Владимир Сухинин
Вопреки всему 2

Любовь и боль, надежда, страх, —
Все заперто в глазах любимых.
И память лечит, как монах,
Сердца, разбитые уныньем.

Так берегите память о былом,
Она как нить, связующая время,
Пока душа еще надеждою жива,
И суеты снимите бремя…

Краткое вступление

Человек не властен над временем. Не в его силах изменить судьбы мира, если не он сам стал причиной разрушительных процессов. Виктор Глухов, сам того не ведая, запустил лавину событий, которая изменила вселенную Закрытого сектора. Его появление в Закрытом секторе стало тем маленьким камешком, что вызвал обвал, сметающий старые порядки и рождающий новый, ужасающий мир. А его исчезновение разрушило прежний миропорядок

Три стража Горы, словно проснувшиеся древние боги, притянули миры Инферно и Сивиллы, разорвав кокон черной энергии. Грань между мирами рухнула, и хаос хлынул в Сивиллу, словно темная волна, поглощающая все на своем пути.

Катаклизм не оставил видимых следов разрушения: не было ни убитых, ни пожарищ. Но разрушение началось в самом сердце людей. Устои общества затрещали, как ветхие стены под натиском времени. Друзья становились врагами, семьи распадались, как хрупкие стекла. Брат восставал против брата, отец враждовал с сыном. Хаос словно чума распространялся по планете, охватывая ее все сильнее, как неумолимая смена времен года. Природа стала враждебна к разумным. В степи началась продолжительная засуха. Вечный лес стал гибнуть от наплыва вредителей. На острова в океане налетели цунами и проливные дожди. На Лигирийскую империю и Вангор пришли ужасающие морозы. Разумные роптали и винили во всех бедах тех, кого видели пред собой, их сердца наполнились завистью, ненавистью и злобой.

Король гномов повел хирды на войну с дзирдами. И в трех кровопролитных сражениях потерял и армию, и магов. Дзирды отстояли свои территории, но умылись кровью. У этих государств не было больше сил продолжать войну. Под монархами затрещали троны. Наступило время Великой Замятни.

Глава 1

Высокие планы бытия

Месяц, или трик по местному исчислению, прошел с тех пор, как на свет появился маленький наследник. Гномка, заботливая мать, с нежностью и тревогой наблюдала за сыном, обдумывая будущее, которое казалось туманным и полным неизвестности. В это время тревожные вести приносили другие хранители, и их мрачные лица говорили о надвигающейся буре событий.

Авангур, обычно спокойный и мудрый, был теперь замкнут и неразговорчив. На все вопросы он отвечал односложно, словно пряча за этими словами что-то важное: «Я изучаю процессы. Когда что-то станет ясно, я сообщу». Велес и Торн, два верных друга, редко появлялись на Горе, проводя время среди людей. Они говорили о гибели скота, участившихся случаях грабежей и разбоев, которые сотрясали Сивиллу, словно гром среди ясного неба.

Лишь Бортоломей, словно бабочка, порхающая среди цветов, оставался в приподнятом настроении. Он сочинял оды и восхвалял гномку, но его легкомысленность больше раздражала управительницу горы, чем радовала. Она терпела его присутствие, потому что он был единственным источником свежих вестей. Но эти вести не приносили утешения.

Гномка, чувствуя, как тревога все сильнее окутывает ее сердце, решила устроить праздник в честь трика рождения сына. Она пригласила на этот торжественный день всех жен Ирридара, чтобы разделить с ними свою радость и беспокойство.

Глазастая не просто так собрала своих подруг-сестер. Она хотела передать им чувство тревоги, которое охватило ее с недавнего времени. Она не могла отбросить эти мысли как малозначимые, ведь Гора нашептывала ей, что близится время великих испытаний. Но Гора не давала ей ответа, что делать. Гномка решила взять судьбу в свои руки и действовать, опираясь на свой опыт и здравый смысл.

Праздник начался с веселья и радости, но в воздухе витало напряжение, словно неясная тень грядущих событий. Гномка внимательно наблюдала за своими подругами, пытаясь уловить их реакции, но пока никто не проявлял особого беспокойства. Она знала, что время для действий приближается, и сердце ее билось все быстрее, предчувствуя грядущие перемены. Непредсказуемое провидение вознесло ее на вершину власти, даровав высокое положение среди жен, и это бремя давило на плечи маленькой женщины. Только сила духа и забота о сыне давали ей силы и укрепляли ее волю.

Первой тревогу в глазах гномки заметила Ганга, ей тоже предстояло на днях разрешиться сыном.

– Что-то случилось, Глазастая? – тихо спросила она, наклоняясь к ней. Остальные женщины тискали по очереди крупного щекастого младенца и не обращали на них внимания.

– А ты не замечаешь? – так же тихо в ответ спросила гномка и внимательно посмотрела в глаза орчанки. Ганга задумалась.

– Вроде есть что-то, что выбивается из прежних времен, – неуверенно произнесла она.

– Например? – спросила гномка.

– Ну, например, засуха в степи и выборы хана. Начались склоки среди вождей. Сначала шло все гладко, но сейчас атмосфера в ставке накалилась, там появилась небольшая партия вождей, что против Быр Карама, они мутят воду. Кое-что им удается. Часть вождей из подгорных кланов орков присоединилась к ним. И когда вопрос казался решенным, споры возникли снова. Но как это касается нас?

– Я не знаю, но чувствую приближение больших перемен, и не в лучшую сторону. Поверь мне, спокойные времена прошли, нужно посоветоваться.

Ганга посмотрела на гномку и кивнула, выпрямилась и строго произнесла:

– Девочки. Отдайте малыша няньке. Нам нужно обсудить будущие проблемы.

– Что-то случилось? – первой спросила растерявшаяся Лирда.

– Пока нет, но все возможно. Наша старшая сестра имеет слово, которое хочет нам сказать.

– Ну ты и выдала, – рассмеялась Тора, – прямо как лер на Высшем совете.

– Тора, не до шуток. Давайте послушаем Глазастую, – без обиды произнесла Ганга и улыбнулась. Ребенка забрала нянька-гномка и ушла, оставив женщин одних за праздничным столом.

Глазастая уселась поудобнее и изобразила непринужденную улыбку. Но ее выдавали глаза, большие и полные беспокойства.

– Девочки, конкретно мне вам сказать нечего, лишь ощущения и ожидание неприятностей, и к ним надо быть готовыми.

– Фр-р-р, – фыркнула Тора, – и это все, что ты хотела нам сказать?

Ганга бросила на снежную эльфарку гневный взгляд и спросила:

– У тебя на фронте все в порядке?

– На фронте? – растерянно переспросила Тора. – А я тут при чем? Там командует крошка…

– Тора, я спросила тебя про фронт – ты опекунша, как ты выразилась, крошки.

Тора-ила посерела, что означало, что ей стыдно.

– Простите, я была неправа, – произнесла она. – Нет, не все в порядке. Войска ополчения завязли на двух перевалах. Неожиданно на горы обрушилась суровая зима с метелями. Лесные эльфары сумели укрепить города-крепости на двух перевалах: на Восточном и Центральном, а Западный перевал блокировали силами корпуса, который стоял против орков. Но когда волчата ушли, его перебросили к Западному перевалу. Силы ополчения не могут взять штурмом с севера эти крепости. А с тыла, по низшей дороге, пройти невозможно, этот путь блокируют силами корпуса, что выдвинулся с границ со степью.

– А Старшие дома? – спросила гномка. – Что они делают?

– Они сидят в своих крепостях и на войну не идут, – ответила Тора и опустила голову. – После того как наш муж исчез, а орки ушли из Снежных гор, по их традициям они не могут воевать, пока не избран новый хан. Войска ополчения топчутся на месте, и тут еще погода испортилась…

– А у тебя, Чернушка, как обстоят дела в княжестве? – задала вопрос гномка.

– Не так хорошо, как бы хотелось, – неохотно ответила та. – Отряды разбойников продолжают бесчинствовать на дорогах, и они неуловимы…

Гномка перевела глаза на лесную эльфарку, та сжалась под ее взглядом.

– Лирда, как дела в графстве? – спросила гномка.

– Вроде нормально, но прибыли посланцы от ректора Азанарской Академии и просят Ирридара прибыть на разговор. Я не знала, что им ответить, и сказала, что не знаю, где он сейчас. Убыл по делам.

– Они сказали, зачем он нужен в академии?

– Вроде нет… Но какой-то Луминьян что-то важное сообщил, что требуется обсудить, так и просили передать мужу…

– У тебя все время вроде и вроде, – возмутилась Ганга. – А как на самом деле?

– Сложно, – вздохнула Лирда. – Дворфы требуют продать им рудники или грозятся закрыть их и уйти…

– Да, – гномка кивнула, ее взгляд был серьезным и сосредоточенным. – Я почувствовала, как напряжение сгущается в воздухе, словно невидимая тень, и поняла: пора действовать и принять необходимые меры для защиты наших интересов.

– Какие меры? В каком направлении? – нетерпеливо спросила Чернушка, ее глаза выражали всю глубину ее волнения.

– Давайте вместе подумаем, – ответила гномка спокойным тоном, но в ее голосе присутствовала некая задумчивость. – С чего начать?.. – Он подняла глаза к потолку, словно искала там ответ на свой вопрос. – Степь и Вангор нас не тревожат. Не мы выбираем хана, и дворфы не решают, кто будет владеть рудниками в графстве Тох Рангор. Если мы закроем рудники, то не обеднеем. Золота у нас хватает, но проучим этих зазнаек. Пусть дворфы уйдут, а лучше выпроводи их, Лирда, и поставь стражу у входа из своих древолюдей. – Лирда кивнула, ее лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло одобрение. – Они сами вернутся, и ты предложишь им арендную плату за пользование рудником в два раза больше. Уверена, они примут твои условия. Я знаю этих несносных коротышек, они смелы и уперты, когда их много. А чуть прижмешь – и сразу сдают назад. Тогда что у нас остается? – задумчиво произнесла гномка, ее голос стал более уверенным.

– Княжество Чахдо, – ответила Ганга, и в ее вопросе проскользнула тень сомнения. – У тебя есть какое-то предложение?

– Есть, – кивнула Глазастая, и ее глаза неожиданно блеснули, как две яркие звезды в ночи. – Но сначала я расскажу вам, что узнала от Бортоломея, а ему рассказал Аргинар. Слушайте. – Гномка приняла заговорщицкий вид и понизила голос, заставив других женщин насторожиться и прислушаться к ее словам. – Все, что произошло в княжестве Чахдо, произошло с подачи Эллариона – хранителя Вечного леса. Он опасается, что дзирды, которые остались в княжестве, вторгнутся в Вечный лес по приказу Чернушки и атакуют незащищенные тылы Лесного княжества, чтобы помочь снежным эльфарам в их войне. Поэтому он рассказал Машвелу о наших слабых сторонах жизни, и тот решил захватить власть в княжестве, а заодно и Гору. С этой целью он похитил Чернушку, чтобы шантажировать меня. Он передал, что если я не откажусь от власти на Горе, то он убьет Чернушку, а потом и всех вас…

– Вот гад! – воскликнула молодая и несдержанная Лирда. – Пусти меня к нему, я его на куски порежу. – Она вскочила и воинственно выхватила из складок нарядного платья кинжал.

– Сядь уже, – осадила ее Ганга. Лесная эльфарка спрятала кинжал и сконфуженная села на свое место.

Тора задумчиво глядела на гномку. Та уловила ее взгляд и сама прямо посмотрела на снежную эльфарку.

– Что? – спросила она ее.

– А если бы не получилось спасти Чернушку, ты бы отдала власть на Горе?

– Нет, – отрезала гномка.

– И даже когда пришли бы за нами, ты тоже не стала бы отдавать Гору взамен наших жизней? – спросила Тора.

– Я бы постаралась спасти всех вас, что я и делаю сейчас, Тора. К чему эти ненужные вопросы?

– Я хочу знать, – задумчиво глядя на гномку, произнесла снежная эльфарка, – насколько я могу на тебя полагаться.

– Полностью, – ответила гномка и не отвела взгляд. – Но Гора принадлежит не мне и не тебе, она собственность нашего мужа и наследство…

– И конечно же, наследник нашего мужа – твой сын, – неожиданно перебила ее Тора визгливым резким голосом, в котором явно слышалось раздражение, и ее глаза блеснули негодованием.

– Тора, – голос Чернушки стал подобен грому, взгляд княгини Чахдо выражал негодование и гнев. – Ты забываешься. Глазастая заботится о нас и о наших будущих детях. О каком наследстве ты говоришь? Ты хочешь забрать то, что тебе не принадлежит. То, что ты не собирала. Просто родив младенца, желаешь передать не свое ему?

– Почему не свое? Муж и жена – одно целое, – не сдалась Тора.

– Только этих целых частей пять, – ответила Чернушка. – Тебе должно быть стыдно, что сейчас, когда наш муж еще жив, ты делишь его наследство.

Тора как-то быстро сникла, услышав ее слова, смутилась под осуждающими взглядами других женщин.

– Простите меня, – прошептала она, опуская глаза. – Я не знаю, что на меня нашло. И ты, Глазастая, прости меня…

– Я не серчаю, и не обижаюсь, – мягко ответила гномка. – Хочу вам пояснить: никто не может получить гору, если она этого не захочет или я не передам ее другому. Гора признала меня Управительницей наследия нашего мужа. Значит, признала достойной.

– А мы что, недостойны? – вновь не сдержалась Тора. Ее гордость была задета, и она горела негодованием. – Ты пришла в семью последней и вдруг стала первой. Это разве справедливо? Мы должны выпрашивать у тебя золото и докладывать о том, что сделано. Это унизительно…

– Давай проверим, – спокойно ответила гномка. – Я вслух при вас попрошу Гору отметить ту, которая достойна управлять Горой и ее силой. И если она признает достойной этого положения тебя, Тора, я передам управление тебе. А если она не признает тебя достойной, то пусть даст нам всем знак.

– А давай, – нервно, с небольшой долей злости в голосе произнесла снежная эльфарка. Она выпрямилась и с вызовом посмотрела в глаза каждой из жен Ирридара. Ганга криво усмехнулась, Чернушка пожала плечами, а Лирда прыснула:

– Пусть у недостойной соискательницы вырастут оленьи рога. Лично я не стремлюсь сидеть на горе.

– Есть еще желающие занять мое место? – спросила гномка, ее голос звучал негромко и спокойно, как шелест волн реки.

– Нет, я не хочу, – ответила Ганга.

– И я не хочу, – ответила Чернушка. – У меня есть чем заниматься.

Пусть будет по-вашему, – произнесла Глазастая и проговорила: – Гора, пусть достойная управлять горой получит от тебя знак, а недостойная получит оленьи рога.

И в тот же миг гномка озарилась золотым светом, от которого резало глаза. Женщины прижали руки к глазам, чтобы сберечь зрение. А Тора дико закричала. Когда женщины открыли глаза, они увидели на голове снежной эльфарки рога, а сама Тора лежала на полу без памяти.

– Доигралась, – осуждающе произнесла Лирда, – вот дуреха. Все ей мало. Вот они, снежные эльфары, гордые и порочные… Тролли, что сказать… – добавила она с усмешкой.

– Лирда, не говори глупости, – остановила ее гномка, – не надо нас делить на народы, мы сестры и жены одного мужчины, хотя каждая из разных рас. – Она подошла к лежащей без памяти Торе и поводила рукой над ее головой. Рога тут же исчезли.

Ганга молча взяла стакан с водой со стола и плеснула его в лицо снежной эльфарки. Та вздрогнула и пришла в себя, вытерла лицо и огляделась, затем быстро схватилась за голову.

– Уф, – выдохнула она. – Мне показалось, что у меня на голове выросли рога.

– А они и выросли, – ответила Лирда. – Только когда ты упала без чувств, Глазастая их спилила. Ты полазь по голове руками, там остались пеньки.

Тора стала быстро ощупывать голову, ее лицо исказилось от страха.

– Поверила, поверила! – рассмеялась лесная эльфарка. – Ну что, рогатая, продолжаешь считать себя достойной управлять горой? – спросила она с вызовом. Тора выглядела пришибленной, исподлобья посмотрела на Лирду и неожиданно расплакалась.

Все женщины тут же быстро подошли к ней, обняли и стали успокаивать. Гномка гладила ее по голове и приговаривала:

– Тора, у нас один муж, но разное предназначение. У нас одна судьба, но разное служение. Быть управительницей наследства мужа – это тяжкое бремя, а не сладкая власть, поверь мне. Девочки, сядьте на свои места, я еще кое-что вам расскажу.

Женщины расселись. Тора вытерла слезы и быстро пришла в себя. Оглядев подруг, гномка продолжила:

– То, что я стала управлять горой, это заслуга нашего мужа. Все хранители имеют долгосрочные планы и могут претворять их в жизнь. Они могут видеть результат своих планов заранее. Это происходит на горе. Мне об этом проговорился Бортоломей, и он рассказал, что я была в планах нашего мужа на случай его длительного отсутствия. Вернее, не конкретно я. План был такой, что управлять ею будет самая чистая сердцем и разумная. Вот так гора выбрала меня… Хранители строят свои планы так, чтобы они простирались на столетия вперед. И если им что-то мешает по ходу планирования, они меняют планы. Я тоже попробовала планировать будущее.

Женщины выслушали гномку, затаив дыхание.

– И как, получилось? – не сдержалась Лирда.

– Не совсем, я не знаю точно, как это работает, но я старалась. И мои планы столкнулись с планами хранителя Леса, – закончила она.

– Каким образом? – спросила Чернушка.

– Сейчас расскажу, – ответила гномка. – Ну, сначала ты должна знать, что на дорогах в Лигирийскую империю грабят не разбойники, а лесные рейдеры. Они убивают всех, не оставляя свидетелей. Хранитель Леса хочет погрузить княжество в хаос и не дать тебе возможность помочь снежным эльфарам одержать победу в войне. Я примерно представляю его план. Готовы слушать?

Женщины закивали. Их настороженные любопытные взгляды были устремлены на гномку.

– По плану хранителя Вечного леса, лесные эльфары должны удержать перевалы до весны. Суровая зима начнет действовать на снежных эльфаров из ополчения, и они начнут разбегаться. Еще он надеется вступить в сговор с главами Старших домов. Он хочет заключить мир с ними, а не с ополчением. Главы Старших домов в большинстве своем продажны и ленивы. Прости, Тора, – гномка виновато улыбнулась вспыхнувшей негодованием Торе-иле. – Но это так. Они хотят править и пойдут на все, чтобы сохранить былую власть. Ополчение им мешает, может отстранить их от власти в случае победы над Лесом. Князь Вечного леса хочет оставить за собой перевалы, и главы Старших домов, чтобы сохранить власть над княжеством, пойдут на это. Но такое положение вещей вынуждает Чернушку прийти на помощь союзникам – снежным эльфарам. И вот как войска дзирдов нападут на Лес? – спросила гномка, глядя на Чернушку. Та ненадолго задумалась.

– Путь один – через море, – ответила она. – От Старых гор Вечный лес отделяет полоса Проклятого леса, там многие из моих воинов найдут смерть, и поход на Лес будет неудачным. Значит, надо договариваться с капитанами кораблей для перевозки войск, а все капитаны находятся в Лигирийской империи. – Чернушка задумалась: – У меня есть там агенты, и я найду два десятка кораблей, посажу тысячу воинов, и они войдут в Лес с восточного побережья – там нет войск Леса, и путь на столицу открыт. – Она радостно блеснула глазами.

– Все верно, – ответила гномка, – только радоваться рано. Элларион это учел и заключил союз с хранителем морей и океанов, он дает ему благодать для развития своей горы, и тот по его просьбе потопит корабли и твою тысячу воинов вместе с ними. Это есть в планах хранителя Леса.

– Даже так! – растерялась Чернушка. – И что же делать?

– По моему плану мы должны собрать здесь, на горе, тысячу бойцов, дзирдов и вампиров Ганги. Атаковать будем Восточный перевал после того, как метели поутихнут. Вампиры проходят в город-крепость и приносят с собой негаторы магии, убивают всех старших командиров, включают негаторы и открывают ворота. В это время отряды дзирдов телепортируются к городу и врываются внутрь. У них будут на вооружении иглометы и молекулярные мечи. Лирда, ты должна их будешь доставить с корабля-базы сюда. И еще броню для воинов.

– Сделаю, – кивнула лесная эльфарка.

Убедившись, что девушка поняла, гномка продолжила:

– Уверена, крепость будет захвачена быстро. Потом ополчение атакует Центральный перевал с востока по нижней дороге, а вампиры и дзирды возвращаются на гору и атакуют крепость на Центральном перевале изнутри. Вампиры опять убивают главных командиров. Лишают войска Леса управления. Дзирды захватывают город, а ополчение – перевал. Таким образом мы захватываем два перевала. Пусть корпус лесных эльфаров топчется у Восточного перевала. Войска дзирдов возвращаются на гору и телепортируются на восточное побережье, оттуда атакуют столицу. При этом новый князь Вечного леса запросит мира или обратится к императору Вангора с просьбой отвести войска дзирдов. Он передаст ему крупную сумму золотом.

– И что дальше? – спросила внимательно слушавшая план гномки Чернушка и получила неожиданный ответ:

– Не знаю. Дальше план не действует. Я пройти более длинный путь в плане не смогла – сил не хватило. Но и этого достаточно, чтобы очистить Снежные горы от захватчиков. Но надо ввести хранителя Вечного леса в заблуждение и начать арендовать корабли. Пусть думает, что его план работает.

– План операции отменный, – восхитилась Чернушка, – и простой. Он должен сработать. А что будет, если в игру вступят Старшие дома? Как они себя поведут? – подумав, спросила Чернушка. – Мы не можем не учитывать их в раскладе сил. Они могут собрать значительное, хорошо обученное войско. На чьей стороне они выступят?

– Они будут противниками ополчения, – заявила гномка и посмотрела на Тору, та пожала плечами. – Тора, на тебя возлагается задача сообщить о нашем плане генералу Керне и согласовать по времени этот план. Войска ополчения должны будут оттянуть на себя значительные силы, ее удар на севере будет отвлекающий.

– Я поняла, – покивала Тора, – это несложно сделать. Но все же вы зря думаете, что Старшие дома вступят на путь предательства интересов родины. Да, согласна, они не сражаются за ее освобождение. Но все потому, что Керна не захотела с ними делить власть. Она…

– Тора, ты зря сотрясаешь воздух своими словами, – оборвала ее гномка, – я не свое суждение говорю, а рассказываю этапы небесного плана. Там, – она указала пальцем в потолок, – всё знают заранее, а ты, как всегда, живешь в тени своих заблуждений.

Тора вспыхнула, но тут же взяла себя в руки.

– И все равно, – произнесла она подавленным голосом, – я остаюсь при своем мнении.

– Оно приведет тебя к неприятностям, – ответила гномка и отвернулась. – Итак, девочки, – обратилась она ко всем, – пока все более-менее ясно. Возвращайтесь по домам и готовьтесь к реализации нашего плана.

– Твоего плана, – не преминула вставить свое слово Тора.

– Плана, который позволила мне создать и рассчитать Гора, – тихо, почти шепотом произнесла гномка, ее голос дрожал от сдерживаемых эмоций. – Простите, мне нужно кормить сына.

С этими словами она поднялась, ее фигура на мгновение застыла на месте, словно высеченная из камня, а затем, не оглядываясь, она решительно направилась в свои личные покои. Дверь за ней тихо закрылась, оставив за собой шлейф напряженности и недосказанности.

– Ты когда-нибудь успокоишься? – глядя на Тору, зло прошипела Лирда, но осеклась под взглядом Чернушки.

– Я вам так скажу, – произнесла княгиня Чахдо. – Время все расставит на свои места. Кто-то набьет шишки и после этого примет правильное решение. А кто-то будет постоянно совершать одни и те же ошибки. Я это вижу так. Не прощаюсь, сестры, но иду выполнять свою часть плана.

– И я, – тут же отреагировала Лирда.

Они исчезли, растворившись в тишине. В зале за праздничным столом остались Тора и Ганга. Ганга молча созерцала стену с картинами из жизни нарядно одетых пастушек. Тора нервно дергала рукав платья.

– Ты считаешь, что я неправа насчет гномки? – спросила она, не выдержав томительной тишины.

– Ты сама все поняла, – ответила Ганга. – Но ты избалованная принцесса и не хочешь признавать свои ошибки. Я не сочувствую тебе и не виню. Каждая из нас может ошибаться и будет за свои ошибки расплачиваться. Но если ты со своей непомерной гордыней и высокомерием подставишь всех нас под удар, Тора, то знай, мало тебе не покажется. Я все сказала, – произнесла Ганга и тоже исчезла. Тора осталась одна и от обиды прикусила губу.

– Они меня не понимают, – прошептала она. – Они меня презирают и не любят…

* * *

Планета Сивилла. Снежные горы

В заснеженных горах бушевала нескончаемая и яростная пурга. Северный ветер гнал тучи, нагруженные снегом, которые, столкнувшись с теплым дыханием океана, рождали метели. Горные дороги словно в танце исчезали под снежным покровом, скрывая свои тайны. Мороз крепчал, и в древних замках глав Старших домов пылали неугасимые печи, даря лишь иллюзию тепла в этом царстве зимней стихии. В этих крепостях царили уныние и безысходность. Главы Старших домов не могли смириться с потерей власти и влияния, но и изменить ход событий не имели сил и возможности. Они заперлись в своих твердынях в преддверии конца сытой и праздной жизни.

Льерину Розал-илу известие о смерти брата повергло в уныние. Все надежды на будущее, возвращение величия Дома, сгорели в огне войны вместе с несбыточными мечтами стать матерью нового князя. Сын записался в ополчение и вместе с дружиной Дома воюет под стенами крепости на Восточном перевале. Среди глав Старших домов царит смятение и страх. Они отодвинуты от решений и не принимают участия в войне, которая вроде бы складывается в пользу ополчения.

«Но это опять же только слухи», – подумала льерина, глядя на огонь камина. Она поплотнее закуталась в меховую накидку и поежилась. Несмотря на близость огня, она мерзла.

В дверь неслышно вошла служанка.

– Госпожа, – тихо позвала она льерину. – К вам гость.

Розал-ила подняла голову с пышной прической и рассеянно посмотрела на девушку.

– Что? – переспросила она.

– К вам гость, госпожа.

– Кто такой? – подумав, спросила льерина.

– Это гостья, госпожа, она представилась другом вашего брата.

– Даже так, – без особого интереса произнесла льерина. – Проводи гостью в зал для приемов, я скоро подойду. – Она поднялась живо и быстро, словно не было полусотни прожитых лет, и пошла на выход.

В зале для приемов у камина грела руки моложавая снежная эльфарка в богатой одежде из меха полярной лисицы. Ее лицо не было знакомо Розал-иле. Она недолго разглядывала незнакомку и жестом руки предложила ей сесть за стол.

– Вы голодны? – спросила она.

– Нет, льерина Розал-ила, я не голодна.

– Вы сказали, что вы друг моего погибшего брата?

– Не совсем так, льерина Розал-ила, я представляю интересы князя Вечного леса, а ваш брат служил ему, но служил тайно. Вам это хорошо известно. – Незнакомка улыбнулась, показывая, как много она знает о жизни брата.

Розал-ила напряглась, окинула незнакомку цепким взглядом и, медленно произнося слова, спросила:

– А вы не боитесь, что я вас схвачу и посажу в темницу?

– Это не в ваших интересах, льерина, разговор будет о будущем вашего сына и всего Снежного княжества.

– Даже так? – Розал-ила с трудом сохранила маску спокойствия. – Вы знаете, где мой сын?

– Да, он в армии ополчения, командует дружиной из вашего Дома, очень успешный командир, отличился и имеет заслуги перед генералом Керной.

– Он жив, не в плену? – прямо спросила Розал-ила.

– Да, жив и не в плену, но разговор не о нем конкретно. Он в небесных планах должен стать князем Снежного княжества. У него есть права на это место. Есть три претендента на престол княжества: принцесса Тора-ила, ваш сын и некая девочка Аврелия, что сейчас стала объединяющим фактором Домов Снежного княжества и ополчения. Но если Аврелия случайно погибнет, то на место великого князя будут претендовать два кандидата: ваш сын и Тора. Тора-ила себя скомпрометировала замужеством за человеком, и ее не выберут, а вот ваш сын, вполне вероятно, может занять трон князя. Конечно, с поддержкой князя Вечного леса. Тайно, разумеется.

Розал-ила быстро просчитала в уме все варианты. Опытная в делах интриг и подковерных сражений, она поняла, с чем прибыла гостья.

– Как вас звать? – спросила она.

– Марьяна-ила.

– Из какого вы Дома?

– Это неважно. Я служу Вечному лесу, льерина Розал-ила.

– Хорошо, – кивнула хозяйка замка. – Что вы хотите мне передать?

– Новый великий князь Вечного леса хочет мира со Снежным княжеством. Но мира почетного, где обе стороны остаются при своих интересах. Войска Леса уходят из пределов Снежного княжества, и между княжествами заключается договор о дружбе и помощи. В конце концов, оба народа имеют одни корни.

– Вот как? – скептически произнесла Розал-ила. – Мы же вроде по меркам Вечного леса животные.

– Так было при бывшем князе. Новый князь хочет устранить всякую разделяющую народы ненависть и неприязнь…

– Так в чем дело? Пусть войска Леса сдадут перевалы и уходят в свой лес…

– Не все так просто. Князь Вечного леса хочет заключить договор со Старшими домами. Он видит в них прочную основу будущего мира. Ополчение разнородно, и оно слишком воинственно, там звучат лозунги до победного конца войны в столице Вечного леса. Им мир не нужен. Им нужно поражение Вечного леса. А это не в интересах глав Старших домов и, конечно, великого князя Вечного леса…

– Хорошо, я понимаю мотивы князя, но как я могу помочь в деле мира? – с сомнением в голосе спросила Розал-ила, ее голос предательски дрогнул, выдавая охватившее ее волнение. Что не ускользнуло от внимательного взгляда гостьи.

Марьяна в упор посмотрела на льерину и ответила холодно и прямо, как удар клинка:

– Прямо, Розал-ила. У вас есть влияние среди глав Старших домов, вас считают женщиной мудрой и проницательной. Вам нужно встретиться с главными противниками ополчения. Их возглавляет лер Вимта-ил из могущественного Дома Крутого кряжа. И передать ему слова князя: он обеспечит его и его друзей золотом в размере миллиона золотых монет. Этих денег хватит, чтобы собрать войска, двинуться к столице, захватить ее и объявить состав нового Высшего совета…

– Но их не примут в княжестве, – попыталась поспорить Розал-ила. – Печать совета у лера Чарта-ила.

– Да, я знаю, что на Восточном перевале сидит небольшой совет, его возглавляет Чарта-ил, а у него в подручных девочка Аврелия. Войска Старших домов должны будут выдвинуться к Восточному перевалу и атаковать крепость на перевале. С другой стороны им поможет корпус Вечного леса. Город быстро падет, и печать, и сам Чарта-ил достанутся победителю. А во время боевых действий многие могут умереть: и Чарта-ил, и Аврелия. После этого новый Высший совет обратится к князю Леса с призывом о мире, тот примет это предложение и заключит мир. Войска Леса уйдут к себе, а Высший совет приступит к избранию великого князя по старым традициям народа Снежных гор, и им станет ваш сын, льерина. Он вас слушает и будет исполнителем вашей воли.

– На пути войска Старших домов стоят дворфы, им не пройти из столицы к перевалу, – ответила безжизненным голосом льерина Розал-ила, ее вспыхнувшая было надежда быстро поугасла.

– Это вполне можно утрясти золотом, – улыбнулась гостья. – Дворфы ценят договоры, но еще больше золото. И мы им его предоставим. Так и передайте главе Дома Крутого кряжа. Деньги для войска я готова вам передать прямо сейчас.

После этих слов на полу перед Розал-илой появился сундук, обитый железными полосами. Гостья ногой открыла крышку сундука, и в глаза льерине Розал-иле брызнул отраженный от лампы свет золотых монет. У нее закружилась голова и пересохло во рту. Монет было много, просто очень много.

– Здесь миллион? – хрипло переспросила она, не отрывая взгляда от золота.

– Один миллион золотых илиров, льерина, – подтвердила гостья. – Все это я оставляю вам и буду докладывать князю, что подарок вы приняли.

– Да-да, – горячо произнесла Розал-ила, продолжая пожирать глазами богатство, свалившееся на нее, – я принимаю ваш подарок и постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы ваш план сработал.

– Это не мой план, а план князя Вечного леса, льерина. Я рада, что мы нашли общий язык и понимание, и ненадолго прощаюсь с вами. Скоро я вернусь, чтобы помогать вам в вашем нелегком, но таком важном для страны снежных эльфаров деле. – Девушка встала, поклонилась кивком головы и растворилась в воздухе.

***

Вечный лес. Столица княжества

В парке княжеского дворца вековые деревья стояли как молчаливые стражи, их листва шептала гневные заклинания. Гнев и недовольство словно густой туман окутывали весь лес, проникая в сердца людей и животных. Многие деревья, пораженные гнилью, страдали от неизлечимой болезни, и даже могущественные маги-друиды не могли облегчить их страдания.

Зима пришла в Вечный лес, как зловещий гость, с ледяными морозами и белыми снегами, которых не видели здесь уже многие десятилетия. Новый великий князь, только что взошедший на престол, ощущал тяжесть этих перемен, как будто сама природа восстала против его правления.

Старый князь почил на одре от руки нового князя. Не защитили его телохранители и магические барьеры. Удар кинжала в сердце оборвал жизнь некогда могущественного правителя Вечного леса, перед которым трепетали не только простые смертные, но и монархи. Но смерть уравнивает всех. Это древняя истина, которую со временем забывают вершители судеб мира. Нового князя провел во дворец новый хранитель Леса. И теперь новый князь вышел из родства, как предписывали обычаи лесного народа, и взял новое имя, основав новый род. А род старого князя отправили в ссылку поближе к Проклятому лесу. Там он всеми забудется и придет в упадок. Такие вот традиции были у лесных эльфаров: князь не должен иметь родства среди своего народа, чтобы никто не упрекнул его в том, что он раздает должности своим близким. Лишь сын стал его новым главой тайной стражи, да еще жена стала первой льериной среди лесного народа.

Новый князь взял имя Санидаил и назвал свой род – Род Сумеречной рощи из дома Санидаилов. Так звали одного из князей Вечного леса в далеком прошлом, и этим он подчеркивал преемственность поколений. Такой ход нравился народу Леса.

Санидаил и его сын Сарим ола стояли у окна в мрачном кабинете. Лица обоих были словно высечены из гранита – суровые, задумчивые, терзаемые тяготами. Радость от восшествия на престол быстро рассеялась, словно утренний туман под лучами солнца, оставив лишь горький привкус забот и тревог.

Все шло не так, как задумывалось. Война, начатая по воле Свергнутого хранителя, не утихала, а лишь набирала обороты. Служивые эльфары, верные прежнему князю, остались на своих постах, дав клятву новому правителю. Сарим ола, решительный и беспощадный, казнил десяток глав родов, замеченных в тесных связях с прежним правителем, но на этом репрессии прекратились.

В теории жизнь должна была наладиться, но проблемы сыпались на них, как дождь из туч, и князь боялся, что они захлестнут его с головой. Каждое новое испытание казалось непреодолимым, а будущее – туманным и неопределенным. Санидаил смотрел на сына, и в его глазах читалась тревога.

– Что теперь, отец? – тихо спросил Сарим ола, нарушая тягостное молчание.

Князь тяжело вздохнул, его взгляд устремился вдаль, за окно, где небо было затянуто серыми облаками.

– Мы должны найти выход, сын. Или утонем в этом море бед, – ответил он, его голос его был тихим и безжизненным. – Но надо помнить мудрость древних, что даже в самой темной ночи есть звезды, которые укажут путь. Что передают твои агенты из княжества Чахдо?

– Там пока неразбериха, бандиты почти захватили столицу и даже сумели похитить княгиню. Но она смогла вырваться на свободу и начала уничтожать всех, кто замечен в разбое. Столица и предместья теперь безопасное место.

Наши отряды рейдеров грабят караваны по дороге в империю и убивают всех свидетелей. Они умеют прятаться и прятать награбленное. По телепортам товары поступают на нашу базу и там хранятся. Были случаи, когда вместе с обозами отправляли трупы убитых людей.

– Для чего это было надо? – спросил князь.

– Чтобы запутать ищеек княгини. Они стали осторожны и сначала проводят разведку местности. Наводнили деревни своими шпионами, которым платят хорошие деньги. Но ситуация там для княгини сложная, в ближайшее время она не сможет собрать войска для атаки Леса.

– Понятно, хоть это радует. Что в Снежном княжестве?

– Там немного лучше, наши части закрепились в крепостях на двух перевалах. Помогли бураны и метели, они задержали подход войск Снежного ополчения. Гарнизонам подвезли припасы и подкрепления. Склоны гор под нашим контролем. Все попытки снежков пройти по козьим тропам были пресечены. Ополченцы ждут хорошей погоды и тогда начнут наступление, но это обойдется им большой кровью. Генерал Керна не станет зря губить воинов. Так что мы продержимся до весны. Старшие дома сидят в своих замках. Я начал операцию «Восход Луны». Надеюсь, мне удастся склонить их на нашу сторону, слишком большую выгоду им это сулит.

«Восход Луны» был планом нового хранителя Вечного леса. Он заключался в том, чтобы купить лояльность глав Старших домов. Пока они держат нейтралитет, но победа ополчения лишит их власти и влияния. На этом и строился весь план. Князь Леса должен был купить помощь Старших домов и вместе с ними разгромить ополчение, убрать с доски ненужные фигуры девочки Аврелии и лера Чарта-ила. Это были ключевые фигуры. Генерал Керна будет служить княжеству, а не конкретным людям, и останется у власти. Новым князем станет, по замыслу хранителя, сын одной из льерин, сестры предателя Манру-ила, бесславно погибшего в схватке с Лесом.

Еще надо было нейтрализовать дворфов и вывести их из игры. Это было самым простым делом в плане: лояльность дворфов покупалась золотом. Помешать этому могли дзирды, которые находились на границе с Проклятым лесом на обратных склонах Старых гор. Они могли попробовать высадить десант на восточном побережье Вечного леса. Но хранитель вступил в союз с хранителем морей и океанов, он продал ему часть своей благодати за золото, необходимое для ведения войны, и теперь это золото станет оружием, чтобы разрушить чужие планы. Десант утонет, не достигнув берегов Леса. Вроде все учтено, и на горизонте замаячили проблески победы. Новый князь протер лицо и отошел от окна.

– Иди, сын, занимайся своими делами, я уверен, у нас все получится, – произнес князь и ободряюще улыбнулся. – В тяжелые времена испытаний судьба поднимает тех, кто может. Мы можем, иди, – голос его был тверд, а взгляд прям.

Сарим ола поклонился кивком головы и вышел из кабинета…

***

Снежные горы, город дворфов Рингард

Морозная буря бушевала на склонах величественных гор, в тени которых притаился Рингард – город дворфов, укрытый от ледяных ветров подземными убежищами. Внутри, где царили тепло и уют, в одном из трактиров, известных своей изысканной атмосферой, собралась компания молодых дворфов. Их лица раскраснелись от вина, а смех звучал громко, наполняя помещение радостью и весельем. Все они принадлежали к семьям с достатком, и их наряды свидетельствовали о высоком положении.

Недалеко от них, словно сказочная фея из зимнего леса, сидела молодая снежная эльфарка. Она только что вошла в трактир, села за соседний столик. Горячий взвар, который она держала в руках, исходил паром, дополняя праздничную атмосферу уютом. Время от времени она бросала взгляды на веселящуюся компанию, ее глаза искрились любопытством и легкой улыбкой. Однако, опустив глаза, она становилась загадочной и недоступной, словно храня какую-то тайну, которую никто из присутствующих не мог разгадать.

Среди молодых дворфов был сын главы совета города гленд Рум. Он стал бросать взгляды на девушку и неожиданно встретился с ней взглядом. Она ответила ободряющей улыбкой, и сердце молодого парня забилось, как птица в клетке. Он отвернулся, потом еще раз украдкой посмотрел на снежную эльфарку, и снова ее взгляд одарил его вниманием. Он был пьян, поэтому смело встал и наклонился к друзьям:

– Спорим, друзья, что сегодня я пересплю со снежной эльфаркой. – Друзья дружно рассмеялись, но Рум выпрямился и подошел к столу, за которым сидела девушка. – Вы разрешите присесть рядом? – спросил он, отвесив неуклюжий поклон.

– Садитесь, – рассмеялась звонким переливистым смехом снежная эльфарка. – Я не купила этот стол.

Гленд сел и представился:

– Я Рум, сын главы совета города Рингард. С кем имею честь разговаривать?

– Меня зовут Марьяна-ила, – произнесла незнакомка, ее голос звучал мягко и загадочно. – Что вы хотели?.. – спросила она, ее глаза, словно глубокие омуты, томно скользили по фигуре крепкого невысокого парня.

Он был по-своему красив грубоватой красотой дворфов, которой они гордились. Словно высеченный из скалы: пропорционально сложенный, мужественный. Его присутствие не вызывало у нее отвращения, напротив, пробуждало в ней желание. Она села, выгнув спину, словно хищная кошка, и ее грудь, скрытая под роскошным платьем, призывно вздымалась.

Рум долго не размышлял, что сказать. Опытный в любовных делах, он понял, что заинтересовал снежную красавицу, и будучи изрядно подвыпившим, сразу же ответил:

– Я хочу с вами переспать, льерина.

Девушка, к его удивлению, не обиделась:

– Интересное заявление и очень смелое. Вы всегда так прямы, господин Рум?

– Называйте меня просто Рум, Марьяна, – фамильярно ответил дворф. Он уже понял: раз его сразу не прогнали, то можно продолжить знакомство. – Я подумал, что терять мне нечего, вы сразу поймете, чего я хочу, поэтому я был с вами откровенен. – Дворф глазами пожирал девушку и не скрывал своих желаний.

– Рум, – подумав, произнесла снежная эльфарка, – я не девушка для утех, вы понимаете, и хотя вы мне нравитесь, я не могу просто так лечь с вами в постель…

– А не просто так? – сразу же сообразил дворф. – Вы что хотите?

– Я хочу услугу от вас за ночь со мной, – спокойно ответила девушка и отпила взвар.

Дворф стал рассматривать эльфарку в упор.

– Какую услугу вы хотите от меня? – спросил он.

– Мне нужно встретиться с вашим отцом наедине, Рум. Если вы это устроите, то я ваша на всю ночь.

Дворф, не до конца веря услышанному, откинулся на спинку стула, сложил руки на груди.

– В здание Совета вас не пустят, – произнес он. – Отец не встречается с простыми эльфарами и другими разумными, для этого у него есть помощники. Но я могу пригласить вас к себе домой и представить как свою невесту, тогда он обязательно захочет с вами поговорить. Идет? – спросил он.

– Идет, Рум, но если вы обманете меня, я прокляну ваш уд, он сгниет и отвалится. – Глаза девушки были серьезными, и Рум вздрогнул.

– Я – гленд чести, – подняв подбородок, важно произнес он. – Так что, договор?

– Договор, Рум.

– Тогда идем в ваш номер, Марьяна-ила?

– Закажите вина, Рум, и поднимайтесь следом за мной, комната номер три на втором этаже. – Девушка поднялась и, не оглядываясь на компанию молодых парней, обалдело смотрящих ей вслед, грациозно покачивая бедрами пошла к лестнице, ведущей на верхние этажи.

Рум пришел быстро и застал девушку лежащей в постели. Она не куталась в одеяло, а была в одной прозрачной ночной сорочке. Ее красота и пушок по телу вызвали у дворфа сильное желание. Он дрожащими руками стал стягивать с себя штаны, и когда остался голым, то как-то боязливо посмотрел на улыбающуюся девушку. Та поняла его растерянность: дворф не знал, как начать.

– Налей мне и себе вина, – мягко попросила снежная эльфарка. – Остальное я сделаю сама.

Они выпили, и девушка притянула к себе молодого дворфа. Тот задрожал, как лист на ветру, и отдался ее воле.

Всю ночь он набрасывался, как дикий зверь, на девушку и все не мог утолить свою страсть. А она покорно ему отдавалась, и несмотря на то, что она не проявляла страсть, он просто сгорал в огне охватившего его желания.

Утром, стоя на коленях, он признался, что любит ее и не может жить без нее. Снежная эльфарка медленно оделась и, равнодушно глядя на молодого дворфа, ответила:

– Я знаю, Рум. Выполни свою часть сделки, потом поговорим о тебе.

Рум также оделся и, с обожанием глядя на девушку, позвал:

– Пошли, дорогая.

Она окинула дворфа насмешливым взглядом, чем сильно его смутила, и пошла следом.

– Пойдем скрытыми переходами, по которым продвигаются войска, – сообщил ей дворф. – Так будет быстрее.

– Как скажешь, Рум, – беззаботно ответила эльфарка.

У входа в туннель их остановила стража.

– Куда и зачем? – строго спросил охранник.

– К отцу по секретной надобности, – ответил Рум, и страж туннеля отступил, открыл ключом дверь и пропустил их внутрь.

Вскоре они добрались до поместья главы совета города.

– Мы под нашим домом, – шепотом сообщил ей Рум. – Идем через скрытые ходы, попадем прямо к кабинету отца. – Он, осторожно ступая, прошел вверх по каменной лестнице, потом по коридору направо. – За стеной стража, – сказал он тихо. – Не надо, чтобы нас видели, разговоры пойдут. – Эльфарка лишь кивнула и последовала за молодым Румом.

Они бесшумно скользнули через потайную дверь, и перед ними открылся просторный коридор, утопающий в мягком свете. На полу лежала длинная красная шерстяная дорожка, словно приглашая их ступать мягко и беззвучно. Впереди, в конце коридора, виднелась массивная дверь кабинета отца.

Рум с решимостью в глазах остановился перед дверью и, повернувшись к девушке, прошептал:

– Я представлю тебя как мою невесту.

Девушка с загадочной улыбкой кивнула, словно соглашаясь на что-то большее, чем просто знакомство.

Рум постучал, и через мгновение из-за двери донесся низкий голос отца:

– Чего тебе?

Рум вошел, чувствуя, как сердце бьется в груди. Он знал, что этот момент может изменить все в его жизни.

– Отец, – начал он, стараясь говорить уверенно, – я привел свою невесту. Хочу познакомить тебя с ней.

Лицо отца застыло в удивлении. Он медленно повернулся к сыну, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на шок.

– Невесту? – переспросил он, словно не веря своим ушам. – Она из какого рода?..

Рум глубоко вздохнул, готовясь к неизбежному.

– Она снежная эльфарка, отец, – произнес он, и в его голосе прозвучало отчаяние, как будто он бросался в бездну.

Старый дворф, все еще ошеломленный, но уже вернувшийся к ясности ума, поднял брови, его лицо исказилось суровым раздражением. Он бросил взгляд на сына, словно пытаясь проникнуть в его мысли, но вместо этого лишь процедил сквозь зубы:

– Ты в своем уме?

Затем, с видимым усилием, он сжал губы и, словно обдумывая каждое слово, добавил:

– Зови эту… – Дворф замялся, его голос дрогнул, но он быстро взял себя в руки. – Свою невесту, – наконец произнес он, и в его голосе сквозил едкий сарказм, от которого по коже Рума пробежали мурашки.

Рум вышел на деревянных ногах и тут же вошел, ведя за руку молодую, хорошо одетую снежную эльфарку.

Глава совета оценил смелость и красоту снежной эльфарки. Он смерил ее взглядом, потом обратился к сыну:

– Рум, выйди, мы поговорим с льериной наедине.

Рум послушно вышел и прикрыл двери кабинета.

– Итак, льерина, – спросил дворф, покачиваясь на носках туфель, – что вам угодно?

– Может, вы предложите мне присесть? – спросила, мило улыбаясь, снежная эльфарка. – У меня к вам есть разговор, который будет вам интересен и выгоден.

– Значит, прелюдия о невесте – это только повод? – спросил дворф.

– Да, иначе к вам мне было не попасть. Меня уже отослали к вашему помощнику, пришлось действовать через сына.

– А вы умны и хитры, – рассмеялся дворф. – Пожалуйста, присаживайтесь и расскажите о сути вашего разговора. Я готов вас выслушать.

Эльфарка села, поправила складки платья и подняла взгляд на дворфа. Тут же на столе появился ларец.

– Это что? – удивился дворф.

– Это золото, – ответила эльфарка. – Пролог к нашему разговору. В ларце сто тысяч золотых монет. – Она, не глядя на ларец, небрежно открыла крышку. Дворф упер взгляд в блестящие желтые кругляшки.

– Это… – произнес он. – Это монеты с острова магов. Они по цене стоят как настоящие илиры…

– Да, это все может быть вашим, уважаемый глава совета.

– Да? – изумился дворф, не отрывая жадного взгляда от золота. – И за что мне такое богатство?

– За нейтралитет.

– В смысле? – приподнял левую бровь дворф.

– Дело в том, что в Снежном княжестве появились две партии. Одна – это партия ополчения во главе с Чарта-илом. Вторая партия – это Старшие дома, которые не хотят терять власть и влияние в нашей стране. Рано или поздно Старшие дома сплотятся и начнут свою партию в борьбе за власть. И они не хотят, чтобы вы встали на чью-либо сторону. Мы не просим вас отказаться от борьбы с лесными эльфарами, но не вмешивайтесь во внутренние дела Снежного княжества.

– И только? – недоверчиво спросил дворф.

– Да, и только. Когда войска Старших домов пойдут на войну с лесными эльфарами, пропустите их. И когда они возьмут столицу под свое покровительство, тоже не мешайте.

– То есть вы хотите, – начал говорить дворф, – чтобы мы не мешали вам разобраться в своей стране. А что нам даст возвращение к власти Старших домов?

– Свободу торговли в столице и защиту ваших интересов против других городов дворфов. Вы получите преференции в торговле по всему княжеству. Нам надо будет строить новые дороги и отстраивать разрушенные города, контракты на это будут ваши тоже…

– Хм, заманчиво… И в то же время мы не предаем интересы наших союзников, а наши союзники – это снежные эльфары, – стал рассуждать дворф вслух, – и неважно, кто это, молодые Дома или старые. Я согласен, – ответил он.

– Очень хорошо, вот договор, подпишите, – девушка вытащила из рукава свернутый свиток и подала дворфу.

– Договор? – удивился дворф.

– Вы же не думаете, что я просто так оставлю вам сто тысяч золотых монет. Вы деловой дворф и понимаете, что оплата произведена заранее и просто слова ничего не значат. Вот золото, вот договор, ознакомьтесь.

Дворф нахмурился и стал читать. Потом лицо его прояснилось. Он поднял взгляд на снежную эльфарку и улыбнулся.

– Я подпишу этот договор и скреплю печатью.

Он размашисто расписался под договором, достал из стола печать и приложил к свитку, передал его девушке и придвинул к себе ларец, закрыл крышку и убрал ларец под стол.

– А что с моим сыном? – спросил он.

– Он со мной переспал, – улыбнулась снежная эльфарка, – и хочет быть со мной, если вы не против.

– Да уж, – поморщился дворф, – переспал… Значит, тогда все понятно. Он уйдет с вами?

– Да, и это ему будет на пользу. О его жизни не волнуйтесь, он будет поддерживать с вами связь.

– Ладно, – махнул рукой дворф, – в конце концов, он должен узнать, что такое самостоятельная жизнь, пусть уходит.

– Тогда я на время с вами прощаюсь, уважаемый глава совета, – и девушка поднялась со стула.

– А вы со мной не хотите переспать? – неожиданно спросил дворф.

– Ну, если только по-быстрому, – ответила девушка, сноровисто расстегивая пуговицы платья. Оно упало к ее ногам, и дворф покрылся пятнами возбуждения.

– Иди сюда, – хрипло позвал он гостью.

Глава 2

Открытый космос. Неизвестно где

Тишину помещения разрывал надрывный хрип Марты. Исидора напряглась, подняла ее и положила ее на диван. Потом расстегнула платье на спине, и это помогло Марте глубже дышать. Вскоре лицо Марты приобрело прежнее выражение, синюшный цвет лица от удушья прошел. Она открыла глаза и прошептала:

– Она хотела меня убить. Я слышала, как она сказала мне: «Умри, дочь». Я ненавижу ее. – Марта несколько раз глубоко вздохнула и со слезами на глазах уставилась в потолок.

– Вы знаете, почему ваша мать хотела вас убить? – спросила Исидора.

– А что тут знать? – немного подумав ответила Марта и повернула лицо в сторону озабоченной Исидоры. – Я сообщила ей, что меня захватили. И я на яхте…

– Где мы? – удивленно переспросила Исидора. Марта криво улыбнулась:

– Мы на яхте, которая находится на скрытой стоянке у одной из планет соседней системы с Валором в недрах спутника. Здесь есть связь с миром, но через базу, на которой прячется и живет моя мать. Она хочет жить вечно, тварь. – Ее губы вновь искривила злая ухмылка. – Ненавижу…

– А как вы поддерживаете общение с вашей матерью? – спросила Исидора. Она кинула взгляд на Алеша, который сидел в стороне на площадке портала. Он слушал их разговор, и на его лице отражалось хмурое напряжение.

– Через сообщения, – коротко ответил Марта. – Передаю краткое послание по коду и получаю ответ.

– Разве вы не можете разблокировать двери? – спросила Исидора, пытаясь скрыть тревогу в голосе.

– Нет, – мрачно отрезала Марта, ее голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. – Мать, как только узнала о моем несчастье, тут же сменила коды на корабле. Успела, к сожалению.

Исидора замерла, ее глаза расширились от осознания того, что их навсегда заперли в этих стенах, а совсем рядом, за дверями, находится спасение… Алеш, до этого молча наблюдавший за ними, внезапно поднялся и подошел ближе.

– Значит, нам придется найти другой способ попасть в рубку корабля, – сказал он. Его голос звучал уверенно, но в глазах читалось сомнение.

Ответ пришел от Брыка:

– Я скопировал коды доступа к системам корабля, которые пришли взамен старых. С той стороны не особо заботились о тайне. Видимо, были уверены, что общение матери и дочери не перехватят.

– А ты перехватил? – радостно и удивленно мысленно спросила Исидора.

– Сразу же. И поставил блок на смерть этой женщины. Я отключил часть функций нейросети Марты. По-хорошему, нейросеть надо менять…

– Я поняла тебя, Брык. Спасибо, ты молодец.

– Я правда красавец? – ответил Брык.

– Вполне, – улыбнулась Исидора, – открывай двери. Мы выйдем из этой тюрьмы.

Прокс мысленно спросил Исидору:

– Как тебе удалось проникнуть в ее нейросеть?

– Это не я. Как ты знаешь, в моей нейросети был спрятан Брык. Я уже тебе говорила об этом. Потом Марта попробовала атаковать меня с помощью программы взлома нейросети, и Брык скопировался в ее хранилище файлов, он же мастер проникать и прятаться. Поверх ее программ он наложил вход в нейросеть через разгадывание загадки «зимой и летом одним цветом». Потом Марта пыталась найти выход из тупика и разблокировать свою нейросеть. А Брык проникал все дальше и дальше, и он там размножался. – Исидора улыбнулась. В ответ зашипели двери, и створка входной двери ушла вниз.

Марта взволнованно приподнялась.

– Это мать, – трагическим шепотом произнесла Марта, – к нам она отправила убийц…

– Нет, Марта, это мы открыли двери, – успокоила ее Исидора. – Корабль находится в наших руках, мы смогли расшифровать коды, которые установили люди вашей матери.

– Но как?! – недоверчиво воскликнула Марта.

– Магия, Марта, – ответила Исидора. – Вам помочь подняться?

– Нет, я сама. Спасибо. – Марта села и, еще не до конца веря увиденному, разглядывала открытый проем двери. Платье сползло с ее груди, и она, придерживая его рукой, попросила Исидору застегнуть застежки на спине.

– Давайте отправимся в кают-компанию, потом примем душ и приведем себя в порядок, – предложила Исидора и снова улыбнулась удивленному Проксу. – Пошли, дорогой. Марта сможет справиться сама, и я думаю, она знает, где расположены каюты. Схема корабля есть у тебя на нейросети.

Марта пораженно переводила взгляд с одного человека на другого. Они были странными, располагающими к себе и пугающими одновременно. Казалось, их возможности были просто беспредельны и необъяснимы.

«Вот что дает магия, – поняла Марта, – власть». Эти люди ей нужны, с ними надо договариваться.

Исидора шагнула вперед, уверенно ориентируясь по замысловатым схемам, и вскоре оказалась в роскошно обставленной кают-компании. Здесь ее встретил дрон-стюард, предложивший изысканные блюда, напитки и легкие закуски.

– Пить, – тихо произнес Алеш, опускаясь на мягкий диван. Исидора присела рядом с ним, в то время как напряженная Марта заняла место напротив.

Дрон принес всем по бокалу сока и газированной воды. Марта залпом осушила свой бокал и пристально посмотрела на сидящих напротив нее людей.

– Что будет со мной? – спросила она прямо.

– Вы будете переданы в руки сотрудников АДа, – ответил Прокс. – А что будут делать они, я не в курсе.

– Мы можем договориться, – незамедлительно произнесла Марта. – У меня есть средства, влияние…

– Зачем нам это? – перебил ее Прокс.

– Затем, что вы, люди из Закрытого сектора, не понимаете своей силы и не разбираетесь в политике стран АОМ. Там правит не демократия, а олигархия. Внешняя и внутренняя политика АОМ строится только с учетом их интересов. Вас выжмут досуха и предадут. Я могу оказать вам помощь как советник по политическим делам и вопросам. Я понимаю, – подняла она руку, останавливая возражения мужчины, – что как лидер Синдиката я уже списана со счетов. Для системы и матери я мертва. Для АДа я объект сканирования памяти. Но во мне заложена программа: как только начнут снимать с меня нейрограмму и проводить глубокое сканирование – я умру, и со мной погибнет вся информация. АДу это ничего не даст. Я умру, и вместе со мной пропадет вся информация по толстосумам, что оплачивали пролонг. Как вы думаете, почему только теперь объявили войну мне и Синдикату? Они что, не знали, кто такая Фрау? Знали и не давали ход этой информации. В высшее руководство АДа назначались лояльные им руководители, которые не давали просочиться этой информации наружу. Но теперь появились вы со своим пролонгом. Он будет внедрен официально. Я стала не нужна. И от меня хотят избавиться. Потом, со временем, когда вы сумеете организовать безопасный пролонг, под давлением олигархии примут закон, обязующий вас отдать пролонг компаниям, которые у них под контролем. За отказ подчиниться вас объявят врагами мирового сообщества и отдадут приказ на санацию вашей планеты. Это обыденная практика этих разжиревших властителей мира. Но со мной вы будете иметь на них компромат, они будут у вас в руках. Кроме того, я знаю почти все, что знает моя мать, а она для АДа недоступна. Мать снова создаст разрушенные вами связи, укрепит их, подкупит вершителей судеб и отомстит вам. Подумайте об этом. Я нужна вам хотя бы потому, что сохранила тайные нити, связывающие меня с ячейками Синдиката. Эти связи могут стать вашими ключами к агентам по всему миру. Но есть одно условие: вы должны избавиться от моей матери. Иначе ваша жизнь окажется под угрозой, и опасность будет преследовать вас неотступно. Она не откажется от возможности узнать, жива я или нет, и…

Исидора кивнула:

– Да, я согласна с вами, Марта, – и предостерегающе посмотрела на возмущенно задышавшего Прокса. – Да, Эмиль, Марта говорит верные слова, все так и будет. Мы были втянуты в эту грязную игру с целями, которые мне не понятны до конца, и нам нужны козыри в этой игре. Я не хочу, чтобы лет через двадцать объявили преступниками уже нас. – Далее она мысленно передала через нейросеть: «На его милость мы больше полагаться не можем, он не будет вытирать нам носы. Он хочет, чтобы мы стали взрослыми и самостоятельными. Надо договариваться с Мартой, дорогой».

Прокс так же понимал правоту слов Марты. Ее скинули со счетов все: и АД, и мать. Она чужая всем, и это обстоятельство надо было использовать. Так делал Дух, превращая бывших врагов в союзников. Он молча кивнул и посмотрел на Марту.

– Ваши слова нашли отклик у моей жены, – произнес он. – Какие условия вы видите для нашего сотрудничества?

– Моя жизнь и безопасность в обмен на информацию. Мне надо поменять нейросеть, поменять внешность и дать новую биографию.

– Это вполне возможно сделать, – ответил Прокс. – И какая гарантия вашего честного сотрудничества?

– Уважаемый адмирал, я в кольце врагов, и им я живая не нужна. Так что у меня только один путь – исчезнуть как Марта. И как Фрау. Здесь есть медоборудование, капсулы и тело, – она подняла глаза на Прокса. – В анабиозе. Оно из Закрытого сектора. Девушка, магически одаренная крестьянка из какой-то империи, и без своего сознания – оно было предназначено именно для такого случая. Тридцать лет назад его доставили сюда и погрузили в анабиоз. Я понимаю ваше неприятие такого положения вещей, – произнесла Марта, увидев, как поморщилась Исидора, – но эту девушку признали колдуньей и пытали, она сошла с ума и была продана на рынке как скот. Если бы ее оставили одну, она умерла бы в борделе или где-то в канаве. Мне нужно было тело, свободное от сознания, и мои люди сочли ее подходящей. Ее история есть в файлах, вы можете ознакомиться с ними в медицинском центре. Это большая яхта, господа.

Мое старое тело и нетронутую нейросеть передадите АДу. Скажите, что Марту убила мать, и расскажите о ней все, что сможете узнать сами без меня. Пусть они ее ищут, а я стану прошлым.

Прокс слушал и кивал. Как агент, он сразу понял все преимущества от работы с Мартой. Он просчитал несколько вариантов, и в каждом из них не было подвоха. Подумав, он согласился с Мартой.

– Вы будете помощницей моей жены, Марта. И будете вместе с ней заниматься пролонгом, а там посмотрим, как можно использовать те сведения, которые вы нам предоставите.

– Мне лучше работать в секретных службах, – сразу ответила Марта. – Например, в службе безопасности компании по пролонгу. Там я принесу больше пользы. Я буду инкогнито управлять ячейками Синдиката, переподчинив их вам. И к вам будет стекаться информация со всего мира. Но это уже будет служба безопасности Пролонга. Для создания такой сети с нуля потребуются столетия и огромные вливания средств. А я вам передам уже готовую сеть.

– Но лидеры узловых звеньев Синдиката уничтожены! – воскликнула Исидора.

– Да, но на яхте есть вся информация о дублирующих звеньях. Это «спящие» агенты. Вы не думали, что я могла позаботиться о создании дублирующих систем?

– Посмотрим, – не стал спорить Прокс. – Давайте отправимся в медцентр и займемся нашими делами. Не стоит откладывать дело. Ваша мать знает место нахождения яхты и может послать сюда отряд чистильщиков.

Марта усмехнулась.

– Этим она сейчас и занимается. Поверьте, нам надо отсюда уходить в новую точку базирования. Ее-то мать не знает.

– И мы не знаем, что там нас ждет, – ответила Исидора. – Мы останемся здесь.

– Как хотите, – недовольно ответила Марта и встала с дивана. – Я готова, господа, – произнесла она с решимостью в голосе.

Медцентр яхты поражал воображение: просторный, он был оснащен техникой, какой Прокс еще не видывал. Валор всегда опережал всех в технологических инновациях. Здесь не было человеческих специалистов, как и на корабле Прокса, – все процессы и жизнедеятельность яхты находились под контролем роботизированных систем. И Прокс понимал почему: люди склонны ошибаться и предавать, а дроны не знают усталости, не требуют пищи, воздуха и сна. Он не мог не отдать должное дальновидности Марты, но в то же время не мог избавиться от ощущения, что за этим фасадом скрывается нечто большее. Такая женщина, как она, не могла просто сдаться и стать покорным инструментом в чужих руках. Прокс поделился своими мыслями с Исидорой, и она, как всегда, поддержала его, добавив в их союз еще больше напряжения и интриги. «Усыпим ее и там осмотрим», – туманно ответила она.

Марта, не стесняясь, сняла свое платье и осталась полностью обнаженной. Она когда-то была стройной и красивой, сейчас тело пополнело. Повис низ живота, на бедрах появились целлюлитные впадины.

– Куда лечь? – спросила она и, вздернув голову, с вызовом посмотрела на Исидору. Прокса она, казалось, не замечала.

Прокс глаз не отводил, он изучал ее тело и моторику. По жестам, по многим признакам и мелким незаметным другим моментам ее поведения он мог определить замысел человека. А Марта действовала напористо и очень смело. Еще не включив механизм передачи нейрограммы, еще не показывая, где новое тело, она разделась, и это было неспроста.

– Брык, проверь программное обеспечение капсул. Что-то мне подсказывает, что там есть скрытые закладки, – Прокс мысленно обратился к Брыку.

– Без проблем, – ответил док, и в воздухе появилось еще около полусотни его копий. Один из них сунул голову прямо в пульт управления ближайшей капсулой и руками стал шарить внутри. Затем оттуда полетели строчки цифр и картинки, они исчезали на глазах, и все это ввело Марту в оцепенение.

Брык вытащил голову и радостно сообщил:

– Весь хлам удален и скопирован на сторонний носитель.

– А что там было? – спросила Исидора.

– Если кратко, то куча хакерских программ и, главное, ключ к искину корабля. Через капсулу можно было взять этот корабль под свой контроль. В нишах стоят боевые дроны, они взяты нами под контроль.

– И что, можно уложить Марту в капсулу? И проблем не будет?

– Не будет, – ответил Брык. – Даже если что и осталось, в искин корабля она сможет войти, лишь чтобы разгадать загадки командора.

Прокс, сохраняя ровный, без капли обиды или осуждения тон, обратился к Марте:

– Что вы намеревались сделать, войдя в программу искина корабля?

Марта, прикрывая свое тело поднятым с пола платьем, ответила, не отводя взгляда:

– Я стремилась увести его из этой смертельной ловушки. Вы не представляете, на что способна моя мать…

– Верно, не представляем, – спокойно, но с легкой ноткой иронии произнес Прокс. – Но сейчас это не имеет значения. Корабли не смогут доставить ее сюда в ближайшее время, а вход через портал надежно закрыт. Сколько бы она ни пыталась, ее люди не смогут открыть код. Просто не успеют. Где тело, которое вам нужно?

– Вы продолжаете мне доверять? – растерянно спросила Марта.

– Единственное, чего вы добьетесь, желая тайно провести свои планы в жизнь, это получите коррекцию личности, – невозмутимо ответил Прокс. А Брык самодовольно кивнул:

– Да, ваши программы хоть и новы, фрау Марта, но они стандартны, разобраться в них труда не составляло. А тело – за стеклянной стеной. – Он подлетел к стене из прозрачного стекла, и оно поднялось вверх, из ниши выехала капсула, полностью закрытая со всех сторон. Прокс и Исидора подошли к капсуле, и Брык открыл стальную крышку. Под стеклом спала в анабиозе красивая молодая девушка-блондинка, ее глаза были закрыты, на дисплее светилась зеленая лампочка.

– Брык, так какая процедура нужна для переноса матрицей сознания? – спросил Прокс, разглядывая девушку.

– А матрица сознания уже загружена в девушку, – ответил Брык, предварительно сунув голову в капсулу под стекло, – осталось только обновить данные за… – он помолчал, – два года.

– О-о! – воскликнула Исидора. – Так вы, Марта, почти каждый год наведывались сюда и вносили часть своего сознания. Предусмотрительно. Брык, уложи фрау Марту в капсулу, которая подсоединена к этой капсуле, где лежит девушка, – распорядилась она.

Марта шла за Брыком покорно, словно тень. Ее пышные формы едва заметно покачивались, привлекая взгляды. Она послушно легла в капсулу, и крышка плавно опустилась, скрывая ее от глаз спутников.

Прокс, наблюдая за женой, колдующей над капсулой, спросил:

– Хочешь сразу перенести матрицу сознания?

– Нет, – ответила она, задумчиво глядя на экран. – Сначала вытащим ее нейросеть. Но еще раньше проверим состояние организма. Что-то в ней не так.

– Ты ей доверяешь? – спросил Прокс, положив руку на плечо жены.

Она ответила тихо, но твердо:

– Нет, – ответила та, – пока нет, – и прижалась щекой к его ладони. – Странная она и непоследовательная. То хочет сотрудничать, то пытается тебя соблазнить своими формами. Вот я и хочу понять, что с ней не так… Брык, надо проверить состояние ее организма и найти то, что отличает ее от остальных женщин, – распорядилась Исидора.

– Я знаю, что ее отличает от других женщин, – ответил Прокс.

– Да? – обернулась Исидора. – И что же?

– Она боец, вот что, и бьется до конца. Я таких людей видел, они или побеждают, или умирают. Такие не сдаются.

– А эта сдалась? – произнесла Исидора и перевела взгляд на капсулу.

– Сомневаюсь, – задумчиво произнес Прокс. – Маскируется, выжидает, ищет возможности нанести удар. Может, ну ее…

– Нет, Эмиль, она нам нужна, – не согласилась Исидора. – В будущем будет много зависеть от того, что она нам сможет передать. Не надо сбрасывать это со счетов.

Они провели в медцентре около часа. Стюард принес им еду, и Исидора приняла душ в соседней комнате. Выйдя освеженной, она села на колени Проксу. К ним подплыл Брык с неожиданно изумленным выражением на мордочке. Его анимационный вид вызвал у обоих людей улыбки.

– Нашел что-то необычное? – спросила Исидора.

– Нет, – пошутил Прокс. – Он просто хочет сесть мне на колени.

Брык, однако, не удостоил его вниманием.

– Хотите, я предоставлю вам полную картину или объясню в общих чертах? – вздохнул Брык.

– Если полная картина займет много времени, расскажи кратко, – предложила Исидора.

– Если коротко, то Марта – это мужчина, – сказал Брык.

– Что-о?! – воскликнули одновременно Исидора и Прокс.

Они молча смотрели на Брыка, а тот молчал.

– Может, объяснишь свои слова? – справившись с удивлением, спросил Прокс.

– Дело в том, что ее или его организм был искусственно перестроен в детстве: из мальчика сделали девочку, и это случилось, когда ребенку было около полугода.

– Его оперировали? – спросила Исидора и подавила огорченно-возмущенный вздох.

– Нет, это процедура смены пола с помощью неизвестных мне практик. Тут не обошлось без магических ингредиентов. К году это уже была девочка, только у нее отсутствует репродуктивная функция, а закладка нейросети сделана для того, чтобы маскировать изменение пола. Другого объяснения я не вижу.

– А матка у Марты есть? Яичники? – спросила Исидора.

– Да, есть, но там не рождаются эмбрионы. Внешне она женщина, а вот внутри она мужчина.

Прокс ошеломленно посмотрел на жену.

– Как ты догадалась, что с ней не все в порядке? – спросил он.

– Не знаю, – ответила Исидора и слезла с колен Прокса. – Интуиция, наверное, подсказала. Что будем делать? Другое тело АДу передавать бесполезно, они могут знать, что Марта не женщина.

– Навряд ли, – не согласился с ней Прокс, – это и для АДа слишком. М-да, и как с ней жил президент Валора? – произнес вслух Прокс. – Он ничего не подозревал?

– А ты подозревал? – спросила Исидора.

– Я? – переспросил Прокс и сознался: – Нет. Я же, в отличие от президента, с ней не спал.

– Так физиологически Марта женщина… – ответила Исидора. – Хотя черты мужчины проглядывали во всех ее… его действиях… Послушай, она же проходила здесь обследование и не могла не знать, что с ней сделали в детстве… Тогда почему он или она выбрал женское тело?..

– А может, Марта и не знала, что была мальчиком, – ответил Прокс.

– Ага, Брык узнал, а она не знала? – недоверчиво воскликнула Исидора. – Брык, – обратилась она к иллюзии программы. – Она могла знать, что она не женщина?

– Скорее всего, нет, – ответил Брык. – Она ложилась в капсулу, проходила комплекс омоложения, и с нее снималась нейрограмма, которая записывалась на сознание другого субъекта.

– Теперь надо понять, как нам быть, – произнесла Исидора. – Я думаю, надо будить Марту и поговорить с ней.

– О чем, Исидора? – Прокс удивленно посмотрел на жену.

– Она должна знать, что была мужчиной, и только вмешательство в ее тело сделало ее женщиной, и она должна принять такое положение вещей. Может, она захочет иметь мужское тело.

– Мужское тело?! – воскликнул Прокс. – Откуда мы его возьмем?

– Не знаю, – Исидора выглядела растерянно. – Но знаю, что надо ей эту новость сообщить.

Прокс перевел взгляд на Брыка.

– А ты что скажешь? – спросил он лукового человечка.

– Мне все равно, – ответил Брык. – Я не понимаю разницы между мужчиной и женщиной.

– Не понимаешь, – хмыкнул Прокс. – Посмотри на мои ботинки и на ботинки Исидоры. Видишь разницу?

– Вижу, – ответил Брык. – У вас, адмирал, обувь больше.

– Так вот, Брык, разница между ногами.

Исидора вспыхнула, расширенными глазами посмотрела на мужа и, скрывая смешок, прикрыла рот ладошкой.

– И только? – спросил Брык. Прокс лишь пожал плечами. Брык посмотрел на свои ноги и, как бы размышляя, произнес: – Хорошо, что у нас, у Брыков, нет разницы между ногами, у всех они одинаковые. Так что, будить Марту?

– Буди, – ответил Прокс и посмотрел на жену. – Как бы нам не пожалеть о таком решении, – проворчал он.

Марта открыла глаза и увидела прозрачную крышку над головой. Пару мгновений, не понимая, смотрела на нее, потом глаза женщины приобрели осмысленное выражение. Крышка с шипением открылась, и она села, посмотрела на стоящих с двух сторон капсулы людей и вспомнила все. Ее взгляд опустился, и она увидела свое тело, оперлась руками о край капсулы и озабоченно спросила:

– Что-то случилось? Мама?..

– Случилось, – ответила Исидора. Кинула взгляд на мужа и слабо улыбнулась. – Вы, Марта, не женщина.

– Что-о? – вырвалось у Марты, и она вновь глянула на свое тело. – Вы шутите?

– Нет, не шучу. Когда вам было полгода, вам изменили пол. Вы родились мальчиком, и в год вы стали девочкой.

Марта молча переводила взгляд с Исидоры на Прокса, потом не выдержала и произнесла:

– Вы шутите, да?

– Нет, не шутим, – ответил Прокс, – поэтому вас и разбудили, чтобы вы знали, что вы не женщина.

– Не женщина? А кто? – разглядывая большую отвисшую грудь, спросила Марта. – Гермафродит?

– Нет, телом вы женщина, – ответила Исидора, – но родились мальчиком.

– И… – спросила Марта, – что вы хотите? – Оба ее спутника по приключениям молчали. – Чего молчите? Хотите пересадить меня в тело мужчины?

– Мы хотим, чтобы вы знали, что вы были мальчиком, – ответила за двоих Исидора.

Марта прикрыла глаза, так просидела в капсуле несколько секунд, потом глаза открыла и ответила:

– Я женщина. Вот моя грудь, пощупайте, – она схватила руку Прокса и положила себе на грудь. – У меня между ног влагалище, пощупайте.

Прокс резко отдернул руку и, поморщившись, произнес:

– Хотите считать себя женщиной, считайте, но ваше сознание перейдет в тело девушки. Оно не будет конфликтовать с новым телом.

– А в чем может состоять конфликт? – спросила Марта. В это время Брык глубокомысленно произнес:

– Судя по ногам, Марта не сильно уступает вам, адмирал, так что вынужден констатировать, что Марта наполовину женщина, наполовину мужчина.

Марта замерла.

– Он что такое говорит? – спросила она спустя пару мгновений. – Это чудовище не понимает, в чем разница между женщиной и мужчиной.

– О, вы глубоко ошибаетесь, уважаемая фрау Марта, прекрасно разбираюсь, – ответил Брык и, как учитель на уроке, менторским тоном произнес: – Разница между ногами.

Марта посмотрела расширенными глазами на человечка, прикрыла низ живота руками, потом глянула в поисках поддержки на Исидору:

– Исидора, я всегда была женщиной и…

– А вы испытывали оргазм? – неожиданно спросил Прокс, и Марта замерла с открытым ртом, не договорив свою фразу.

– Оргазм? – спросила она, и взгляд ее заметался по медицинскому центру. – А почему вы спрашиваете? – наконец спросила она. – Это личное.

– Личного у вас уже, фрау Марта, нет, – пояснил Прокс. – Скоро у вас будет новое тело, и там будет много личного, куда мы лезть не будем, но я хочу знать, вы как женщина испытывали оргазм от близости с мужчиной?

– Я? – Она растерянно посмотрела на Исидору. – Не все женщины это могут, – опустив глаза, ответила Марта. – И почему это важно?

– Мы хотим понять, – мягко пояснила Исидора, – не будет ли проблем у нас и у вас после перенесения матрицы сознания в новое тело.

– Я думаю, не будет, – произнесла Марта. – И давайте уже переносите, я боюсь, что сюда заявится моя мать…

– Вот это мы и хотели узнать… – произнесла Исидора, но в это время Брык вставил свое слово.

– Вы не хотите вновь обрести мужество, фрау Марта?

– В каком смысле? – оторопело спросила Марта.

– Я могу удлинить вам стопы или добавить гормоны для роста волос на лице.

– Нет, не надо, меня все и так устраивает, – заторопилась Марта и обратилась к адмиральской чете, что стояла напротив: – Вы уверены, что этот человечек из Закрытого сектора не опасен?

– Не опасен нам, – ответила Исидора. – Ложитесь, фрау Марта, мы закончим перенос сознания в новое тело. И пожалуйста, Брык, не делай Марту похожей на мужчину.

Тот важно кивнул и скрылся за перегородкой. Марта легла и быстро уснула.

– Сколько времени займет перенос матрицы? – спросил Прокс.

– Не знаю, – пожала плечами Исидора, – я не медик, и надо еще снять последнюю нейрограмму с Марты, только потом переносить матрицу.

– Занимайся, а я пойду, приготовлю сюрприз для мамы Марты. Кстати, ты изъяла ее нейросеть?

– Пока нет, но сейчас этим займусь. О каком сюрпризе ты говоришь, Эмиль?

– Узнаешь, – улыбнулся Прокс. – Стоило ли будить Марту?..

– Стоило для своего спокойствия, – ответила Исидора. – И что-то мне подсказывает, что с этим мы не закончили. Вот зачем мать Марты меняла ребенку пол?

– Она просто сумасшедшая, – ответил Прокс и покинул медицинский блок корабля.

Во время разговора с Мартой у Прокса возник рискованный план. Он проверил боевое снаряжение корабля и мысленно присвистнул. Яхта была переделана из эсминца, и вооружение было под стать кораблю. Изменения коснулись внутреннего убранства: оно было роскошным, и многие внутренние отсеки были расширены. Корабль был безэкипажным и, видимо, не рассчитан на длительные перелеты. Но переместиться из одной точки пространства в другую он мог спокойно. На нем была усиленная бортовая защита, энергетический щит и сложная система жизнеобеспечения, рассчитанная на сто человек. Значит, это или экипаж, или пассажиры, подумал Прокс. На вооружении были лазеры и пусковые установки ракет, но еще был запас мин с термоядерным содержимым. Такие ставили на узких путях следования кораблей или подальше от крепостей, защищающих планеты. Их приводили в действие дистанционно. Одну такую мину Прокс решил отправить телепортом на базу к матери Марты. Задумка была рискованной: заряд мог сработать, не добравшись до места назначения, и тогда неизвестно, что будет с кораблем; или вообще мог взорваться прямо на месте. Проксу нужно было точно рассчитать время подрыва снаряда. Если он задержится, то его могут вернуть обратно, а если сработает слишком рано, то им придет конец.

Дрон притащил мину, и Прокс приказал разместить ее на портальной площадке. Уточнив ее вес, он понял, что это был предел возможностей телепорта, но мина все же могла уйти по назначению. Для приведения в боевое положение требовалась пара минут. А потом, спустя еще пять секунд, мина должна была взорваться. Дальше время подрыва было уже гораздо длиннее: целая минута, а это очень много.

Завершив тонкую настройку программирования мины, он с легким вздохом закрыл люк с пультом и вернулся в медицинский центр. Там, в капсуле, рядом с Мартой покоилась загадочная девушка, их глаза были закрыты, а дыхание – ровным и спокойным.

– Перенос идет быстрее, чем ожидалось, – встретила его Исидора, ее голос был полон напряжения и надежды. – Еще полчаса, и все будет завершено. Эти валорцы действительно достигли невероятных высот в технологиях. Такого оборудования я не видела даже на корабле Ирридара.

– Конечно, – с легкой иронией ответил Прокс. – У него же устаревший модуль, ему уже четыреста, а то и пятьсот лет. А этот корабль новый, он нам очень нужен. Здесь просто кладезь разнообразной информации. Но и я не стал бы доверять Марте. Она не та женщина, которая так легко сдается, и наша информация, что она родилась мальчиком, еще нам отзовется…

– Чем отзовется? – спросила Исидора.

– Не знаю, – нахмурился Прокс, его потяжелевший взгляд устремился на лицо девушки. – Эту даму мы не проверяли.

– А что в ней такого? Зачем ее нужно проверять? – спросила Исидора.

– Не знаю, – немного подумав, вновь ответил Прокс. – Слишком она какая-то ванильная, слащаво красивая, за такой внешностью скрываются или дуры, или сказочные стервы.

Исидора посмотрела на девушку и ничего не увидела. Пожала плечами и произнесла:

– Она просто красива, как красивы женщины из Закрытого сектора.

– Да, и она была магичкой. Если только ее не признали одержимой демонами, чтобы украсть тело. Искореняющие могли сделать так, чтобы она стала невменяемой, – произнес Прокс. – Я бы посоветовал тебе быть готовой к любым неожиданностям.

– Предостерегаешь? – спросила Исидора и вновь посмотрела на красивое лицо девушки. – О, перенос закончился, – спохватилась она. – Посмотри, у Марты пропала жизнь из тела, она как кукла, даже улыбаться не может.

Прокс посмотрел через стекло капсулы на безжизненное тело Марты.

– Да уж, не хотел бы я таким стать, – произнес он без всякого сочувствия в голосе и буднично спросил: – Будем будить?

– Будем, – ответила Исидора.

– Брык, отключи тела от капсул, – распорядился Прокс, и тут же обе капсулы открылись. В одной лежала и тупо смотрела в потолок кукла без души, это было тело Марты.

Вдруг раздался вздох, и в другой капсуле началось шевеление. Прокс и Исидора, затаив дыхание, смотрели, как незнакомая девушка села и улыбнулась.

– Привет, – приятным голосом поздоровалась она. – Разрешите представиться, я Марта. Марта в прошлом. Сейчас я Элизабет Эрнандо. Можно мне встать?

– Да, конечно, – первой опомнилась Исидора. – Как вы себя чувствуете, Элизабет?

– Приемлемо. Можно Эмиль, ваш муж, отвернется? Мне неудобно оттого, что я обнажена и он меня осматривает.

Прокс хмыкнул и буркнул:

– Ну надо же какая появилась неожиданная скромность и щепетильность. – Но все же под взглядом жены отвернулся.

Девушка встала. Исидора помогла ей вылезти из капсулы и подала комплект одежды. Элизабет стала одеваться, а Исидора, горя любопытством, спросила:

– Как вам в новом теле?

– Гораздо лучше, чем в старом, и я настоящая женщина, это радует. Может, даже я смогу начать новую жизнь, выйду замуж и смогу родить, – она застегнула комбинезон, надела пояс и выпрямилась.

– А про прошлую жизнь этой девушки что-нибудь знаете?

– Конечно…

– Нет, я имею в виду ее память. У вас она есть?

– Нет, – спокойно ответила Элизабет. – Она была стерта. Я чувствую слабость, так как тело долго находилось без движения. Куда сейчас?

Прокс обернулся.

– Оделись… это хорошо, – произнес он. – Идем в помещение с портальной площадкой, откуда мы выбрались: нужно связаться с вашей матерью.

– Зачем? – Девушка остановилась как вкопанная. – Вы хотите отдать меня ей?

– Нет, это часть небольшой операции, мы пообщаемся буквально пару минут. Пошли. Если вам трудно идти, я помогу.

– Нет, спасибо, – выставила перед собой руки Элизабет, – я сама.

Они прошли в пыльную комнату, Прокс закрыл створки массивней двери и включил монитор. По нему прошла рябь, и вскоре экран монитора настроился. Один раз моргнул, и перед ними появилось изображение человека в военной форме валорского образца. Он некоторое время смотрел, а потом произнес:

– Господа, вы находитесь на режимном объекте. Назовите себя.

– Это неважно, – ответил Прокс. – Позовите Фрау, у нас ее дочь.

– Одну минуту, – невозмутимо ответил военный, и экран покрылся рябью.

– Как ты вышел с ними на связь? – спросила Исидора.

– Просто. Уже час как в боевой рубке корабля горит вызов с той стороны, и я подозреваю, что это Фрау, – ответил Прокс.

Экран снова мигнул, и на нем появилось изображение Марты. Прокс даже вздрогнул, а Исидора вскрикнула.

– Что? – довольная произведенным эффектом спросила Марта. – Вы увидели свою знакомую?

– Да уж, сходство поразительное, – произнес Прокс.

– Ну, это понятно, ведь Марта – это я. А вы, как я поняла, уже знаете, что на корабле, который вы захватили, есть тело и оно ожило…

– Вы не мама Марты? – ошеломленно спросила Исидора.

– Мама? – спросила женщина с улыбкой, но улыбка сразу сошла с ее лица. – Конечно мама, но не та, о которой вы думаете.

– Я что-то запуталась, – призналась Исидора. – Кто вы?

– Вы назвали меня Фрау, и я и есть Фрау.

– А кто же… это тогда? – Исидора с небольшой заминкой указала на девушку.

– Это тело, которое было предназначено для меня, ребята, – громко рассмеялась Марта на экране. – Шикарное, правда? – добавила она, подмигнув.

Прокс уже пришел в себя и активировал телепорт. Мина исчезла, но этого никто не заметил, все смотрели друг на друга. Исидора посмотрела на девушку, прищурилась и посмотрела на женщину на экране.

– Правда, знатно сработано, – произнесла Марта на экране спокойным голосом. – Вы захватили куклу и думали, что поймали Фрау. Ха-ха. Наивные вы люди… – Она не договорила, яркая вспышка на экране закрыла все, а потом экран погас.

– Ну, вот и все, – облегченно произнес Прокс, – кто бы она ни была, с ней покончено.

– В каком смысле? – напряженно спросила Элизабет.

– Я не знаю, кто из вас кто Марта, – ответил Прокс. – Но эта женщина погибла от ядерного взрыва. Я отправил к ней телепортом ядерный заряд, и он сработал внутри ее обители, там никто не остался жив, это я могу утверждать со всей серьезностью…

– Вот как, – улыбнулась Элизабет. – Занятно, вы облегчили мне задачу. Теперь мне не надо прятаться и опасаться ее мести, а вам пора прощаться, простачки.

Она взмахнула рукой, и в ее руке появилась шаровая молния.

– Магичка, – прошептал Прокс и, не тратя времени, кинул под ноги девушки амулет.

Яркая вспышка оранжевого цвета разрушила заклятие, и Элизабет попробовала собрать новое, но ей не удалось. Прокс успел выхватить игольник и всадил десяток игл в голову Элизабет. Та под градом стрел затряслась, руки ее упали, и она опустилась на колени, затем повалилась навзничь.

– Ты ее убил? – испуганно спросила Исидора.

– Да, иначе она убила бы нас. Помнишь, я тебе говорил, что мы не проверили девушку, а в ней камень с запасом элеронов в тысячу единиц, она нас испепелила бы.

– А как?.. – пораженно воскликнула Исидора.

– Что как? – спросил Прокс, подошел к лежащей на полу девушке и еще несколько раз выстрелил ей в сердце. – Как я узнал про жаргонит? Я увидел в магическом зрении ее ауру и использовал амулет хаоса, он действовал пять секунд, но этого хватило, чтобы разрушить заклятие и убить эту тварь. И я догадываюсь, кто скрывался за всем этим.

– И кто? – растерянно спросила Исидора.

– В теле девушки была матрица матери Марты, ей только подкинули немного памяти ее дочери. И тут и там была одна и та же женщина. А Марта действительно была только куклой. Негодный объект отвлечения внимания. Ну и закрутили они, я даже до сих пор не могу сообразить все толком…

– Но зачем ей два тела?

– Марта должна была в случае провала умереть, и на ее месте должна появиться вот эта Элизабет, – он указал на тело в луже крови на полу. – Марту раскрыли, и теперь ее внешний вид мог ее выдать.

– А кто мог ее видеть? Она же… – Не зная, что сказать, Исидора развела руками. – Она же пряталась от всех.

– Ее могли видеть многие. И скоро ее изображение будет во всех экранах на всех планетах. Чтобы что-то хорошо спрятать, нужно поставить это на виду, – ответил Прокс. – Просто и красиво. Я, если честно, отдаю должное ее уму. Скорее всего, Марта не пряталась, а занимала небольшую скромную должность среди людей. И она из сына сделала точную копию себя. А когда мы раскрыли это, ей нужно было исчезнуть, но не так, как случилось. А здесь осталась ее копия, которая нас хотела убить. Мы ей в этом подыграли и сделали всю работу за нее. Подозреваю, возможно, это было частью ее плана.

– И что нам делать? – спросила Исидора.

– Нужно убыть на Суровую и там разбираться с этим кораблем, – ответил Прокс. – Отчет о гибели Марты мы отправим Вейсу, пусть они дальше занимаются проблемами Синдиката. Нет больше ни самой Марты, ни ее дочери…

– Есть дочь, – ответила Исидора, – и она в капсуле, мы можем вернуть ей ее нейрограмму.

– Ты сумасшедшая! – пораженный ее словами воскликнул Прокс.

– Нет, Эмиль, послушай…

– Нет, нет, я даже слушать это не хочу. Марта опаснее ядерной бомбы.

– Но Эмиль…

– Я в рубку и не хочу ничего об этом слышать, – закричал Прокс и, открыв створки двери, выскочил из помещения.

Исидора метнулась вперед, словно тень, разрываемая вихрем эмоций.

– Эмиль, выслушай меня!

– Молчи! – Прокс резко отмахнулся, закрывая уши руками и отворачиваясь к капитанскому креслу. – Нам нужно улетать, немедленно! – Его голос звучал резко, но в нем проскальзывала тревога.

Исидора, не отступая, осторожно убрала его руки и открыла уши.

– Послушай, – ее голос дрожал, но в нем звучала настойчивость. – Нам нужна эта кукла. У нее есть информация обо всех ячейках Синдиката. У нее остались связи, и мы не можем позволить себе упустить такой ресурс.

Прокс усмехнулся, его взгляд стал ледяным.

– Ты уверена, что сможешь ее контролировать? – В его словах сквозила ирония, смешанная с опасением.

– Конечно, – Исидора ответила твердо, но в ее голосе проскользнула нотка неуверенности. – У нее будет блок на предательство или причинение вреда.

– Она узнает о нем? – Прокс прищурился, его взгляд стал острым, как лезвие. – Зная тебя, я уверен, что ты расскажешь ей все.

Исидора замерла, ее лицо стало серьезным.

– Да, расскажу, – ее голос стал тверже. – Но это плата за ее жизнь, и мы не будем менять ее облик.

Прокс тяжело вздохнул, его плечи опустились. Он закрыл глаза, словно пытаясь отгородиться от происходящего.

– Делай как считаешь нужным, – произнес он, его голос звучал устало, но в нем не было сопротивления. – Я поведу корабль.

Исидора улыбнулась, ее лицо озарилось светом надежды. Она подошла к Проксу, нежно поцеловала его в щеку и, не говоря больше ни слова, вышла из боевой рубки. Ее шаги эхом разнеслись по кораблю, оставляя за собой ощущение, что это еще не конец.

Глава 3

Открытый космос. Пределы системы Валора

На корабле царила безмолвная ночь, но Вейс бодрствовал, словно в клетке из своих мыслей. Уже вторые сутки прошли с тех пор, как исчезла Марта вместе с двумя агентами из Закрытого сектора. Отряд спецназа застрял на промежуточной станции, не в силах продолжить погоню. Путь был лишь в одну сторону, а искин, управлявший портальной площадкой, внезапно взорвался, словно предупреждая о грядущих бедах.

На военных базах возле планеты кипела напряженная работа: обыски и аресты следовали один за другим. Но это были лишь мелкие звенья в цепи Синдиката, не те, кто стоял у руля. Вейс не знал, где сейчас скрываются Марта и те двое странных людей из княжества, что согласились помочь ему. Он сидел в тишине, потягивая скотч, и курил сигару. Его мысли метались, как тени на стенах, что скачут в отблесках раздуваемого ветром огня камина.

Операция, которая казалась такой тщательно спланированной, обернулась крахом. Если Марту не найдут, вина падет на него. Это будет конец – окончательный и бесповоротный, без возможности спрятаться даже на Материнской планете, где его все равно найдут. Вейс знал, что за налет на планету и ее санацию кто-то должен будет ответить. Его обвинят в некомпетентности, и такие, как он, в случае провала не выходят на пенсию – их путь ведет к суду и скорой смерти. Комитет не станет защищать его. Они сами попадут под удар. Начнется разбирательство, и тогда… Он боялся об этом даже думать. Он отчаянно надеялся, что беглецы дадут о себе знать. Ждал, трясясь от страха, но не теряя веры в чудо.

Время тянулось медленно, как песок сквозь пальцы, и каждая минута казалась вечностью. Вейс знал, что его судьба висит на волоске, и единственное, что ему оставалось – верить и ждать.

В дверь его каюты постучали, и он неохотно ответил:

– Войдите.

В проем двери каюты, открыв ее настежь, заглянул адмирал.

– Не спишь? – спросил он. В руках адмирал держал бутылку дорогого сквоча, был в одной рубашке с расстегнутым воротником и выглядел изрядно выпившим.

– Не сплю, как видишь, – ответил Вейс.

– Тогда я зайду, – озвучил свое желание адмирал. Закрыл дверь и прошел к дивану. – Тебе налить? – спросил он. Вейс кивнул.

– Ты чего не спишь?

– Не спится, – ответил адмирал. – Мы с тобой в одной упряжке или в одном боте, как у нас говорят. Не соскочу. Вот жду отставки, позора и смерти, сам застрелюсь. А ты?

– Я не буду стреляться, – недовольно зыркнув на адмирала, произнес Вейс. – Я не теряю надежды.

– Да, правда, время еще есть, потом нужно будет докладывать о результатах, – согласился адмирал. – Ты знаешь, тут недавно, час назад, взорвался астронавигационный пост, мои специалисты засекли термоядерный взрыв. Я отрядил к месту трагедии специалистов, может, кого найдут живыми. Тебе это ни о чем не говорит?

– Говорит, – хмуро произнес Вейс. – Заметают следы отступления Марты. Это какой пост?

– Одиннадцатый, мы его еще не проверили, времени не хватило.

– Думаешь, кто-то выжил? – спросил Вейс.

– Все может быть, там было сто двадцать человек… – ответил адмирал и неожиданно замер, потом отмер и с ошарашенным видом произнес: – Пошли в рубку, есть сообщение от твоих агентов.

– Да ты что! – воскликнул Вейс. Хмель моментально выветрился из его головы, и он вскочил с дивана.

Они ворвались в боевую рубку, где их встретил дежурный оператор, лихорадочно разворачивающий файлы и выводящий их на экран.

– С начала, – коротко бросил адмирал, и запись ожила.

На экране возник хмурый, без тени улыбки, адмирал. Его вид был суров и официален.

– Господа, – начал он ледяным тоном, – я передал это сообщение по защищенному каналу, который вы мне предоставили. Мы с моей женой следили за Мартой до самого ее корабля, спрятанного вблизи системы Валора. Она исчезла через портал, не оставив за собой следа. Но я успел отправить термоядерный заряд к месту, где она находилась. Думаю, там, где она исчезла, все погибли. Теперь взгляните на это.

На экране возникла улыбающаяся Марта, ее лицо светилось радостью. Она разговаривала с адмиралом, его женой и незнакомой девушкой. Их беседа казалась легкой и непринужденной, но в ней таилась тень тайны. Внезапно экран озарился ослепительным взрывом, поглотившим Марту.

Но это была лишь прелюдия. Девушка, что стояла рядом с адмиралом и его женой, подняла руки, и ее ладонь наполнил зловещий свет, словно сама тьма ожила и пригласила смерть. Адмирал метнул что-то к ее ногам, и свет исчез, как по мановению волшебной палочки. Глаза девушки вспыхнули яростью, но адмирал выхватил игольник и выпустил в девушку несколько смертоносных залпов. Ее тело рухнуло на пол, а адмирал, тяжело дыша, повернулся к экрану.

– Это лишь начало, – тихо сказал он, его голос дрожал от напряжения. – Тело девушки я передам вам на планете Суровой, куда я направляюсь. Но главное другое – Марта с Валора была лишь пешкой. Ее мать, точная копия дочери, стояла за всем этим. Эта информация будет передана вашим агентам с грифом «Секретно». Отправьте мои корабли к месту назначения. Нейросеть Фрау будет передана вам для изучения. А это, – он указал на тело девушки, – копия Фрау, матрица сознания матери и дочери внутри этого тела. Мы не трогали ее, боясь повредить. Оставаться здесь опасно, а лететь на Валор – еще опаснее. Жду вас на планете Суровой. Имею честь, господа, – экран погас.

– Что ты об этом думаешь? – спросил адмирал у Вейса, его голос срывался от волнения.

– Тот взрыв, который засекли ваши специалисты, видимо, был результатом ядерной мины, которую адмирал послал вслед за Мартой, – ответил Вейс, его лицо было мрачным. – Но она оказалась хитрее всех нас. Она не убегала, она кружила по системе, уводя след в никуда. И она, как я понимаю, подстраховалась, спрятавшись в новом теле.

– Зачем? Почему она кружила вокруг нас? – спросил удивленный адмирал, его голос выражал непонимание происходящего.

– Кто станет искать ее в системе Валора? – ответил Вейс. – Это был гениальный расчет. Но я мало что понял о ее матери. Если верить словам адмирала, та Марта, что являлась женой президента, была лишь марионеткой. Настоящая Марта служила серой мышью где-то на орбите. Как все запутано… Адмирал, – Вейс резко перешел на официальный тон, – прикажите линкору следовать к планете Суровой. Но сначала пусть предоставят список всех, кто служил на взорванном посту.

– Я уже отдал приказ, – адмирал выпрямился, его лицо было напряженным, – как только узнал о гибели поста. Хотите просмотреть весь список?

– Да, покажите мне список всех женщин, – приказал Вейс. – Сколько их было?

– Сорок четыре, – ответил оператор.

– Выведите всех с изображением их личностей на экран монитора, – приказал Вейс, впиваясь взглядом в монитор.

Имена, фамилии, должности женщин шли снизу вверх. Внезапно Вейс воскликнул:

– Стоп! Вот она. Как похожа. И никто не заподозрил, что она родственница жены президента. Как ее звали?.. – Он приник к экрану. – Элизабет Эрнандо? Эрнандо, – прошептал Вейс, его глаза расширились от удивления. – Это невероятно. Она была на виду, и никто ничего не заподозрил. Адмирал, нужно проверить место взрыва и обыскать его тщательно. Возможно, она еще жива и пытается скрыться.

Адмирал кивнул, его лицо было суровым.

– Я уже отправил туда экспедицию. Прикажу искать женщину Элизабет Эрнандо.

– Адмирал, отлет откладывается. Ждем результатов осмотра места происшествия, – распорядился Вейс, его голос был теперь спокойным и решительным.

Он и адмирал понимали: люди, что убыли на Суровую, спасли их жизни, и у них были материалы, которые изобличат Марту и ее деятельность. Угроза провала и смерти миновала, и у обоих начался отходняк.

– Пошли, допьем, – тихо предложил Вейс, и адмирал кивнул.

***

Открытый космос. По пути на планету Суровую

– Эмиль, у меня есть план, – настойчиво повторила Исидора.

Прокс посмотрел на жену. Она была точной копией его самого по характеру: настырная, деятельная и предусмотрительная. Если что-то говорит, то только по существу. Он знал, ей можно доверять и прислушиваться к ее мнению, но в нем жила выработанная годами работы в АДе осторожность: лучше не рисковать, чем по-крупному влипнуть. Так рисковать, как хочет его жена, можно, если это сулило невероятную выгоду.

«Может, она что-то может предложить?» – подумал Прокс.

– Говори, я готов тебя выслушать, – ответил он.

– Эмиль, нам нужна вся информация Марты, но не она сама.

Прокс сделал удивленный вид.

– И как ты себе это представляешь, любимая?

– Представляю так, – ответила Исидора, – мы возвращаем Марте ее сознание, копия матрицы у нас есть. Не та, что мы загрузили в тело девушки из сектора, и ты зря ее убил, она ни в чем не виновата…

– Это мы уже изменить не можем, говори дальше, – перебил ее Прокс.

– Мы возвращаем Марте сознание в обмен на информацию, она сама должна нам ее открыть. Если эта информация нас устраивает, мы отпускаем Марту.

– Как отпускаем? – воскликнул Прокс. – Куда?

– На Материнскую планету, мы подарим ей шанс на выживание. Она, как ты говорил, боец и примет такие условия.

– М-да, вот ты придумала, – усмехнулся Прокс. – И ты веришь, что она согласится?

– Да, иначе мы поставим ей блок на полную зависимость, и она сама все нам расскажет, но будет почти куклой, и это изменить уже будет нельзя.

– Ну… – задумался Прокс, – с учетом ее характера можно попробовать. Но что будет, если она сможет вырваться с Материнской планеты?

– Не знаю, но это будет для нее стимулом для сотрудничества. У нее будет надежда вернуться. А что она будет делать, когда вырвется с планеты, я не знаю. Но к тому времени ячейки Синдиката будут работать на нас. Я в этом уверена. А обладание таким ресурсом сделает нас непобедимыми.

– Ты умеешь быть убедительной, – ответил Прокс. – Иди и занимайся этим вопросом. Я буду прокладывать курс. Этот корабль не предназначен для дальних перелетов. О чем его создатели думали, когда ставили ему этот узколобый искин?

– Они знали, что делали, Эмиль, только мы этого пока не знаем. Но я понимаю так, что он не должен был далеко улететь и должен был находиться вблизи системы Валора. Может, на него должна была удрать ненастоящая Марта, жена президента, и настоящая Марта, ее мать… если она ее мать, – добавила Исидора, выходя из боевой рубки.

Исидора вошла в медцентр корабля и позвала Брыка.

– Док, появись. – Из воздуха соткалась фигура лукового человечка.

– Что угодно, госпожа? – спросил он.

– Мне угодно, чтобы мы вернули Марте сознание, но без матрицы ее матери. Только то, что было в ней до переноса.

– Это возможно, госпожа, – степенно ответил Брык и нырнул головой в искин, обслуживающий медотсек. Иллюзии луковых человечков, связанные между собой, иногда вели себя странно и смешно. Но это забавляло Исидору. И кроме того, она чувствовала, что Брыки ее выделяют от остальных людей. Вскоре Брык исчез там полностью. Через полчаса показалась его голова. – Вот, нашел, – сообщил он, – приступаю к переносу матрицы сознания, – и вновь испарился.

Исидора села в кресло и незаметно задремала. Ее разбудил звук шипения. Она открыла глаза и увидела, что это открылась капсула, где лежала Марта. Исидора встала и подошла к ней. Марта лежала и моргала. Потом скосила глаза на Исидору.

– Перенос не удался? – спросила она.

– Удался, – ответила Исидора. – Только в теле, которое вы, Марта, приготовили для себя, была матрица не ваша, а вашей матери. И она пыталась нас убить. Но мой муж сумел добраться до настоящей Марты. Он отправил к месту ее обитания ядерный заряд, а девушку пристрелил. Так что вы теперь сирота.

Марта молчала, обдумывая слова Исидоры, попыталась встать, но ей это не удалось.

– Я не могу встать, – произнесла она.

– А зачем? – в ответ спросила Исидора. – Перед тем как вы сможете пошевелиться, вы должны услышать мои условия. У вас два варианта. Не скажу, что они вам понравятся. Брать вас в свою команду – это неосмотрительно, вы опасны и хитры, вас нужно держать или привязанной, или подальше от нас. Убивать вас тоже не имеет смысла. Тело девушки мы передадим АДу. Так что вы, можно сказать, умерли для всех.

– И что вам от меня нужно? – спросила Марта.

– Вы должны передать всю информацию о Синдикате добровольно, мы проверим, и если она нас устроит, тогда вы отправитесь на Материнскую планету. Как вы там будете жить и как сможете оттуда выбраться, я не знаю, но второй вариант вам понравится еще меньше. Под подавленной волей вы сами нам все расскажете и будете послушным оружием в наших руках. Как вам такой вариант?

– Это запрещено межгалактическим законом…

– Как и ваша деятельность, фрау Марта, – прервала ее Исидора. – И вас это не останавливало. Почему это должно остановить нас? Вы мертвы, поэтому на нас не будет распространяться статья о рабстве. Посмотрите файл.

Марта закрыла глаза и некоторое время лежала в безмолвии.

– Вы видели, как погибла ваша мать? – спросила Исидора.

– Да. Это действительно была моя мать… – Марта криво усмехнулась. – Она сама себя переиграла, слишком увлеклась… Глупый, но предсказуемый конец. Жить на станции и быть похожей на меня – это слишком даже для нее.

– А почему никто не задавался вопросом схожести этой женщины и вас?

– Все считали, что моя мать бросила меня в детстве и мы не поддерживаем связь. Для остальных она была никем. На самом деле она управляла мной и всей сетью Синдиката. После гибели поста, где она жила, исчезли все данные о Синдикате. Там служили только приближенные ей люди. И там хранилась информация о сети. Вы удивлены? – спросила Марта.

– Честно, да, – ответила Исидора.

– А кто знал, что Марта – глава Синдиката? Она была просто отвергнутой матерью госпожи президентши и никому не была интересна.

– Да уж, как все закручено, – произнесла Исидора и спросила: – Кто такой Советник?

– Это сын матери от любовника. Ее любимый сын. Его поймали?

– Да.

– Вы уверены?

– Он выдал информацию о вас, но не о настоящей Марте. Кто-то другой мог это сделать?

Марта ненадолго задумалась:

– Нет, все остальные двойники не обладали такой информацией. Значит, только я осталась в живых и что-то знаю…

– Да, но кто про это знает? Для всех погибли вы, Марта.

– Мне надо подумать, – произнесла Марта и замолчала.

– Только недолго, – сказала Исидора. – Я готова провести процедуру полного подчинения. И не думайте, что сработает ваш блок защиты, его уже сняли с вас. Вы не сможете умереть, так как это тоже заблокировано.

Исидора отошла от капсулы, оставив Марту одну. Она прошла к Проксу, и тот облегченно выдохнул.

– В секретных файлах дублирующего искина были обнаружены навигационные карты, я проложил курс до одной из станций конфедерации Шлозвенга. Предстоит двенадцать прыжков и неделя пути, нам будет чем заняться, – он привлек к себе жену, и та села ему на колени. – И как там фрау Марта? – спросил Прокс, положив руку ей на грудь.

– Думает, – ответила Исидора и стала расстегивать комбинезон.

– Что, прямо здесь? – удивился Прокс.

– Да-а-а, я не хочу долго ждать, – прошептала Исидора и встала с колен. – Я соскучилась, и эта беготня мне здорово потрепала нервы. Успокой меня, мой любимый…

Удовлетворенная и умиротворенная Исидора вместе с мужем вернулась в медицинский центр корабля. Марта лежала на том же месте и смотрела в потолок. Исидора подошла к капсуле и, наклонившись, убрала прядку волос за ухо, затем добродушно спросила:

– Марта, вы готовы сотрудничать?

– Да, передам всю информацию, какую имею, но хочу спросить, почему не оставляете меня вместе с собой, как я просила?

– Потому что мы вам не верим, Марта, – ответила Исидора. – Вы, как и ваша мать, почти сумасшедшая и просто помешаны на своем предприятии. Вы опасны, и это не заставит отказаться от ваших услуг, но вашей смерти мы не желаем. Я ясно обрисовала ситуацию?

– Более чем, – произнесла Марта. – Все, что знала, я скинула на искин капсулы, проверяйте.

Исидора кивнула, крышка капсулы закрылась, и Марта снова заснула.

Исидора попросила Брыка проверить капсулу, где лежала Марта. Брык-док, появившийся из воздуха, уточнил, что именно нужно проверить.

– Информацию, которую Марта переслала на капсулу, – ответила Исидора. – Я опасаюсь подвоха с ее стороны.

– Подвоха? – переспросил Брык. – Что это значит?

– Я жду неприятностей, – объяснила Исидора. – Шпионских закладок, вирусов или чего-то подобного. Она сказала, что перенесла данные со своей нейросети на капсулу.

– Все в порядке, информация есть. Но ничего подозрительного не обнаружено, – ответил Брык. – Я могу отключить капсулу от общей сети.

– Сделай это, – вмешался Прокс. – Лучше перестраховаться.

– Информации очень много, я могу перенести ее на отдельный носитель, – предложил Брык.

– А ты можешь ее систематизировать? – спросила Исидора.

– Могу, – ответил Брык. – Просто задайте параметры.

– Я не знаю, как это сделать, – растерялась Исидора. – Реши сам. Ты же умеешь.

– Конечно, умею, – уверенно сказал Брык. – Могу показать результат.

– Уже? – удивилась Исидора.

– Да, выведу на монитор капсулы, – ответил Брык.

На небольшом экране монитора, где спала Марта, начали появляться строчки.

Сначала возникли оглавление и информация о планетных системах. Под ними шли названия ячеек, их состав и руководитель.

– Если это верные данные, – сказал Прокс, – можно будить Марту.

– А если обман? – нахмурилась Исидора.

– Тогда придется ее или полностью подчинить, или убить, – с недовольством произнес Прокс. – Она мне уже надоела.

Исидора вздохнула и дала команду разбудить Марту.

Марта открыла глаза и посмотрела по сторонам. На нее сверху смотрела Исидора, и взгляд ее был полон сочувствия.

– Я могу встать? – спросила Марта.

– Давайте, Марта, вставайте и следуйте за стюардом, он покажет вам каюту. Временно вы под домашним арестом. Все необходимое вам доставят в вашу каюту. – Она помогла Марте выбраться и подала одежду.

Марта молчала. Ей нечего было сказать этим людям. Ее мир рухнул. Нет больше мужа, власти и влияния. Не было информации, ее стерли, пока она спала, но информация осталась в капсуле. Она отдала ее за свободу. Жизнь без свободы ей была не нужна. И пусть это свобода на ужасной Материнской планете, но это все же свобода. А жизнь не заканчивается. У нее остались еще козыри.

– Вы не измените мою внешность? – спросила она жену адмирала. Та слабо улыбнулась и отрицательно покачала головой:

– Нет, ваша мать ее не меняла…

– А нейросеть?

– Нейросеть тоже осталась ваша, только подчищенная.

– Я это уже поняла. Спасибо, что не превратили в рабыню и не убили.

– А мать вам не жалко? – спросила Исидора.

– Нет, она чудовище, я не такая, – ответила Марта. Она полуобернулась к Исидоре: – Так я пошла?

– Идите, Марта, – кивнула Исидора.

Прокс, изучающий содержание переданной информации, поднял голову от монитора и посмотрел в спину уходящей женщины. Подождал, когда она уйдет, и произнес:

– И все же она не сломлена, сильная личность, такие становятся или правителями-тиранами, или ужасными преступниками. Я ей не верю, она не правитель, она хитрая и волевая безжалостная сумасшедшая.

– Это неважно. Как ты собираешься отправить ее на Материнскую планету? – спросила Исидора.

– Я скорректировал курс, и через пять дней мы будем недалеко от системы прародины человечества. Там посажу ее в адмиральский бот, он с гипердвигателем, и настрою маршрут на Материнскую планету. Она не сможет поменять курс. А там она спустится на поверхность. Что будет дальше – не моя забота.

Марта осталась в гостевой каюте одна. Она лежала на кровати, не в силах подняться, и первые два дня мысли не посещали ее разум. Но на третий день, когда мрак внутри начал рассеиваться, она вдруг задумалась о будущем. Ее взгляд устремился вдаль, к Материнской планете, где не было тех, кто когда-то был частью ее организации. Но Марта, как мудрая и предусмотрительная женщина-лидер, не могла позволить себе слабости. Она заранее подготовила для своих людей базу на этой загадочной планете. Так, на всякий случай, – вполне возможно, что пришлось бы там прятаться. И лучшего места было не найти.

Эта информация не была сохранена в искине капсулы, и даже когда стерли ее память, Марта не позволила ей исчезнуть. Эти знания, словно тайный ключ, спрятанный в глубинах ее души, оставались с ней, несмотря на все попытки стереть их. И теперь, когда она лежала в тишине, ее разум, словно древний механизм, медленно, но верно пробуждался к жизни, готовясь к новой главе ее судьбы.

Она решила побороться за свое будущее. Нет, она не планировала создавать новую организацию. С этим покончено. Удар, нанесенный АДом, оказался смертельным, а что останется – захватят эти люди из сектора. И пусть, решила она. У нее свой путь. Какой – она еще не знала, но верила, что его найдет.

* * *

Открытый космос. Пределы системы Валора

Воодушевленный полученной информацией от адмирала Флоренса Вейс отправил отчет в комитет по безопасности межрата АОМ об итогах операции с приложением файлов, полученных от адмирала и его жены. Он готовился убыть на Суровую, но ждал конца поисковых работ там, где взорвался астронавигационный пост. Но живых там не обнаружили, части взорвавшейся станции разлетелись на сотни миль, специалисты, изучившие их, сообщили, что взрыв произошел внутри станции в районе портальной площадки, потом сдетонировал реактор самой станции. Эти свидетели подтверждали слова адмирала. В огне ядерных взрывов сгорели все, остались лишь большие обгоревшие куски металла, сплавленные в невообразимые причудливые конструкции. Но неугомонный Вейс приказал искать тщательнее. Он был собой доволен, все же у него получилось разгромить этот неуловимый Синдикат, и он не спешил. Впереди много работы, и он хотел уйти из системы Валора с чистой совестью и без тени сомнений.

Он как раз потягивал сквоч и курил у себя в каюте, и хотя это запрещалось правилами пребывания на военном корабле, ему никто не делал замечаний. В дверь постучали, вошел адмирал в мундире и со строгим взглядом.

Вейс сразу понял, что что-то случилось.

– Что произошло? – спросил он, приподнимаясь с дивана и выпрямляя спину.

– Да, в общем-то, ничего особенного, старина. Пришел приказ из комитета по безопасности отправить тебя на Материнскую планету. Смысл приказа мне ясен, инструкции я принес тебе на отдельном носителе, и они под грифом «Совершенно секретно». Убыть тебе надлежит уже сегодня… Я подготовил для тебя свой адмиральский бот, он удобен, быстр, и там ты будешь полным хозяином.

– Спасибо, – поморщился Вейс, – чего они торопятся? Я еще не все завершил здесь.

– Комитет считает, что твоя функция тут закончилась. Дальше мы уже сами. Еще сюда направляются полицейские силы, а мы вскорости убываем к месту своего расположения. Я оставлю тут десяток кораблей для поддержки сил развертывания. Весь флот Валора разоружается и убывает к базам ССО.

– Вот же жирные гуси, – недовольно произнес Вейс. – Старые пердуны, – в сердцах проговорил он. – Они хотят украсть у меня победу, вспомнили про моего протеже. – Он сделал большой глоток из стакана, затушил сигару и встал: – Пошли. Я так понимаю, ты пришел меня выпроводить.

– Не выпроводить, а проводить, старик, так что не злись, мы тоже убываем.

– Но ты-то получишь свои награды, – буркнул Вейс.

– А как же. Я победитель, – широко улыбнулся адмирал, показав большие крепкие зубы.

«Все победители, один я виноватый», – подумал Вейс, но промолчал. Его путь лежал к Штифтану, с которым надо было договариваться. Больших проблем в этом Вейс не видел, он хорошо знал Эрата и понимал, как найти к нему подход. Кроме того, он вез ему целую кучу соблазнительных предложений.

Он прошел в роскошный адмиральский уиндер. Корабль был больше бота и размером с полноценный малый атакующий корабль, быстроходный и обладавший повышенной скрытностью. Адмиралы флота ССО себя баловали: мебель из красного дерева, каюта большая, с изысканным интерьером. Экипаж – двадцать человек, капитан в звании майора флота. Он отдал честь и пригласил Вейса взойти на корабль. Вейс прошел в каюту, в которой бывал много раз, и приказал его не беспокоить.

Вейс пытался справиться с раздражением, охватившим его на линкоре после получения приказа на убытие. «Все они козлы, – тихо по-стариковски брюзжал он, – не ценят таких, как я. Пытаются подкопаться, найти изъян, завидуют моим успехам. А я приношу результат, прямо в руки им кладу. Ползаю, как муха по навозу, ради безопасности системы. Но разве ж эти ослы, что сидят в богато обставленных кабинетах, это ценят?» Он достал сквоч из бара, с завистью посмотрел, что это один из самых дорогих напитков, он себе такого не позволял. И проворчал:

– Вояки могут себе позволить, им деньги некуда девать…

Семь долгих, мучительно однообразных дней тянулось путешествие к заброшенной системе, где зародилась человеческая цивилизация. Вейс не покидал своей обширной каюты, погруженный в гнетущие мысли, словно в бездну. Его решимость была подобна скале, высеченной из гранита, и он изо всех сил пытался побороть огорчение, навязанное ему в этой неопасной, но важной миссии. Сквоч, его неутомимый спутник в минуты расстройства, был не просто утешением, но и живым воплощением его будущих побед. Так считал Вейс. Ничего непредвиденного, кроме скуки и задержки, от своего путешествия он не ждал. Он много раз проделывал такие перелеты, чтобы договориться или навязать волю Комитета.

На восьмые сутки перелета по внутренней связи к нему обратился капитан уиндера.

– Господин Вейс, – сообщил он, – мы вошли в систему Материнской планеты со стороны звезды. Два прыжка, и мы будем у планеты. Каковы будут приказания?

– Никаких, – ответил Вейс. – Сколько времени займут прыжки?

– Около часа, господин Вейс.

– Хорошо, – сказал Вейс. – Как войдем в пространство около планеты, сообщите командованию космодрома о прибытии члена комитета безопасности межрата АОМ. Пусть подготовят площадку.

– Есть, господин Вейс, – доложил майор и отключился от связи. Вейс принял душ, переоделся в тактический комбинезон и без аппетита позавтракал сухпайком, принесенным стюардом, членом экипажа. Затем вышел и направился к рубке корабля.

В рубке находилось трое: капитан на своем месте, рулевой и дежурный офицер.

– Сейчас передам сообщение, господин Вейс, – доложил майор и приказал передать текст на космодром. Дежурный офицер отправил заранее подготовленное сообщение. Вейс сел на свободное кресло и стал ждать.

Он увидел, как вытянулось лицо дежурного офицера.

– Господин капитан, – озадаченно произнес он, – пришел ответ из Главного пункта управления космодрома планеты. Они спрашивают цель прилета члена комитета.

– Что? – Вейс чуть не подпрыгнул на кресле. – Они что, совсем ополоумели? Передайте: прибыл член межрата с большими полномочиями для встречи с императором Штифтаном.

– Есть, господин Вейс, – ответил капитан и кивнул, давая согласие дежурному офицеру. Снова ушел запрос на посадку, и через десять минут пришел ответ:

– В посадке отказано, приказываю выйти из системы Материнской планеты или будете уничтожены. Командир базы генерал Лий Ван.

Вейс подскочил и направился к капитанскому мостику.

– Прямая связь с планетой есть? – строго спросил он, и капитан ответил:

– Так точно, господин Вейс.

– Соедините меня с космодромом.

– Одну минуту, господин Вейс, – капитан переключил пульт на громкую связь. – Говорите, – предложил он.

Вейс прокашлялся, его голос, глубокий и звучный, словно эхо в пустоте, разнесся по связи:

– Космодром, это корабль Сил Специальных Операций. Говорит член комитета по безопасности межрата АОМ Блюм Вейс. Соедините меня с командиром базы, генералом Лий Ваном.

Ответ пришел резкий и звучал отстраненно холодно:

– Корабль ССО, ваш запрос получен и передан по команде. Смените курс или будете уничтожены. Посадка на космодром планеты запрещена.

Вейс нахмурился, его губы сжались в тонкую линию. Он понял, что на космодроме царит хаос, на сленге военных – форменный бардак.

– Кто со мной говорит? Назовите себя, – потребовал Вейс, его голос стал жестче, в нем зазвучали стальные нотки.

– С вами говорит майор имперских военно-космических сил Грет Веннер.

– Майор, соедините меня с генералом Ваном, у меня для императора важное сообщение.

– Генерал Ван находится в отпуске на архипелаге, связь с ним недоступна. Еще раз повторяю, смените курс или будете уничтожены.

– Майор, – Вейс с трудом сдерживал нарастающее раздражение, – вы создаете сложную межгалактическую ситуацию. Я – лицо облеченное широкими полномочиями и неприкосновенное. Кто у вас командует?

– Командует леди Мурана, главнокомандующая вооруженными силами обороны империи.

– Немедленно соедините меня с леди Мураной! – рявкнул Вейс.

– Господин Вейс, – голос майора звучал холодно и непреклонно, – вы должны покинуть систему. Повторяю в последний раз: покиньте систему или будете уничтожены.

Вейс почувствовал, как пол уходит из-под ног. На планете царил хаос. Штифтан, провозгласивший себя императором, оказался лишь марионеткой в чужих руках. За его спиной скрывались могущественные силы, которые управляли планетой, как кукловод куклой. Вейс понял, что оказался в ловушке, где каждый шаг может стать последним.

Но опытный Вейс решил быть настойчивым. Справившись с растерянностью и накатившей злостью, он три раза глубоко вздохнул и снова обратился к майору.

– Майор, попробуйте еще раз связаться с леди Мураной и передайте ей, что я посол от АОМ.

– Господин Вейс, – ответил майор, – ваше время вышло. – И тут же по кораблю разнесся сигнал тревоги.

– Нас облучают военные сканеры! – воскликнул дежурный офицер. – Мы взяты на прицел орбитальной системой обороны.

– Сменить курс на «Винст 180», – поспешно приказал капитан уиндера, – передайте космодрому, что мы покидаем пределы системы.

– Поздно, командир, – обреченно доложил дежурный, – ракеты запущены. Время подлета две минуты. Нужна эвакуация.

– Всем членам экипажа срочно покинуть корабль, – громко прокричал командир корабля, подскочил к Вейсу и стал толкать его к стене.

– Что вы делаете? – воскликнул дезориентированный Вейс.

Но капитан, не слушая, затолкал его внутрь узкого пространства, и Вейс стремительно полетел вниз. Миг – и он покинул корабль в спасательной капсуле. Он видел, как вслед за ним вылетел небольшой бот, а потом яркая вспышка ослепила его и отбросила прочь. Капсула, кувыркаясь, летела по орбите вокруг планеты, но Вейс был без сознания. Так продолжалось больше суток, а затем он почувствовал, как капсула начала упорядоченно двигаться в одну сторону, и он пришел в себя.

«Меня спасли», – облегченно подумал Вейс, и вскоре он был на корабле. Через небольшое стекло капсулы он разглядел в тусклом свете потолочных фонарей внутренний ангар корабля. Затем крышка капсулы самостоятельно открылась, и на Вейса глянул обросший щетиной мужчина в замызганном комбинезоне.

– Фред, ты глянь, а тут старый хрен. Запроси чифа, что делать с ним?

– Сейчас запрошу, – послышался ленивый голос. Вейс стал вылезать из капсулы.

– Господа, – обратился он к двум звероватого вида членам экипажа неизвестного корабля, – я высокопоставленный чиновник… – Обросший тип сплюнул и произнес:

– Так хоть сам император, старик, стой и молчи.

– Н-но, – попробовал возмутиться Вейс и тут же получил сокрушительный удар в лицо, он потерял сознание и рухнул на пол.

– Кэп сказал: тащить его к остальным, но сначала надо вынуть нейросеть. Пойдет на продажу.

– Понял, – ответил обросший тип и громко крикнул: – Железка, дуй сюда.

К ним подплыл небольшой грузовой дрон.

– Хватай этого старого придурка и тащи к тюремным боксам, через медотсек. Скажи доку, что с него надо снять нейросеть. Все, пошел, – распорядился тип. Он хлопнул дрона по стальному боку и безразлично отошел от тела Вейса.

Вейс пришел в себя в камере, где сидело около двадцати человек разной наружности, тут были и похожие на Вейса парни, и узкоглазые, и даже пятеро чернокожих. Он валялся на полу и смотрел снизу вверх. Вейс огляделся и сел.

– Где я? – хватаясь за опухшую скулу, спросил он и поморщился от боли.

– Где-где, – с сильным странным акцентом произнес ближайший к нему тип. Был он широкоплеч, высок и наголо брит, в майке, и на открытом плече красовалась татуировка дракона, в пасти которого была обнаженная красавица. – В тюряге, старик. Ты откуда?

– Оттуда, – ответил Вейс и с трудом поднялся, подошел к решетке и громко крикнул: – Эй, тут есть кто-нибудь? – Из прохода, гремя ботинками, вышел охранник с дубинкой в руках.

– И чего кричишь, дурень? – с усмешкой спросил он, поигрывая своей дубиной.

– Позовите старшего, у меня есть важная информация, – произнес Вейс. Охранник неожиданно быстро ударил его дубиной по пальцам. Вейс вскрикнул и убрал руки с решетки.

– Вы что себе позволяете?! – возмущенно крикнул он и, дав петуха, перешел на фальцет. Он сам понял, что его крик был жалок и больше напоминал крик испуганного человека.

– Сиди тихо, мясо, не то отобью тебе почки или отрежу яйца, они тебе в будущем не пригодятся. Тогда ты будешь среди работяг сладкоголосым и сладкозадым. Понял, придурок? – грозно прикрикнул охранник и, увидев испуганное лицо Вейса, рассмеялся. – То-то же. Эй вы, – охранник обратился к остальным в камере, – смотрите за порядком. Хотите остаться без жратвы и воды?

– Не-ет, – ответило сразу несколько глоток.

– Старик, ушел от решетки, – прорычал громила с драконом на плече.

Вейс понял, что его не услышат, и отошел от решетки. Его ум настроился на решение проблемы. Он заработал в режиме оценки обстановки. Вейс понял, что попал в сложную ситуацию, и крики, призывы к разуму ничего не дадут. Нужно осмотреться и дождаться лучшего момента. В нем проснулся старый дон, который выживал на Материнской планете. Только сейчас у него не было нейросети, и он чувствовал свою ущербность, но остались навыки бойца и моторика тела, которые прививались годами. Он повернулся к остальным заключенным и стал их оценивать.

Небольшая камера, два ряда трехъярусных кроватей с матрасами напротив друг друга, всего восемнадцать. В камере Вейс насчитал двадцать одного заключенного, считая его самого. Двое лежали под кроватями на полу. Это те, кто слаб и не мог постоять за себя, понял Вейс. В камере установилась своя иерархия, и ему, чтобы выжить, нужно показать себя не слабаком. Он выбрал жертву – верзилу с драконом на плече. Вейс оценил его силу, но также понял, что он как боец мало что из себя представляет, надеется на грубую силу. Вейс подошел к нему и заявил:

– Это мое место.

– Что? – не веря услышанному, спросил верзила. – Твое место под кроватями, старик. Быстро нырнул туда, и не высовывайся.

Вейс без размаха ударил его в горло, в кадык, и верзила, захрипев, упал головой в пол. Вейс быстро затолкал его под кровать и сел на его место, с вызовом оглядел остальных. Многие были шокированы его поступком и смотрели с удивлением в глазах. Двое типов с наглыми рожами двинулись в его сторону. У одного была серьга в ухе и курчавые волосы. У другого шрам на щеке.

Он подождал, когда они остановились перед ним, и неожиданно пяткой ударил парня с серьгой в колено. Нога того подкосилась, и он со стоном рухнул на пол. Второго Вейс схватил за палец руки и вывернул его. Вскрикнув, тот отскочил и стал баюкать раненую руку.

– Тебе конец, старик, – прошипел он. Вейс заметил, что никто не кричал, говорили вполголоса – значит, приучили, понял он.

– Зря ты так сказал, – спокойно произнес Вейс. – Ты подписал себе смертный приговор. – Его голос не повысился, звучал буднично, а парень испугался. Отошел с широко раскрытыми глазами и прошипел:

– Пся крев. Матка бозка. – На лице парня читался охвативший его страх.

Под кроватью возился и хрипел верзила. Тип с серьгой в ухе поднялся и, хромая, подошел к узкоглазому человеку напротив.

– Сдристни, – приказал он, и узкоглазый тут же вскочил, схватил того, кто лежал на втором ярусе, и скинул вниз. Сам полез на его место. Скоро, поменявшись местами, без криков и ругани узники успокоились, и еще один несчастный, кому не хватило места, полез под кровать.

Вейс полулежал на койке, размышляя о своем положении. Корабль ССО был уничтожен, и никаких следов его пребывания в системе не осталось. Если он не вернется, комитет запросит информацию на космодроме Материнской планеты, но там ему скажут, что никто не видел ни его, ни его корабля. Его следы затеряются, и через пару лет его будут считать мертвым.

«Проклятье этой планете, где исчезают люди, – мрачно думал он. – И будь проклят этот Эрат, трус и бездарь, который провозгласил себя императором и продолжил варварство. Как жаль, что сюда не придут силы ССО». Материнская планета вступила в Коморский союз, который почти монополизировал добычу редкоземов, обладает мощной армией и влиянием в межрате. Если он не найдет способ выкрутиться, спасать его никто не станет. Да и комитет был бы рад избавиться от него – он поднимает слишком много шума, вытаскивает на обозрение грязь мира и мешает многим. «Надо ждать и думать», – решил Вейс.

А что, если это было спланировано, и его отправили сюда умирать? – внезапно пришла ему в голову мысль. Ведь он назвал себя, и его не пустили на планету… Нет, это невозможно. Тогда бы сразу расстреляли его корабль, а не вели переговоры. Скорее всего, те, кто управляет планетой, не хотели, чтобы он встретился с императором. Нужно было действовать иначе: сначала полететь на Комор, получить разрешение, договориться и только потом лететь на Материнскую планету. «Но кто же знал, насколько все здесь запутано», – он разочарованно покачал головой.

Из-под кровати начал вылезать верзила. Он на четвереньках добрался до середины кубрика, и два его напарника быстро подошли к нему, подняли и уложили на кровать напротив Вейса. Верзила держался рукой за горло и лежал молча, с закрытыми глазами.

«Так ему и надо», – отстраненно подумал Вейс.

Время тянулось медленно, как вязкий, тягучий сироп. Было душно и жарко. Вейс почувствовал позыв сходить в туалет. Он встал и направился к двери у решетки. Интуитивно он понял, что это место справления естественных надобностей со встроенным утилизатором. Он приоткрыл дверь и под взглядом сокамерников заглянул туда. Так и есть, туалетная комната с пневмочашами на полу и раковинами умывальников. Душевая установка. Чаши были загажены испражнениями. Никто не очищал их. Или не знали, как чистить, или не хотели. Запах из нужника проникал в камеру и смешивался с вонью потных, давно не мытых мужчин. Вейс брезгливо остановился на пороге. Хотел справить нужду, но неожиданно задумался. Он обострившимся звериным чутьем почувствовал нарастающую угрозу. Подошел осторожно к двери и встал так, чтобы остаться прикрытым ей. Он не спешил, вскоре приоткрылась дверь, и в нее заглянула голова, осмотрелась и прошептала:

– Никого.

– Как никого? – послышалось за дверью. – Смотри лучше.

– Сам смотри.

Вейс подождал, и когда голова типа появилась из-за приоткрытой двери, ударил пальцами по глазам и прикрыл дверь. За дверью тихо заскулили:

– О-о-о… Он мне глаза выбил, о-о-о.

– Тише ты, урод, смотреть надо было. Где он?

– О-о-о… Он за дверью прячется.

Вейс быстро сменил позицию и встал с другой стороны дверного проема. Дверь резко распахнулась, и в проеме показался верзила. Вейс снова нанес ему удар по гортани, ногой оттолкнул схватившегося за горло верзилу и опять прикрыл дверь, теперь стал напротив нее.

Он каким-то чутьем понял, что эти дикари, не обладающие большим интеллектом, попробуют пробиться напрямую. И точно, дверь распахнулась, в проеме появился тип с серьгой в ухе. При виде стоящего напротив Вейса замер. В руке он держал заточку из куска пластмассы. И в этот момент Вейс высоко поднял ногу и нанес типу удар в грудь. Тип отлетел к стене камеры и схватился руками за живот.

Теперь, понял Вейс, ему никто не помешает. Он справил малую нужду в раковину и вышел. Схватил за шиворот стонущего верзилу и затащил в туалетную комнату, затем так же поступил с остальными.

– Вы помоете нужник. Если через час я приду, а дерьмо будет еще в чашах, я вами вымою их.

Он вышел и закрыл дверь, сел на место и увидел заинтересованный, уважительный взгляд узкоглазого. Вейс поманил его пальцем, и тот быстро соскочил со второго яруса кроватей и подошел.

– Садись, – распорядился Вейс. Тот сел и выжидательно посмотрел на Вейса. – Хочешь быть в моей команде? – спросил Вейс, и узкоглазый с сильным акцентом произнес, живо кивая головой:

– Хочу, господина.

– Хорошо. Я Дон, зови меня так. Я уже бывал на планете. Тут можно жить, если есть товарищи. Кто еще может вызывать доверие и хочет не умереть сразу, а пожить?

– Есть еще пятеро, я позову их.

– Зови, – кивнул Вейс.

На глазах всей камеры он собрал бригаду, распределил роли и каждому дал кличку. Узкоглазому он дал кличку Нож, из-за узких разрезов глаз, двум чернокожим парням – Черный и Белый, отчего вызвал улыбки остальных напарников. Последние два были с красноватым оттенком кожи и грубыми чертами лица.

– Мы из Мексики, – ответил один из них, – братья. Я Рил, он Рул.

– Так и оставайтесь, – произнес Вейс. – Старший над вами Нож. Следите за порядком, беспредельничать не надо, чем больше бойцов будет в нашем отряде, тем сильнее мы будем, а значит, и жить будет легче. Приготовьтесь к тому, что вас будут испытывать на прочность.

– Понял, господина, – закивал узкоглазый Нож, – могу я набрать еще бойцов?

– Пусть они наберут себе, – Вейс указал кивком на остальных пятерых, – а ты проверь, подходят они или нет.

– Понял, господина, – отозвался Нож и обратился на неизвестном языке к остальным.

– Нож, – остановил его Вейс, – говорить только на общем языке.

– Понял, господина, – широко скалясь, ответил Нож.

Он быстро и четко распределил обязанности. Своих, узкоглазых, он не брал, но их отобрали остальные пятеро. Оказалось, что кроме тех, кто лежал под кроватями, все изъявили желание войти в банду Вейса. Тех, кто не мог за себя постоять, не приняли. Нож так и сказал:

– Господин Дон, банда набрана, кроме дерьма, что лежит под нарами.

– Вот и хорошо, приучайте всех к дисциплине, за неповиновение или отказ выполнять приказ – наказание, но не до смерти. – Потом подумал и добавил: – На первый раз. Назначьте дежурного, который будет следить за порядком и проверит, как убогие убрали нужник.

– Все сделаем, – отозвался Нож и стал отдавать распоряжения.

Как Вейс и думал, тройка его врагов ничего не предпринимала, они готовились дать бой, и Вейс отправил к ним десяток ребят, самых крепких из его новой банды. Первым вошел Нож, он открыл дверь нараспашку и с криком «И-я!» бросился вперед. Он в прыжке снес верзилу, следом ворвались остальные и стали просто избивать испуганную тройку беспредельщиков, они вымещали на них свой пережитый страх и ненависть. Затем их повозили по чашам и вымазали в испражнениях, после чего вышли. Последним вышел довольный Нож.

– Скоро уберут, господина, – обрадованно сообщил он.

Прошло еще два часа, и дверь в нужник нешироко отворилась. Вышел мокрый тип. Его ухо кровоточило, и на нем не было больше серьги. Пригибаясь, весь в синяках, сообщил:

– Мы убрали.

– Проверь, – приказал Нож дежурному. Тот обошел стороной мокрого типа, прошел в туалетную комнату и вскоре доложил:

– Убрано, и эти хоть и пованивают, но отмылись.

– Лезьте под кровать, – приказал Вейс, и тройка бывших заправил камеры без слов подчинилась.

Через несколько часов к решетке подошел охранник и, скалясь, стал кидать брикеты сухого пайка в камеру. Он ожидал, что заключенные бросятся за едой, как обычно, но голос Вейса остановил самых нетерпеливых.

– Стоять! – приказал Вейс. – Нож, пусть твои соберут брикеты и раздадут каждому по одному.

Разочарованный охранник высыпал брикеты на пол и удалился. Еда досталась всем, включая тех, кто лежал под кроватями. Жизнь в камере вошла в новое русло: никто не смел брать чужое, каждый убирал за собой, и дежурный следил за порядком. Брикеты давали раз в сутки, вечером.

Утром по всемирному времени в коридоре начался топот. Вейс понял, что заключенных из соседних камер выводят. Значит, пока он спал, корабль приземлился, или всех посадят в боты и высадят на планете. Для него осталось загадкой, кому они нужны и для чего.

Расспросы Ножа ни к чему не привели. Вейс только понял, что их привезли с далекой дикой планеты. Контрабандой. Заманили на высокооплачиваемую работу на рудниках, дали аванс и усыпили. Проснулись они уже в камере на корабле, хотя и не поняли, что это корабль. Пробовали бунтовать, но охранники быстро их усмирили, применив обездвиживание и разряд тока. Даже вспоминать это Ножу было больно. Главным в камере стал Горр, верзила с драконом на руке. Он силой заставил всех ему подчиняться. В подручных у него ходили Серьга и Шнырь. Они управляли жизнью в камере, пока не появился Вейс.

Скоро очередь дошла и до камеры, где сидел Вейс. Охранники с электрошокерами и станерами стали кричать, чтобы они построились и выходили по одному. Вейс махнул головой, и бригадиры стали строить свои бригады. Построились быстро и без суеты, чем заслужили уважительные взгляды охраны.

– По одному на выход, – приказал старший охраны и стал считать: – Первый, второй… – Вейс выходил последним. Когда очередь дошла до него, старший назвал цифру двадцать один. Сверился с записями и озадаченно произнес: – Тут было двадцать. Откуда взялся еще один?

– Вчера подобрали в спасательной капсуле. Чиф приказал его поместить в камеру на продажу.

– Ах вот оно что! Тогда шевели, старый, мослами, не спи, – обрадованно прокричал старший охраны и скомандовал: – Рей, веди этих к транспорту.

Транспорт стоял в огромном, тускло освещенном грузовом терминале, словно мрачный исполин, ждущий своей жертвы. Это был старый грузовой корабль, переоборудованный для перевозки людей. Но о комфорте этих людей никто не думал. Когда Вейс вместе с остальными пленниками оказался в трюме, он увидел, что они вынуждены стоять, уцепившись за поручни над головой. Среди них было около двух сотен дикарей с далекой планеты, о которой Вейс никогда не слышал. Контрабандисты, словно хищники, обнаружили этот мир и начали свою жестокую торговлю.

«Это нарушение конвенции, – мелькнуло в голове Вейса, – но как сообщить об этом? Кому?»

Корабль вздрогнул, приподнялся над полом и, медленно покачиваясь, словно гигантский змей, направился в открытый космос. Полет до неизвестной планеты стал для всех узников долгим кошмаром. Сначала транспорт летел ровно, но затем резко пошел на снижение. Все повалились друг на друга, как карточные домики. На Вейса рухнуло несколько человек, дыхание перехватило, и он почувствовал, как тьма поглощает его. Крики, мольбы о помощи раздавались со всех сторон, но корабль выправился и снова начал горизонтальный полет.

И вновь последовал резкий спуск. Тела людей прижали Вейса к полу, он упал на тех, кто был позади, и острые колени и кулаки впивались в его спину. Так продолжалось несколько раз. Когда корабль наконец приземлился, Вейс почувствовал огромное облегчение.

После того как двигатели заглохли, открылась большая створка. Она с грохотом упала вниз и подняла тучу пыли. Она же служила аппарелью для спуска. Из рубки управления кораблем вышли охранники. Старший из охраны, что считал узников, прикрикнул:

– Встали, мясо? – И тут же скомандовал: – Все на выход!

Узники уныло потянулись на выход к свежему воздуху. Вейс вдохнул сладкий, свежий ветер, огляделся, по памяти стал соображать, куда попал. Вспоминал местность, что видел на картах, и понял, что это рудники. Вывеска на холме, которую он запомнил, гласила: «Рудник барона Геримара». Только вместо барона раньше в его бытность значилось «господина Геримара». По его прикидкам, миль сто двадцать от космодрома, добраться туда будет нелегко.

Новоприбывших строили в колонну по шесть, и тех, кто не успевал слушать команд, били дубинками. Вейс заметил, что среди узников были и женщины, их отвели в сторону, и среди них мелькнуло знакомое лицо. Вейс зажмурился, не веря тому, что увидел, потряс головой и тут же получил удар дубинкой между лопаток.

– Не спи, а становись в свою шеренгу, – прорычал охранник, и Вейс поспешил встать в свой ряд. Он стал оглядываться и увидел, как женщин собрали, повели на холм, среди них шла та, которой здесь было не место.

«Это просто совпадение», – говорил себе Вейс, но дальнейшие размышления прервало появление самого хозяина рудника, и его Вейс знал. Он выскочил из строя и закричал:

– Господин Геримар, я дон… – Удар по голове оборвал его крик, и он свалился в пыль.

– Что за мясо ты привез? – брезгливо спросил старший надсмотрщик. – Зачем нам этот старик?

Старший охранник рассмеялся:

– Так заплати за него полцены, мы будем не в убытке.

– Такого еще учить надо и лечить, – разглядывая лежащего без сознания старика, ответил надсмотрщик.

– Вычти из его пайка или заставь сражаться на арене, – старший охранник похлопал его по плечу.

– Ладно, уговорил, – ответил тот. – Давай прикажи рабам таскать ящики с рудой, их много накопилось, и покажи спецификацию товара, что привезли моему хозяину…

Глава 4

Закрытий сектор. Планета Сивилла. Снежные горы

В мрачных залах замка лера Вимта-ила, возвышавшегося на скалистом кряже, собрался большой совет глав Старших домов. Дом Высокого кряжа, многочисленный и сплоченный, был не из самых влиятельных Домов в княжестве, хотя и происходил из родственной ветви княжеского Дома. Его глава, лер Вимта-ил, не стремился занять княжеский престол, ибо обычаи его народа не позволяли ему этого. Но его земли, простиравшиеся от горы Высокий кряж по красивейшей долине до самого горизонта, были плодородны и богаты, а золотые рудники, где неустанно трудились дворфы, приносили значительные богатства. Используя их, лер Вимта-ил подкупал нужных членов Высшего совета и проводил в жизнь решения, которые его устраивали. Лер Вимта-ил был весьма авторитетным владетелем домена, чьи суждения уважали даже в самых дальних уголках княжества. Многие его сородичи занимали высокие посты в армии, но большинство из них погибло при обрушении дворца. Эта трагедия оставила глубокий след в душе Вимта-ила, и он не мог простить великому князю такой утраты. Его ненависть к эльфарам из княжеского Дома была безгранична, и эта горечь отравляла его душу.

Когда главы родов его Дома вошли в зал, они с тревогой взглянули на Вимта-ила. Его лицо было мрачным, а взгляд холодным. Они тоже сторонились столицы, зная, что тень трагедии все еще витает над ней.

Приезд сестры Манру-ила, льерины Розал-илы, стал для Вимта-ила глотком свежего воздуха в тягостном, замкнутом пространстве его домена. А деньги и послание от великого князя Леса оказали на него благотворное влияние и разрушили царившую в душе лера атмосферу безысходности. Увидев в этом возможность поквитаться с княжеским Домом, он сразу же развил кипучую деятельность. Не спал сутками, разъезжал по землям других глав Старших домов, был искренен и красноречив. Его идея поднять знамя Старших домов над страной и заключить почетный мир с Вечным лесом пришлась по душе всем сторонникам Манру-ила и тем, кто ненавидел Чарта-ила и человека, ставшего главой Дома Высокого хребта. Очень многие главы Домов – как Старших, так и Младших – не смирились с этим, и эта ненависть объединила их в стремлении вернуть в стране прежние порядки. Они, по крайней мере, в их представлении были лучше, чем те, которые провозгласил Высший совет во главе со стареющим и дряхлым Чарта-илом.

Золото, привезенное льериной Розал-илой, стало ключом к возрождению идеи доминирования Старших домов. Оно как солнечный луч, пробивающийся сквозь тучи, дало возможность собрать дружины и припасы. Страна, израненная войной, жаждала не только золота, но и оружия. Снаряжение закупили у дворфов. Воинам выплатили жалование, и они с готовностью взялись за тренировки. Все делалось втайне, и словно по волшебству из разрозненных отрядов сформировалась большая дисциплинированная армия.

В преддверии похода на столицу леры собрались в величественном замке Вимта-ила.

Лер Вимта-ил оглядел большое собрание. Его сердце трепетало оттого, что ему удалось найти столько сподвижников. Он, как всегда, говорил кратко и по существу, он вообще не любил длинных речей и предпочитал словам дела.

– Леры… Пришло время выступать на столицу. Каждый из вас знает маршруты и время, когда должны подойти к столице. Месяц подготовки оказался весьма плодотворным, вместе с вами плечом к плечу стоят еще семь тысяч бойцов, обученных и снаряженных. Есть обоз с запасами на десять дней. Вместе мы непобедимы. Теперь, когда все готовы к походу, нам необходимо избрать вождя похода и его штаб, как того требует обычай. Предлагайте, леры… – Он сел.

Все присутствующие посмотрели на Вимта-ила, и лер Коршун-ил, в прошлом представитель совета Младших домов в совете Старших домов, ответил за всех:

– Лер Вимта-ил, вы проявили умение собрать нас, снабдили золотом. Вам принадлежит идея вернуть прежние порядки. Поэтому главнокомандующим будете вы – я думаю, остальные уважаемые леры меня поддержат. Штаб наберите из способных леров, что ранее служили в армии, мы всецело вам доверяем.

Сразу же раздались одобрительные выкрики. Лер Вимта-ил подождал, когда крики смолкнут, и, скромно потупив глаза, поклонился собравшимся лерам.

– Благодарю, друзья, за оказанное доверие. Нам надо послать гонца к молодому леру Морчи-илу и призвать его для того, чтобы он в будущем стал князем Снежных гор. Понимаю, что он может не захотеть, так как служит под командованием генерала Керны-илы, он еще очень молод и неразумен. Но он наше будущее… Поэтому его доставят тайно. Я организую его приезд. Он станет нашим знаменем в деле освобождения страны. Клянемся не отступить и дойти до конца! – произнес он древнюю клятву предков, и все хором ответили:

– Клянемся!..

После того как все главы Домов покинули дворец лера Вимта-ила, тишину кабинета нарушила лишь едва уловимая поступь. В полумраке возникла льерина Розал-ила, ее стройная фигура скользила бесшумно, словно тень. Вместе с ней в комнату вошла молодая, ослепительно красивая снежная эльфарка, чьи глаза сверкали, как зимние звезды.

– Мой господин, – произнесла льерина Розал-ила с легкой улыбкой, склонив голову, – позвольте представить вам Марьяну-илу. Она посланница великого князя Леса и может помочь в нашем деле.

Лер Вимта-ил внимательно посмотрел на гостью, отмечая ее прямой и уверенный взгляд. В ее глазах читалась решимость, а в движениях – грация зимнего ветра. Он задумчиво произнес:

– Спасибо, льерина Розал-ила. Вы можете быть свободны. Я поговорю с льериной Марьяной наедине.

Розал-ила опустила взгляд, ее лицо озарилось пониманием. С легкой грацией она вышла из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь, оставив лера Вимта-ила и Марьяну-илу наедине.

Из одежды девушка подняла с пола плащ и прикрыла им свою наготу.

– Присаживайтесь, Марьяна, – справившись с охватившим его желанием обладать этой красотой, предложил Вимта-ил и указал рукой на кресло у камина. Сам сел после нее.

Девушка скромно прикрыла ноги и выразительно посмотрела на хозяина замка.

– Какую помощь конкретно окажет нам лесное княжество? – спросил прямо лер Вимта-ил. – И что, собственно, нужно Лесу? Эти два простых вопроса не дают мне покоя уже несколько дней подряд. Я слышал ответ из уст льерины Розал-илы, но теперь хочу обсудить проблемы с вами как с посланницей великого князя Вечного леса.

– Суть предложения Великого проста: вас снабдили золотом, чтобы вы собрали армию. Вам нужно идти на столицу и захватить ее. Это будет первый шаг к обретению власти над княжеством. В столице небольшой гарнизон из ополчения и остатков княжеской гвардии, всего примерно тысяча человек. В городе уже действует звезда рейдеров под прикрытием. Как только вы подойдете к городу, ночью вам откроют ворота с запада и севера. Будьте готовы сразу же без промедления ввести в город войска и арестовать всех значимых фигур в управлении столицей. Казнить их не надо, дабы не вызвать недовольство народа. Потом вы объявите собранный вами Высший совет из бывших членов легитимным органом управления княжеством и поведете армию к Западному перевалу. С юга он обложен войсками Леса. С ходу захвати́те крепость на перекрестке или блокируйте ее. Основные силы вашей армии должны стремительно атаковать крепость на перевале с тыла. Атака будет согласована с корпусом Леса, и крепость неминуемо падет. Только нужно действовать стремительно, пока противник не опомнился и не сумел подвести войска, осаждающие Центральный перевал. Вы захватываете или убиваете – как получится – вредную малышку Аврелию, что мнит себя княгиней, и лера Чарта-ила. Печать переходит к вам, и значит, полнота власти. Вы потребуете от генерала Керны-илы остановить военные действия и вышлете парламентеров к Вечному лесу о заключении мирного договора и союза против империй людей. Два народа, имеющих одни корни, – это сильнейший союз, равный по силе оркам. Орки находятся в стадии выборов великого хана, и это будет продолжаться неизвестно сколько долго. Мы предполагаем – год, не меньше. На это время они выведены из борьбы за Снежные горы.

Кроме того, я отправлюсь в лагерь ополчения и тайно захвачу вашего будущего князя и привезу его в столицу. Нужно учесть, что он предан генералу Керне и с ним будет непросто, так что его придется придержать в темнице до того, как мы с вами победим в этой войне.

Дворфы будут держать нейтралитет. С ними договорено. Так что тылы ваши будут в безопасности. Есть еще вопросы, лер Вимта-ил?

– Есть, льерина, – согласно покивал лер Вимта-ил. – Это будет союз равных или старшего и младшего?

– Чтобы не навредить будущим планам и не нарушить условия договора, это будет союз равных, лер Вимта-ил, – ответила девушка.

– Ну, тогда, значит, мы обговорили все вопросы, – улыбнулся лер и увидел, как плащ пополз с плеч девушки. Его глаза вновь блеснули огнем похоти, и он в предвкушении выпрямился.

* * *

Известие о том, что армия Старших домов захватила столицу, настигло Тору в крепости на Западном перевале. Как буря, ворвавшаяся в тихий оазис, эта новость заставила ее сердце биться быстрее. В кабинете, где стены были украшены военными картами и оружием, лер Чарта-ил и маленькая Аврелия обсуждали планы по отражению новой угрозы.

Тора вошла стремительно, словно ветер, наполненный решимостью и силой. Ее глаза сверкали уверенностью, а движения были точны и грациозны, как у хищника, готового к прыжку. Аврелия, сияя от радости, бросилась ей навстречу, ее лицо озарила улыбка, полная тепла и надежды. Лер Чарта-ил, увидев Тору, кивнул ей с уважением и пониманием, зная, что ее присутствие придаст им сил и уверенности. Тора смыслила в военном деле.

В этом кабинете, где решались судьбы, где каждое решение было наполнено важностью, Тора почувствовала, как ее сердце волнительно забилось. Ко всем пришло понимание – они были непобедимы, и никакие преграды не могут остановить их в стремлении защитить то, что им дорого.

– Тора-ила, мы тут собрались… – начал Чарта-ил.

– Я уже знаю о захвате столицы, – объявила Тора, и лер Чарта-ил, закрыв рот, лишь кивнул. Но затем продолжил:

– Нам вновь ударили в спину, – произнес он с большим огорчением, – и это, как и в прошлом, ополчение Старших домов, которые не могут смириться с потерей власти.

Тора вспыхнула от таких слов, ее самолюбие было сильно уязвлено, и она не выдержала:

– А вы не подумали, лер Чарта-ил, что это помощь? И Старшие дома, собрав все свое мужество, решили вступить в войну?

– Нет, не подумал, – ответил лер Чарта-ил и внимательно посмотрел на Тору. – У вас есть сведения, которые нам неизвестны?

– Нет, только соображения. Война подходит к концу. Весной, когда снег сойдет, перевалы падут, и ополчение пойдет на Лес. Старшие дома это тоже понимают и решили вступить в игру…

– О какой игре вы говорите, льерина? – спросил лер Чарта-ил.

– О политической игре, лер Чарта-ил. Вам ли не знать, что такое политика Старших домов. Главы, что объявили себя Высшим советом, хотят переговоров и поэтому завышают планку требований. А на самом деле они хотят быть равными при дележе результатов победы. Нам надлежит идти на компромисс. Только в этом случае возможна консолидация всех Домов в Снежном княжестве.

– М-да, – произнес лер Чарта-ил, – интересный вывод, и вполне возможно, так оно и есть. Но как нам об этом узнать точно?

– Я направлюсь в столицу, – заявила Тора, – и проведу переговоры от имени нашего Высшего совета. Только мне надо знать, на какие уступки мы пойдем.

– Уступки? – переспросил лер Чарта-ил. – Сначала надо понять замыслы мятежников…

– Не стоит называть их мятежниками, лер, – перебила его Тора. – Понятно, что главам Домов нужна прежняя власть, но ее они получить не смогут, поэтому предлагаю отдать им половину мест в Высшем совете.

– И что это даст? – спросил умудренный в делах Совета лер Чарта-ил. – Мы будем топтаться на одном месте, как прежде в Совете, не приняв ни одного решения. Отдать им больше мы не сможем, от нас уйдут войска Младших домов. Передай им, что треть мест будет за ними, и торгуйтесь до половины, льерина Тора.

Но Аврелия покачала головой и произнесла:

– Не стоит тебе ехать туда, Тора. Тебя арестуют и вполне могут казнить.

– Меня? – воскликнула Тора. – Не смеши, Аврелия. Я уже не будущая княгиня Снежного княжества, я замужем за человеком и не представляю угрозы, да и вообще ничего для глав Старших домов. Кроме того, мой арест разрушит их намерения. А они опытные политики. Так что не переживай…

Лер Чарта-ил помолчал и, подумав, произнес:

– Я выделю вам эскорт, льерина Тора-ила, и грамоту с полномочиями вести переговоры. Надеюсь на ваш ум и сноровку. Когда вы отправитесь к столице?

– Завтра утром, за три дня до нее доберусь.

– Хорошо, идите и готовьтесь, я отдам все необходимые распоряжения. Вы с дороги и вам надо хорошо отдохнуть. Хотелось бы, чтобы ваша благородная миссия была успешной.

Аврелия, не мешая взрослым обсуждать будущую поездку, покинула кабинет и спустилась к себе. Там она нашла Шавга-ила.

– Шава, – обратилась она к лысому певцу, – прибыла Тора и хочет отправиться парламентером к армии Старших домов.

Шавга-ил на риску задумался и произнес:

– Это большая глупость и вполне в ее духе.

– Поэтому, Шава, с ней надо отправиться тебе и сестрам-демоницам, – произнесла девочка.

– Ха, я там не нужен, – насмешливо ответил Шава. – А вот Эрна-один и Эрна-два должны будут поехать с ней как служанки…

– Нет, Шава, – не согласилась Аврелия. – Они должны следовать отдельно и пробраться в город незаметно. Я уверена, что ее арестуют и посадят в темницу, оттуда ее надо будет спасти. Пусть демоницы возьмут свитки телепортов.

– Они есть, – помрачнел Шава, – только телепорт в горы, поближе к Высокому хребту…

– Пусть будут такие, лишь бы подальше от опасности, – произнесла Аврелия.

– Ты права, моя девочка, если люди отправятся с Торой, их могут самих заточить в темницу. Но Тору не остановить, ее снова несет в самую сердцевину бури. Ой как нехорошо-то. Эрна! – крикнул Шава. В проеме двери показались две одинаковые головы человечек.

– Что тебе, Шава? – В унисон ответили они.

– Работа появилась по вашей профессии.

– Кого нужно сожрать? – облизнулась одна Эрна.

– Никого, заходите и прикройте дверь, – приказал Шавга-ил.

* * *

Тора и ее отряд из двадцати бронированных всадников без проблем добрались до города дворфов Рингарда. Она знала, что на этой дороге пошаливают разбойники. Смутные времена поднимают из глубин общества смутных личностей. Но ее внушительный отряд отбивал всякое желание напасть на них. Тора ехала в приподнятом настроении. Воспитанная в постоянных интригах, обученная политике во дворце, она считала, что хорошо понимала настроения и чаяния глав Старших домов, и ей было что им предложить. В глубине души она была уверена в том, что миссия будет успешной и она сможет утереть нос этим зазнайкам, сидящим в своих доменах. Она покажет этим выскочкам, что вышли замуж за человека-бога, кто она такая. Ни плохая погода, ни снег с сильным ветром, ни обледеневшая дорога и пронизывающий холод не смогли испортить ей настроение. В отличие от нее, всадники сопровождения были хмуры и неразговорчивы.

Отряд миновал поворот на город дворфов и стал подниматься по дороге, ведущей к столице Снежного княжества. На полпути им преградил путь разъезд из десятка всадников. Вперед выехал укутанный в шубу снежный эльфар и, подняв руку, перекрикивая вой ветра, спросил:

– Стой! Кто такие?

Тора дала знак своим всадникам и выехала вперед.

– Я Тора-ила, посол от Высшего совета к главам Старших домов.

– Я узнал вас, принцесса, – вежливо ответил командир разъезда. – Прикажите своим воинам не вынимать мечи, мы сопроводим вас до столицы, там уж сами разбирайтесь.

– Очень хорошо, лер Харгур-ил, я тоже узнала вас. Рада видеть.

– Взаимно, льерина, следуйте за нами.

Через час Тора въехала под арки ворот столицы. На воротах стояли хорошо вооруженные сытые воины, они проводили Тору и ее эскорт равнодушными взглядами. Командир разъезда передал Тору старшему смены охраны городских ворот, тот вызвал офицера штаба армии. Подошедший незнакомый офицер с поклоном приветствовал Тору-илу, узнал причину ее приезда и вежливо попросил ехать следом.

– Вас разместят в гостинице, льерина, все поместья заняты войсками. Как только лер Вимта-ил освободится, он примет вас. Ваши спутники расположатся в казармах гвардии.

– Спасибо, лер, – ответила Тора и дальше поехала молча, разглядывая заснеженную столицу.

Не у всех домов дымились трубы, многие стояли заброшенными, словно скелеты давно умерших гигантских животных. Это было удручающее зрелище. Когда-то веселая и украшенная столица теперь представала жалким подобием былого великолепия.

В просторных апартаментах гостиницы Тора наслаждалась теплом камина, утоляя голод сытным ужином. Вечер плавно перетекал в ночь, и она уже начала дремать, когда раздался тихий стук в дверь. Вошел охранник, его лицо было серьезным, но в глазах читалась забота. Он сообщил, что ее просят прибыть во дворец лера Манру-ила.

Тора быстро встала, чувствуя, как внутри поднимается волна тревоги и надежды. Она была готова в любой момент, ведь знала, что каждая минута на счету. Под охраной двух суровых воинов, чьи доспехи матово блестели в свете факелов, она вышла из гостиницы и направилась через площадь.

Снег, который недавно укрыл город мягким белым одеялом, теперь казался тяжелым и неприступным. Он блестел под луной, словно серебряное море, но Тора заметила, что дальше, за пределами расчищенной площади, сугробы становились все выше и глубже. Сердце девушки сжалось от боли и тревоги за любимый город, который когда-то был полон жизни и радости.

Воины уверенно вели ее к дворцу, и с каждым шагом Тора чувствовала, как ее решимость крепнет. Она знала, что впереди ее ждут сложные переговоры, но была готова встретить их с достоинством и смелостью.

Во дворце ее встретил адъютант лера Вимта-ила и вежливо поклонился, помог снять дорожный плащ и указал на дверь.

– Вас ждут, – с поклоном произнес он.

Тора вошла в жарко натопленный кабинет. С бьющимся от волнения сердцем она узнала крепко сложенного лера Вимта-ила и льерину Розал-илу. Женщина внимательно посмотрела на вошедшую гостью. В кабинете было только двое: сам Вимта-ил и Розал-ила. Вимта-ил подошел и взял под руку Тору, что считалось знаком большого уважения, пригласил сесть на диван и присел рядом.

– Мне сообщили, льерина Тора-ила, что вы парламентер от так называемого Высшего совета, в котором собралось три бывших члена Высшего совета. Скажите, с чем прибыли?

– Я прибыла договориться, – ободренная теплой встречей, с улыбкой начала Тора. – Высший совет готов обсудить с вами условия сотрудничества и хочет знать о ваших дальнейших намерениях.

– Вот как? – сделал удивленное выражение лица Вимта-ил. – Наши намерения прозрачные: мы хотим восстановить старые порядки, какие были до войны, заключить мир с Вечным лесом. А что предлагаете вы, льерина Тора?

Тора почувствовала насмешку в словах лера Вимта-ила, но сдержалась и не выдала своего волнения.

– Мы предлагаем союзнические отношения и треть мест в будущем Высшем совете. – От ее слов лер Вимта-ил расхохотался. – Что смешного я сказала, лер Вимта-ил? – спросила Тора и нахмурила брови.

– Ты понимаешь, девочка, с чем ты прибыла? – продолжая смеяться, спросил лер Вимта-ил. Льерина Розал-ила улыбнулась. – Ты приехала диктовать нам условия? Это мы их будем диктовать.

Тора несколько растерялась.

– Поясните, лер…

– А ты кто такая, чтобы тебе что-то пояснять? – С лера слетела дружелюбность и почтительность, сейчас он смотрел презрительно и высокомерно. – Ты подстилка под человеком, которая опозорила свой Дом и род. Как ты смеешь раскрывать тут свой рот?

Тора выпрямилась и прямо посмотрела на лера Вимта-ила.

– Как вы смеете, лер, я лицо неприкосновенное, я посол.

– Ты не посол, ты дура, – раскатисто рассмеялся лер Вимта-ил. – Вы там посчитали, что мы собрали армию, чтобы помогать ополчению? Нет, – смеясь, сказал он. – Это, право, смешно. Вы строите из себя спасителей страны и топчетесь у перевалов…

Тора поднялась.

– Так что передать Высшему совету? – глядя строго в глаза Вимта-илу, спросила она.

– А ничего. Ты не вернешься туда, откуда прибыла. Тебя допросят в контрразведке. О силах, состоянии обороны, крепости на перевале, и, наверное, повесят как изменницу. – Лер Вимта-ил встал и с глубоким презрением посмотрел на Тору, затем с размаха ударил ее по лицу. – Я вас, княжеский род, – прошипел он, наклоняясь к испуганной Торе, – ненавижу и изведу под корень. Поняла, тварь? Стража! – крикнул он. В кабинет вошли два гвардейца. – Арестованную доставить в контрразведку, там знают, что с ней делать.

Тора хотела применить заклятие, но почувствовала, что не может пошевелить руками.

– Что, думала колдовать? – зло проговорил лер Вимта-ил. – Значит, и в самом деле дура. Унесите ее отсюда, – распорядился он.

Тору затопила паника, вся ее уверенность в успехе своей миссии и своей значимости мгновенно испарилась. Она, как и в прошлый арест, почувствовала себя глупой. Как она могла снова поверить в честь снежных эльфаров Старших домов и нерушимость клятвы не причинять зла послам? Как она вновь попала в сети своего заблуждения? Почему она не послушала гномку и решила доказать ей свою правоту?..

Ее несли грубые руки по холодному воздуху столицы, походный плащ остался во дворце, и с ней не церемонились. Один из воинов стал ее лапать за грудь, она застонала и стала молить:

– Пожалуйста, не надо…

– Молчи, потаскуха, с тебя не убудет, – проговорил второй и полез рукой под юбку. – А у нее как у всех, хоть и принцесса, – рассмеялся он. – Вдоль, – он сунул руку себе под нос. – Самкой пахнет, причем немытой. Пошли, затащим ее в дом напротив и отымеем, потом будет чем хвастаться.

– А как же приказ доставить в контрразведку? – спросил другой.

– Потом доставим туда – глядишь, будет сговорчивей.

– Не надо, – шептала беспомощно Тора и понимала, что ничего изменить не может. – Прошу вас, – и тут же надрывно от отчаяния закричала: – Спасите, помогите!..

– Эй, вы! Куда тащите бабу? – раздался громкий окрик, и гвардейцы остановились.

– По приказу лера Вимта-ила несем преступницу-шпионку в контрразведку, лер, – вытянулся один из гвардейцев.

– Так и несите, а то знаю я ваши забавы, – прозвучал строгий мужской голос. Гвардейцы вновь подхватили Тору и понесли.

Они прошли мимо патруля, и Тора с благодарностью посмотрела на офицера.

– Спасибо, лер, – тихо, почти бессильно произнесла она. – Защитите мою честь.

– Само собой, – кивнул офицер. – Мы вас сопроводим до места.

Так под конвоем патруля ее донесли до здания казармы столичной гвардии. Внесли в длинный коридор первого этажа и спустили в подвал.

– Лер Арум-ил, по приказу лера Вимта-ила доставили на допрос шпионку, – доложил гвардеец, и они поставили Тору на пол.

– Что с ней? – спросил грузный незнакомый Торе лер.

– Обездвижена. Хотела применить колдунство, – отрапортовал гвардеец.

– Понятно. Идите, – хмуро произнес лер, и они ушли. – Как вы себя чувствуете, льерина Тора-ила? – спросил лер.

– Плохо, меня хотели изнасиловать.

Тот равнодушно пожал плечами и приказал двум воинам:

– Усадите льерину в кресло и принесите еще свечи.

Тора сидела, будто проглотила раскаленный кол, и ее словно оглушило громом. Ее спина была неестественно прямой, а в глазах застыл ужас. Ее привычный мир рушился, как карточный домик, разлетаясь на кусочки. Ее мировоззрение трещало по швам, оставляя лишь зияющую пустоту. Паника захлестнула ее сознание, словно темная волна, уносящая в бездну.

Лер бросил на Тору пронзительный взгляд, полный презрения, и скривился, словно от невыносимой боли.

– Вижу, льерина, ваше настроение оставляет желать лучшего, – процедил он сквозь зубы. – Уведите ее в камеру. Утром продолжим допрос, – отдал приказ толстый лер, и двое охранников, грубо схватив Тору под руки, потащили ее прочь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.