цифровая электронная машина», созданная ученым И. С. Бруком (1902–1987) и инженером Б. И. Раме- евым, которая получила личный регистрационный номер. Это был компьютер «Агат-4» с монитором на базе телевизо- ра «Шилялис» [7]. В 1949 году Совмин СССР принимает по- становление о разработке двух ЭВМ: быстродействующей электронной вычислительной машины Лебедева (БЭВМ) и параллельно ЭВМ Базилевского–Рамеева «Стрела». А с 1952 года малая электронная счетная машина (МЭСМ) Лебеде- ва уже помогала советским физикам в их расчетах по соз-

данию уже водородной бомбы и использованию ядерной энергии в мирных целях: атомная электростанция (1954 год), атомный ледокол «Ленин» (1959 год).

Но вернемся к ЭНИАКу. Машина состояла из 17 тысяч электронных ламп и почти пяти миллионов соединений, спаянных… вручную. ЭНИАК проработал с 1946 до октя- бря 1955 года. Для ввода и вывода данных использова- лись устройства для считывания перфокарт и карточный перфоратор. Весило это чудо науки и техники… 30 тонн… (Через полвека, в 1995 году, группа студентов-инженеров под руководством профессора Яна ван дер Шпигеля вос- создала его на одной интегральной схеме).

В начале пятидесятых годов вокруг ЭНИАКа развер- нулась шумная пиар-кампания: «Механический мозг расширяет человеческие горизонты»; «Калькулятор по- срамил человека»; «Новая эпоха в сфере человеческой мысли». Другими словами, журналисты подталкивали об- щественное мнение в русле новых практических возмож- ностей будущего ИИ [5, с. 91]. И одновременно, заметим,

«акулы пера» уводили, часто этого не подозревая, в сторо- ну от мыслей хозяев ЭНИАКа.

Механический мозг. Во второй половине ХХ века это словосочетание не шокировало ни ученых-электронщи- ков, ни специалистов-айтишников, ни маститых мате- матиков и даже биологов. В 1963 году академик Сергей Львович Соболев (1908–1989), крупный специалист по теории упругих волн (звука), уравнениям математиче- ской физики, функциональному анализу, вычислитель- ной математике, утверждал: «Человек действительно не может мыслить без мозга, но может создать мозг, кото- рый будет мыслить без человека» [8, с. 87]. И таких вос- торженных почитателей будущего искусственного раз- ума были тысячи. Мыслящий мозг без человека. Многие естественники были, а некоторые до сих пор убеждены,

что мозг как орган человека самостоятельно мыслит, как руки сами работают, ноги сами ходят. Разум, мышление, думали они, – это то, что происходит сугубо внутри мозга, это процессы «общения» между нейронами. Тем более что в середине ХХ века произошли события, которые многие историки ИИ назвали «рубиконом», перейдя который, че- ловечество пошло к своему искусственному помощнику в умственных усилиях с нарастающим ускорением. Речь идет об открытиях Алана Тьюринга.

Биографическая справка

Алан Мэтисон Тьюринг (1912–1954), английский уче- ный-математик; научные интересы по вычислительной математике и математической логике. С юности был влю- блен в великую эвристическую силу математики, в ее воз- можности. В 1936 году в статье «О вычислимых числах» доказал, что в математической науке универсального ме- тода установления истины нет и не может быть. Математи- ка всегда будет содержать не поддающиеся (в конкретный момент? – О. П.) задачи [9, с. 4]. Тьюринг еще в 1936–1937 годах предложил концепцию «вычислительной машины», т. н. «машину Тьюринга». Его концепция была основана на открытом им «абстрактном (математическом) эквивален- те алгоритма»2. Разработал несколько типов цифровых вычислительных машин (ЦВМ), или логических вычисли- тельных машин (ЛВМ). Во время Второй мировой войны работал шифровальщиком, создал дешифровальную ма- шину. Она помогла англичанам взломать секретный код основной шифровальной машины «Энигма» гитлеровской Германии. Это, как утверждают английские источники,

«изменило весь ход Второй мировой войны» [9, с. 4]. (За- метим мимоходом, что на Западном фронте фашистская

2 Логическая эквивалентность – логическая (умственная) операция над высказываниями А и Б, обозначаемая А~Б; ее результат есть высказывание, которое истинно тогда и только тогда, когда А и Б оба истинны или оба ложны [11, с. 177].

Германия потеряла 178 дивизий, в то время как на Совет- ском – 606 дивизий, или в 3,3 больше). Но мы нисколько не умаляем личный вклад Алана Тьюринга в победу над фашизмом в 1939–1945 годах.

Алан Мэтисон Тьюринг умер в 42 года. Бытует легенда, что причиной ранней смерти стало надкушенное яблоко, отравленное цианидом [10. Ч. 1, с. 289].

Тьюринг уже в 24 года убедился, что для автоматизации процедур исчислений необходим алгоритм3, т. е. такой способ движения математической мысли, который тре- бует строгой последовательности решения задачи, чтобы получить искомый результат на основе однозначных ис- ходных данных. Алгоритм в какой-то степени лежал еще и в основе комбинаторики Луллия (XIII век). Тьюринг по- шел дальше числового алгоритма. Он открыл, что и логи- ческие размышления можно с помощью ЭВМ и на основе алгоритма автоматизировать, можно сымитировать ход человеческой мысли. Но не всякой!..

В 1950 году в журнале «Mind» («Разум») была опу- бликована статья Тьюринга «Computing Machinery and Intelligence» – дословно «Вычислительные машины и ум; понятливость». На русский язык заголовок был пе- реведен как «Вычислительные машины и интеллект», хотя английское «Intelligence», как справедливо полагает Т. П. Гаврилова (Петербург), означает «способность рас- суждать разумно» [12, с. 26]. Но способность еще не есть действительность. Рассуждать разумно, мыслить, т. е. ум-

3 Ср.-азиатский ученый аль Хорезми (787–850) в своем сочинении «Об индийском числе» изложил позиционную систему арифметики. Латинский перевод начинался словами: «Dixit Algoritmi» (сказал аль Хорезми); отсюда и произошел термин, означающий (по Лейбницу) всякий порядок действий или правила для получения искомого результата. В русском языке это сло- во впервые появилось в 1835 году. Современное понятие алгоритма уста- новилось в середине 30-х годов ХХ века в работах Геделя (30–31 гг.), Черча (36–41 гг.), Тьюринга (36 г.), Поста (36 г.), Маркова А. А. (47–51 гг.) [2, с. 10].

ственно трудиться, – это прерогатива ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. Интеллект – это показатель способности к мышлению, индикатор его уровня, начальная ступень. Кстати, само словосочетание «искусственный интеллект» появилось впервые в 1956 году. Но мы отвлеклись… Как бы там ни было, в русскоязычную литературу «Intelligence» вошло не как «понятливость», «рассудок», а как «интеллект», что до сих пор приводит к терминологической путанице. Правда, сам Тьюринг писал в 1950 году: «Я убежден, что к концу нашего века … можно будет говорить о мыслящих машинах» [9, с. 27].

Итак, может ли машина (ЭВМ) продемонстрировать разумные (человеческие) способности. Чтобы проверить это, Тьюринг предложил (1950 год) провести оригиналь- ный тест – т. н. «игру в имитацию». Смысл ее в следую- щем: человек-экзаменатор через печатное устройство (голосовой компьютерной связи еще не было) тестирует… компьютер и другого человека. Своеобразный экзамен по определенной теме: «Искусство», «Спорт», и через во- просы-ответы нужно определить или профессию, или пол тестируемых. Все они, и «экзаменатор», и «студенты», на- ходятся в разных помещениях. Получая ответы и от испы- туемого человека, и от испытуемого компьютера, который

«прикинулся человеком», экзаменатор должен опреде- лить, где отвечал компьютер, а где человек. Правда, чтобы компьютер мог «беседовать», в него – самое главное – за- кладывается программа по заранее обговоренной теме, и, главное, такая программа, чтобы компьютер мог, как «ис- пуганный» студент, специально ошибаться.

Вывод! Если после изучения ответов экзаменатор-че- ловек не сможет отличить ответы разумного человека и ответы «разумного» компьютера (who is who), то маши- на прошла экзамен и показала себя человеком. К. Пико- вер не без иронии приводит высказывание французско-

го философа Дени Дидро (1713–1784): «Если бы нашелся попугай, способный отвечать на любые вопросы, я без колебаний назвал бы его разумным существом» [5, с. 95]. Попугаи могут имитировать, воспроизводить человече- ский голос, подражать тембру человека-хозяина. У наших друзей, Анатолия и Люды Керсельян, был кроха-попугай. Чика гордо сообщал гостям: «Чика хороший», а также:

«Клеточка – дом родной»; хозяйку встречал: «Людочка пришла. Красавица пришла». К. Пиковер по поводу го- ворящих компьютеров спрашивает: «Можно ли считать разумными создания, способными «думать», запрограм- мированные должным образом». Компьютер прикидыва- ется человеком. Но если прогресс поднимет электронное устройство выше человека в умственных усилиях, то ком- пьютеру, размышляет ученый, «придется прикинуться менее «умным», поскольку тест предполагает имитацию человеческого поведения» [Там же, с. 95]. А имитирую- щий не может быть рáзвитее того, кого копирует4. Тем бо- лее выше того, кто его создал! Тест Тьюринга до сих пор вдохновляет одержимых идеей машинного мышления. И в XXI веке проводятся т. н. «конкурсы на премию Леб- нера». Специалисты состязаются в разработке программ, чтобы наилучшим образом представить их … человеком. Не обходится и без курьезов. Айтишники-программисты используют неожиданные хитрые приемы, свойственные живым людям: опечатки, вопросы судьям, шутки, даже изменение темы беседы. К. Пиковер приводит пример, как в 2014 году разработанный специалистами из России и Украины робот-собеседник прошел тест и был признан живым тринадцатилетним мальчиком Женей Густманом [5, с. 95]. А Женя Густман – это виртуальный «ребенок» трех

4 Правомерно польский ученый Д. Емельняк предложил к трем законам робототехники Айзека Азимова четвертый закон: «Робот или ИИ не могут об- манывать человека, выдавая себя за человеческое существо» [13, с. 90].

программистов: Владислава Веселова (россиянин, США), Евгения Демченко (Украина), Сергея Уласеня (Россия). На- чал разрабатываться еще в 2001 году в Санкт-Петербурге. И все-таки идеи Тьюринга о наделении машин «раз- умом» оказались достаточно живучими и плодотворны- ми для все новых и новых открытий в области техноло- гии ИИ. Еще в 1947–1948 гг. А. Тьюринг размышлял, «как оценить число переключательных и соединительных элементов человеческого мозга (курс. наш – О. П.), чтобы получить требования к простейшему моделированию» [9, с. 147]. Прошло 70 лет. В 2014 году американские уче- ные Д. Черч и Р. Юсте в духе Тьюринга писали: «Мы воз- лагаем большие надежды на новые разработки по реги- страции, управлению и расшифровке языка мозга (курс. наш – О. П.) – электрических импульсов, которыми об- мениваются нейроны» [14, с. 12]. Нам важно отметить, что, погружаясь в творческую лабораторию А. Тьюринга, британский исследователь ИИ Дональд Мичи считает, что мысли ученого гораздо глубже решения чисто меха- нических компьютерных задач и выходят к положитель- ному решению пусть менее важного (по представлениям Д. Мичи – О. П.) «чисто философского вопроса: при каких обстоятельствах пришлось бы вообще согласиться с при- тязаниями машины на мышление» [Цит. по 9, с. 147–148]. Сам Тьюринг, «голосуя» за способность машин мыс- лить, добросовестно рассматривает возможные возра- жения против этой точки зрения: теологические; страх перед «думающими» машинами; математические; с точ- ки зрения сознания; машина не все может выполнять; ма- шина не может создавать действительно новое; сравнение с человеком (который неформал, сверхчувствительный и т. п.). [9, с. 26–56]. Как видим, Тьюринг, как подлинный ученый, привел солидные контраргументы против ма- шинного мышления, оставаясь при своем убеждении.

На одном контраргументе есть смысл остановиться. Он пишет: «Я вовсе не думаю, что загадки, связанные с со- знанием, непременно должны быть разъяснены прежде, чем мы окажемся в состоянии ответить на вопрос» – смо- жет ли машина мыслить? [Там же, с. 36]. Что можно ска- зать по этому поводу? Пока Наука не доказала, что идея perpetuum mobile противоречит фундаментальным зако- нам физики: закону сохранения и превращения энергии и второму закону термодинамики – закону возрастания энтропии, фанаты-изобретатели работали над вечным двигателем, но попутно создавая массу полезных вещей. А появление «сознания» у технического тела – искус- ственной нейронной сети, – работающего по физическим законам, противоречит фундаментальным законам появ- ления и функционирования социальной формы материи. О «машинных притязаниях» на мышление или хотя бы на самостоятельный интеллект речь пойдет во второй части книги. А пока вновь перенесемся в середину прошедшего столетия.

1948 год. В свет выходит знаменитая работа Норбер-

та Винера (1894–1964) «Кибернетика, или Управление и связь в животном и машине». Кто такой Н. Винер?

Биографическая справка

Норберт родился в 1894 году в еврейской семье. На- стоящий «вундеркинд». В семь лет свободно читал. В де- вять лет увлекся дарвинизмом; школу закончил, когда ему было 11 лет, а в 14 лет – институт. Девятнадцатилетним юношей защитил диссертацию по философии математики, точнее – по математической логике. Учился у Дж. Сантая- ны, Дж. Ройса, Э. Гусельра, Б. Рассела. С последним много работал по вопросам использования логики в математи- ческих исчислениях. В годы Второй мировой войны откры- то занял антифашистскую позицию; разрабатывал осно- вы науки управления реактивными снарядами; часть его

работ по Абердинскому испытательному полигону была засекречена. Труды Винера отражают фундаментальность, энциклопедичность, стремление к междисциплинарно- му синтезу, связи теоретических построений с практикой. В последние годы обратился к проблемам взаимодей- ствия человека с информационными вычислительными устройствами. Выступал за ответственность ученых перед человечеством.

С 1948 года Н. Винер с головой окунулся в главную тему своей насыщенной научной жизни. Именно тог- да вышел в свет его капитальный труд «Кибернетика». Ученый опирался на теорию автоматического регули- рования в системах с обратной связью, разработанную Д. К. Максвеллом (1857–1918), однако, как подчеркивает профессор В. И. Кашперский, придал кибернетике фило- софско-методологическое звучание [15, с. 303]. Почему? Винер полагал, что «все разумное поведение – следствие работы механизмов обратной связи; возможно, и разум как таковой – результат получения и обработки инфор- мации» [цит. по 5, с. 97]. Отсюда убеждение ученого, что мозг человека функционирует подобно ЭВМ, причем с двоичной системой исчисления. Забегая вперед, заме- тим, что если компьютер оперирует битами (электрон- ный), кубитами (квантовый), т. е. цифрами, символами, то человек с помощью своего социального мозга познает мир с помощью образов, смыслов, содержательности ин- формации [16, с. 38–44].

Оставим пока за скобками убеждение ученого, что информация (материальный поток отражения) сама по себе, без влияния целого комплекса факторов, порождает разум. Ведь разум – это разовый ум человека, т. е. произво- дное, единичное от общего, от УМА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. Нам важно подчеркнуть, что перспективной для технологии ИИ оказалась идея Винера о том, что для эффективного

управления важна работа с информацией, с возможно- стью считать ее, с реакцией на нее.

Откуда же появился термин (идея) «кибернетика»? Для этого есть смысл на машине времени переместиться в V век до н. э., чтобы встретиться с гением Античности Пла- тоном. Именно Платон использовал слово «кибернетика», что означает «искусство кормчего». Именно кормчий, ру- левой, штурвальный, получая и перерабатывая информа- цию (сведения) о положении судна на море, принимает соответствующее решение. Кибернетика в устах Плато- на – искусство управления. В 1834 году вышла работа Ан- дре-Мари Ампера (1775–1836) «Опыт о философии наук, или Аналитическое изложение естественной классифика- ции всех человеческих знаний». В своем теоретико-миро- воззренческом труде основоположник электродинами- ки назвал кибернетику наукой о текущей политике и об управлении человеческим обществом. Но ведал ли Ви- нер о «кибернетике Ампера»? Г. Н. Поваров полагает, что

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.