Упендракишор Рей Чодхури
Рамаяна

Художественное электронное издание

В соответствии с Федеральным законом № 436 от 29 декабря 2010 года маркируется знаком 16+

Перевод с английского Шаши Мартыновой

Литературный редактор Максим Немцов

Макет и верстка Марии Овчинниковой

Корректоры Катерина Ходасевич, Екатерина Андреева

Художественный редактор Ляля Буланова

Ведущий редактор Екатерина Потапова

Главный редактор Ирина Балахонова

Иллюстрации выполнены ученикам детской художественной студии «Образ» Подмосковного наукограда Протвино Руководитель студии Тамара Кулешова

Иллюстрации к книге рисовали: Максим Воронин, Маша Чепрунова, Паша Новиков, Федя Новиков, Алиса Герасимчук, Аня Иванова, Маша Серебрякова, Ксения Хмарук, Вероника Шибаева, Василиса Герасимчук, Варя Коровкина, Саша Варганова

Любое использование текста и иллюстраций разрешено только с согласия издательства.

Upendrakishore Ray Chowdhury, 2018, together with a line stating First published in India by Speaking Tiger Publishing Pvt Ltd., 2018

© Мартынова Ш., перевод, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательский дом «Самокат», 2025

* * *

Вступление переводчицы с Бенгальского

Упендракишор Рей Чодхури (1863–1915) – человек многих дарований. Среди прочего был он писателем, издателем, печатником, художником, музыкантом и предпринимателем. И все же, пожалуй, величайший свой вклад в культуру он внес как автор детских книг на бенгальском языке.

Упендракишор сочинял примечательно изощренные и веселые книги для детей, которые сам же и иллюстрировал. Его работы «Гупи Гине Багха Бине» («Гупи поет, Багха танцует»), «Тунтунир Бой» («Книга птицы-ткачика») и переложения эпосов «Рамаяна» и «Махабхарата» для детей радуют читающую по-бенгальски детвору уже почти целое столетие.

Эта книга, исходно написанная на бенгальском языке, – пересказ «Рамаяны». Названная в оригинале «Чхеледер Рамаян» (что означает «Рамаяна для мальчиков»), она непрерывно переиздавалась несколько десятилетий подряд. Стиль его письма всегда был полон комизма, а в историях и стихотворениях таился слой бурлящего смеха. Этот дух не ослабел даже при пересказе древнего предания – «Рамаяны», а она в индуистской традиции – и литературное произведение, и священный текст.

Это изложение «Рамаяны» – вроде сказки, с сонмом царей, цариц, ужасных злодеев, демонов и, конечно, обезьян. История разворачивается так же, как и в классическом тексте, однако в пересказе Упендракишора противостояние добра и зла приобретает оттенок мрачного юмора. Рама предстает скорее царевичем-бедолагой, нежели АВАТАРОЙ Вишну, а Равана – воителем, который то и дело разражается слезами. Пусть у этих персонажей есть свое почтенное место в индуистской мифологии, но Упендракишор делает их доступными, забавными и небезукоризненными. Тем самым ему удалась такая версия этого эпоса, какая идеально подходит для детей. «Чхеледер Рамаян» – книга с уймой дворцовых интриг, битв, волшебных созданий и человечных порывов, а не отстраненный и серьезный священный текст.

АВАТАРА – в индуистской традиции материальное проявление или воплощение божества или духа, то есть такая их форма, которую мы, люди, способны воспринять органами чувств. – Здесь и далее примечания переводчика.

Я читала эту книгу в подлиннике – на бенгальском, еще маленькой девочкой-книголюбкой (и нет, девочек название книги не отталкивало). До сих пор я помню иллюстрации и обложку того издания. Сейчас уже не вспомню, что заставило меня перечитывать эту книгу столько раз, но могу уверенно сказать, что она захватывала меня с головой и написана была так, что способна была тронуть сердце восьмилетнего ребенка. Отчетливо помню, как лежу у себя на кровати жарким и влажным, как водится, калькуттским днем и, не отрываясь, читаю о приключениях Рамы и Лакшмана и их друзей с той же радостью, с какой погружалась в чтение «Знаменитой пятерки» Энид Блайтон.

К этой книге я вернулась много лет спустя, когда взялась ее переводить. И с какой радостью довелось мне перечитывать ее и вновь в нее погружаться! Каждая история в пересказе Упендракишора предлагается с легкой непочтительностью и юмором. Наши дети продираются сквозь школьные книги для чтения, которые перегружают их бездушными сведениями или необязательным морализаторством, а Упендракишор меж тем ломает стереотипы о наших мифологических героях. На этих страницах они не только ошибаются или плачут куда чаще, чем позволено любому мужчине в нашем обществе, – они к тому же потешны, а иногда и жестоки. «Рамаяна для детей» – еще и светская повесть о друзьях и их приключениях, о том, как они изгоняют зло и отвоевывают царевну. Нисколько не разбавляя нравственной ценности эпоса, Упендракишор создает энергичную приключенческую повесть на радость детям.

В своем переводе я попыталась сохранить тот упоительный озорной тон и намек на юмор, преподносимый с невозмутимым лицом, за какой работы Упендракишора Рея Чодхури полюбились многим поколениям читателей. От души надеюсь, дорогие читатели, что вам понравится эта книга и вы не раз перечитаете ее – как перечитывала ее много лет назад и я.

Тилоттама Шоме, Нью-Дели

Март 2019 года

Часть 1. Царевичи Айодхьи

В старые-стародавние времена в нашей стране БХАРАТВАРШЕ жил царь по имени Дашаратха. Он правил царством Айодхья, что располагалось на берегах реки Сараю́.

БХАРАТВАРША – одно из древних названий Индии.

В те дни Айодхья была сорок восемь КОСОВ в длину (180 км) и двенадцать косов в ширину (45 км). Ее окружали высокие стены, затянутые колючей проволокой, а на стенах громоздились ужасные орудия. Среди тех орудий было ШАТАГХНИ – оно могло убить сто человек одним ударом.

КОС – древнеиндийская мера длины, происходит от санскритского слова «коса», означающего «крик, оклик», то есть предполагалось, что с расстояния в один кос слышно человеческий крик.

ШАТАГХНИ – буквально «то, что способно убивать тысячами».

Пока правил страной Дашаратха, Айодхья оставалась местом очень красивым, с тенистыми и чистыми дорогами, с садами, утопавшими в цветах, и с величественными зданиями по семь-восемь этажей в высоту, построенными из дорогих материалов. Воистину была Айодхья страной чарующей и блистательной!

В этой прекрасной Айодхье в белокаменном дворце под белым царским ЗОНТИКОМ восседал царь Дашаратха и правил своим царством. Помогали ему в этом восемь советников. Звали их Дхиришти, Виджая, Акопа, Джаянта, Сумантра, Сураштха, Мантрапала и Раштравардхана. Были они мудры, умны и благочестивы и никакой несправедливости в царстве не допускали. Ни воров, ни ДАКОЙТОВ здесь не водилось, все жители Айодхьи жили честным трудом. Все сытно питались, хорошо одевались, жили в уютных домах и были всем довольны. Царь Дашаратха любил своих подданных, как мало какой царь, и люди Айодхьи любили его не меньше.

Здесь и далее: этот предмет в Древней Индии назывался ЧХАТРОЙ (чатрой); слово «зонтик» пришло в русский язык из голландского и в тексте «Рамаяны» ему, честно говоря, не место.

ДАКОЙТЫ – грабители, разбойники (так их называют в Индии).

Но вот незадача: не было у царя Дашаратхи сыновей. Это его очень печалило. Однажды обратился он к своим советникам:

– Слушайте, устрою-ка я ЯГЬЮ. Может, это умилостивит богов и они подарят мне сына.

ЯГЬЯ – в индуистской традиции любая церемония, которую проводят перед священным огнем.

Услыхав это, все сказали:

– Ваше величество, просим, пригласите мудреца Ришьясрингу. Если ягью проведет он, сыном вас одарят наверняка.

У этого мудреца были на голове рога, как у оленя, поэтому его и звали Ришьясринга, что означает «мудрец с рогами». Таких знатных мудрецов, как он, было очень немного.

Услыхав о том от своих советников, Дашаратха молвил:

– Это очень хороший совет. Ришьясринга – все равно что зять мне, поскольку он женат на Шанте, дочери моего друга, царя Ломпады. Я сам за ним съезжу и привезу его сюда.

Царь Ломпада жил в Ангадеше. Царь Дашаратха отправился туда и привез мудреца Ришьясрингу к себе в царство. После чего начали ягью.

Первой устроили ягью ашвамедху. Как и полагается, перед ягьей выпустили на волю лошадь. За лошадью двинулись вооруженные люди, чтобы никто и нигде ее не остановил. Лошадь целый год странствовала по разным царствам, и вот наконец пригнали ее в Айодхью.

Тем временем сотни мастеровых, столяров, каменщиков и рабочих возвели чудесное сооружение на берегу реки Сарайю, чтобы в нем состоялась ягья. Невесть сколько собралось мудрецов, БРАМИНОВ, царей и подданных, чтобы участвовать в ягье. Прибыли Джанака, царь Митхилы, Ломпада, царь Ангадеша, цари Магадхи, Синдхудеша, Саураштры и многих других краев. Цари со всего света, дружившие с Дашаратхой, явились на ягью.

БРАМИНЫ – старшая из четырех варн (то есть сословий) древнеиндийского общества. Вот какие сословия были в древнеиндийском обществе: брамины – жрецы, ученые, духовные искатели; кшатрии – вторая варна, она состояла из влиятельных воинов; вайшьи – земледельцы, ремесленники, торговцы; шудры – слуги, наемные рабочие.

Когда лошадь возвратилась в Айодхью, началась ягья ашвамедха. Целыми днями, пока продолжались обряды, гости услаждались на устроенных для них роскошных пирах. Всех кормили до отвала. Брамины ели досыта и провозглашали:

– Победы царю! – Юноши насыщались покуда влезало, но просили еще – и давали им.

Завершив ягью ашвамедху, Ришьясринга сказал:

– Теперь, если проведем ягью ПУТРЕШТИ, у царя будет сын.

Название этой ягьи – ПУТРЕШТИ или, чаще, ПУТРАКАМЕШТИ – на санскрите буквально означает «жертвоприношение ради зачатия ребенка».

Вскоре началась ягья путрешти. Из обрядового огня ягьи возник человек. С виду был он страшен. Высокий, как гора, и темнокожий. Глаза красные, а борода и усы – что грива у льва. Одет он был в красный наряд. В руке держал золотое блюдо, покрытое серебряной тканью, а на блюде – восхитительный КХИР.

КХИР – сладкое блюдо индийской кухни, нечто среднее между густой рисовой кашей и пудингом.

Свирепый человек обратился к Дашаратхе:

– Ваше величество, сам БРАХМА приготовил этот кхир и послал его вам. Накормите им ваших цариц – и наверняка будет у вас сын. – С этими словами он исчез.

БРАХМА – бог творения.

Дашаратха был вне себя от радости. Родится у него сын – достаточно лишь угостить цариц этим кхиром!

Цариц у него было три: старшую звали Каушалья, среднюю – Кайкейи, а младшую – Сумитра. Сейчас объясню, как Дашаратха поделил кхир между ними. Он взял половину кхира и поделил ее между Сумитрой и Каушальей. Затем взял оставшийся кхир и дал еще немного Сумитре, а остальное – Кайкейи. Такая вот простая раздача.

Три царицы радостно съели тот кхир. Вскоре народились у них четверо божественных с виду сыновей – у Каушальи один, у Кайкейи один, а у Сумитры – двое.

Услыхав о рождении у Дашаратхи сыновей, все очень обрадовались. Бедняков щедро осы́пали царскими подарками.

Когда мальчикам исполнилось по одиннадцать дней, мудрец Вашиштха дал им имена. Старший сын родился у Каушальи, и назвали его Рамой. Второй сын – у Кайкейи, его назвали Бхаратой. Третий и четвертый сыновья родились у Сумитры, их назвали Лакшманой и Шатругхной.

Все четверо мальчиков росли пригожими, смышлеными и добродушными. Наделены они были всеми чертами, какие полагается иметь хорошим детям. За несколько лет они выросли и стали умелыми и отважными. Ни в учебе, ни в ратном деле, ни в охоте не было им равных.

Друг друга братья очень любили. Лакшмана особенно крепко любил Раму, а Шатругхна и того пуще любил Бхарату. Никаких слов не хватит, чтобы описать, до чего счастлив был царь Дашаратха, что у него такие дети.

Как-то раз, когда Дашаратха обсуждал с советниками и жрецами женитьбу сыновей, предстал пред царем мудрец Вишвамитра. Среди мудрецов Вишвамитра был самым почтенным. Мало кто подвергал свои дух и тело таким суровым испытаниям и почти никто не владел столь могучими волшебными силами, как Вишвамитра. Но был он вдобавок и человеком очень вспыльчивым. А потому Дашаратха обращался с ним очень обходительно.

– Досточтимый мудрец, – сказал он, – для меня принимать тебя в гостях – большая удача, и я чрезвычайно счастлив. Прошу тебя, расскажи, чего ты желаешь, и я, без сомненья, тебя тем одарю.

Дашаратха полагал, что мудрец попросит богатств. Но услышал он, чего хочет мудрец, и царское сердце сжалось. Вишвамитра сказал вот что:

– Ваше величество, послушайте, с чем я пришел. Я проводил ягью, и тут два РАКШАСЫ – Марича и Субаху – явились и испортили ее, побросали в огонь животную плоть. Я слыхал, они прислуживают зловредному ракшасе по имени Равана.

РАКШАСЫ – демоны-людоеды и злые духи. Ракшаса женского пола – ракшаси.

Если отпустишь ты сына своего Раму со мной на десять дней, он убьет тех двух ракшас. Одному лишь Раме это под силу. Он теперь вырос и стал великим воином. Те двое ракшас не смогут его одолеть. Тебе нечего опасаться. Отправь Раму со мной, и все будет хорошо.

Дашаратха, услышав это, затрепетал. Воззвал он к Вишвамитре:

– Молю тебя, не могу я отпустить Раму. Как моему Раме сражаться с этими ужасными демонами? Лучше отправлюсь сам со своим вооруженным войском и постерегу твою ягью. Прошу, оставь Раму.

Вишвамитра разъярился. Гнев его ужасал даже богов. Не угадать было, что́ мудрец этот в гневе своем способен вытворить. И вот мудрец Вашиштха посоветовал Дашаратхе:

– Ваше величество, будьте разумны – отправьте Раму, ему это пойдет на пользу. Вишвамитра – могущественный мудрец, Раму с ним можно отпустить безбоязненно. Он попросил его, потому что это принесет мальчику благо. – От этих слов Дашаратхе полегчало, и он тотчас призвал Раму и Лакшману.

Царевичи встали пред ним, пригожие, в сверкающих боевых доспехах, при луках, стрелах и мечах. Двинулись они за Вишвамитрой, царь с царицами расцеловали их и благословили, приговаривая:

– Успехов вам!

Проделали они небольшой путь, и Вишвамитра велел Раме:

– Сын мой, иди омойся в водах Сарайю. Я научу тебя МАНТРАМ Балы и Атибалы. Зная эти мантры, никогда не устанешь и не захвораешь, никто не сможет повредить тебе, а в бою ты сразишь любого.

МАНТРА – сочетание звуков или слов на санскрите или пали, которые, согласно индуистской и буддистской традиции, способны воздействовать физически, психологически или духовно и на того, кто их произносит, и на тех, кто слышит.

Рама омылся в реке и выучился у мудреца мантрам. Не успел он их произнести, как ощутил прилив сил и мощи во всем теле.

В ту ночь все трое спали в траве на берегу реки Сарайю. Назавтра утром проснулись они и двинулись дальше. Следующую ночь провели в АШРАМЕ в Ангадеше. Здесь Сарайю впадала в ГАНГУ. Поутру мудрецы из ашрама помогли им перебраться через реку на красивой лодке.

АШРАМ – лесная или горная обитель мудрецов и отшельников.

ГАНГА – так индийцы называют реку Ганг; согласно индуистской традиции, она вытекла из пальца бога Вишну и почитается как богиня чистоты и прощения.

За рекой простирался густой лес. В том лесу жила ракшаси по имени Тадака.

Она была сильна, как тысяча слонов. Когда-то в этих краях находилось прекрасное царство. Но Тадака и сын ее Марича поубивали и съели всех, кто жил здесь, и уничтожили царство. И вырос тут жуткий лес. Стоило человеку войти в чащу, Тадака его убивала.

Вишвамитра воззвал к Раме:

– Эту ракшаси надо убить.

Рама ответил:

– Ладно.

Натянул он туго тетиву своего лука. Послышался особый зычный звук, который называется «танкар». Заслышав танкар Раминого лука, все живое в лесу подумало, что настал конец света.

При раскате этого грома Тадака поначалу тоже опешила. Но затем собралась с мыслями и бросилась на звук, громко рыча, разинув рот и протягивая руки к незваным гостям. Тадака заволокла небо пылью и принялась метать в Раму и Лакшману камни.

Но что Раме камни? Стрелами он не только остановил камни в полете, но и отсек Тадаке руки. Она все равно мчалась к ним. Видя это, Лакшмана отсек ей нос и уши. Ракшаси вдруг скрылась из виду и, пусть не было у нее больше рук, и дальше швырялась из своего убежища громадными валунами.

Рама сыпал ливнем своих стрел туда, откуда нападала Тадака. Отродясь не видала демоница такого лютого дождя стрел. Прятаться больше она не могла. Град ужасных стрел вынудил ее выйти навстречу Раме и Лакшмане. Рама тотчас выпустил стрелу, и та пронзила сердце ракшаси. С воплем, леденившим кровь, Тадака рухнула наземь и испустила дух.

Боги, следившие за битвой с небес, очень порадовались доблести Рамы. Вишвамитра ликовал! Ума не мог приложить, как еще ему благословить Раму и как его наградить. Ту ночь провели они в лесу. Наутро Вишвамитра сказал Раме:

– Сын мой, я очень тобою доволен. Я намерен подарить тебе чудесные орудия. Владея ими, в бою ты будешь неуязвим.

И он одарил Раму ДХАРМАЧАКРОЙ, КАЛАЧАКРОЙ, ВИШНУЧАКРОЙ, ИНДРАЧАКРОЙ, БРАХМАШИРОЙ, АИШИКОЙ, БРАХМАСТРОЙ – несколькими вот такими мощными орудиями войны. А сверх того явил колдовством уйму мечей, палиц, копий, а также ВАДЖРУ, или же молнию.

Оружие, в названии которого есть слово чакра имеет форму кольца или колеса: ДХАРМАЧАКРА («колесо дхармы»), КАЛАЧАКРА («колесо времени»), ВИШНУЧАКРА («колесо [бога] Вишну»), ИНДРАЧАКРА («колесо [бога] Индры»).

БРАХМАШИРА – «голова [бога] Брахмы». Любое оружие, которое, если его применить, покидает руки воина, в индийской традиции называется «астра»: БРАХМАСТРА – «летающее орудие Брахмы». Любая астра – волшебное оружие, изготавливается мудрецом или чародеем.

АИШИКА – это любой предмет, превращенный в оружие посредством особой мантры и намерения.

ВАДЖРА – в индуистской, тибетской и джайнской традициях ритуальное и мифологическое оружие, созданное божественным ремесленником Тваштарой из костей мудреца Дадхичи для Индры.

Все это оружие поклонилось Раме и сказало:

– Рама, теперь мы принадлежим тебе. Станем тебе повиноваться.

Рама прикоснулся к каждому и сказал:

– Пока вы свободны. Когда позову – будьте любезны явиться.

– Ладно, – отозвалось оружие и удалилось.

Втроем двинулись люди дальше, пока не оказались в прекрасном месте. Рама спросил:

– ГУРУДЭВА, кто живет здесь?

ГУРУДЭВА – санскр., букв. учитель-бог, принятое в индуизме и буддизме очень почтительное обращение к духовному наставнику.

Вишвамитра ответил:

– Зовут это место Сиддхашрамом. Прежде здесь жил мудрец Кашьяпа. Тысячу лет он с женой своей Адити выполнял тут послушание. Вишну остался доволен их послушанием и благословил их, родившись у них сыном. Имя ему было Вамана. Много чудес совершил он. Теперь здесь живу и выполняю свое послушание я. А какие-то гнусные ракшасы приходят и срывают мне ягьи. Тебе придется их убить.

Вскоре добрались они до ашрама и решили начать ягью завтра.

На рассвете Рама и Лакшмана спросили Вишвамитру:

– Гурудэва, когда ракшасы придут мешать ягье? Просим, скажи нам.

Но Вишвамитра безмолвствовал и сидел, закрыв глаза. Другие мудрецы ответили:

– Царевичи, он сейчас соблюдает мауну-врату – обет молчания. Не заговорит теперь шесть дней и шесть ночей. Просим вас все шесть суток хорошенько стеречь это место.

Рама и Лакшмана немедля взялись за оружие и встали на страже. Ночи и дни без всякого сна высматривали они ракшас.

Минуло пять суток. На шестые братья сделались еще бдительнее. Вдруг жертвенный огонь ягьи заполыхал ярче. И тотчас послышались ужасные звуки. На священный огонь дождем полилась кровь. Рама взглянул в небо и увидел, что это Марича и Субаха вместе с несколькими жуткими на вид демонами явились портить мудрецу ягью.

Рама метнул манавастру Мариче в сердце. Марича оказался тяжело ранен. Он рухнул в океан в нескольких километрах оттуда. Тогда Рама стрельнул огнем в Субаху, и тот погиб на месте. Остальных демонов Рама сразил без труда всего одним орудием.

Мудрецов эта победа премного обрадовала.

В ту ночь усталые после стольких дней трудов Рама и Лакшмана мирно уснули на своих постелях из мягкой листвы. А когда проснулись, мудрецы сказали им:

– Отправимся же в Митхилу. Джанака, царь Митхилы, устраивает ягью. У него такой тяжелый лук, что ни один бог, ракшаса, ГАНДХАРВА или человек не в силах его поднять и натянуть на нем тетиву. Поглядим на тот лук. – С этими словами погрузили они свои пожитки на сотню возов и отправились в путь.

ГАНДХАРВЫ – полубоги, часто встречаются в древнеиндийских текстах как возлюбленные богинь облаков и воды, как певцы и музыканты, развлекающие богов.

Шли они мимо зеленых заливных полей. Ночью встали лагерем на берегах реки Сон. Следующую ночь они провели на берегу Ганги, а ночь после – в городке Вишала.

На четвертое утро их взору открылся дворец Митхилы вдали. Неподалеку располагался старый уютный ашрам. Рама спросил Вишвамитру:

– Гурудэва, чей это ашрам? Почему он заброшен?

Вишвамитра ответил:

– Сын мой, это ашрам мудреца Гаутамы. Жена его Ахалья вытворила что-то нехорошее, и Гаутама наложил на нее проклятие. Сказал так: «Оставайся здесь, на этом пепелище. Никто не сможет тебя увидеть. Питаться сможешь только воздухом. Так пройдет несколько лет. А затем в один прекрасный день явится Рама, сын Дашаратхи. Молись ему. Тогда исцелишься, и я тоже вернусь». Сказав так, Гаутама ушел к горе Кайлас. – Затем Вишвамитра продолжил: – Рама, прошу тебя, войди в ашрам. Тогда Ахалья вернется к прежней себе.

В ашраме увидели они Ахалью Дэви. Все эти годы она предавалась созерцанию. После многих лет созерцания тело ее мощно сияло. Свет лился такой ослепительный, что даже боги не в силах были на нее смотреть. Из-за проклятия она сделалась незримой, однако теперь Рама прибыл, и все смогли ее увидеть. Рама и Лакшмана прикоснулись к стопам Ахальи, и Ахалья, вспомнив слова Гаутамы, помолилась Раме. Тем временем благодаря глубине своего созерцания мудрец Гаутама узнал обо всем этом и тоже явился в ашрам. Вот так страдания Ахальи завершились, и Ахалья с Гаутамой провели остаток дней своих вместе, в служении богу.

Митхила располагалась неподалеку от ашрама Гаутамы. Рама, Лакшмана и Вишвамитра, а с ними и все остальные дошли до города и увидели, что царь к ягье приготовился великолепно. Собралось бесчисленное множество простого люда, отшельников, мудрецов, лошадей и повозок. Однако царь Джанака вскоре узнал о прибытии Вишвамитры с сопровождением и вместе со своим жрецом Шатанандой вышел приветствовать их.

Отдав Вишвамитре многие почести, царь Джанака сказал:

– Гурудэва, кто эти пригожие юноши, пришедшие с тобой? Выглядят они, как дети богов. Какого царя будут эти сыны? И с чем пришел ты, проделав такой трудный путь?

Вишвамитра отвечал:

– Ваше величество, это сыновья царя Дашаратхи. Они убили ракшас у меня в ашраме, после чего сняли проклятие с Ахальи в ашраме Гаутамы Муни. А пришли мы взглянуть на лук Шивы, что хранится на твоей земле.

Жрец Джанаки Шатананда был старшим сыном Гаутамы. Услыхав о том, что мать его освобождена от проклятия, он сделался очень счастлив. Всячески приветил он Раму и восславил мудреца Вишвамитру. Шатананда понял, что именно Вишвамитра привел Раму, чтобы тот освободил его мать от проклятия.

Наутро Вишвамитра сказал Джанаке:

– Ваше величество, Рама и Лакшмана желают увидеть ваш лук.

Джанака ответил ему так:

– Позвольте рассказать вам об этом луке. Принадлежал он Шиве. Однажды тот рассердился на богов и погнался за ними с этим луком в руке. Но когда боги взмолились о пощаде, он отдал его им. Они же в свою очередь отдали лук на хранение царю Деварате. Деварата – один из моих праотцов… Уже став царем Митхилы, как-то раз пахал я поле, чтобы расчистить его для ягьи. Тут из-под земли возникла прелестная девочка-малютка. Та девочка выросла у меня в доме. Ее зовут Сита. Я поклялся, что отдам Ситу в жены тому, кто сможет натянуть лук Шивы… Несколько царей пытались, но куда там – они его даже поднять не смогли! Цари очень сердились из-за этого и приходили меня воевать. С помощью богов мне всякий раз удавалось их разгромить. А теперь я покажу лук Раме и Лакшмане. Если Раме под силу будет его натянуть, пускай женится на Сите.

По приказу Джанаки лук вынесли наружу. Он лежал на восьмиколесной повозке в железном сундуке. Пять тысяч молодых силачей успели устать, лишь выволакивая этот лук из дома!

Рама спросил:

– Нужно натянуть этот лук?

Вишвамитра и Джанака ответили:

– Да.

Поднатужься Рама хоть немножко, поднимая такой тяжеленный лук, никто бы не удивился. Но Рама поднял его с великой легкостью. И не только поднял, но и натянул его. А когда дернул он за тетиву, лук сломался надвое.

Сломался лук с великим треском, и все, кроме Вишвамитры, Рамы и Лакшманы, упали наземь и лишились чувств. Джанака сказал:

– У Рамы необычайная сила! Никому не сравниться с ним. Я отдам руку Ситы ему.

Назавтра гонцы принесли эту весть Дашаратхе в Айодхью. Узнав обо всем, он вместе с Вашиштхой и другими жрецами и браминами тотчас приготовился отбыть в Митхилу. А с ним вместе снарядили несколько возов под охраной воинов, груженных дорогими дарами, самоцветами и украшениями.

Когда встречаются цари, происходит большое празднество. Что уж там стану я описывать? Но то, как обустроили свадьбу Рамы, все же опишу.

У царя Джанаки была еще одна дочь, звали ее Урмила. И у брата царя Кушадхваджи было две дочери, Мандави и Шрутакирти. Не замечательно ли будет, если Рама, Лакшмана, Бхарата и Шатругхна, четверо братьев, женятся на четырех сестрах? Решено было, что Рама женится на Сите, Лакшмана – на Урмиле, Бхарата – на Мандави, а Шатругхна – на Шрутакирти.

Женили их в благоприятный час с большим блеском и пышностью. Митхила в тот день бушевала радостью. Куда ни глянь, везде огни, гирлянды, флажки и благовония. Трубили морские раковины, играла музыка, снеди на пирах съели целые горы – праздновали и бедняки, и богачи. Гремела разноголосица веселых торжеств.

Назавтра Вишвамитра ушел в Гималаи. Дашаратха тоже начал готовиться к возвращению в Айодхью. А знаете, что Джанака подарил своим дочерям? Каждая дочка получила по одному ЛАКХУ коров. А помимо коров он одарил их слонами, лошадьми, воинами, золотом, серебром, самоцветами, жемчугами, шелками, покрывалами и многим другим. В сопровождение каждой придали сто мужчин и сто женщин свиты, а также сто слуг. Так Джанака простился с дочерями. Дашаратха тоже очень порадовался и отправился в Айодхью.

1 ЛАКХ = 100 000.

Но внезапно стряслось злоключение! Закричали на деревьях птицы, звери понеслись врассыпную, а земля задрожала и налетел ураган. Деревья валились, солнце исчезло с неба, а небеса потемнели. Все задрожали от страха, гадая, что же за опасность им угрожает.

Очень скоро стало ясно, что́ это за опасность: возник Парашурама. Таким свирепым человеком был он, что от одного его вида дрожала земля. Весь он был как гора, а глаза – как шаровые молнии. В руке он нес лук не меньше того, что у Джанаки. На плече он держал громадный топор. Тем топором он двадцать один раз уничтожал кшатрий. Это произошло оттого, что кшатрия по имени Джамадагни убил его отца.

Гнев его на кшатрий к тому времени чуть уменьшился, и он их, едва завидев, больше не убивал. Но на Раму он гневался.

– Я слыхал, ты очень силен? – промолвил он. – Ты сломал лук Шивы? Правда? Я принес еще один великий лук. Приделай к нему тетиву и натяни ее. Сумеешь – я с тобой сражусь. Услышав это, Дашаратха ужаснулся. Невесть какие увечья этот опасный человек мог нанести Раме. Воззвал к Парашураме царь с мольбой, чтобы тот отпустил Раму. Но Парашурама не отступался. Он сказал Раме:

– ВИШВАКАРМАН создал два великих лука. Один ты сломал, а второй у меня в руках. Этот – не слабее первого. Давай, натяни тетиву и покажи мне, какой ты великий кшатрия.

ВИШВАКАРМАН – «творец всего», в индуистской традиции божественный зодчий, создатель вселенной.

Если кшатрии бросают вызов, чтобы показал он, чего стоит, он, несомненно, вызов примет. Рама ответил:

– Смотри же.

Натянул он тетиву на том луке и, прилаживая стрелу, сказал:

– Ты мне старший, ты брамин. Вот почему не хочу я пускать стрелу в тебя и тебя убивать. Однако я в силах уничтожить все земли, какие добыл ты духовным служением, или перекрыть все небесные пути, какими ты странствуешь. Скажи мне, что прикажешь делать?

Теперь гнев Парашурамы утих. И сказал он Раме негромко:

– Рама, можешь разрушить владения, какие накопил я молитвами. Но прошу тебя, не перекрывай мне дороги. Я желаю тебе добра. Знаю, ты человек не обычный.

И вот так Рама выпустил стрелу и разрушил владения Парашурамы, но дороги ему не перекрыл.

После этого Парашурама ушел, а все вернулись в Айодхью.

В Айодхье царицы встречали невесток с большим теплом. Празднества, музыка и танцы случились и по всему этому царству. Царицы осыпали невест многими подарками.

Через несколько дней Бхарата и Шатругхна отправились навестить дом дядюшки по материнской линии.

Часть 2. Взросление в Айодхье

Царю Дашаратхе теперь уже почти исполнилось шестьдесят. В этом возрасте трудиться, выполняя все царские обязанности, так же напряженно, как и прежде, он уже не мог. Рама же тем временем и знаний набрался, и разума, и силы, и отваги. Видя это, Дашаратха однажды сказал своим советникам:

– Я постарел. Проживу не так долго. Поэтому я решил сделать Раму наследником престола. – Как только решил он это, сразу же известил об этом все царства. – Сзываю большое собрание.

Заслышав эту весть, все главные цари и вожди мира собрались в Айодхье при дворе царя Дашаратхи. На этом собрании Дашаратха сказал:

– Я ведал делами моего царства сколько мог долго. Теперь я очень стар, голова моя седа, а силы увяли. В столь преклонные годы за царством я больше присматривать не могу. Мой Рама вырос, и всем вам известны его замечательные качества. Вот поэтому я теперь хочу вручить ответственность за царство ему. Что все вы скажете?

Все ответили:

– Ваше величество, такого, как Рама, нет на всем белом свете. Люди в этом царстве любят его невероятно. Просим вас, сделайте его наследником престола. Мы будем очень довольны.

Царь Дашаратха сказал:

– Приближается прекрасный месяц ЧАЙТРА. В это время леса наполнятся цветами. Прошу вас начать приготовления. Мы сделаем Раму наследником престола в эту пору года.

ЧАЙТРА – первый месяц индуистского календаря и единого национального календаря Индии, начинается 21–22 марта и заканчивается 20 апреля.

Тут весь двор загремел от радости и воодушевления. Тотчас после этого объявления советник Дашаратхи Сумантра привел Раму ко двору. Дашаратха усадил его рядом и сказал ласково:

– Сынок, у тебя много достоинств и все тебя любят. Когда станешь наследником престола, все будут счастливы.

Едва услышав сказанное, друзья Рамы бросились с вестью к матери царевича, царице Каушалье. Можете себе представить, как обрадовалась она и как щедро одарила вестников.

Вскоре наступил день коронования. Жители Айодхьи, не в силах сдержать воодушевление, высыпали на улицы и принялись ликовать. Только о Раме и вели они разговоры. Кто-то говорил:

– Царь принял замечательное решение, – а кто-то: – Да здравствует царь!

У другой жены Дашаратхи, царицы Кайкейи, была служанка по имени МАНТХАРА. Но поскольку у Мантхары был горб, куньдж, звали ее Куньджи. Мантхара была безобразна внешне и ум имела жестокий. Казалось, горб ее наполнен завистью. Кайкейи она досталась из отчего дома, и царица ее очень любила.

Вообще имя этой героини – МАНТХАРА – на санскрите как раз и означает «горбунья», но и бенгальское слово «куньдж» означает то же самое и возникло сейчас рядом с санскритским вариантом потому, что оригинал этого пересказа «Рамаяны» – перевод на английский с бенгальского.

Поутру услыхала Куньджи ликование на улицах и отправилась на крышу своего дома поглядеть, из-за чего такой гам. Оттуда увидела она, что улицы опрысканы сандаловой водой и усыпаны лепестками лотоса, кругом плещут флаги, а повсюду музыка и шум. Куньджи при виде всего этого забеспокоилась. Рядом с ней оказалась другая служанка, облаченная в лучшие свои шелка, – с улыбкой наблюдала она за увеселениями. Куньджи спросила у нее:

– Чего это мать Рамы Каушалья раздает людям награды? Обычно она такая скупая, а тут вдруг расщедрилась! Что происходит?

Служанка объяснила:

– Потому что Рама завтра станет наследником престола.

Услыхав это, Куньджи преисполнилась зависти. Удивительно, как это у нее горб не лопнул. Впрочем, было бы здорово, если б это случилось. Кайкейи еще лежала в постели. Куньджи поспешила к царице и сказала:

– Чего же ты разлеживаешься? Разве не знаешь, какая напасть с нами приключилась? Ну-ка вставай скорей!

Мантхара может себе позволить так фамильярно обращаться к царице Кайкейи, потому что нянчила ее с младенчества и всю жизнь провела при ней.

Кайкейи удивил гнев Куньджи. Она спросила:

– Что случилось, Мантхара? Что за опасность? Чего ты такая взбудораженная?

В ответ Куньджи огрызнулась:

– Ты обречена. Завтра царь сделает Раму наследником престола!

Услышав это, Кайкейи так обрадовалась, что немедля подарила Куньджи драгоценные самоцветы. Но та отшвырнула их и возопила:

– Какая же ты глупая! Радуешься, закрыв глаза на опасность! Если Рама станет царем, разве не окажется Бхарата под угрозой? А ты сама станешь служанкой при Каушалье!

Кайкейи отозвалась:

– Мантхара, Рама очень благочестив. И поскольку он старший сын, царство получит по праву. А уж печется обо мне так, что даже Бхарате не под силу. Я люблю их обоих равно. Если Рама станет царем, все его братья всегда будут счастливы.

Куньджи разочарованно вздохнула.

– До чего же глупая девчонка! Я пытаюсь тебе помочь – ради твоего же блага, а ты отказываешься выслушать. Когда Рама станет царем, он прогонит Бхарату или убьет его. А мать Рамы Каушалья, которой ты пренебрегала все эти годы, тебе отомстит. Вот почему тебе надо задуматься, как сделать царем Бхарату, а Раму изгнать в леса.

Ах, зачем Куньджи вообще родилась на белый свет! Не было у Кайкейи столь извращенного ума, однако семена зависти у нее в сердце Куньджи посеять сумела.

Когда Мантхара сказала, что Рама убьет Бхарату, Кайкейи встревожилась и произнесла:

– Мантхара, я устрою так, чтобы Раму выслали в леса, а Бхарату сегодня же сделали царем. А теперь расскажи мне, как это можно сделать.

Куньджи ответила:

– Ты забыла? В лесу ДАНДАКА жил ужасный асура Шамбара. ДЭВЫ некогда устроили ему грандиозную битву, и наш царь отправился на выручку богам в той битве. Он взял тебя с собой. В сражении его сильно ранили, и ты спасла его, вывезя с поля боя. Он тогда подарил тебе два желания, и ты сказала ему: «Напомню о них, когда захочу». Я слышала эту историю от тебя самой. Чего бы тебе не напомнить ему о тех желаниях? Одно желание – изгнать Раму в леса, а второе – сделать Бхарату наследником престола. Это устранит все напасти. Сделай так. Облачись в грязные, изорванные одежды, притворись печальной и ляг на пол. Когда придет царь Дашаратха, молчи. Просто гневайся и кричи. Царь очень тебя любит. Он задумается, отчего ты гневаешься, и сделает все, чтобы тебя ублажить. Но будь осторожна! Сперва пусть пообещает, что выполнит все, что б ты ни попросила. А следом изложи ему эти свои желания. Он не сможет тебе отказать.

ДАНДАКА (также Дандакаранья, Дандакван) – название огромного леса, расположенного между реками Годавари и Нармада на севере Индии.

ДЭВЫ – божества, асуры – полубоги, титаны, демоны, антибоги: в индуистской и буддистской традициях и дэвы, и асуры представлены и осмыслены по-разному.

Вот так Куньджи отравила ум царицы Кайкейи. Та сделала все так, как ей велела Мантхара. Облачилась в старые одежды, сбросила все украшения и принялась валяться по полу в припадке гнева.

Тем временем царь Дашаратха явился во дворец Кайкейи, чтобы поделиться с ней новостями о возведении Рамы на престол. Царицу он застал на полу – она кричала, но ничего не объясняла, и царь забеспокоился. Что стряслось с Кайкейи? Кто с ней это сотворил? Бедный старый царь Дашаратха разволновался и крепко задумался. Но кто же объяснит ему, что так расстроило царицу? Царь нежно спросил Кайкейи:

– Кайкейи, тебе нездоровится? Или, может, кто-то огорчил тебя словом? Или ты гневаешься на кого-то? – Царица ни на один вопрос не ответила.

Наконец Дашаратха спросил:

– Может, ты хочешь чего-то? Скажи, чего ты хочешь. Я тебе немедля все дам.

Кайкейи отозвалась:

– Сперва пообещай, что дашь мне все, о чем бы я ни попросила. И тогда я тебе скажу.

Царь ответил:

– Никого на белом свете не люблю я больше, чем Раму. Именем Рамы тебе клянусь – я сделаю все, о чем бы ты ни попросила.

Кайкейи сказала:

– Боги, прошу вас, услышьте, что царь обещал мне. Ваше величество, помните ли вы битву между дэвами и асурами? Вас тогда ранило не на шутку, и я спасла вам жизнь. Вы обещали, что исполните два моих желания, а я ответила, что вспомню о них, когда понадобится. Сегодня исполните вы желания. А если не исполните – после того, как пообещали, – я совершенно точно умру.

Жестокая Кайкейи сразу поняла, что, коли царь сказал «да», он уже не скажет «нет». И продолжила:

– Раму надо изгнать. Пусть станет отшельником и ступает в леса на четырнадцать лет. А царем надо сделать Бхарату.

Какое ужасное желание! Не успел царь Дашаратха услышать его, как лишился чувств. Чуть погодя сознание вернулось к нему. Разгневанно взглянул он на Кайкейи и молвил:

– Жестокая Кайкейи! Чем навредил тебе Рама? Он тебя обожает, а ты измышляешь, как бы испортить ему жизнь? За какие преступленья мне его карать? Если Рама уйдет, как мне жить?

Некоторое время побранив Кайкейи, царь Дашаратха перешел к уговорам:

– Кайкейи, падаю к ногам твоим, не произноси таких слов. Кроме того, тебе хорошо известно, что царями становятся старшие сыновья. У моего Рамы столько прекрасных качеств. Как скажу я ему эти жестокие слова?

Наконец взмолился он:

– Я стар. Долго не проживу. Сжалься надо мной. Я отдам тебе все, чем располагаю, только не проси меня высылать Раму прочь!

Долго просил и умолял Дашаратха. Несколько раз падал в обморок. Но Кайкейи не уступила.

– МАХАРАДЖА, – сказала она, – ты стенаешь после того, как пообещал мне? Ты же такой богобоязненный. Если люди об этом узнают, что они подумают? Что бы ни сказал ты, я свое желание назад не заберу. Если сделаешь Раму царем, я приму яд и умру.

МАХАРАДЖА – санскр. «великий правитель», обращение к царю.

Бедный старый Дашаратха! Получал ли еще кто-нибудь когда-нибудь такой удар? Царь рыдал и поносил Кайкейи. А потом восклицал:

– Как мне сказать об этом Каушалье? А с Ситой что станется?

Вот так прошла ночь. Кайкейи не передумала. Наоборот – насмеялась над Дашаратхой:

– Махараджа, ты так гордишься тем, что всегда говоришь правду. А теперь, когда пришло время исполнить мое желание, куда подевалась вся твоя решимость? – Ночь забрезжила рассветом, а Кайкейи продолжала: – Твое величество, ты мне обещал. Ты обязан исполнить мое желание. Высылай Раму в лес, а Бхарату делай царем.

Наконец Дашаратха понял, что Раму ему услать придется. Молвил он:

– Раз я пообещал, выбора у меня нет. Ты как хочешь, а мне хоть раз надо повидаться с Рамой.

К тому времени взошло солнце. Для коронования Рамы все было готово. Жрец Вашиштха сказал советнику Сумантре:

– Приготовления завершены. Все прибыли. Пора начинать церемонию. Отправь весть царю.

Сумантра ушел призывать царя. Он понятия не имел, какое бедствие успело стрястись. Сумантра объявил Дашаратхе:

– Махараджа, все готово. С вашего позволения, мы проведем церемонию и сделаем Раму наследником престола.

При этих словах Сумантры Дашаратха опечалился еще сильнее. И тут Сумантра с ужасом заметил, что глаза у царя красные, а вид расстроенный. У царя не было сил говорить. Увидев это, Кайкейи наврала:

– Понимаешь, Сумантра, царя так переполнило радостью, что он не спал всю ночь. Он собирается вздремнуть. Прошу тебя, приведи сюда Раму.

Сумантра ушел за Рамой. Тот был у себя дома с Ситой, и тут явился Сумантра и сказал:

– ЮВАРАДЖА, Его Величество и царица Кайкейи желают тебя видеть. Прошу, пойдем со мной немедля.

ЮВАРАДЖА – санскр. «юный правитель», обращение к наследнику престола, обычно старшему сыну царя.

Рама отправился за Сумантрой. Народ Айодхьи на улицах приветствовал, восславлял и благословлял его.

Царь Дашаратха окаменел от горя. Кайкейи сидела с ним рядом. Рама вошел, коснулся родительских стоп. Дашаратха взглянул на сына и произнес:

– Рама!

Никаких других слов не возникло у него на устах, лишь слезы полились из глаз. Вы, наверное, в силах себе представить, до чего обеспокоился и огорчился Рама. Он спросил у Кайкейи:

– Матушка, не поступил ли я, сам того не ведая, как-нибудь неправильно? Отчего отец не разговаривает? Почему у него такой расстроенный вид? Не получил ли он каких-нибудь скверных известий? Может, ты ему что-то сказала?

Кайкейи ответила:

– Твой отец не сердится и никакая опасность ему не грозит. Он хочет сделать кое-что, но боится говорить тебе об этом. Поскольку царь сказал, что хочет это сделать, прошу тебя, не возражай, это будет нечестивый поступок.

Рама сказал:

– МА, ты что такое говоришь? Если отец сказал, что намерен сделать что-то, я никогда не возражу. Как могу я не подчиниться его желанию?

МА – обращение, принятое в Индии, которое может быть адресовано любой старшей родственнице, не обязательно матери.

Кайкейи отозвалась так:

– Все очень просто. Твой отец когда-то согласился исполнить два моих желания, и сегодня я ему о них напомнила. Первое мое желание – чтобы ты стал отшельником, облачился в древесную кору и отправился в лес Дандака на четырнадцать лет. А второе желание – чтобы все приготовления для коронации теперь касались Бхараты и чтоб наследником престола стал он. Ты откажешься от притязаний на царство. Махарадже Дашаратхе больно сообщать тебе об этом, потому сообщаю это тебе я. Ты должен поступить согласно отцову слову.

Дашаратха, слушая, как Кайкейи говорит все это, горестно вздохнул. Но Рама остался невозмутим.

– Ма, так я и поступлю, – сказал он. – Прошу, отправь гонца, пусть призовет Бхарату обратно. Я уйду в лес сегодня же. Но отчего отец не сообщил мне этого сам?

Кайкейи ответила:

– Славно, отправлю всадников, чтоб привезли Бхарату в Айодхью. И, вижу, ты спешишь в леса. Уходи поскорее. Махарадже неловко. Вот почему сам он с тобой не говорит. Пока не уйдешь, не станет он ни мыться, ни есть.

Услышав это, Дашаратха страдальчески закричал. От того, что ему придется уйти в лес, Рама не грустил, но был сам не свой от печали, видя, как страдает его отец. Хотел Рама позаботиться об отце, но царевичу велено было тотчас уйти в лес. Он поднял Дашаратху с пола и усадил.

Лакшмана поведение Кайкейи довело до кипения, Рама же не выказывал никаких признаков печали. Он забрал с собой Лакшману и неспешно добрался до дома Каушальи. Там юные девы, наряженные в прелестные одежды, радовались и праздновали грядущую коронацию. Ничто из этого не расстроило Раму. Огорчала его лишь мысль о том, что родители его могут умереть, пока он будет в отлучке.

К этому времени уже пошли слухи о том, что Рама уходит в лес, и народ принялся горевать. Но Каушалья эту весть еще не получила. Она по-прежнему считала, что Рама вскоре станет наследником престола, и поэтому была спокойна и предавалась молитвам. Рама пришел к ней и, коснувшись ее стоп, попросил благословения. Каушалья с радостью приголубила его и сказала:

– Сынок, сегодня ты станешь наследником престола. Благословляю тебя на долгую и счастливую жизнь. Молюсь, чтобы двигался ты путем ДХАРМЫ, и пусть все тебя любят.

ДХАРМА – здесь: нравственный закон, праведность.

Рама ответил:

– Ма, для тебя это грустная пора. Ты пока не знаешь, но я отправляюсь в лес Дандака. Царь отдает царство Бхарате, а мне предстоит четырнадцать лет жить в глуши отшельником.

Невозможно описать боль, какая возникла у Каушальи в сердце. Она произнесла:

– Дитя мое, Рама, как выживу я, тебя потеряв? О боги, неужто сердце у меня железное и не разобьется от такой ужасной вести? Отчего не идет ко мне смерть? Нет мне у Ямы, Владыки смерти, места в его чертогах! Сынок, я отправлюсь за тобой, куда б ты ни пошел. Молю, возьми меня с собой.

Увидев, как горюет Каушалья, Лакшмана заплакал и произнес:

– Матушка, отчего брат мой должен уйти в лес? Царь стал стар и помешался умом. А иначе с чего ему слушать жену и усылать в лес такого человека, как Рама? В чем вред, если не станем мы слушать приказы такого царя?

А затем спросил он Раму:

– Брат, если прикажешь ты мне хоть раз, я вызову на поединок любого, кто помешает тебе стать царем! Я убью народ Айодхьи. Я убью и отца! Пока я жив, никто тебя не обманет и царство Бхарате не передаст!

Взмолился он, обращаясь к Каушалье:

– Матушка, я не боюсь никого. Вы с братом Рамой знаете, на что я способен. Я убью старого царя!

– Рама, послушай, что Лакшмана говорит, – молвила Каушалья при этих его словах. – Не уходи в лес. Я не переживу, если ты уйдешь.

От вида материной скорби сердце у Рамы сокрушилось. Он сказал:

– Матушка, молю, не плачь. Как могу я ослушаться отцова слова? Брат Лакшмана, я прекрасно знаю, как крепко ты меня любишь. Понимаю, до чего ты расстроен. Но мне надо сделать то, что правильно, такова моя дхарма. Раз отец так велел, я уйду в лес.

И тогда он сложил вместе ладони и воззвал к Каушалье:

– Матушка, прошу, не останавливай меня. Четырнадцать лет пролетят быстро. А потом я вернусь к тебе.

– Сынок, неужто царь – твой единственный гуру? – вскричала Каушалья. – Я для тебя ничего не значу? Как можешь ты уйти, так сильно меня ранив?

Рама ответил горестно:

– Отец высылает меня прочь, следуя своим принципам дхармы. Правильно ли нам ослушиваться его в таком случае? Прошу тебя, позволь мне уйти в лес, благослови меня, чтобы вернулся я через четырнадцать лет и коснулся твоих стоп. Молю тебя, матушка, не препятствуй мне.

Вот так Рама пытался урезонить Каушалью и Лакшману. Но царица настаивала на своем:

– Сынок, я уйду из этой страны и последую за тобой.

Рама отвечал:

– Ма, Кайкейи обманула отца и принесла ему столько горя. Мне придется уйти в лес. А если еще и ты уйдешь со мной, выживет ли отец? Даже не думай о таком, матушка. Пока жив отец, тебе надо за ним присматривать. А я через четырнадцать лет непременно вернусь.

Долго слушала Раму Каушалья и наконец сказала:

– Сынок, ты не желаешь мне внять? Ты решил уйти в лес? Увы, одни лишь беды в судьбе моей! Что ж, ступай, дитя мое. Благословляю тебя со всеми добрыми пожеланиями. Хватит ли на мою долю удачи, чтобы однажды вернулся ты и вновь произнес «матушка»?

Сита понятия не имела о дурных вестях, но не успела увидеть Раму, как сразу поняла, что приключилась какая-то беда. Когда Рама рассказал ей об уходе в лес, она просто сказала:

– Я пойду с тобой.

Рама пытался ее отговорить. Он описывал Сите, до чего тяжела и опасна жизнь в лесу. Но, думаете, Сита готова была слушать? Она обвила шею Рамы руками и заплакала так сильно, что Рама не смог ее бросить.

– Ладно, пойдем, – сказал он, – придется тебе жить так же, как мне. Оставим беднякам всё, чем владеем, и удалимся в лес.

Лакшмана, уже пришедший в дом Ситы, услышал их разговор и сказал:

– Брат, если тебе придется уйти, я пойду впереди тебя с луком и стрелой. Жить без тебя я не могу.

– Если пойдешь со мной, – отозвался Рама, – кто же станет присматривать за нашими матерями Каушальей и Сумитрой?

Лакшмана ответил:

– За Ма Каушальей приглядят. Она кормит столько народу – разве не покормит она и мать мою Сумитру? Брат, возьми меня с собой. Я каждый день буду носить тебе плоды и коренья.

Вот так Раме пришлось взять с собой и Лакшману. Лакшмана попрощался со всеми и собрался в путь, взяв свое оружие. Затем они раздали все, чем владели, как и велел им Рама. На том, что они отдали слугам, те могли вольготно провести всю оставшуюся жизнь. А еще Рама сказал им:

– Пока мы не вернемся, живите у нас в доме.

В Айодхье обитал брамин по имени Триджата. Он был очень стар и беден. Услыхал он, что Рама раздает все свое добро, и пришел побираться. Рама улыбнулся и сказал ему:

– Почтенный, зашвырните свою клюку как можно дальше. Все мои коровы, какие живут в пределах вашего броска, станут вашими.

А старик был очень силен! С воплем «Хей-хо!» зашвырнул он клюку за реку Сарайю. Когда коров пересчитали, оказалось, что на том участке их был целый лакх. Рама остался очень доволен. Дал он Триджате не только лакх коров, но и другого богатства в придачу.

Раздав все, что имели, Рама, Лакшмана и Сита прошли по городу, чтобы повидать Дашаратху. При виде их люди Айодхьи кричали:

– Рама, никогда не гулявший в одиночку, Сита, никогда не выходившая из дворца, нынче шагают по улицам. Дашаратху, должно быть, обуяли злые силы, иначе с чего он так поступает? Не останемся мы в этом царстве. Давайте все пойдем в лес вместе с Рамой. Пусть Кайкейи остается здесь со своим сыном.

Не хватит мне слов, чтоб пересказать, до чего опечален был Дашаратха, прощаясь с Рамой. Кайкейи хитростью добилась выполнения двух своих желаний, а потому воспрепятствовать уходу Рамы царь не мог. Но совсем не хотел он, чтобы Рама ушел в лес. И потому сказал Дашаратха Раме:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.