Василий Бобырь
ИНТЕРЕСНАЯ РАБОТА

ИНТЕРЕСНАЯ РАБОТА

ГЛАВА I

ОБЫЧНЫЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ

Человека делают счастливым три вещи: любовь, интересная работа и возможность путешествовать.

Иван Бунин

Мужчина проснулся рано. Аккуратно вышел из спальни, стараясь не разбудить жену. По дороге в ванную комнату заглянул к дочери, та во сне улыбалась, возможно видя одну из своих замечательных историй, которыми затем делилась с ним. На кухне он выпил стакан воды, в прихожей надел теплый спортивный костюм для своей ежедневной пробежки. Мужчина весьма следил за своим здоровьем, это было одним из условий, гарантирующих счастливую семейную жизнь. Обычные два километра по давно усвоенному маршруту. Его можно было отнести к полностью счастливым индивидуумам – обожаемая семья, любимая работа. Выполнив ряд оздоровительных упражнений, мужчина направился домой.

По пути он встречал соседей, просто знакомых. Одни выгуливали своих собак, другие спешили на работу. Они приветливо отвечали на его восторженное «Доброе утро!». Мужчина вызывал симпатию и своей улыбкой, и оптимизмом, и уважением к ним. «Побольше бы таких соседей», – думали они.

На кухне приготовив кофе и нехитрые бутерброды, включающие помимо классики и колбасу, мужчина шёл будить своих девчонок. Дело это было из нелёгких, но, обычно, ему это удавалось. Они клянчили ещё пять минут, умоляли дать поспать. Потом смеялись, пытались его шлёпнуть, грозились страшными карами. В кухне, уплетая завтрак, строили планы мести. Супруга работала дистанционно, переводчиком в фирме, дочь собиралась следующей осенью идти в школу. Разговор зашёл о летнем отпуске. Решили, что нужно посетить одну из тёплых стран, имеющих тёплое море и приличные условия. На том и порешили.

Любимая работа мужчины находилась в одном здании с пенитенциарным учреждением, называемым в народе тюрьмой, но к нему не относилась непосредственно. Просто в целях изучения деликатных проблем министерством юстиции совместно с министерством здравоохранения была создана экспериментальная лаборатория, в которой мужчина был главным действующим лицом. Молодой талантливый учёный и отличный семьянин. Подъехав к огромному серому зданию и разместив свой автомобиль на специально отведённое именно ему место, мужчина зашагал к проходной. В удостоверение не заглядывали, его уже все знали в лицо и уважительно смотрели вслед. Он стал неотъемлемой частью общего механизма, важной шестерней процесса.

В своей лаборатории его радостно встретили врач анестезиолог, фельдшеры, лаборанты. Он был внимателен и добродушен со всеми, и это подкупало. Как, впрочем, и высокая заработная плата, с учётом всевозможных коэффициентов. Мужчина зашёл в кабинет, сразу включил кофемашину и принялся тщательно планировать свой день. На столе стояла фоторамка, с которой ему улыбались жена с дочерью. Жизнерадостно и заразительно! Каждый раз, когда его взгляд останавливался на фото, он улыбался в ответ. Невозможно было удержаться. Девяносто дней отделяло его от теплого моря, новых эмоций дочери и умиротворённой улыбки супруги.

В дверь постучали, и заглянувшая лаборантка Леночка предложила пройти в процедурный кабинет. Все девушки лаборатории тайно были влюблены в начальника, но отчётливо осознавали никчёмность своих грёз. Это было написано на лице их любимого шефа.

Мужчина прихватил с собой журнал и направился в процедурный кабинет. Там было уже всё приготовлено к работе. Вышколенный им персонал подготовил кабинет так, как он хотел и требовал. В лучшем виде! В кресле, напоминающее стоматологическое, но с широкими подлокотниками, находился пациент, зафиксированный в нём по всему телу специальными ремнями-застёжками. Он не мог даже пошевелить головой, о ногах и руках говорить не приходится. И ещё пациента посетил и не отпускал страх!

Мужчина надел специально приготовленный для него белый халат и сел за стол, размещённый аккурат напротив пациента, и доброжелательно улыбнулся:

– Позвольте представиться, я – Сергей Михайлович! Ваш врач, с которым Вам предстоит провести некоторое время.

– Зачем? – несколько напряжённо спросил пациент.

– Давайте сначала познакомимся, – не убирая улыбки продолжил Сергей Михайлович. – Как Вас величать, любезный?

– Анатолий… Иванович, – было заметно, что тревога пациента только нарастала.

– Давайте, Анатолий Иванович, успокоимся и просто поговорим, – предложил добрый доктор.

Не дождавшись внятного ответа, Сергей Михайлович прочёл запись в журнале:

– Анатолий Иванович Кривич, 1989 года рождения, женат, временно не работает, задержан следственными органами по подозрению в совершении ряда преступлений: разбой, убийство, кража в особо крупном размере. Отказывается признавать свою вину. Следствием направлен в мою лабораторию для проведения специальных мер воздействия. Это Вам для справки.

Пациент закрыл глаза секунд на пять, потом тихо ответил:

– Я не делал этого! Это не я, честное слово.

Врач внимательно посмотрел ему в глаза:

– Поймите, Анатолий Иванович, для меня это ровным счётом ничего не значит. Я не дознаватель, не следователь, не прокурор и даже не адвокат. Меня используют как… инструмент и, надеюсь, очень хороший. Мы с Вами отправимся в удивительный мир страданий, и нашей с Вами задачей будет не потерять себя. Это я немного образно так говорю, но Вы вскоре поймёте. Раньше, да и сейчас, использовались грубые методы воздействия на личность, оставляющие глубокие как душевные, так и физические раны. Подсадить в так называемые пресс-хаты, посадить на бутылку, использовать черенок – это грубо и абсолютно бесчеловечно. Я уже не говорю об использовании тока для воздействия в области интимных мест. Меня, как современную гуманную личность, это весьма коробит. Но тем не менее, пытки при дознании применялись испокон веков и не имели альтернативы. Кстати, Женевская конвенция одна тысяча девятьсот сорок девятого года запрещает пытки, а также жестокое и унизительное обращение с любым человеком. Поэтому нашей с Вами задачей будет использование способов и методов мало травмирующих и восстанавливающих техник, после которых ни один эксперт не выявит принудительного и вредного воздействия. Как Вам?

Анатолий Кривич с ужасом смотрел на доктора. Сергей Михайлович доброжелательно продолжил:

– Мы с Вами проведём сегодня несложные медицинские процедуры, после которых Вы вновь встретитесь со следователем. Если ответы его не устроят, то мы опять спланируем нашу встречу. Всё это время Вы будете находиться у нас в палате под круглосуточным наблюдением. К сожалению, в прошлом году мы имели три летальных исхода. Не по нашей вине – медицина в пенитенциарном учреждении просто отвратная, но всё же. После этого – только наша ответственность! И начнём мы с самого простого – удаления ногтевых пластин на левой руке. Обычно такая процедура не занимает много времени и проводится под местной анестезией, но ведь мы должны пройти некий путь страданий, не так ли? Сейчас я введу Вам препарат, парализующий временно голосовые связки. Процедура удаления ногтевых пластин болезненная, а мне бы не хотелось Вашим криком пугать весь мой персонал.

Анатолий Иванович Кривич стойко перенёс укол в шею и только жалобно смотрел на доктора. При удалении ногтевых пластин он широко открывал рот, слёзы то и дело бороздили его щёки. Пациент вынужденно тихо страдал, как и планировал Сергей Михайлович. После процедуры, врач заботливо обработал раны, наложил аккуратную повязку на всю ладонь. Вызвав фельдшера, Сергей Михайлович дал чёткие указания, а пациента успокоил:

– Анатолий Иванович, раны заживут уже на следующей неделе, а ноготки полностью отрастут через четыре-пять месяцев. Встречаться со следователем будете в нашей палате, а я прослежу за Вашим питанием. Выздоравливайте, пожалуйста!

Когда фельдшер с пациентом удалились, Сергей Михайлович вернулся в свой кабинет и стал подробно записывать в журнал ход процедуры. Иногда он посматривал на фотографию в рамке, стоящую на столе и мечтательно улыбался. Стук в дверь возвратил доктора из мира грёз:

– Сергей Михайлович! Подготовлен следующий пациент, мы Вас ждём.

Предстояло провести медицинскую процедуру, несколько более сложную, чем предыдущая – удаление аппендикса или аппендэктомия. Но медицинский персонал верил в блестящие способности своего шефа. Перед операцией пациент был подвергнут строгому обследованию состояния здоровья, врач не хотел повторения несчастного случая. Ведь часть операции будет проведена без анестезии, страдания оперированного будут предельны. К чести сказать, сама процедура будет выполнена малоинвазивным методом, на весьма высоком уровне. Обычно дальше Сергей Михайлович не шёл. После подобной операции пациенты признавались в содеянном и пропадали из вида и его зоны ответственности. Но конечно у опытного хирурга были ещё варианты воздействия.

Был ещё и третий пациент на сегодня. Случай был простой – стоматологическое удаление четырёх моляров. Затем строгое протоколирование хода процедур, контроль за послеоперационным уходом. Сергей Михайлович был прекрасным врачом и считал каждый этап весьма важной составляющей единого целого. В конце рабочего дня он чувствовал себя слегка подуставшим.

По дороге домой мужчина заехал в туристическое агентство. Там он забронировал путёвки в Aydinbey Kings Palace & Spa – один из лучших отелей Турции, внеся предоплату. Рядом находился кондитерский магазин, где Сергей Михайлович купил восточные сладости. Если супруга следила за своим весом, то юная леди с удовольствием поглощала лишние калории.

Ещё в прихожей его бросились обнимать. Он знал, что является возможно самым счастливым человеком. Ведь у него такая прекрасная семья! И есть его любимая работа.

«Самое худшее – что я схожу именно за того, кем не являюсь: за хорошего человека. Я способен проникать в жизни других, потому что они мне доверяют. Я делаю свою грязную работу по-лёгкому.» – Чарльз Буковски

ГЛАВА II

ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР

Помните, у человека нет другого выбора – он должен быть человеком!

Станислав Ежи Лец

– Нет, Серёга! Ты врёшь самому себе и прекрасно понимаешь это, просто так проще!

Николай быстро пьянел: глаза становились слегка помутневшими, движения – порывистыми. Он опять хлопнул рюмку водки и нетвёрдой походкой отправился в туалет, оставив хозяина квартиры одного. Сергей Михайлович, вилкой наколов полоску лимона, отправил её в рот, на время зажмурил глаза. Разговор пошёл не туда, но уже было поздно что-то менять. Николай, сколько он его помнил, всегда отличался прямотой и искренностью. А ещё он ценил их дружбу.

Всё произошло весьма спонтанно: и застарелая болезнь тёщи, и отъезд к ней жены с дочерью. Сергею Михайловичу вдруг стало как-то неуютно одному в квартире, а тут случайно в городе появился он – Николай Степанович, его лучший друг той, ещё холостяцкой жизни.

Они познакомились при поступлении в медицинский институт. Николай отличался от всех своей уверенностью, иногда не подкреплённой знаниями. Но это действовало! И на сокурсников, и даже на преподавателей. Сам Николай был из сибирской глубинки, что выдавал характерный говор: ёмкий и уверенный. Через месяц учёбы они стали закадычными приятелями, и если Сергей Михайлович был предельно собран в постижении профессии, то, напротив, Николай Степанович позволял себе приличные, да чего греха таить, и неприличные вольности. Всё это он проделывал с такой уверенностью бывалого человека, что все, включая и Сергея Михайловича, только диву давались. Всё это, впрочем, не мешало Николаю входить в десятку лучших студентов потока, да и то порой Сергею Михайловичу казалось, что только нежелание и лень не позволяли тому быть просто самым успешным.

– Итак, Серёга, продолжим! – раздался грубоватый голос друга ещё в коридоре. – Чем же ты отличаешься от других садистов?

Сергея Михайловича весьма покоробило такое сравнение, но уж очень он уважал мнение своего приятеля, за столько лет доказавшего преданность дружбе. Николай Степанович трудился заведующим хирургическим отделением в одном областном городе, и отзывы о нём были если не хвалебные, то искренне положительные.

– Последствиями, именно последствиями! – чётко определил своё мнение хозяин квартиры. – Все мои воздействия временны и подвержены корректировке.

– Это ты про аппендикс или моляры? – грубовато ухмыльнулся приятель. – И как к-о-р-р-е-к-т-и-р-о-в-а-т-ь будем?

– Ты же прекрасно знаешь, что без аппендикса качество жизни не ухудшается, а моляры компенсируются протезированием.

– Так мы за гуманное воздействие? – усмехнулся Николай Степанович, налив себе полную рюмку. – А моральный аспект ты принял во внимание?

– Это гуманнее, чем пытки! – уверенно заявил Сергей Михайлович. – Намного гуманнее.

– С чего бы это? – удивился Николай, пригубив рюмку и не решаясь опустошать. – Речь ведь идёт о тебе, мой друг.

Заметив удивлённый взгляд приятеля, Николай Степанович продолжил:

– К тебе приводят совершенно незнакомого парня, который не сделал лично тебе ничего плохого. Ты дозированно делаешь ему больно, очень больно, не зная наверняка – виновен ли он. Он соглашается с приговором, боясь опять попасть к тебе, такому гуманненькому, чистенькому и вежливому. Ты почаще смотри в зеркало, – ты просто мягкий садист, не худший, но и ненамного лучший других…

Разговор как-то сам по себе расклеился, возможно, Сергей Михайлович просто обиделся на своего друга. Пришло время прощаться. Узнав, что внизу его ждёт такси, Николай Степанович в охапку сгрёб приятеля и признался:

– Люблю я тебя, Серёга! Как друга! Но это – путь в никуда! Пожалуй, мне пора!

Спускаться вниз вместе с ним он запретил, не хотел расстраиваться при прощании. Сергей Михайлович был такого же мнения. Надо напиться! – запоздало подумал он. Успею. И вправду, времени оказалось достаточно для погружения в тёплый приятный кокон. Давненько он так не загружался спиртным.

Утро ударило его наотмашь. Вчерашний разговор засел в голове и проел весь мозг. О чём только не думал Сергей Михайлович, мысли вновь возвращались к вчерашнему. Оглушительно звучал голос друга:

– Ты почаще смотри в зеркало, – ты просто мягкий садист, не худший, но и ненамного лучший других.

И Сергей Михайлович тут же ответил в пустой коридор:

– Все хотят быть чистенькими и внутри, и снаружи, а кто будет чистить общество?

Он даже попытался пристально рассмотреть себя в зеркале. Пробовал даже подмигнуть, но вышло неубедительно. До приезда жены и ребёнка он основательно терзал свою душу, совесть и разум. И пришёл к неутешительному выводу: Николай прав, как ни крути! И выглядит Сергей слегка этаким мерзавцем – воспитанным, приятным в общении и отличным в профессии мясника. Возможно даже садистом! Решение сформировалось.

Несколько дней мужчина посвятил своим родным. Было весело и шумно. Дочь собрала немало информации и радостно сыпала ею в улыбающегося отца. Тот кивал головой, соглашался, удивлялся, иногда влюблённо посматривая на жену. Хорошо-то как! – подумал Сергей Михайлович.

Судьба – это не дело случая, а результат выбора; судьбу не ожидают, её создают.

Уильям Дженнингс Брайан

В понедельник Сергей Михайлович заехал к своему руководителю и передал заявление на увольнение по собственному желанию. Начальник был весьма озадачен возможностью потерять лучшего работника его ведомства. Он замысловатым движением взъерошил свои волосы и предложил:

– Дорогой Сергей Михайлович! Как же мы без вас? А как будете вы без науки? Нет, голубчик, у меня к вам есть встречное предложение. Подождите отказываться, вначале выслушайте.

Руководитель нашёл в ворохе бумаг на своём столе нужный документ и прочёл:

– …На базе пенитенциарного учреждения создать экспериментальную лабораторию по изучению мыслей-образов мозговой активности преступников с использованием сканирующей томографии и развитого искусственного интеллекта.

Начальник глянул на Сергея Михайловича и продолжил уже от себя:

– Сам я в этом, голубчик, вообще не разбираюсь – пожалуй, виноват возраст. Но что хочу сказать. Вам, с вашей докторской, это весьма поможет. Руководитель там уже назначен, так что ответственность только личная, и никого истязать не нужно. Просто научные изыскания на стыке разных наук. Им нужен практикующий врач, и я уже замолвил за вас словечко. И заметьте, опять повторюсь, никаких странных операций – только непредвзятый анализ.

Сказанное выглядело по меньшей мере необычным. И ещё оно манило! Наукой! Настоящей, не принудительной, абстрактной и… гуманной. Сергей Михайлович согласился. Ему передали листочек с написанным на нём корявым почерком номером телефона.

Сергей Михайлович зашёл в ближайшее кафе, заказал латте и сырную тарелку. Когда официант ушёл, он позвонил по указанному номеру. Его звонка ждали:

– Уважаемый Сергей Михайлович! Мы искренне рады, что вы приняли предложение. Ваше начальство так долго нахваливало вас, что у нас появилось ощущение вашего присутствия в нашем коллективе задолго до звонка. Если не будет возражений, то мы могли бы встретиться с Вами, к примеру, часиков в девять возле знакомого нам учреждения, в месте Вашей постоянной парковки. Как Вам такой вариант?

Голос был молодой и располагающий. Сергей Михайлович улыбнулся:

– Меня это полностью устроит. До завтра!

К этому времени на столе появились кофе в красной кружке и нарезка сыра, аккуратно разложенная на тарелке. Сергей Михайлович был вынужден констатировать, что день начался прямо-таки многообещающе.

«Жизнь – это ровно то, что хочешь ты. Потому что каждый день у тебя есть выбор. На тебе невероятная ответственность за каждый сделанный выбор.» – Джордж Грегори Плитт (младший)

ГЛАВА III

ЛАБОРАТОРИЯ МЫСЛИТЕЛЬНЫХ ОБРАЗОВ

Когда необходимо сделать выбор, а вы его не делаете – это тоже выбор.

Уильям Джеймс

– А это, Сергей Михайлович, наш мир, в котором мы творим порой удивительные вещи, – руководитель проекта Андрей Ильич знакомил нового работника с лабораториями и коллегами.

– По сути, коллега, я номинальный начальник этого заведения, – продолжил он, – сидел я спокойно себе в отделе инноваций министерства здравоохранения, а тут такая вот оказия вышла.

Они подошли к двери, на табличке которой было написано: «Машинное отделение». Андрей Ильич первым зашёл в помещение и жестом руки позвал одного из мужчин, азартно обсуждавших проблему:

– Представляю Вам нашего компьютерного гения Петра Ивановича, человека в высшей степени влюблённого в своё дело. А Вам, Пётр Иванович, наконец, даю возможность увидеть Сергея Михайловича, о котором мы уже несколько вечеров ведём речь.

Мужчины обменялись уважительными взглядами и рукопожатием. Андрей Ильич увлёк новичка далее, знакомить со всем персоналом.

– Мы сейчас вскользь познакомимся с руководителями лабораторий, а затем, уже вечером, соберём небольшое совещание по нашей тематике, где более плотно остановимся на поставленных задачах.

Они вошли в лабораторию, обозначенную как «Нейрохирургия», и встретили приятную молодую женщину в белом халате. Она первая протянула руку и, улыбаясь, представилась:

– Анна Сергеевна, нейрохирург, кандидат медицинских наук и страстный любитель кофе. Кстати, не желаете чашечку?

Андрей Ильич и Сергей Михайлович не без удовольствия подчинились предложению и направились вслед за гостеприимным начальником лаборатории в её кабинет.

Кофемашина Анны Сергеевны поражала воображение. Сергей Михайлович считал себя заядлым кофеманом, но всё же подход хозяйки кабинета его поразил. Столько вбухать денег в агрегат может только истинный фанат напитка. И первый же глоток подтвердил сделанное допущение: кофе был великолепен. Сама беседа получилась весьма скомканной и поверхностной – не было точек соприкосновения ни по работе, ни по жизни вне её. Но всё равно было приятно сидеть и небольшими глотками пить божественный напиток.

Через десять минут руководитель проекта подвёл Сергея Михайловича к двери, табличка на которой содержала загадочную надпись: «Лаборатория мыслительных процессов». Андрей Ильич открыл дверь и пригласил пройти внутрь нового коллегу. Взору Сергея Михайловича открылась огромная комната, покрашенная в белый цвет и изобилующая самым современным оборудованием.

– Если машинное отделение, так сказать, мозг нашего проекта, то это – душа! – подчёркнуто весело и официально заявил Андрей Ильич, а завидя приближающегося молодого человека в белом халате с огромной копной кучерявых рыжих волос, добавил, – представляю Вам ещё одного нашего гения, радиолога и рентгенолога от Бога, Илюшу Розенберга, сына Якова!

При этом широко улыбался и молодой Илья, и его начальник, более возрастной Андрей Ильич.

Илья протянул свою руку Сергею Михайловичу, и тот ощутил необычную скрытую силу молодости. Обменявшись репликами, Илья Яковлевич стремительно вернулся в свой мир, а Андрей Ильич увлёк нового работника в кабинет.

Личное помещение начальника проекта оказалось на редкость вместительным, содержащим, помимо личного стола с двумя приставленными креслами, круглый стол для совещаний, вокруг которого были размещены стулья, давно забытого фасона.

– После кофе, предложенного нам Анной Сергеевной, могу приготовить только чай.

С этими словами хозяин кабинета включил электрочайник и извлек из своего стола коробку чая Lipton. Сергей Михайлович усмехнулся, ему нравился новый начальник, да и весь коллектив был весьма интересен.

Поставив перед новым работником чашку с чаем, Андрей Ильич вернулся в своё кресло:

– Вы знаете, Сергей Михайлович, с гениями работать с одной стороны трудно, но с другой стороны и легко. Они любят замыкаться в своём мирке и неохотно делятся знаниями. Каждый из них даёт великолепный результат, что нивелирует означенный недостаток. Я не силён в их дисциплинах, опишу лишь общий контур исследований.

С этими словами, руководитель проекта отставил от себя недопитую чашку чая и внимательно глядя в глаза Сергею Михайловичу продолжил:

– Современные методы исследования мозга открыли поразительную картину возможностей. Единственной преградой в получении достоверных результатов является сложность обработки полученных данных. Возникла весьма оригинальная мысль – подключить к обработке высокоскоростные вычислительные машины. Пётр Иванович постарался на славу, и, как следствие, получение результатов высочайшей достоверности. Но наш Илюша пошёл дальше! Он предположил, что с помощью им разработанных программ можно переводить приходящие результаты в визуально оцифрованный формат. Или как Илья назвал: «мысли-образы». Картирование коры головного мозга позволило определять индивидуальное местоположение и особенности областей мозга, отвечающих за движение, речь, зрение, память и другие функции, индивидуально для каждого пациента. Получаемые картины вначале нас обескуражили, но потом уже Анечка предположила, что основной упор должен быть направлен на определённые секторы головного мозга с использованием сети микрочипов с упорядоченными отверстиями субклеточного диаметра. Тут нам понадобилась слаженная работа всей тройки гениев. И что Вам сказать: в итоге – крики, ругань, иногда слёзы.

Андрей Ильич вновь подвинул к себе чашку, криво улыбнулся новому подчинённому.

– А в чём будет заключаться моё участие? – поинтересовался Сергей Михайлович.

– В координации действий этих поистине светлых личностей! – радостно заявил руководитель. – И я больше всех в проекте обрадовался перспективе работать с Вами.

Совещание проходило по-деловому. В самом начале Андрей Ильич вновь представил нового коллегу как старшего исследователя – координатора проекта, обрисовал его творческий путь. При упоминании докторской диссертации, коллектив оживился и более пристально стал рассматривать Сергея Михайловича. Затем совещание перешло в обычную колею. Каждый руководитель лаборатории отчитывался о проделанной работе, возникших проблемах и планах по их устранению. Руководитель проекта, по наблюдению Сергея Михайловича, выбрал для себя самый правильный путь – заниматься снабжением и хозяйственным обеспечением. Слишком уж сложными были эти молодые учёные. Сергей Михайлович, в который раз, поблагодарил себя и своего бывшего руководителя за правильно сделанный выбор.

Когда все разошлись по своим лабораториям, Андрей Ильич протянул новому подчинённому для первичного ознакомления увесистую папку с подобранными материалами по работе проекта:

– Понимаете, Сергей Михайлович, со стороны казалось всё хоть и весьма сложным, но интересным. Прекрасное оснащение лабораторий, великолепно подобранный состав, молодые талантливые люди. Для меня, чиновника, проведшего десять лет в отделе инноваций среди чертежей и пояснительных записок, подобное назначение вскружило голову. Да я и сейчас считаю это большой удачей. Но с каждым днём, работая с коллегами, знания которых поражает воображение, а характер – не приведи Господи, ты понимаешь, как устаёшь. Так что, не обессудьте, но я взвалю на Ваши плечи задачу координации всех действий этих молодых дарований, для меня абсолютно непосильную. Пойдёмте, я покажу Ваш кабинет, так как отдельной лаборатории не будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.