Территория
Лариса Автухова

© Лариса Автухова, 2025

ISBN 978-5-0068-6771-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Территория

Глава 1

Утром стало известно, что лететь придется на Дельту. Дельта… Дельта… Где это вообще?..

– Вроде там у нас еще не было дел? – уточнил Савелий Стеклов. – Если не ошибаюсь.

– Не ошибаешься. Не было.

Командировок у них было немало, а согласно специфике их ведомства, бывать приходилось в самых разных местах. Поэтому удержать в памяти все эти названия было под силу только Платону. Но у него искусственный интеллект, так что удивляться тут нечему.

– Дельта – одна из планет-колоний Земли карликовой галактики в рукаве Ориона, – пояснил Разумовский, покуривая сигару.

– Ясно. Осваиваем новые территории.

– Да, ты прав, – согласился комиссар. – Не бывали мы там еще. Ну, по крайней мере, на моей памяти. Местные копы сами справлялись. Но, судя по всему, что-то там у них пошло не так, вот и нарисовалось дельце.

Комиссар с сожалением затушил свою сигару.

– Понимаешь, драгоценные металлы там, – продолжил он. – Может что и серьезное. Кто знает. Надо разобраться.

Они помолчали. Стеклов переваривал информацию, уже полученную от комиссара. На Дельте пропал глава фабрики драгметаллов – некто Ковальский. Прошение о розыске подала его жена. Местные копы никаких следов не обнаружили. А может быть просто не очень старались. В итоге, дело передали им – в комиссариат по особо важным делам Евразийского отделения департамента галактической полиции, поскольку тот сектор, куда попадала Дельта, обслуживали именно они.

– Ну а с чего бы связывать исчезновение с профессиональной деятельностью? Может, просто обычная бытовуха.

Разумовский покачал седой головой:

– Бытовуха? Нет, не думаю. Все-таки не простой обыватель пропал.

– Совпадение.

– Что же, хорошо бы, если так. Потому что иначе времени уйдет много. А у нас и без того есть чем заняться. Так что надо смотаться туда по-быстрому и всё выяснить.

– Хорошо.

– Кого пошлешь?

– Себя и Мирославу, – усмехнулся Стеклов.

– Опять?

– Вы же знаете, в таком составе легче будет собрать информацию. Думаю, все-таки там какие-то семейные заморочки.

– Возможно. Хорошо, если так. Ребят введи в курс дела. Пусть готовятся, выяснят, что к чему, какие люди, откуда. Ну что мне тебя учить. Да, и о других делах не надо забывать. Ты проследи за этим.

– Само собой, Евгений Павлович.

– Ну и отлично, – Разумовский протянул руку для прощания. – Вы там смотрите осторожнее.

– Конечно, – ответил Стеклов, крепко пожимая руку шефу.

Глава 2

– Ты уже выгулял Пульсара? – спросила Мирослава, примеряя серьги с жемчугом.

Он подошел к окну и увидел, как их сеттер накручивает круги на лужайке, оставляя на снегу крохотные цепочки следов. Да, энергии у этого пса хватит на десятерых. Ну потому, собственно, и Пульсар.

– Ну так что, Савва?

– Он гуляет.

У Мирославы округлились глаза:

– Один? Ты забыл, как в прошлый раз он едва не убежал в горы?

– Тогда была выключена защита.

– А сейчас?

– Включена.

– Точно? Ты проверил?

– Проверил, – стараясь сохранять спокойствие, ответил Стеклов: он не любил, когда его контролировали как ребенка.

– В прошлый раз ты тоже был в этом уверен. Насколько я помню.

Мирослава оценивающе смотрела на свое отражение в зеркале, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Серьги ей очень шли. Тем более что она в них еще ни разу не выходила.

– Сегодня ожидается сход лавины. Тогда этого не было. Улавливаешь разницу? Слушай, а зачем тебе серьги? Мы на Галапагосы собрались. Помнишь?

– Ой, да помню я, помню. Ну куда-то же надо их носить. Все на работе и на работе…

– Вот на работу и носи. А сегодня Галапагосы. И там жара. А ты в своих серьгах.

– Ну и что? В серьгах. Не в шубе же!

На улице стоял мороз. Мгла полярной ночи придавала подступающим к их дому с севера горам устрашающий вид. Из тени вынырнул неутомимый Пульсар и принялся тянуть Стеклова за полу куртки, видимо, предлагая пробежаться пару-тройку кругов за компанию.

– Ну-ну, друг, хватит, угомонись. Идем домой. Нам с тобой сегодня еще на Галапагосы, вот там и набегаешься. Береги энергию. Давай-давай, идем!

С мороза дом показался особенно теплым и уютным. Захотелось сварить себе глинтвейна и посмотреть старый добрый фильм. Такие выходные он любил больше всего.

Мирослава была уже готова. Темное вечернее платье стройнило ее, удачно оттеняя белизну шеи и открытых плеч. Однако Стеклов не оценил всего этого великолепия, он окинул ее ироничным взглядом.

– Почему ты так смотришь? Тебе не нравится?

– Нравится.

– Но я же вижу по твоему лицу – что-то не так.

– Знаешь, дорогая, ты одета не по случаю.

– С чего это? Я собираюсь на день рождения.

– Да. Но куда?

– А это имеет значение?

– Там сейчас жара. И ты сваришься.

– Но у человека день рождения, праздник. Надо же соответствовать.

– Во-первых, это наш друг, а во-вторых, возьми что-нибудь про запас. Попроще. Если вдруг мы надумаем прогуляться.

Семья Стекловых встретилась у лифта, что располагался в холле, минут через десять. Сам глава был одет незатейливо и налегке – шорты, белая футболка и такая же кепка. В руке он держал подарок – картину с холодным северным пейзажем. Мирослава не стала менять свой наряд, но небольшой саквояж в ее руке говорил, что она все-таки прислушалась к советам мужа и что-то прихватила из одежды с собой. У Пульсара же была одна забота – путаться в ногах хозяев и мешать им во всех их делах. Как обычно.

Двери лифта закрылись и они расположились каждый в своем кресле. Даже Пульсар. Правда, с некоторыми сложностями и преодолением собачьего сопротивления.

– Сидеть, Пульсар! – строго прикрикнул Стеклов на сеттера, который пытался вырваться на свободу.

– Пусичка, ну потерпи, потерпи, моя рыбка, – начала обычные уговоры Мирослава. – Скоро-скоро все закончится. Потерпи, мое солнышко.

Пес от этих слов заскулил от жалости к себе и затих, зафиксированный в кресле буфером безопасности. Только глаза, с тоской смотревшие на любимую хозяйку, говорили о том, как сильно он страдает, но вынужден подчиниться злой судьбе. Ничего не поделаешь.

– На вас глядя, можно подумать, что твоего Пусика на смерть отправляют. Ты совсем его разбаловала.

– Я просто его очень-очень люблю, эту славную животинку.

Она, нежно улыбаясь, погладила пса по голове, от чего тот просто зашелся от восторга.

– Ну ладно, давайте готовиться. Слава, ты как?

– Я в порядке.

– Отлично.

Буферы безопасности, встроенные в каждое кресло, фиксировали человека как только он садился. Они были важной частью таких лифтов, ведь люди путешествовали в пространстве. Пусть это была совсем короткая поездка – каких-то пять-семь минут через планетарную пространственную червоточину, но безопасность лишней не бывает.

Ярким пятном загорелся экран навигации и вывалился выносной пульт управления. Стеклов задал значение основной категории – Тихий океан, затем добавочной – конечную точку их пути, остров Санта-Крус. Началась загрузка траектории движения. Вскоре путь был установлен и лифт, слегка вздрогнув, завибрировал. Вслед за этим на экране появился индикатор: время в пути – 4,2 минуты. Пошел обратный отсчет.

– Скоро будем на месте, – заметил Стеклов и откинулся на спинку кресла.

Слава кивнула и вытерла платком вспотевший лоб.

– Тебе плохо? Перегрузка? – встревожился он.

– Нет, я в порядке. Ну только самую малость. Вот если бы это был галактический лифт…

– Да, это проблемка. Опять будешь глотать пилюли.

Мирослава улыбнулась и закрыла глаза. Он же следил за временем и украдкой за женой на тот случай, если ей стало бы хуже обычного. Но ничего не случилось – отсчет подходил к концу.

– Осталось полминуты, – сказал Стеклов.

– Хорошо. Значит, мы почти на месте.

– Полминуты – это еще солидный путь в пространственном измерении.

– Да, ты прав. Ну а во временном – это всего ничего.

Индикатор времени отсчитал последние секунды и погас. Лифт, как и на старте, слегка вздрогнул и затих. На экране появилась сообщение о том, что они благополучно прибыли на Санта-Крус.

– Пусик, мы приехали, – сообщила Слава псу.

– Аллилуйя! – шутливо заключил Сава.

Двери лифта отворились и первого, кого они увидели, был Жан Ламбер, их коллега по Евразийскому отделению департамента галактической полиции, где служили Савелий и Мирослава – в качестве шефа бригады/старшего детектива и детектива соответственно. Супруги Стекловы, Ламбер, Стас Тимков, а также киборг Платон входили в одну из бригад расследования и реагирования (попросту БРР) комиссариата по особо важным делам под руководством комиссара Евгения Разумовского. Ламбер и Тимков были детективами, а Платон – аналитиком. Формально. Поскольку функции киборга были гораздо шире: не только аналитика, но также расследование, наблюдение и, само собой, силовое прикрытие коллег в случае необходимости.

Но сегодня их встреча была чисто дружеской – Жану исполнилось 38. В его доме на Санта-Крус витали аппетитные запахи жаркого и тропических фруктов. И у него сегодня определенно было праздничное настроение.

– Ну наконец-то! Что вы так долго, ребята? Никак не расстаться с вашим Заполярьем?

– С Днем рождения, Жанчик! – Мирослава поцеловала именинника в щеку.

– Поздравляю, друг! – Савелий крепко пожал руку Жану. – Вот тебе наш подарок. Когда тебе тут совсем станет жарко, посмотришь на этот пейзаж и повеет на тебя нашей северной прохладой.

– Ух ты, красота какая! А что за место на картине?

– Это наш Кольский полуостров. Берег озера Имандра. Первозданная природа.

– Какой ее создал Творец, – подытожила Мирослава.

– Спасибо! От души, ребята! Картина просто класс. Лаура оценит. Она любит красоту.

– А, кстати, где она? – спросила Мирослава.

– Что за вопрос? Где и полагается быть женщине – у плиты.

– Ну да, ну да, это не меняет даже технический прогресс.

Это ее замечание позабавило Жана:

– Что ты, Слава, сие невозможно изменить, ведь все мы любим вкусно поесть. И потому как в каменном веке приходится стоять у плиты нашим прекрасным дамам.

– Ну а как же искусственный интеллект? – спросил Стеклов. – Он наш помощник во всем и вся. Не при Платоне будет сказано.

– Искусственный интеллект – это, конечно, хорошо, но машина, – при этих словах Жан понизил голос, – не может приготовить так, как человек, существо одухотворенное и наделенное живой творческой энергией. Не при Платоне будет сказано. Он, кстати, уже здесь, в гостиной. Ну что же, по аперитивчику?

– Вы идите, а я загляну к Лауре, – сказала Мирослава. – Пусик, ты со мной? Ну давай-давай, идем!

Мужчины пересекли холл и вошли в гостиную. Здесь было прохладно и пахло цветами. Лаура, подруга Жана, обожала цветы, и потому в доме Ламбера всегда можно было полюбоваться их ярким великолепием.

– А вот и Платон, – Стеклов крепко пожал руку киборгу, который до их прихода рассматривал коллекцию ракушек. – Ты уже прибыл? Откуда на этот раз?

– Из дома.

– Ты вроде собирался в Канаду.

– Там все отменилось. Ну и я решил обновить свою базу данных.

– Понимаю. Перезагрузка?

– Да. Периодически.

Платон – по сути, техническая единица их БРР – был тем не менее частью их дружеской компании. Он был представителем того класса машин, которые имели не только обширные знания, но и обладали эмоциями. И долгое общение с людьми, – а их состав БРР был уже третьим в трудовой биографии Платона, – сделало его полностью похожим на человека. Тем более что он и выглядел как человек. Пожалуй, единственное внешнее его отличие заключалось в том, что он не принимал еду, но зато мог пить – ему готовили специальную энергетическую жидкость, которая подпитывала его. И потому в компании Платон ничем не выделялся среди людей.

Иногда, глядя на Платона, Стеклова посещали философские мысли – о жизни и смерти. Ведь что интересно, тех двух составов БРР, с которыми работал киборг, уже давно нет, и когда-то не будет и нынешнего, а Платон останется – пусть и он не вечный, но его век все же дольше человеческого. И когда-то он, все тот же на вид, что и сейчас, уже с новыми коллегами будет сидеть и попивать свой энергетический сок, беседовать о работе и жизни. А их уже не будет – ни Стеклова, ни Мирославы, ни Ламбера. А Платон будет. Интересно, он вспоминает тех, прежних, хотя бы иногда?.. Да, вопрос. Надо будет спросить.

– Гостей много ждешь? – поинтересовался Стеклов у Жана.

– Местные аборигены укатили на Бермуды, поэтому ждем только Стаса.

– Ясно. Отлично. Наш тесный профессиональный круг, – заметил Стеклов.

– Как будто и не уходил с работы, – добавил Платон.

– Да ладно-ладно вам ворчать, – сказал Жан. – Уверен, мы отлично проведем время.

В холле звякнул пространственный лифт – на подходе был еще один гость.

– Ребята, ну вы тут налейте себе чего-нибудь, а я встречу Стаса. Думаю, это он. По крайней мере, никого больше не жду.

– Нальем, не переживай, – заверил Жана Стеклов.

Стас Тимков ввалился в гостиную разгоряченный и весь красный.

– Приветствую, друзья! – пробасил он.

– Ты откуда такой? – рассмеялся Стеклов.

– Какой такой? – Стас, тяжело дыша, повалился в кресло.

– Весь в мыле.

– Думаю, Стас просто перегрелся на солнце, – предположил Платон с ироничной улыбкой. – И он не в мыле, а в пене, в потной пене.

Стеклова позабавил юмор Платона, тот иногда подбирал еще те сравнения.

– Так, я не понял? Что это за насмешки? – возмутился Стас.

– Ну откуда ты? За тобой будто черти гнались.

– Так и есть! Был в гостях у матушки, а ей вздумалось прогуляться к морю.

– В смысле, пробежаться? – уточнил Стеклов, он знал, что мать Тимкова была большой поклонницей здорового образа жизни.

– Ну да. Пришлось бежать. А там жара!.. Уф!..

В холле послышалось игривое повизгивание Пульсара и он пулей влетел в гостиную.

– Всем привет! – вскоре раздался голос Мирославы. – Да у нас чисто мужское общество!

– Ну не чисто, не преувеличивай, – сказал Стеклов. – Да, кстати, об обществе. Местных аборигенов не будет. Это тебе к сведению, Слава.

– Да ты что! – всплеснула руками она. – А я так надеялась потанцевать, поболтать со свежими людьми.

– Ясно. Значит, ты поэтому принарядилась? – усмехнулся Стеклов. – А я так сразу и не понял.

– Принарядилась! – возмутилась Мирослава. – Я вообще-то на день рождения друга приехала.

– Ну да, рассказывай сказки, – Стас подмигнул Стеклову, они оба любили подтрунивать над ней. – В прошлый раз ты серьезно оттянулась в их компании. Хотела и сегодня, да?

– Да, потому что они нормальные люди и о преступлениях не говорят.

– Они просто слов таких не знают, – вставился со своим юмором Платон.

– Хотела бы и я их забыть, – проворчала жена Стеклова.

– Устала от работы? – участливо спросил Тимков.

Мирослава вскинула брови, пытаясь определить, нет ли в словах подвоха, но Тимков был совершенно серьезен. По крайней мере, внешне.

– Да ну тебя с твоими шуточками, – махнула на него рукой Мирослава.

– Какие шуточки? – возмутился он. – Где ты усмотрела здесь шуточки? Я серьезно тебя спрашиваю. Как друг и коллега.

– Я не от работы устала, а от того, что мы никогда о ней не забываем. Наверное, и после смерти соберемся и заведем обычную песню.

– Где это мы соберемся? – спросил Стас.

– Где? Ну я не знаю – в раю, аду или что там еще есть.

– Думаешь, мы окажемся все в одном месте? – продолжал расспросы Тимков.

Стеклов иронично улыбался. Он уже представлял, чем закончится этот диалог: Тимков начнет ерничать, а Мирослава – обижаться.

– Дорогие друзья, прошу к столу! – торжественно объявил Жан, успевший вырядиться во фрак.

– Ого! – удивился Стеклов.

И красноречиво посмотрев на жену, добавил:

– И не жарко вам.

– Положение обязывает, – блеснул белозубой улыбкой именинник и подал руку Мирославе. – Прошу, мадам.

Мирослава взяла под руку Ламбера, бросив на мужа насмешливый взгляд, означавший, что она все-таки правильно оценила ситуацию и не ошиблась с нарядом.

Глава 3

Сразу после выходных начиналась их командировка на Дельту. Стекловы прибыли на работу втроем – Савелий, Мирослава и Пульсар. В таком составе они обычно появлялись в офисе накануне своих командировок. Дома за собакой приглядывать было некому, поэтому они оставляли пса в отеле для животных.

– Почему бы вам не обзавестись домработницей? – спросил Стеклова как-то Стас. – Она бы присматривала за собакой.

– У меня сложный характер, – коротко ответил тот. – Ты же знаешь.

Наверное, Тимков прав, и так было бы удобнее. Но он не мог представить себе, что в доме появится кто-то еще, кроме них троих. И неважно, что это был бы не человек, а носитель искусственного интеллекта. Стеклов считал, что носители тоже имеют свой характер, и потому не факт, что все было бы гладко. Нет, пусть уж лучше так как есть.

Нечего и говорить, что Мирослава была сегодня не в духе. Для нее расставание с ее любимым Пусиком всегда было трагедией. Она жалела его до слез, потому что знала, как сильно пес будет тосковать без хозяев. В такие моменты Стеклов был готов отказаться от своего решения насчет домработницы. Но дело было в том, что и Мирослава разделяла его мнение. Только ей в отличие от него мерещились всякие страхи.

– А вдруг она плохо будет обращаться с ним, – предположила она, когда они обсуждали этот вопрос.

– Почему она? – рассмеялся Стеклов. – Может, он.

– Ну неважно. Нет, пусть Пусик будет в отеле. Там, по крайней мере, есть и другие собаки. И ему будет веселее, чем здесь. Чертова работа!

– Хочешь уйти?

– Да? И что я буду делать?

– С Пусиком сидеть, – улыбнулся Стеклов.

– Я, конечно, его люблю, но он все-таки пес, а не ребенок.

– Рад, что включилось твое здравомыслие.

Она вопросительно посмотрела на него.

– Знаешь, мне иногда кажется, что тебя слегка переклинивает на этом вопросе.

– Думаешь? – загрузилась она.

– Слегка, – успокоил он жену. – Потом включается здравомыслие. Ну и все. Порядок.

– Да, знаю, надо было завести ребенка. Против природы, видимо, не попрешь. Как считаешь?

– Ты вроде не хотела.

– Не хотела. Думала, надо жить для себя. И вот тебе ирония – завела пса вместо ребенка. И теперь вот убиваюсь. Ужас.

– Еще не поздно.

Она задумалась.

– Очень большая ответственность. Слишком. Уж если я над псом дрожу, то с ребенком просто психопаткой стану.

– Ну другие как-то справляются.

– Не знаю. Я подумаю.

– Хорошо.

– А ты бы хотел?

– Наверное. Я тоже подумаю.

Супруги рассмеялись. Они оба знали, что вряд ли решатся нарушить устоявшийся образ жизни. Тогда с работой Мирославе придется расстаться, а он плохо себе представлял, как сможет обойтись без нее.

Когда они пришли работать в галактическую полицию, уже будучи семейной парой, их тандем поначалу у многих вызывал недоумение. Женщины считали, что Мирослава просто хочет контролировать Стеклова, а мужчины – что Стеклову удобнее с женой в командировках. Сварит кофе, сделает бутерброды, рубашку приготовит. Удобно. Но не все было так просто, как виделось со стороны.

При расследовании они редко выдвигались всей бригадой. Благо, специфика их департамента это позволяла. Дело в том, что все происшествия происходили очень далеко от Земли, в других галактиках, где жили и работали выходцы с родной планеты. И там была своя полиция. Эти ребята отрабатывали место происшествия, устанавливали причину смерти, если она имела криминальный характер. Иногда в особо сложных случаях вскрытие мог вести и эксперт с Земли. Естественно, виртуально. Так что на первом этапе бригаде расследования и реагирования там делать было нечего. Случалось, что раскрытие могли выдать и местные копы. Тогда и вообще проблем никаких.

Но когда дело было сложным, подключался департамент. Если дело отдавали бригаде Стеклова, то первыми на место прибывали он и Мирослава. Такую тактику избрал сам Савелий. Он понимал, что приехавшая на новое место пара не вызывает подозрений. А иногда лучше сначала незаметно изучить ситуацию, собрать информацию, а уж потом приступать к активным действиям. К тому же у Мирославы было отличное качество – она умела расположить к себе человека и правильно с ним поговорить.

Незадолго до отбытия Стекловых на Дельту на небольшую планерку детективы собрались в офисе шефа, коим в данном случае являлся Савелий как руководитель бригады реагирования и расследования.

– Кто такой этот Ковальский? – спросил Тимков.

– Какая-то важная персона – глава не то фабрики, не то концерна, – сказал Стеклов. – Там в отчете есть об этом.

– А фабрика чем занимается? – продолжил расспросы Стас.

– Драгоценными металлами. Это тоже в отчете. Ты загляни-загляни туда.

– Загляну-загляну. Не было времени. Дай вводную. Сложно что ли?

– И у тебя не было времени? – шеф перевел взгляд на Платона.

– Не было. Заканчивал отчет по прошлому делу.

– Ясно. Ну у Жана я даже и не спрашиваю, – иронично заметил Стеклов

– И правильно, – выдавил улыбку вчерашний именинник.

– А вот это несправедливо, – заметил Тимков. – Мы, между прочим, все вчера были на вечеринке. Если ты помнишь. А не только Жан.

– Ребята, давайте ближе к делу, – холодно заметил Стеклов. – Нам еще лететь на Дельту сегодня.

Все послушно погрузились в отчет. Итак, Алан Ковальский. Не выходит на связь вот уже неделю. Его жена, Амелия Ковальская, ждала почти двое суток, а потом заявила об исчезновении.

– Значит, на связь он не выходил, – озвучил первый факт Платон.

– Угу, – согласился Тимков. – Может просто загулял где-нибудь.

– Говорит же жена, такого раньше не было, – возразила Мирослава.

– Любовница? – предположил Ламбер.

– Не исключено, – согласился Стеклов. – Но все равно дал бы знать о себе. Зачем нарываться?

– Это так, но если решил уйти от жены, мог и не сообщить, – сказала Мирослава.

– Или они могли поссориться, – предположил Тимков.

– Да, точно, – подержал Ламбер. – Случился скандал и муж ушел, а жена не хочет признаться, вот и лепит черте что.

– Не исключено, – кивнул головой Стеклов. – Значит, берем в разработку жену. Это я и Мирослава. За вами информационная поддержка на первых порах. Если дело окажется серьезным, вылетите к нам на помощь. Пока надо отработать личности Ковальского и его жены. Отношения, имущество, дети, друзья. Да, надо проверить, не покинул ли он Дельту под шумок. Первым делом. Что с другими делами?

– По мошенникам с Дзеты почти закончил, – сказал Ламбер. – Эксперты как всегда копаются.

– По убийству вдовы подозреваемый в розыске, – напомнил Тимков. – По вооруженному нападению в восточном секторе дело на выходе.

– Ясно, ну так вы не тяните там. Сами знаете, Разумовский нам спуску не даст. Да и самим лучше, а то потом зароемся в этой работе.

– Да не переживай ты так, шеф, сделаем, – сказал Тимков. – Нам ведь не впервой.

– Ну так, – хмыкнул Ламбер.

– Думаю, вам нужна осмотрительность там, – выразил свое мнение Платон.

Стеклов подумал, что Разумовский тоже советовал им быть осторожными. Совпадение?..

– А ты что, уже успел собрать информацию? – спросил Савелий.

– Еще нет.

– Ну так а что тогда говоришь?

– Мне кажется, дело непростое.

– С чего ты взял?

– Просто предполагаю.

– Давайте строить предположения, опираясь все-таки на факты.

– Хорошо, шеф.

Платон поджал губы и уткнулся в отчет. Видимо, обиделся. Вот же, искусственный интеллект, а туда же!..

– А, кстати, какой там климат? – хитро улыбаясь, спросил Тимков. – Надеюсь, ты тему изучил.

Мирослава взглянула на мужа и рассмеялась.

– Это теперь у нас дежурный вопрос? – спросила она у Стаса.

– Нет, ну почему, просто вопрос, – невинно заметил тот.

– Тропический климат, – сказал Стеклов. – Там очень жарко. Дельта находится на третьей линии от своей звезды.

– Ну ты молодец, на этот раз подготовился, – ерничал Тимков.

– Я вот интересуюсь, ты еще долго будешь это вспоминать? – спросил Савелий.

– Что это? Как ты на холодную планету улетел в легкой одежде? Ой, ну это мне не забыть. Прости! Пока буду тебя провожать в дальний путь, всегда буду об этом спрашивать.

– Какой же ты, Тимков, – попеняла Мирослава.

– Какой? – парировал тот.

– Злой. Вот какой.

– Да боже мой, я забочусь о вас! И я же злой!

Он уже и не помнил, почему тогда упустил это – закрутился, замотался. Да, это был казус. До сих пор помнит, как им пришлось торчать в терминале, куда они с Мирославой прибыли с Земли, и ждать местных копов, которых срочно послали закупить одежду для парочки рассеянных детективов. В общем, смех и грех.

– Ну, ребята, счастливого пути, – бодро напутствовал и крепко жал руки Тимков у входа в транспортный узел департамента.

Проводить коллег пришли также и Жан с Платоном.

– Удачи! Ждем от вас информацию, – сказал Жан.

– А мы от вас, – улыбнулась Мирослава.

– Ну это само собой, – ответил Ламбер.

– Все-таки будьте осторожны, – опять вымолвил Платон.

– Ну что ты заладил? – возмутился Тимков. – Ты их сбиваешь с ритма. Им еще лететь черте куда.

– В общем, не каркай, – подвел итог Ламбер, глядя на киборга.

– Да я так, на всякий случай, – оправдывался тот. – Я же из лучших побуждений.

Все рассмеялись.

– Ну все, мы пошли на контрольный пункт, – сказал Стеклов, беря в руку дорожную сумку. – Пока, друзья!

– Пока, мальчики, – сказала Мирослава.

Двери за ними закрылись, и Стекловы оказались в транспортном узле департамента. Именно отсюда осуществлялась отправка детективов к месту назначения. В пределах Земли перемещение было делом обыденным – из собственного дома можно было переместиться в любую точку. Конечно, при условии, что к этой точке ведет специальный пространственный проход. Но на другую планету попасть было немного сложнее – для этого требовались специальные терминалы и персонал, отвечающий за его работу. Ну и, само собой, проверка документов и разрешений на отбытие с Земли.

Сотрудник контрольного пункта в форменной одежде привычным жестом махнул сканером перед их лицами и начал сверять данные на своем экране. Это тоже был носитель искусственного интеллекта. И, кстати, характер имел своеобразный – он был полностью беспристрастным как машина. Хотя, по сути, он таковым и являлся.

Стеклов бросил взгляд на Мирославу Она выглядела уставшей, под глазами легли темные круги. Как обычно, перед такими поездками она немного нервничала. Потому что была домоседкой – в смысле обитания на своей родной планете. Здесь был дом. И ее напрягала сама мысль так далеко улетать от Земли.

– Знаешь, я вот думаю иногда, – сказала как-то Мирослава мужу, – ведь раньше люди жили только здесь, на Земле. Они никуда не могли улететь, даже на ближайшие планеты. Потом стали летать, но сколько времени у них это занимало – полжизни. Ужас. А сейчас? Лети, куда хочешь. Хоть на ближние планеты, хоть в другие галактики. Час-два, ну от силы три и ты у черта на рогах.

– Это здорово.

– Да, наверное. Но мне всегда страшно, – призналась она.

– Но почему?

– А тебе нет? – задала встречный вопрос Слава.

Стеклов пожал плечами. Он и не думал об этом. Для него это было простым перемещением из одной точки в другую. Все люди так живут. И уже давно. Очень давно.

– Я не понимаю, чего бояться. Этим пользуются уже тысячу лет.

– Ну не тысячу, ты уж загнул.

– Да, не тысячу, меньше, но давно.

– Согласна. Наверное, я какая-то двинутая. Все этим пользуются, и никто не задумывается, а у меня прямо пунктик.

– Так в чем пунктик-то?

– Мне кажется, как будто я отрываюсь от чего-то прочного, надежного и лечу в пустое пространство, а потом теряюсь там. Теряюсь в этой черной пустоте.

– Да ты что. Такого не было никогда. И быть не может.

Мирослава вздохнула:

– Ты мужчина, у тебя другое мышление. Тебе меня не понять.

– Нет, ну что-то есть в твоих рассуждениях. Но это, скорее, из области философии, метафизики. Или психологии.

– Говорю же, я двинутая.

Сотрудник закончил проверку и оторвал взгляд от экрана.

– Все в порядке. Ваша платформа – Х16. Сейчас подойдет транспорт. Счастливого пути!

– Спасибо, – сказал Стеклов.

Он перевел взгляд на Мирославу, та что-то искала в своей сумке. Стеклов понял, что пилюли.

– Ты же знаешь, как я люблю эти поездки, – немного виновато сказала она.

Он собрался сказать что-то успокаивающее, но Мирослава его опередила:

– Ничего, не беспокойся. Одна таблетка и я в норме. Как обычно.

Глава 4

Раскаленный воздух Дельты обжигал лицо и заполнял маревом легкие. Казалось, еще немного и дышать будет нечем. Здешнее светило огромной полусферой висело над горизонтом.

– Вот это пекло, – выдохнула Мирослава, когда они ненадолго вышли из терминала на воздух, чтобы сделать передышку перед тем как отправиться в департамент полиции. – Это сколько ж здесь градусов?

– Около 104—110 по Фаренгейту, – отозвался Стеклов. – Ну судя по той информации, что я изучил перед тем, как прибыть сюда.

– А по Цельсию? – тревожно спросила Мирослава.

– 40 и выше. Если не ошибаюсь, – ответил Стеклов.

– Ужас, – вздохнула жена Стеклова.

– Нам просто надо привыкнуть, – улыбнулся Савелий.

– Ты прав, – усмехнулась Слава. – Вот только сделать это будет непросто, учитывая, что мы живем на Севере.

Они летели по специальному пространственному каналу, поэтому оказались сразу в транспортном терминале главного полицейского управления Дельты. Как выяснилось, их ждали и оставили распоряжение направить к детективу Моретти.

– Как себя чувствуешь? – спросил Стеклов жену, когда они поднимались на лифте.

– Нормально. Высплюсь и станет совсем хорошо.

– Да, только жарковато здесь.

– Ну системы охлаждения у них, наверняка, работают.

– Надеюсь.

– Ты это серьезно?

Стеклов рассмеялся:

– На тебя плохо действует перемещение. Ты перестала понимать юмор?

– Шутник, – хлопнула его по плечу жена.

Детектив Моретти оказался совсем молодым еще человеком невысокого плотного телосложения со слегка смуглой кожей. Он с любопытством рассматривал гостей с Земли, когда они наконец добрались до его офиса.

– Как там дома? – спросил он.

– Нормально, – сдержанно ответил Стеклов, он не расположен был к светским беседам.

– Давно не были на Земле? – поинтересовалась Мирослава.

– Да уж несколько лет.

– Скучаете? – спросила она.

– Немного. Все-таки здесь не дом. И это ощущается.

– Понимаю, – согласилась Слава.

– Детектив, ну что там у нас с этим делом? Есть новости? – спросил Стеклов.

– Знаете, я из-за этого дела получил нахлобучку от начальства.

– Почему?

– Из-за того, что сообщил в департамент.

– А, понимаю, – усмехнулся Стеклов. – Ваше начальство уверено, что это обычное бытовое происшествие.

– В общем, да. Просто комиссар был в отпуске, ну а я решил сообщить.

– Считаете, дело серьезное или просто перестраховались?

– Мне кажется, дело может оказаться непростым. Как вы понимаете, Ковальский – не последний человек здесь. Его фабрика – это огромное производство. Ну, по крайней мере, по здешним меркам. Он очень состоятельный человек.

– И потому вы предположили, что может быть криминал.

– Естественно, ведь пропал далеко не рядовой человек.

– Ну так а почему же в таком случае ваш шеф думает иначе? – продолжал расспросы Стеклов.

– Почему? Ну, понимаете, он не любит лишнего внимания. Человек, возможно, где-то загулял, а мы уже и в департамент сообщили. Выставили себя дураками. Да, именно так.

– А он не думает, что можно и с другой стороны подставиться? – усмехнулся Савелий.

– Именно. Потому я и сообщил.

– Господин Ковальский так и не объявился? – вступила в разговор Мирослава.

Моретти отрицательно покачал головой.

– Какие меры вы предприняли? – спросил Савелий.

– Отработали весь его ближний и дальний круг, работу, приятелей, жену, само собой. Ноль.

– Как себя ведет жена?

– Да, собственно, как и должна себя вести женщина, у которой пропал муж. Ничего подозрительного.

– Он с кем-то встречался накануне или в тот день? – поинтересовалась Мирослава.

– Нет. Работа-дом. Весь его маршрут.

– Надо восстановить его последний день, – сказал Стеклов. – Вернее, последние сутки. Он мог куда-то уехать вечером, вернувшись с работы домой.

– Хорошо. Мы все перепроверим.

– Держите нас в курсе всего, даже мелких деталей.

– Хорошо, господин Стеклов.

– Я передавал просьбу не бронировать нам отель официально.

– Да, я забронировал вам номер от частного лица. Я отвезу вас туда.

– Отлично. Спасибо. Кстати, можно по имени. Савелий.

– Антонио, – улыбнулся детектив.

– Мирослава, – поддержала коллег жена Стеклова. – Слава.

По дороге в отель Стеклов отметил про себя, что здесь многие пользуются наземным транспортом – дороги были очень оживленными. Полицейское управление располагалось в одном из самых крупных городов планеты, и это было заметно по видам за окнами автомобиля. Как и подобает мегаполису, городское пространство в основном было заполнено высотными домами, их стеклянные витражи слепили ярким отраженным светом местной звезды. Дорожные эстакады сменяли одна другую, плавно переводя потоки автомобилей на новые уровни. Бросалось в глаза обилие зелени с мощными кронами, щедро дающими тень для тех, кто решил прогуляться пешком. Не только аллеи деревьев служили укрытием от жара светила, но и парки, занимавшие собой большие по меркам мегаполиса пространства. Судя по всему, здешних жителей не пугала дневная жара – многие проводили свое время в парках среди благодатной тени и бьющих фонтанов.

– Почему столько автомобилей? – поинтересовался Стеклов у Моретти, когда они ехали в отель. – Здесь пространственные каналы не в чести?

– Их здесь не так много, как хотелось бы. Все-таки нам далеко до цивилизации Земли. Здесь немного другой уклад.

– И что же повсюду на авто? – спросила Мирослава.

– Нет, почему же. Между городами есть пространственное сообщение. Но в пределах самого города только наземный транспорт. Ну или аэромобили.

– А как попасть в другой город?

– Есть специальные терминалы, оттуда можно переместиться вместе с другими людьми.

– Это что-то типа древней системы? – оживилась Мирослава. – Как это называлось, Савва?

– Что?

– Ну как назывался старый транспорт?

Названия были знакомыми, но Савелий не мог вспомнить, пришлось подключиться к сети.

– Поезд, самолет.

– Да-да, точно!

– А места отправления – вокзалы, аэропорты.

– Поезд? – переспросил Моретти. – Что-то смутно знакомое… Нет, не могу вспомнить.

– Ну это такая штука, ездит по рельсам, – пояснил Стеклов. – В смысле, ездила.

– Нет, не понимаю. Ну да ладно. Кстати, вам придется ехать в другое место.

– Имеете в виду фабрику Ковальского? – спросил Савелий.

Моретти кивнул головой.

– Она находится не здесь. И живет он тоже, конечно же, там. Вообще-то, вы могли бы воспользоваться каналом управления, чтобы попасть туда. Но, я так понимаю, вам это не подходит?

– Нет, не стоит, – отозвался Стеклов. – Лучше частным порядком.

– Там же есть отели? – спросила Мирослава.

– Конечно, – рассмеялся Моретти. – Здесь отели повсюду. Сюда любят приезжать туристы. Жара, море, пляжи, вкусная еда, женщины. Ну, в общем, каждый находит что-то по душе. Экзотика, одним словом.

– Не все любят Север, Савва, – заметила Мирослава.

Моретти вновь рассмеялся:

– Многие, по-моему.

Отель их встретил прохладой и умиротворением. Гостей было немного – они с Мирославой да еще господин в светлом костюме с легким саквояжем в руке. Всех быстро оформили и выдали жетоны с номерами.

– Видишь, здесь прохладно, – пошутил Савелий, когда они вошли в свой номер.

– Рада, что ты можешь шутить. Я же жутко устала. Просто валюсь с ног.

Савелий осмотрелся: номер был довольно удобным, просторным, со спальней и гостиной, большой душевой, насыщенной какими-то тропическими сладковатыми ароматами. Из окна открывался все тот же вид – массивы домов и громоздкое светило над горизонтом. Он закрыл жалюзи и стало сразу как-то уютнее.

– Ты голодна?

– Немного.

– Может, закажем что-нибудь легкое?

– В номер?

– Ну да. Полагаю, идти куда-то ты не в состоянии.

– Боже упаси. Я в душ.

– Хорошо.

Стеклов поймал себя на мысли, что мало думает о предстоящем деле. Обычно в его голове не оставалось места ни для чего другого. Но происшествие на Дельте имело для него отвлеченный характер, ему не удавалось обдумать все как следует – то одно, то другое отвлекало его. Да и сам главный персонаж – Алан Ковальский – никак не превращался в его голове в реального человека. Все та же отвлеченность. И это было нехорошо. Этак можно вообще превратиться в туриста на отдыхе. Надо-надо браться за работу. И первым делом нужно выйти на связь с бригадой.

Он достал из багажа раскладной монитор и начал его подключать. Мирослава смеялась над некоторыми его привычками. Ну вот, к примеру, почему нельзя просто поговорить через видеосканер, нет, ему масштабную картинку подавай, чтобы всех видеть и все обозревать. Что ж, такой он человек. Замороченный.

В дверь постучали. Он понял, что прибыл их ужин.

– Добрый день, – мелодичным голоском заговорила с ним миниатюрная горничная в накрахмаленном кружевном переднике, вкатывая тележку.

– Добрый, – отозвался Стеклов.

Ни слова больше не говоря, она уверенно проследовала в гостиную и начала накрывать на стол.

– Можете ответить на один вопрос?

– Конечно, – вскинула глаза девушка.

– В отеле есть транспорт?

– Есть. Когда вы планируете поездку?

– Завтра. Утром.

– Уточните, пожалуйста, время.

Девушка со вполне осмысленным взглядом программно задавала вопросы и только это, пожалуй, обнаруживало в ней искусственный интеллект, во всем остальном же она очень была похожа на настоящего человека. Стеклов время от времени невольно поражался уровню технического прогресса. Не будучи технарем, ему сложно было представить, как можно такое сотворить. И потому удивлялся. По-прежнему.

– О, ты обустроил свой пункт связи, – иронично заметила Мирослава, вытирая полотенцем мокрые волосы.

– Вижу, тебе лучше, – улыбнулся Савелий, ему нравилась ее ирония.

– Чем тут кормят? – Мирослава наклонилась над накрытым столом. – Так, фруктовый салатик, сок, омлет. Отлично!

– Да тебе значительно лучше, как я погляжу.

– Да. Давай поедим.

– Давай.

И все-таки говорить не хотелось: сказывалась усталость. Ковыряя вилкой омлет, Стеклов бросал взгляд на свой «пункт связи».

– Думаешь, у них есть информация? – поймала его взгляд жена.

Он пожал плечами.

– Знаешь, мне кажется, нам надо отдохнуть, поспать, – сказала она. – А все остальное начнется завтра.

– Да, наверное.

– Что за настроение?

Он отложил вилку и поднял на нее глаза.

– Сам не пойму. Какое-то нежелание заниматься этим делом.

– Почему?

– Не знаю.

– Защитная реакция? – предположила она.

Стеклов задумался. С этой точки зрения он на ситуацию не смотрел.

– Опасность? – спросил он.

– Не знаю. Вроде дело как дело, сколько было таких.

– Да ерунда все это, – он решительно встал из-за стола. – Просто усталость. Я в душ и спать.

Он направился в ванную, но в это время звякнул его сканер. Должно быть, кто-то из ребят.

– Кто это? – спросила жена.

– Платон.

Он включил свой «пункт связи» и уселся перед монитором. Мирослава расположилась рядом. На экране появился Платон.

– Все еще работаешь? – спросил его Савелий.

– Важная информация. Решил не тянуть до завтра. Кстати, как добрались?

– Нормально, – коротко ответил Стеклов. – Ну так что там у тебя?

– Это по поводу жены Ковальского.

Стеклов и Мирослава переглянулись. Неужели все-таки жена?..

– Для Амелии Ковальской это второй брак. Замужем она чуть меньше года. Первый ее муж умер. Он оставил ей неплохое состояние.

Стекловы были разочарованы. Ничего особенного, просто жизнь.

– А что случилось с ее первым мужем? – спросила Мирослава.

– Сердечный приступ. Ему было 42 года.

– Кто она такая? Какое происхождение? – уточнил Савелий.

– Обычное. Родители служащие. Достаток скромный.

– Кто она по профессии?

– Модель.

– Модель? – насторожился Стеклов. – А ее первый муж?

– Крупный промышленник. Семья очень состоятельная. Вдове отломился изрядный куш.

– На каких условиях?

– Брачный контракт. На случай смерти вдове назначалась солидная единовременная выплата.

– Где же она их нашла? – удивилась Мирослава. – Как из одной корзинки. Оба промышленника, оба богачи.

– Действительно, – согласился Савелий. – Прямо как на подбор.

Платон согласно кивнул головой.

– Тебе это показалось странным? – спросил его Стеклов.

– И это, и другое.

– А что еще?

– Здесь тоже есть брачный контракт.

– И что?

– Похожего содержания. На случай смерти – солидная выплата.

– Платон прав. Это подозрительно. Тем более они из разных социальных слоев, – дополнила Мирослава.

– Да, модель и промышленник, – согласился Платон.

– Два раза! – подытожила жена Стеклова.

– Ну мало ли, может, бывает и так, – развел руками Стеклов. – Например, могла вращаться в одних и тех же кругах, что и эти магнаты. Это ведь не преступление.

– Нет, но на размышления наводит, – сказала Мирослава.

Они помолчали. Платон копался в каких-то своих данных. Стеклов думал, что здесь можно еще вытянуть.

– А, вот еще что! Контакты ты ее смотрел?

– Конечно. Ничего особенного. Пара-тройка знакомых на Дельте, немного ближних родственников на Земле, семейный круг. Всё. Никто из посторонних с ней не связывается и она ни с кем. Ничего предосудительного.

– А сам Ковальский? Что по нему?

– Тоже ничего особенного. Состоятельная семья, хорошее образование, своя фабрика.

– Есть наследники?

– Нет. Детей у него нет.

– Был женат раньше?

– Нет.

– Значит, фабрика отходит семье, но и жена не остается без денег.

– Да, все интересы соблюдены, – заметила Мирослава. – Кроме самого Ковальского.

– Ну, моя дорогая, если он жертва, то так и должно быть.

Мирослава грустно улыбнулась и кивнула головой. Уж ей-то об этом не надо было рассказывать.

Глава 5

Стекловы часто бывали в служебных поездках, ведь это была их работа. А это означало, что они привыкли к разным условиям пребывания и перемещения. Но то, что они увидели на Дельте, попав в терминал общественного пространственного канала, нельзя было сравнить ни с чем, ранее ими увиденным. Это было похоже на великое переселение или бегство от войны.

– Что? Что это такое? Откуда столько людей? – воскликнула Мирослава.

– Надо было воспользоваться полицейским терминалом.

– Видимо, да. Может, вернемся? Как вообще отсюда можно куда-то уехать?

Стеклов не хотел сдаваться. В конце концов, после блуждания по забитому отъезжающими залу они наткнулись на нужный терминал. Там тоже была очередь, но по крайней мере они уже точно знали, что уедут.

– Простите, а здесь всегда так? – спросила Мирослава у женщины с ребенком, которого та крепко держала за руку.

– В это время да, – охотно пояснила она. – В эту пору здесь очень много туристов, ну и сейчас они едут к морю.

Они разговорились. Их новую знакомую звали Римма. Она вместе с сыном ехала домой, в тот же город, что и они. Город назывался Оазисом.

– А вы были в гостях здесь? – спросила Мирослава.

– Да, у родителей.

– Так у вас здесь вся семья?

– Да, мы уже давно здесь живем.

Подошла их очередь, и они сели в пространственную капсулу. Их места оказались рядом с местами Риммы и ее сына, поэтому женщины болтали всю дорогу. Стеклов был просто слушателем.

– Римма, а чем занимается ваш муж?

– Он инженер.

– А где работает?

– На фабрике драгметаллов Ковальского.

Стеклов насторожился. Он подумал, что может всплыть какая-то случайная информация.

– Нравится ему работа? – спросила Мирослава.

– Да, отличная работа. Хорошо оплачивается, да и коллеги – люди приятные.

– Начальство не обижает? – как можно более непринужденно вела расспросы детектив Стеклова. – Знаете, как бывает у этих богачей.

– Нет, что вы, господин Ковальский очень достойный человек. Во всех смыслах. И семьянин хороший.

– О, это прекрасно. Обычно богатые люди очень избалованные, творят, что хотят.

– Нет, этот не такой. Вы, видимо, сталкивались?

– Да, бывало.

– А вы отдыхать к нам в Оазис?

– Да, мы туристы.

– А что же не сразу к морю, как другие?

– Мы хотим для начала осмотреть главный город, понять, как здесь все устроено, а уж потом поедим к морю. Никогда не бывали на Дельте и здесь нас все в новинку.

– Это похвально. Я тоже люблю определенность во всем. Прекрасно вас понимаю.

И опять пустышка. Никакой информации об этом Ковальском. Даже сплетен не собрать.

– Ну что, сначала в отель? – спросил Савелий, когда они с Мирославой вновь тихо плавились в палящем мареве Дельты, только уже пребыв в этот неведомый Оазис.

– Боже, какая же жара. Мне кажется, еще нигде не было так дискомфортно. А? Как считаешь?

– Это же не первая планета с тропическим климатом в нашей трудовой биографии.

– Не первая?! Да она единственная! С таким-то удушающим климатом. Кто вообще сюда едет, зачем? Как здесь можно отдыхать?

– Ну ладно, будет тебе. Так что?

– Давай в отель. А ты выбрал что-нибудь?

– Выбрал, пока ты болтала с Риммой.

– Молодец, – проворчала Мирослава.

Стеклов понимал, что расследование надо начинать с беседы с женой Ковальского. Он не знал, замешана ли она в этом деле, но полагал, что поймет это при встрече с ней. По опыту он знал, что человек, причастный к преступлению, чем-то обязательно должен выдать себя. Это психология. И против нее не попрешь. Она же не киборг, у нее нет программы, значит, ошибки неизбежны, если правильно направить беседу.

– Знаешь, что меня бесит в этом деле? – спросила Мирослава уже в номере их нового пристанища.

– Что?

– Проволочки. Бесконечные проволочки. То мы сюда едем, то туда, то спим, то едим. Мы никак не можем приступить к расследованию. Никак не окажемся на месте. Что такое с нами? А?

– Ну вот мы на месте.

– Да, на месте. Но мы так долго сюда ехали. Как будто на верблюдах по пустыне.

Стеклов рассмеялся.

– Ты что, сочинений древних авторов начиталась? Какие верблюды? Какая пустыня? Придет же такое в голову.

– Ну ладно-ладно. Что-то я нервничаю.

Она начала ходить по комнате взад и вперед. Он остановил ее, взял за руку, привлек к себе.

– Ну что ты? Что? Успокойся. Слышишь?

– Мне как-то не по себе. Понимаешь? Душа не на месте. Давай уже начнем.

– Начнем, конечно, начнем. Мы здесь для этого. Успокойся, ничего плохого не случится. Я же с тобой.

– Да, я знаю, – прошептала она.

– Ну все-все. Полегче стало?

Она кивнула головой.

Ковальские жили в самой зеленой части города. Тенистые рощи здесь занимали собой все пространство. Дома встречались редко – мелькнет причудливый фасад из белого или красного камня, и вновь одно лишь зеленое море доступно глазу. Должно быть, этот уголок был обустроен для обеспеченных людей, которые могли себе позволить и тенистые аллеи, и просторные жилища, да и много чего еще. Благодаря этому зеленому оазису и жара здесь ощущалась не так остро, как в стеклянном мегаполисе.

– Райское место, – сказал Стеклов, когда они ехали в арендованном автомобиле.

– Да, красиво. И дышится легко.

Всю дорогу он исподтишка наблюдал за женой – его немного обеспокоило ее поведение. Обычно она всегда сохраняет присутствие духа, а здесь буквально на пустом месте такая буря. Он терялся в догадках, что бы это могло быть. Но в дороге она вела себя привычным образом, и он стал понемногу успокаиваться. Может, просто нервы. Что, впрочем, неудивительно с их-то работой.

Навигатор привел их в нужное место. Дом Ковальских был не лучше и не хуже тех, что встретились им на пути. Три этажа, красный камень, широкие окна, фонтан у порога, дорожки и море зелени вокруг. Все дышало негой, покоем и умиротворением. В таком бы месте жить и радоваться каждому дню.

– Госпожа Амелия ждет вас, – сказал им дворецкий после того, как они представились.

Он их повел массивной лестницей на второй этаж. В доме стояла звенящая тишина. Пахло чем-то вроде ладана, что навевало мысли о храме. Стеклов обратил внимание на убранство дома, богатое, слегка вычурное – картины в тяжелых рамах, ковры, массивные люстры. Здесь царило давящее торжество роскоши и больших денег. Вряд ли кому-то могло быть уютно в таком доме.

Дворецкий распахнул перед ними высокие двустворчатые двери, и они оказались в большой комнате, оформленной в холодных голубых тонах. Откуда-то из боковой двери к ним навстречу вышла стройная молодая женщина в сером платье. Пожалуй, ее можно было назвать красивой хорошая фигура, правильные черты лица, волнистые волосы, – если бы не ее глаза, они были того же оттенка, что и комната. Холодные голубые глаза. При взгляде на нее Стеклову вспомнился их Север, его холодное великолепие. Впрочем, в следующее мгновение он решил, что ошибся. Ковальская заговорила с ними, и ее глаза изменили свое выражение, приобрели более живой оттенок.

– Прошу вас, господа, – сказала Амелия, указывая рукой на удобные кресла, сама же она расположилась на небольшой диване.

Хозяйка была напряжена, об этом говорила ее поза – неестественно прямая спина и руки, сжатые в замок. Но это могло иметь простое объяснение, ведь она все это время находится в неизвестности по поводу судьбы своего мужа.

– Могу я предложить вам что-то выпить? Сок, вода? Кофе, быть может?

– Воды, пожалуй, – сказала Мирослава.

Амелия кивнула и вышла из комнаты. Она вернулась через минуту, а следом за ней вошла горничная с подносом в руках.

– Как вы понимаете, госпожа Ковальская, нам надо задать вам несколько вопросов, – начал разговор Стеклов.

– Да, я понимаю. Конечно. Пожалуйста, спрашивайте.

В ее голосе была усталая покорность. Она понимала, что это необходимо и подчинялась силе обстоятельств.

– Что происходило в тот день, когда пропал ваш муж?

– Это был обычный день. Алан уехал на работу, я была дома, потом выехала в город за покупками. Он вернулся вечером в обычное время.

– В каком часу?

– Около семи. Мы поужинали. Потом он сказал, что ему нужно ненадолго уехать с кем-то встретиться.

– С кем?

– Не знаю. Он сказал, что это связано с работой. В детали он не вдавался.

– Такое бывало раньше? – вступила в разговор Мирослава.

– Что?

– Чтобы он уезжал по рабочим вопросам вечером.

Амелия оценивающе посмотрела на Мирославу. Так может смотреть только женщина на женщину – на подсознательном уровне невольно сравнивая ее с собой, определяя, кто лучше, соперница ли она ей. Один миг и Амелия отвела глаза в сторону, не выразив никак своего отношения, не проявив сделанных выводов.

– Вы намекаете на то, была ли у него другая женщина? – ровным голосом спросила она.

– В том числе, – ответила Стеклова. – Могла ли быть другая женщина? Имел ли ваш муж обыкновение решать рабочие вопросы в нерабочее время? Речь об этом.

Амелия взглянула на Мирославу и снова отвела глаза. У Стеклова создалось впечатление, что она избегает смотреть собеседнику в глаза, ускользает, не дает себя прочесть.

– Я не знаю, была ли другая женщина. Мне об этом неизвестно. Может, и была. Не знаю. Рабочие встречи иногда у него случались. Редко, но бывали.

– Может быть, какие-то проблемы на фабрике? – предположил Стеклов.

– Я не в курсе. Алан ничего не рассказывал о делах. Не делился со мной.

Стеклов думал, какие отношения были между супругами. Любовь? Страсть? Общие интересы? Вряд ли была теплота и доверие между ними: было ясно, что жена не посвящена в детали жизни мужа. Или просто не говорит? Что-то скрывает?

– Не предпринимал ли кто-нибудь попытки связаться с вами? – уточнила Мирослава. – Шантаж, деньги?

– Нет, никто со мной на связь не выходил.

– А с родственниками мужа?

– Мне об этом ничего неизвестно.

– Вы с кем-то поддерживали здесь дружеские отношения? – спросил Стеклов.

– Лично я?

– Ваша семья, так скажем.

– Особо тесных отношений у нас не было, ни у меня, ни у Алана. Так, только знакомые, коллеги.

Было ясно, что продолжать беседу бессмысленно. Амелия ускользала, ее невозможно было разговорить, вызвать на откровенность, она осталась застегнутой на все пуговицы с этой своей прямой спиной.

– Ну что скажешь? – спросил Стеклов Мирославу в автомобиле.

– Снежная королева.

– Да, похожа.

– Платон сказал, она бывшая модель. Что-то в это не верится. Держится, как настоящая аристократка.

– Ничего удивительного: поднаторела в приличном обществе, научилась манерам.

– Да, но нам это ничего не дает.

– Вообще ничего. Не подкопаться.

– Как думаешь, может она что-то знать?

– Сложно сказать. Я сам все время об этом думаю. Слишком напряжена, как будто ждет удара.

– Ну стресс, быть может.

– Возможно. Но, по-моему, слишком даже для стресса. Следит за словами. Постоянно ускользает.

– Нечего сказать.

– Может и такое быть. Согласен. Но фразы слишком общие, обтекаемые, ничего конкретного. Так может говорить человек, который боится проговориться. Никаких деталей. Как будто мы общались не с женой, а с дальней знакомой. Ну что-то же она должна знать о жизни мужа. Или они вообще не разговаривали? Такое разве бывает?

– Да кто их разберет этих магнатов. Что будем делать, Савва?

– Надо устанавливать маршрут Ковальского. Куда он уехал, во сколько, с кем встречался.

– Ну так местные копы вроде искали.

– Вот именно, что вроде. Получается так, раз ничего не нашли. Какие-то следы должны быть. Он ведь человек.

– Надо связаться с ребятами, – сказал Савелий. – Узнаем, как там у них дела, есть ли какие-то новости.

– Будет штурм? – улыбнулась Мирослава.

– Судя по всему.

– Ну а мы что-нибудь поедим?

– Ты же против того, чтобы мы отвлекались на всякую ерунду.

– Стеклов, еда – это серьезно. Голодная я не смогу работать. Ты же знаешь.

– Ну хорошо-хорошо. Давай завернем куда-нибудь по дороге.

– Надеюсь, там не будет так же оживленно, как в терминале.

Стеклов рассмеялся. Нет, с Мирославой все в порядке – просто переутомилась.

– А местечко приятное, – заметила Стеклова.

Они заехали в небольшой ресторанчик на выезде из зеленого массива, где жили Ковальские. Супруги расположились на веранде, увитой неведомой местной растительностью. Мощная листва надежно защищала от дневного жара. При этом она источала какой-то тонкий аромат, так что дышалось здесь легко. Хотелось насытить этим воздухом легкие, чтобы выйдя в город, где все варилось от жары, еще ощущать живительную прохладу.

– Воздух-то какой… Чувствуешь? – Мирослава наслаждалась этим местом, напряжение покидало ее, лицо приятно порозовело.

– Да, я заметил.

Они заказали рыбу, сыр и фрукты.

– Жаль выпить нельзя, – заметила Слава.

– Можно, вечером после работы.

Она улыбнулась и кивнула. Рыбу подали на большом блюде. Они не ели еще такой – нежная, ароматная, почти без костей. Стекловы настолько увлеклись едой, что и не говорили совсем. Пока не насытились.

– Слушай, я и не думал, что такой голодный.

– Вкуснотища. Я чуть язык не проглотила. Что это за рыба?

Стеклов улыбнулся:

– А это имеет значение? На Земле такой все равно нет.

– Кажется, начинаю понимать здешних туристов и слова Моретти насчет вкусной еды.

Савелий кивнул.

– Действительно, где мы только ни были с тобой, что только ни пробовали, но такого экстаза я что-то не припомню.

– Будем сюда приезжать поесть.

– Договорились, – согласился Стеклов.

В отеле Савелий вновь обустроил свой «пункт связи», подключил мониторы и раздвинул их по всей площади стола.

– Приветствую, ребята! – сказал Стеклов коллегам, которые уже были во всеоружии на Земле.

– И мы вас! – ответил за всех Ламбер.

– Как вы там? – спросил Тимков.

– Нормально, – ответил Стеклов. – Пообщались сегодня с Ковальской.

– Она что-то знает? – вступил в беседу Платон.

– Мутная она какая-то. Не то в стрессе, не то в страхе.

– Ничего мы из нее не вытянули, – дополнила Мирослава.

– Ясно, – промолвил Тимков. – Что будем делать?

– Начнем с того, что установим маршрут Ковальского в его последний день.

– Разумно, – поддержал Ламбер.

– С чего начнем? – спросил Тимков.

– Предлагаю просканировать сеть видеонаблюдения и спутниковые данные по всем местам, прилегающим к дому Ковальского, – сказал Платон.

– С широким охватом, – дополнил Тимков.

– Да, согласен, – согласился Стеклов. – С максимально широким охватом. Мы же не знаем, куда он мог поехать.

– Поделим квадраты, – предложила Мирослава.

– Безусловно, – поддержал Стеклов.

– Гружу данные, – объявил Платон. – Ждите.

– Как там на Дельте? – спросил Тимков.

– Жара, – проворчал Савелий.

– Настоящее пекло, – согласилась Мирослава. – Но еда, ребята, отменная. Мы сегодня с Саввой ели такую рыбу! Вы не представляете.

– Тоже хочу, – вздохнул Тимков. – Хочу экзотики, друзья. Вот прилечу к вам и отведаю этой рыбки. И еще чего-нибудь.

– Может не надо лететь? – сказала Мирослава.

– Почему это? – спросил Тимков.

– Не знаю. Если и вы приедете, то значит мы здесь надолго. У меня такое ощущение, что мы можем увязнуть в этом деле.

– Глупости! – уверенно заявил Ламбер. – Мы и не такие орехи грызли. И тут справимся.

– Данные загружены, – объявил Платон. – Наименования квадратов и номерные знаки навигатора автомобиля Ковальского разослал вам.

– Работаем! – скомандовал Стеклов. – Время охвата – со времени возвращения магната домой и до полуночи.

– Нашел! – воскликнул Тимков.

– Так быстро? – удивилась Мирослава.

– Где? – спросил Стеклов.

– На выезде из жилого массива.

– Не понял, – сказал Ламбер. – Автомобиль что, сейчас там?

– Получается так, – ответил Тимков.

– Нет, это невозможно, – возразил Савелий. – Местные копы там все прошарили.

– На самой местности? – уточнил Тимков.

– Ну да. Они же его где только ни искали. Никаких следов.

– Странно это, – промолвила Мирослава.

– Ребята, я знаю, что это, – сказал Платон.

Все насторожились.

– В этом месте выбросили навигатор автомобиля, по которому можно определить…

– Да-да, его местонахождение! – закончил фразу Ламбер. – Платон – ты гений!

– Погодите, ребята. А разве без навигатора автомобиль может ездить? – засомневался Тимков. – Вся информация для идентификации машины заложена именно в навигаторе, номер, например. Без навигатора эксплуатация запрещена.

– Вот именно, что запрещена, но отнюдь не невозможна, – возразил Ламбер.

– Так а зачем? – спросила Мирослава.

– Что зачем? – уточнил Платон.

– Получается, Ковальский сам выбросил навигатор. Зачем? Чтобы его не нашли?

– Слава, у тебя светлая голова, – улыбнулся Ламбер.

– Спасибо, Жан, – она улыбнулась в ответ.

– Значит, два варианта, – задумчиво сказал Стеклов, – либо это побег Ковальского на волю, либо…

– Что? – недоуменно спросил Тимков.

– Либо Ковальского вывезли в его же автомобиле.

Все озадаченно замолчали.

– Разумно, – согласился Ламбер.

– Подождите, но если Ковальского вывезли в его автомобиле, – начала рассуждения Мирослава, – значит, его жена при делах.

– Само собой, – согласился Тимков.

– Да, но Платон проверял ее контакты, – заметил Ламбер. – И там нет никого подозрительного. Как она выходила на связь с сообщником, если она не выходила на связь?

– Значит, надо проанализировать ее контакты с учетом новой версии, – сказал Стеклов. – Они могли держать связь через посредника.

– Да ну, брось, шеф, – усомнился Тимков. – Они что шпионы какие-то? Обычная тетка. Если был любовник, то и он ей под стать.

– А если это не так? – предположил Платон. – И тут что-то необычное?

– Да, придется все проверять и перепроверять, – сказал Стеклов.

– С чего начнем? – спросил Ламбер.

– Хорошо, что мы поели рыбы, – вздохнула Мирослава.

Все уставились на нее.

– Какая связь? – недоуменно спросил Платон.

– Прямая, Платон. Здесь работы на сутки.

– Минимум, – согласился Стеклов.

– Ясно, значит, ни еды, ни сна, – сказал Тимков.

– Точно, – подтвердил шеф. – Итак, что я думаю. Сейчас нам надо найти автомобиль.

– Без навигатора?! – воскликнул Тимков.

– Ну, знаешь, Стас, с навигатором и дурак найдет, – усмехнулся Ламбер, – а ты вот найди без него.

– Так а как искать-то? – настаивал Тимков.

– По модели, – сказал Платон.

– Они же однотипные, – напомнил Ламбер.

– Цвет? – предположила Мирослава.

– Не вариант, – усомнился Тимков.

– Надо изучить автомобиль Ковальского в деталях, может, есть какие-то особенности.

– Согласен, шеф, – сказал Платон. – Могу дать картинку.

– Давай, – сказал Стеклов.

– Выслал. Ловите.

Это был стандартный автомобиль белого цвета. К сожалению, Ковальский не пользовался автомобилями премиум-класса, что могло бы отчасти облегчить детективам поиски. Подобные простые автомобили были у многих жителей Оазиса. Это было обычное средство передвижения, но не престижа. Поэтому здесь им ничего не светило. Модель и цвет – мимо. Но должно же было быть что-то еще, что бы отличало автомобиль магната от тысяч подобных.

Детективы изучали объект. Результатов не было. Все молчали.

– Колесо! – воскликнул Тимков.

– Что?

– Какое колесо?

– По-моему одно колесо отличается от других.

– Какое?

– Заднее правое.

Вновь установилась напряженная тишина.

– Ну так что мы гадаем, – сказал Стеклов. – Платон, можешь проверить? Колеса автомобиля из одной серии?

– Да, думаю, можно, – отозвался Платон.

– Давай, действуй. Ждем.

Уже чувствовалась усталость, поэтому было не до разговоров. Они просто ждали и наблюдали за Платоном. Тот сосредоточенно смотрел на свой монитор, где отображался анализ данных.

– Есть! Заднее правое колесо принадлежит к прежней серии данных автомобилей. Видимо, пробил колесо и ему заменили, чем придется.

– Нам повезло, – пошутил Тимков.

– Значит, ищем автомобили с колесами данной серии, – сказал Стеклов. – Там потом разберемся. Платон, загружай данные. Работаем!

Беспрерывно грузились данные, шел анализ информации. Детективы напряженно следили за результатами, пытаясь найти то, что сдвинет это дело с мертвой точки и прольет свет на судьбу Ковальского.

– Как долго, – вздохнула Мирослава.

– Может, отдохнешь? – предложил Стеклов.

– Нет, что ты. Я же на работе.

– Кажется, я нашел, – сказал Ламбер.

Все встрепенулись.

– Где?

– Высылаю координаты.

Они почти враз увидели картинку. Это была местность вблизи моря.

– Значит, автомобиль там, – сказал Стеклов.

– Да. А вот где Ковальский? – задумчиво спросил Платон.

– Так, ребята, а что там за место? – спросила Мирослава. – Что там есть? Зачем он туда поехал?

Они изучили местность.

– Там ничего нет, кроме моря, – заключил Тимков.

– Ну и вывод? – настаивала Мирослава.

– Поехал отдохнуть, – предположил Ламбер.

– Но там даже пляжа нет, – возразил Платон.

– Ясно одно – надо обследовать эту местность, – заявил Стеклов. – Сейчас сообщу Моретти. Пусть подключает местные кадры.

– А мы? – спросил Тимков.

– Мы? – рассеянно переспросил Стеклов, думая о своем. – Мы пойдем спать.

– Отлично, – сказала Слава. – Я жутко устала.

– Ну, ребята, до завтра, – сказал Савелий. – На связи.

Стеклов стоял у окна и смотрел на ночное чужое небо. Глядя в его непроницаемую мглу с редкими точками звезд, он думал, как же далеко они от дома. Он впервые в жизни всем своим естеством ощутил огромное пространство, отделявшего его от своей планеты. Наверное, Мирослава права в этих своих страхах пропасть среди вселенского безмолвия. Но, по сути, они среди бездны и на Земле, она постоянно у них под ногами. Прочность их мира – вещь иллюзорная, относительная. Все зависит от угла зрения и точки наблюдения.

– Не будешь ложиться? – сонным голосом спросила его жена.

– Ты уже легла?

– Да, просто умираю от усталости.

– Ну спи-спи. Я скоро приду.

Глава 6

Стеклов был в душе, когда на его сканер поступил сигнал от Моретти. На его вызов ответила Мирослава. Савелий слышал звук ее голоса, уловил удивленные интонации, и потому наскоро смыл пену и накинул халат. Он почувствовал что-то важное.

– Ковальский нашелся, – объявила она, как только Савелий появился на пороге.

– Как это? – удивился Стеклов. – И где же он был?

– Без понятия. Звонил Моретти, он сказал, что магнат связался с ним с самого утра, извинился за причиненные неудобства, сказал, что с ним все в порядке. Он сожалеет.

– Сожалеет он, – проворчал Стеклов. – Мы притащились сюда, а он сожалеет.

Мирослава рассмеялась:

– А ты рассчитывал найти его мертвым?

– Нет, ну понятно… Черт…

– Ну так чего ты бесишься? Хорошо же. Значит, поедим домой. Ура!

– Мне жаль потраченного времени. Как ты не понимаешь? – раздражено сказал он. – Только вчера, если ты помнишь, мы проделали огромную работу, чтобы найти его автомобиль. А он сожалеет! И где он был? Что сказал Моретти?

– Он с ним еще не встречался.

– Знаешь что? Мы сами с ним поговорим. Убедимся, что все в порядке, что это именно тот самый человек, возьмем объяснения.

– Ну хорошо. Конечно.

Нет, конечно, Мирослава права – как бы там ни было, а это наилучший исход. Не придется здесь торчать и тратить время. Дело разрешилось само собой. Сейчас они возьмут с магната объяснения и к вечеру уже будут дома. Будут там, где, как метко заметила его жена, можно дышать.

Когда они приехали в дом Ковальских, их встретил все тот же дворецкий, только повел он их не к лестнице, а куда-то мимо нее и вбок. Видимо, там располагался рабочий кабинет хозяина. Дворецкий постучал в массивную дверь и тут же ее распахнул.

Перед ними открылось большое пространство, заполненное по всему периметру стеллажами книг. Это была библиотека. Как на старинных гравюрах, подумалось Стеклову. В жизни он такого никогда не видел. По крайней мере, в его мире никто не хранил в доме бумажные книги. А здесь их было великое множество.

– Вижу, вы удивлены? – раздался мужской голос позади них, и Стекловы враз обернулись.

Они увидели невысокого, крепко сложенного мужчину с живыми темными глазами. Судя по всему, это и был Ковальский.

– Да, пожалуй, – согласилась Мирослава.

– Это семейная традиция, – пояснил Ковальский. – Ничего не поделаешь. Приходится хранить.

– Ясно, – лаконично заметил Стеклов. – Можем мы задать вам несколько вопросов?

– Безусловно.

Ковальский уселся за свой рабочий стол, а Стекловы расположились напротив в достаточно неудобных креслах с низкими спинками. Было такое ощущение, что они поставлены намеренно, чтобы гости не слишком задерживали хозяина. А может быть, кресла принесли для них, ведь наверняка рабочие вопросы решались не здесь, а на фабрике. В общем-то, это можно было понять однозначно: копы не те люди, с которыми хочется вести длинные беседы. И ничего, что они искали пропавшего всей бригадой, тратили время, летели черт знает куда. Стеклов почувствовал, как в нем вновь поднимается раздражение.

– Господин Ковальский, не будете ли вы так любезны объяснить свое отсутствие, – как можно более корректно сказал Савелий.

Ковальский вздернул тонкие брови.

– А я должен объяснять?

– Думаю, да, – ответил Стеклов. – Поступило официальное заявление о вашем исчезновении, и нам надо знать обстоятельства.

– Но зачем?

– Чтобы закрыть дело.

– Ну хорошо-хорошо, – Ковальский нервно забарабанил пальцами по столу. – Это все моя жена. Все из-за нее. Вы как мужчина должны меня понять. Прошу прощения у дамы.

– Можно по существу?

– Да-да, конечно. Мне неприятно это говорить, вернее, признаваться в этом. Но у меня есть… есть подруга. Я был у нее.

– Ваша подруга живет в этом же городе? – продолжил задавать вопросы Стеклов.

– Нет. Но это неподалеку отсюда.

– Понимаете, ваш навигатор был найден в одном месте, а машина в другом, – сказал Савелий. – Вы можете это как-то прокомментировать?

– Послушайте, я не должен ничего комментировать и объяснять, – нервно ответил хозяин. – Я не совершил никакого преступления, я не задержанный и не подозреваемый. Так что объясняться перед вами я не обязан. Уж простите!

– Множество людей искало вас, они тратили время на это, отвлекались от других дел, – заметил Стеклов.

– И что? Им платят жалование за это, – отрезал Ковальский.

– Но вы бы могли предупредить свою жену, – заметила Мирослава. – И тогда не было бы этой неприятной ситуации.

Ковальский снисходительно посмотрел на нее:

– О чем? О том, что я буду с другой женщиной?

– О том, что вы будете отсутствовать по какой-либо причине, – Стеклова сделала акцент на последних словах. – И ей не пришлось бы беспокоить полицию. Она волновалась, ее можно понять.

– Я уже извинился перед инспектором, и также вам приношу свои извинения, – ледяным тоном проговорил Ковальский. – Если угодно.

– Какой мерзкий тип, – сказала Мирослава, идя к автомобилю. – Пусть бы Моретти сам разбирался с этим субъектом.

– Ну уж нет, дудки. Пусть извиняется. Мы столько времени потеряли из-за него.

Они молча ехали от дома к основной магистрали, как вдруг из плотной листвы кустарников появилась женская фигура. Она бросилась к машине. Автопилот автомобиля едва успел затормозить. Это была Амелия Ковальская.

– Вы что творите?! – накинулся на нее Стеклов, выскакивая из машины. – А если бы мы вас сбили?

– Подожди, Савелий, – остановила его Мирослава, подходя к ним. – Что-то случилось?

Амелия была сильно взволнованна, ее бил озноб. Конечно, бросаться под колеса. Нечего и удивляться.

– Мы могли вас сбить, – сбавил тон Стеклов.

– Савелий, мне кажется, здесь дело в чем-то другом, – сказала Мирослава. – Не в том, что мы едва не сбили госпожу Ковальскую. Верно?

Амелия нервно закивала головой. Она никак не могла успокоиться, чтобы что-то сказать.

– Что случилось? Мы можем где-то поговорить? – спросил он Ковальскую.

– Н-н-не здесь… умоляю…

– Вам что-то угрожает? – мягко спросила Мирослава. – Доверьтесь нам.

Жену магната еще трясло, но она уже могла говорить.

– Сейчас мой… мой муж… поедет на… на ф-фабрику и… и он не… не… должен нас видеть…

– Но почему? – удивился Стеклов. – Вы его боитесь?

– Я… я все объясню… вам… позже…

– Где вам удобно с нами встретиться? – спросила Мирослава.

– Можно у… у вас?

– В отеле? – уточнил Стеклов.

Амелия кивнула.

– Хотя нет, – вдруг передумала она. – Лучше в каком-нибудь ресторане.

– Ладно. Я что-нибудь подберу и вышлю координаты на ваш сканер, – сказал Савелий.

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросила Мирослава у мужа в машине.

– Не очень.

– То есть вместо радости видеть обретенного супруга ужас от его присутствия? Я права?

– Ну, видимо, так.

Они помолчали.

– Не знаю, что-то здесь не так, – вновь заговорил Стеклов. – Отсутствовать несколько дней, чтобы провести время с любовницей?.. Это как-то… не убедительно. Не находишь?

– Да, такое нарочитое отсутствие. Вот тебе, гадина, посмотри. Так ненавидит жену?

– Может, дело идет к разводу, поэтому.

– Не стоит церемониться?

– Именно. Нашел замену. Теперь там надо держать марку.

– Но почему нельзя придумать какую-то причину своего отсутствия? – недоумевала Слава. – Ну или просто сказать правду. Что в этом такого?..

Стеклов пожал плечами. Скоро они узнают детали. К чему гадать?..

Савелий выбрал ресторан для встречи с Амелией и выслал ей, как и обещал, координаты, она подтвердила свой визит. До встречи с Амелией оставалось чуть менее двух часов, и учитывая, что они сорвались с самого утра к Ковальским, Стекловы решили позавтракать. В их отеле был недурной ресторанчик. Савелий заметил, что на Дельте вообще практиковалась отличная кухня. По крайней мере там, где они были с Мирославой. Здешнюю кухню что-то отличало от той, которой они пользовались на Земле. Он точно бы не сформулировал, что, но, скорее, это душевность, истинность. То ли здесь не использовали разные искусственные добавки, так распространенные в их мире, то ли повара были какие-то особенные, но здесь пища была какая-то иная, она была настоящая. Если бы его спросили, что это, он бы затруднился сформулировать, но если постараться… Она была домашняя что ли. Да, такая, какую готовишь для друзей или семьи сам своими руками.

Они уютно устроились у окна с приспущенными жалюзи. В зале было прохладно, стоял полумрак. Посетителей почти не было – видимо, туристы еще отсыпались после бурной ночи. Им принесли фруктовый салат, горячие булочки с корицей и ароматный кофе со сливками.

– Не многовато будет калорий? – улыбнулась Мирослава.

– По-моему, тебе не о чем беспокоиться, у тебя отличная фигура.

– Ну а как насчет тебя?

– Я – мужчина, мне плевать.

Мирослава рассмеялась. Так смеяться умела она одна – искренне и очень красиво. В такие моменты она вся светилась какой-то особой энергией. Хотелось, чтобы этот миг длился долго – так она была красива. Неизвестно почему он ощутил, как вдруг сжалось сердце, как если бы случилось что-то плохое. Что это с ним?.. Он становится сентиментальным?..

– И все-таки я не хотела бы, чтобы ты стал толстым.

– Я и не стану.

– Почему?

– А у меня хорошая наследственность. Ты помнишь моего отца?

– Да. До последнего дня он был в форме.

Стеклов отвел глаза. Он не хотел, чтобы Мирослава увидела его печаль – прошло много лет, но он так и не смирился со смертью отца.

– Прости.

– Ничего, – отозвался он. – Все нормально. Спасибо, что помнишь его.

– Как же я могу не помнить?.. Он же твой отец.

Его отец тоже был полицейским. Он много лет служил комиссаром, был на хорошем счету. Вообще, он замечал, что в их современном мире так было принято, чтобы родители и дети имели одни и те же профессии. Да и родители родителей тоже. Таким образом формировалась преемственность. Это было удобно для детей идти проторенной дорогой – так было проще чего-то добиться. Ну вот, к примеру, он. Разве бы его взяли на работу в департамент с неизвестной фамилией? Вряд ли.

При этом нельзя было сказать, что ему не нравилась эта работа, и что он только отбывал здесь свое время. Нет, ему нравилось то, чем он занимался, было интересно распутать сложное дело, найти плохих людей, спасти хороших. Так же, как интересно было его отцу и деду. Странно, вроде бы они разные люди, но делали одно дело, и им было это в радость. Но почему было? Почему «было» он подумал не только про своих предков, но и про себя?.. Бред!.. Полный бред!..

Госпожа Ковальская к моменту их встречи выглядела немного лучше, – похоже, ей удалось взять себя в руки, ну или, возможно, помогли успокоительные. Несмотря на жару, на ней был строгий костюм и тщательно наложенный макияж. Она производила впечатление деловой женщины, точно знающей, что ей нужно. Но ее печальный взгляд говорил о том, что внутренне она растеряна и подавлена.

Подошедший официант принял у них заказ – кофе для Стекловых и воду для Амелии.

– Я прошу прощения за утренний инцидент, – сказала она, опуская глаза.

– Простите и меня, что я накинулся на вас.

– Ничего.

– Что случилось у вас? – мягко спросила Мирослава.

Ковальская вскинула глаза, и они вдруг стали наполняться слезами, еще миг и они потекли по ее щекам.

– Он вернулся… домой, – прерывающимся голосом сказала Амелия. – Он.. он вернулся после полудня. Вчера.

– Но это же хорошо, – осторожно заметила Слава, подавая Амелии салфетку. – Вы же сами хотели его найти, обратились в полицию.

– Да, но вы не понимаете. Это не он.

– В каком смысле? – удивился Стеклов.

– Это не Алан.

Наступило неловкое молчание. Савелий предположил худшее – возможно, их гостья просто не в себе. И это, кстати, многое могло объяснить. Люди в своем уме не бросаются под колеса автомобиля.

– Я понимаю, как… как абсурдно это звучит, – заговорила вновь Амелия. – Вы, наверное, думаете, что я сошла с ума. Да, это странно то, что я говорю, очень странно. Но это так.

– Пожалуйста, поясните, – попросила Мирослава. – Чтобы мы поняли вас.

– Хорошо. Я постараюсь. Понимаете, внешне это Алан, это он. Но только внешне.

– А что не так? – спросил Стеклов.

– Он ведет себя не так, как раньше. Не так смотрит, не так реагирует на какие-то привычные вещи.

– Например? – спросила Слава.

– За обедом подавали жаркое, и ему поставили стакан с соком, а он сказал, что терпеть не может сок и потребовал воды.

Стекловы незаметно переглянулись. Амелия это увидела и вспыхнула.

– Думаете, я сумасшедшая? Ведь так?

– Что вы, нет, конечно! Госпожа Ковальская, прошу вас, успокойтесь и продолжайте, – Мирослава коснулась ее руки, их гостья сразу сникла и опустила взгляд.

– Я не знаю, как объяснить. Понимаете, Алан – очень своеобразный человек, у него много, очень много разных привычек. Это как ритуал для него, он постоянно ему следует. Я вообще не могла это уложить в голове долгое время. Но он сердился, когда делали не так, как он привык, и мне пришлось. Убрали книгу с ночного столика, подали не то блюдо, не то вино, не ту рубашку, и он уже вне себя. И так изо дня в день. Это так изматывает!

Стеклов подумал, что Амелия, должно быть, не один раз пожалела о своем замужестве. Жизнь с таким привередой, наверное, сущий ад.

– И что же вы увидели вчера? – спросила Мирослава.

– Понимаете, теперь ничего этого нет. Он совсем другой. То, что так напрягало его раньше, теперь не трогает. Более того, он даже этого не замечает. Ну я могу допустить, что случилось что-то и он изменился, перестал реагировать на какие-то вещи, но он ведет себя так, как будто вообще впервые их видит или реагирует негативно на то, чего он раньше требовал от всех нас. И следил, чтобы все соблюдалось неукоснительно. Я ничего не понимаю. Я его не узнаю. Это не он.

– Но внешне это он? – спросил Стеклов.

Ковальская кивнула.

– Так что же, получается, это двойник? Но откуда он взялся? У него ведь нет брата-близнеца? – продолжал расспрашивать Савелий.

– Нет, что вы. А если это робот? – предположила Амелия.

– Ну допустим, – согласился он. – Тогда вопрос – кому и зачем это нужно?

– Я не знаю.

– Если это робот, тогда что может означать его появление? – задумчиво спросила Мирослава. – Борьба за наследство?

– Возможно, – согласился Стеклов. – Если господин Ковальский погиб, то семье нужно сохранить его имущество. И присутствие номинального персонажа этот вопрос решает. Могла семья это организовать?

– Моя доля в случае смерти Алана – капля в море их состояния.

– Ну значит, этот вариант отпадает, – сделал заключение Стеклов. – Не тот случай, чтобы так заморачиваться.

– Скажите, госпожа Ковальская, – обратилась к гостье Мирослава, – а почему вы к нам обратились? Чем, по вашему мнению, мы можем помочь? Ведь фактически дело закрыто, ваш супруг вернулся домой.

Он заметил, как напряглась Амелия и крепко сцепила руки.

– Я думаю, мне угрожает опасность, – глухо произнесла она.

– Почему вы так решили? – спросила Мирослава.

– Я сразу почувствовала это. Чувствую постоянно. Он так странно смотрит на меня.

– Как?

– Немигающим взглядом. У меня кровь стынет от этого.

– У вас не было размолвок перед его исчезновением? – уточнил Савелий.

Ему показалось, что Амелия немного смутилась, но потом твердо ответила отрицанием.

– Ну вы же можете просто уехать оттуда, – предположила Мирослава.

– Нет, не могу.

– Почему?

– В этой семье так не принято. Там всегда соблюдают все формальности. Если будет развод, то нужно пройти все стадии. Бегство – это не выход.

– Да, но если, как вы говорите, есть опасность, – заметила Слава.

– Сегодня утром он сделал странное предложение.

– Какое? – спросил Стеклов.

– Он сказал, что нам нужно вечером поехать в ресторан и отметить его возвращение.

– Но что же в этом странного? – удивился он. – Это как раз понятно.

– Да, но вы не видели его лица в этот момент. Не видели. Он убьет меня. Он точно меня убьет.

Ковальская закрыла лицо руками и зарыдала.

Стекловы переглянулись, теперь они поняли, зачем пришла Амелия. Она хотела попросить ее защитить, подстраховать хотя бы на этой встрече в ресторане. Но что это меняло? Если она права и он хочет ее убрать, то, скорее всего, он сделает это дома, а не в ресторане у всех на виду. Хотя остается еще дорога туда и обратно. Можно попробовать устроить дорожное происшествие или пригласить на прогулку по пляжу. В общем, могут быть варианты.

– Успокойтесь, пожалуйста, – мягко сказала Слава, подавая гостье стакан воды.

– Да, вам надо успокоиться, – поддержал жену Стеклов. – Сегодня вечером мы будем поблизости и присмотрим за ситуацией.

– Спасибо! Большое-большое-большое спасибо!

Ковальская будто возродилась снова к жизни, для нее затеплилась надежда, которую она уже почти утратила.

Но тень тревоги снова легла на ее лицо:

– Да, а если он это сделает потом дома?.. Что-то плохое сделает дома?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.