Нурлан Алымбеков
Перекрёсток

– I -

«Тормози», – вскрикнул Марат и обеими ногами уперся в пол УАЗика. Водитель, боясь, что машину занесёт и он может врезаться в группу мальчишек, крепко обхватил руль и за какое-то мгновение успел притормозить и слегка повернуть руль влево. Каким-то чудом УАЗик проскочил буквально в миллиметрах мимо тележки с флягами, запряженной осликом, на котором восседал мальчишка лет 10-12 в старом драповом пальто и черной ушанке, такой, какие мы носили в далеком детстве. Из-за того, что зимой вода замерзала и едва текла тонкой струйкой из водопроводной колонки, вокруг неё всегда собиралась толпа мальчишек с ведрами, канистрами и бидонами. Кто-то уже набирал потихоньку воды, в то время как другие, ожидая своей очереди, либо стояли, томительно переминаясь с ноги на ногу, либо скатывались один за другим по скользкому льду. Все эти ёмкости, скопившиеся вокруг единственного на всю улицу источника, пацаны тащили на ручных тележках, разных самодельных тачках, а были и те, что приезжали на осликах, водрузив по обеим сторонам седла по большой канистре, а то и по две. А этот мальчишка, что чуть было не столкнулся с нашей машиной, набрав в свою тележку где-то 7-8 фляг и оседлав своего четвероногого друга, пытался вклиниться в невообразимую кучу ёмкостей и туда-сюда мечущейся ребятни. Из-за того, что колонка находилась на обочине дороги, скопившаяся масса вёдер и прочих сосудов стала уже нагло занимать край проезжей части. В этой толпе, звенящей от криков катающихся мальчишек и резких звуков ударяющихся друг об друга канистр и бидонов, ослику что-то не понравилось и он резко стал давать задний ход, тут то телега и перегородила правую часть дороги.

– Уффф», – водитель тыльной стороной ладони вытер резко вспотевший лоб и, как бы извиняясь, сказал:

– Хорошо, что не лошадь, а то бы не увернулись.

«Мдааа, это еще он поскромничал, не обматерил всех, – подумал Марат. – Хвала ему, его опыту, а то ведь вокруг этой колонки сплошной лёд, вон дети катаются, как на ледяной горке. Благо ещё, он ехал медленно и не стал резко тормозить, испугавшись моего вскрика, а то бы машину занесло и мы наехали бы на всю эту кучу детворы».

Водителя зовут Самат, он родом из отдаленного горного района, крепыш, какими бывают ребята, выросшие на джайлоо, умеющие и барана в считанные минуты зарезать и разделать как положено, и коня вмиг оседлать и поскакать наперегонки с ветром.

Марат ехал в гости к родственникам в райцентр одного горного района на выходные и чем дальше они отъезжали от города, тем холоднее становилось, что сразу было заметно по виду из окна машины – снега все больше и больше вдоль дороги, деревья всё белее, и даже воздух казался всё гуще и гуще.

Не часто Марату удавалось выехать из города, работы, как всегда, было много – времена были такие, что людям надо выживать, и занимались они кто чем может, или кто что придумает, простой люд торговлей разной мелочевкой, перепродажей товаров с одного, более дешевого рынка, на другом, что подороже. Если раньше это называлось спекуляцией и каралось законом, то сейчас это уже бизнес. Нашлось много «лихих парней», которые занялись контрабандой горючего и спирта, рэкетом и еще многим, что было запрещено законом. Проявилась и «беловоротничковая» преступность, к которой относятся правонарушения со стороны должностных лиц и чиновников, представителей более крупного и легального бизнеса, приводящей к процветанию «теневой экономики». А Марат, являясь заместителем начальника отдела, который занимался борьбой с этими правонарушениями, был в гуще всей этой трансформации общества.

Вот и сейчас, смотря на все эти красоты природы, он лишь подсознанием отмечал восхитительные зимние пейзажи. Нельзя сказать, что он все это не замечал, он видел глубокие сугробы белого, до боли в глазах, снега, окутанные в снежную пелену деревья, до синевы морозные и плавно переходящие в подножия гор поля. Но все эти прекрасные виды не оставляли в его мыслях никаких следов, это надо быть художником, поэтом или писателем, чтобы всё это уложить в голове, оформить в красивые мазки масляными красками или акварелью на холсте или ватмане, либо эти красоты уложить в стройные рифмы или прозу. Непонятно какие мысли крутились в голове Марата, но совсем не глубокие, потому и не запоминающиеся. Так и бывает в дороге, думаешь обо всём и как бы ни о чём.

Побыв в субботу в гостях, Марат с водителем Саматом в воскресенье после полудня выехали назад в город, дорога была снежная и скользкая, ехали медленно и довольно поздно прибыли домой. Почему-то все это время, находясь в гостях у родственников, да и по дороге, какое-то непонятное чувство тревоги одолевало Марата. Он не мог понять, что это – какое-то беспокойство и непонятно чем, какие-то мимолетные мысли и ни о чём. С этим туманным и невнятным чувством он и не заметил, как уснул уже дома.

Наутро, как только Марат пришел на службу, в холле сразу к нему подбежал оперативный дежурный и взволнованно доложил, что его искали: в эти дни произошло ЧП. Оказалось, что в ночь с субботы на воскресенье произошла перестрелка, так называемая «группа захвата» Управления обстреляла машину Волга – Газ-3110, ранено 4 человека, находившиеся в этой машине, и они все теперь находятся в больнице в тяжелом состоянии.

Эта самая группа, состоявшая из нескольких оперативных сотрудников, подобранных спортинструктором и Маратом, не была профессионально подготовленной структурой для проведения подобных операций, поскольку в то время в штате Управления еще не было специального отряда. Пришлось по согласованию с руководством инициативно создать такую группу, в неё включили спортивных и самых подготовленных работников, Марат сам же и возглавил их. Они занимались физподготовкой по отдельной программе, включающей усиленные занятия по рукопашному бою и стрельбе.

После краткого сообщения дежурного Марат сразу же вышел во двор Управления и увидел эту машину. Это была ГАЗ-3110 – новенькая, редкого металлического цвета, шикарная для своего времени машина, которая в это время была отнюдь не всем по карману, но сейчас своим видом могла напугать любого опытного оперативника. Вся пробитая пулями, ставшая похожа на дуршлаг для мытья овощей, она больше напоминала военный бронеавтомобиль после тяжелой битвы. В салоне везде осколки окровавленного стекла, какие-то обрывки тряпья, видимо скомканная одежда, тоже с тёмно-бурыми пятнами. Весь её вид говорил о трагизме случившегося, и верилось с трудом, что она еще только два дня назад могла ездить и вызывать восторженные возгласы публики. Обойдя вокруг машины, Марат спросил подбежавшего дежурного:

– Так говоришь, все живы и сейчас в больнице?

– Так точно! – отчеканил молодой офицер и застыл в ожидании расспросов.

«Очень странно, живого места нет в машине, пули пробили весь салон насквозь во многих местах, попали в лобовое и боковые стекла, в дверях по несколько пробоин, если там находились люди, то как они могли остаться в живых?», – осматривая машину, с недоумением думал Марат. Расспрашивать дежурного о подробностях произошедшего не стал, если бы тот знал, то сразу бы доложил, подумал Марат. Тут подошел его сотрудник Бакыт и начал торопливо рассказывать об этом происшествии. Чтобы узнать все нюансы странной ночной перестрелки без лишних ушей, Марат его оборвал и позвал в свой кабинет. Дежурный все ещё стоял неподалеку и по всему его виду было заметно, что он тоже не прочь узнать все подробности этого происшествия, чтобы потом козырять перед другими сотрудниками своей осведомлённостью.

В кабинете было холодно, как всегда бывает после выходных, когда электрокамин отключён на два дня. Не особо ощущая этого, но машинально включив обогреватель, Марат прошел к своему столу и пригласил Бакыта. Тот сразу же протянул папку с докладной запиской, где на двух листах было описано всё произошедшее в ночь с субботы на воскресенье.

– II –

Марат в свои школьные и студенческие беззаботные годы и не мечтал о службе в такой закрытой структуре. Но с детства увлеченно читал детективы с лихо закрученными сюжетами. В третьем или четвёртом классе он и его старший брат зачитывались книгой «Записки о Шерлоке Холмсе», вместе с одноклассниками даже придумали таблицу для зашифровки записок друг другу, соревновались в умении применять «метод дедукции Холмса», в библиотеках искали книги из серии «Зарубежный детектив», с нетерпением ждали очередной серии фильмов про деревенского милиционера Анискина и героев сериала «Следствие ведут знатоки», как и про советских разведчиков в тылу врага. Кто знает, может, уже тогда судьба целенаправленно готовила его к взрослой жизни, а он, и не подозревая об этом, подсознательно готовился к этой нелегкой стезе.

Во время учёбы в университете Марат не сильно старался пичкать себя всевозможной литературой, но любил читать, уже был знаком с произведениями многих советских и зарубежных писателей, в школьные годы они с друзьями даже соревновались, кто больше прочитает книг в библиотеке. А филологический факультет был полон такими же увлечёнными книгочеями, поэтому жизнь студенческая была для него интересной и насыщенной, изобильной на самые разные по содержанию и форме события и приключения.

И что самое интересное – Марату, в отличие от многих его сокурсников, нравились занятия на военной кафедре, все эти лекции и практические мероприятия, изучение матчасти автоматов, пистолетов и боевых машин, выезды за город на стрельбы, различные полевые упражнения, рытьё траншей и окопов, марш-броски, вождение бронетранспортёра. Ему казалось, что преодоление всех этих физических и моральных трудностей выявляет его внутреннюю силу, закаляет характер, его природная стеснительность и робость отступают и даже дают ему шанс стать самостоятельным и уверенным в себе мужчиной.

На учебных трехмесячных сборах после окончания университета проводили марш-бросок на десять километров по пересечённой местности, по-иному в низовьях гор, с холмами и речушками. В их взводе был один маленький щуплый парнишка Расул, ростом, наверное, чуть выше 150 см. В начале сборов ему не смогли найти подходящую форму и выдали самую маленькую, какую нашли на складе, но и она оказалась на два-три размера больше, пришлось ему закатывать рукава гимнастерки и постоянно носить ремень, чтобы не спадали брюки. А о сапогах и говорить нечего, ноги хлюпали и болтались в них, как ложка в пустом стакане. И вот, перед маршем весь взвод экипировали по полной: автоматы, противогазы, подсумки с запасными магазинами с полным боекомплектом, сложенный ОЗК – общевойсковой защитный комплект на случай химатаки, саперные лопатки, фляжки с водой – развесив всё это на себе, студенты должны пройти маршрут длинною 10 километров.

Летняя жара усугубляла и без того сложную задачу. Часть пути проходили бегом, но основную дистанцию быстрым шагом. И где-то через 2-3 километра Марат, который держался в середине группы, стал замечать, что этот маленький Расул уже еле волочит ноги – не мудрено, в сапогах и одежде на два -три размера больше, тащить на себе такой груз для него было очень и очень тяжело. Понаблюдав за ним еще немного, Марат специально отстал и, дождавшись «малыша», предложил ему помощь, забрал у него автомат, подсумок с полными магазинами, противогаз и побежал догонять основную группу. Так они вместе и прошли весь маршрут, один с двойной нагрузкой, второй – налегке, но с благодарностью. В конце марша в обессилевшем Марате боролись два чувства – досадная жалость к себе, зачем тащил чужую поклажу, ведь сам Расул не просил об этом, и самоуважение, ведь преодолел тяжелейшее испытание на прочность тела и духа. Посмотрев на измотанного малорослого товарища, увидев в его глазах искреннюю благодарность, Марат отбросил всякие сомнения в правильности своего поступка.

Время течёт, и всё меняется – и вот он уже после сборов, получив диплом, вступает в следующий этап взрослой жизни. Вся студенческая жизнь с её весёлыми посиделками с однокурсниками, нервными переживаниями перед экзаменами, когда с чувством альпиниста перед покорением вершины видишь великую гору литературы, которую должен осилить, то бишь прочитать и осмыслить, и неописуемым чувством облегчения после их сдачи, когда из головы, будто ластиком с бумаги, стираются все знания, набитые в неё в предэкзаменационные дни, с бурными празднованиями по окончании сессии, – всё это уже позади. Было немного грустно расставаться с друзьями, однокурсниками, девчонками с курса, а ведь тогда ещё не были изобретены соцсети, не было виртуального общения, и все знали, что расстаются перед совсем взрослой жизнью без уверенности в том, что когда-нибудь ещё увидятся.

И когда после окончания университета по вполне мирной и безобидной специальности филолога – преподавателя русского языка и литературы, Марат получил направление на работу в областной отдел народного образования в отдаленной горной области, он еще и не подозревал, что там его ждёт крутой поворот в жизни. Он строил свои планы дальнейшей жизни – два года отработать по направлению в школе, а потом уже стать журналистом, ему нравилась эта профессия, хотелось проявить себя в погоне за свежими и интересными новостями, в написании острых статей, как говорили в школе, «на злобу дня».

В области обрадовались прибывшему молодому специалисту и сразу направили в школу с кыргызским языком обучения. А директор школы, очень уважаемая всеми женщина в преклонном возрасте, сразу же бросила молодого и еще «не нюхавшего пороха» юношу в бой: он был назначен учителем в старших классах и классным руководителем выпускного 10 класса. Ученики этого класса считались самыми хулиганистыми, своенравными в школе, и поначалу с настороженностью приняли молодого учителя.

Но то, что «новенький» был ненамного старше них и совсем не похож на других порядком поднадоевших учителей неопределенного возраста, сделало свое дело, и вскоре, на удивление всего учительского состава, этот класс сильно изменился. Теперь не замечалось со стороны учеников «ершистости», хулиганистые мальчики стали более доброжелательны в отношениях с учителями. Трудовик и физкультурник, которым больше всех приходилось «воевать» с десятиклассниками, спрашивали Марата, как ему удалось так воздействовать на своих подопечных. А как оказалось, надо было только строить общение «на равных» с молодым подрастающим поколением, которое не хотело обыденности, серости, стандартности, и хотело, как в песне Виктора Цоя, хоть каких-то перемен. Марату ничего и не надо было делать, он привык в свои студенческие годы жить по студенческим правилам, от которых он еще не отошел. Он старался выходить за устоявшиеся за долгие годы какие-то стандартные рамки поведения учителя, ему были скучны нудные вдалбливания «новой темы» и вызовы к доске, все эти методы он хоть и использовал, но старался разнообразить, внести что-то новое. Иногда, забросив учебники, он просто играл с учениками в разные игры с использованием слов, с логическими заданиями или просто в «вопросы-ответы» на самые любые темы.

И вот наступил долгожданный момент – последний звонок для десятиклассников. Марат стоял и немного завидовал выпускникам – вся жизнь впереди, столько перспектив. Хотя он и сам был ещё совсем молод, но ощущал, что это его первая победа – выпуск своего класса. Конечно же, совсем мало времени он провёл с этими ребятами и девчонками, всего-то неполный учебный год, но за этот короткий промежуток времени он успел проникнуться какими-то чувствами к каждому из них. Однако время неумолимо, прошли выпускные экзамены, – и все расстались.

Этим же летом Марат перешел в другую школу, самую престижную и сильную в области, но уже преподавателем начальной военной подготовки. Этот этап можно было посчитать очередным подготовительным шагом в жизни, ему нравилось обучать старшеклассников военному делу, вместе штудировать Устав Вооруженных сил, заниматься строевой подготовкой, изучать устройство автомата и пистолета. Больше всего ему запомнилось, как девочки с увлечением и азартом разбирали автомат Калашникова, соревнуясь по времени с мальчишками.

И вот совсем неожиданно Марату было предложено сменить профессию и начать совсем иную жизнь, о которой он даже мечтать не смел: так она казалась недосягаема для простых смертных, к каким он себя причислял. Но судьба решила по-иному.

– III –

Марат был в звании майора вот уже около трех лет, подходил срок присвоения очередного воинского звания подполковника. Должность, которую он занимал, позволяла получение этого звания. В силу своего опыта работы в разных подразделениях, а также профессионализма, он имел хорошие результаты, был на хорошем счету у руководства управления. В отделе, который занимался борьбой с организованной преступностью, он начинал с простого оперативного работника, а сейчас уже возглавлял его и руководил работой более, чем десятка оперативников.

Сев за стол, Марат стал читать докладную записку, написанную его сотрудником Бакытом, который принимал участие в этом задержании. В ней подробно описывалось, что, накануне, в субботу после полудня некий гражданин, пришел в Управление с заявлением о том, что какие-то молодые люди на протяжении нескольких дней вымогают у него крупную сумму денег, угрожая убийством: дважды избили, приставляли к голове пистолет, грозились застрелить, после чего спрятать труп так, что никто и никогда его не найдет. Заявитель, по имени Кадыр, объяснял, что не был крупным бизнесменом, занимался перепродажей разной мелочевки и такую сумму собрать ему было никак не под силу. Как он утверждал, в эту субботу поздно вечером ему была назначена встреча, на которой он должен был отдать деньги вымогателям, в противном случае они угрожали его убить.

Также отмечалось, что по заявлению было доложено руководству управления и принято решение о задержании вымогателей в назначенное ими время, дабы предотвратить убийство. Однако в ходе операции вымогатели оказали сопротивление с применением огестрельного оружия, в связи с чем опергруппа была вынуждена открыть ответный огонь на поражение. В результате пострадавшие были доставлены в больницу с огнестрельными ранениями.

После прочтения короткого текста у Марата возникла куча вопросов, он стал расспрашивать своего сотрудника Бакыта о подробностях операции по захвату. Поспешность действий после получения заявления от Кадыра сразу же вызвала у Марата некоторое недоумение: срочно была созвана оперативная группа, им выдано оружие, табельные ПМ и в придачу автоматы Калашникова, и совместно с заявителем они выехали на назначенное место встречи с вымогателями. По замыслу операции опергруппа должна была задержать эту «банду» и привезти в управление для дальнейшего разбирательства и проведения необходимых юридических действий.

Но развитие событий в этот поздний вечер произошло совсем не так предполагало руководство управления. Опергруппа выехала заранее и заняла позицию немного поодаль от назначенного места под деревом, освещение на этой малолюдной улице отсутствовало, так что машину не было видно. Кадыра с одним сотрудником, инструктором по физической и боевой подготовке, на другой машине решили поставить на более видном месте прямо на обочине улицы. Сама эта улочка была тихая, пустынная, с одной стороны небольшие частные дома, с другой заброшенная лесопосадка. Место для встречи вымогатели выбрали удачное для себя. Двигатель автомобиля завести было нельзя, нужна полная тишина, чтобы не выдать себя, оперативники тихо перешептывались и ёрзали, пытаясь хоть как-то согреться.

Когда новенькая автомашина ГАЗ-3110 медленно подъехала и остановилась, фары погасли, было уже темно, сырая промозглая зимняя погода давала о себе знать. Безлюдная мрачная улица на окраине города. В это время суток, как говорится «все кошки серы», и машина выглядела зловеще тёмной. Из нее никто не выходил, но было еле различимо за темными стеклами, что внутри не менее 3 человек. Тишина продолжалась недолго.

Кадыр, весь затрясся и прошептал: – Это они!

И тут же, получив команду, натренированные к таким случаям сотрудники, с автоматами наперевес полукругом обступили Волгу, старший группы выкрикнул:

–Всем выйти из машины!

А вот что произошло дальше, никто не ожидал – опустилось стекло и из окна машины прозвучал громкий хлопок и вспышка. На предупредительные выстрелы вверх и повторный окрик «Выйти из машины, будем стрелять» – опять ответный огонь. Кто первым из группы захвата стрелял на поражение никто так и не понял, но автоматы тут уже изрешетили машину, осмелившуюся не подчиниться и изрыгнуть из себя огонь.

Воцарилась тишина, из машины вымогателей – тоже ни звука, потом какое-то шевеление и стоны. Открыв дверцы авто, оперативники увидели ужасную картину – четверо лежали в салоне и мычали, что-то бормоча, истекая кровью. Вызвали скорую. Как оказалось, все находившиеся в машине люди остались живы, но каждый получил по несколько огнестрельных ранений. Видно, их спасло само провидение и то, что, по сути, они не были «отпетыми» преступниками, и их вина состояла только в том, что они почувствовали себя «крутыми парнями». Вскоре выяснилось, что все они почти мальчишки, по 19-20 лет. Троих ранило не очень страшно, их быстро прооперировали, и доктора сказали, что каким-то чудом все ранения были сквозные, и основные органы не задеты. А четвёртый – он был за рулем – пострадал больше всех, получил несколько ранений, но сложным оказалось ранение в шею, причем пуля так и осталась в теле. После операции врачи пояснили, что извлечь пулю из шейного отдела позвоночника невозможно и придется ему жить с этим свинцовым «сувениром». Всё это стало известно через несколько дней, а пока Марату предстояло разобраться с инцидентом.

Такой случай произошёл впервые в истории не только области, но и в целом, по стране, и был оценен сразу как «чрезвычайное происшествие», о нем незамедлительно было доложено в Центр и теперь ожидались оценка и указания большого руководства.

Марат стал выяснять другие подробности происшествия, необходимо было найти ответы на многие вопросы, возникшие в голове опытного оперативника. Оказалось, что заявителя Кадыра в субботу привел в здание управления тренер по физической и боевой подготовке лейтенант Исмаилов Талант и сказал оперативному дежурному, что гражданин хочет заявить о вооружённом вымогательстве и угрозе убийства. После получения письменного заявления от Кадыра об этом было доложено начальнику Управления, который поручил разобраться начальнику отдела по борьбе с организованной преступностью, Марат был его заместителем.

По сути, времени на раздумья и принятие решения оставалось совсем мало. Сложившаяся обстановка требовала незамедлительных действий – есть гражданин, обратившийся с письменным заявлением, на вечер этого же дня назначена встреча с вымогателями, до этого дважды избивавшими его и угрожавшими убийством с применением запрещенного огнестрельного оружия. Было принято во внимание то обстоятельство, что вероятность похищения человека и его убийство, была очень высока. Так была оценена ситуация. Сам заявитель Кадыр был в состоянии панического страха и все время твердил:

– Они больше ждать не будут, они меня убьют!

– Может быть, ты не пойдешь на эту встречу и скроешься на некоторое время? – предложили ему выход оперативники.

– Нет, они настроены очень решительно. Они придут ко мне домой и, не найдя меня, будут пытать мою семью или могут их даже убить, – взмолился заявитель.

И было принято решение о задержании вымогателей.

Взявшись распутывать это дело, Марат задавал себе множество вопросов. Можно ли было не торопиться с задержанием, а попытаться выяснить мотивы и причины вымогательства, или здесь сыграло большую роль необходимость предотвращения более тяжкого преступления. Истинная причина скоропалительных действий, конечно же, потом выясниться, но к этому лежал ещё долгий и трудный путь.

В детективных фильмах стараются для наглядности показать, как следователи или оперативные работники собирают материалы в пухлых папках, рассматривают какие-то там бумаги, развешивают фотографии, составляют схемы, раздумывают над разными рабочими версиями. Но за кадром остаётся еще много рутинной работы: как анализируются факты, делаются выводы, пишутся справки, протоколы, составляются различные схемы связей и их списки, прорабатываются версии – всё это должно отражаться на бумаге и подшиваться в дела. Это очень кропотливая и серьезная работа, отнимающая уйму времени. И вот Марат, подшив заявление Кадыра и докладную записку о проведении задержания, закрыл тоненькую папку, быстро написал постановление о заведении дела оперативной разработки. В первую очередь надо разобраться с самим заявителем, что-то непонятное кроется в этом деле, – раздумывал он, разрабатывая план мероприятий. Тогда еще Марат и не думал, что это дело разрастется в несколько томов.

Так как об этом громком событии сразу же было доложено в Центр, из Бишкека был командирован начальник управления Центрального аппарата, полковник, по имени Алым, опытный и компетентный работник. Марат был с ним давно знаком и уважал его не только за эти профессиональные качества, но также и за его человечность, умение общаться с любым собеседником, находить «общий язык» с разной категорией людей. Прибывший полковник, выслушав подробный доклад Марата, прочитав имеющиеся отчеты и докладные, изучив составленный по этому делу План мероприятий, полностью согласился с тем, что сначала надо разобраться с личностью этого заявителя Кадыра.

Также была назначена комиссия, которая должна была исследовать обстоятельства перестрелки и вынести заключение о правомерности применения огнестрельного оружия сотрудниками управления. С каждым оперативником, принимавшим участие в задержании, были проведены беседы, также был допрошен сам заявитель Кадыр, как единственный свидетель ночной перестрелки. В итоге комиссия признала действия чекистов правомерными – были произнесены громкие команды, также сделаны предупредительные выстрелы вверх, после чего в связи с неподчинением и оказанием вооруженного сопротивления были приняты соответствующие меры.

Не теряя времени, Алым и Марат вызвали заявителя и провели с ним несколько часов, беседа была не из легких. В отдельном кабинете на первом этаже, выделенном для проведения работы по этому незаурядному делу, проводились все встречи с причастными к происшествию людьми.

– Тааак, расскажите нам каким образом, когда и где Вы познакомились с этими ребятами? – задал Алым свой первый вопрос, который должен был пролить свет на многие темные стороны этой истории.

«Где-то месяц назад они пришли ко мне в офис и сказали, что меня вызывает Малабай. Малабай – это мой старый знакомый, сейчас он крупный бизнесмен, владеет угольными месторождениями в нашей области, – разъяснил Кадыр. – Я, конечно же, ничего не подозревая, поехал с ними. Но они вывезли меня за город в какой-то лесок, вывели из машины и потребовали крупную сумму денег, причем сказали, что они никакого отношения к Малабаю не имеют, а прикрылись его именем, чтобы выманить меня из офиса. До этого я их не знал и никогда не видел. Я сказал им, что мне нужно время для сбора такой суммы, они дали время на раздумье и предупредили не обращаться в милицию, пригрозив убить за это. К назначенному ими дню у меня не было таких денег, да и откуда им взяться, я всего лишь мелкий торговец и такую сумму мне не собрать и за год. Они приехали снова ко мне и угрожая избить, вывезли уже в другое место. Опять безлюдное. Но там уже приставили мне к голове пистолет и угрожали тут же застрелить, требовали деньги. Один из них несколько раз ударил меня по голове рукояткой пистолета, я почувствовал, что пистолет этот настоящий, не игрушка и очень испугался. Мне ничего не оставалось делать, как пообещать собрать деньги в течение недели. И вот уже, опасаясь за свою жизнь, я обратился к вам, – закончил свой рассказ Кадыр.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.