Марк Адамов
Тимлид

Пролог.

Вторник. 22.04.2025. 12.14 по Белграду.

Инспектор национальной гвардии Каталонии Габриэла Карвахаль дёрнула стул с такой силой, будто тот задолжал ей алименты. Алекс ждал, что дальше она развернёт его и сядет задом-наперёд, как матёрые детективы из фильмов, но Габриэла неспешно опустилась на сиденье, не забыв расправить стрелки на брюках.

Каждое движение этой крепкой, полноватой женщины с рыжим хвостом и чуть маслянистым лицом было хозяйским. Будто встретились они в допросной под Барселоной, а не посреди тесной палаты в Белградской больнице.

Тело ещё болело: каждый мускул налился свинцом и ныл от малейшего движения. Саднила и пробоина во лбу, которую доктора прикрыли марлей и парой пластырей крест-накрест. Под тканью ощущалась колкая корка, и Алексу безумно хотелось содрать её ногтем.

– Добар дан, Алекс!

Представитель сербской полиции вошёл скромно. Он пригнул лысеющую макушку, прошлёпал вокруг койки Алекса и расположился стоя возле инспектора Карвахаль. Габриэла поприветствовала его суровым взглядом и сухим кивком.

– Я понимаю, что вы ещё плохо себя чувствуете, – заговорила инспектор на рваном, чуть свистящем английском. – Но нам важно собрать показания и оформить бумаги для экстрадиции.

– И меня начальство подгоняет, – добавил её сербский коллега. – Простите, не представился: Неманья Божич, криминальная полиция Белграда.

– И вы простите, руку пожать не смогу, – слабо выдавил Алекс.

Детектив Божич смущённо облизнулся, обтёр ладонь о тонкую тряпичную куртку и убрал её в карман.

– Итак, Алекс, – Габриэла подалась вперёд и достала из нагрудного кармана телефон. Алекс заметил, что диктофон на нём уже вёл запись. – Вы говорите, что у вас есть твёрдые улики по делу. Прошу, поделитесь.

– Да, конечно, – Алекс попытался приподняться на локтях, но плечи тут же пронзила боль и он рухнул на матрас. – Какая именно часть вас интересует?

Радослав Божич сковырнул старый линолеум кожаной туфлёй и прокашлялся:

– Наш отдел только занялся этим делом, поэтому я бы хотел услышать всё.

Габриэла трижды кивнула его словам:

– Не торопитесь, сеньор Коваль, начните с самого начала. Как вы поняли, что ваша коллега убита?

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ОНБОРДИНГ

1.

Понедельник. 31.03.2025. 15.53 по Белграду.

– Ну, кто там дальше?

Онлайн-календарь Алекса Коваля напоминал причудливое пианино. Обычный понедельник обычного тимлида: белых нот свободных часов куда меньше, чем ярких карточек встреч.

«16.00. Отдел маркетинга: Планирование,» – гласила следующая.

Странное время, чтобы обсудить планы: Алекс предпочёл бы встречаться с командой утром, да пораньше. Но всю первую половину дня оккупировало начальство, да и мучить ночными звонками Луиса из Аргентины не хотелось.

Алекс влил прямиком в горло последние капли остывшего кофе из кружки, полной чёрного налёта. Уже третьей за утро.

Напиток горчил, но Алекс не сомневался, что виной тому была именно древняя хозяйская кофеварка. Тяжёлая кружка с аляпистыми видами родной Казани вряд ли подвела бы его даже спустя 5 лет разлуки с домом.

Шесть минут до встречи с командой, почти ставшей родной за два года в «Нексторе». Издевательски мало: и полной сигареты не выкурить. Добежать до туалета, чуть не поскользнувшись на мокром полу, наполнить стакан пожелтевшей от лимонного сока водой – и вот уже рабочий мессенджер любезно выпрыгивает из угла экрана.

«Осталась одна минута,» – пришло две минуты назад.

– Начальство не опаздывает, – пробубнил Алекс, затягивая обод наушников потуже, чтобы пригладить непричёсанные вихры.

Дежурная минута в предбаннике общей встречи – обязательный шаг. Как иначе убедиться, что веб-камера ноутбука любезно сгладила сизые складки под голубыми глазами? Да уж, вид подходил скорее не руководителю команды маркетинга, а похмельному соседу, который упорно ждёт, пока откроется первый продуктовый в квартале

Бывшая жена часто говорила, как повезло Алексу с широкими скулами и игривыми ямочками на впалых щеках. Ничего этого в отражении веб-камеры он сейчас не видел: ямочки давно заросли плешивой щетиной, глаза покраснели от ночных прохождений очередной игры на приставке, а волосы – что крысиная шерсть. Такие же серо-бурые и тонкие.

«Ну, хотя бы похоже, что работаю на износ,» – дежурная улыбка зажглась на широком лице Алекса одновременно с тем, как он клацнул по кнопке «войти».

– Всем привет! – поприветствовал он команду так, будто и впрямь был рад. – Извиняюсь, задержался на предыдущей встрече.

Ощущение было, будто он ворвался на чужую вечеринку. Вовсю кипело обсуждение, достойное по накалу Совбеза ООН: отдел маркетинга выяснял, в чьём же городе погода нынче выдалась хуже.

Белоснежным пятном металась в своём окошке Кира Рогова, пиарщица компании «Нестора»:

– Серьёзно вам говорю, двадцать пять градусов в конце марта! Пекло! – за напускным возмущением кривились в высокомерной усмешке накрашенные бордовым губы. – Иногда я ненавижу Милан, ей богу.

– Двадцать пять? Холодрыга, у нас зимой так! – широченная белая улыбка Луиса Арройо заняла всё окошко его камеры. – Buenos dias, Алекс!

Алекс кратко поздоровался и пробежался глазами по остальному списку участников. Макс Хоффман, менеджер платного трафика – на месте, как и Лера из Контента, аналитик Игорь… Кира – тут, как дала понять с первой секунды.

«Звезда наша,» – Алекс приглушил микрофон и сделал вид, что чихает. Не так заметно, что глаза закатились сами собой.

А что с командой по работе с блогерами? Луис, конечно, на месте, как и пучеглазый стажёр Рафаэль. Не хватало только их «старшей».

«Алиса Марченко присоединилась к звонку,» – возвестил, как средневековый глашатай, интерфейс встречи.

– Извините, заработалась, – смущённо сказала та.

Ярко подведённые глаза Алисы смотрели куда угодно, но не в камеру. Она выдохнула в выключенный микрофон и поправила тонкую лямку

– Всё в порядке, – заверил Алекс. – Как выходные, ребят?

– Нормально, как обычно, – поспешил пробурчать Игорь. – Я тут заметил на дашборде-

Не успел он поделиться находкой, как загорелся значок микрофона в окошке Киры.

– В Милане жара стояла все выходные, – нарочито громко сказала она, явно глядя только на Алекса. – Так что мы махнули на выходные на Комо. Был там кто? Рекомендую.

– Да уж, где бы ещё найти озеро с дорогущим жильём? –Лера неприкрыто закатила глаза. – Спасибо, нас и в Грузии неплохо кормят.

– А в Армении – всё же лучше, – взгляд стажёра Рафа моментально вспыхнул. – Горы-

– И у нас – горы, – стойко парировала контент-менеджер.

Алекс оттянул нижнюю губу, чтобы обдуть лоб. Любой современный учебник по менеджменту твердил о том, как важны светские беседы в начале встречи. О необходимости пары таблеток Ибупрофена при этом умалчивали.

– Ладно, к делу, – заговорил он, чтобы замолчали остальные. – Игорь, что там с дашбордом?

– Да, ничего, собственно, – мастер всея аналитики «Нексторы» пожал плечищами. – Похоже, сервак авторизации лежал полвоскресенья, а разрабы даже не знали.

– Так, скажи Саше, техдиру.

– Уже сказал, шеф. Не боись.

Алекс попытался разобрать что-то в обрывистых заметках, которые набросал между прошлыми встречами. Всё бестолку – придётся по памяти.

– Макс, как по трафу за выходные?

– Коэффициент конверсии в пределах нормы по большинству локалей, – отрапортовал Максим Хоффман, поправив пальцем очки на переносице. – Единственная аномалия – рекордные показатели в Мексике и Колумбии, но со знаком «плюс».

– De nada, – с улыбкой подметил Луис. – У меня вышло два мощных обзора.

Алекс отстранённо кивал. Пока Лера дежурно вещала о километрах текста, загруженных в блог «Нексторы». Его куда больше забавляло то, как ёрзала на стуле Кира. Напомаженная и облачённая в белую блузку – наверное, и побрызгаться духами не забыла.

Давняя мастерица пиара и личный бренд-менеджер генерального директора всегда не могла смириться, что её обновления Алекс спрашивал ближе к концу. Но он любил проучить тех, кого излишне заносило собственной важностью.

– Я аппрувнула две статьи в “AI-review”! – встряла Кира, едва замолчала Лера. – Апрельская вышла окей, но в майская будет настоящей бомбой… Да, и раздатку по встрече с «Тек-Хабом» тоже подготовила за выходные.

Палец Алекса с силой вонзился в мышь:

– У нас встреча с «Тек-Хабом»?

– Конечно, Жорж же сказал… – ядовитая ухмылка исказила яркие губы Киры. – Точно, тебя же на той встрече не было. Забыла.

Забыла, как же? Кира всегда считала, что под руководством Алекса оказалась по ошибке. Всё же она занималась не одним только пиаром, но и вела личный бренд Жоржа Ребко. Он же – Георгий. Он же – основатель и генеральный директор «Нексторы».

Как тут не ужалить?

– А Лера одобрила твою раздатку? – спросил он, уже зная ответ.

– Мою? А зачем? – Кира выгнула брови.

Лера кивнула кудрявой головой и подняла руку:

– Думаю, там всё ОК, шаблон у нас хороший.

Алекс вдавил пятку в ламинат, чтобы нога перестала трястись:

– Расскажите потом, как встреча пройдёт. Алиса… – Алиса вздрогнула и что-то проговорила, не включая микрофон. – Ты на мьюте.

– Да, прости, – старшая по работе с блогерами любезно улыбнулась, насколько позволили филлеры в её губах. Красила она их редко, но сегодня был именно такой случай. – По апрельскому контент-плану… Нужно ещё немного времени.

– Апрель завтра, – напомнил Алекс. Постарался не слишком сурово. – Задача стояла на всю прошлую неделю.

Электронный планировщик в соседней вкладке подтвердил его слова красной плашкой со зловещей подписью «ПРОСРОЧЕНО».

– Да, прости, Алекс, – понуро ответила Алиса. – У нас были проблемы с парой креаторов на той неделе, – будто опомнившись, она затараторила: – Но всё уже решили, план марта закрыли! Апрельский отправлю сегодня.

– Если забыла, то в планировщике можно настроить оповещения, – многозначительно сказала Кира, прежде чем приглушить звук вновь.

Алекс цокнул языком.

Алису часто судили за яркую внешность, считали легкомысленной и ветренной. Даже кадровики любили каждый месяц спрашивать, не упорхнула ли яркая пташка в компанию побогаче.

А Алиса всё работала и работала. Каждый день, все два года, что Алекс был в «Нексторе». В презумпцию невиновности он верил так же свято, как в силу кофеина.

– Просто скинь в личку, как закончишь. Если не успеваешь, подключи Рафа с Луисом, – Алекс переключился на список заметок со встречи с директором по маркетингу. – Теперь – давайте пройдёмся по задачам на неделю.

2.

Вторник. 01.04.2025. 00.44 по Белграду.

В темноте что-то грохнуло. Алекс дёрнулся и не сразу вспомнил, где лежит.

«На диване, как обычно.»

Кофейный столик впору было именовать пивным: три пустые банки с чёрным оленем заняли всё пространство рядом с порванным пакетом доставки.

Комната пропахла чесночным соусом из шавермы.

Вкусы Алекса здорово изменились за три года в Белграде, но какие-то вещи были вечны. Как сама Вселенная, о которой вещали трое умудрённых старцев в подкасте по телевизору. HDMI-кабель опять барахлил, и лица их пошли скрипучими красными полосами.

А виновником его пробуждения стал пульт, свалившийся с края дивана.

– Сука, ещё даже часа нет, – пробурчал Алекс, щурясь от яркости телефона.

Он распахнул тяжёлую панорамную створку балкона и походя прихватил пачку сигарет. Всего две осталось – придётся поскорее уснуть, чтобы не топать до ближайшего круглосуточного.

А вот Белград спать и не думал – город вообще редко это делал. Плевать ему было, как устал Алекс.

Ещё ревели проржавевшие глушители где-то на Бульваре, а в паре дворов от него, ближе к центру, галдел целый хор грубых мужских голосов. Ночь с понедельника на вторник – не повод не собраться на очередное празднование.

Рождались и умирали люди всё же каждый день.

Крепкий вечер ещё морозил кожу, сколько бы ни пророчили старожилы тёплую весну, как и годом ранее. И за год до того.

Алекс всё равно он не стал надевать штаны. Если утеплиться, то и засидеться можно до того, что скуришь последнее.

Он стряхнул остатки пепла в пёструю пепельницу в виде кубика Рубика и откинулся на деревянную спинку. Любители ночной езды как раз убрались с Бульвара и остались слышны одни только горластые собаки где-то во Врачаре.

«Может, тут подремать?»

За приоткрытой дверью что-то зажужжало. Настойчиво, грозно, даже яростно. Не муха и не оса, но главный враг лида удалённой команды.

Грёбанный телефон.

«Входящий вызов Telegram: Алиса, Некстора,» – как подсказал экран.

Алекс недоверчиво вгляделся в изображение контакта. Алиса, старший инфлюенсер-маркетолог «Нексторы», смотрела на него с далёкого берега Средиземного моря, прикрытая изящной чёрной кофточкой через одно плечо.

Чуть менее кротко, чем на еженедельных звонках по работе. Скорее – игриво, с вызовом невидимому фотографу.

И отчего-то – в первом часу ночи.

– Алиса? – спросил Алекс в трубку, всё ещё щурясь. – Что случилось?

Где-то на том конце, в Испании, рычали проносящиеся машины, играла далёкая музыка. Энергичная, с крепкими битами. Как в клубах, которые Алекс уже лет с пять обходил стороной.

– П-привет, – донёсся тихий полушёпот Алисы. Взволнованный, без сомнений. – П-прости, что н-ночью. Просто мне нужно тебе-

Её речь утонула в громком гудке: будто корабельный сигнал подали в полуметре от её мобильного. Алекс сморщился и отвёл телефон от уха. Даже так он услышал в трубке хруст помех.

– Алиса, да что там у тебя? Ты из-за контент-плана распереживалась?

– Извини, – ответила та холодно и грубо, будто за пару секунд постарела лет на десять. – Я номером ошиблась, не тот Алекс.

– Лад…, – едва он открыл рот, короткий сигнал сообщил, что звонок окончен. – …но.

Дело было к четырём часам ночи. Алекс докуривал последнюю сигарету из пачки и смаковал каждый вдох, но язвительный огонёк неумолимо подползал всё ближе к фильтру.

Сон улетучился. Алекс держал телефон на балконном столике, каждые секунд десять поглядывал на тёмный прямоугольник экрана.

– Зашугал, блин, девчонку, – корил он себя вполголоса.

Зачем бы ещё Алисе звонить ему в три ночи? Завалила задачу, убежала на тусовку, вспомнила, что не сдала контент-план.

По пьяной лавочке решения приходят странные. Позвонить лиду и оправдаться до того, как утром тебя встретит разгром в личке – одно из них, вполне себе.

Передумать посреди разговора и притвориться, что ошиблась «Алексом» – тоже классика, пожалуй.

Но неужто таким он стал? Тем лидом, которого не уважают, а боятся. Делают задачи только для того, чтобы не слушать его ругань на очередном звонке.

Он-то хотел быть лидером, а не менеджером, застрявшим среди «тасок» и «канбанов».

– Или не во мне дело?

Алекс опомнился, когда палец сам уже открыл список контактов на имени Алисы и теперь метался между кнопками вызова и сообщения.

Голос девушки вернулся в его голову сам и отказался уходить. Что-то в её словах зацепило Алекса. Пауза перед первым из них. Дрожь под последнее. Её и впрямь что-то здорово взволновало.

Сам он так не переживал о работе и когда стажировался в главном банковском гиганте всея Руси в двадцать пять. Может, и Алису перепугало что-то другое?

– Не моё дело, – сонный тимлид метнул последний бычок в пепельницу. – Я ж не тот Алекс.

Пусть будет, что обсудить с психотерапевтом завтра.

«То есть, уже сегодня.»

3.

Вторник. 01.04.2025. 18.51 по Белграду.

Психотерапевт Даница Маркович оставалась одной из немногих, с кем Алекс виделся лицом к лицу. Как он считал, формат вполне полезный, раз уж вся остальная жизнь помещалась на дисплее ноутбука.

– Что нового, Алекс? – мягко, с едва уловимым акцентом, спросила Даница.

Дама она была спокойная и по-югославски крепкая, несмотря на годы. Лет шестьдесят – а выглядела так, что стометровку пробежит в пару раз быстрее Алекса.

– Думал, вы уже привыкли, что нового у меня ничего не бывает, – она со скрипом сполз по огромному кожаному креслу.

– С бывшей супругой говорили?

– А зачем? У неё всё хорошо, карьера, а на меня плевать… Готовится переезжать в Лондон по работе. А мне-то говорила, что дожди не выносит.

– И вы откуда-то знаете, куда она собирается, – Даница позволила очкам сползти, чтобы едко взглянуть на него исподлобья.

– В «Инстаграме» видел, – Алекс надул щёки от смущения. – Да, простите. Я всё ещё не отписался от неё.

– Не извиняйтесь, но про мой совет помните, Алекс. Не висите на ниточке между двух выборов. Вы по обложке социальных сетей судите о том, что внутри, и очень любите делать самые тёмные догадки, ничего толком не зная.

– А как быть, если тёмные догадки обычно сбываются?

Точно так же он предположил, что браку скоро настанет конец, когда прошлая фирма перевезла Алекса и Иру в Белград. Слишком резко, слишком невпопад с прошлыми целями в жизни.

Конец настал и браку, и компании в первый же год.

– Алекс, – вкрадчиво попросила Даница. – Или восстановите контакт, или отпишитесь от неё и живите дальше. Желательно – не одной только работой.

Алекс усмехнулся. Надеялся только, что получилось не слишком по-злому. Даницу он уважал, пусть и находил некоторые её мысли наивными, как родные ей восьмидесятые.

– Только благодаря работе я и могу оплачивать наши встречи, – подметил он, сменив усмешку на улыбку. – Шесть тысяч динаров в неделю, знаете ли – немало.

– Разве я сказала, что работа неважна? – Даница посмотрела в высокое окно, выходящее на залитый розовым закатом Дорчол. – Но что-то мне подсказывает, что поговорить вы опять хотите именно о работе. Что-то случилось?

Алекс машинально погладил телефон через ткань джинс. Ему казалось, что тот вибрировал всю сессию, несмотря на режим полёта.

День-то его прошёл нормально. Генеральный директор взял пару дней отпуска, а Кира отпросилась на больничный, отменила их утомительную беседу один-на-один.

– Не столько на самой работе, – на выдохе сказал он. – Я что-то сильно беспокоюсь из-за одной сотрудницы.

– Кира? – со знанием дела уточнила Даница.

– Кира? – со смешком повторил Алекс. – Нет, она меня уже почти не волнует. Я таких королев карьеры с десяток, наверное, повстречал. Пусть тешит самолюбие, даже за мой счёт. Плевать.

– Допустим, – Даница неубедительно кивнула. – Тогда в ком дело?

– Алиса, мой старший менеджер. Она позвонила мне ночью, около трёх. Какая-то перепуганная, как будто что-то попросить хотела.

– О работе? – Даница заметно обеспокоилась.

– Я тоже так подумал… – Алекс сглотнул ком со вкусом шести чашек кофе. – Потом она резко изменилась в голосе и сказала, что ошиблась номером. Ну, контактом ошиблась, точнее. Никто же сейчас на самом деле на набирает-

– Алекс, – рука терапевта плавно поднялась, прежде чем он увлёкся рассуждениями о современных телефонных нравах. – Почему этот звонок вас встревожил? Ну, кроме того, что он случился среди ночи.

– Я подумал, что передавил на неё, как начальник. Загонял до того, что она в ночи пугается, что не справилась с задачей, и паникует.

– А могло такое быть?

Алекс задумался. Мысли его будто сами нащупали компьютерную мышь и запустили записи всех последних звонков с Алисой.

– Вряд ли. С ней у нас проблем никогда не было.

Даница откинулась в кресле и что-то пометила в жёлтой записной книжке:

– Тогда почему бы вам просто не поверить в то, что она правда ошиблась номером?

– Да Бог бы с ней, если ошиблась. Я в личную жизнь своих ребят не лезу, – взгляд Алекса потянулся к круглому зеркальцу на столе за спиной Даницы. – Но вот то, что она сказала…

– Что именно?

– Что я «не тот Алекс», – слова дались с трудом. – И я вот подумал, что, возможно, так оно и есть. Я не тот. Потому я уже три месяца вижусь с вами каждую сраную неделю.

– Пазите, – с наигранной укоризной сказала Даница. – А вообще… Вы, вот, не думали, что «тот Алекс» – на самом деле, Алексей, которого вы силой оставили в Казани и… Как это сказать? Отрешили? Отшили?

– Отрёкся? – Алекс поджал губы. – Думаю, причины на то были. Алексей был женат. Алексей знал, что с ним будет завтра и чего хочет от жизни.

– Неужели Алекс не хочет ничего? Совсем-совсем? Должно быть что-то.

– Дотянуть до зарплаты. Закрыть план апреля так, чтобы директор не делал мозги, – Алекс уловил край собственного глаза в зеркале Даницы. – И, пожалуй, выяснить, зачем сотрудницы волнуют меня ночными звонками.

– Вот с последнего и начните, – терапевт подалась вперёд и сверкнула линзами. – Просто спросите её.

4.

Вторник. 01.04.2025. 20.12 по Белграду.

Алекс верил, что «режим полёта» в его телефоне обладал магией. Стоило ему на час уйти с радаров, как каждый в списке контактов стремился заполнить его ленту уведомлений к моменту включения связи.

Зудели рабочие беседы, оживлялся каждый новостной канал. Родственникам как раз попадалась свежая открытка из криво смонтированных котят на фоне цветов. Даже давно забытые институтские друзья решались объявиться именно сейчас.

– Нет, я не полечу в Турцию ради тусовки в рабочий день, – Алекс отхлебнул пены из высокого бокала. – И вас с днём гусиного паштета, тётя Роза.

Он всегда приходил на эту террасу при кафе после встреч с Даницей Маркович. Заведеньице притаилось в тихом переулке, вдали от троп туристов и зевак. Всего десяток метров от улицы Князя Михаила – а уже нет ни горластых толп, ни прилипал с протянутыми ладонями.

Да и пиво сразу дешевле на сотню динаров.

– Брейншторм новых проектов? – палец Алекса уже побаливал, когда добрался до уведомлений календаря. – Нам бы хоть старые наладить, – он принялся смахивать лепестки оповещений одно за другим. Почти добрался до конца, но большой палец застыл на полпути. – Чего?

Luis Arroyo: «Hola jefe! Кидаю контент-план на апрель, Алиса попросила. Сорян, что поздно!»

Луис Алексу всегда нравился. Парень родился в Эквадоре, отучился в Москве и оказался в Аргентине, попутно освоив аж три языка, включая беглый английский. Находка для тех, кто мечтал покорить Латинскую Америку очередной порцией дешёвого контента.

Но старшей по блогерам в «Нексторе» оставалась Алиса, и причины тому были. Контент-план, во всяком случае, Алекс точно ждал не от Луиса.

Он раскрыл уведомление и потянулся к мелким буквам на клавиатуре.

Alex Koval: «Привет, Луис. Забрал, спасибо. А чего она сама не скинула?»

Ответ ждать себя не заставил.

Luis Arroyo: «Не знаю, босс. Попросила помочь. Мне не сложно :)»

Конечно, в ином бы Луис не сознался. Даже если бы ему пришлось самому верстать план с нуля по намёткам из общих файлов.

«Да что с Алисой-то?»

Алекса разрывало. Сам себе он твердил, что то было не его дело. Какая разница, что там творится у команды по ночам? Пусть хоть супругам изменяют, покуда задачи выполняются.

«Так, не выполнились же,» – твердил чёртик на левом плече. Куда тяжелее того, что ворковал на правом.

– Да ли je све у реду? – низким голосом спросила миловидная официантка.

На полторы головы выше Алекса, она зависла над столом с любезной улыбкой, готовая забрать опустевший бокал.

Алекс решил, что всё было настолько не в порядке, что заказать второй – идея крайне разумная.

Пока несли свежее пиво, Алекс будто растворился в вечернем Белграде, окружённый дрожащим пламенем обогревателей. Он не сразу понял, с каким, должно быть, глупым видом засмотрелся на четверых местных мужичков, задорно обсуждающих недавний баскетбольный матч за вечерней ракией.

Лишь уловив ответные взгляды и осторожные улыбки, Алекс вернулся в тело. Телефон почти выпал из обмякших пальцев.

– Изволите, – проговорила официантка, выставляя свежий бокал перед ним.

– Хвала, – сказал Алекс, не отрывая глаз от телефона.

Призыв Даницы Маркович проявился в голове запоздалым эхом. Пальцы сами разблокировали телефон и потянулись к иноке рабочего мессенджера.

«Спросить её, значит?»

Быстрая загрузка – и вот перед ним список последних бесед. Луис, директор по маркетингу Рома, Лена из HR, Макс Хоффман…

Алиса Марченко. Всё тот же портрет на шикарной набережной да размытые фильтром огни веранд за её спиной.

Алекс вгляделся в последние сообщения.

Пятница. 28.03.2025

Alex Koval: «Алис, привет. Если Тайлер не успевает релизнуть обзор до пн, пометь сразу отмену плиз и занеси в апрель.»

Alisa Marchenko: «Привет, Алекс! Не волнуйся, они успеют выйти на выходных. Обещаю! :)»

Пролистал чуть выше.

Вторник. 11.03.2025

Alisa Marchenko: «Алекс, привет! Скажи, пожалуйста, я могу на завтра взять отгул? У парня приезжает мама, нужно показать ей Барселону :(»

Откровенна, как и всегда. Алекс это ценил: пусть лучше честно расскажет, что выгуливает будущую свекровь, чем ударяется в выдумки о больных котятах и внезапном гриппе, что продлится ровно один рабочий день.

На конце каждого второго сообщения – а то и чаще – эмоджи вишенок. Фирменная подпись Алисы, которая проникла и в её никнеймы, и в пару рабочих документов.

Алекс и не заметил, как пальцы забегали по клавиатуре вопреки его привычке не писать вне рабочих часов.

Alex Koval: «Алиса, привет. Получил контент-план. От Луиса…»

Палец ненадолго завис над иконкой бумажного самолётика, но сообщение всё же ушло.

Ждать ответа было бесполезно: Алиса была из тех, чей статус активности гас ровно в 18.00. Винить её, впрочем, было не в чем. Те, кто оставались дольше, делились на два вида: добровольные жертвенники и злостные прогульщики рабочих часов, что разгребали долги.

Алекс когда-то начинал во второй категории, но после развода и перехода в «Некстору» переметнулся в первую.

– Серьёзно?

Зелёный шарик активности возле миниатюрного портрета Алисы загорелся. Алекс ждал было, что он погаснет вновь, едва она проверит сообщение, но тут же увидел многоточие в строке сообщений.

Alisa Marchenko: «Привет. Да, это я попросила его помочь. Как ты говорил вчера.»

Алекс хмыкнул. Говорил, и впрямь. Но имел в виду лёгкую поддержку, не более.

Alex Koval: «Я думал, ты сама отправишь. Что-то случилось?»

Последнюю фразу он дописал после раздумий секунд в десять.

Alisa Marchenko: «Просто многое навалилось. Прости.»

Видать, навалилось и впрямь. Заместо привычной честности Алиса обратилась к туманным объяснениям.

Alex Koval: «Добро. Не проблема. План посмотрю, завтра на звонке «1-на-1» обсудим.»

Ответом ему стало изображение жёлтой руки с оттопыренным большим пальцем. Ни «пока, Алекс», ни привычных вишенок. Будто в насмешку над замешательством руководителя, погасла иконка активности у фотографии Алисы.

Алекс хмыкнул вновь, протяжнее и громче. Даже местные любители баскетбола обернулись на звук.

Вторая кружка терпкого сербского пива как раз добралась до мозга и спутала мысли, отчего те стали ещё беспокойнее. Алекс перечитывал сообщения, попутно смакуя последние глотки и размышляя, стоит ли заказывать третью порцию.

Было то хмельное наваждение или что-то ещё, Алекс ощутил, как от беспокойства похолодело в груди.

«Это личная жизнь, – твердил голосок с правого плеча. – Не твоё дело.»

«Но такими темпами ты потеряешь лучшего работника в отделе, – возражало левое. – Может, уже потерял.»

5.

Среда. 02.04.2025. 14.23 по Белграду.

Солнце яростно разогревало комнату даже через опущенные рольставни. Какая-то издёвка – на улице ещё было прохладно без верного вязаного кардигана, купленного на распродаже лет пять назад, а квартира уже требовала, чтобы Алекс включил кондиционер.

«Только за зимнее отопление расплатился, – ворчал он про себя. – Дайте хоть пару месяцев с нормальными счетами протянуть.»

Нудный доклад Макса Хоффмана прорвался через толщу усталых мыслей.

– …В общем, я считаю, что показатели кампании обманчивые и продолжать её не стоит, – вещал Макс из угла экрана, демонстрируя очередной массив из ячеек с цифрами. – Учитывая, что мы реактивируем старых клиентов, в итоговую стоимость нужно заложить и цену их первичного привлечения…

– Как скажешь, – проговорил Алекс, потирая лоб. – Отключай сегодня, если считаешь нужным.

– Вот так, сразу? – Макс опешил. Даже очки сползли с переносицы. – Можем для начала снизить дневной бюджет.

Каждая встреча с ним напоминала Алексу институтские лекции, вроде истории и философии. Из тех, чья ценность будущим менеджерам понятна едва ли.

Макс, конечно, старался и дело своё знал: рекламные кабинеты из недели в неделю возвращали показатели даже лучше целевых. Пусть многие и судачили, что, мол, он прячется за ворохом терминов и нудных слайдов, чтобы прикрыть вялую, в общем-то, компетенцию.

Возможно, сами поступали так же.

– Просто дай знать, что решишь, – заключил Алекс, а курсор его уже кружился вокруг красной кнопки сброса. – Я тебе доверяю.

– Скоро решу! – Макс повернул голову и прищурился от потока солнца, залившего лицо. – Но сегодня в Берлине классная выставка, и в девятнадцать часов она закроется…

– Добро, можешь уйти пораньше, – поспешил кивнуть Алекс. – До связи, Макс. Пиши, если что.

Очередной сводки берлинских новостей ему только не хватало. Из всего потока информации двадцать первого века Алекс меньше всего ценил знания о том, что творилось в городах, посещать которые он и не собирался.

Тем более, что мысленно он уже сидел на следующем звонке.

14.30: Alex and Alisa, 1-on-1.

Алекс зашёл во встречу за пару минут. Обычно так же поступала и Алиса: так им удавалось покончить со светской беседой до того, как обсуждения погоды в Белграде и Барселоне сожрут время самой встречи.

В этот раз её не было. И в 14.30. И в 14.32.

Когда время в углу экрана показало «14.35», Алекс свернул окно и обратился к списку рабочих контактов. Алиса была в статусе «онлайн», зажатая в списке чатов между чуть надменным взглядом «Директора по Росту» Ромы и менеджером по контенту Лерой.

Если «кадры» выяснят, что кто-то в команде Алекса уже пару дней не работает, но получает деньги…

Приложение пискнуло: Алиса, наконец, присоединилась.

– …Ладно! – успел отзвучать грубый мужской голос где-то на фоне.

Алиса нервно заморгала, но ничуть не дрогнула. Лишь нарочито громко сказала:

– Привет, Алекс!

– Здравствуй.

Он так привык к яркой комнате и паре окон, залитых солнцем, за её спиной, что смутился, едва увидев на их месте размытый фильтрами фон. Алиса сидела перед этим полотном серого шума: ровно, с широко расставленными плечами.

И улыбкой столь дежурной, будто отлили на дешёвой кукольной фабрике.

– Прости, что задержалась, – проговорила Алиса монотонно, почти по слогам. – Интернет сегодня сбоит.

Сбоит – это мягко сказано. Слова её добирались до наушников Алекса раньше, чем разомкнутся губы.

– Ничего, – он выдержал паузу, чтобы ревущий снаружи мотоцикл умчался подальше. – Давай начнём с контент-плана.

– Он точен, насколько возможно, – отчеканила Алиса с каменным лицом, будто ответчик на суде. – Луис подтвердил свою часть и проверил Рафаэля, но сказал, что может быть несколько переносов до недели.

– С этим понятно, – торопливо ответил Алекс. – Я хотел узнать, почему Луис вообще мне его отправил. А не ты.

– Я же сказала, что попросила о помощи, – прозвучало чуть обиженно, пусть на вид Алиса не изменилась. – Ты не это имел в виду в понедельник?

Алекс с досадой взглянул на почерневшее дно кружки. Захотелось заполнить её чем-то покрепче кофе.

– Хорошо, ладно, – сказал он. – Тогда насчёт того звонка, в ночь на вторник…

– Я ошиблась номером, – теперь мимика убежала вперёд голоса.

Алиса чуть сдвинулась вместе со стулом. Размытие за её спиной чуть задрожало и открыло правый верхний угол. Видимо, приняло чёрно-белый портрет в рамке за ещё одного участника звонка.

«Мэрилин Монро, что ли?»

Алекс прочистил горло и подался ближе к оку камеры. Так часто делала Даница Маркович, прежде чем спросить что-то колкое.

– Алиса, у тебя точно всё нормально? Мне кажется, у тебя в жизни творится что-то такое…

– Это личное.

– Верно. Но это влияет на работу. Дедлайны горят, на встречи ты опаздываешь.

– За это я извиняюсь. Но это правда личное.

Алекс вздохнул, предварительно приглушив микрофон на пару секунд. Неопытный слух мог бы различить в его вздохе что-то матерное, но то, конечно, было совпадение.

– Возьми отпуск до конца недели, – сказал он твёрдо. – Скажи «эйчарам», что это срочно и что я отпустил. Реши своё «личное» и, пожалуйста, возвращайся с полными силами. Добро?

Алиса застыла посреди экрана. Алекс уловил мимолётную рябь поверх её лица, прежде чем камера потухла.

– Прости, связь сегодня совсем плохая, – проговорила Алиса издалека, будто из соседней от микрофона комнаты. – Я напишу, как наладится.

Приложение тоскливо пискнуло, едва она вышла со звонка. Алекс долго таращился в собственное скуластое отражение на экране, то морща лоб, то вскидывая брови.

Странное было ощущение: будто в него каким-то образом плюнули через веб-камеру. Два года доверия, выданный авансом титул «старшей» – и даже отпуск по-человечески попросить не может.

Алекс покосился на ещё мерцающую в углу иконку записи – пульсирующий красный круг – и с силой клацнул по мыши, чтобы закрыть встречу.

Казалось, что безразличный, почти безжизненный взгляд Алисы отпечатался даже на рабочем столе. Ещё слышался её холодный тон, похожий на то, как он сказала «не тот Алекс» в трубку в три часа ночи.

И оттого становилось всё страннее. Просидев ещё с пятнадцать минут над пустой кружкой, Алексу пришлось хлопнуть себя по небритой щеке, чтобы опомниться.

Выводы складывались причудливые. Даже страшные.

Знать бы только, как их проверить.

6.

Четверг. 03.04.2025. 00.22 по Белграду.

Курсор лениво лавировал между видеофайлами. Сериалы, фильмы, подкасты – библиотека, достойная опытного холостяка.

Некоторые Алекс пересмотрел по стольку раз, что мог по названию файла воспроизвести добрую половину диалогов, даже на английском. Иные, напротив, пылились на жёстком диске ещё с тех пор, как он старательно выкачивал содержимое очередного пиратского сайта в Казани.

Уж больше трёх лет прошло.

Что бы ни творилось в мире, родной город Алекс любил и оставлять не хотел. У Иры были иные взгляды, но тянулись они чаще к чему-то тёплому, желательно – чтобы пальмы соседствовали со стеклянными небоскрёбами.

И пятизначными суммами на достойную жизнь в месяц, конечно.

Но «Алрокс», прошлая фирма Алекса, нарисовала чудесную картинку, когда зазывала в Белград. Свежий офис с бильярдными столами и безлимитным буфетом. Квартира на балансе компании. Ну, и дружный коллектив – куда без него?

Жаль, картинка эта оказалась правдоподобной объёмной иллюзией на бетонной стене.

«Как в том пранке.»

Как часто бывало с новичками в финансовых технологиях, бюджеты на покорение мира оказались на пару нолей длиннее, чем имелось у компании на счетах. Сначала попросили на выход из квартиры, затем и офис сдали, не отработав в нём и полгода.

Тревожный колокол пробил набат, когда впервые задержали зарплату.

Затем был развод. Переезд в хилую однушку на десяток кварталов дальше от центра. И, наконец – «Некстора».

– «Без Лица»? Ну, не в шестой же раз… – Алекс вынырнул из прошлого, лишь почти пролистав библиотеку до фильмов-ровесников его самого. – Хотя, это мысль…

Алекс давно не винил себя за разговоры с самим собой – перестал ещё до того, как и Даница подтвердила их роль в борьбе с одиночеством.

В несколько остервенелых кликов он открыл рабочее облако файлов. Папку с записями всех последних встреч, если точнее.

Загадки Алекс обожал и одновременно ненавидел с малых лет. Всячески избегал, но, столкнувшись, уже не мог остановиться, пока не найдёт достаточный ответ на очередной ребус.

Алиса же на этой неделе устроила ему задачу «со звёздочкой».

– Если это вообще ты, – прогудел Алекс в отверстие банки пива.

Забавное вышло эхо, в отличие от догадки. Чем дольше Алекс вспоминал их беседу накануне днём, тем меньше верил в то, что говорил с Алисой.

Скорее – с её отпечатком. С тем же загорелым лицом и родинкой над полными инъекций губами, но без пылкой готовности работать на благо «Нексторы».

Ну, или на своё благо: в Барселоне жизнь – не из дешёвых. Не с руки терять работу.

– Допустим, пятое марта, – Алекс дважды кликнул.

Он открыл два файла одновременно, расположил их рядом так, чтобы каждый занял по половине экрана.

Два звонка – сегодняшний и месячной давности. И две разные Алисы, как ему казалось всё больше.

И наушники надевать бы не пришлось. «Левая Алиса» активно водила руками вслед каждому слову, вертелась на стуле с высокой спинкой, пока за её спиной каталонское солнце грело тонированные стёкла в пол.

Ладони правой будто смазали суперклеем и вдавили в стол. Лицо если и двигалось, то вразнобой со словами.

На записи хорошо виднелись помехи, которые в моменте Алекс не разглядел. Не привычные подтормаживания от плохой связи, но угловатые полосы ряби по всей Алисе.

Лишь однажды она чуть повернула голову влево, и черты её тут же исказились. Подбородок будто втянулся, а челюсть, напротив, потяжелела.

– Да быть не может, – Алекс поперхнулся пивом и сплюнул в миску с остатками утренних хлопьев. – Нейронка, что ли?

Продлился сбой лишь секунду. Моргни – и пропустишь. Но теперь-то у него была волшебная кнопка паузы.

– Или я уже с ума схожу.

Как говорила Даница, выгорание опасно тем, что замечаешь его, лишь покрывшись корочкой пепла.

Раньше, вплоть до «Алрокса» и первого года в «Нексторе», Алекс готов был молиться, лишь бы остаться в стороне от рабочей драмы. Теперь он невольно цеплялся за любой отголосок сплетен, превращал её в загадку, пытался соединить слухи в целостный пазл.

Как ещё быть, если каждый новый день похож на предыдущий, только тусклее?

– Кажись, опять, – Алекс запустил руку в обледеневший холодильник и нащупал свежую банку «жёлто-чёрного оленя».

Впрочем, проверить-то стоило.

С Алисой точно что-то стряслось. А хороший тимлид заботится о своих птенцах, как учили на каждом дорогущем тренинге, оплаченном компанией за последний год.

7.

Четверг. 03.04.2025. 09.01 по Белграду.

– Господи, Алексей, что такое срочное, чтобы созваниваться в такую рань?

Лена, штатный «эйчар» компании, подключилась в таком виде, будто была уверена, что камера у неё сломана.

В одной только лёгкой майке, голову она завернула в розовое полотенце, а у лица держала наполовину съеденный бутерброд с копчёной колбасой.

Ещё и напомнила, что завтракать Алекс опять не стал.

– У тебя, кажется, одиннадцатый час, – напомнил он мягко.

– Именно, – Лена отложила бутерброд за кадр и отряхнула руки. – Так, что у вас там стряслось в Маркетинге?

Алекс поднял блокнот для заметок. Заметок, которых не было: лишь пустые линии с парой завитков от того, как он расписывал ручку.

– Марченко приходила отметиться по отпуску? – спросил он.

– Какому ещё отпуску?

Лена подскочила так, что голова наполовину ушла из рамки камеры. Донеслись озлобленные удары её пальцев по клавишам.

– Ничего у меня нет по ней! – всё шире и шире становились её ноздри. – Вы опять забываете вести учёт, да? Я же просила-

– Всё спонтанно вышло. Мне кажется, у неё какие-то проблемы.

– А именно? Здоровье, на личном фронте? – Лена сощурилась, как лиса на охоте. – Другую работёнку подыскала?

– Пока не уверен, – торопливо заверил Алекс. – Как выясню чего – скажу, но пока… Можешь скинуть всё, что на неё есть? Карточка сотрудника, контакты, страницы в соцсетях.

Лена трижды хмыкнула, с каждым разом отводя голову всё дальше от камеры:

– Ты чего задумал, Коваль? Жоржа не слушал на общих встречах? Мы же «бирюзовая» компания, не следим за своими, аккаунты их не контролируем.

«А потом удивляемся, когда кто-то начинает работать только по два часа в чётные дни.»

– Я помню, что говорил Жорж, и знаю, что ты всё равно хранишь это всё, – Алекс нахмурился. – Просто поделись ссылками.

– А вот проводи ты тимбилдинги почаще, и так бы знал все страницы своих ребят.

Алекс промолчал. Посиделки с выпивкой через веб-камеры для него были таким же сплочением коллектива, как просмотр порно – чистой любовью.

Лена же зашелестела по клавишам уже куда спокойнее, но острый карий взгляд то и дело косился обратно к камере.

– Вообще, если уж так хочешь знать, что там творится с твоей Алисой, поговори с Кристиной из Продаж. Они, кажется, сдружились на последнем корпоративе, – она перешла на шёпот, будто кто-то мог подслушать. – К тому же, эта лиса побольше нашего слухов знает, прирождённый эйчар! А вы и живёте совсем рядом: с глазу на глаз всяко удобнее сплетничать.

– Угу, – угрюмо буркнул Алекс. – Рядом, куда уж.

8.

Четверг. 03.04.2025. 19.51 по Нови-Саду.

Сорок минут на электричке от Белграда до его ближайшего крупного соседа на севере. Для большинства – всего ничего.

Для того, кто предпочёл бы из дома не выходить вовсе – целая вечность.

В Нови-Саде Алекс не бывал уже почти год. С тех пор, как Роберт, его старый друг и коллега по «Алроксу», променял эти узкие улочки провинциальной Австро-Венгрии на паутину Мадрида из бетона и стекла.

Ещё один предатель.

Разговор в переписке с Кристиной Коротковой из продаж получился под стать её фамилии. Алекс успел лишь очертить широкими мазками беспокойство об Алисе – и вот уже возникло предложение встретиться за коктейлями в одном из местных баров.

Белград Кристину не устроил категорически: слишком шумно, слишком далеко, слишком малознакомо. Впрочем, её саму Алекс мог описать так же, пусть и общались они нечасто: по работе да на редких виртуальных корпоративах.

Место она подобрала необычное: бар разместился в старом трёхэтажном знании на одной из центральных улиц. Лепнина под потолком, старомодные голубые обои, картины в изящных рамах – Алекс будто попал на приём в салон белогвардейской эмигрантки.

Разве что в джинсах и поло вместо фрака с цилиндром.

Кристина, впрочем, и сама утруждаться не стала. Явилась она с опозданием на пятнадцать минут и в таком виде, будто только что вылезла из-за рабочего стола: огромная толстовка с облезшим логотипом какого-то универа, тёмные джинсы, нескладный светлый пучок на голове.

Жорж считал, что времена вылизанных продажников в белых сорочках ушли в прошлое: доверия, мол, не вызывали.

– Во, дела! – Кристина раздула розоватые щёки, едва усевшись за стол. – Пару лет так близко живём и только сейчас развиртуализируемся!

Алекс слегка поморщился от этого слова, но возражать вслух не стал. Помнилось ему, новые знакомые не любили, когда он так делал.

– Заказал, пока тебя ждал, – он поднял полупустой бокал с крепким смешением рома и колы. –Попросить, чтобы вернули меню?

– Не надо, я его наизусть помню.

Кристина развернулась на стуле, подозвала через весь зал высоченного официанта в чёрной рубашке и на беглом сербском изъявила весь хитрый заказ. Алекс и половины этих слов не знал.

– Так, что там с Алисой случилось? – с прищуром Кристина стала похожа на довольную кошку. – Запал на неё? Разочарую – она давно при парне. Но и обрадую – у парня не всё гладко.

– Не попала, – Алекс помотал головой. – Вопрос вообще в другом.

– Так не томи.

Алекс подбирал слова осторожно. Мычал, тянул паузы, пока подбирал следующее. Последнее, что ему хотелось – сойти за безумца, уверовавшего в заговор по сети.

Воздыхатель на удалёнке – и то не так позорно.

Заканчивал рассказ он уже над пустым стаканом. Кристина успела осушить свой, заказать следующий и даже получить его. Под самую развязку она как раз сделала первый глоток причудливого коктейля из голубых и розовых слоёв.

– …Типа, ты говорил с ней, но не с ней? – отстранённо сказала Кристина с трубочкой между зубов. – Так, получается?

– Это сложно объяснить, – Алекс развёл руками. – Но ты же видела, что сегодня умеют нейросети. Есть целые каналы блогеров, которых вообще не существует на самом деле. Знаю, бред. Это вообще другое…

– Да подожди ты ярлыки вешать, – Кристина властно выставила руку. Будто была директором каким, а не менеджером отдела продаж. – Слышал про Рашида из разработки?

Алекс пожал плечами. Имя мелькало где-то в чатах, но явно недолго, раз даже фамилия не вспоминалась.

– Месяцев девять назад в «Некстору» взяли старшего разраба. Оффер, как я слышала – на двенадцать тысяч в месяц, – продолжила его собеседница, явно гордая собственной осведомлённостью. – Парень страшно толковый показался всем. Чуть ли не лидом в Америке работал, в Долине. Вышел он к нам, и тут начались странности.

– Кто-то наврал в резюме? – Алекс округлил глаза. – Ужас, не знал, что такое бывает.

– Не наврал. В технологиях шарит, дело своё знает, но иногда косячил, как будто вчера из универа вышел. Да и лид его заметил, будто два разных человека работает: в переписке он один, на звонках – совсем другой.

– Только не говори, что он перенанял кого-то на собственную работу.

– Парня из Индии. Давал ему полторы тысячи в месяц и инструкцию, как выполнять задачи. Сам приходил только на встречи, а разницу клал себе в карман, – Кристина говорила одновременно с пренебрежением и восхищением. – И таких проектов у него было не меньше трёх. На одном из них не выдержала совесть очередного его «подрядчика», и он наябедничал руководству. Так и разнеслось по рынку.

Алекс и забыл, как громко научился свистеть. Пары с обоих соседних столиков обернулись с лёгким недоумением, и он ответил им улыбочкой. Наверное, так он показался ещё глупее.

– Ты не подумай, я тебе верю, – проговорил он тихо. – Но на Алису это непохоже. Два года всё нормально, а потом этот звонок… Слушай, она правда была чем-то перепугана. Вот, по-настоящему. Как будто что-то плохое случилось.

Кристина вроде и покивала, но в глазах её тлело сомнение в каждом слове Алекса:

– Да уж, сложно что-то выяснить так, через монитор. Поэтому я и скучаю по старым-добрым офисам.

Алекс предположил, что без офиса ей лишь было сложнее собирать слухи. Но опять же – новые знакомые редко любили едкие уколы.

– Слушай, – опомнился он. – Так, а что там с её парнем?

– Ага, всё-таки интересно?

– Это может быть важно.

– Ну, да, – Кристина заметно засмущалась. Даже порозовела вокруг едва заметных веснушек. – Андрей его зовут. Они, кажется, вместе лет пять, но в последнее время ему не везёт с работой. Как ты понимаешь, одной ей тянуть жить в Испании, на съёмной квартире, сложно. Она даже…

Теперь Кристина совсем зарделась.

– Чего она «даже»? – подстегнул её Алекс нетерпеливо. – Левачила? В плане работы или в плане любовника при деньгах?

– Любовник – сильно вряд ли. Да, выглядит она ярко и репутация у неё от этого… К-хм, легкой на подъём.

– Я бы так не сказал.

– И был бы прав. Но, вот, что касается работы… – Кристина старательно тянула вуаль загадочности за каждым словом. – Пару раз она точно лайкала разные посты про поиск работы на «Линке». Ты, кстати – тоже.

– С кем не бывает?

Кто ни разу вечерами не листал ленту вакансий под пиво-другое, вполне мог бы бросить в Алекса камень, и тот бы не возразил. Святой человек заслужил бы такое право, существуй нынче хоть один.

– Я к тому, что всякое могло быть, – Кристина вздохнула. То ли от мыслей, то ли от вида опустевшего вновь бокала. – Не надо сразу думать о плохом.

Алекс слышал такое не раз. И ни разу не помогло.

– Просто помоги мне выяснить, чего у Алисы там творится, – попросил он. – Напиши ей по-дружески и дай знать, если чего странное заметишь.

Он выложил на стол восемьсот динаров и, скрипнув стулом, встал. Вновь – под недовольные взгляды соседей по бару.

– Я могу начать и с того, чтоб посмотреть ту запись, которая тебя так смущает. Ну, с «нейросетью», – предложила Кристина. – Вы же, начальники, все записи храните в облаке.

– Отправлю из поезда, – отмахнулся Алекс. – Сейчас долго заходить в рабочий диск.

Конечно, доступ на телефоне у него всегда оставался активен. Алекс просто не хотел лишний раз пересматривать эту запись. Было в ней что-то такое, что нутро разом выхолаживало.

Будто он глядел на выступление чревовещателя или спиритический сеанс.

– Слушай! – Кристина окликнула Алекса уже на пути к выходу. – Мы же точно не каким-то странным сталкерством занимаемся?

– Точно, – заверил Алекс. – Посмотришь запись – сама всё поймёшь.

9.

Четверг. 03.04.2025. 23.40 по Белграду

Полночь всегда была личным Рубиконом Алекса.

Можно было лечь спать и хотя бы надеяться, что поутру глаза можно будет разлепить без домкрата и пары таблеток Ибупрофена. Или же перейти этот рубеж, и тогда уже точно не сомкнуть глаз до глубокой ночи.

В этот раз выбор сделали за него.

Christina Korotkoff: «Б**, Алекс! Это реальная запись? Так всё выглядело?»

Он горько усмехнулся и вставил в зубы сигарету. Крепкую, одну из тех, что ещё выпускались с жёлтым фильтром.

Alex Koval: «Я не редачил, если ты об этом. Скажи же, странно она выглядит?»

Christina Korotkoff: «Ну, я почти уже верю, что Алиса сделала себе ИИ-аватар, чтобы жонглировать работами.»

Алекс щёлкнул зажигалкой и покачал головой перед потускневшим в ночном режиме экраном.

Даже «Рашид из разработки» додумался на звонки приходить лично. Да и странности Алисы начались раньше.

То ли холодных сообщений без «вишенок», то ли с просроченного контент-плана.

Как минимум, с того грёбанного звонка в ночи.

Взгляд Алекса завис на соседском окне, где какой-то парень в одних трусах боролся с пододеяльником. Непременно матерился при этом, не иначе.

На каком языке, интересно? Местный или ещё один пришлый в Белграде? Живёт, наверное один: ни девушек, ни родителей Алекс в том окне ещё не видал.

Только этого короткостриженого юношу лет двадцати.

«Кончай пялиться.»

Алексу даже показалось, что он уловил ответный взгляд, хотя сам, наверное, выглядел одиноким красным огоньком сигареты на тёмном балконе.

Чем-то таким он был и для Алисы, и для остальных ребят в команде. Набором букв и фотографией, которая пару раз в неделю оживала, чтобы раздать свежие задачи на встрече.

А теперь – таращился так же в её жизнь, пытался понять, что пошло не так. Только вместо окна – прямоугольник телефона с открытым профилем «Инстаграма».

Алиса Марченко. Флаги Испании и Беларуси рядом с именем. Лента полна солнца, лёгких платьев и коктейлей. Последний пост – восемь дней назад: оранжевый напиток в высоком бокале на фоне оранжевого же заката.

Кристина не лукавила – впечатление Алиса производила спорное. Сарафаны на загорелой коже, сделанные губы, нарощенные ресницы. Всё это – на фоне роскошных яхт в гавани и золотистых пляжей.

Но, работая с ней, Алекс чувствовал, что весь этот гламур оставался напускным. Таким же закодированным образом, подогнанным под лекала современности, как его собственная фотография в пиджаке и белой рубашке на всех аватарах.

Лет шесть ей уж было. Сменить бы – да выглядеть он стал куда хуже.

– Андрей, значит?

Найти его оказалось просто. Среди подписок Алисы Андреев оказалось только четверо. Лишь один походил на того парня, который чаще прочих мелькал на совместных фотографиях из прибрежных баров.

Короткая аккуратная бородка, модные очки-авиаторы на широкой переносице, блестящий чёрный зачёс на затылок – так и не скажешь, что этот любитель рубашек нараспашку месяцами мучился без работы.

Алекс дождался, пока сигарета прогорит до фильтра, чтобы освободить вторую руку, и нажал на кнопку «нового сообщения».

Alex Koval: «Андрей, здравствуй. Это Алексей, начальник Алисы Марченко…»

– Здравствуй? – прочитал он себе под нос, вдавив кнопку удаления текста. – Нет, звучит, как будто я его отчитывать собрался. Ещё и начальник…

Alex Koval: «Андрей, привет. Это Алекс, лид Алисы Марченко. Вчера на звонке она сказала, что у вас какие-то проблемы с Интернетом, и с тех пор на работе не появлялась. Хотел узнать, всё ли нормально.»

– Бляха, зря я это.

Сначала пожаловался Кадрам. Вытащил Кристину из Продаж из виртуальной комнаты аж в целый бар. Теперь – дописался до парня своей сотрудницы просто потому, что та странно себя вела.

Слишком серьёзным всё вдруг показалось.

А отметка «прочитано» появилась спустя секунд десять.

@andrewgrate: «Здравствуйте! Это она вчера сказала???»

Алекс хмыкнул: к чёрту его с порога не послали. И вопросительных знаков – аж три.

Alex Koval: «Так точно. У нас вчера был звонок.»

Ожидание затянулось. Интерфейс любезно подсказывал, что Андрей что-то печатал, а потом вдруг переставал. Алекс уже захотел было зажечь новую сигарету, когда телефон подал короткий сигнал.

@andrewgrate: «Вы случайно не могли бы созвониться со мной? Хочу кое-что уточнить…»

10.

Пятница. 04.04.2025. 00.10 по Белграду

– Как меня слышно? – по привычке спросил Алекс, едва соединение установилось.

– Всё хорошо.

Андрей звучал глухо, отстранённо. Едва он замолчал, трубка наполнилась тяжким сопением.

– Так, что ты хотел уточнить? – подсказал Алекс.

– Насчёт Алисы, – буркнул Андрей. – Вы сказали, что вчера с ней говорили? На работе, да? Уверены?

Алекс отвёл телефон от уха, чтобы свериться с датой на экране. Всё же чувство времени он утратил ещё не настолько.

– Ну, по нашему времени – уже позавчера. Каждую среду у нас личный звонок один на один.

Андрей протяжно хмыкнул:

– А я-то верил, идиот.

– Во что именно?

– Вот же ж я дебил!

Зубы Алекса скрежетнули. Он искал догадки, а не ночное самобичевание в трубке.

– В чём дело, Андрей? О чём ты?

– Она сказала, что взяла отпуск, ещё в понедельник вечером, и уехала. Сказала, с мамой какая-то беда.

– Так… Понедельник?

– Угу. Ушла встретиться с подругой, в ночи отписалась, что задержится.

– И тогда решила взять отпуск?

– Под утро написала, во вторник. Говорю же: беда с мамой, надо срочно лететь в Минск. И что связи какое-то время почти не будет.

Алекс покачал головой. «Беда с мамой» объяснила бы многое: от перемены настроя до непривычного размытого фона. Всё же панорамные окна в Испании демонстрировать приятнее, чем старые обои в родительской квартире.

А «нейросеть» вполне могла быть сбоящим фильтром, призванным скрыть зарёванное лицо.

– Ну, ещё два дня с тех пор она отработала, – уверенно заявил Алекс. – Но со среды в сети не появлялась. На звонке она явно была не в духе, и по задачам начались проблемы. Я предложил ей взять отпуск, но до Отдела Кадров она так и не дошла. Думал, ты можешь что-то знать и передать ей, чтобы отдохнула, сколько потребуется.

Андрей нервно рассмеялся за пару тысяч километров от него:

– Да ничего я уже ей не передам. Мне кажется, она так со мной ненавязчиво рассталась и сбежала к той же подружке. Причины были, чего уж там.

Об этом упоминала и Кристина несколькими часами ранее. Странное спокойствие в груди Алекса совсем чуть-чуть напоминало разочарование.

Ну, хоть мама, вероятно, в порядке.

«Надо бы моей позвонить.»

– Понял. Спасибо, Андрей. Жаль, что у вас всё так-

– Но вот что странно, – вдруг перебил Андрей. – Ноутбук она так и не забрала. С телефона, что ли, работала? Она же всегда жаловалась, как это неудобно.

– Я бы заметил, будь она с телефона.

Алекс всегда умел ловить тех, кто отлынивает в рабочие часы. Непривычное разрешение, пальцы тычутся в экран у самой камеры – перепутать сложно.

– А что она вообще взяла с собой? – спросил он. – Деньги, одежду, зарядники? Паспорт, как минимум – раз, якобы, в Минск собиралась?

– Не знаю, я в ящики её не лазил, конечно, но вроде всё на месте, – Андрей вздохнул. – Пока я был дома, Алиса не возвращалась. Видимо, настолько не хотела меня видеть.

Кажется, Алекс уловил тихие всхлипы через трубку. Даницей он не звался и корочек психолога не имел, так что и при истерике оставленного жениха присутствовать не желал.

– Спасибо за инфу, Андрей, – сухо сказал Алекс. – Дай знать, если чего прояснится.

Сам-то он верил, что что-то прояснилось, ещё пятнадцать секунд тому назад. Неудачная любовь, побег к подруге, попытка пару дней работать как ни в чём не бывало – такое случалось.

Даже с ним самим пару раз бывало ещё до развода.

Но ясность эта осталась мимолётной, и тревога за Алису быстро распалилась вновь.

«Лучше бы оставался в трафике, – подумал Алекс, извлекая из пачки новую сигарету. – Цифры, графики… И никаких, бляха, сложных людей.»

11.

Пятница. 04.04.2025. 13.10 по Белграду

Christina Korotkoff: «Да это бред полный! Сам в это веришь?»

Christina Korotkoff: «Какой нахер Минск?»

Телефон вибрировал раз в тридцать секунд вместе с рабочим столом Алекса. Кристине не терпелось поделиться здоровым недоверием к истории Андрея, так что и выждать полдня до начала выходных она не могла.

Очередной поток возражений Алекса посреди встречи по итогам недели в маркетинге. И в очередной раз она переросла в спор, в котором вежливость всё глубже тонула под желанием доказать, что профессионал здесь нашёлся бы только один.

– …Поэтому дождитесь наших публикаций, и уже потом тратьте бюджеты на свои дела, – медленно, нараспев твердила Кира.

Помаду в этот раз она подобрала пурпурную. На глаз Алекса, со строгой светлой стрижкой по плечи сочеталось плохо, но что бы он знал?

Ира всегда уверяла, что вкус у него атрофировался задолго до того, как они встретились.

– Ну, а смысл тянуть? – улыбка не покидала уст Луиса, даже когда он спорил. – Вы своё делаете, мы – своё.

– Согласен, – аналитик Игорь так развалился на стуле, что видно было только голову выше носа. – Нет смысла так жёстко привязывать перформанс-кампании к пиарным историям.

Кира надула губы и посмотрела куда-то влево. Видимо, там на её экране расположился штатный трафик-менеджер «Нексторы».

– Макс, ну хоть ты скажи, – тонкий нос её вздёрнулся, будто учуяв что-то скверное. – Ты же видел, что хороший пиар перед кампанией прогревает трафик.

Макс подёргал оправу очков двумя пальцами и сморщился:

– Корреляция неочевидна, но это не значит, что её нет. Даже если синергию сложно отследить…

Телефон зазудел на столе вновь, и Алекс принял это с благодарностью. Был повод отвлечься от очередного потока рассуждений Макса.

Трафик-менеджер давно стал для Киры верной лошадкой, готовой подвезти даже самую спорную её идею.

Christina Korotkoff: «Ау, ты тут?»

Christina Korotkoff: «Слушай, нам нужно как-то собрать всю инфу. Дело правда странно пахнет.»

– …Amiga, ты сама попробуй организовать десяток ребят из Аргентины так, чтобы они сделали посты в нужное тебе окно, – чуть снисходительно ворковал Луис вплотную к микрофону. – Если получится – я лично для тебя гражданство выпрошу.

Кира вытянула губы в струнку и заморгала с бешеной скоростью:

– Больно оно мне нужно. Извините, может, я и не права, но я привыкла работать с профи.

– Она сейчас про нас или про аргентинцев? – ехидство проступило через каменное лицо Леры из Контента.

Christina Korotkoff: «Точняк, Алекс, нам нужна доска как в фильмах! Я соберу!»

Алекс вздохнул. Уже казалось, что даже ноутбук перегревался от бойкой перепалки на звонке.

– Рафаэль, ты чего думаешь? – спросил он, уличив заминку.

Раф Саркисян дёрнулся. Вид у него был такой, будто он не ожидал, что кто-то вообще помнит о его присутствии на звонке. Так, впрочем, и бывало зачастую.

– Я? – переспросил Рафаэль, почёсывая свежую гуталиновую щетину. – Ну, я думаю, что так мы ничего не выясним. Можем же попробовать: необязательно сразу тратить всё.

– Именно, – Алекс кивнул. – Запустите активности на сорок процентов от планового бюджета с понедельника. Если показатели будут низкие – придержим остальное до выхода статей и интервью с Жоржем.

– Так точно, босс, – рассмеялся Луис.

Рафаэль расплылся в яркой улыбке, довольный собой, а Макс закивал. Кира же поджала напомаженные губы и сощурила один глаз:

– Когда, кстати, Алиса выходит из отпуска? Тут бы она очень пригодилась, не стоило отпускать.

– Она пашет как вол, – возразила Лера. – Пусть отдохнёт.

Алекс вытянул палец перед камерой:

– Я разве говорил, что она отдыхает? У неё семейные обстоятельства, так что вернётся, когда сможет.

– Семейные? – Макс заметно обеспокоился: зеленющие глаза остро сверкнули поверх очков. – Что-то серьёзное? Здоровье?

– Макс, ну не наше это дело, – укоризненно сказала Кира.

Хоть и сама подняла эту тему. Видимо, решила, что Алиса решила залиться коктейлями где-нибудь на Канарах вместо того, чтобы увлекательно спорить с ней на встречах.

– Кажется, что-то с мамой, – только и сказал Алекс.

Выдохнул он, лишь когда шум в наушниках затих и уступил место шуму привычнее: рокоту машин на улицах под окнами и воплям детей на ближайшей площадке. Лишь изредка им поддакивали мелкие собачки с визгливыми голосками.

По меркам Алекса – вполне себе тишина.

И нарушил её очередной треск рабочего мессенджера:

Keira Rogova (Lead PR): «Кстати, мы по Белград-саммиту не обсудили. Жорж просил напомнить, что мы на тебя очень рассчитываем.»

– Хренов корень, – Алекс скорчил лицо и провёл ладонью по сальным волосам.

Раз в год, как раз в апреле, светила маркетинга и бизнеса собирались на площадке белградской ярмарки «Сайам», чтобы поделиться мудростью, которую сам Алекс легко находил в бесплатных видео на «Ютубе».

Знания свои они ценили высоко, так что и билеты охотно пробивали планку в тысячу евро за пару дней такого себе шампанского и пустых разговоров, любезно наречённых «нетворкингом».

Жорж Ребко не упускал шансов посиять улыбкой перед стендом «Нексторы». Стоя рядом годом ранее, Алекс подметил, что такой перформанс скорее привлёк бы энтузиастов стоматологии, чем инвесторов.

Alex Koval: «Конечно, я помню. Как будто выбор есть.»

Keira Rogova (Lead PR): «Ну, наверное, Жорж хотел убедиться, что и ты это помнишь. Я уже выслала раздатку организаторам, так что забери, как пройдёшь регистрацию на месте.»

Alex Koval: «А сама ты не приедешь? Я думал, тут рай для пиара.»

Keira Rogova (Lead PR): «Думаю, нет. Поберегу силы для встреч покрупнее.»

«Куда уж нам такую честь?» – угрюмо подумал Алекс.

Он посмотрел на часы и тут же перевёл взгляд на список рабочих контактов. От пятницы оставалось ещё четыре рабочих часа, но статусы активности гасли один за другим.

Очень «по-бирюзовому», раз Алекс и возразить не мог, покуда задачи выполнялись.

Перед выпуском из школы учителя со слезами на глазах вещали о том, как последний звонок случается лишь раз в жизни. Только вот на его работе они бывали каждую пятницу.

12.

Пятница. 04.04.2025. 22.15 по Белграду

Christina Korotkoff: «Алекс, куда пропал, блин?»

Christina Korotkoff: «Доску видел?»

Алекс её видел, ещё днём. Смотреть, правда, не стал.

С одной стороны, его манил собственный образ усталого сыщика над россыпью улик. Как нео-нуарный коп из фильмов двухтысячных: пробковая доска, фотография жертвы в центре, цветные нити между клочками заметок и смятыми чеками с заправок.

Только копом он не был. Он был замшелым лидом, который отказывался признать, что выгорел.

Вместо задорного напарника, которому суждено словить пулю в кульминации – явно заскучавшая в соседнем городке девица из Продаж, любительница толстовок и пост-рока.

Вместо последнего дела перед пенсией – такая же выгоревшая сотрудница, которая наврала парню и смылась к подруге, толком не попрощавшись.

Шесть лет вместе? Ну и что?

Бедность, тревожность и передозировка кофеином – вот они, его Ганнибал Лектор, его Кровавый Джон и Троица.

«А я тогда Декстер? Или просто Джо Голдберг?»

Christina Korotkoff: «Алекс, если не ответишь, я начну звонить.»

Christina Korotkoff: «И я знаю, что ты терпеть не можешь звонки.»

– Да откуда б ты это знала?

Он не мог отделаться от мысли, что ошибся, поделившись с Кристиной опасениями об Алисе.

Кристина жила сплетнями – об этом в «Нексторе» знал любой, кто закончил двухмесячный испытательный срок. Конфликты в командах, дела любовные и телесные на редких корпоративах – она хотела знать всё.

От планов по новым продуктам до зарплатной ведомости самого Жоржа и приближённых.

«Но ведь знала.»

Алекс всегда отдавал должное, если кто-то этого заслуживал, и Кристина своё дело знала. Она хваталась за обрывки разговоров в ожидании начала звонка, подмечала изменения в кадре веб-камеры и свежие посты в любой соцсети.

Даже жалобы имелись на её любопытство. Луис как-то поделился, что о его переезде в Буэнос-Айрес Кристина прознала даже раньше, чем он сам купил билет на самолёт.

Заметила лишь, что он активно стал реагировать на посты о жизни в том далёком крае.

И Алекс не мог не думать о том, что сам становился таким же. Тем самым жутковатым коллегой: вроде доброжелательным, но знающим о тебе подозрительно много.

Достаточно, чтобы зарубить карьеру одной меткой жалобой.

«Но, может, это мне и нужно, взбодриться?»

Ветер снаружи разгулялся не на шутку, а вдалеке, над холмами, даже прокатилось эхо грома. Скрипнуло дерево во дворе, заскрежетала соседняя крыша.

Алекс прикрыл поплотнее окно и уселся на рабочий стул. Обивка его уже почернела там, где не добрались капли пролитого кофе. На когда-то белом столе отпечатался прямоугольник его ноутбука.

Он открыл мессенджер, щёлкнул по диалогу с Кристиной.

Alex Koval: «Смотрю.»

Конечно, она выбрала любимый сервис всех веб-дизайнеров. Заранее разметила бежевое поле, похожее на пробку, на бесконечной белой доске.

По центру – фото Алисы: то самое, с набережной, которая она выбирала для всех профилей.

К пространству вокруг лица пропавшей девицы прилипли цветные виртуальные стикеры. Кристина заморочилась и тут: шрифт и впрямь напоминал рукописные каракули.

А отпечаток её курсора замигал рядом с доской в режиме общего доступа. Поспешил среагировать и телефон:

Christina Korotkoff: «Ты зашёл? Христос Воскресе!»

– Нет, до этого ещё почти три недели, – подметил Алекс себе под нос.

Глазами он впился в заметки, облепившие цифровую Алису. На первой значилось «по сути, не видели с понедельника».

«По сути? – Алекс мысленно вернулся в ту встречу один на один, вспомнил холодный голос и безжизненное лицо без единой морщинки. – Ну, да, согласен.»

Следующим был салатовый квадрат с немногословной пометкой «парню – Минск, мама». Алекс подумал, что в «облаке» экономить цифровую бумагу было лишним. Но Кристина, похоже, уже вжилась в роль суровой сыщицы с исписанным блокнотом, которая ведёт допрос, пока снаружи дождь молотит в окна.

– Работа, деньги, левак? – зачитал он вслух последнюю заметку, на жёлтом клочке пикселей.

Телефон заверещал сразу. Алекс даже допустил, что Кристина успела поставить прослушку, пока он отлучался в туалет во время встречи.

Голосовой вызов. Челюсти сжались до хруста: Алекс и впрямь их ненавидел.

– Ну как, есть, что добавить? – громко спросила Кристина, едва он принял звонок. – Я повторюсь, что в левак не очень-то верю, но пометить надо. Хотя, на Алису это вообще не похоже, – она звучно хмыкнула. – Алекс? Что скажешь?

– Скажу, что мы с тобой начали с очень большой ошибки, – хмуро проговорил он. – Мы решили, будто знаем всех этих людей. С чего мы взяли, что похоже на Алису, а что – нет? Что её этому Андрею можно верить?

– Ну, мы с Алисой активно общались в сети. Даже виделись в прошлом году, на корпоративе в Черногории. Тебя там, кстати, не было.

– Это я помню.

От порицаний в том, что пропустил единственную полноценную встречу «Нексторы» в округе, Алекс порядком утомился.

«Уж простите – занят был.»

Оформлял развод по букве закона.

– Я к тому, что могла бы её назвать «почти-подругой», – продолжила Кристина с чуть меньшим энтузиазмом. – Да и ты два года её начальником был.

– И знал только то, что она готова была показать.

Аватарки профилей, эмоджи в сообщениях, дежурные улыбки на звонках. Рабочее пространство «Нексторы» – такая же маска, тщательно вырисованная по выбору того, кто её носит.

Заглянуть под неё, увидеть истинное лицо – задача с пометкой «невыполнимо», когда между вами сотни и тысячи километров.

– Так, что ты предлагаешь? – спросила Кристина, тяжело сопя в трубку.

– Забить на это, – ответил Алекс на выдохе. – Это же правда не наше дело.

Мычание наполнило телефон изнутри. На том конце что-то зашуршало, раздался тихий мат Кристины.

– Алекс, про тебя на работе многого всякого говорят…

– Приятно знать. И совсем не обязательно.

– …Например, что у тебя классная чуйка на гипотезы и паттерны. А что, если это касается не одной только рекламы?

– Тогда бы я не развёлся и не оказался бы в провальной эмиграции.

– Сапожник без сапог, бывает, – Кристина коротко рассмеялась. – Слушай, я верю, что ты не сталкер. Если тебе кажется, что с Алисой случилось что-то плохое – это надо проверить. Если она просто сбежала от Андрея – пусть разбираются дальше. А если нет?

– А если нет, – повторил Алекс, точно завороженный простым набором звуков. – С такой дали, и без визы – что мы можем сделать?

– Алекс, – Кристину он не видел, но почему-то знал, что она только что встала на ноги и иронично скривила лицо. – Мы ворочаем миллионами долларов в месяц с одним только компьютером и мышкой. Если можно так вести целый бизнес, думаешь нельзя выяснить, что там случилось с Алисой?

– Детектив на удалёнке? Что-то новенькое…

– Идея для стартапа, да?

Алекс молчал. Он всё смотрел на фотографию Алисы в центре доски на открытом ноутбуке. Экран чуть потускнел от бездействия, и ему показалось, что тут же изменилось и лицо на снимке.

Точнее, изменился взгляд. Чуть укоризненный, слегка молящий, с искрой слезы в уголке слева.

«Чего же ты хочешь? Что мне делать?» – подумал он.

А вслух добавил:

– Я бы дал девяносто девять процентов, что она в порядке.

– Вот этот последний процент и решает всё, дружок. Хороший ли ты лид. Хороший ли человек.

Алекс промолчал вновь. Остервенелый скрежет зубов не считался.

– Я пока добавлю на доску список того, что мы можем сделать, – былое рвение вновь наполнило голос Кристины. – Не зевай и обновляй её почаще.

13.

Cуббота. 05.04.2025. 15.31 по Белграду

Откуда-то повелось, что выходные должны быть насыщенными, полными впечатлений.

Их ждали так сильно, что вечера пятницы впору было помечать красным, будь у них отдельная клетка на календаре. Ну, или будь ещё вообще в ходу настенные календари на бумаге.

Субботы, воскресенья и редкие праздники Алекса мало чем отличались от будней.

Тот же экран ноутбука, но на нём – очередная документалка вместо сводных таблиц расходов и конверсий в деньги. Пива чуть больше, и первая банка пшикала задолго до того, как зайдёт солнце.

Алекс всё чаще задумывался, что пора было слезть с пенного. Когда-то же он умел пить по одним лишь достойным поводам, пусть и стараниями острой на язык супруги.

«Слезу. Скоро. Сначала кое-с-чем разберусь.»

Быстрый забег до магазинчика на углу узких улочек. Любезный, но короткий разговор с улыбчивой продавщицей. Полный умиления взгляд на привязанную у входа собачку цвета растворимого какао. Забег домой с гремучей батареей банок в оттянутом до предела – и красных вмятин в ладони – пакетом.

К выходному Алекс был готов.

В этот раз к обычному набору добавилась бутылка вина: из тех, которые уже не стыдно предложить гостье, раз брал не по принципу «самое дешёвое, да по акции». Нет уж – эта пузатая бутылка с неизвестной Алексу фамилией на этикетке была аж третьей в списке дешевизны.

Пусть Кристина не жалуется: чай, не на свидании.

Одним из первых же пунктов в списке дел его напарница пометила «развиртуализацию номер два». Хотела, как пояснила в сообщении, бок о бок прошерстить все зацепки, какие могли остаться в сети о планах Алисы. Проверить страницу каждого, кто мог знать хоть что-то.

Алекс, недолго думая, настоял, что вторая встреча должна пройти уже на его поле. Не просто в Белграде, но в его потрёпанной «однушке» на третьем этаже дома, явно заставшего ещё крепкого Броза Тито.

Не свидание, уж точно. Но без уборки на всю первую половину дня всё равно не обошлось.

Кристина, как водится, опоздала на добрых полчаса, и ещё через динамик домофона поспешила списать всё на пробки и запутанность столичных дорог.

После недолгих приветствий напарница заняла диван заодно с кофейным столиком. Она чуть брезгливо осмотрела въевшиеся в лак пятна, но всё же разместила поверх них тонкий ноутбук и небольшой планшет в потрёпанном чехле.

Алексу достался рабочий стол в углу комнаты. И впрямь, всё, как в будни.

В отличие от навязчивой напарницы, сам он не торопился вскрывать скальпелем личную жизнь своей команды. Если уж и копать – то в направлении парня Алисы, её каталонских друзей – да хоть родителей!

Но Кристина настояла, что начать следовало с коллег, даже если те и должны быть за тысячу километров. Всё же кто-то работал от имени Алисы, явно зная процессы «Нексторы».

– Вот так и поделим задачи, – со строгим видом решила Кристина.

Профиль Андрея стал столь же логичной отправной точкой, сколь и бесполезной. Если маски Алисой были полны аккуратной эстетики, то Андрей размазывал дешёвую позолоту по всей странице. В нарядах он явно вдохновлялся криптомиллионерами: бессменные рубашки – наполовину расстёгнутые – и гигантские, очевидно подделанные часы.

На третьей фотографии у капота чужого спорткара Алекс закатил глаза до боли.

– Я всё не пойму, это у вас в маркетинге такие зарплаты? – ахнула Кристина спустя минут десять. – Чего ж ты в такой жопе мира живёшь?

– Ты о чём? – усмехнулся Алекс.

Рынок зарплат в «Нексторе» – материя столь тёмная, что заправского астронома доведёт до ручки. Даже в собственном отделе Алекс получал не больше всех.

– Да вот, смотрю эту вашу Киру… – Кристина сощурилась и наклонилась к планшету. – Роуг?

– Рогова она. Но «Роуг» звучит, наверное, круче.

– Да и выглядит круто, скажу я тебе. Яхты, дорогое вино, путешествия без конца. Вчера в Милане, сегодня в Бордо, потом – Мадейра.

Алекса это не удивило. Кира – любимица Жоржа Ребко и управляющая тем, что нынче звалось «личным брендом». Алекс-то по привычке звал это «репутацией» или, там, «имиджем».

В Милане она и жила, о чём любила напоминать на каждой виртуальной встрече. Обычно путём жалоб: то солнце слишком жарит уже в марте, то Апероль Шприц дорожает быстрее бензина для съёмного кабриолета.

– Кира у нас – особенная, дитя индустрии, – пояснил Алекс. – Половину гендиров «биг-теха» знает лично, с большинством даже работала. Жорж дал ей двойную ставку за личный бренд и даже левачить разрешил вполне официально.

Кристина хмыкнула. Алекс уловил нотки зависти в том, как вздёрнулся её широкий нос.

– Как думаешь, Жорж её пялит? – спросила вдруг напарница.

– Вряд ли, – поспешил ответить Алекс. – Кира – знатная переговорщица, так что и это дело смогла бы отдать на аутсорс.

– Богатая дочка богатых родителей, – Кристина меланхолично посмотрела в окно. – Классика.

– Она сирота, насколько я знаю.

О прошлом Кира говорила куда реже, чем о настоящем. Лишь раз, на неформальном звонке с алкоголем и играми на знакомство, она упомянула, что росла в одном из петербургских приютов.

– Ладно, поехали дальше, – пробормотала Кристина. – Если ты закончил с Андреем, займись уже своей командой. Насколько я знаю, в Барселоне Алиса больше никого толком знала.

Алекс промочил горло пивом и открыл собранный напарницей список.

NonSalemWitch – так назвала себя в сети Лера Арицкая, менеджер по текстам и контенту «Нексторы». Наполнение – соответствующее: загадочные кадры закатов в странных ракурсах, обычно перевёрнутых, коты с улиц Тбилиси, витрины антикварных лавок.

Единственная фотография самой Леры – в заголовке профиля, да и та со спины.

«Теперь я, кажется, знаю о ней ещё меньше, чем до этого.»

– Пошустрее, Алекс, у нас сначала блиц! – потребовала Кристина, не отрываясь от планшета. – Помечай всё важное и переходи к следующему.

Будто был толк в том, чтобы сидеть с лупой над профилями своих коллег. Никто из них не знал Алису лично. Да никто даже не жил в радиусе тысячи километров! Кира – в Милане, Игорь с Максом – в Берлине, Луис…

Профиль Луиса оказался всем, что можно было от него ждать. Один Луис в нём и был: череда селфи, в которых его ровная улыбка занимала аж треть экрана. Разве что фон изредка менялся на новый живописный уголок Буэнос-Айреса. Пальмы, пробки, цветные домики…

Не больше толка вышло и из страницы Романа Краско, директора по росту и правой руки Жоржа. Солидные дяди в пиджаках на фоне очередного стенда «Нексторы», бейджи конференций по всему миру, редкие виды тропических островов, названий которых Алекс даже не выговорил бы.

Ещё один профиль он закрыл без единой пометки на чудесной доске Кристины.

– А вот и Макс.

Сначала Алекс удивился, что трудяга Максим Хоффман вовсе нашёлся в соцсетях, ещё и в списке друзей Алисы. Затем – что профиль его оказался закрыт и требовал взаимной подписки, чтобы увидеть хоть что-то.

«И чего ты там спрятал?»

Виды берлинских библиотек и корешки учебников по маркетингу? Билеты в очередной музей?

– Ладно, подпишусь, раз так…

– Не вздумай!

Кристина едва не навернула столик острыми коленями, пока вскакивала. Комнатку она пересекла мгновенно и тут же сомкнула пальцы вокруг занесённого над телефоном запястья Алекса. Крепко, однако.

– Иначе не посмотреть, а ты торопишь, – напомнил Алекс, чуть кривясь от боли.

– Ты его босс, – Кристина сдвинула брови. – Увидит запрос от тебя – и подчистит всё самое интересное.

– Это что, например?

– А вот и не узнаем, если всё испортишь, – она торопливо вернулась к столику и подобрала планшет. – Я попробую как-нибудь сама. Может быть, сделаю фейковую страницу. Но надо такую, чтобы было убедительно, так что дай мне немного времени, пару дней…. Мать твою, Алекс! Смотри сюда!

Сначала Кристина побледнела под цвет выбеленных волос, и тут же пошла розоватыми пятнами. С таким видом обычно читали новости о чьей-то преждевременной смерти или, напротив, вскрывшейся интрижке.

Алекс поднялся, ухватившись за спинку стула, и навис над плечом напарницы. На весь экран планшета предстала фотография не совсем одетой дамы. Совсем не одетой, точнее.

– Что за порнографию мы смотрим? – уточнил он.

– Я включила уведомления на любые посты Алисы, – пояснила Кристина дрожащим голосом. – И это она выложила в «Истории» минуту назад.

– Алиса? Ты шутишь?

Имя профиля в углу совпадало. Загорелая кожа – тоже. Качество было так себе: снимали явно в полумраке. Она стояла спиной к камере, подвернувшись вполоборота. Из одежды –лишь голубое кружево на крепких бёдрах.

Лицо наполовину скрывала рука с чёрным телефоном, но черты Алисы и густо нарощенные ресницы у округлых глаз узнавались.

Внизу – лаконичная подпись на английском: «Новая жизнь началась. $10, чтобы увидеть всё».

– И как это… – язык Алекса онемел, как после укола. – По ошибке выложила?

– И подписала тоже по ошибке, – буркнула Кристина.

Она щёлкнула боковой кнопкой, и снимок экрана мгновенно сохранился в память планшета. Едва она смахнула уведомление об этом, как экран вдруг почернел. Попыталась обновить – возникла тонкая надпись поперёк дисплея.

– «Удалено,» – прочитал Алекс вслух. – Видимо, поняла, что выложила не туда. Дело раскрыто?

– Хера с два.

Кристина небрежно швырнула планшет, пусть и метила в мягкий диван. Её губы втянулись, брови взмыли высоко на лоб широкой аркой.

– Напиши её Андрею, назначь ещё один звонок, – потребовала она. – Пусть поделится всем, что знает, о том, как его девушка зарабатывала им на жизнь. Или же…

– Или что?

– Или о том, кто же мог слить её личные фотки, чтобы все думали, будто Алиса ещё сама ведёт этот аккаунт.

13.

Суббота. 05.04.2025. 17.07 по Белграду

– Ты зарываешься, – сказал Алекс.

Он сидел на балконе с уже третьей сигаретой подряд, пока Кристина металась по комнате с другой стороны распахнутой двери.

Вино в её бокале опасно подступало к краю на каждом развороте.

– У Алисы и Андрея были проблемы с деньгами, – Алекс рассуждал дальше, загибая пальцы на свободной руке. – Мы ей платили… Откровенно говоря, так себе. Ей всё надоело, она всё бросила и теперь зарабатывает голыми фотками, живя где-то у подруги. Случайно запостила не туда, удалила…

– Какое простое и удобное объяснение, – Кристина на секунду замерла, чтобы глотнуть вина.

– Про «бритву Оккама» слышала?

– Слышала. В каждом детективе на «Нетфликсе».

Алекс вздохнул.

Конечно, в этой истории старину Оккама устроило бы не всё. Самому Алексу постоянно мерещился забытый в квартире Алисы и Андрея ноутбук. Без которого она всё равно как-то – и зачем-то – отработала пару дней и даже вышла на тот странный звонок.

– Алекс, ты рассуждаешь, как мужчина, – вдруг заявила Кристина.

– Что логично.

– …Как мужчина, который очень боится переступить какие-то там границы.

– Так оно и есть. Я не очень хочу копаться в чужой корзине для белья. В доме, куда меня даже не приглашали… Ай, сука! – Алекс не заметил, как сигарета прогорела слишком далеко и отвалившийся пепел ужалил его в щиколотку. – Слушай, эту Историю вряд ли видели многие. А если мы будем копаться дальше, вся компания узнает, что моя сотрудница зарабатывает голыми фотками. Я не хочу её так подставлять.

Кристина ненадолго смягчилась в лице. Она протянула руку через проём балконной двери и мягко потрепала Алекса за плечо.

– Ты прям рыцарь, – промолвила она тихо. – Но мы же оба чувствуем, что Алиса бы никогда таким не занялась. На корпоративе в Черногории Кира как-то пошутила про то, что торговать собой чуть выгоднее, чем чужими проектами, а у Алисы такое лицо сразу стало… Ну не знаю, она бы скорее собачьего дерьма поела или типа того.

– Год почти прошёл. Времена меняются, и нравы – тоже.

– Не настолько, Алекс.

Не так давно он сам кривился на «Алекса» и предпочитал «Алексея». А потом всё поменялось. Отчасти – бывшей жене назло.

– Взгляни-ка ещё раз, – Кристина быстро прыгнула в комнату и вернулась уже с планшетом. – Давай-давай, смотри на скриншот. Представь, что ты эту девушку не знаешь. Никогда с ней не работал и дела до неё тебе нет.

– Но я работал. И дело мне есть.

Алекс всё же принял планшет. Увидев ту Историю впервые, он старательно вычистил из памяти изгибы чужого тела, ошибочно выставленного в сеть. А Кристина любезно освежила краски искуснее реставратора из Лувра.

– Представь, что ты просто смотришь фильм и пытаешься перехитрить режиссёра. Выяснить разгадку до того, как её покажут, – Кристина нависала всё ниже и ниже над экраном. – Если я права, твой ум точно найдёт что-то странное.

Алекс сдался и открыл глаза. Фотография была увеличенной – слишком, даже неприлично.

Уж по виду кружева на трусах он точно не определит марку и год коллекции – Ира такое покупала редко. Слегка прикрытая изгибом руки грудь тоже подсказала бы немногое, так что нечего и пялиться.

Он перевёл взгляд и палец в сторону: на настенные панели под тёмное дерево, угол кровати с белоснежной простынёй, туго заправленной в каркас…

– Комната, – пробормотал Алекс. – Похожа на отельную, не из дешёвых… Да, точно.

У самого левого края в кадр попал кусок изогнутой дверной ручки. На ней – фрагмент красной таблички с верхушкой в виде крючка. Одной из тех, с помощью которых можно было отогнать назойливую горничную в восьмом часу утра в отпуске.

– Если сбежала из дома, логично перекантоваться в отеле, – продолжил Алекс, отдалив изображение вновь. – Выглядит, правда, дороговато для её зарплаты.

А она ещё и жаловалась на проблемы с деньгами. Сам Алекс получал почти в два раза больше, но и в мелком мотеле где-нибудь у дороги в аэропорт не продержался бы и месяца, потеряй он и работу, и квартиру.

Его вдруг охватило странное спокойствие. Холодное, вязкое. Куда скорее он ожидал бы жгучую тревогу.

Алекс ощутил, как где-то под черепом заворочались шестерёнки, давно молящие о порции солидола.

– Видишь что-то ещё? – с нажимом спросила Кристина у самого уха.

– Скорее, замечаю, а не вижу. Не на самой фотке, – он отдалил её так сильно, как только позволил планшет. – Сколько она провисела, минуты две?

Три. Об этом гласила пометка о давности публикации в углу скриншота. И ошибка отображения случилась следом за этим.

– Думаю, даже я опомнился бы раньше, если бы случайно выложил своё хозяйство куда-то не туда.

За последние дни он пролистал профиль Алисы не меньше полудюжины раз и в одном уверился окончательно. Алиса очень заботилась о том, что транслирует на весь Интернет.

Ракурсы идеально выверены на каждой фотографии. Ничего лишнего в кадре: ни лиц людей за соседними столиками, ни куска грязной пепельницы, ни объедков.

– Такая девушка бы сто раз проверила, что выкладывает и куда, – заключил он вслух.

– Любая девушка, – поправила его Кристина.

Алекс отряхнул колени от пепла и вернул ей планшет:

– Тогда какие выводы?

– Ты у нас записался в скептики, вот и предлагай. Зачем ей снимать такое, ещё и из номера, который она вряд ли может себе позволить?

Алекс считал, что скептики и держали земную ось на месте. Не ставь он под сомнение любую инициативу команды, прежде чем согласовать, бюджет «Нексторы» сгорел бы к середине двадцать четвёртого года.

– Экскорт? Богатый любовник любезно снял ей номер, чтобы помочь сбежать от парня? – предположил Алекс.

– Сомнительно, – Кристина скривила губы. – Будь у тебя богатый любовник, ты бы стал торговать голыми фотками за десять баксов?

– Смотря, сколько покупателей бы нашлось, – Алекс отвёл взгляд. – А если её заставили? Что-то вроде онлайн-проституции? Торговля людьми?

Кристина как-то неуместно просияла и улыбнулась:

– Возможно! И вот он, тот последний процент, которого ты боялся. Значит, мы копаем не зря.

– И значит, что это дело её семьи и испанской полиции.

– …И не похоже, чтобы кому-то из них было до этого дело, – Кристина постучала пальцем по заблокированному телефону Алекса. – Проверь, не ответил ли Андрей. И докинь ему это фото, чтобы поторопился.

13.

Суббота. 05.04.2025. 19.45 по Белграду

Андрей ответил лишь спустя пару часов. По настоянию Кристины, Алекс проверял не только встречное сообщение, но и отметку о прочтении.

Появилась она прямо перед тем, как Андрей, наконец, подтвердил, что готов созвониться. Подтвердил весьма грубо, что Алекса не удивило: в личных сообщениях парня уже ждала неуместная фотография беглой возлюбленной.

– Будь жёстким, но не передави, – напутствовала Кристина, замерев над телефоном Алекса. – Честным, но всё не рассказывай. И на «громкую» включи!

Он устало взглянул на неё снизу вверх:

– Может, сама с ним поговоришь?

– Если пойму, что ты поплыл – обязательно.

Несколько коротких гудков тянулись, казалось, с целый час. Наконец, короткий писк дал знать, что соединение установилось. Зашифрованное от всех зол, как обещали разработчики мессенджера.

– Это, сука, шутка какая-то? – гвалт по имени Андрей наполнил динамик до хруста. – Пранк, да? Сговорился с ней?

Алекс поморщился и отстранился от трескучей трубки:

– Значит, фотографию ты видел.

– Видел-видел! – Андрей дышал тяжело и прерывисто, что контрастировало с высокомерным лицом на его аватаре. – Объяснишь, откуда у тебя нюдсы моей девочки?

– Это я и-.

Алекс не успел договорить. Кристина, насупившись, навалилась на него плечом и оттолкнула от телефона вместе с креслом на колёсиках.

Он лишь развёл руками, не совсем понимая, когда успел «поплыть».

– Твоей девочки говоришь? – строго уточнила Кристина, прильнув к микрофону. – Ты же был уверен, что она уже совсем не твоя?

– Чего за… – Андрей, вроде бы, икнул. – Кто там? Что за хрень?

От былой робости с первого звонка не осталось и отзвука.

– Меня зовут Крис, – ответила мастерица Продаж. – Мы с Алексом выясняем, что стряслось с «твоей девочкой»… – последние слова она подкрепила скрюченными под кавычки пальцами, будто Андрей что-то видел. – …И сдаётся мне, мы можем друг другу помочь…

– Помочь?

– …Если тебе нечего скрывать, конечно.

Алекс тихонько шикнул напарнице, но та лишь раздражённо отмахнулась.

Андрей же издал череду сдавленных рыков. Похоже, злоба была такой же напускной: так он прятал растерянность и даже страх.

– Д-да чего это такое? – спросил он уже тише. – Без шуток, это пранк какой-то? Что с Алисой? Она меня бросает? Проверяет?

– Это мы и пытаемся выяснить… – встрял Алекс под недобрый взгляд Кристины исподлобья. – …Среди прочего.

Напарница слегка прихлопнула по его столу и едва не впилась носом в экран телефона:

– Итак, родной, слушай внимательно. Эта фотка провисела в «Инсте» Алисы несколько минут. Я хочу, чтобы ты очень внимательно её посмотрел. Я хочу, чтобы ты всё изучил и сказал нам обо всём, что покажется странным. Бельё, телефон, комната позади неё… Всё, понял?

Алексу вдруг стало интересно, как сейчас выглядел Андрей. Дрожали ли его руки или колени? Телефон он держал на ладони или у уха? Или вовсе положил рядом?

На мгновение даже показалось, что он был рядом, что Алекс знал о жизни Андрея больше, чем просто подрагивающий голос в трубке.

– …Не могу я сказать так сразу, на звонке, – твердил тот тем временем. – Мне время нужно! Но если это сраная шутка…

– Да не шутки это, – заверила Кристина. – Возьми паузу, покури косячок и отпишись о находках, ладно?

«А, кстати…» – Алекс почесал за ухом и тут же спросил, наклонившись к телефону:

– Как мама, кстати? Довольна Барселоной?

Кристина вся вытянулась: ещё чуть-чуть, и до высокого потолка квартиры Алекса бы дотянулась пучком на затылке. Андрей же хмыкнул, икнул и, кажется, едва не расчихался:

– Что за дичь?

Алекс смущённо поводил носом:

– Ну, она же к вам приезжала не так давно. Так?

– Не так давно? – переспросил Андрей с нервным смешком. – Ну да, на Новый год, две тысячи двадцать четвёртый. Для кого-то – недавно.

Алекс втянул губы и глубоко вздохнул. Алиса уверяла иначе, когда просила отгул парой недель тому назад.

– Ладно, Андрей, хватит болтать, – воспряла Кристина, налив голос сталью. – Фото. Детали. Пиши.

14.

Суббота. 05.04.2025. 20.33 по Белграду

– Ты серьёзно? – Кристина подавилась зычным смешком. – Шутки про маму?

Алекс откинулся на стуле и поборол желание плюнуть прямо в потолок.

– Ты первая влезла, – буркнул он. – Всё шло неплохо.

– Угу, и шло бы ещё часа три, пока вы бы до дела добрались, – Кристина потянулась к рюкзаку у дивана и водрузила его на колени. – Он бы тебя материл, ты бы оправдывался, пока он бы бросил трубку и не заблокировал твой контакт…

– Просто я кое-что вспомнил, – Алекс потряс полупустой пачкой сигарет, но всё же отвернулся от балконной двери. – Алиса не так давно брала отгул, потому что, мол, мама её парня приехала. А Андрей со своей больше года не видался.

– Либо Алиса наврала тебе тогда, либо просто говорила о другом парне. Не Андрее.

«Не тот Алекс,» – повторило холодное эхо в голове.

Он со вздохом поднялся и хлебнул нагревшейся воды прямо из горлышка давно открытой «полторашки»:

– Мы, кажется, решили, что ни то, ни то другое на Алису не похоже.

– И всё же первая догадка реальнее, – Кристина опустила обе руки глубоко в рюкзак и едва не утонула головой. – Ты же сам говорил: на работе знаешь только то, что тебе позволяют видеть.

Потроха её рюкзака уже расположились на диване по обе стороны. Пара тяжёлых чёрных наушников с перепутанным проводом, облезлая косметичка, баночки с кремами, туго обёрнутые полиэтиленовыми пакетами из супермаркета…

– А ты чего делать собираешься? – насторожился Алекс.

– Готовлюсь к новой стадии нашего расследования, – Кристина похлопала тонкими ресницами без грамма туши.

– А зубная щётка для этого нужна?

Алекс кивнул на заляпанный белыми пятнами пасты чехол в её руках.

– Дело к вечеру, – напарница пожала плечами. – Нови-Сад неблизко, а диван твой – вот, тут. Не погонишь же даму одну, да по темноте?

Вечер ещё даже не наступил по меркам Алекса, а улицы Белграда казались ему немногим опаснее собственной ванной в Казани.

– Не парься, приставать не буду, – Кристина сощурилась и рассмеялась под стать забулдыге на веранде кафаны. – Говорю же: на диване лягу, даже простыни не доставай! К обеду уже свинчу домой.

Алекс сразу понял, что возражать смысла не было. Баночки из пакетов уже выстраивались на краю дивана, а часть их содержимого перетекала на ладони Кристины.

– Ясно. Ясно, – он отхлебнул ещё воды и прошёл к дальнему углу комнаты, где примостились плита с холодильником да пара кухонных шкафов. – Так, что это за новая фаза нашего, так сказать, «расследования»?

– Тихая, – Кристина демонстративно натянула гарнитуру на голову и принялась разматывать шнур. – Я включу хорошую музыку и буду копать дальше, пока глаза не слипнутся. Посмотрю ещё профили, старые сообщения, фотки…

– И мне заняться тем же?

– Попробуй. Или покопайся в том, что я буду добавлять на доску. Ну, и конечно…

– Жду ответа по фото от Андрея, да.

– Верно. И приглядись к фотке сам ещё раз. Вдруг, что ещё заметишь? Будет круто, если выясним, что это за отель.

Алекс в службе CSI не стажировался, чтобы по модели винтика в стуле опознать поставщика мебели, да и лишний раз разглядывать ту фотографию не желал.

В изолированную угловую спальню – всегда то выхоложенную, то разогретую до состояния финской сауны – ноутбук пришлось тащить в два захода, со всей периферией и проводами. Верный трудяга уже едва дышал без чёрного шнура жизнеобеспечения в розетке.

«Понимаю тебя, братец.»

Алекс водрузил компьютер на горб скомканного одеяла, выставил пару банок пива на прикроватную тумбу и прыгнул на ледяную простыню.

Ира всегда ругалась, когда он ложился в кровать в старых серых трениках, и по привычке он уже стянул их было до колена, но тут же подтянул обратно с лёгкой ухмылкой. Впервые с развода у него затемно гостила дама.

Алекс собирался последовать примеру гостьи и погрузиться в старые переписки с Алисой. Начать, конечно, следовало примерно там, где та отпросилась ради прогулок с мамой Андрея, которую сын не видал с прошлого Нового года.

«Так, посмотрим…»

Как часто бывало, палец проскочил нужное приложение и ткнулся в совсем другую иконку. На сей раз то был фотоальбом, бережно хранящий карточки аж с самой покупки телефона. Четыре долгих года, если не больше.

Алекс машинально пролистал ленту фотографий почти до самого верха, открыл самую яркую из них – Ира в ярком красном платье и парой воздушных шаров с блёстками в изящной руке. Позади – огни Казанского кремля.

Её день рождения – за неделю до того, как Алекс решился на предложение.

Дальше шли будни в квартире и изнуряющий ремонт. Узнать за розоватыми панелями и обоями в лиловую полоску обитель его почившей бабушки было совсем трудно. Вскоре на тёмном паркете появился пушистый чёрный кот.

Теперь-то Симка грел бока Иры далеко в Польше и вряд ли уже вспоминал, куда подевался тот из хозяев, что меньше спал и хуже пах.

А река памяти так и текла под неровным ногтем Алекса смешением счастливых лиц и ярких пейзажей. Вылазки на природу по всему Татарстану, улочки Европы во времена, когда всё было проще.

Дальше начался Белград с его блестящими после дождя мостовыми, старой архитектурой центра и яркими террасами модных баров. Алексу сразу здесь понравилось: хотя бы тем, как тепло здесь шло не от одного лишь солнца, но и от каждого встречного.

В том, что к двадцать четвёртому году Белград вдруг показался ему чужим, вины самого города не было.

Резкий перезвон будто ударил по голове тонким сверкающим молоточком, тут же завибрировал телефон. Алекс так и не вернул его в беззвучный режим после того, как ждал звонка от Андрея.

Ему же и принадлежало сообщение на доске уведомлений.

@andrewgrate: «Нет, это всё какая-то хрень. Фейк голимый.»

Алекс выпустил горячий воздух через ноздри и открыл диалог.

Alex Koval: «Если и фейк, я к нему отношения не имею. Я в таком же шоке, как и ты.»

@andrewgrate: «Ну, и зачем такое делать????»

Аж четыре вопросительных знака – такое Алекс видел нечасто. Отчего-то Андрей ему казался даже искреннее в виде символов на тусклом экране, нежели, когда был слышен его взвинченный голос.

Alex Koval: «Это я и хотел бы выяснить. Ребята в команде мне не чужие, кто бы что ни думал. Если Алиса творит что-то странное – я имею право знать. Если с ней что-то случилось… Тем более.»

@andrewgrate: «В смысле, что-то случилось?????»

– Уже и до пяти вопросительных знаков добрались, – хмыкнул Алекс, разминая уставший за день большой палец.

Alex Koval: «Я пока ничего не знаю. Просто расскажи, что по фотографии. Есть странности?»

@andrewgrate: «Там всё странное! Хрен знает, где оно снято и когда! Странный фон, странная поза, даже трусы такие она не носит!»

Alex Koval: «Что-то ещё? Телефон – её?»

@andrewgrate: «Б**»

@andrewgrate: «Да, телефон точно её. По чехлу узнал.»

Алекс припоминал, что на чехле вовсю цвели пёстрые и весьма объёмные пионы.

Телефон, тем временем, звякнул вновь.

@andrewgrate: «Короче, ты думаешь, что мне стоит переживать? Может, в полицию позвонить?»

Алексу очень хотелось ответить, что переживать не стоит. Что это пройдёт, и Алиса вернётся. А если не вернётся – пусть Андрей это примет с гордостью, найдёт наконец работу и горячую испанку под руку.

Но нутро шло вразнос старым коленвалом, как перед провальной коллаборацией, которая в итоге стоила «Нексторе» полмиллиона убытков.

Alex Koval: «Да, Андрей. Давай будем на связи.»

15.

Воскресенье. 06.04.2025. 00.05 по Белграду

Квартира Алекса Коваля из Маркетинга оказалась… Квартирой Алекса Коваля из Маркетинга, собственно.

Пахло в ней, прежде всего, сигаретами. Странной сыростью. Чем-то, что давно протухло то ли в заляпанном холодильнике, то ли под крышкой треснутого мусорного ведра. И упадком, который признавать хозяин, очевидно, отказывался.

Кристина вслушалась в белградскую ночь: слишком шумную на её вкус. За визгом моторов и надрывным лаем собак за окном она всё же различила мерное посапывание Алекса за дверью спальни.

Перемещалась она осторожно, а махровые носки удачно гасили шаги по неприкрытому деревянному полу холостяцкой берлоги.

«Так, чем ты живёшь, Алексей?»

Тарелки и кружки громоздилась в приоткрытой посудомойке невпопад: грязные и чистые вперемешку. И слишком уж много для одного.

То, что не влезло в моечный отсек, обратилось парой пизанских башен на крошечном разделочном столике у плиты, чей блеск давно скрылся под пятнами жира. Рядом – три начатые буханки хлеба, и каждая уже затвердела так, что впору из них дом строить.

Кристина заранее зажмурилась и тихо потянула на себя верхний ящик комода. К её удивлению, ничего не скрипнуло. Закусив губу, она заглянула внутрь, подсвечивая нутро ящика экраном телефона.

Похоже, Алекс был из тех, кто часто начинал коллекции и никогда толком не продолжал. В комоде нашлись пара виниловых пластинок, три фигурки по известной серии о бесконечных войнах где-то в Варпе, скромная россыпь ручек с логотипами отельных сетей…

«Сраный отель,» – Кристина отстранилась от комода, как только мысли её вернулись к последней Истории Алисы Марченко. «Крайней», как поправил бы её отец-инженер с авиазавода, но в этом конкретном случае Кристина готова была поспорить.

Её часто обвиняли в стремлении к быстрым выводам – как правило, тёмным. И часто же забывали, что ошибалась она редко.

«Надейся на лучшее, но готовься к худшему,» – вспомнила она девиз уже своей мамы, бухгалтера из крупного минского банка.

Планшет снова загорелся в руках Кристины. Она привалилась к спинке псевдо-кожаного дивана, ноги подогнула и поставила на сиденье.

Профилей за субботу они просмотрели немало. Многие – по несколько раз. Каждый из подписчиков Алисы удостоился хоть одного взгляда, с особым вниманием людям с работы: тем, кто знал процессы «Нексторы» хоть немного. И Андрею, конечно.

Жаль, добиться удалось немногого. В чём Алекс оказался прав, так это в том, что за вылизанными образами соцсетей правду разглядеть сложно. Но не невозможно, как поправляла его Кристина.

Ошибиться мог каждый. Раз сон всё равно вновь уступал азарту, Кристина решила проверить это.

Новый забег по профилям стартовал там же, где и самый первый: на странице Алисы Марченко. Alice_in_wonderland99 – так она себя называла.

Страна чудес – Испания, в её случае – и впрямь пронизывала каждый пост. Цветущие улочки, пальмы, сверкающее под жгучим солнцем море… Всё это прекрасно сочеталось с яркой, утончённой Алисой, её броскими нарядами и аккуратной, пусть и чуть наигранной, улыбкой.

Кристина радовалась тому, что успела хоть раз встретить её лично на том корпоративе в Черногории, ведь иначе куда легче было бы поверить в бредни коллег о том, какой «резиновой пустышкой» казалась Алиса.

Пост за постом утекал из-под большого пальца. Кристина всматривалась в то, что могла пропустить раньше: мелкие детали фона, отражение в солнечных очках Андрея или бокале очередного яркого коктейля, локации…

– Локация! – Кристина дёрнулась всем телом и быстро отмотала ленту на три фото назад.

Каждую карточку Алиса оформляла старательно: хештеги, едва заметные фильтры, лаконичные подписи с отсылками к известным афоризмам… Обязательно – выверенная до метра метка геолокации.

Только на одной фотографии её не было, от тринадцатого марта. Самой Алисы в кадре не было: только широченная чашка кофе с изображением мультяшного кота из молочной пены в сердечке из корицы.

Попал на фотографию и кусок стола. На нём лежала плотная голубая салфетка с розовой окантовкой. В углу – едва различимая надпись латинским курсивом: El Grano Feliz.

«Счастливое зёрнышко», как тут же подсказал онлайн-переводчик. Поисковик же добавил контекста, едва Кристина приписала рядом слово «кафе». Такое имелось лишь одно, причём за пять сотен километров от места, где Алисе следовало быть тем четвергом: локальная крафтовая кофейня в центре Мадрида.

– Алекс! Алекс! – торопливо воскликнула Кристина ещё до того, как схватилась за ручку его спальни. – Ты спишь?

Из темноты послышалось вялое шуршание одеяла:

– Похоже, что уже не сплю.

– Можешь посмотреть, когда именно Алиса отпрашивалась ради мамы парня?

Алекс сипло простонал что-то нечленораздельное, и через пару секунд его заспанное, небритое лицо озарилось светом дисплея. Палец лениво пощёлкал по экрану с дюжину раз, прежде чем он, зевнув, ответил:

– Одиннадцатое марта.

– Сходится, – Кристина едва не отдалась неуместному ликованию, и с силой сжала уголки губ, чтобы не заулыбаться. – Она тогда наврала тебе, поехала в Мадрид!

– И что нам это даёт?

Алекс откинул одеяло до пояса и обдул грудь, видимо вспрев. Кристина только сейчас заметила, что был он без футболки… И в весьма достойной форме для удалёнщика.

Она тряхнула головой:

– Что бы сейчас ни творилось, тогда это уже началось. Скорее всего. Ну, вероятно.

– Или Алиса просто наврала мне. Другие так и делают, когда хотят отгул для личных гулянок.

– Вот и выясни: узнай у Андрея, что в те дни она наплела ему… – Кристина приготовилась захлопнуть дверь, но бросила последний взгляд на выпуклую грудь напарника.

Невольный, разумеется

– Угу, – Алекс погасил экран и накрыл лицо подушкой. – Доброй ночи, детектив Короткова.

16.

Понедельник. 07.04.2025. 09.00 по Белграду

Воскресенье Алекс провёл, наслаждаясь пустотой собственной съёмной квартиры. Кристина отправилась на вокзал поутру, и даже меньше, чем за сутки, он успел выгореть от компании в ставших родными стенах.

Слишком многое приходилось контролировать: носить штаны посреди выходного, не ковыряться в ухе, плотно прикрывать дверь туалета. А ещё – ждать, пока наступит новый день.

Сначала он боялся бодрости от того, как глубоко приходилось зарываться во всё, что окружало Алису Марченко. Стойкие адреналиновые мурашки, которые бы разогрели тело, онемевшее от одинаковых будней.

Его часто пытались уличить в выгорании – все, от психотерапевта Даницы до подруг бывшей жены. Сам Алекс считал этот термин неточным. Чем бы ни было это «выгорание», ощущал он его скорее как ледяной сквозняк в инистом коридоре.

Но те самые мурашки таки явились под утро воскресенья в компании ненакрашенной, усталой на вид, но бодрой духом напарницы. Кристина, должно быть, уже вовсю смазывала мёдом динамики очередного клиента, пожелавшего углубиться в предложения Нексторы для его мелкого бизнеса.

В наушниках щёлкнуло.

Широченная улыбка на широченном же лице «эйчара» Лены всплыла в углу экрана.

Lena Rudenko: «Алексей, что в итоге у вас там с Марченко?»

Alex Koval: «Я всё объяснил в четверг, какие-то личные проблемы.»

Lena Rudenko: «И почему она до сих пор не оформила запрос на отпуск?»

Алекс сморщился перед её аватаром, застывшим в поддельной эйфории, и размял пальцы, пока не хрустнул каждый из них. Лена его опередила.

Lena Rudenko: «Слушай, Жорж хочет подрезать ненужные траты. Если мы продолжаем платить человеку, который хрен знает где находится и хрен знает когда вернётся (и вернётся ли?), я должна знать первой.»

С шипением сквозь зубы Алекс стёр всё, что успел набрать до этого.

Alex Koval: «Лен, три рабочих дня прошло. Давай мы разберёмся у себя, и я сообщу.»

Диалог закончился реакцией в виде большого пальца на его последнем сообщении. Алекс потёр виски и решил, что пропадать хорошему паршивому кофе вовсе не стоит. Холодный напиток проникал в горло неохотно и привычного облегчения не нёс.

Только сердце заколотилось ещё сильнее.

– Да мать твою за ногу! – дёрнулся Алекс, когда услышал новое оповещение.

Источником был его календарь: запрос на встречу через полчаса от Игоря Баранова.

Чёрт же дёрнул Алекса поддаться тенденциям времени и установить «часы открытых дверей», ещё и в понедельник. Обычно опцией пользовалась Кира, чтобы доложить о чрезвычайных успехах в поддержании собственной важности.

Или Лера, скорее видящая в таких встречах бюджетный вариант психотерапии. Обычно она просто жаловалась на собственную ненужность и тревожилась о возможном увольнении – лишь для того, чтобы Алекс уверил её в обратном, конечно.

Игорь обычно пользовался такой возможностью, лишь чтобы тихо доложить об очередной критической ошибке. Из тех, после которых куда-то вниз полетят и продажи «Нексторы», и чьи-то головы.

За неполный час Алекс успел тщательно умыться, закинуть в журчащую печку желудка пару бутербродов и даже подстричь волосы в носу. Поверх белой домашней футболки он накинул рубашку в клетку и закатал рукава по локоть.

Как он ожидал, вскоре предстояло бежать к начальству на ковёр, так что подготовиться следовало заранее.

– Приветствую, – безрадостно заявил Игорь, когда камера продемонстрировала его лик.

Штатный аналитик «Нексторы» оставался самым старшим из всех в отделе маркетинга. Игорю было уже за сорок, и большую часть этих лет он провёл среди мудрёных графиков и колонок с цифрами.

Голову он брил почти начисто, а вод кустистые брови и путанную каштановую бороду с росчерками седины оставил на волю природы. Вокруг усталых серых глаз с последней встречи прибавилось по складке.

– Что-то случилось? – Алекс сдвинул брови. Руки он сложил перед ноутбуком, как второклашка на парте.

– Вот, не знаю, – размыто ответил Игорь, глядя куда-то поверх камеры. – Хотел у тебя узнать до общей встречи. Ну, может, ты чего знаешь…

Алекс одёрнулся и присмотрелся к экрану. Качество связи – отличное, полос и артефактов нет. Да и фон за Игорем оставался тем же: весь его занимал стеллаж с коллекцией пустых банок пива со всей Германии.

Игорь оставался Игорем, но без привычной прямоты.

– Давай к делу, – подтолкнул его Алекс, когда тишина стала невыносимой.

– Да, как же… – Игорь скорчился, будто ему велели отчитаться за провал какой-нибудь стройки перед самим президентом. Ну, или премьером хотя бы. – Про Алису Марченко хотел спросить. У неё проблемы, да?

Алекс дёрнулся вновь. Об обычном интересе Игоря к коллегам говорил хотя бы тот факт, что он и имена запоминать не утруждался, пока те не отработают месяца четыре.

– Та-ак, – протянул он в нос. – О чём речь, собственно?

Игорь вздохнул так громко, что затрещал лохматый микрофон его громоздкой гарнитуры:

– Её нет уже несколько дней, а она даже не попрощалась перед отпуском… Её случайно не уволили? За те, например, м-м…

Алекс слегка покачал головой. С каждым новым слогом на грани мычания он всё меньше понимал сурового аналитика. Старца по меркам «Нексторы».

– Я откопал пару странностей в её последних кампаниях. Ну, как пару… Много странностей,– мышь Игоря защёлкала где-то за кадром. – Всё хотел рассказать, но не успел. Решил, ты сам всё прознал, и вы тихонько избавились от Алисы.

– Игорь, хватит ходить вокруг да около, – Алекс сжал кулаки под столом, и сердце от этого заколотилось только сильнее. – Говори, как есть. Мы с тобой – единственные взрослые мужики в отделе.

Рафу едва стукнуло двадцать, Максу – двадцать пять или около того. Возраст Луиса он сходу вспомнить не смог, но душе эквадорца явно ещё даже пиво бы не продали.

Игорь тем временем вывел на экран демонстрацию собственного дисплея:

– Видно?

– У-угу, – Алекс кивнул.

Под волнистыми графиками предстал длинный список рекламных кампаний с замысловатыми идентификаторами. Возле каждой – показатели трафика и, куда важнее, денег.

– Я разбирал последние цифры по активностям, и наткнулся на странности в кампаниях Алисы, – Игорь старательно обводил виртуальным маркером отдельные строки. – Показатели в них – тихий ужас. Ещё и странный ужас, если уж на то пошло.

– Ну да, – хмыкнул Алекс. – Провальные кампании случаются.

«Маркетолог предполагает, а трафик располагает,» – так приговаривал его первый ментор из отдела маркетинга при крупном банке.

– То-то верно, но уже с месяц Алиса делала очень странные закупки, – продолжил Игорь, выделяя строку за строкой. – Все – с интервалом, подмешаны в общий поток её кампаний. У всех – крутые показатели трафика, но всё ужасно по деньгам… Смотри: тысячи новых пользователей на сайте, и никто не покупает.

– Поломок в те дни не было, – Алекс сощурился и придвинулся к дисплею.

Игорь нахмурился и переключился на другой экран:

– Я недавно раскатил новый скрипт, чтобы анализировать, как ведут себя пользователи на сайте. Те, кто пришёл с этих кампаний – сплошные аномалии.

– А именно?

– Они просто бродят по страницам в случайном порядке, что-то нажимают, возвращаются, идут в новое место и никогда не пытаются ничего купить. В общем-то, очевидные…

– …Боты, – закончили они одновременно.

Алекс с грустью заглянул в пустую кружку, а затем перевёл взгляд на холодильник, где со вчера ещё морозилась последняя банка пива.

В висках застучало.

– Честно говоря, контрагенты не в первый раз нас обманывают, – проговорил он. – Боты показывают иллюзию интереса, а потом нас раскручивают на то, чтобы «добить» этот интерес вторым видео. За очень много денег, как правило.

– Ну, мне-то основы рассказывать не надо, – Игорь слегка насупился.

– И Алисе – тоже. Даже если разок обозналась, выводы на будущее сделала бы.

– Ты уверен? – аналитик свернул демонстрацию, и экран вновь заняла его бородатая физиономия в холодном свете монитора. – Часть этих кампаний она закупила повторно. В этом списке их ещё нет, но я проверил сводку по финансам. Платежи успели уйти, и айдишки кампаний совпадают.

– Да твою ж мать…

Алекс отодвинулся вместе со стулом. Пальцы сомкнулись на переносице и до боли сдавили уголки глаз.

– О какой сумме речь, если считать всех вместе? – спросил он сдавленно.

– Двадцать пять тысяч, плюс-минус, – на выдохе ответил Игорь. – Начали с малого около месяца назад, а потом пошли по-крупному. Счета разные, но повторяются. Четыре получателя на тринадцать уникальных кампаний.

На фоне общих бюджетов «Нексторы» потеря прошла незаметно – прошедший месяц сошёлся неплохо, пусть и сквернее того, что был до него. Но в кармане отдельного человека… Даже кошелёк богатейки Киры потяжелел бы.

А Алиса, как старшая по инфлюенсерам и блогерам в отделе Алекса, пользовалась полным доверием. Таким, что даже за платежи перед ним не отчитывалась уже с полгода.

– Ты мне скажи, босс, – тревога в низком голосе Игоря звучала всё отчётливее. – Объективно – на что это похоже?

– Что Алиса сознательно сливала куда-то деньги, – нехотя выдавил Алекс. – Весьма вероятно, на свои же счета через какую-нибудь прокладку.

О таких случаях он слышал. Менеджер работал на репутацию и ждал, пока подвернётся кампания посолиднее. Как наставал момент – запрашивал платёж на свой же кошелёк или договаривался на долю с подставным блогером.

«И тут же исчезал.»

Речь, конечно, шла о сумме, способной изменить жизнь хоть ненадолго. Достойной того, чтобы похерить репутацию.

– Вот потому и решил, что у неё проблемы, – продолжал гундеть Игорь в оба уха. – Я, конечно, плохого сразу думать не хочу. Может, со здоровьем какие проблемы и деньги понадобились… Но, блин, странное дело. Ещё и фотка эта её-

Показалось, что обод наушников впился в макушку парой клыков.

– Какая фотка? – выпалил Алекс, подпрыгнув на сиденье. – Та, на которой Алиса…

–…Не совсем одета, да, – Игорь кивнул.

Мысли о пропавших десятках тысяч долларов затихли. Алекс вгляделся в глаза Игоря через экран и всё думал о том, как редко тому было дело до коллег, да и самого Алекса. А теперь премудрый аналитик ссылался на истории в ненавистной ему соцсети, которые и трёх минут не продержались.

– Игорь, откуда ты знаешь про ту фотку?

– Коллеги показали.

– Кто именно?

– Не могу сказать.

Алекс распрямил спину и втянул живот, чтобы сдержать нарастающий в груди жар:

– Мы же договорились не ребячиться. Я хочу знать, кто рассылает по отделу детали жизни коллеги и её личные фото.

Игорь скривился и опустил голову так, что в кадре осталась одна лысина.

– Блин, босс, я сейчас могу здорово подставиться, – донеслось из наушников. – Хрен с ним. Короче, я реально просто не знаю, кто это был. Фотка появилась в нашем анонимном чате.

– Каком нахер чате, Игорь?

– «Без боссов» он называется, «ноу-боссес». Чат, вроде как, секретный. Там сидит человек двадцать из «Нексторы», все под фейковыми профилями. Только админ, наверное, и знает, кто есть кто. Приглашение он присылает сам, вместе с инструкциями и кастомной программой под него. Чатик закрытый, скриншоты в нём заблокированы.

– И что, там принято обмениваться «нюдсами» коллег?

– В основном, там сплетни разные. Кто сколько получает, кто кого отчитал или трахнул на корпоративе, – Игорь вернулся в кадр, заметно покраснев. – Но на выходных скинули вот эту фотку Алисы, где она в трусах. Ты, как я понимаю, и сам видел.

Подозрение, что наполнило голос Игоря на последних словах, резануло Алекса по горлу.

– Дело серьёзное, Игорь, как ты сам понял, – сказал он строго. – Двадцать пять кусков – в никуда, ещё и обнажёнка кого-то из команды теперь гуляет по секретным чатам. Я хочу знать, кто это скинул и когда. Мне нужен доступ…

– Да это же только админ может сделать, – Игорь посмотрел на него, как на ребёнка. Или дурака. – И чат называется «без боссов». А ты – босс, вполне себе.

– Тогда пришли мне всё, что можешь, из этого чата.

– Алекс, блин, он же секретный! Я же сказал, что скриншоты в нём заблокированы. Если попробую – выйдет чёрный экран, а админ получит оповещение.

Настала очередь Алекса смотреть в веб-камеру свысока:

– Так просто открой его и пофоткай экран.

Игорь весь сдулся и вяло покивал:

– Попробую, босс. Но мне вся эта история не нравится. За команду, знаешь ли, обидно.

«За команду, которую ты и поимённо не назовёшь?»

– Просто пришли, как сможешь, после работы, – попросил Алекс, с усилием смягчив голос. – И постарайся побольше нарыть об этих мутных кампаниях. И особенно о том, куда ушли наши деньги.

17.

Понедельник. 07.04.2025. 18.04 по Белграду

– Ну, что? – нетерпеливо жужжал наушник голосом Кристины. – Прислал что-нибудь?

Алекс вытянулся на диване и вздохнул. Ноги он скрестил и чуть свернул таз вправо, чтобы отщёлкнуть ноющую поясницу.

– Мы договорились, что Игорь займётся секретным чатом после работы, – напомнил он.

– Так, работа-то закончилась! Знаешь, сколько… Четыре минуты как!

Алекс сощурил один глаз и вновь пролистал список идентификаторов, который прислал Игорь парой часов ранее. За каждым набором символов таилась целая рекламная кампания: по полноценному видеообзору, купленному за сотни и тысячи долларов из бюджета «Нексторы».

Результат – ворох аномально бойких пользователей, которые пролистали половину продуктовых страниц и благополучно вышли навсегда.

– В голове, сука, не укладывается, – Алекс ввёл один из кодов в базу рекламных публикаций. – Вот кто бы подумал, что именно Алиса обчистит нас на двадцать пять штук и смоется в закат?

Что-то зашуршало на том конце «провода»:

– Надеюсь, что не ты, – буркнула Кристина.

Раздался протяжный гул поверх её голоса, вслед за ним хлынул шумный поток воды. Алекс вскинул брови:

– Ты что, на туалете?

– Уже нет, – безразлично ответила Кристина.

Алекс молча покивал, выпучив глаза. Кристина же громко шмыгнула носом и с напором продолжила:

– Лучше ты объяснись. Ты правда веришь, что Алиса могла обокрасть твой бюджет, кинуть своего парня и просто убежать в никуда? Серьёзно? Алиса, наш губастый одуванчик?

– Я верю тому, что вижу.

– Давай без бритв и Оккам, пожалуйста.

На экране как раз появился один из тех самых видеообзоров. Алекс быстро прокликал по полосе внизу проигрывателя, но картинка менялась едва ли.

О свежих решениях «Нексторы» для платежей фрилансеров и малого бизнеса вещал нарочито холёный парнишка лет двадцати двух с выбритыми висками и улыбкой в шестьдесят четыре зуба. Сошёл с постера арийской пропаганды, не иначе.

В несмываемой улыбке не таилось ни искорки жизни. Голубые глаза смотрели ровно, без эмоций, а руки точно приклеились к столу возле громадного микрофона. Фон за ним – явно компьютерный: типичные для модного блогера стеллажи с коллекционными фигурками и светодиодными лентами вдоль полок.

Сошло бы за зелёный экран, будь сам парень по имени Джейсон Гарнетт хоть капельку живее.

– Ты бы видела эти ролики, Крис, – простонал Алекс, уже открывая следующий. – Очевидная нейросеть, аномальные «лайки» и полотна сгенерированных комментариев. Алисе бы десять секунд хватило, чтобы бросить их в топку.

– А она купила их видео за большие деньги… – протянула Кристина, что-то пожёвывая. – Вопрос – зачем?

Алекс знал, что напарница взорвётся, припомни он ещё хоть раз старину Оккама. Пока он мялся с ответом, Кристина вновь подхватила руль их телефонного разговора:

– Слушай, можно нескромный вопрос?

– Хм-м?

– Вы там, в маркетинге, вообще не следите, куда такие деньжищи шлёте? Неужели никакого следа не осталось?

Алёкс дёрнулся, будто ощутив жало осы где-то в районе седалища, и вернулся к списку кампаний в аналитической консоли.

В последний год руководство «Нексторы» – и лично Жорж, проникшийся тренингами бизнес-гуру в Дубае и Торонто – активно поддерживало «оптимизацию процессов» в лучших «бирюзовых» традициях. Иначе говоря – противоположность бюрократии, и столь же опасное явление, если возвести его в абсолют.

Значительная часть кампаний у опытных ребят, вроде Алисы или Макса Хоффмана, проходила без лишней волокиты и цепочек одобрений. Но предел тому был – и Алиса это знала хорошо.

– Она начала с сумм поменьше, – рапортовал Алекс, вчитываясь в каждую строку. – До полутора тысяч не нужны одобрения и даже контракты с исполнителем. А вот выше… Да, под конец она явно обнаглела.

Две последние кампании превысили этот порог – три и пять с половиной тысяч долларов за видеообзор. Финансы бы уже давно снизошли из Чистилища по душу Алекса, проведи они такие активности без нужных бумажек с цифровой закорючкой исполнителя в графе «подпись».

Об этом он и сообщил вдруг замолчавшей Кристине.

– Значит, какой-то след всё же есть, – резюмировал Алекс на выдохе. – Я проверю их контракты в базе. Там должны быть названия компаний, адреса, номера регистров…

– И не забудь добавить на доску всё, что пришлёт Игорь по их крысиному уголку.

18.

Понедельник. 07.04.2025. 22.41 по Белграду

Алекс уже забывал, как пахнет снаружи. Кажется, сладкой выпечкой, под вечер уступавшей многим килограммам мяса, что дымилось на грилях по всей округе. Изредка – бензином и мокрой травой.

Этой весной окно доводилось открывать редко: слишком уж крепкой выдалась Кошава. Этот зябкий ветер дул нескончаемым потоком прямо в окна его гостиной на шестом этаже, заставляя дребезжать рольставни снаружи.

Из дома Алекс всегда выходил редко – с тех пор, как тринадцатилетним пацаном открыл радости целых фантастических миров, помещавшихся на жёстком диске компьютера. Удалённая работа лишь усугубила его привычку замыкаться меж кроватью, холодильником и ноутбуком.

А когда Алиса Марченко пропала вместе с парой десятков тысяч со счетов «Нексторы», то, что осталось снаружи, тускнело быстрее, чем скоротечный зимний закат.

Игорь соизволил поделиться тем, что имел по секретному чату «Без-Боссов» совсем уж поздно. Алекс даже заглушил оповещения о сообщениях Кристины. Советы бомбардировать вопросами самого Игоря на напарницу подействовали не больше, чем Аспирин на пулевое ранение.

Оповещения он вернул, лишь когда изучил файлы сам и добавил их на виртуальную доску.

К сообщению Игорь прикрепил несколько снимков экрана. Буквальных фотографий его широченного монитора, сделанных с довольно близкого расстояния. На половине снимков в отражении монитора торчало сосредоточенное лицо Игоря и кусок волосатой груди. Почему-то – обнажённой.

– «Без Боссов», значит, – Алекс раз за разом открывал снимки по порядку. – Понятно, почему.

Похоже, чат и впрямь был анонимным. Вместо имён – сложные ники разной степени остроумности. Дизайн минималистичный, аватаров нет. Отличное место, чтобы приоткрыть дамбу скопившегося в душе дерьма.

YourAnorexicBestie: «Александр этот – конченный гондон. По лицу видно.»

LazyCock: «Ага, ещё и гнусавый, как будто сам гондон проглотил.»

FataMorgana: «Вы про тех. директора?»

LazyCock: «Нет б**, про батю твоего.»

Алекс хмыкнул и пролистал дальше. Пару снимков Игорь приложил как пример того, что обсуждалось в чате. Помимо рассуждений о голосе Александра Корнева, то были, в основном, дешёвые сплетни.

Он должен был искать упоминания Алисы, но всякий раз ловил себя на том, что своё имя ищет куда тщательнее.

CrackheadJoe: «В полку мудаков прибыло. Алекс Коваль – мудак отменный»

Алекс читал это уже раз в пятый раз, а складки на лбу пролегали всё глубже и глубже. Даже брови заболели.

FataMorgana: «@CrackheadJoe, так ты у нас из маркетинга?»

MamaRoach: «Палишься, чел. Не по правилам.»

Если верить Игорю, чат не просто был анонимным – даже намёки на настоящую личность запрещались. Только сплетни, только домыслы, только желчь. Один таинственный администратор под личиной TheBitchOfTheWest знал, кто есть кто.

И пользовался уважением, раз CrackheadJoe так спешил оправдаться:

CrackheadJoe: «Не обязательно работать с мудаком, чтобы узнать его.»

PenisMatrix: «Точно. Мудак мудака видит издалека.»

Алекс поёжился и отстранился от экрана. После очередного прочтения диалога его потянуло в душ. В Интернете новичком он не был – имиджборды, соцсети, да те же анонимные форумы вплоть до ДаркНета посетить успел.

Мерзостей в сети хватало, и крепким словцом Алекса смутить было сложно уже годам к семнадцати. Поганее было то, что под хамскими личинами таились те, с кем они от недели к неделе улыбались на одних и тех же встречах.

Беседовали о погоде, поддерживали успехи друг друга, поздравляли с днём рождения, свадьбой и долгожданным повышением.

«Мудак, значит?» – повторял Алекс мысленно, вытираясь затвердевшим без стирки полотенцем.

Чтобы вспомнить главный из снимков Игоря, даже к компьютеру возвращаться не требовалось. Изображение так и стояло перед глазами.

Главной на ней, конечно, оставалась голая фотка Алисы – та самая, из Инстаграма. В неё Алекс и не всматривался, сосредоточившись на сообщениях после.

Появился пост глубокой ночью с субботы на воскресенье, но подписей к нему пользователь FataMorgana не добавил.

Несколько эмоджи, обозначавших безудержное веселье, от обычно молчаливых NoGameNoLife и KPIJesus, появилось почти сразу.

LazyCock: «#ябывдул»

YourAnorexicBestie: «10 баксов-то найдется?»

LOLwhat: «Дороговато за такую индейку.»

Судя по отпечатавшемуся интерфейсу, Историю засняли с небывалой прытью: меньше минуты прошло после публикации.

FataMorgana будто знал – или знала – что такое фото вообще появится в сети.

Алекс набрал побольше мятного ополаскивателя в круглую крышку и яростно полоскал рот, пока щёки не начало жечь, так будто он смысл всю слизистую. Но привкус горечи остался.

Придётся подрихтовать его ледяной банкой пива, прежде чем обсуждать находки с Кристиной. Алекс бы с удовольствием допил одну, вторую и третью, вдыхая на балконе зяблый воздух с лёгким дымком со стороны Мириево. Сигарет тоже хватало, в кои-то веки.

Нырять обратно в стометровый бассейн «Нексторовского» дерьма хотелось почти так же, как и выходить завтра в один виртуальный офис с этой сворой сплетников. «Крыс несчастных», как обозвала их за глаза Кристина.

Она-то предпочитала сплетни классические, живые. Благородные.

Телефон Алекса ожил слишком рано.

Christina Korotkoff: «Ну и гадюшник!»

Christina Korotkoff: «Мрак!»

Alex Koval: «Ты же переживала, что тебя не позвали в чат.»

Christina Korotkoff: «Ну а чего они?»

Christina Korotkoff: «Чем я хуже какой-то “матрицы пенисов”?»

Christina Korotkoff: «…»

Christina Korotkoff: «Я к тому, что так у нас хотя бы был прямой доступ в этот чат.»

Alex Koval: «Ну-ну.»

Алекс с досадой взглянул на полусгоревшую сигарету и метнул её в пепельницу, которую очистил накануне. Знал ведь, что ночь предстоит долгая.

Он взглянул на истёртую обивку стула, потёр саднящие ягодицы и со вздохом перетащил ноутбук на диван. На экране уже ждала виртуальная доска, куда он добавил все снимки секретного чата. Кристина переписывала все попавшие на скриншоты имена участников на розовый стикер чуть правее.

Отдельная пометка с жирной стрелкой досталась отражении груди Игоря.

«Ну, каков мужчина!» – гласила подпись.

– Ещё и не мудак, наверное, – пробормотал Алекс, набирая новое сообщение.

Alex Koval: «И чего, по-твоему, нам бы дал прямой доступ в эту хрень? Я и так вижу, что там пациенты неизлечимые. Радуйся, что нас такими не сочли.»

Christina Korotkoff: «Ну, нам бы сейчас не помешал старый добрый деанон. Может, кто-то знает, чего стряслось с Алисой.»

Christina Korotkoff: «Да-да, ты всё ещё веришь, что она стырила 25к и сбежала…»

Алекс не готов был умереть за эту веру, как крестоносец в Иерусалиме. Это не объяснило бы странный звонок в ночи и имитацию работы в последующие пару дней.

Пока он размышлял, Кристина насыпала ещё несколько сообщений.

Christina Korotkoff: «Как видишь, хейтеров у неё хватало.»

Christina Korotkoff: «И кто-то же принёс эту несчастную фотку в чат.»

Christina Korotkoff: «Короче, полезно знать, кто есть кто.»

Всякий раз, когда Кристина волновалась, её сообщения распадались на отдельные предложения и летели в Алекса мелкой дробью. Его эта привычка раздражала. Не успевал он ответит на первое, как уже приходилось стирать уже набранный текст и адаптировать реакцию под свежий выстрел напарницы.

Christina Korotkoff: «Впрочем, забей.»

Christina Korotkoff: «Хрен мы что выясним, раз админ требует, чтоб даже намёков на личность не было.»

Christina Korotkoff: «Похер. Работаем с тем, что есть.»

Алекс отвечать уже не торопился. Он даже отложил ноутбук с колен на подушку дивана и поднялся, потирая лоб. Сначала – три круга по гостиной, и уж потом – обратно за клавиатуру.

Там его уже ждал немой вопрос.

Christina Korotkoff: «???»

Alex Koval: «Тут ты не права.»

Christina Korotkoff: «Обоснуй.»

В двадцать первом веке общество особенно рьяно учило не вешать ярлыки. Дело хорошее, но маркетологи с опытом знали, что любая индивидуальность имела свой предел.

Alex Koval: «Правило у админа логичное, но личность так просто не сотрёшь. Как ни старайся, а что-то реальное протечёт в твой ник, в твои сообщения, в реакции.»

Christina Korotkoff: «Протечёт? Мерзкое какое-то слово.»

Alex Koval: «Говорю, как есть. Вот сейчас, не думая, какой ник ты выбрала для этого чата?»

Цифровое молчание продлилось секунд сорок. Почти вечность по меркам возбуждённой Кристины.

Christina Korotkoff: «Ну, допустим, SilentArtist. И чего? Чем это на меня похоже?»

Alex Koval: «Всем, если это твоя полная противоположность. Предположу, что ты не любишь ни искусство, ни молчать.»

Тишина в этот раз затянулась. Прикусив губу, Алекс с тревогой перечитал последнее слово.

Christina Korotkoff: «Ну, спасибо, Шерлок комнатный.»

Алекс забылся и надкусил угол ногтя на указательном пальце. Огрызок он подхватил и аккуратно опустил в пустую банку из-под пива.

Alex Koval: «Я к тому, что дело ты полезное начала. Давай изучим тех, кто есть в этом чате, и попробуем как-то понять, кем они могут быть. Проанализируем их язык, оговорки и так далее. Будет супер, если и Игорь поделает ещё фотографий.»

Christina Korotkoff: «Только попроси его футболку надеть. Хватит нам нюдсов.»

Алекс неспешно набирал сообщение, которым надеялся на время потушить переписку. План был пусть и шаток, но понятен. Дальнейший пинг-понг колкостями лишь сократит его пьяный сон перед новым рабочим днём.

Ещё и с Даницей Маркович завтра встречаться, а она остатки перегара даже к вечеру ловила искусно, всякий раз встречая его укоризненным взглядом из-под стареньких очков.

Оставалось лишь подытожить скверные находки.

Alex Koval: «Короче, ночка предстоит бессонная.»

Christina Korotkoff: «Угу. И не в хорошем смысле.»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.