Александр Комарцов
Просто 6

Книга 6

Глава 1

Я даже себе не могу объяснить – почему начал писать. Просто захотел. Так настроен Мир. И от этого никуда не уйдёшь. Вначале всплывают некоторые образы, некоторые события. Потом они связываться в определённый сюжет. И мне становится интересно. Всплывают фантастические события, космос, Ангелы, очень интересная и непонятная техника, хотя, там она казалась мне вполне понятной и простой. Образы и события всплывают до навязчивости, а как только первый раз записал, они оставили меня в покое и даже наступило какое-то успокоение, как будто решил очень важную задачу. И так до следующего раза, и опять записал, и опять успокоение. Мне это нравится, всё свободное время посвящаю только этому. Даже когда еду в машине, когда гуляю, когда засыпаю или просыпаюсь, образы и сюжеты приходят ко мне, опять и опять, требуя записать. И я пишу. Мне они очень интересны и в них все близкие мне люди, многие уже ушедшие, многие возродившиеся вновь.

Я технарь, и по образованию, и по убеждению. Считаю себя хорошим инженером и прекрасно в любых событиях умею прослеживать причинно-следственные связи. Волшебство – это хорошо отработанный технологический процесс, пока не поддающийся объяснению нашими техническими знаниями. Не более. И сны, многое снится в цвете, с музыкой. Я люблю Шопена, Моцарта, Баха, Бетховена, Рахманинова, Ludovico Einaudi, много прекрасной современной музыки, много прекрасных новых исполнителей. Многие сюжеты приходят вместе с музыкой и тогда только нужно успевать писать. И кажется, что мысли летят вместе с музыкой, музыка, как будто, прокладывает им путь.

А когда перечитываю, изменяю, корректирую, теряю ощущение действительности с этим Миром, я опять там, с ними, и просто по независимым от меня причинам вынужден жить пока здесь.

Глава 2

Стал помнить себя лет с четырёх. Конечно, только отдельные моменты. Был очень активным мальчишкой и постоянно лез туда, куда взрослые не пускали. И находил на свою голову приключения, в прямом смысле. Все мои травмы приходились только на голову, а их за мою долгую жизнь было с избытком. Вот мои родители и попросили матушку моего отца на время забрать меня к себе. Она живёт в селе Заветное в Ростовской области в нашем родовом доме. С ней живёт и её дочь Валентина. Она вернулась сюда из Челябинска, куда была распределена после окончания медицинского института. Неудачный брак, трагедия развода, одному Создателю только известно, что там ещё произошло. И вот мы живём втроём. За мной наблюдают уже две женщины, но, приключения на свою голову всё-таки умудряюсь находить. Мальчишка!

Вместе с учёбой в школе начал учиться играть на баяне. Конечно, мне очень хочется играть на пианино, но, я понимал, что никто мне его в селе не купит. Да и большой он по размерам, у бабушки обычной сельский домик. Моя кровать, бабушка её называет атаманкой, стоит сразу у входной двери. Здесь раньше спал бабушкин отец Иван Сергеевич, он ушёл за три года до моего рождения. Над кроватью висит большой красивый его портрет. Строгий, а вместе с тем, очень приветливый и пронзительный его взгляд всё время сопровождает меня, когда нахожусь в комнате.

Бабушка много шьёт и у неё постоянно в комнате находятся разные женщины. У неё обшивается и младшая сестра её отца Груня. Грузная высокая женщина, к тому-же, постоянно курит папиросы Беломор-Канал. Отец бабушки сам был под два метра ростом, в кулачках в селе ему не было равных. В 1914 году наших казаков призвали на войну, её отец был казачьим есаулом. А в шестнадцатом году ему шрапнелью сильно искромсало ногу. Когда лошадь падала, эту же ногу ещё и придавила своим весом. Досталось ей прилично. Лечиться отправили в Царицыно, там же он и учился заново ходить. Его жена Дарья несколько раз ездила к нему в госпиталь. А в семнадцатом году поехала уже забирать окончательно. Смутное было время, митинги, погромы, демонстрации то большевиков, то эсеров, то монархистов, то анархистов. Дарья забрала мужа из госпиталя, и они уже шли по привокзальной площади к вагону. Иван на костылях, Дарья помогает. На Иване офицерская казачья шинель. Вот группа пьяных солдат и привязались к Дарье. Сорок лет женщине, красивая. Иван вмешался, стал оттеснять солдат от жены, те наседали, потом пришлось отбиваться костылями. Солдаты исполосовали шашками вначале Ивана, а когда ему на защиту бросилась Дарья, изрезали ей шашкой и пальто, и платье. Конечно, шашкой не рубили, просто резали одежду и пьяно смеялись, видя окровавленное голое тело под лохмотьями остатков изрезанной одежды. Всё это происходило на привокзальной площади, а проходящие только молча обходили, отворачиваясь от двух изрезанных тел в грязной луже. Дарья прикрывает остатками своего платья окровавленное изрезанное тело Ивана и призывает помочь. Помогли проходящие мимо казаки, посадили на поезд, дали новые одежды, пищу, перевязали раны.

После этого случая Дарья долго болела, а потом умерла. Сколько лекарей ни водил ей Иван, не смогли поднять на ноги. Сам оклемался, но, нога уже плохо слушалась, так и прохромал до своей кончины. А после наступления Советской власти всем детям и близким запретил рассказывать об этой истории. Говорит – нельзя, чтобы у детей была ненависть к власти, ненависть ничего хорошего не несёт.

А мне эти откровения двух женщин внесли только смятения в неокрепшее детское сознание. Конечно, они даже не догадывались, что я их слушал. Для меня революционные солдаты – герои революции. И вот теперь каждый день дед Иван смотрит на меня, а у меня в сознании прокручивается этот сюжет – окровавленное его тело в грязной луже, а над ним изрезанная шашкой Дарья в такой же изрезанной и окровавленной одежде. Ложусь спать и плачу молча, а потом засыпаю.

Детство моё самое обычное, ничем не примечательный мальчик. Музыкальный, живой, любопытный. Во втором классе уже на баяне вечером на лавочке у дома закатываю бабушкам концерты. Дон не живёт без музыки. Бабушка постоянно всё время что-то напевает, когда шьёт, когда варит пищу, когда занимается по хозяйству.

После окончания четвёртого класса меня родители увезли в Карелию, город Питкяранта. Конечно, и боязно было, но, больше – любопытно. Второй раз в жизни, сознательной жизни, летел на самолёте Ан2 в Ростов, потом на поезде в Москву. Там в Подольске погостили у деда Семёна. Это отец моей матушки. А потом одним поездом до Ленинграда, а другим – уже и до Питкяранты. Всё новое, город, люди, стены. В Заветном всех знал, меня все знали, и дети, и взрослые. В Заветном я известный баянист, лучший ученик в школе, а здесь никого не знаю, все чужие. На душе тяжело, ругаю себя, зачем настаивал, зачем мне эти перемены? Но, дело сделано.

Начинаю знакомиться с новой средой. Здесь у нас с братом отдельная комната и, что самое главное, в зале стоит пианино! Настоящее, большое, красивое чёрное пианино. Я первый раз в жизни прикоснулся к его клавишам, у меня чуть сердце от восторга не выпрыгнуло! Но, как ни пытался, ничего вразумительного из этого чудного инструмента извлечь не смог. Только – бешеную какофонию хаотических звуков. Мне часто снятся сны, как я играю на рояле, в цвете, с музыкой. Даже на баяне повторял приснившуюся музыку. Мой преподаватель музыки очень удивлялся таким моим снам и говорил, что он не знаком с теми мелодиями, он их не знает, а он музыкант очень старый и опытный. Рассказывал, что до войны преподавал в московской консерватории, а вот после ранения уже не смог профессионально заниматься музыкой и приехал к родителям в Заветное. И в Питкяранте решил полностью отдать себя роялю. Здесь прекрасная музыкальная школа и настоящий рояль. Большой, старинный, остался от какого-то довоенного финна. Вот это самая настоящая огромнейшая положительная эмоция в таком моём новом положении.

Конечно, с музыкальной грамотой я прекрасно знаком. Мой заветинский преподаватель музыки со своим консерваторским музыкальным образованием дал мне за четыре года обучения прекрасную школу. Я так увлёкся роялем, что родители даже побаиваются, как бы это оказалось не во вред основной учёбе. В школе занятия уже начались и мне очень тяжело. В Заветном учителя меня все знали. У меня с трёх лет очень плохая речь. Мои детские травмы, и физические, и психологические, сделали так, что мне очень тяжело разговаривать. С бабушкой, с тётей Валей, с родителями разговариваю даже не задумываясь, а вот с остальными даже связно предложение сказать не могу. Медицина и в Заветном, да и в Питкяранте могла лечить только грипп и аппендициты резать. Тётя Валя занималась со мной по всевозможной медицинской литературе, а так, меня не водили ни к одному логопеду. Конечно, тётя Валя дала мне много книг по психологии, чтобы я занимался сам. Кстати, мои самостоятельные занятия меня потом полностью вылечили. В старших классах уже неплохо владел собой.

В школе учителя собирали даже педсовет по мне. Многие учителя встали в позу и сказали, что такими детьми должны заниматься спецшколы, а директорскому сынку они не будут ставить положительные оценки только за то, что он ходит в школу. Хотя, англичанка давала мне задания письменно переводить тексты, и я переводил, историку я отвечал письменно, по математике у меня отлично, по физике – отлично. По литературе – отлично, русскому языку – четвёрка. Я с первого класса люблю читать. У тёти Вали была прекрасна библиотека, Марка Твена прочитал всего и не один раз, Вальтера Скотта, Шолохова, Войну и Мир прочитал уже в четвёртом классе. А Бажова? Это мой любимый писатель! И это естественно, кто много читает, тот правильно пишет без ошибок. В сочинениях у меня всегда больше всех листов. Только, с преподавательницей мы часто спорим о трактовке того или иного сочинения. И чаще всего они не совпадали. А уступать свою точку зрения я ещё не научился.

Первый год учёбы для меня прошёл сплошным стрессом. Поддерживала меня только моя классная, Мария Петровна. Она ребёнком жила в блокадном Ленинграде с родителями. Вот на каждого преподавателя, который говорил, что заниматься с таким, как я, он не будет, ей стоило взглянуть, и он сразу отводил глаза. А меня спасает музыка. После уроков прихожу домой с сразу сажусь за пианино. С музыкой я как будто улетаю в другой Мир. Очень быстро освоил пианино. Через год уже начал пробовать подбирать свои фантазии. Даже было несколько раз, что просыпался и сразу начинал записывать то, что мне снилось. В себя приходил только, когда приходили родители с работы. Но, никто не ругался. Несколько раз слышал, как матушка спорила с отцом, что за такие прогулы нельзя ругать. Но, я старался не перегибать их терпение.

Учёба стабилизировалась. Вернее, выработал тактику – математика, физика, химия, литература и русский – учусь на отлично, а по стальным, лишь бы двояков не было. Утром бегаю, спать ложусь рано. На пианино вечерами не играю, не хочу людей злить. Мой режим вошёл в систему, нервничать перестал, и речь стала чище. Не буду подробно ничего описывать. Обычная жизнь обычного советского мальчика. Я поставил себе цель поступить в Ленинградский институт авиационного приборостроения, разработал для себя систему, что для этого нужно сделать, как идти к этой цели. И шёл, как молния, которая не встречает на своём пути никаких преград. Занимался своей речью, в библиотеке прочёл все книги по психологии, как научиться владеть собой, как свой организм заставить делать то, что ты хочешь. А музыка, она направляет меня в моих мыслях, прокладывает им дорогу. Без музыки я не могу. В любой момент, когда мне тяжело, грустно, или кто-то обидел или огорчил, сажусь за пианино и всё вокруг исчезает, только музыка. Родители и учителя уговаривают поступать в консерваторию, но, мне это не нужно. Музыку я просто люблю! А работать хочу в авиации.

Началось всё 27 марта 1970 года. Я заболел. Конечно, ни к каким врачам никто не обращался. Высокая температура, сильные головные боли, красное горло, тяжёлое дыхание. И так ясно – грипп. А лечить? Каждая матушка лечит своего ребёнка только известными ей способами. Малиновое варенье, горячее молоко с мёдом, ну, какие-то там таблетки, шерстяные носки и постельный режим. Конечно, первые пять дней было тяжело. Снились змеи, которые обвивают моё тело, сжимают и растягивают, как будто хотят разорвать. Хочется кричать, и не можешь ни одного звука из себя выдавить. Обычно, мама даёт лекарства, и я выпиваю большую кружку горячего молока с маслом и мёдом. Мне эта процедура нравится больше всего, масло и мёд успокаивают моё горло, наступает наслаждение, растекающееся блаженством по моему больному организму, на лбу выступает некоторая испарина и проваливаюсь в спокойный сон, уже без змей и растягиваний.

Проснулся от того, что почувствовал на себе чей-то взгляд. Даже вздрогнул от неожиданности. Брат Гена на время моей болезни спит с родителями, мы спим с ним на одном диване, а здесь матушка забрала его к себе, я тревожно сплю. Смотрю на этого непонятного человека, который сидит на стуле около меня, но, страха и тревоги нет, только любопытство и удивление. А когда этот человек понял, что я уже пришёл в себя, протянул мне руку, улыбнулся и просто сказал, что очень рад меня видеть. Сказал, улыбаясь, что он тоже Александр, только уже дед. Дед помог мне встать. Я сплю в тельняшке, это наша обычная домашняя одежда, одел трико и толстые шерстяные носки. Мама всё время нас заставляет, чтобы ноги не были голыми.

Мы стоим с дедом напротив друг друга и улыбаемся. Он кажется мне очень знакомым, только, никак не могу его вспомнить. А он просто сказал, что приглашает меня к себе в гости. Я даже не сообразил – какие гости могут быть, когда я болею? И мы тут же очутились в каком-то непонятном зале. Такое чувство, что все стены каменные с интересной мелкой художественной инкрустацией. Светильников не видно и такое чувство, что стены светятся сами по себе.

Дед пошёл и жестом предложил идти за ним. Мы вошли в отдельный зал, в котором стоят тринадцать удлинённых ящиков, также украшенных мелкой красивой художественной инкрустацией. И дед стал говорить. Стал рассказывать, что это за объект, к которому мы с ним ранее имели самое деятельное отношение. Он пока не будет сильно углубляться в подробности, времени у нас даже более, чем предостаточно, а мне сейчас необходимо, в первую очередь, пройти саркофаг. Это саркофаг здоровья, и вот после него начнёт рассказывать. Он повёл рукой и у одного из саркофагов поднялась крышка. И жестом предложил мне лечь.

Я лёг, только, не ощущаю ни стенок, ни дна, такое чувство, что лежу в светящемся облаке, мягком, тёплом и нежном. По всему моему сознанию расплывается блаженство и неимоверный восторг. Пока слушаю вот так себя, что-то меня вытолкнуло из этого светящегося облака, я уже стою опять в зале саркофагов напротив улыбающегося деда. На мне непонятная серебристая одежда, напоминающая кимоно, тонкая, мягкая, тёплая и очень нежная. Я бы даже не подумал, что это ткань.

Дед стал рассказывать, что по правилам саркофагов нужно обязательно пройти бассейн, можно баню, потом плотный обед. И так, несколько раз. Провёл меня в зал, где находится бассейн, длиной метров двадцать пять, с очень прозрачной, почти бирюзовой водой. Мы с дедом купаемся, и он рассказывает. Мне кажется, что я попал в фантастический мир. В нашей библиотеке прочитал всю фантастику, она всегда меня тревожит своей загадочностью. Дед рассказывает, что это за объект, как он здесь появился, кто такой он и, кто такой я.

Я даже забыл, с какой сильнейшей головной болью засыпал после молока с мёдом. Конечно, никакой боли даже близко уже нет. После бассейна дед провёл меня в столовую. Объяснил, как заказывать, кто накрывает на стол и на каких принципах всё это построено. Я голоден, как волк. Конечно, заказал мясо, побольше овощей. На десерт фруктовые соки и мороженое с ягодами. Дед говорит, что я раньше это любил. Да, очень понравилось. А дед постоянно говорит. Такое чувство, что он постоянно смотрит мне в глаза, даже взгляд не отводит. Но, меня это не мучает. Мне хочется его слушать.

Только, всё, что мне рассказывает дед, меня шокирует. Ну а как не шокировать? Информация деда полностью переворачивает мою жизнь. Жил, учился, планировал учиться дальше. А тут то, что не только изменяет мои планы, мне нужно их заново выстраивать. Оказывается, нас, Александров, семь. Дед первый, а я седьмой, последний. И что ещё удивительно, есть ещё Алессандро, итальянцы. Так, их пока двое, а со временем родятся пять. Пять Алессандро! И мы все не люди. Ангелы, проходящие на Земле свои Возрождения. И мне не совсем понятны эти Возрождения, их суть, их логика. А самое главное, что не укладывается в моём сознании – мы с дедом вернёмся в нашу квартиру в Питкяранте миг в миг, как убыли оттуда. Мы здесь уже третьи сутки, а там время для нас остановилось. Одно радует, я выздоровел, меня не мучают мои головные боли и у меня с речью вообще нет никаких проблем. Почему-то это меня радует больше всего. Как-то недавно пришла дикая мысль – я постоянно борюсь за своё здоровье, и, чаще всего с головными болями, то сотрясения, то ожоги, то солнечные удары. А теперь блаженство, сидим, лакомимся мороженым с ягодами и фруктами, и у меня ничего не болит!

Мы не на Земле, мы в космосе на тяжёлом крейсере Смотрителя. И этот дед Смотритель. Дед говорит, что наша главная задача на первое время – собрать здесь на крейсере всех Александров, Алессандро и их родителей. А уже потом, когда всё успокоится, и всех родных. А дальше он ещё не решил. Он только недавно сам закончил своё Возрождение и опять стал Ангелом. А с близлежащими задачами ещё не определился.

Сегодня с утра дед знакомит меня с крейсером. Это уникальный крейсер. Он специально разрабатывался для Смотрителя Вселенной. А дед и является Смотрителем Вселенной седьмого ранга. Это одно из высших званий. Выше него только Высшие Ангелы Создатели. Но, он сказал, что эту тему пока не затрагиваем, по нему он нам расскажет, когда мы уже соберёмся все вместе. А сейчас он ведёт меня в главный зал. Зал конструктивно исполнен амфитеатром. В центре стоит системное кресло, в которое он сел. Руки на подлокотниках, голова опирается на поддерживающий подголовник. А напротив кресла огромнейший экран.

Только дед сел в кресло и положил руки на подлокотники, как в зале потух свет и засветился экран. По периметру экрана мелькают какие-то значки, символы, а в центре сверкает Луна во всём своём космическом величии. Дед говорит, поясняет, что сейчас мы облетим Луну, потом несколько раз Землю, а дальше будет детализация по нашему усмотрению. Принцип таких полётов сразу понять сложно. Это не носитель носится с видеокамерой и снимает. Сам крейсер не материален, мы не материальны, здесь нет ни времени, ни пространства. Только энергия, подчиняющаяся воле систем управления крейсера и экипажа. Только, из экипажа пока мы вдвоём, но, это временно. Ещё уточнил, что пространственно крейсер находится между Луной и Землёй, но, ближе к Луне. Это чтобы психологически с Земли можно было в любой момент определить его местоположение. Конечно, он абсолютно скрыт для всех систем наблюдения и обнаружения. Даже для Ангельских. Это, в первую очередь, военный объект Ангельского флота.

Стали приближаться к Земле. Облетели её со всех сторон, прошлись над Арктикой и Антарктидой, полетали над Ладогой, прошлись над турбазой. Дед подлетел даже к какому-то рыбаку на лодке. И стал объяснять – сейчас он войдёт в сознание этого рыбака и будет со мной разговаривать. Так оно и вышло, он разговаривает со мной, как будто я сижу рядом с ним в лодке. Потом летали над Питкярантой, над нашим двором, смотрел на своих друзей и соседей. Я шокирован, это не фантастика, это выше. А дед мне приводит примерные технические объяснения, нет здесь никакой фантастики, всё просто. Потом полетали над Италией, дед показал мне Алессандро. Потом дал курс в Казахстан, в Алма-Ату. Это город его молодости, зрелых лет и старости. Здесь родились его дети, его внуки, ну, и так далее. Здесь же он нашёл свою любимую, здесь же мы найдём своих вместе с Алессандро. Кстати, почти весь экипаж нашего крейсера проходит здесь свои Возрождения. Так что, мы сюда ещё не один раз вернёмся.

После первого шока у меня стали появляться вопросы, а дед возвращается опять и опять, как терпеливый наставник. На примерах, на пальцах, на аналогиях, но, я начал впитывать в себя получаемую информацию. И ещё больше подхлёстывает то, что дед говорит, что всё это мы и сотворили, это наши проекты, наша идеология, наши расчёты. И реальности, и алгоритм взаимодействия реальностей, и аналогии. А моё сознание пытается вспомнить и, мне кажется, я вспоминаю, я начинаю думать, как он. А дед лукаво смотрит на меня и посмеивается в свои усы. Интересно, у меня такие же вырастут? Сейчас только намёки усов появляются.

После завтрака решили отправляться к Алессандро. Я думал, полетим на Строке, а дед, можно сказать, на полуслове, перенёс нас в комнату Алессандро. Он лежит весь обвешанный какими-то проводами и датчиками, подсоединёнными к приборам. Постояли, посмотрели по сторонам. В Италии только начинается рассвет, матушка Алессандро в соседней комнате. Спит тревожно, за ночь несколько раз подходила к постели, хотя, как сказал дед, есть ещё и тревожная сигнализация, что сознание Алессандро начинает проявлять активность. Электроника будущего. Не удивительно, нас разделяют семьдесят восемь лет. Когда мне дед такое сообщил, я долго в своём сознании переваривал эту информацию. А теперь понимаю, просто разные реальности, разделённые началом развития в эти же семьдесят восемь лет. Дед сказал – пора, и мы уже в зале саркофагов. Алессандро он сразу перенёс в саркофаг. У него кома уже не одну неделю. Я не понимаю пока, как дед это делает, и он мне кажется волшебником. Хотя, постоянно говорит, что волшебство – это хорошо отработанный технологический процесс, пока не поддающийся объяснению нашими техническими знаниями. Не более.

Пока Алессандро в саркофаге, дед мне читает лекции. Он делает это постоянно, рассказывает, поясняет и постоянно не мигая смотрит в глаза, словно проверяя, понимаю я его, или нет. А я всё понимаю, мне просто кажется, что всё, что он мне говорит, я уже знал, только, почему-то забыл. И дед говорит, что так оно и есть. Придёт время, и мы всё вспомним. А сейчас он просто готовит моё сознание к такому вот просветлению, чтобы не было шоком. А мне нравится, когда он рассказывает, голос у него как камешки в бурном ручье переваливаются, ненавязчивый, но, вместе с тем, настойчивый.

Саркофаг с Алессандро открылся, и он вышел, оглядываясь на нас и обводя взглядом стены зала. В такой же одежде, как у меня, дед сказал, что саркофаг всех выпускает в подобных одеждах. Дед стал объяснять, что он находился в коме очень длительное время и вот сейчас проснулся. Сейчас по правилу саркофагов нужно посетить бассейн, плотный обед, а он будет рассказывать. Сказал, что Алессандро тоже может звать его дедом, так проще в общении. Времени у нас много, такие процедуры с саркофагом нужно проводить не один раз, так что, дня три в нашем распоряжении.

Дед постоянно говорит, уже и для меня, и для Алессандро. А я смотрю на Алессандро как в зеркало, кстати, также и он смотрит на меня. Такое чувство, что у нас даже мысли одинаковые, не только внешность. Дед предложил для психологической разгрузки сводить нас в природную реальность крейсера. Здесь и поле, озеро, лесная живность, в реке и озере есть рыба. В устье небольшой реки стоит приличный двухэтажный домик. Мостки, есть лодки. Мы даже покупались, не верится, что мы в космосе на боевом крейсере. Уже в конце первого дня Алессандро полностью освоился, ушло недопонимание и осторожность.

А вечерами мы устраиваем деду фортепианные концерты. Конечно, каждый исполняет только свои лучшие композиции. Больше исполняем свою любимую классику, но и новые композиции Алессандро впечатлили меня. Он обещал подарить мне сборник своих новых произведений.

Дед объяснил, почему он начал с нас свои ознакомительные посещения. Мы самые молодые и самые чувствительные ко всем внешним раздражителям. А наши родители своими стремлениями уберечь нас от всего чуждого, по их мнению, просто бы мешали ему. Они ещё люди, а родительские инстинкты одни из самых сильных в природе человека. Всё просто. Вот завтра с утра мы уже полетим за родителями на Строке. С родителями у него будет другая тактика. Пока мы ужинаем и даём деду концерт. А утром планируем лететь ко мне в горсти в Питкяранту. Ведь, мы попадём туда в 27 марта 1970 года, миг в миг, как дед забрал меня оттуда. Это пятница, не запомнил время, когда мы улетели оттуда, но, это где-то после обеда. Я выпил горячее молоко с мёдом, маслом и уснул. А проснулся уже когда дед глядел на меня. Где-то часов в пять.

Утром после завтрака и отправились. Дед завёл нас на верхнюю палубу крейсера, где стоят все Строки. Это такие летающие средства передвижения. Малыми Строками называются посадочные модули, в обиходе – шлюпки. Они на семнадцать посадочных мест. Дед показал разведывательные малые крейсеры. Они самые быстроходные и прекрасно вооружены. Два Чёрных Строка. Это тяжёлые крейсеры со сжатием пространства внутри. В них можно погружаться в прошлое на десятки тысяч лет. Потом он покажет их в работе. И всевозможные строительные Строки. Они подлетают на строительную площадку, выполняют поставленные задачи и улетают. Говорит, что такие Строки используются для сверления огромных отверстий в скалах, диаметром до двенадцати метров. Показал Строки, которые могут вырезать в скалах мегалитические блоки. Кстати, такие Строки вырезали мегалиты для наших пирамид. Они могут вырезать, а потом переносить и укладывать где нужно. И целый ряд других Строков, больших и маленьких. Это дед нам мимоходом рассказывает, пока мы идём к нашему малому Строку.

Строк напоминает небольшой автобус, но, без колёс и кабина под углом. Дед сказал, что все Строки управляются только мыслесигналами. Люди ещё к этому неспособны, ну, а мы можем. Здесь нужна развитая энергетика, а это даётся только возрастом, количеством прожитых воплощений. А у нас и за кем мы летим, этого в избытке. У Строка входной блок находится сзади по торцу машины, открывается сверху в низ и в открытом состоянии служит трапом.

Мы сели, дед сел в кресло оператора спереди. Кресло оператора поменьше, чем системное кресло Смотрителя, такое же удобное, подлокотники и подголовник. Голова удобно лежит, не сдвигается, удобно рукам. Дед говорит, что Строк сам под каждого оператора трансформирует это кресло. А у нас в кабине удобные вращающиеся кресла. Только без окон, как-то непривычно. Дед сел в своё кресло, и мгновенно зажёгся обзорный экран с какими-то значками и символами по периметру. Стены кабины исчезли, но, локтями вы их чувствуем. Мы видим всю верхнюю палубу. Просто, стены стали прозрачными. Дед спросил – готовы? И мгновенно оказались в открытом космосе. Даже инстинктивно захотелось поджать под себя ноги и вцепиться в соседние кресла.

Дед стал говорить. Он хочет показать нам наш крейсер со стороны, конечно, для всех он невидим, даже для Ангелов с их специальным оборудованием. Это же военный крейсер с высшими степенями защиты. Таких крейсеров по Вселенной ограниченное количество. И мы его облетаем. Наш малый Строк можно сравнить с комаром на фоне слона. Никаких выступающих частей, как обычно художники фантасты рисуют космические корабли будущего. Единый корпус, как монолитная капсула. Ни окон, ни дверей, ни шлюзовых камер. Только по форме можно сказать где передняя часть, а где задняя. Я спросил у деда – а где двигатели? Всё скрыто. Защитными экранами и полями. А этот крейсер предназначен для движения во всех Мирах, в том числе, и в Мире Ви. Маневрировать, конечно, может и в энергетическом Мире, и в материальном. Но, скорости здесь ограничены. Он же как слон в посудной лавке. Такие крейсера становятся только на дальних орбитах планет. А члены экипажа уже передвигаются на разных Строках. Для этого их такое количество на верхней палубе. Так что, наш крейсер визуально – огромная закрытая капсула правильной геометрической формы, никаких эффектных визуальных надстроек. Но, нас шокируют габариты!

Дед дополнительно сказал, что крейсер и мы сейчас находимся в Мире Ви и теперь нам нужно войти в материальный Мир, а потом ещё в необходимую нам реальность. Я из седьмой реальности, а Алессандро из первой. Кстати, дед завершал своё Возрождение в первой реальности. Но, нашему Строку такие задачи выполнимы, и я уже наблюдаю Питкяранту, наш дом. Дед посмеялся, что запаркует Строк у нашего балкона, чтобы не угнали. А когда увидел наши округлившиеся глаза, рассмеялся и сказал, что хотел пошутить. На самом деле, мы остановились у нашего балкона. Квартира на третьем этаже. А когда дед стал выходить со своего кресла и подходить к нам, мы оказались в нашей квартире. Я только махнул рукой Алессандро, мол – чему тут удивляться? Оказывается, дед ещё тот шутник.

Посмотрел на часы, которые висят на стене над пианино, десять минут шестого. Брата Гены дома нет, наверное, на улице гуляет. Я в той же тельняшке и трико. На ногах толстые шерстяные носки. А Алессандро в своей итальянской пижаме и с босыми ногами. Теперь нужно его одеть. Нашёл ему и трико, и тельняшку, и такие же толстые шерстяные носки. Дед сказал, что, нужны отличительные признаки, а то, даже он нас путает. Нашли разные шерстяные носки, вот по ним нас и будут отличать. У меня высокие, а у него короткие.

Мне захотелось угостить моих новых друзей. Как их теперь называть, даже не знаю. Друзья? Родственники? Задал деду такой вопрос, он подумал и ответил – родные. От слова – род. Ну, пусть будет так. У нас в холодильнике полно всякой вкуснятины. На балконе икра красная в банках, в бочке лосось. В других бочках клюква мороженая, брусника. В банках варенье всякое, брусничное, и черничное, и малиновое, и из Подольска бабушкино, конечно, и мёд. Наставил на стол всего, закипятили чайник, у матушки выпечки всякой полно, с голоду тоскливо никому не будет. Пока баловались чайком, пришли родители, они привели и Гену, хотя, он сильно сопротивлялся и не хотел идти домой. Но, в Карелии вечера тёмные, да и холодные. С Ладоги подул сильный ветер, пришлось даже окна закрывать. Я сразу родителям сказал, что у нас гости и мы уже пьём чай. Родители поспешили раздеться, умыться, но, когда зашли на кухню, остановились в недоумении. Мы с Алессандро стоим рядом и смотрим на них, а они на нас. Мы молчим, чтобы голосом себя не выдать, а они смотрят то на нас, то на деда. Батюшка сразу протянул деду руку для приветствия, представился – Николай. А потом обнял уже нас двоих и шутя скомандовал – теперь говорите, кто есть, кто? Я вышел вперёд – я Саша, а это Алессандро, он из Италии.

Матушка сразу засуетилась, нужно же нормальный стол накрыть, а не так, как у нас. Стол стали накрывать в зале, так положено, когда встречают гостей. Матушка, когда уже накрыли стол, спросила – как себя чувствую? Я же так сильно болел. Просто ответил – вот, дед вылечил! Все подумали, что это шутка. Шепнул деду – мы же хотели на крейсер лететь? На что он ответил – давай повременим, такой стол накрыли, когда он карельскими деликатесами ещё полакомится. На скорую руку, но, у матушки запасы хорошие. Обжарили варёную картошку с луком, маринованные огурцы, помидоры, домашнее сало, колбаса, лосось из бочки, красная икра. Дед сразу сказал родителям, что нашу тайну он раскроет завтра, словами это не расскажешь, нужно ехать, а как от такого стола уедешь. Батюшка достал бутылку коньяка, но, дед категорически сказал – нет. А батюшка спорить не стал.

Дед расспрашивает про родственников, родители рассказывают, кто и как живёт, чем занимаются. Но, вижу, интрига закипает. Легли спать, а утром после завтрака должны лететь. Позавтракали, матушка собралась делать бутерброды на поездку, только дед её остановил. Сказал, что дорога не длинная, а там нас накормят. И только оделись, и хотели выходить, как все очутились в Строке. Даже для нас с Алессандро неожиданно. Дед шутя сказал родителям, что это сюрприз, и чтобы не пугались, всё по плану. Через минуту мы уже стоим на верхней палубе. Дед ещё раз извинился за непонятность ситуации, но, через минуту он начнёт всё рассказывать. Родители удивлённо оглядываясь следуют за дедом. Всё такое странное, какая-то непонятная техника.

В столовой дед объяснил, как заказывать желаемое, первыми заказали мы с Алессандро. Потом они, ну, не обошлось и без курьёзов, посмеялись. Дед стал рассказывать. Нам всегда интересно его слушать, всё время что-то новое. Здесь дед начал с предыстории. Даже затронул времена, когда его родители прилетели на Землю, а потом и его рождение. Затронул вскользь оргов. Рассказывал о своих Возрождениях, где они проходили, как. Это удивительно, мы сидим с человеком, который занимался непосредственным строительством известных нам мегалитов, который видел египетских фараонов, владык величайших империй Земли, царей и королей. Он входил в их сознания, слушал их, был ими. Он знал Шекспира, Шопена, Моцарта, Листа, Баха и Бетховена, Чайковского, Рахманинова. Принимал самое непосредственное участие во всех величайших событиях нашей цивилизации, но, как оказалось, наша эволюция Земли уже пятая с начала времён. До нас уже было четыре, он и там участвовал.

Дед пообещал, что как только мы соберём всех вместе, окунёмся по времени на Чёрном Строке вплоть до прихода его батюшки в Солнечную систему. Между разговоров родители прошли саркофаг, покупались, поплавали. Дед сказал родителям, что нужно будет и их родителям пройти саркофаг, и с этим лучше не затягивать. Конечно, ночевали здесь, гостевых кают хватает. Родители уже спокойно воспринимают деда и ситуацию, в которой оказались. Конечно, и саркофаг делает своё дело. На утро спланировали Италию.

После завтрака все опять в Строке. Также, несколько раз облетели наш крейсер, он, как будто притягивает мои мысли, я часто думаю о нём. Его логика, его конструкция, принципы построения, силовые установки, мне всё хочется о них знать. А сейчас только облетаем, дед рассказывает о нём, а я им любуюсь! Дед спросил – налюбовались? Тогда – пора. И мы стали быстро приближаться к Земле. Дед сказал, что теперь будем входить в первую реальность. Видим уже контуры Италии, Амальфитанское побережье, Алессандро комментирует. Дед движется медленно, вот Праяно, здесь с семьёй живёт дед Алессандро Сильвестро. Он отставной военный, увлекается живописью, скульптурой, постоянно пропадает на побережье и в горах на этюдах. Габриэль, брат Алессандро, сейчас у него, на время комы родители попросили Сильвестро, чтобы он побыл у них. Дед спланировал так, чтобы не производить шоковую терапию у родителей, он помещает Алессандро в постель, а мы ждём у входа усадьбы. Автоматика сработает на пробуждение Алессандро, а он уже настоит, чтобы родители допустили нас к нему.

Так и получилось, автоматика сработала, забежали родители, конечно, Алессандро пытался встать, только родители стали всячески этому препятствовать. Привратник сообщил родителям, что приехали гости и хотят их видеть. Алессандро стал настаивать, что эти гости приехали к нему и порывался встать. Неразбериха полная. Конечно, родители сказали привратнику, чтобы тот сопроводил нас в гостиную. А родители так и препятствовали сыну вставать. Мы сидим в столовой и слышим, как родители спорят с Алессандро. Тут дед резко встал и мгновенно мы все, и родители с Алессандро, перенеслись в столовую крейсера. Дед только сказал, что родители часто из любви к своему ребёнку делают ему вред, а он такого не может перенести. Потом дед подошёл к Алессандро, взял его за плечо, повернул к родителям и просто сказал – ваш ребёнок абсолютно здоров, успокойтесь. И стал приглашать всех за стол. Было видно, что дед рассержен и старается успокоиться. А родители стоят, смотрят то на нас, то на деда, то на Алессандро и ничего не понимают.

Дед ещё раз пригласил всех сесть, но, уже более настойчиво. Все сели. Стал рассказывать, как мы доставили Алессандро на крейсер, как он проходил саркофаг, что это такое и, вкратце, как он работает. Сам заказал родителям Алессандро завтрак, уточнив, что прекрасно помнит их вкусы и предпочтения, а нам предложил заказывать себе самим, так как мы уже освоили эти технологии. Его разговорная речь опять приобрела лёгкий шутливый оттенок. И, вместе с тем, постоянно рассказывает, смотря в глаза, к кому обращается, как будто сканирует, как его понимают. Потом предложил родителям пройти саркофаг, а заодно, и всем нам. Говорит, что наши энергетические составляющие ещё не достигли своего устойчивого равновесия.

После саркофагов – бассейн, по желанию баня. А потом опять столовая. Пошутил, что соскучился по северному чаю Николая и выпечки Аллы. И уточнил, что обычно на веранде у Никкоса и Ассурии это традиционные элементы. Родители Алессандро даже забыли о своих недавних тревогах и переживаниях. И мы все слушаем, дед никогда не повторяется в своих рассказах, всё время даёт новую информацию. Даже рассказал про эксперименты Николо в прошлых эволюциях по времени и пространству. И как он от незнания законов распределения пространств заскочил в физическую оболочку Яна. Николо больше молчит, только слушает. Только, потом попросил «полетать» в системном зале и несколько раз облететь вокруг нашего крейсера. Задавал вопросы по Миру Ви, по реальностям, базовые составляющие их построения. А потом сказал, что он и сейчас очень плотно занимается и пространством, и временем, и даже в ближайшее время планирует ряд экспериментов. Планировал. А вечером после ужина, когда мы с Алессандро начали фортепианный концерт, они с Алессией подошли к деду и сказали, что хотят извиниться. Дед на полуслове их оборвал и предложил сесть за стол. Стал рассказывать, как они в своё время спорили над тем, какой алгоритм закладывать в Мир Пи по инстинктам выживания и сохранения рода. К этой лекции присоединились и мы с Алессандро. Дед говорит, что всегда был ярым сторонником ужесточения поведения родителей при опасности в отношении к их детям. Ну, а вот здесь сам испытал уже вживую действие этого алгоритма. Здесь родителями управлял Мир Пи, и они не могли поступить иначе. Николо расспрашивает уже о Мире Пи, как он работает, его принципы, можно ли ему сопротивляться и что будет, если ты поступишь вопреки тому, что требует от тебя этот всемогущий Мир. Деда очень интересно слушать, как будто ты погружаешься сам в этот Мир и ищешь оптимальный вариант алгоритма.

Дед сказал, что завтра нам нужно начать собирать Александров и Алессандро со вторых до шестых. А по итальянскому роду родился только Алессандро второй и ему пять лет. Но, ничего страшного. И предложил объявить отбой.

Утром полетели в шестую реальность в восьмидесятый год. Суббота, в воскресенье у Александра будет 25 лет, конечно, круглая дата, но, просто планируют отметить с родителями, без гостей. У них уже сын Григорий, скоро будет два года. Вот так на лавочке у подъезда утром и забрали вместе с сыном. И сразу полетели в девяностый год. Также возле подъезда взяли вместе с детьми. Здесь уже двое детей, Гриша и Валя. Также двухтысячный, две тысячи десятый, две тысячи двадцатый. Потом в Италии забрали пятилетнего Алессандро с Алессией и Николо.

Теперь у деда прекрасная аудитория и очень внимательные слушатели. Опять начал с прилёта Никкоса в Солнечную систему, углубляет и детализирует роль каждого слушателя своей аудитории, от эволюции к эволюции. Затронул даже многие Возрождения, роль каждого в историческом развитии человечества. А вот теперь нам всем будет поставлена новая задача уже не связанная с несением знаний и технологий человечеству. Период наставничества закончен, нужно самим идти дальше. Вот эта фраза всех и смутила. Что она означает? Нам нужно учиться? Где. У кого? А из двадцатого года забрали Александра, так он уже на пенсии!

После недели таких лекций дед сообщил, что пора увеличивать активность, завтра утром летим в Карелию. Мои родители сразу завалили его вопросами, а он только хитро напомнил всем, что хоть мы и долго уже пребываем здесь, но, никто даже не вспомнил, что у всех Александров и Алессандро День рождения и вообще никаких поздравлений за всё время не было и никто об этом не вспомнил! Так же не должно быть! Теперь все опять заинтригованы – что ожидается завтра?

После завтрака полетели. Теперь у нас приличная компания, жёны, дети. Дед сказал, что пока на этом составе остановимся, хотя, в перспективе он планирует всех дядей, тётей, племянников, племянниц, бабушек, дедушек, ну, конечно же и внуков. Посмотрел я на своих внуков вскользь – неужели и я буду старым с таким количеством молодой поросли? Даже как-то не по себе делается. Ну, я отвлёкся. Традиционно, несколько раз облетели крейсер. Николо задал деду интересный вопрос – в каком спектре мы сейчас наблюдаем крейсер? Дед ответил, что все мы сейчас только энергетические составляющие нашей физической сущности, то есть, нашего тела. Значит, мы наблюдаем крейсер нашим энергетическим зрением. Жутковато, что ты сейчас отдельно от своего тела. Ну, полетали, повосхищались и стали приближаться к Земле.

Вот уже Ладожское озеро, Питкяранта, но, дед свернул на Петрозаводское шоссе. Во время войны здесь шли ожесточённые бои и это всё места былых активных боевых действий. Но, это лучшие и грибные места, и ягодные. Пожары в лесах – частые явления, и от неосторожности людей, и от молний. На бывших пожарищах прекрасные малинники, брусника, черника. Дед остановился на небольшой скальной возвышенности. Везде старые горелые стволы сосен, а между ними пробиваются молодые сосенки на замену. Жизнь не стоит на месте. Только вышли из Строка, как увидели огромную медведицу с медвежатами. Медведица пристально смотрит на нас, а медвежата играют, лазят по горелым стволам, сваливаются с них, задирают друг друга. Мы посмотрели на деда, а тот, улыбаясь, сказал, чтобы мы не беспокоились. И, как из ниоткуда, появилась женщина в длинном платье. Платье светло-голубое, отделанное золотой вышивкой. Казалось, она идёт не по земле, а по чему-то невидимому между землёй и её ногами. Женщина направляется к деду и улыбается. А дед торопливыми шагами приближается к ней. Они обнялись, как очень старые близкие, давно не видевшие друг друга. А после объятий дед представил женщину – знакомьтесь, моя дочь Валькирия! Владычица и хранительница энергетического Мира Земли. Мы стоим и даже не знаем, как реагировать. Так же не шутят? Валькирия каждому из нас протягивает руку, пожимает и называет по имени, пристально смотря в глаза. Мол, угадала?

Потом пригласила нас следовать за ней, провела мимо медведицы с медвежатами, которые так и не переставали баловаться. И поодаль открылся вход в монументальное, красивое и, по всей видимости, очень древнее здание. Я ещё подумал, как люди здесь всё ещё не разорили? Да и я не слышал никогда о чём-то подобном. После входной группы открылся огромный монументальный зал с колонами и фонтанами. И, что удивительно, в специальных каменных клумбах везде диковинные деревья и цветы невиданной красоты. За этим залом с колоннами видны другие архитектурные сооружения, такие же монументальные и прекрасные. Красивые дорожки, везде фонтаны, деревья большие и малые. Видны озёра, вдали горы, а левее или огромное озеро, или даже море. А на деревьях птицы, которые в наших местах даже близко не водятся. Их оперения всех цветов радуги. А звуки, издаваемые ими, ни на что не похожи.

Валькирия подвела нас к уже накрытым столам, такого изящества сервировки я даже в кино никогда не видел. А когда все сосредоточились вокруг неё у столов, она, смеясь, предложила устроить костюмированный бал. Ведь, столько дней рождений должны отмечаться блистательным балом. И она провела нас в отдельное помещение с зеркальными стенами. Вышел, как сказала Валькирия, костюмер. Только, никаких костюмов и платьев вокруг не видно. Отвёл деда в сторону от нас, взмахнул рукой и на деде появился новый костюм. И предложил деду оценить, подведя к зеркалу. Видя, что деду что-то не нравится, он опять взмахнул рукой, и на деде уже новая одежда. И так несколько раз, пока дед удовлетворительно не кивнул. А дед такой важный и красивый подошёл галантно к Валькирии, взял её под руку и подвёл к нам. Теперь, засмеялся он, повторите мой костюмерный опыт. Блистать, так блистать!

Тут мы обступили костюмера и начали каждый свои примерки. А дед с Валькирией стоят в стороне, о чём-то болтают и бросают на нас весёлые взгляды. Минут через двадцать мы сами на себя без смеха уже не можем смотреть. Как говорится, сколько людей, столько и вкусов. Теперь можно и за стол. Кстати, все уже проголодались. Валькирия предложила приступить к трапезе и наполнить бокалы элем. Только уточнила, что алкогольных напитков их Мир не знает. А эль оказывает энергетическое воздействие на наши организмы. Сказала, что рада нашему новому знакомству, мы все и раньше были знакомы, только, такие уж воздействия наших Возрождений, что к нам ещё не пришла наша глубинная память. Но, это и не страшно, наши души всё помнят. Она говорит красиво, в нашем Мире в разговорной речи не используют такой стиль и обороты, но, нам это нравится, неожиданно и красиво.

Потом стал говорить дед. Конечно, его речь посвящена этому Миру. Мы узнаем кто такие эльфы, феи, гномы, хоббиты и многие другие. Мы будем здесь сколько захотим. Познакомимся с его обитателями, с их жизнью. Дед стал рассказывать, как он любит давать музыкальные концерты здесь и как его принимают. И каждый из нас может принять участие в таких концертах, он думает, жителям мы понравимся. Дед смотрит на нас с Алессандро и хитро улыбается. Пока мы все наслаждаемся лакомствами с такого прекрасного стола, дед постоянно рассказывает. Конечно, мы задаём вопросы. А он отвечает. И, как всегда, начиная с предыстории, такая уж у него разговорная манера. Кстати, я обратил внимание, что и у меня такая манера, и у Алессандро, да у всех остальных Саш. Ну, ничего удивительного.

После обеда дед предложил экскурсию по этому Миру. Только, Строк не такой, как у нас, а соответствующий этому Миру, похожий на большую карету, но, без лошадей, дед смеётся – эльфийский вариант. Этот Мир очень удивителен и красив. Въезжаем в прекрасный лес и нас встречают крылатые лесные феи. Маленькие, изящные и удивительно красивые. Их лики как будто вылеплены волшебным скульптором. Смешливые, импульсивные. Крылатые лесные феи как приветствие устраивают своеобразные мурмурации, синхронные передвижения в воздухе в невероятном танце исполняя только им понятные "па". В другом лесу нас встречают обычные лесные феи в окружении всевозможных лесных обитателей. Они похожи на людей и необычайно красивы. В дремучем лесу видим Лешего и Бабу Ягу. Озорные, с прекрасным чувством юмора. Постоянно подшучивают и друг над другом и над остальными обитателями этого волшебного Мира. Даже над нами так подшучивали, что мы от смеха не могли остановиться. В болотах кикиморы – лучшие представители их шуток. Но, не обижаются и устраивают ответные.

В другой деревне нас приветствуют хоббиты. Умные, начитанные и приветливые. Подарили Николо старинную книгу истории хоббитов. Николо от них просто без ума. Перед горами нас встретили гномы. Они бывают лесные, горные и подземные. Конечно, это один народ. Дед может быть подземным гномом, сын – горным, а внук лесным. Каждый выбирает сам, чем ему лучше заниматься. Горные гномы показали нам такие коллекции самоцветов и удивительных камней, что у моего батюшки потерялся дар речи. Он же горный инженер, много повидал самоцветов и металлов, но, как он говорит, всё то меркнет перед этими коллекциями. Мы ходили по диковинным пещерам гномов, видели подземные водопады, нетронутые скалы, покрытые драгоценными камнями. Наблюдали работы каменных дел мастеров. Сразу вспомнились сказки Бажова, а ведь, не такие уж это и сказки.

Несколько дней провели в замке эльфов. Они тоже бывают и равнинные, и лесные. А есть ещё морские. Дед говорит, что наши дети, рождённые в наших человеческих Возрождениях, становятся эльфами. Ведь, эльфы – это молодые Ангелы. Эльфы предпочитают замки, высокие каменные стены, высокие остроконечные крыши. Скорее всего, земной готический стиль от них и пошёл. А горные эльфы строят свои города буквально на отвесных скалах. Подвесные мосты, пирамидальные крыши. Эти любят уединение, тишину. А морские эльфы строят свои города на одиноких скальных островах. Занимаются рыболовством. И, главный двигатель всего – торговля. В каждой деревне, в каждом городке есть торговая площадь. Здесь можно узнать все новости. Дед смеётся, что ни газет, ни радио, ни телевидения не нужно. На каждой такой площади выступают артисты, клоуны и скоморохи. Вот вам и театр, и цирк.

На завтра назначен музыкальный день. Мы опять у Валькирии. Просто беседуем. Все освоились со своими новыми предначертаниями. Мы здесь уже почти три недели. Но, нам спешить некуда. Как дед говорит, сейчас наша задача – впитывать в себя своё прошлое. Бывает и такое. Концерт, как смеётся дед, с начала времён проходит на одном и том же месте. Усадьба Валькирии стоит в прекрасной морской бухте и в ней очень хорошая акустика. Прекрасно слышно то, что говорят на другой стороне бухты. И, как рассказывает дед, когда он на рояле играет в усадьбе Валькирии, звук рояля распространяется по всей бухте. И местные жители сразу покрывают предгорья бухты. Им очень нравится его игра. Даже сделана сцена для дедовских концертов, здесь уже размещается приличный симфонический концерт. Певцы исполняют без микрофонов, в этом Мире и электричества нет. Но, за счёт такой уникальной акустической особенности бухты прекрасно слышно исполнителя даже далеко от склонов.

А вот теперь о знаменитых дедовских концертах. Конечно, на них много приглашённых. Здесь для приглашённых ближе к сцене кресла. Начинает играть оркестр, но певца исполнителя ещё нет. И петь начинает любой, кого выберет дед. Его выбор всегда в тайне. Исполнение может идти на любом языке, который исполнитель даже не знает, не знает мелодии, не знает слов песни. Он исполняет помимо своей воли. И исполняет, как профессиональный исполнитель. Дед только нам пояснил, что он входит в сознание исполнителя и, фактически, исполняет он, используя его тело. Но, чем нравятся эти концерты местным, при таком исполнении они получают такой эмоциональный и психологический подъём, который не сравним ни с чем. Они рассказывают, что вместе с музыкой и песней они сами несутся над бухтой и над холмами. А потом они способны самостоятельно исполнять эту песню без всяких ошибок и даже малейших погрешностей. Поэтому, почти все хотят попасть в число приглашённых. И дед заранее никого ни о чём не предупреждает, не готовит. А это ожидание и неожиданность выбора ещё больше воспаляют интригу. Вот теперь мы все прибывшие в числе приглашённых и, думаю, будем в числе исполнителей. Даже сейчас уже делается как-то тревожно и волнительно.

Такое чувство, что зрители занимают места на склонах ещё с вечера. Даже светать не начало, а склоны усеяны жителями этого удивительного и чудного Мира. Здесь все, и эльфы, и феи, гномы, хоббиты, кикиморы и бабы Яги с Кощеями, в лагуне русалки. Меня очень тронуло такое отношение к музыке в этом Мире. К музыке, а не к тому суррогату, который гоняют по всем каналам нашего Мира. Подошли штатные музыканты, усаживаются, настраивают инструменты. Принесли рояль, не везли, а принесли аккуратно на руках, чтобы не растрясти. Первыми всегда начинают они, дед говорит, что такая традиция с самого начала и это незыблемо. Здесь все очень чтут традиции. Потом дед садится за рояль. Нас очень удивило, что дед играет. Мы ни разу ещё не видели его за роялем. Даже как-то грустно стало, мы так мало его знаем!

Первые аккорды оркестра так неожиданно разорвали тишину, что я даже вздрогнул от неожиданности. Какая удивительная акустика! И с первыми аккордами в небо со всех сторон лагуны взмыли ввысь крылатые феи, вычерчивая свои мурмурации, синхронные передвижения в воздухе. Это выглядит фантастически. Музыка незнакомая, но удивительно красивая. А все зрители как заворожённые наблюдают происходящее. Я люблю слушать симфонические концерты. Был в концертных залах, на открытых площадках, но, такое чудо наблюдаю и слышу впервые. Конечно, в первую очередь – это волшебная акустика. Такой манеры исполнения музыки и её преподнесения ещё не слышал. Она с первых аккордов начинает тревожить. И сама музыка, композитор гениален!

Всегда, когда слушаю симфонический оркестр, инстинктивно оцениваешь исполнения всех музыкантов, слышишь скрипку, виолончель, все инструменты, которые исполняют. А здесь я слышу только музыку, которая меня уносит, и я вместе с крылатыми феями участвую в их чудных мурмурациях. И это удивительно и волшебно! Первая композиция сразу сменяется второй даже без перерыва, вторая – третьей, и так далее. Минут сорок исполнял оркестр даже не делая разрывы между композициями. Это же очень тяжело физически, я не говорю об огромных психических нагрузках. И столько же времени крылатые феи устраивают свои воздушные танцы в небе. Буквально минуту хватило музыкантам уйти со сцены, и я вижу только деда за роялем.

Все композиции, которые он исполняет, мне незнакомы. Он специально подобрал по темпу – спокойные сменяются ритмичными. И тоже, около часа. Дед исполняет по памяти, и выше мастера, чем он, на Земле я даже не знаю. Мой слух не смог зацепиться ни за одну его запинку. А исполнять таких композиторов на Земле каждый пианист счёл бы за честь. Я прослушал деда, можно сказать, на одном дыхании. И у меня такое чувство, что меня здесь нет, а где я – одному Создателю известно. Только, одно знаю, я был в Мире Музыки. Только дед закончил, даже не сообразил, ведь, теперь моя очередь. Если бы Алессандро не толкнул в бок, я бы не вспомнил. Конечно, быстро вскочил и быстрым шагом пошёл к роялю. Даже не помню, как отыграл все свои намеченные произведения. Шопен, Моцарт, Лист, Бах, Бетховен, Рахманинов.

За мной пошёл Алессандро, я даже плохо его слышал, какое-то отвлечённое состояние, никогда после концерта такого не чувствовал. Но, и таких продолжительных непрерывных выступлений у меня никогда не было. Но, ничего страшного, как дед сказал, у меня всё ещё впереди! По всей видимости, и у Алессандро аналогичное состояние. Он молча сидит, смотрит на меня, а в лице ни одной эмоции.

Оркестр опять занял свои места. Дирижёр взмахнул палочкой и полилась опять музыка. Я даже не сообразил, что начинается вокальная часть. Все гости переглядываются, на кого же выпадет честь открывать это самое эмоциональное выступление. Такая честь досталась хозяйке Валькирии. Конечно, дед подготовил ей очень эффектную и красивую композицию. И сразу за Валькирией без перерыва включилась моя матушка. Я даже сразу не понял, что это она исполняет. На эльфийском языке, незнакомая мелодия, но, исполнила безукоризненно, и сразу за ней включился Николо. И тоже на незнакомом языке, но, как красиво! А дед сидит, озорными глазами на всех поглядывает и улыбается, как будто он и не принимает здесь никакого участия. Но, мы то все знаем, сколько сил здесь прилагается именно им. Вот что значит Высший Ангел. Кстати, после этого концерта у меня изменилось отношение к нему. А то, дед, да дед. И по разговору между нами я понял, что и все остальные стали смотреть на него совсем по-другому.

Вечером разбирали «полёты» у Валькирии, спокойная тёплая дружеская атмосфера. Было ещё много друзей Валькирии, мы их не знаем, но, лица очень знакомые. Музицировали, пели, шутили, обсуждали сегодняшний день. По всей видимости, обсуждать его будем очень долго, а вот осмысливать ещё дольше. Подошёл дед и предложил познакомить меня и Алессандро с такими людьми, на знакомство с которыми мы даже не рассчитывали. Он подвёл нас к компании, которая что-то очень бурно и весело обсуждала. Они заметили нас и встали для приветствия. Дед обратился к ним, что хочет представить своих молодых братьев, любящих музыку и не представляющих свою жизнь без неё. Мы поклонились. Представились, но, когда начали представляться из компании, нас с Алессандро хватил шок. Здесь и Шопен, Моцарт, Лист, Бах, Бетховен, Рахманинов, Чайковский, Верди, Глинка, Вагнер… Да всех не перечислить. Как же мы не догадались сами? Великие подходят, представляются, пожимают нам руки, а мы растерянные застенчиво улыбаемся и даже не знаем, как реагировать. После последнего рукопожатия дед обнял нас за плечи, повернул к собравшимся и уже сам за нас ответил, что нас можно понять, людям не суждено лицезреть таких Великих всех вместе и сразу. Но, Великие подготовили подарки нам с Днём Рождения. Это их оригиналы прижизненных изданий с дарственными надписями. Кстати, дед специально летал за ними в прошлое, никакой фальсификации, всё по-настоящему. Мы с Алессандро приняли по приличной стопке сборников произведений, которые даже держать тяжело. Благодарили Великих, все перемешались, сумбурно, но весело и доброжелательно. Конечно, нас опять попросили играть. Это даже представить немыслимо – мы играем для Великих! Лучшего подарка даже представить сложно! Вечер затянулся до поздней ночи, Валькирия попросила деда почаще прилетать к ней, да и друзей и близких побольше и почаще привозить.

Наутро улетели. И всем грустно. Мы столько увидели, чудесного, даже волшебного и мистического. А теперь вечерами кроме рояля все стали петь. Дед смеётся, что он ещё пока не продемонстрировал нам свой вокал, но, это он оставил до следующего раза. В следующий раз мы прилетим сюда уже всей толпой родственников. Здесь ему будет где развернуться.

Дед предложил развезти всех по домам, вернее, по своим реальностям. И договорились, что в ближайшую пятницу каждый соберёт у себя всех близких и родных, даже женихов и невест. И только не экономить, никого пропустить нельзя. Свою реальность дед взял на себя. Никого не посвящал как он представится своим близким, как они его воспримут. Но, всё обошлось спокойно. А такие точки, как Заветное, Ахтубинск, Ставрополь, Подольск, Ленинград, мы облетим вместе. Пусть каждый сам подумает и вынесет свои предложения. А он облетит всех и сделаем общий сбор на крейсере. Там пройдём саркофаги, и, к Валькирии. Вот здесь мы уже попируем и попоём вволю, каждый в силу своих возможностей и способностей.

Так и сделали. Каждому было время подумать. А я в свободное от уроков время сижу за пианино, перебираю подаренные Великими сборники, проигрываю их произведения и думаю. Каждая эпоха, каждое время рождает своих Великих. И у них есть своё предначертание – нести знания молодым, нести любовь к музыке, любовь к поэзии, любовь к литературе, живописи, скульптуре. Этот список можно продолжать бесконечно. Дед много рассказывал, как в своих Возрождениях он был кузнецом, ковал оружие, мечи, сабли, доспехи, делал щиты. А корабли? Это тоже всё искусство! И что-то человеком движет к этому? Что-то толкает человека к поиску нового, неведанного и невиданного. Что это?

Чем ближе подходит пятница, тем волнительней. Не тревога, а ожидание чуда! Дед появился один, неожиданно, внезапно. Стоит посередине комнаты и, улыбаясь, смотрит на нас. А мы все уже одетые сидим в креслах и смотрим на него, только обнялись и уже в Строке. Это пассажирский Строк, человек на двести. Также в Подольск, Заветное, Ахтубинск, Ставрополь. Пока вновь прибывшим объясняем, что и как, дед уже объявляет Алма-Ату первой реальности. Конечно, сумбурно, шумно, потешно. Ещё и трёх часов не прошло, а дед объявляет о завершении сбора. И, смеясь, предлагает всем подумать – никого не забыли? Все на месте? Обиженных никого не будет? И мы уже подлетаем к крейсеру, торжественно облетели его несколько раз, даже подлетали так близко, что хотелось вытянуть руку и погладить, но защита Строка не позволит этого сделать. И мы уже на верхней палубе. Ни шлюзов, ни открывающихся затворов. Гениальная машина!

Все выходят из Строка, кто был в первые разы, рассказывают новеньким со знанием дела что есть что. Дед направляет всех вначале в зал саркофагов, укладывает первую партию, а остальных направляет в столовую. Лёгкий перекус, старожилы рассказывают, как заказывать желаемое, Алессандро и я уже за роялем. Дед нам показал свою музыкальную библиотеку и нас теперь долго никто не сможет от неё оторвать. Это даже представить немыслимо – я исполняю музыку, сочинённую в далёкой галактике миллионы лет назад. У деда на рояле стоит транслятор, который переводит написанные сочинения в привычный для нас нотный вид.

Дед с добровольными помощниками переводят прошедших саркофаги в бассейн, потом в столовую, а мы от рояля оторваться не можем и, наверное, уже даже нет такой силы. Каждый раз, когда дед проходит мимо нас, бросит свой хитрый взгляд, кивнёт, мол, всё нормально, а мы продолжаем разбирать дальше. А на нас даже никто не обращает внимание, рабочая суета. В столовой прошедшие саркофаг делятся впечатлениями, у всех свои зубы, волосы, ногти. Рассматривают себя в зеркале, удивляются, восторгаются. Ахи и охи. По земному времени допоздна занимались саркофагами. Потом дед сказал, что утро вечера мудренее, предложил каждому подобрать себе каюты, на крейсере есть и семейные, и одиночные. Здесь уже мы, старожилы, помогаем и потихоньку всё стихло. Дед сидит один в своём системном кресле, летает, куда только летит его сознание, но, это уже его работа, тяжёлая, ответственная и необходимая.

Утром проснулись все почти в одно время. И потихоньку стали стягиваться в столовую. Конечно, компания странная. Они и похожи, но, они и разные. Начали образовываться компании, конечно, некоторые стесняются. Заводилы, командира нет, командовать некому и вот каждый ищет свои варианты. Итальянцы с итальянцами, русские с русскими, алмаатинцы с алмаатинцами. Ну, хоть так пока разделились. Деда нигде нет, он, бывает, исчезает, а потом неожиданно появляется. Потом Аллы с Алессиями поговорили, пошептались и решили созвать всех поближе, поближе и говорить легче. Выступила моя матушка – раз уж судьба так распорядилась, что мы вместе, значит так нужно. У деда на всё расчёт, хоть он многое и не открывает. Не исключено, что даже наш вот такой самостоятельный разговор тоже им просчитан. Конечно, все заулыбались.

А матушка продолжила. Стала говорить, что это уникальная возможность заглянуть и увидеть своё будущее, а другим – своё прошлое, увидеть себя в будущем и увидеть себя в прошлом. Нам нужно научиться верить и доверять друг другу, и доверять даже свои тёмные и нелицеприятные стороны. По разговорам с дедом она поняла алгоритм взаимодействия реальностей. Ушедший в первой реальности автоматически трансформируется со своим носителем во второй реальности, просто сливается со всей своей памятью и сознанием, а потом, уйдя со второй реальности, сливается с носителем уже в третьей реальности. И их уже трое. Да, наступит момент, когда в одном носителе будут все семь сущностей всех семи реальностей. Но и она уйдёт, а вскоре в первой реальности родится новая физическая сущность, с одной общей энергетической сущностью. Она будет расти и развиваться как самостоятельная единица, а через некоторое время родится во второй реальности такая же физическая сущность с копией той энергетической сущности. Будет жить и наслаждаться жизнью. И всё будет продолжаться. Нас семь. Конечно, алгоритм сложный и всем этим управляют не люди – Ангелы. А наша задача – принимать жизнь такой, какая она есть. Она знает одно – нас любят и плохо никогда никому никто не сделает. Неизвестно, куда нас сейчас ведут, но, она уверена, что плохо там никогда и никому не будет. И сразу стали все разговаривать, слушать, даже спорить, предлагать свои варианты видения, даже фантазировать. А мы с Алессандро молча слушаем и смотрим на наших родных и близких, и строим свои варианты видения. Кто-то предложил по чаю, все согласились, за столом и с чаем легче разговаривать. Получалось уже не много маленьких разрозненных групп, а создавалась одна большая.

Дед, как всегда, появился неожиданно и не один. С ним ещё две женщины и мужчина. Женщины похожи на мою матушку, или на матушку Алессандро Алессию, они в жизни копии. И мужчина, похожий на моего батюшку. Они подошли, и дед представил – знакомьтесь, Алла, Ангел, ведущий живых и Алессия, Ангел, ведущий ушедших. А это Николо, Ангел мастерства и ремёсел. В Ангельском Мире каждый Ангел ведёт определённый вид человеческой деятельности. Это как в школе – кабинет физики, кабинет химии, кабинет географии, математики, истории, зоологии. Конечно, это он представил очень упрощённо. Но, нам для понимания будет достаточно. Мир управляющих Ангелов каждой планеты надёжно скрыт от всего внешнего мира и даже для других Ангелов, не связанных с управлением этой планетой. И это естественно. А нам они приоткрывают это мир только для того, что вскоре некоторым из нас придётся этим заниматься и очень плотно. Это, человеческим языком, введение в специальность. Он улыбался, Ангелы улыбались, мы улыбались. Всё просто!

Потом стала говорить Алла. Конечно, Ангельские имена другие и их не принято раскрывать, я для удобства повествования называю их человеческими именами. Алла стала рассказывать, что Ангелами становятся энергетические сущности с достаточным числом воплощений, то есть, человеческих жизней. Просто энергетическая составляющая должна вырасти, да, она растёт! Растёт, увеличивается в объёме, в количестве накопленной энергии. Это, по человеческим меркам, очень долгий процесс. В среднем, около ста воплощений. После таких слов те, кто умеет считать в уме, просто за голову взялись, а Алла стоит, смотрит на нас и улыбается.

Потом стал говорить Николо, вкратце стал рассказывать, как создавалась Вселенная, как создавались Миры, как создавались реальности. Сколько реальностей у Вселенной, что это такое. Как создавались реальности у каждой планеты и для чего это нужно. И как взаимодействуют эти реальности, и кто всем этим управляет. А если подсчитать сколько необходимо управляющих Ангелов для одной только планеты, можно за голову взяться. А ведь, всё это связано в один единый алгоритм. Каждая ошибка грозит огромными последствиями и их необходимо исключать.

Сидим, слушаем эти Ангельские лекции и начинаем понимать, что мы сюда призваны не концерты эльфам устраивать и общаться с удивительными феями и гномами. Мы слушаем о том комическом объёме работ, который уже сделан и о том космическом объёме работ, который нужно будет сделать уже нам. А потом начал говорить дед. Он стал рассказывать про Вселенский катаклизм и как им за пятьдесят лет нужно было подготовить техническое оборудование не для спасения физического Мира, а для его восстановления через тысячу лет. Физический Мир всей Вселенной тогда погиб, исчез безвозвратно! Конечно, энергетические составляющие, души разумных существ сохранились в энергетическом поле планет. И благодаря тому оборудованию, которое было сделано за те пятьдесят лет перед началом катаклизма, а потом оно производилось и дальше, была восстановлена вся материальная жизнь планет Вселенной.

Ангельская жизнь, в первую очередь, связана с науками. У них есть исследовательские Центры, производства, опытные и серийные. Есть учёные, лаборанты, конструкторы. Отдельные заводы занимаются конструкциями крейсеров, отдельные заводы занимаются энергетическими установками этих крейсеров, больших и маленьких, систем жизнеобеспечения, систем питания, автоматика. Этот перечень можно продолжать бесконечно долго. И ещё нужно учитывать физическое и энергетическое разнообразие планет, систем и галактик Вселенной. А самый главный вопрос – как можно вначале создать, а потом управлять Вселенной с бесконечными размерами? Как можно оперативно произвести работу в одной части Вселенной, находясь в другой её части? И дед смотрит на нас улыбаясь ожидая ответа. А мы переглядываемся и ответа не видим. Дед не стал нас долго мучить. Для этого, продолжил он, созданы Миры, множество Миров, которые обеспечили им всю логистику по всей Вселенной, связь и мобильность управления.

И опять же, им катастрофически не хватает рабочих кадров, лаборантов, инженеров, учёных. Даже управлять Чёрным Строком на Земле смогут не более десяти энергетических единиц, включая его, деда! И он уже не улыбаясь стал обводить нас взглядом, как бы сканируя. Потом улыбнулся и сказал, что не хочет заканчивать на грустной ноте, он надеется на нас, верит в нас и будет с нами ещё очень долго. А мы сидим, смотрим на него и понимаем, что мы все переходим совсем в другую жизнь и сегодняшняя его речь явилась чертой, которая разделяет нашу жизнь на старую и новую.

И в окончание, дед поднял руку, махнул и скомандовал – по машинам! А потом добавил – есть в армии такая команда! Ангелы смешались с людьми, те уже задают им всякие вопросы, простые и сложные. Ангелы пояснили, что им тоже захотели окунуться в среду Мира эльфов, они традиционно так называют этот Мир, хотя там огромное разнообразие всевозможных энергетических сущностей. Дед вошёл в Строк первый, за ним все остальные. Мы постоянно с Алессандро. Так уж сложилось, что у нас очень много общего, даже наши лица и физические тела. Нам интересно вдвоём.

На Медвежьей горке нас также ожидает медведица с медвежатами. Медведица молча смотрит, а медвежата как баловались, так и балуются. У входа встретила Валькирия. Я вижу очень душевные отношения между ней и дедом. Дед же сказал, что она его дочь, только, в Ангельском воплощении, или в человеческом, они не уточнили, а я не стал спрашивать, как-то неудобно.

Конечно, традиционно, Валькирия пригласила нас за стол. Кувшины со всевозможным элем, мороженое, ягоды, фрукты. Кстати, здесь другие ягоды, фрукты и овощи, как будто мы не на Земле. Дед объяснил, что эволюция мало затрагивает Мир эльфов, он другой, чем в семи человеческих реальностях Земли. И их культуры с землянами не соприкасаются, кухни другие, традиции разные. Конечно, кое-что Ангелы перетаскивают то с одной стороны, то с другой, но, это такой малый процент.

А дед сказал, что хотел бы с нами поговорить, так как видит, что все абсолютно не понимают, в первую очередь, целей наших совместных путешествий. Конечно, это наши развлечения, чтобы было интересно всем. Главная его, деда, цель – разбудить наши сознания. Разбудить от длительного сна, но, разбудить мягко, без излишних стрессовых ситуаций, без ужаса просыпания, когда тебе хочется закрыть глаза и опять уснуть. Он прекрасно на себе это знает, когда просыпался в незнакомом месте и его голова буквально лопалась от боли, как будто тысячи игл вгонялись в его голову. Когда буквально приходилось спасать своих родных и близких от скорой смерти и любое промедление было очень опасным. Да он сам частенько применял и с собой, и со своими близкими методы шоковой терапии. Только, он понял, что всё это ни к чему. Шок и стресс лучше применять в других случаях. И он улыбнулся, оглядывая нас своим взглядом. Его задача сейчас – подготовить нас для следующего этапа, важная задача и для нас, и для тех, по чьей инициативе всё это организовано. Кстати, одним из инициаторов всего этого он также является.

Ещё один момент он хочет прояснить. У всех, кто проходит саркофаг, останавливается старение и включается процесс восстановления, регенерации всего того, из чего состоит человеческий организм, конечно, нам всем в школе преподавали анатомию человека, и мы знакомы с его устройством. Конечно, процесс это не быстрый, он займёт около полугода, и по его окончании мы все, кому уже достаточно лет, будем выведены на двадцатисемилетний возраст. По расчётам учёных это самый продуктивный и плодотворный возраст в развитии человека. Конечно, это его сообщение имело эффект взрыва сверхновой, особенно у женщин, даже независимо от возраста. Минут десять мы, мужская молодёжь и дед наблюдали то, что не поддаётся никакому описанию, а когда всё стихло, дед продолжил.

Он спланировал наше общение плодотворным для обеих сторон. Он знакомит нас с новыми Мирами, в данном случае, с Миром эльфов, а мы в это время слушаем его, всё, что он нам хочет сказать. Это и не утомительно, и развлекательно. Ведь, как заметили учёные, самое эффективное обучение люди проходят в детском возрасте во время игры. Вот и мы играем. Он сам не терпит и не признаёт утомительные и ненужные зубрёжки, забивание себе в голову непонятных правил, догм, понятий. Ангелы создали Миры, которые несут все знания, по всем наукам и дисциплинам. Только нужно научиться ими пользоваться. Они всегда с нами, независимо, на какой планете мы находимся, в какой системе и в какой галактике. Миры всегда с нами. И теперь он будет открывать нам эти Миры, а мы сами того не осознавая начнём производить в них свои записи. Для нас это пока непонятно, но, вскоре поймём. Миры гармоничны, умны и деликатны.

Опять повторили свой маршрут, посмотрели всех жителей этого Мира. Неделю жили у равнинных эльфов, неделю у горных, неделю у морских. Также у Гномов. Около пяти недель в сумме мы здесь. И всё это время дед читает нам свои лекции. Вернее, рассказывает и вспоминает былые времена. Три дня проходил праздник музыки, теперь у нас все поют, даже у кого и голоса не было. Напомнили деду про его обещание спеть. И он спел. Люди так не поют, ни люди, ни эльфы. Дед потом объяснил, что, обладая энергетикой Ангела он создаёт свой образ именно для пения. Его голос может брать любую ноту во всём слышимом диапазоне, он может владеть голосом без всяких ограничений, не оглядываясь на голосовые связки, а великолепная музыкальность его сознания всем этим очень прекрасно управляет. Конечно, в его репертуар вошли лучшие арии Вселенной, а ещё дед мне по секрету шепнул, что и не только этой Вселенной. Что удивительно, я ему поверил. И, скорее всего, его вокал произвёл на меня такое впечатление, что померкли все впечатления, которые мне пришлось увидеть и услышать за весь этот наш чудесный период путешествий. В моём сознании он звучит не переставая, где бы я ни был, что бы ни делал.

Вернулись домой, вернее, на крейсер, переспали, прошли саркофаг, и дед развёз нас всех по домам. Никаких планов на будущее не озвучивал. А мне стало грустно и одиноко. Я окунулся в то, что останется в моей жизни, в моём сознании до скончания моих времён. Я не говорю, что до скончания моей жизни, будут потом и другие, я уже это знаю. Всё то, что мы увидели и узнали, останется в нас во всех наших воплощениях, человеческих ли, эльфийских или даже Ангельских. На всё воля Создателя!

Глава 3

Прошёл год. Сегодня 27 марта 1971 года. Суббота, можно поспать, а мне не спится, да я и не могу спать. Дед перевернул наши жизни с ног на голову, потом опять на ноги поставил. Я ложусь спать с одной мыслью, с ней же и просыпаюсь. А сколько раз за день обо всём этом вспоминаю, не счесть. А когда смотрю на свою матушку, так меня смех разбирает, ну не за этим же он сюда прилетал? На самом деле, и матушка, и батюшка стали молодыми. А батюшка вырос и даже прилично. Теперь начал спортом заниматься, постоянно гимнастику делает. Это его Николо подхлестнул. Тот ни одного дня не пропускает.

Вот лежу, мысленно перед глазами проходят буквально день за днём нашего эльфийского периода, и такая грусть душу раздирает, что даже плакать хочется. Наверное, опять уснул, только открываю глаза, стоит напротив меня дед и улыбается. Я от неожиданности даже соскочил с постели. А за мной от неожиданности и со сна брат Гена. Вбежали испуганные родители, все обнимают деда, счастливые, мужики в трусах, матушка в ночнушке. Потом, конечно, она опомнилась и убежала за халатом. А дед предложил просто собираться и улетать в систему Гров, нас там уже заждались. У деда никогда не поймёшь, он часто очень важные вещи говорит в шутливой форме. Матушка на скорую руку уже делает завтрак. Деда спрашивает – бутерброды делать с колбасой и сыром? Дед также шутя ответил, что у нас завтраков сегодня будет очень много. Пока всех объедем, у всех позавтракаем. Так и получилось. И, что удивительно, нас везде ждали и были очень рады такому вот спонтанному приезду.

Только ближе к вечеру мы всем составом попали на крейсер. Здесь уже нас ожидают Ангелы Алла и Алессия. На Гров все были согласны хоть сейчас, но, – как же с работой? На что Алла из Ангелов ответила, что эти дела решаемы. А больше ничто никого не интересовало. Мы смеёмся, дед, наверное, специально сделал выдержку на год, чтобы мы соскучились. Поспим, и – в путь. На этот раз крейсер уже полностью с экипажем, вахты, дежурные офицеры, всё как положено. На самом деле, в экипаже очень много тех, кто из реальности деда в наши предыдущие посещения. Конечно, тогда он им это не озвучивал, а теперь очень интересно видеть старых знакомых в форме. До сих пор не могу равнодушно смотреть на людей из дедовской реальности. Там и мои дети, и мои внуки, и правнуки. Это же удивительно! И, конечно, первым делом, он представил нам всем свою жену Елену. Она отличается от остальных Елен разных реальностей. Мне показалась, она строже, выше ростом и более красивая. Что-то в ней более особенное. Может быть оттого, что она давно уже Ангел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.