Глава первая

Подмосковные Химки утопали в молодой зелени. Майский ветерок слегка резвился. Где-то за белым облаком, которое растянули точно сетку на форточке, прятался солнечный свет. С высоты птичьего полёта открывался чудесный вид на речку Химка. Она текла своим давно намеченным маршрутом. На поверхности тихой воды отражалась безмятежная синева, белые неторопливые облака, утомлённые солнечные лучи. Здесь ещё красовались разноцветные каменные дома – высотки, зелень деревьев и неказистая физиономия дяди Паши Щеглова. Он уже около часа плавал на своей резиновой лодочке в виде уточки, пил водку целыми стопками, держался за удочку и грезил о большом улове. Но рыба никак не хотела клевать, а вытянутый зеленовато-алый поплавок слегка качался. Паша недоумевал. Его глаза цвета рыбьей чешуи уже косились. Алкоголь слегка туманил разум. На лице образовался интересный загар. Под фланелевой панамой запотели виски и лоб. В кармане светлой рубашки в ромбик загудел сотовый телефон. Паша нехотя взялся за аппарат.

– Алло… Ну… Алло.

– Ты где находишься? Куда пропал? – басисто произнесла явно грузная домохозяйка Валя.

Паша проживал с  пышной горячей женщиной в съёмной квартире на окраине Химок. Во дворе их называли «сладкой парочкой». Но после того как Паша вылетел из окна во двор, люди перестали так считать.

– Я на рыбалке, – пьяно пробубнил Паша.

– Ах ты сукин ты сын. Где мои деньги? Ты взял… Несчастный идиот. Они лежали в морозилке. Пять тысяч рублей. Я на тебя в полицию заявлю, – закричала Валя.

– Я не брал, – пьяно произнёс Паша.

– Ну… Всё. Тебе конец. Я позвоню братьям. Они тебе порвут твои причиндалы хреновы. Ты взял мои деньги, больше некому. Отвечай алкаш ты несчастный.

– Вот пристала. Я не брал, – слегка ухмыльнулся Паша.

– Всё ты брал. Тварь. Я тебя сама на куски порву. Ты мне всё до копейки вернёшь алкаш подзаборный. Говори, что взял деньги. Лучше признайся, – закричала Валя.

– Я не брал ничего. Знаешь.

– Ну… Поганый ты выродок. Я звоню братьям. Пускай из тебя отбивную сделают. Мне наплевать. Урод вонючий.

– Да. Я не брал…, – пьяно произнёс Паша.

– Ну… Всё выродок. Ты попал. Будешь сидеть в тюрьме. И на посылки не рассчитывай. Харя ты противная.

– Да. Хрен ли ты мелешь.

– Всё. Я с тобой разговаривать не буду. Козёл. Тебе конец. Понимаешь ты алкаш.

– Да. Слушай Валя. Я же…

– Всё придурок хренов. Тебе конец.

– Да… Ладно тебе. Валька. Я… Слушай. Я… Этот. Я…

Паша, слегка покачнувшись, невзначай обронил телефон. Сотовый аппарат тихо булькнул в воду, а к поверхности потянулись небольшие пузырьки.

– Вот же су… Да ну его. Деньги есть. Куплю новый…

Рыбак приподнял стеклянную бутылку, где булькала спиртовая жидкость на самом донышке, где игрались солнечные блики. Паша, прищурившись, вкусил глоток зелёного змея. Он тут же неуклюже завалился спиной на дно лодки, чуть приподняв к верху оголённые босые ноги. Его лицо походило на огромный помидор, который выращивали в теплице на специальных добавках и витаминах.

Утро выглядело божественно. Со свежей травы ещё не сошла роса. Где-то неподалёку закричал голосисто петух. Посёлок Машкинские Холмы – городской округ Химки озарился ярким солнечным светом. Здесь кругом возвышались элитные дома и коттеджи. Они пестрили цветом красного – белого кирпича, разноцветной черепицей на крышах, стеклом, чудными архитектурными ансамблями. Невероятно дорогие виллы прятались за каменными заборами и кучными зелёными насаждениями. Деревья и кустарники отдавали приятными ароматами. Откуда-то тянулся чудный дух вяленой травы. По цветущей улочке туда-сюда маячили крутые дорогие автомобили. Здесь прекрасно уживались и порше, и джипы разных сборок, и бентли, и ауди, и подержанные и новые кабриолеты. У посёлка даже имелся свой пункт охраны.

В глубине посёлка за высоким кирпичным забором красовался точно «замок» семьи Мешалкиных. Большой, двухэтажный коттедж из красного кирпича имел широкие высокие окна. Мило смотрелись лесенки и веранды. Металлические, водосточные трубы отдавали яркими бликами. Черепичная, треугольная, но не крутая крыша также слегка блестела. За воротами во дворе стояла шикарная красная иномарка «Audi-Q8». Она принадлежит хозяйке дома Тамаре. Ей лишь недавно исполнилось тридцать восемь лет. Мисс-гламур работает консультантом в магазине фирменной косметики. Она много времени уделяет себе любимой. Спа, загар, маникюр, педикюр, массажи, аэробика, – являются неотъемлемой частью её дневного распорядка. Она выглядит изящно, – пышные белокурые волосы, глаза большие светлые как у питона, нос небольшой, рот маленький, губки полные. Она чем-то походит на американскую актрису Мэрилин Монро. Красотка любит походить по магазинам и часто пускается в дикие растраты.

Поблизости с «Audi» был припаркован светло-серебристый джип – внедорожник «Range Rover Sport». На нём разъезжает хозяин виллы Николас. Он внешне походит на свой автомобиль. Красотой он не блистает. У него весьма плоское лицо, – большие мутные глаза, свёрнутый нос, большие губы цвета тёмной вишни, двойной подбородок. Но своё тело он любит, и пять раз в неделю занимается в элитном спортзале «Вулкан». Культурист жмёт от груди около двухсот тридцати килограммов. Дома таскает огромные неподъёмные гантели. Он часто красуется перед зеркалом в обнажённом виде. В мюзикле он играл роли Геракла и Зевса. Николас участвует в различных шоу и зарабатывает неплохо. Его шикарное тело притягивает взгляды неистовых зевак. Хотя в десятом классе он был жилистым сачком и сопляком. Ни одного раза не мог подтянуться. После того как ему в кровь разбили нос на дискотеке, он решил взяться за себя основательно. Сухожильный, тощий, невзрачный парень пришёл в спортзал. Он решил заняться боксом. На десятой тренировке в спарринге Николасу крепко врезал под челюсть местный чемпион Алик Мусин. Паренька долго не могли откачать. Больше на тренировках по боксу его не видели. Он затем испытал себя в карате, где ему больно вывернули руку. Николас вдобавок вступил в секцию русского рукопашного боя, который основал местный забулдыга Лаврентий Сучилов. Но и там у него не сложилось. Николасу крепко досталось по рёбрам от медной ноги милашки Серафимы Куртуковой. Потом его повезли на катафалке в больницу, а заунывная сирена скорой помощи ещё долго отдавалась в ушах. Но всё изменилось, когда Николас взялся за штангу. Он нашёл свою нишу. Спартанские тренировки быстро принесли свои плоды. Мышцы увеличились в размерах уже через месяц. Ему помогло правильное питание, которое он вычитал из книги российского бодибилдера Александра Аневского. Николас заметно прибавил весом и ростом. Он быстро отомстил всем своим врагам. Он всех бил в пол силы, а то бы убил. Одного хулигана Тошу Клятвина он просто запустил головой в баскетбольное кольцо, точно мячик. Он поступил так, как истинный фанат баскетбольного клуба Химки. Баскетбол он и вправду любит. Николас не пропустил ни одного матча любимой команды. Он бережёт атласную жёлтую майку как зеницу ока, на которой расписался форвард клуба Химки лично Алексей Швед. Николас теперь слывёт настоящей машиной для убийства. Но его мягкий характер вносит определённые коррективы. На обложке мужского журнала «MEN’s LIFE» он красовался полностью обнажённым. Он с удовольствием показывал свой мощный торс, рельефный пресс с кубиками, развитые крылья, невероятные бицепсы на руках, невообразимой величины мужское достоинство. Он прямо гора мускул. Николас в свободное время трудится в ночном клубе «Платина» мальчиком по выносу.

В стороне на площадке стояла небольшая иномарка «Daewoo Matiz» цвета ярких подсолнухов. В дождевом стекле отражался луч света. На пластиковой панели раскачивалась собачка в виде болванка-сувенира, а её мордашка походила на мордочку бигля. На автомобиле раскатывает дочь Наталья. Она учится на третьем курсе иностранных языков в Московском университете. Гламурная бестия обладает красивыми выразительными глазами, где живёт бескрайняя бездна океана. У неё лицо как у недотроги, – длинные прямые тёмно-золотистые волосы, глаза с приятным голубым оттенком, носик прямой, губки бантиком. Маленькие веснушки на пике носа подчёркивают её сексуальную индивидуальность. Брюнетка крутит роман с неказистым, сухожильным парнем. Антуан Петушин умело компенсирует недостатки внешности своей харизмой и интеллектом. Он начитанный и умеет сделать беседу из ничего, поднять настроение острой шуткой. Наташу привлекала непосредственность бойфренда. Они познакомились несколько недель назад, но казалось, знают друг друга весьма неплохо. Их быстрый секс в «Daewoo Matiz» на парковочной площадке торгового центра «Апельсин» запомнился им надолго, хотя всё вышло очень быстро и неловко. Наташа слывёт влюбчивой натурой. До Антуана она общалась с рослым нагловатым парнем Гришей Рябовым. Но тот часто спускал противные газы и даже не стеснялся. Она быстро с ним порвала. Девушка назвала его вонючей тупицей. Их жаркий быстрый секс в душевой общежития быстро забылся. Она любит покататься на своём мини – автомобиле по ночному городу. Как и мать обожает тратить деньги, которые берёт якобы в долг у родителей. Но сумма уже накопилась внушительная,  что-то вроде полмиллиона рублей.

Сквозь тонкую шторку на окне в просторную гостиную проник солнечный свет. Лучик вонзился в гладкий напольный паркет и немного двигался. Вдобавок ещё одно озарение пало на большую настенную картину, где на песчаный берег набегали пенистые прозрачные волны. А вдали призрачно мелькало маленькое судно, точно белое пятнышко. В гостиной стоял большой кожаный тёмный диван и два однотипных кресла. На стенке завсегда висит приличных размеров плазменный телевизор. Под матовым потолком красовалась большая люстра в японском стиле. Просторные светлые окна украшали белые занавески. На мягком ковре лежал ещё один представитель семьи Мешалкиных – пёс Акапулько. Он мило дремал и видел сны. Английский бульдог не отличается особой красотой. Но в целом слывёт милым слюнявчиком. Короткошёрстный пёс среднего размера обладает светло-коричневым окрасом шерсти с широким белым пятном на груди. У него на шерсти есть заметные складки, лапы короткие и сильные, а тело мускулистое плотное. Его массивная голова всегда смотрит прямо. В целом складывался пёс таранного типа. Морда не слишком симпатичная, а довольно плоская, – глаза тёмные круглые с блеском как у льва, задранный нос, висячие скулы, широкая слюнявая пасть, а ещё висячие ушки. У него прямо вырисовывался смутноватый вид. Он двигается немного. Активный отдых не про него. Акапулько больше любит полежать и поглазеть на экран плазмы, а заодно потянуть любимый манговый слегка алкогольный коктейль из трубочки. У него под подбородком виднелась заметная складка, которая походит на второй слой шерсти. Английский бульдог обладает ярко выраженной индивидуальностью и чертами «истинного джентльмена»: основательность, невозмутимость, консервативность, некоторая флегматичность с одной стороны, и аристократизм, респектабельность в сочетании с импозантностью и грубоватой элегантностью с другой. Ему только-только миновал второй год. Его день рождения отмечали весело и громко. Он ещё даже не все подарки распаковал, которых насчитывалось около десяти. Торжество он отпраздновал пышно. Он был весь в серебряных блёстках и яркой мишуре. Все полупьяные гости безумно хохотали, когда игривый малыш пытался станцевать фигаро во дворе дома под музыкальное сопровождение песни «Акапулько ай-ай-ай…».

Солнечный лучик скользнул по изысканной резной лестнице, которая вела наверх дома. На втором этаже в томном коридоре также появился солнечный зайчик. Он, пробежавшись по паркету, быстро исчез. В просторной спальне царил полумрак. Солнечный свет слегка струился и пытался пробиться сквозь плотную, однотонную, фланелевую занавеску цвета молодого кактуса.

На широкой кровати лежали супруги Николас и Тома. Они мило сопели под гладким атласным одеялом. На тумбочке затарахтел старый, но резвый и звонкий будильник. Он нарушил чудные, чуткие сновидения. Николас, прищурившись, пробудился. Он мельком глянул на супругу. Тома слегка пошевелила рукой. Она не торопилась пробуждаться. Гладкое одеяло чуть съехало вниз, а оку предстала пышная оголённая грудь красотки. Николас совершенно голый бегло осмотрел свои возбуждённые причиндалы. Он тут же прижался к своей милой пассии.

– Дорогая с добрым утром. Тома я хочу тебя крошка. Ты обалденная, – прошептал он.

– ААА, – сонно вздохнула оголённая Тома.

Будильник вновь затарахтел, но уже не так громко. Николас слегка напряг свои мускулистые руки, которые казались просто стальными, где вдобавок выказались небольшие вены. Супруг нежно поцеловал Тому в губы. Она не противилась, всё ещё находясь в состоянии сна. Но она уже слегка задвигала головой. Его руки скользнули под одеяло. Он облюбовал сексуальные гладкие ножки Томы. Она слегка улыбнулась, чуть приоткрыв сонные глаза.

– АААА, – простонала Тома.

– Тома. Ты невероятно сексуальная.

– АААА… ААА…

Николас, слегка навалившись, принялся мило ласкать поцелуями наливные «дыни» супруги. Он неистовствовал, чуть прищурив глаза. Его руки плавно заскользили по оголённому телу милашки. Она находилась точно под гипнозом. Тома слегка задвигала головой, но более того не могла.

– АААА… ААА, – простонала Тома.

– Да. Тома я хочу тебя. Ты сладкая.

– ААААА…

– Да. Милая. Иди ко мне.

– ААААА… ААА, – сонно простонала Тома.

– Да. Ты супер.

Любовники нежно поцеловались в губы в засос. Тома, слегка улыбнувшись, полностью расслабилась. Она широко растопырила икристые, стройные ноги. Николас не медлил. Он, оправив рукой свой горячий «жезл», вошёл в супругу. Она чуть прогнулась и запрокинула голову на подушку. Её пылкие «дыни», точно стали больше. Груди слегка задрожали, словно молоко в пакетах.

– АААА… ААА, – простонала она.

– Да. Тома.

– ААААА…

Николас проявлял сноровку. Его титановые руки напряглись. Он сделал упор на свои мощные «рычаги». Он бурно задвигал своими икристыми ягодицами, которые забавно то смыкались, то размыкались. Воздух в спальне засвистел. Тома расслабилась. Она крепко руками сжала одеяло. У неё на лице выказалась жаркая приятная гримаса. Тома не скрывала своего удовольствия.

– ААААА… ААА…, – громко простонала она.

– Да. Тома иди ко мне. Да.

– ААААА… Боже. Да.

– Ты обаятельна.

– АААА… ААА…

Тома окончательно пробудилась, но тело сохраняло сонность. Николас пламенел. Он, усилив движения, плотно всосался в грудь красотки. Она же обняла супруга за широкую спину. Её красные острые ногти слегка впились в кожу. Он вновь принялся ласкать губами жаркие «дыни» супруги. Он казался ненасытным. По телу милашки быстро пробежал приятный холодок, а затем резко бросило в жар. Она прищурилась от наслаждения.

– ААААА… ААА…, – простонала Тома.

– Да. Тома. Ты невероятная.

– АААА… Да…

Будильник вновь дал о себе знать, но быстро заглох. В нём что-то забарахлило. Николас вплотную прижался к супруге. Он слегка поощрял её нежными ласками и поцелуями. Его язык тихонько скользил по пылкой груди милашки. Она слегка изводилась под стальной идеальной плотью ухажёра. Ей становилось всё жарче и жарче. Её милое лицо покрылось влажным блеском. Николас прихватил жену за ножки. Он мельком облюбовал взглядом свой конский возбуждённый орган. Николас грубо всосался в шею супруги.

– АААА… ААА, – эротично застонала Тома.

– Да. Милая. Ты просто секс-бомба. Да.

– ААААА…

– Тома. Да…

– ААААА… ААА…

– Супер. Да, – прошептал Николас.

– Боже мой. АААА…

Николас и Тома нежно поцеловались в губы. Её вожделенный взгляд пронизал насквозь. Он тут же подчинился воле сексуальной пассии. Николас завалился на широкую спину. Он мило улыбнулся. Сексуальная Тома, уже сидя на супруге, слегка задвигалась в такт. Она просто пламенела. Её наливные «дыни» задрожали точно при небольшом землетрясении. Любовник прихватил руками красотку за пылкую грудь. Он жаждал большего.

– АААА… ААА, – эротично простонала Тома.

– Да. Крошка. Иди ко мне, – произнёс Николас.

– ААААА…

– Вау.

– АААА… ААА… Да. ААА…

Тома слегка запрокинула голову. У неё по телу пробежал резкий, но приятный холодок. Она, небыстро двигаясь, прищурилась. Николас совершенно расслабился. Он лежал на кровати, получая истинное удовольствие. Его мускулистые руки скользнули по гладким ножкам любимой пассии. На багряном лице появился влажный блеск, а глаза остекленели. Его вид сейчас походил на гламурного красавца – стриптизёра, которого сняли на ночь. Самое главное, что его устраивала цена.

– ААААА… ААА, – тихо застонала Тома.

– Да. Милая ты невероятная.

– АААА… ААА…

В уютную светлую комнату, которая находилась в конце коридора, проник солнечный свет. Он быстро расплылся по стенкам и по паркету. Милые фотообои отлично заблестели, на которых красовалась белая яхта в море, а  с другой стороны красовалась река и бурный красивый огромный водопад. Всё выглядело эффектно. В чуть приоткрытую форточку просторного окна проникал свежий ветерок. Он немного колыхал пурпурную кружевную занавеску. Она топорщилась, словно пиратский флаг на дикой фрегате. На стене висела огромная картина, выполненная маслом, где красовались и гарцевали игривые кони. Вороные тёмной и белой расцветки смотрелись гармонично. Они мило скакали по морскому побережью, а синие волны набегая, стирали с песка их следы. Под матовым потолком красовалась интересная люстра, точно из бумаги.

На просторной кровати с навесом из резных стоек и москитной сеткой на мягкой перине лежала гламурная красотка Наташа. Её одеяло скомкалось. На девушке красовались бирюзовые короткие кружевные трусики, которые плотно прилегали к икристым ягодицам. Наташа чутко сопела, уткнувшись лицом в широкую зеленоватую подушку. Смартфон «Apple iPhone 6s» звонко загудел и замелькал разноцветными огоньками.

Наташа тут же пробудилась. Она, чуть приоткрыв заспанные глаза, неуклюже потянулась к сотовому аппарату. На полных губах повисла маленькая слюнка. Её упругие груди округлились, а острые соски затвердели.

– Блин. Уже утро. Звонит кто-то…, – прошептала она.

Смартфон надоедливо гудел, а ритмичная мелодия звонка била по ушам. Наташа включила громкую связь.

– Алло…, – еле вытянула она из себя.

– Алло. Наташка. Ты дура спишь что ли? У нас же сегодня сдача рефератов.

– Блин. А время сколько?

– Время почти девять. Ну ты даёшь подруга. Хихихиии… Приезжай скорее в универ. Иначе у тебя будут большие проблемы. Вазовская не терпит прогульщиков, – мило сказала подруга Оля.

– Блин. Я проспала. У меня будильник не сработал. Вот хрень. Ладно я уже еду. Замолви за меня словечко. Ладно.

– Ладно. Давай Наташа. Я тебя жду. Приезжай скорее, – добавила Оля.

– Да. Всё давай.

– Ага.

Наташа, взирая на широкий экран дорогого смартфона, слегка нахмурилась. В тёмном стекле отражалась её милая сонная мордашка. Девушка, глубоко вздохнув, тут же поднялась с кровати. На ней красиво смотрелись бирюзовые трусики и атласный лифчик. Она, оправив рукой распущенные волосы, слегка потянулась. Её сексуальные икры напряглись. Красотка тут же взялась за свою лёгкую блестящую блузку и чисто голубые джинсы.

– Я проспала. Как же так? Вот же хрень. Я что не поставила будильник, – негодуя, произнесла Наташа.

Девушка живо натянула на себя джинсы. Затем одела блузку. Быстро и умело повязала волосы пушистой резинкой. Она, приглядевшись в зеркале, слегка улыбнулась. Наташа, захватив свою крокодиловую сумочку, вышла из комнаты. Она быстро зашагала по затемнённому коридору. Мысли путались. «Как же так… Я проспала. Я забыла поставить будильник… Блин. Я была уверена, что поставила. Вот же дура…», – быстро и точно размышляла красотка.

Наташа, приостановившись, прислушалась. Она тихонько подошла к стенке. В спальне послышались звонкие охи и вздохи. Николас, неистовствуя, прижал оголённую супругу к дверям. Его мощные мускулы незаметно играли в призрачном озарении. Руки невероятно напряглись, держа красотку за икристые ноги. Тома же крепко прижалась к оголённому воздыхателю. Она как могла, скрестила ноги. По обнажённому телу побежал приятный холодок. Николас буйствовал. Он живо задвигал икристыми ягодицами. Его лицо уткнулось в жаркую грудь милашки. Он бегло облюбовал свой большой «рычаг любви». Николас, двигая корпусом, вплотную прижался к воздыхательнице.

– АААА… ААА, – громко застонала Тома.

– Да. Иди ко мне, – произнёс он.

– ААААА… Да.

– Ещё. Детка. Да.

– ААААА… ААА…

– ООО… Да.

– ААААА… Боже. Да.

– ООО… Ещё да. Милая ты невероятная просто.

– ААААА… ААА…

Любовники в порыве страсти заметно бились об двери. Николас, придерживая любимую за ноги, неистовствовал. Его икры невероятно напряглись. Мощные руки выказали бицепсы и широкие вены. Она же расправила прямо гибкую спину. Мелькнула её лёгкая сексуальная улыбка.

– ААААА… ААА, – простонала Тома.

– Да любимая.

– ААААА…

Наташа, стоя за дверью, широко улыбнулась. Она чуть покачала головой и задумалась. «Вот ведь голубки. Опять устроили с утра пораньше необузданный секс. У них всё клёво. Ладно… Мне надо бежать. А то опоздаю…», – подумала она. Девушка поспешила. Она живо преодолела коридор. Наташа вышла к лестнице.

Глава вторая

На светло-синем небе уже красовалось солнце. Вдали плавно тянулись небольшие, белые облака. Ветерок чуть поддувал, незаметно колыхая листву на деревьях. В посёлке царила безмятежность и спокойствие. С травы ещё не сошла роса. Отдавала лёгкой свежестью. На заборе сидел рыжий кот Маркиз. Он кого-то сторожил, глядя в одну точку. Ушки напряглись. Его цель – лягушка, которая резво запрыгала. Кот, приподнявшись, прогнулся, но не спешил прыгать на траву.

Вдали на дороге замелькал грузовой автомобиль газель-фургон. Он становился всё объёмнее и ярче. Водитель Ашот Рогозин крепко держался за баранку. Его кожа на лице казалась обугленной. Он недавно пришёл позагорать в солярий, где о нём ненадолго забыли. Лицо точно ковал кузнец, – большой обрубленный нос, глаза дикие светлые как у орла, рот широкий, губы узкие, тёмные. С ним рядом сидел сотоварищ Валера Фунтиков. Он обладает неказистой внешностью. У него узкие светлые глаза, нос большой и красный как у последнего алкаша, каким он не являлся, полные губы. Он завсегда носит небольшие светлые усы. Он не пьяница, но выпить любит и выпивает немного каждый день для поддержания тонуса. В его образе просматривалось что-то детское и наивное.

– Так. Валера. Ищи улицу. Кажись мы уже приехали, – быстро сказал Ашот.

– Да. Приехали. Эта улица. Я знаю. Тут уже бывал. Приезжали. Вот тот дом наш. Давай туда.

– Аха… Вижу.

Автомобиль грузовой, повернув на тридцать градусов, припарковался возле томного, металлического, высокого забора. Ашот, заглушив двигатель, просигналил. Его лицо походило на безумную голову быка, который уже час глазел на красные ворота и пускал пар из широких ноздрей.

– Спят, наверное, ещё…, – сказал грузчик Валера.

– Девять часов… Не откроют. Увезу холодильник себе на дачу. Там будет стоять. Места у меня много. Хахахахаааа…

– Аха. Хахахаааааа…

Ашот вновь просигналил. Он, казалось, слегка нервничал. Валера, приоткрыв дверь кабины, живо закурил сигарету. Дымок плавно потянулся к верху.

Наташа уже вышла на террасу. Она, услышав автомобильные сигналы возле ворот, слегка взмахнула руками. «Кто-то приехал? Наверное, привезли холодильник… Надо предупредить предков. А они там сексом занимаются. Вот же блин сексуалы… Блин у меня времени нет. Мне надо ехать. Бегать тут ещё. Ладно… Я им сейчас устрою…». Девушка, развернувшись, вновь прошла в дом. Она быстро поднялась по лестнице на второй этаж. Она слегка оправила рукой длинные прямые волосы. Наташа прислонилась к дверям. В комнате, казалось, царила полная тишина.

– Алло… Мама. Папа. За воротами стоит газель. Приехали из магазина. Скорее всего… Они уже у ворот. Я опаздываю сейчас. Спускайтесь и принимайте гостей, – быстро сказала Наташа.

– Наташа. Открой ворота. Скажи, что мы сейчас выйдем, – ответила Тома.

– Наташа открывай ворота, – добавил Николас.

– Ага. Я побежала. Всё пока. Увидимся вечером.

– Пока детка.

В большое окно просторной спальни струился солнечный свет. Николас и Тома, лёжа на кровати, слегка ласкались. Они, взирая друг на друга, мило улыбнулись. Любовник неистовствовал. Он нежно поцеловал пышную грудь своей пассии. Она же не противилась, но на лице появилась серьёзность.

– Николас. Надо спускаться, – сказала Тома.

– Да… Сейчас детка. Пять минут они подождут. Никуда не денутся, – сказал он.

– Аха… Николас. Пойдём уже. Хватит.

– Да. Всё, – ответил Николас.

– Николас. Да перестать уже.

– Да. Детка. Расслабься. Мы уже идём.

– Мы не идём. Мы лежим на кровати.

– Хаахааааа…

– Всё… Пойдём уже. Надо встретить людей. Они же ждут.

– Подождут немного. Ид ко мне. Мы сейчас.

– Всё.

Тома резко оттолкнула от себя супруга. Она быстро поднялась с кровати. Её оголённое тело выглядело просто безупречно. Её параметры близились к 110/80/110. Пылкая грудь заметно топорщилась. Эпичная мадам живо накинула на себя бело-вишнёвый спальный халат. Николас ещё лежал на кровати, в чём мама родила. Он продолжал любоваться на свою сексуальную пассию. Его довольное лицо походило на мордочку сытого дикобраза.

– Ну… Ты идёшь? Там явно потребуется твоя помощь. Ты не забыл, что мы купили очень большой холодильник.

– Да. Милая. Я не забыл. Я тоже большой. Мы купили самый дорогой холодильник. Хаахахахаааа, – улыбчиво сказал Николас.

– Тем более. Я уже иду и ты подтягивайся. Ладно.

– Да капитан. Скоро спущусь, и покажу ребятам свои мускулы. Они обалдеют просто.

– Ага. Не сомневаюсь, – мило ответила Тома.

Тома, плотно завязав халат, вышла из комнаты. Она быстро пошла по гладкому паркету коридора. Она выглядела мега сексуально. Николас, лёжа на кровати, бегло облюбовал свои большие причиндалы. Он слегка улыбнулся. Мускулистый хозяин дома потянулся. Он быстро поднялся на ноги. В зеркале отразилось его развитое, шикарное, мускулистое тело. Он, согнув руки, проверил наличие своих бицепсов на руках. Его «дурь» смотрелась красиво. На руках появились мощные, округлые и просто стальные банки. Николас слегка улыбнулся, взяв в руки атласные цвета металла трусы. Он ловко надел их на себя. Затем проследовал на просторную веранду. Солнечный свет его немного ослепил. Его нагловатую физиономию освежил ветерок. Взъерошенные волосы на голове чуть заколыхались. Он, прищурившись, уставился во двор.

– Отлично. Ворота уже открыты. Наташа открыла. Газель. Приехали с магазина. Это точно. Надо спускаться. И указать им куда подъехать. Сейчас я спущусь, – произнёс Николас.

На светлом небе ярко сияло солнце. Вдали тянулись, как жвачка белые облака. Ветер чуть поддувал. Где-то в стороне басисто гавкала местная собака породы московская сторожевая. Тома, выйдя из дома на террасу, поспешила к автомобилю. Она прищурилась. Приятно освежал легкий ветерок. Он облюбовал пылкую грудь. Николас уже шёл позади. На нём красовалась лишь лёгкая матовая майка. Своего мускулистого тела он не стеснялся. Супруги подошли к кабине грузовой газели.

– Здравствуйте, – сказала Тома.

– Здравствуйте. Куда вам посылку поставить? – с ходу спросил Ашот.

– Мужики. Привет. Вы можете заехать во двор и объехать дом. Прямо вон туда с левой стороны. Там у нас большая дверь на кухню. Я вам помогу с холодильником. Езжайте за мной. Я покажу, – сказал Николас.

– Ладно. Давай, – ответил Ашот.

Тома посторонилась. Николас слегка приобнял свою подружку. Он быстро поцеловал её в румяную щёчку.

– Милая я разберусь.

– Ладно. Давай. Я домой. Сварю кофе.

– Да… Отлично и сделай омлет. Мне. Двойной, – сказал Николас.

– Окей. Только не поцарапайте холодильник. А то я тебе знаю, – ответила Тома.

– Всё будет окей.

Николас быстро пошёл по лужайке. Он слегка махнул рукой, указываю путь водителю. Газель-фургон двинулась с места. Автомобиль, зашумев, тихонько въехал на участок. Ашот, плавно выкрутив руль, поддал газа.

На веранду нехотя выбежал пёс Акапулько. Он, чуть потянувшись, недоумённо уставился на презрительный автомобиль. Газель нарушила его приятный сон, и теперь у него пробудился лёгкий интерес.

– Ууууууууууу, – проурчал он.

Тома милым взглядом облюбовала собаку. Она чуть прихватила его за ушко. Тот лишь слегка повёл мокрым носом. Пёс слегка фыркнул.

– Ууууууууууу…

– Акапулько. Ты проснулся солнышко. Пойдём. Будем завтракать. Я дам тебе твою любимую еду. Пойдём малыш. Если хочешь… Радуйся Акапулько. Теперь у нас есть новый холодильник, – мило произнесла Тома.

– Уууууууууу…

Акапулько присел на каменной площадке. Он слегка повёл мокрым носом. Затем немного фыркнул. Он быстро облизнулся. Пёс сейчас напоминал хозяина дома терпимости, который явно недополучил денег от рабынь любви.

Тома, отворив двери, прошла в дом. Она вальяжно побрела по широкому коридору. Босые ноги скользили по приятному гладкому паркету. В просторной кухне стояла округлая высокая столешница, а рядом с ней ютились деревянные стулья. Все широкие окна дарили много света. Их украшала прозрачная белая занавеска. В приоткрытую форточку проникал свежий воздух и ветерок. Стенка из белого дерева смотрелась эффектно. На полках стояли всякие кружки, стаканы и стопки. Широкая тёмная плита просто блестела. На стенках красовались светлые обои с рисунком в виде маленького бледно-розового цветочка.

Тома, смочив руки в умывальнике, взялась за большую сковородку. Она быстро открыла упаковку белых куриных яиц. На кухню проследовал пёс Акапулько. Он присел возле столешницы. Его широкая, слегка слюнявая пасть приоткрылась, откуда торчал розовый язык. Он пытливым взглядом дал понять хозяйке, что хочет кушать. Его глаза засияли неподдельным блеском.

– Ууууууууууу, – проурчал голодный Акапулько.

– Акапулько. Ты пришёл мой хороший. Ладно. Сначала дам тебе покушать. Потом буду готовить омлет или яичницу. Лучше яичницу, – произнесла Тома.

Акапулько фыркнул. Он точно выругался. Его глаза смотрели прямо на лицо хозяйки. Тома, открыв небольшой шкафчик, взялась за пакет. Она ловко насыпала в миску собачьего корма в виде мясных подушечек.

– Вот Акапулько. Кушай. А мне надо готовить.

Пёс не двинулся с места. Он пытал хозяйку своим умным деловым взглядом. Морда наморщилась, хотя всегда имела довольно заметные складки и морщины. Он чутко принюхался.

– Ууууууууууу…, – тихо проурчал он.

Акапулько взволновал шум во дворе. На кухне слегка загудели стёкла, а заодно пошла лёгкая вибрация от двигателя автомобиля, которую отлично улавливали окна. Возле коттеджа припарковалась грузовая газель. Николас живо открыл широкую дверь, которая вела на кухню. Он быстро облюбовал невозмутимым взглядом знакомое помещение.

– Всем приветик. А вот и я, – сказал Николас.

– Николас. Ставьте холодильник вот сюда. Где условились. Сразу же. Ладно, – сказала Тома.

– Да. Я прикидываю, как это лучше сделать.

– Очень просто. Заносите и ставьте, – добавила Тома.

– Легко сказать. Может, на моё место встанешь. Раз такая умная, – игриво произнёс Николас.

– Ага. Легко.

– Давай. Попробуй. А я буду готовить. Посмотрю на тебя с удовольствием крутышка. Хаахахааа…

– Если ты такой джентльмен. То давай.

– Что ты сказала? Я не въехал.

– Тебе не понять. У тебя мозги вскипят.

– Что ты опять сказала?

– Ладно. Проехали.

– Нет. Мы вернёмся к этому за завтраком. Сейчас на тебя времени нет. Но смотри Тома. Ты меняя задела за живое, – игриво сказал Николас.

– Хиихихиии… Ладно. Успокойся. Ты же не серьёзно.

– Хаахахааа… Нет. Шутки в сторону.

Акапулько тихо сидел возле столешницы. Он наблюдал за хозяевами. Казалось, он всё понимал, что они говорят. Хотел вставить своё слово, но не мог. Его морда походила на лицо умного профессора, который недавно осознал, что все старания впустую.

– Уууууууууу, – тихо проурчал Акапулько.

Николас вышел за двери. Его мускулистые руки отдавали легким блеском. Он встал перед автомобилем. Его глаза смотрели прямо. Ашот и Валера уже во всю старались. Они, находясь в кузове, тянули огромных размеров коробку. Водитель заметно истекал потом.

– Парни вам помочь? – спросил Николас.

– Сейчас. Мы подтащим… И возьмёмся получше, – сказал Ашот.

– Да. Сейчас, – напрягаясь, добавил Валера.

– Тяжёлый он.

– Что?

– Тяжёлый холодильник? – спросил Николас.

– Да. Прилично весит. Килограммов так семьдесят. Думаю, – сказал Ашот.

– Охо… Справимся. Парни. Я вам говорю.

– Да. Ты, наверное, и один бы управился без нас. Такой бычара, – сказал Ашот.

– Ну… Не бычара. Так бычок маленький. Хаахахаааа…

– Аха. Хаахахааааа…

Ашот и Валера крепко навалились на коробку, которая поддавалась усилиям, но с трудом. Её один край показался из кузова.

– Отлично… Давайте так. Это низ или вверх холодильника. Низ тяжелее, – сказал Николас.

– Так. Это у тебя низ. У нас вверх, – сказал Ашот.

– А не наоборот, – добавил Валера.

– Нет. Всё правильно. У него низ. У нас верх.

– Ладно парни. Давайте так… Мы сейчас вытащим коробку максимально. Потом спускаетесь. Я беру за низ. Вы за верх. И идём в дом. Тут только на ступеньках подняться и сразу поставим. Там я сам разберусь. Пара метров всего, – сказал Николас.

– Лады. Давай попробуем. Валера навались, – командовал Ашот.

Валера и Ашот, дружно взявшись, тихонько потащили коробку. Николас контролировал процесс. Он слегка улыбнулся.

– Всё парни. Тихо. Тихо. Сейчас повалиться. Всё стоп, – сказал Николас.

– Всё. Ладно. Пошли Валера.

Николас крепко держал край коробки. Его мощные, мускулистые руки невероятно напряглись. Но на лице сияла улыбка. Казалось, он не ощущал заметного веса. Работники магазина ловко выпрыгнули из кузова. Они быстро переглянулись. Ашот глубоко вздохнул. Его выражение лица походило на морду бульдога, который бежал за котом около трёх кварталов без передышки.

– Так парни. Давайте. Я беру спереди. А вы сзади. Я справлюсь. Вес по мне, – быстро сказал Николас.

– Окей. Давай Валера. Пособи… Берись с того угла.

– Да. Сейчас.

– Взялись.

– Да. Понесли.

Николас крепко взялся за коробку своими мускулистыми руками. Его лицо заметно покраснело. Но он двигался довольно легко. Ашот и Валера тоже справлялись. Они ловко преодолели небольшую, каменную лесенку. Работники магазина, держась за коробку с разных углов, прошли в коридор. Николас заметно напрягся. Ему досталась тяжёлая часть холодильника. Но он был готов даже к большим весам.

– Всё парни. Я ставлю. Придерживайте, – сказал Николас.

– Да. Давай, – ответил Ашот.

– Ффффууууу…

Николас тихонько поставил коробку на пол. Он, выпрямив спину, глубоко вздохнул. Его лицо походило на красный кирпич, который только что обожгли в печи. Но дышал он ровно, точно нёс в руках лёгкие гантели на пять килограммов. Ашот и Валера выровняли коробку, которая теперь прямо стояла и не двигалась.

– Всё. Справились. Тяжёлый холодильник, – сказал Ашот.

– Приехали. Да. Спасибо мужики. Сколько с нас за доставку, – ответил Николас.

– Три тысячи.

– Окей. Так. Где у меня бабки?

– Вот это тоже к холодильнику. Здесь посуда в коробке, – сказал Валера.

– Да. Спасибо. Ставь сюда.

Пёс Акапулько быстро смерил пытливым взглядом незнакомцев. Он быстро дышал и слегка фыркал. Николас достал из бумажника деньги. От тут же отсчитал несколько новеньких бумажных купюр.

– Так. Ладно. Сейчас. Вот деньги. Держите. Спасибо вам, что помогли, – сказал Николас.

– Да. Ничего. Всего вам доброго, – сказал Ашот.

– Да. Пока, – добавил грузчик Валера.

– Всего. Вам того же, – мило ответил Николас.

Ашот и Валера быстро вышли из кухонного коридора. Они тут же уселись в газель. Автомобиль загудел мотором. Томно засияли фары. Водитель Ашот, взявшись за баранку, включил заднюю передачу. Он быстро смерил местечко в зеркало заднего вида. Ашот работал водителем – логистом уже около пятнадцати лет. Он сменил несколько десятков организаций. Ему везде, как считает, попадались высокомерные заносчивые директора.

Николас сопроводил простоватым взглядом автомобиль. Он тут же поднялся по лесенке и закрыл двери. Тома уже внимательно рассматривала коробку. Она прекрасно владела английским языком. Она мыслила быстро. «Вот это холодильник. Модель LG. Что тут написано? Регулятор температуры. Плюс – минус. Инверторный линейный компрессор. Не нужно размораживать. 10 лет гарантии. Сохранение свежести. Современный дизайн. Надёжность. Энергоэффективность. Двухкамерный холодильник. Вау… А какой он большой. Больше меня в два раза, а то и в три. Просто вау…», – подумала она.

Николас слегка приобнял за талию свою пассию. Он решил поласкать её утончённую шею поцелуями. Он был нежен и жаждал большего.

– Милая ты просто обалденная. Я хочу тебя прямо сейчас…, – прошептал он.

– Да Николас. Погоди… Я читаю.

– Да. Как мило. Что там написано?

– Тут написано, что это холодильник LG. И у него есть даже регулятор температуры на панели…, – мило сказала Тома.

– Вау. Даже это есть.

– Хиихихиииии…

Тома улыбнувшись, что-то ещё читала с коробки. Николас нежно поцеловал супругу в плечо. Он, казался, ненасытным.

– Да. Николас. Отвали пока…

– Тома. Я хочу тебя. Ты заводишь меня детка.

– Блин у меня же яичница горит на плите.

– Ну, ты даёшь.

Тома резко метнулась к плите. Она тут же убрала сковородку с конфорки. Кофе закипело и поплыло из маленького чайника. Николас облюбовал взглядом собаку. Он подмигнул. Акапулько оплетал свой завтрак за милую душу. Потянулись слюнки из широкой пасти. Он лишь мельком глянул на хозяина, а затем вновь уткнулся в миску.

– Уууууууууу, – проурчал пёс.

Николас вновь прижался к супруге. Его руки легли на гладкие бёдра милашки. Она резко развернулась. Тома выглядела мега сексуальной. Она смотрела прямо. В красивых глазах поселилась страсть и вожделение. Николас живо вошёл во вкус. Он тут же стащил с супруги халат по пояс. Тома не противилась. Она, казалось, жаждала секса. Он уже принялся жарко зацеловывать её пылкие «дыни». Казалось, он такими точно не видел прелести никогда.

– ААААА… ААА, – простонала Тома.

– Да. Иди ко мне милая.

– ААААА…

Николас ловко усадил супругу на столешницу. Он тут же припустил свои трусы и спортивные штаны. Она широко расставила икристые оголённые ноги. Он, оправив свой возбуждённый «жезл», вошёл во влажную плоть милашки. Николас крепко навалился на суженую. Он прямо обезумел.

– АААА… ААА, – простонала она.

– Да. Иди сюда. Тома. Да.

– АААААА… Да.

Тома навалилась на стол. Она сделала упор на руки. Она эротично потянула носочки, где виднелся отменный педикюр. Николас неистовствовал. Он крепко прихватил своими мукулистыми руками милашку за ноги. Он быстро задёргал икристыми ягодицами. У него по телу побежал приятный холодок. Он слегка улыбнулся, любуясь на крутые пылкие «дыни» красотки. Его мощные мускулы на шикарном теле напряглись.

– АААА… ААА, – застонала Тома.

– Да… Милая. Иди ко мне. Я хочу тебя.

– ААААА…

– ООО… Ты невероятная.

– АААА… ААА…

Тома прогнула гибкую спину. Она ещё больше завалилась на стол. Николас одной рукой прихватил супругу за волосы. Он нежно всосался в её жаркую плоть. Её наливные «дыни» возбуждали. Она слегка улыбнулась. По телу побежал приятный холодок.

– АААА… ААА… Боже мой. Да. Давай ещё, – страстно заголосила она.

– ООО… Тома. Да.

– ААААА…

Любовники сладко поцеловались в губы. Николас грубовато прихватил пассию за пятую точку. Он прижал Тому к себе, как мог. Она слегка изогнулась. Тома руками крепко обхватила своего принца. Она вздрогнула, проникнувшись семенем и оргазмом.

– ААААА… ААА… Как глубоко. Боже мой.

– Да… Милая.

– ААААА…

Тома слегка улыбнулась. По телу побежал приятный холодок. Она заметно впилась ногтями в спину супруга. Тот неистовствовал. Он неуёмно двигал своим шикарным телом, глубоко проникая во влажную плоть красотки. Его охватил неутолимый жар. Лицо покрылось влажным блеском. Сердце билось невероятно быстро. Он прильнул к пылкой груди супруги, а затем сделал резкое движение вперёд и вновь плотно прижался к любимой.

– ААААА… Боже. ААА, – экспрессивно закричала Тома.

– ООО… Да. Тома ты супер, – произнёс он.

– ААААА… ААА…

– Милая да. ООО… Да.

– ААААА… Да… ААА…

– Да… ООО… Ты сладкая.

– АААААА…

Любовники резко замерли. Николас и Тома поцеловались в губы. Они мельком глянули в глаза друг друга. Их наполняло блаженство.

Акапулько недоумённо посмотрел на хозяев. Он чуть покосил голову, а казалось, размышлял. Его мордочка походила на лицо сурового преподавателя по физике, который просто не выспался и решил устроить незапланированный разбор полётов в виде единиц и параш. Пёс, фыркнув, вновь уткнулся в миску. Он теперь ел без особой охоты.

Николас и Тома вновь поцеловались. Они мило улыбнулись друг другу. Николас быстро натянул на себя трусы и штаны. Он нисколько не смущался своего достоинства. Тома же быстро накинула на себя халат. Она, глянув на собаку, улыбнулась.

– Акапулько был свидетелем нашей любовной сцены, – сказала Тома.

– Хаахаааа… И что? Ему пора повзрослеть милая. Хаахахааа…

– Хихихиии… Наверное, ты прав.

– Ну… Давай посмотрим на наш новый холодильник.

– Давай. Сгораю от любопытства.

– Тогда давай посмотрим. Что там в коробке? Сейчас откроем, а там обычный шкаф. Розыгрыш. Хаахахаааа…

– Не говори ерунды, – возразила Тома.

– Ага. Просто ты не любишь розыгрыши.

– Не люблю.

– Ладно, не парся. Я пошутил просто. Давай глянем. Мне нужен ножик, – произнёс Николас.

– Открывай уже. А я пока кофе разолью. Сегодня будешь кушать горелую яичницу, – мило сказала Тома.

– Ага.

Акапулько фыркнул, сидя возле миски. Он недоумённым взглядом облюбовал хозяйку. Пёс облизнулся. Его внимание переключилось на Николаса. Казалось, он не меньше своего приятеля хотел узнать, что в коробке.

– Уууууууууу, – тихо проурчал Акапулько.

– Николас только не поцарапай его. Он дорого нам обошёлся.

– Я сама осторожность.

– Ага.

Николас, взяв нож, принялся резать коробку, которая быстро разошлась в месте шва. Виду предстал серебристого цвета большой холодильник «LG» с двумя дверками, где нижний вход по размерам выглядел больше. Панель блестела. Николас взял в руки толстую книжку.

– Вау. Тома ты только глянь на холодильник. Просто огромный. Невероятно просто какой? Смотри, сколько там места. Хаахахааа, – сказал Николас.

– Да. Большой. Просто очень большой, – добавила Тома.

– Ага. Не то слово.

Пёс Акапулько, переместившись к столику, присел. Он недоумённым взглядом посмотрел на новый холодильник. Он забавно облизнулся.

– Ууууууууууу…, – промычал он.

– Вау. Супер. Просто офигенный.

– Ага. Надо из старого холодильника сюда всё переложить и выключить его. А этот включить. Мне надоело уже воду вытирать. А то он течёт. Надоел уже.

– Знаю. Сейчас и включим.

Николас внимательно осмотрел внутренние камеры холодильника. Они казались очень большими. Он резко выкрутил регулятор климат контроля, установив максимально низкую температуру в камерах минус восемь градусов.

– Что ты крутишь всё? Ты бы сначала книжку почитал. Вот закрутил, – сказала Тома.

– Я проверяю. Всё ли работает.

– Ага. Проверяет он. Тебе книжка для чего?

– Книжка для дураков. Здесь можно и так разобраться, – решительно сказал Николас.

– Ага. Ладно. Я достаю продукты. А ты поставь холодильник, чтобы он не мешался. Ладно.

– А что? Сюда и поставим. Тут ему самое место.

– Ну. Да.

– Окей.

Николас ловко пододвинул холодильник к стенке, который теперь гармонично вписывался в обустройство кухонной комнаты. Хозяин, размотав шнур, подключил электрический аппарат к сети. На панели холодильника тут же заморгали разноцветные лампочки, которые быстро успокоились. Потянулся тихий гул, но вскоре умолк. Бытовая техника работала просто бесшумно, как швейцарские часы. Фреон потянулся в испаритель. Камеры и отсеки холодильника быстро наполнились заметным холодом.

Тома же открыла старый, небольшой, невысокий холодильник «Indesit». Она взялась за упаковку яиц, а затем на столешницу положила свежие овощи и фрукты. Она ещё взяла салями, тонко нарезанные на тарелке.

– Отлично. Всё работает. Хахахааа…, – радостно сказал Николас.

– Да. Молодец.

– Не я молодец. А холодильник молодец.

– Ладно. Помоги мне с продуктами. А потом отключи этот холодильник, – сказала Тома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.