Анастасия Иванова
Случайная жена миллиардера. Брак на полгода

Глава 1

– Ты либо оплачиваешь счёт, либо я вызываю полицию, – от вежливости официанта не осталось ни следа. Он плотоядным взглядом пробегает по глубокому декольте на моём платье, потом по открытым ногам, – третий вариант: я оплачиваю за тебя, а ты отрабатываешь.

Каким способом он предложит мне отработать, уточнять не надо, всё ясно по его взгляду.

Официально объявляю: Ненавижу сегодняшний день и этот вечер!

Зачем только поддалась на уговоры подруги и согласилась на свидание с Макаровым?! Сидела бы сейчас в библиотеке, листала книги и бед не знала. Но нет, решила сходить на первое в своей жизни свидание. Как сказала Майя: ведь ты идёшь не с абы кем, а с Макаровым! Самым популярным парнем универа, будущей звездой футбола.

Ага, сходила.

Этот мажор недвусмысленно, так же как и официант сейчас, объявил, что ждёт от сегодняшнего вечера. Точнее, на какое продолжение рассчитывает после посещения этого фешенебельного ресторана. Но стоило ему услышать отказ, как он послал меня. Ушёл, не заплатив за наш ужин.

Ужин в самом дорогом ресторане города, между прочим! Тут одно блюдо стоит, как половина моей повышенной стипендии. Наели мы при этом немало: порции мизерные. Чайная ложка еды и два литра соуса для украшения, а есть-то хотелось! Лёша сказал, чтобы я заказывала, не стеснялась. Я и заказывала. Столько всего перепробовала. Кто же знал, что Макаров меня кинет.

Нужно было тоже уходить, а я опешила от шока и не успела сбежать. Да и не смогла бы, совесть не позволила.

В итоге сижу без денег, зато со счётом в мою зарплату за месяц на всех подработках вместе взятых.

– Я ещё раз попробую дозвониться, ладно? – умоляюще заглядываю в глаза парню, показательно верчу в руках телефон.

– Я охрану предупредил, попробуешь сбежать, тебя остановят.

Официант отходит, и я суматошно, дрожащими пальцами пытаюсь найти номер Майи. Только я уже пробовала дозвониться до подруги, но её номер оказался недоступен.

– Лилия, ты где?! – слышу своё имя и инстинктивно оборачиваюсь. Вижу рядом высокого мужчину в строгом деловом костюме стального цвета. Хмурится, раздражённо барабанит пальцами одной руки по высокому деревянному кашпо с фикусом, пока в другой сжимает телефон до побелевших костяшек пальцев. – Что значит, ты ещё в салоне?! – зловеще гремит. – Ты должна была быть в ресторане полчаса назад! У нас встреча с моими будущими партнёрами! На кону сделка, мать твою, на миллиарды! Я должен был прийти с невестой, познакомить с тобой! А что я им сейчас скажу? Моя ненаглядная на массаже застряла? Ты хоть понимаешь, как подставляешь меня?!

Мужчина поворачивает голову, ловит мой взгляд. Смотрит несколько секунд прямо в глаза, а потом отворачивается. Отходит в сторону, продолжая что-то выговаривать своей невесте.

Снова пробую набрать Майе, но ничего не изменилось. Абонент до сих пор не доступен. Стон разочарования вырывается из меня.

И что теперь делать?!

Цепляюсь взглядом за мужчину в стальном костюме, который подходит к одному из столиков, где сидят солидные мужчины со своими спутницами. Дамы в строгих платьях с дорогими украшениями. Одна из них что-то спрашивает мужчину в стальном костюме, а тот смотрит в сторону входа, прежде чем ответить.

Идея рождается за секунды, отравляет своим безумием всё. Здравый смысл ещё сопротивляется, пытается шёпотом достучаться до меня. Остановить, пока не поздно, но звонкий цокот моих каблуков заглушает этот звук.

Шаг.

Ещё один.

И я останавливаюсь напротив. Вспотевшие от волнения ладошки сжимаю в кулак, губы растягиваю в улыбке. Смотрю на мужчину в стальном костюме:

– Любимый, прости, что задержалась. Всё никак не могла решить, какие к этому платью больше серёжки подойдут: с бриллиантом или розовым сапфиром, – выпаливаю на одном дыхании, так страшно выдать себя, но вроде голос даже не дрогнул и улыбка осталась на месте.

Тишина длится не дольше пары секунд, но для меня они тянутся бесконечно долго. “Любимый” сверлит меня нечитаемым взглядом. И кажется, что вот-вот он пошлёт меня. На прощание назовёт полоумной. Я уже даже пытаюсь придумать пути отступления, но в голову больше ничего адекватного не идёт. Зато мой официант направляется к столику, за которым я недавно сидела.

Наконец мужчина скользит от моего лица к ушам, к серёжкам с розовым сапфиром – единственной драгоценности, что есть у меня. Достались от мамы.

– Розовый сапфир тебе к лицу, любимая, – на обращение давит интонацией так, что становится не по себе. Ох как бы потом не пожалеть об этой выходке!

Мужчина в стальном костюме встаёт из-за стола, не спеша, словно даёт мне шанс передумать и сбежать, подходит ко мне, протягивает руку. Я мешкаю, но вкладываю свою. Моя ладонь сразу оказывается в капкане, захочу – не вырву.

“Любимый” подводит к столу, галантно выдвигает стул рядом с собой. Помогает сесть и сам садится рядом. Теперь его рука сжимает моё колено. Синяков будет не избежать. Пытаюсь незаметно сбросить его ладонь с себя, но делаю только хуже. Мужчина придвигается ближе, а рука оказывается выше. У самой кромки короткого платья. От возмущения начинаю задыхаться, да только смелости высказать что-либо мужчине нет. От его пронзительно холодного, как лёд в Арктике, взгляда сразу прикусываю язык и натягиваю вежливую улыбку.

– Лилия, правильно? – обращается ко мне один из мужчин, на что я спешу кивнуть. – Вы такая юная. Когда Кирилл рассказывал о вас, я думал, вы старше.

Виновато пожимаю плечами, мол, что с меня взять, если Кирилл – рассказчик так себе.

Зато я теперь знаю, как моего “любимого” зовут. Кирилл. А что? Ему идёт это имя. Красивое, обманчиво мягкое, как и сам мужчина.

– Лилия, вы уже выбрали себе платье для торжества? – интересуется дама напротив меня.

– Нет, сессия на носу, времени на подготовку к свадьбе совершенно не остаётся.

– О, это чудесно, что учёба у вас на первом месте!

– На кого учитесь? – интересуется её спутник.

– Учитель начальных классов, – признаюсь искренне, – люблю детишек.

– Наверное, и свои не за горами? – ответом на этот вопрос доносится нервное покашливание слева.

– Лилии сначала отучиться надо, – хрипло добавляет Кирилл.

– Моя дорогая, – рыжая женщина накрывает мою правую ладонь, – за платьем приезжайте в мой салон! Невеста Серебрякова обязана быть в платье от Элен Багровски!

– Конечно-конечно, – спешу согласиться. Но, оттого как сильно сжимаются пальцы на моей ноге, понимаю: зря!

Мужчины переключаются на свои деловые разговоры, а мы продолжаем говорить о девичьем. Меня расспрашивают обо всём! Кто моя семья, как учусь, где мы с Кириллом познакомились. И мне приходиться сочинять сказку о красивой любви с первого взгляда. Конечно же, его!

Я, как истинная леди, носом поворотила для приличия, позволила себя добиваться.

По тому, как стискивает мою ногу сильнее обычного, понимаю, что мой “жених” успевает и мужские дела обсудить, и мой бред слушать.

– Лилия, вы совсем не едите, – с заботой обращается ко мне Элен, – если переживаете из-за будущей свадьбы и наряда, то напрасно. Вам не о чем переживать.

Киваю. Ну не говорить же этой милой женщине, что я только что была на свидании, на котором наелась до неподъёмного для простой студентки счёта.

Официант до сих пор, как стервятник, круги вокруг нашего столика наматывает. Близко подходить не рискует, но всё дождаться не может, когда сдохну. Точнее, когда меня прогонят из этой тёплой компании.

Не дождётся!

Судя по разговорам, скоро уже все будем расходиться по домам. Я Кириллу выставлю счёт за спасение его репутации и миллиардного контракта. Он его оплатит, и все будут довольны.

– Милый, я пришла! – раздаётся радостный голос прямо над моим ухом.

Поворачиваю голову и вижу, как блондинка наклоняется к Кириллу и целует прямо в губы.

Глава 2

Ловлю ошарашенные взгляды всех присутствующих и торжествующий – официанта, который ошивается совсем рядом. Мне кажется, или он только что неприличный жест показал?! Я с ним?! Бр-р-р! Да никогда в жизни! Надо срочно спасать положение.

Только как?

Скандалом я себе точно не помогу. Точнее, себе помогу, а Кирилл вряд ли оценит, тогда не видать мне оплачиваемого ужина.

Думай, Лилия, думай!

Как назло, ни одной хорошей идеи.

Хотя-я…

Взмахиваю рукой и подзываю официанта, сейчас одним махом двух зайцев и убьём! Кирилл как раз в этот момент пиявку от своих губ убирает. Держит от себя на расстоянии вытянутой руки и не позволяет заново приблизиться.

– Что у вас за заведение?! – пускаю весь актёрский талант в ход, возмущение выходит реалистичным: – Пускают сюда всяких сумасшедших! Какая-то незнакомка кидается на моего жениха с поцелуями. Куда только ваша охрана смотрит? Где администратор?

Официант ошарашено смотрит то на меня, то на Кирилла. Девушка моего “жениха” просто стоит с приоткрытым от шока ртом и наращёнными 5Д ресницами хлопает. Мы привлекаем к себе лишнее внимание: к нам уже спешит девушка в узкой юбке ниже колена, идеальной белоснежной рубашке с бейджиком на груди.

– Артём, что у вас происходит? – спрашивает у официанта, который в ответ и двух слов не может связать.

– Позовите охрану, – включается мой “жених”, – нужно проводить девушку к выходу, она явно обозналась. Думаю, никому здесь не нужны проблемы.

В его интонации звучит явная угроза. Персоналу и настоящей девушке. И если персонал её улавливает, то девушка пропускает мимо ушей:

– Милый, что ты такое говоришь?! Это шутка какая-то, да? Розыгрыш? – она начинает вертеть головой. – Где камера?

– Девушка, пройдёмте, – к ней подходят двое охранников и рукой указывают в сторону выхода.

Она не верит, смотрит на Кирилла, но когда понимает, что он не передумает, начинает противно визжать оскорблениями:

– Гад! Сволочь! Да я ради тебя каждый день в шесть утра вставала, чтобы бегать с тобой! Знаешь, чего мне это стоило?! Особенно когда всю ночь в клубе проводишь! А ты этого не ценил!

В какой-то момент мне кажется, что она вот-вот с кулаками бросится на Кирилла. Видимо, не одной мне, так как крепкие мужчины делают шаг вперёд, перехватывают девушку и уволакивают к выходу.

Совесть противно пищит, что я только что разрушила отношения. Мозг с ней не соглашается: было бы там всё серьёзно, Кирилл не стал бы подыгрывать мне.

Плюхаюсь обратно на стул, обмахиваю лицо руками.

– Кошмар! Бедная девушка! Это же какой стресс в жизни должен произойти, чтобы вот так на мужчин кидаться.

– Да, да, и главное – столько веры в собственные слова, – соглашается со мной женщина напротив. – Вы, Кирилл, и правда с ней не были знакомы?

– Впервые увидел, – цедит сквозь зубы мой “жених”.

У-ух, кажется, обошлось.

Первыми уходит пара, которая сидела напротив нас, за ними Элен и её муж Матвей Филиппович. Остаётся только один мужчина, самый молчаливый, но с цепким взглядом. Иногда мне казалось, что он может видеть насквозь и знает, что мы с Кириллом лжём.

– И как давно тебя на малолеток потянуло, сын?

Апельсиновый сок встаёт поперёк горла. Я громко закашливаюсь.

Сын?

Он назвал Кирилла сыном? Вот этот мужчина?

Не то чтобы у моего “жениха” не могло быть отца, но, во-первых, этот мужчина как-то молодо выглядит для отца Кирилла. Во-вторых, я не планировала знакомства с родителями! Думала, просто выручу человека, а он в благодарность оплатит счёт. А сейчас что получается?

Отец моего “жениха”, прищурив взгляд, впивается в нас, задумчиво произносит:

– Или, может, это всё просто спектакль ради выгодного контракта?

Неожиданно мне на плечи опускается горячая ладонь, приобнимает, прижимает ближе к мужскому телу.

– Тебе, пап, стоит вежливее разговаривать с моей невестой, всё-таки скоро породнитесь.

От этих слов нестерпимо захотелось перекреститься, я даже руку поднимаю, но вовремя себя стопорю. Накрываю своей ладонью мужскую. Чуть сжимаю. Ну чем не идеальная пара?

– А та девушка?

Тяжело вздохнув, делаю прискорбное лицо.

– Бывшая. – отвечает мой “жених”.

И всё? А где подробности? Нас же сейчас засыпят вопросами, и потонет наш корабль.

– Мне пришлось сказать, что она незнакомка, – стараюсь говорить проникновенно, будто доверяю самый большой секрет, – бедняжка всё никак не смирится с тем, что Кир оставил её ради меня. Преследует по пятам. Но это проблемы наши, семейные, и их точно ни к чему показывать партнёрам. Надеюсь, вы меня понимаете? Я действовала исключительно в интересах семьи.

Отец Кирилла ещё немного нас изучает, встаёт, медленно поправляет манжеты пиджака, застёгивает. Я всё время стараюсь держать лицо, мило улыбаться, казаться влюблённой дурочкой. Хотя дурочка и есть. Это же надо было так влипнуть!

– Кир, если я узнаю, что ты решил меня и моих партнёров водить за нос, то я так просто это не оставлю, – мужчина даже не пытается скрыть угрозу в голосе.

Мы с Кириллом вместе провожаем мужчину взглядом. Смотрим в панорамное окно, как водитель открывает ему дверь автомобиля, отец Кира садится на заднее сиденье, дверь за ним закрывают, и они уезжают.

Только тогда мы с Кириллом как по команде отлипаем друг от друга. Оборачиваюсь к нему лицом и невольно начинаю разглядывать.

Красивый он мужчина, надо признать. Совершенные черты лица: волевой подбородок, прямой нос, голубые глаза. Это вообще законно, что у брюнета такие голубые глаза? А ещё губы с чётким контуром выглядят достаточно соблазнительно. Пока не начинают кривиться в самодовольной усмешке.

“Лилия, прекращай пялиться на мужика!” – мысленно пинаю себя, и это помогает прийти в чувство. Отрезвляет. Всё очарование внешностью “жениха” спадает. Протягиваю мужчине руку:

– Лилия, – представляюсь, когда он её ловит. – Слушай, Кирилл, в общем, я тебя выручила, спасла твой многомиллиардный контракт. Я бы сказала, что благодарности не надо, но надо!

Встаю со стула, одёргиваю раздражающее платье, тут же тяну его на груди обратно вверх, ну что за вредная тряпка? Чтобы я ещё раз подалась на уговоры Майи и оделась “соблазнительно” – ни за что!

Достаю из сумочки кожаную папочку ресторана с чеком внутри:

– В качестве благодарности, так и быть, разрешаю расплатиться вместо меня.

Всё. Теперь счёт – не моя проблема. Осталось дело за малым: слинять из ресторана.

Я успеваю сделать пару шагов, когда в спину прилетает холодное, тихое: “стоять”. Самое ужасное: я останавливаюсь на чистых инстинктах. Разумом понимаю, что нужно бежать. Как можно быстрее. Как можно дальше. Но инстинкт самосохранения диктует свои правила: замереть и надеяться, что хищник потеряет к тебе всякий интерес.

Хищник нагоняет. Останавливается рядом, недопустимо близко, не оставляя комфортного расстояния между нами.

– Лилия, значит.

Кирилл неспешно рассматривает меня с головы до ног и обратно. Изучает, как товар в магазине. Даже берёт за плечи и чуть поворачивает. Сначала в одну сторону, потом в другую.

– Тебе хоть восемнадцать лет есть, Лилия?

Не понимаю, к чему этот вопрос, но на автомате киваю.

– Паспорт покажи, а то я недавно успел убедиться: врать ты умеешь.

Вспыхиваю от возмущения! Я, значит, его спасаю, а он меня лгуньей обзывает?! Где справедливость? Где благодарность?

Распахиваю сумочку, с гордостью достаю паспорт в ярко-жёлтой обложке с надписью “жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на плохое настроение” и протягиваю мужчине. Кирилл пробегает взглядом по цитате Раневской, надменно усмехается. Открывает паспорт, листает от корки до корки, как будто интересный журнал, а потом закрывает и прячет во внутренний карман своего пиджака.

– Ну что, Лилия Адамовна, поехали готовиться к свадьбе.

Глава 3

– Какая свадьба? Мне нельзя! Я ещё не гуленая, карьера не построенная. Так что паспорт отдайте и распрощаемся.

– Ты на машине?

Только сейчас задумываюсь, как мне обратно до Майи добираться? У неё осталась моя одежда. Да и мне надо подруге платье вернуть. Домой в нём возвращаться нельзя. Лариса и Вика мозг десертной ложечкой съедят и мне, и папе. Мы и так с папой в последнее время не ладим, окончательно ругаться не хочется.

Осматриваюсь вокруг и замечаю знакомую букву “М”. Супер! Дёшево и сердито. Недалеко от жилого комплекса Майи тоже есть метро, так что не придётся с автобуса на автобус прыгать, чтобы доехать до подруги.

– Я на метро! – говорю с гордостью, будто метро ничем не хуже “майбаха”.

Кирилл смотрит на тряпку, называющиеся платьем. На мои голые ноги. Потом на грудь, которая в любой момент готова высвободиться наружу.

– Уверена, что в ЭТОМ безопасно спускаться вечером в метро? Поехали, подвезу, заодно всё обсудим.

Правильным было бы отказаться, но около входа в метро тормозит компашка парней. Громко гогочут, свистят мимо проходящим девушкам, а потом и вовсе звон битого стекла раздаётся на всю улицу.

Как ехать на автобусах до Майи, я не знаю. Да и в любом случае придётся сделать не меньше пяти пересадок. Я приеду только к ночи. Денег на такси если и наскребу, то отдам последние.

– Не боись, не съем тебя. Я детей не обижаю, – заверяет Кирилл.

Эх! Гулять так гулять.

Дурить так на всю катушку!

– Хорошо, но я ваш номер подруге скину, у неё папа в полиции служит? – зачем-то вру.

Кирилл подыгрывает.

– Надеюсь, полковником, – подмигивает мне, – нам сюда.

Мужчина указывает на чёрную низкую красотку с коняшкой на капоте.

– Кирилл, а вам сколько лет? Просто вроде вы не такой уж старый на вид, а кризис среднего возраста уже коснулся. Предпочтения спортивным тачкам отдаёте, жениться на студентке собираетесь, – показательно качаю головой, – вам бы к психологу походить. Проработать эти моменты.

– Обязательно! Вместе и наведаемся. К семейному. Вдохнём в нашу пару новую жизнь.

Кирилл открывает пассажирскую дверь, ждёт, когда заберусь внутрь, чтобы аккуратно прикрыть.

– Куда ехать? – уточняет, когда оказывается на водительском сиденье.

Я называю мужчине адрес. Он кивает и выворачивает руль, выезжая с парковки. В навигаторе не смотрит, где находится нужный адрес. Неужели так хорошо знает город? Кирилл внимательно следит за дорогой, периодически отбивает ритм пальцами. Я стараюсь не смотреть в его сторону. Рассматриваю мелькающую за окном картинку, но всё равно порой взгляд убегает в сторону водителя.

Было в Кирилле что-то такое. Притягательное.

– Нравлюсь? – с издёвкой в голосе интересуется.

В коротком взгляде, брошенном в мою сторону, столько превосходства, что нет никаких сомнений: он уже за меня положительно ответил на свой вопрос.

– Не в моём вкусе, – нагло вру. Раньше я никогда не задумывалась, какие мне парни нравятся. А сейчас смотрю на Кирилла и понимаю, что такой типаж мужчины мне симпатичен. Только бы поменьше самомнения ему. – Пытаюсь понять, зачем я вам понадобилась?

На очередном светофоре мужчина оборачивается ко мне, смотрит с насмешкой.

– На “вы”? А как же “любимый”, “милый”? Всё, прошла любовь и помидоры завяли?

Показательно закатываю глаза, показываю всё отношение к этому короткому стендапу.

– Если серьёзно, Ли-илия, – тянет, смакуя моё имя, и мне это совершенно не нравится, звучит небезопасно для меня, – ты сама решила в ресторане ко мне подойти, сама заварила всю кашу.

– Я вам помогла! Вы так переживали из-за отсутствия невесты, вот я и решила по доброте душевной вас выручить. Вы расплатились за счёт в ресторане. Можем считать, мы квиты.

Кирилл усмехается, отворачивается, снова концентрируется на дороге. От его молчания становится не по себе, начинаю ёрзать на сиденье. Проклятое платье от этого задирается выше. Ещё чуть-чуть – и оголит всё, что должно прикрывать. Одёргиваю его обратно. Поездка превращается в пытку.

Почему он ничего не отвечает? Мы же квиты, да? Мне искренне хочется в это верить, но интуиция тонким голосом нашёптывает: “Это только начало, Лилия”.

Оставшийся путь доезжаем в молчании, под музыку популярной радиостанции и скрип кожаного сиденья подо мной.

На территорию жилого комплекса Кирилл въезжать беспрепятственно. Шлагбаум приветливо поднимается, стоит его машине подъехать.

– В каком подъезде ты живёшь?

– Третий.

Можно было не отвечать, встать в позу, но он всё равно увидит, к какому подъезду я пойду. Мне, главное, потом ближайшее время к Майе в гости не приезжать.

“Ага, так он и будет сидеть под окнами и караулить тебя. Других же дел у мужика нет”, – насмехается здравый смысл.

Может, и не будет караулить, но перестраховаться надо!

Кирилл паркуется недалеко от дома Майи, в тупике двора. Здесь поблизости нет никакой тропинки. Справа парковка, но её не видно из-за кустов сирени. Слева тоже деревья и забор, ограждающий ЖК.

Мы в самом центре города. На охраняемой территории, но я не чувствую себя в безопасности. Наоборот, понимаю: может произойти что угодно, и мне никто не поможет. Мы здесь невидимы для окружающих. Да и случайных прохожих в это время немного.

Сильнее сжимаю вспотевшими ладошками сумочку, у меня с собой есть перцовый баллончик. Да толку от него? Сама же пострадаю.

Ненавижу сегодняшний день! Лучше бы я осталась дома.

Поворачиваюсь к Кириллу. Снова вглядываюсь в его лицо. Непохож он на маньяка и насильника. Может, всё-таки всё обойдётся?

– Я пойду? – спрашиваю робко.

Тянусь к ручке двери – молчание. Как знак согласия воспринимаю. Но выйти не успеваю. Уверенный мужской голос звучит как гром среди ясного неба, пригвождая меня к месту:

– Ты станешь моей женой, – ошарашивает, замолкает, а потом задумчиво добавляет: – На полгода.

– Спасибо, но нет!

Дёргаю ручку автомобиля, желая поскорее сбежать от незнакомца. Только дверь заблокирована.

– Выпустите! – с трудом сдерживаю подступившую к горлу панику.

Мужчина усмехается, достаёт из внутреннего кармана пиджака мой паспорт, напоминает без слов: мне не сбежать.

– Нет, Лилия, пока мы не придём к компромиссу, а точнее, пока ты не скажешь своё “да”, ты никуда не уйдёшь.

Глава 4

– Нет, Лилия, пока мы не придём к компромиссу, а точнее, пока ты не скажешь своё “да”, ты никуда не уйдёшь.

Снова ёрзаю на сиденье. Кожаная обивка противно скрипит подо мною, будто вешу я не пятьдесят килограммов, а все сто пятьдесят. Да уж, сэкономили немцы на качестве кожи, ничего не скажешь.

Очередной скрип кресла и я откидываюсь на спинку. Прикрываю глаза.

– Ну, раз будем жить в твоей тачке, то я посплю, ладно? Устала ужасно сегодня, – зеваю, я бы ещё потянулась, но боюсь, платье на мне не выдержит таких подвигов, – препод по психологии – тот ещё козёл. Упорно пытался меня завалить. В смысле, на экзамене, а не в том, котором ты подумал. Хотя в этом тоже…

Слышу слева шорох, приоткрываю один глаз. Надо же проверить, что творится, а то вдруг меня убивать начнут, а я и не замечу. Но нет. Кирилл тоже откинулся на спинку своего сиденья. Поворачивает голову в мою сторону. Встречаемся взглядами и какое-то время смотрим в глаза друг другу. Красивые они у него. Синие такие. Сразу почему-то вспоминаю Байкал зимой и его заледеневшие глубины. Видела всего один раз. Мне было лет семь тогда, а красоту озера запомнила на всю жизнь.

– И как? – тихий вопрос заставляет вздрогнуть, а ещё совсем не понимаю, о чём он спрашивает, так сильно ушла в свои мысли.

– Что?

– Удалось ему тебя завалить?

Уголки мужских губ едва заметно дёргаются вверх, обнажая ровные белые зубы. Не виниры, как у Лёши или Майи, а натуральные. И зачем я цепляюсь за эту информацию?

Снова прикрываю глаза.

– Неа. Я же не первый раз ему экзамен сдаю. Правда, пришлось выучить до фига лишнего. Ладно, Кирилл, не знаю, как вас по батюшке, разбудите, если что.

Не знаю, куда делся страх, но я реально проваливаюсь в сон. Да такой крепкий, что ничего вокруг не замечаю. Словно мне медвежью дозу снотворного вкололи.

Просыпаюсь тяжело, веки совершенно не хотят разлепляться. Да и вообще, может, ещё чуть-чуть поспать? Здесь так мягонько и одеяло такое лёгонькое, приятненькое. Интересно, что это за материал такой?

Стоп.

Какое ещё одеяло?! Какое “мягонько”?! Я же должна быть в “порше”!

Подскакиваю, глаза открываю.

Сижу и понять не могу, где нахожусь.

Уютная комната залита солнечным светом. Ёшкин кот! Сколько же времени сейчас?! Лариса скандал устроит, что я не ночевала дома.

Ещё бы самой понять, где я.

Это точно не комната Майи. В их доме сиреневый цвет преобладает. Здесь же – кофе с молоком. В другой ситуации я бы оценила интерьер, но не сейчас.

Раз я не дома и не у подруги. Значит, у Кирилла, “жениха” моего.

Платье на месте, трусики по ощущениям тоже. Всё-таки приличный попался. Повезло, дурочке такой, а то лежала бы сейчас в какой-нибудь придорожной канаве на радость Вике. Не пришлось бы больше комнату со мной делить.

Замираю, прислушиваюсь. Ничего. Тишина мёртвая.

Нужно отправляться на разведку.

Аккуратно соскальзываю с кровати и первым делом иду к окну. Высоко, однако. Красиво. Проспект узнаю сразу. Значит, Кирилл живёт в том же жилом комплексе, что и Майя. Это объясняет, как он смог проехать на территорию. Да уж, теперь точно к подруге ближайшие месяцы ни ногой.

Радуюсь, когда дверь, ведущая из комнаты, легко поддаётся.

“Ага, а ты думала, попала в логово Синей Бороды? Он запрёт тебя до брака, использует, а там за ненадобностью прикопает в лесочке?”

Ладно, ладно. Может, и не прикопает…

Но выбираться надо!

Высовываю голову, оглядываюсь. На горизонте чисто. Вокруг тихо.

Крадучись на цыпочках пробираюсь к выходу. Благо планировка почти такая же, как в квартире Майи, хотя комнат в этой квартире явно больше, как и жилой площади. Но выход быстро и безошибочно нахожу. С замком тоже справляюсь.

Дверь прикрываю. Зачем-то пробую обратно открыть. Открывается.

Блин, надеюсь, к нему домушник забраться не решит. Не хватало, чтобы из-за меня ещё чью-то квартиру обчистили.

Стоп, Лилия! Тебя это касаться не должно! Не запер бы он тебя в машине, ты бы не сбегала из его дома, не закрыв дверь.

Кое-как договорившись с собственной совестью, иду к лифтам. Вызвать не успеваю, а один уже останавливается на этаже. Доли секунды на принятие решения. Серая дверь с небольшим окошком – моё спасение. Толкаю, проскальзываю внутрь и на корточки присаживаюсь. Дышу через раз, пока прислушиваюсь, как глухие шаги отдаляются. И снова тишина. Аккуратно приподнимаюсь, выглядываю в окошко: никого.

Выбираюсь осторожно, словно спецагент на задании из шпионского боевика. По стеночке к лифту. Сердце так грохочет, что, кажется, в любой момент пробьёт грудную клетку.

“Дыши, Лилия, дыши. Ещё чуть-чуть – и ты окажешься на свободе.”

Вызываю лифт, который не успел уехать. Сразу внутрь и со всей дури кулаком бью по кнопке первого этажа, а потом по “закрытию дверь”.

Фуууух.

Передышка в несколько секунд. И дальше игра в “миссию невыполнима”. Но мне везёт: из подъезда выбираюсь без приключений. Ни единой живой души на пути не встретилось.

“Жених” живёт через дом от Майи. Не так уж и далеко. Только всё равно каждый шаг делаю осторожно, постоянно осматриваюсь. Жду, что вот он выскочит из-за угла или из мимо проезжающей машины.

Так и дохожу до нужного подъезда с постоянно крутящейся головой. Набираю номер квартиры Майи, но вызов нажать не решаюсь. А если Кирилл найдёт меня у подруги? Подъезд знает, останется квартиру вычислить. При желании легко осуществимо. Снова оглядываюсь и ловлю на своих ногах, а потом на заднице любопытный взгляд прохожего мужчины лет тридцати.

Что же мне так на стариков везёт?!

Не платье, а проклятие какое-то!

Мужик поднимает голову, расплывается в улыбке, подмигивает мне.

Нет!

В этом платье домой ехать нельзя. Рискую ещё больше приключений найти.

Резко отворачиваюсь и со всей решительностью жму вызов. Но отвечать мне никто не спешит. Зато над самым ухом раздаётся вкрадчивый мужской голос:

– Потерялась, малышка?

Глава 5

От неожиданности дёргаюсь, оборачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с тем самым мужиком, который недавно на мою задницу пялился.

– Здрасте, – выпаливаю, судорожно придумывая, как ему сообщить, что я “не такая”. Но кто-то там, наверху, решил сжалиться надо мной: раздаётся спасительный сигнал открытия двери.

Залетаю в подъезд, чуть не сшибая с ног крупного мужчину в спортивном костюме. Успеваю попросить:

– Не пускайте его! Он здесь не живёт.

Мчусь в сторону лифтов. Кажется, меня спросили, пристаёт или нет, но я не реагирую. Быстрее к подруге попасть. Отдышаться, а потом со спокойной душой домой ехать.

Главное, чтобы Майя дома была.

Вдавливаю кнопку дверного звонка. Но никто не открывает. Кажется, я уже готова взвыть в голос от отчаяния, когда дверь распахивается. Подруга стоит в белом пушистом халате, на голове тюрбан из розового махрового полотенца, на лице чёрная маска. При этом она не забывает что-то жевать.

– О, Лиль, ты чего так рано? Я думала, тебя Лёшка из постели все выходные не выпустит, – сама же ржёт своей шутке, а потом как ни в чём не бывало продолжает: – Я решила новую угольную маску попробовать. В инете пишут, что она творит чудеса. Будешь?

Мотаю головой.

– Мне бы переодеться и домой, – падаю на диван в её комнате, прикрываю глаза и устало выдаю: – Майка, ты даже не представляешь, что мне пришлось пережить!

До сих пор не верится, что всё позади и я в безопасности.

Всё.

Никаких больше свиданий! Никогда не ходила и жила спокойно. А один раз решила сходить – и сколько всего за вечер произошло.

И парней в моей жизни не будет.

Вот отучусь сначала, работу хорошую найду, из родительского дома съеду. Может быть, даже карьеру построю. А потом можно и о личной жизни подумать.

– Ща, погоди! Я маску смою, и ты мне всё расскажешь.

Подруга возвращается через пару минут с увеличительным зеркалом в руках, садится недалеко от окна и рассматривает каждую пору на лбу и носу.

– Слушай, давай всё-таки сделаем тебе маску? Она реально классная, смотри.

Отмахиваюсь. Какая, на фиг, маска?

Я такое пережила!

– А, ну да, – вспоминает обо мне Майя. – Рассказывай, чё произошло? У Лёхи стручок, и он не смог?

Снова ржёт. За что получает декоративной подушкой в плечо – не успела увернуться, когда та в неё летела.

– Не было ничего с твоим Лёхой! Он кинул меня со счётом в ресторане. Я, кстати, тебе звонила, думала денег занять, а ты не отвечала.

– Лилька, я вчера с таким соседом познакомилась! Закачаешься просто. Взрослый, красивый, с бабосиками всё у него в порядке. А какой он в постели, ммм! Слушай, хорошо, что у тебя с Макаровым ничего не вышло. Мы попросим Серёженьку тебе кого-нибудь из его друзей найти. Твоим первым мужчиной должен стать опытный самец!

– Майя! – вспыхиваю от возмущения. Иногда мне кажется, подруге моя невинность не даёт спокойно жить, вот она и пытается всё время куда-то меня пристроить.

– Чё? Я же о тебе забочусь, – подруга обиженно дует губы, не оценила я её доброты, душевного порыва. – Ладно, с твоей личной жизнью потом разберёмся. Рассказывай дальше.

– Официант пригрозил полицией. Либо предложил с ним переспать, чтобы расплатиться.

– Да ладно! А ты чё? – Майка забывает про зеркало, которое с грохотом выпадает из её рук. Она подаётся ко мне вперёд.

– А я решила сыграть невесту одного бизнесмена. Думала, мужик оценит и в благодарность расплатится за наш с Лёшкой счёт.

Рассказываю всё в подробностях подруге. Про разговор Кирилла, который я нечаянно подслушала, как мне было страшно и как я от отчаяния решилась на этот практически идеальный на тот момент план. Но сейчас прекрасно осознаю, какой это безбашенный шаг.

– Подожди, ты сказала “Элен”? Серьёзно?! Бли-и-ин, Лилька, вот ты счастливая! Да к ней за платьем очередь лет на пять вперёд! Певица Лулу недавно хотела заказать, так ей Элен отказала! А тебе сама предложила! Очуметь! – Майя буквально захлёбывается восторгом, совсем позабыв, что на свадьбу я не соглашалась. – Как, говоришь, звали этого мужика? Кирилл? А фамилия?

– Не запомнила. С серебром что-то связанное. Да и какая разница, Май! Я его больше в жизни не увижу!

– Серебряков?

Безразлично пожимаю плечами.

– Вроде.

– О-ЧУ-МЕТЬ! Моя подруга – невеста Серебрякова Кирилла! Вот это тебе фортануло! А всё благодаря моему платью! Я же говорила, что оно счастливое!

У-у-у! Лучше бы она этого не говорила!

От негодования я подскакиваю с дивана и начинаю мерить шагами комнату, высказывая всё подруге:

– Если бы не это чёртова тряпка, которую ты гордо платьем зовёшь, то я вчера смогла бы уехать на метро домой! И официант ко мне бы не клеился! Не было бы ничего, ясно тебе?! – останавливаюсь напротив зеркала и не понимаю, о чём я вчера думала, когда поддалась на уговоры подруги: – Выгляжу как девка с трассы.

Подруга обиженно дует губы.

– Я хотела тебе помочь, – произносит, чуть всхлипывая. – Ты со своими учебниками и вечными подработками жизни не видишь, а тебе всего двадцать! И парням нравишься, но одеваешься как бабка старая.

Сдуваюсь так же быстро, как и распалилась.

– Ладно, прости. Я в душ. Но надо папе позвонить. Он, наверное, потерял меня.

И только сейчас я понимаю, что сбежала от Кирилла, но оставила у него свою сумочку и паспорт.

Если до этого я держалась, то сейчас всё. Больше не сдерживаюсь и реву в голос. Майя подсаживается рядом, обнимает.

– Лиль, ты чего?

– Я сумочку… оставила у него, – и взрываюсь новыми слезами. – Там телефон, все мои деньги, а сумочка твоя! Бли-и-ин! Ещё за неё тебе деньги отдавать!

Не видать мне новых кроссовок в ближайшее время.

Майя молчит-молчит, а потом взрывается хохотом.

– Новой сумочкой отдашь, когда тебя, Золушка, принц найдёт и в ЗАГС утащит. Мы же перекладывали твои вещи в сумочку в самый последний момент, а там мой студенческий остался. Ему теперь мой адрес вычислить на пять минут.

И, словно подтверждая её слова, на всю квартиру раздаётся трель дверного звонка.

Глава 6

Взгляд сам собой метнулся к окну, но Майя успевает заметить и заходится в диком ржаче. Складывается пополам от смеха.

– Ой, Лилька! Ты серьёзно готова в окно лезть, лишь бы не выходить замуж за красавчика миллиардера? Да на твоём месте любая другая вприпрыжку бы побежала бы в ЗАГС! Странная ты.

– Вот пусть и прыгают они зайчиком в ЗАГС, а мне и так хорошо.

Звонок повторяется, Майя как ни в чём не бывало встаёт с пола.

– Ладно, пошли, там пиццу нам привезли.

– Какую пиццу? – задаю глупый вопрос, но тут же исправляюсь: – Не пойду. Если всё-таки Кирилл?

Не задумываюсь, бегу к огромному шкафу и забираюсь туда, закрываю дверь под хохот подруги.

Через пару минут чувствую обалденный аромат пиццы, желудок громким пением отзывается на него. Выбираюсь из укрытия осторожно. Ну, мало ли, вдруг это Кирилл принёс пиццу. Но в комнате, кроме подруги, никого.

– Беги в душ, а я пока сделаю нам кофе.

После душа становится легче. А когда выпиваю бодрящий напиток и съедаю несколько кусков пиццы, чувствую себя самой счастливой.

– Май, займёшь мне на дорогу? Бли-и-ин… А что с телефоном делать?

– Ща, погоди, – подруга метнулась к комоду, открыла нижний ящик, достала оттуда маленькую розовую коробочку, – во! – протягивает телефон. – Правда, это одиннадцатый, я с ним в школе ходила. Но временно можно потерпеть старьё.

Обнимаю в благодарность подругу. Умалчиваю, что мой телефон гораздо проще её “старья”. Майя мне и симкарту даёт.

– У папы для бизнеса всегда есть на всякий случай.

– Я всё верну, – подруга отмахивается, мол, ерунда.

Ну да, это для неё ерунда, а для меня почти трагедия. Все соц.сети, все контакты. И как теперь восстанавливать? Там же и контакты с подработкой. Ладно, что-нибудь придумаю. Главное – всё закончилось.

Домой добираюсь без приключений. Лишь перед самым подъездом замираю. Даю себе небольшую передышку. Немного упрашиваю судьбу сжалиться надо мной:

“Пожалуйста, пожалуйста, пусть мне повезёт и дома будет только Вика”.

Только делать нечего: заходить всё равно придётся.

– Да? – не повезло. Лариса сегодня дома.

– Это Лилия.

Повисает тишина. Я даже на расстоянии чувствую, как она с трудом сдерживается, чтобы не начать ругаться прямо сейчас, на потеху всем соседям и случайным прохожим.

Следующая мысль: “Не пустит домой”. Повесит трубку, отключит домофон, и придётся мне ждать возвращения папы. Но, видимо, Лариса успела спустить папины деньги на вайлдбериз для себя любимой. Иной причины её доброты я не знаю. Раздаётся характерный сигнал, и подъездная дверь открывается.

Лариса меня поджидает в коридоре. Руки упираются в бока. Смотрит с прищуром:

– И где ты была всю ночь?

– По мужикам шлялась, денег зарабатывала, а то скоро на еду ничего не останется, всё на твои трусы уйдёт.

Кому-то может показаться, что она беспокоилась обо мне, а я, сволочь неблагодарная, нахамила. Но вся правда в том, что ей плевать, где я была и с кем. Просто я дала прекрасный повод вынести мне мозг. А это главное развлечение моей обожаемой мачехи.

– Да как ты смеешь, дрянь неблагодарная?! Я тебя растила, воспитывала как родную кровинушку! Мать родную тебе заменила, а ты…

Сцепливаю плотно зубы, не позволяю вестись на её слова. Лариса только этого и добивается. Подмечаю, что мачеха в деловом платье, с макияжем и причёской. Лариса из тех женщин, которые предпочитают и мусор при полном параде выносит. Но эта работа не для королев. Значит, она куда-то собралась.

– Ларис, иди, куда собралась, – не пытаюсь быть вежливой. Зачем лицемерить, если она и так знает, как я к ней отношусь.

Пытаюсь пройти в свою комнату, но она не позволяет. Хватает за руку и цедит сквозь зубы. В такие моменты она особенно напоминает змею, готовую в любой момент наброситься и отравить тебя своим ядом.

– Хамка!

– Так ты сама недавно говорила, что за воспитание должна тебя благодарить, – хмыкаю. – Так что составь все претензии и отражению в зеркале выскажи.

Освобождаюсь из хватки ярко-алых когтей.

– Уберись дома и приготовь что-нибудь на ужин. Сегодня у нас будут важные гости, – Лариса умолкает. – И ты обязана будешь присутствовать на ужине, – стерва улыбается плотоядно, будто вытащила золотой билет. – Будет решаться твоя судьба.

Глава 7

– Уборкой может и Вика заняться, а своей судьбой я как-нибудь сама распоряжусь.

Очередная попытка закончить разговор и свалить от этой гадины подальше проваливается.

– Ты, видимо, забыла, кто распоряжается семейным бюджетом и оплачивает все счета.

Кровь в жилах стынет, потому что я уже знаю, какие слова услышу дальше. Потому что знаю, что не смогу отказать. Очередная победа будет за Ларисой.

– Кто оплатит пребывание твоей бабушки в пансионате? Может быть, ты со своей стипендии? Жаль, если Марии Никитичне придётся вернуться в свою деревню.

От злости и безысходности я только сжимаю руки в кулаки.

– В общем, Оганесяны придут в шесть. К этому времени всё должно быть готово. И приоденься, – оглядывает меня с ног до головы, морщит подправленный хирургом нос в отвращении, – всё же смотрины будут.

– Вика выходит замуж?

Лариса застывает, а потом, запрокинув голову, громко смеётся, как если бы услышала безумно смешной анекдот.

– Нет, глупышка. Это ты выходишь замуж за старшего сына Оганесяна. Так что приоденься и не делай глупостей, иначе твоя бабушка вернётся в деревню.

Лариса уходит, оставляет меня одну кипеть от злости и ненависти к этой бездушной стерве. Не понимаю, о чём думал папа, когда женился на ней. Бабуля всегда говорила, что он просто испугался одиночества, когда мамы не стало, а тут вовремя подвернулась эта змея. Просила быть к нему терпеливее и простить за слабость.

Бабушка верила, что однажды папа одумается и встанет на мою сторону, но этого так и не произошло. А потом случилось страшное, бабуле стало плохо. Скорая из области ехала долго. Спасти бабушку успели, но остались последствия, она теперь нуждается в постоянном внимании и уходе.

Я просила забрать бабулю к нам. Я даже была готова делить с ней постель или перебраться ночевать на пол, но папа отказал. Зато согласился разместить в специальный пансионат, где за Марией Никитичной присматривают и должным образом ухаживают.

Тем самым подарил Ларисе инструмент для шантажа меня. Потому что папе ничего не стоит выкинуть бывшую тёщу на улицу. Точнее, обратно в деревню, где некому будет за ней присмотреть.

Когда мне исполнилось восемнадцать, я попробовала продать бабушкин дом в деревне. Сняла бы нам комнату, и мы бы жили вместе. Только деревенский дом оказался никому не нужен.

Летом я планирую устроиться на нормальную работу, заработать денег на несколько месяцев жилья и съехать от папы и его семьи, а заодно забрать бабушку к себе. А пока нужно заняться домашними делами.

Вика появляется дома, когда картошка с мясом тушится в духовом шкафу.

– Что, готовишься к встрече с женишком? – “сестрица” проходит к кухонному столу, садится как королева, ногу на ногу закидывает. Протягивает свой телефон, – мне кажется, вы с Кареном будете идеальной парой.

Я не хотела смотреть на экран её телефона, но взгляд против воли скользит по открытой фотографии. По крупному круглому лицу, тучному телу в белой грязной футболке, которая на размер меньше чем нужно и с трудом налезла на брюхо.

И папа согласился меня выдать замуж за это?!

Нет уж!

От одного жениха сбежала и от этого уйду. Нужно только информацию собрать.

– Вик, ты сегодня так классно выглядишь, масочку для волос сделала, да?

– Да-а, мой мастер попробовала новинку, сегодня два часа делали уход.

Вика с любовью проводит по светлым прядям идеального каре.

– Очень красиво, они так блестят. Тебе чай налить? – спрашиваю и тут же, не дожидаясь ответа, наливаю, кладу перед ней шоколадку. – Слушай, Вик, а откуда этот Карен взялся?

“Сестрица” отламывает шоколад, закидывает в рот и быстро прожёвывает, будто я в любой момент могу у неё его отобрать.

– Карен – сын начальника Адама. Не знаю, где и когда он успел тебя увидеть, но ты ему понравилась, – громко отхлёбывает чай. – Ну, короче, этот начальник пообещал Адаму повышение и прибавку к зарплате, если ты выйдешь за Карена. Адам согласился. А кто бы отказался? Там уже совсем другой статус, другие деньги! Мы, наконец, сможем переехать из этой дыры куда-то ближе к центру.

С трудом удерживаюсь, чтобы не закатить глаза и не прокомментировать. Тоже мне, нашлись звёзды. К нам с папой они вообще из комнаты в общаге перебрались. Но это другое, я понимаю.

– Адам пообещал, что возьмёт меня на крупные корпоративы. Так что, может, найду себе какого-нибудь топ-менеджера или с партнёром познакомлюсь. Говорят, Оганесян будет заключать договор с Серебряковым. Может, мне удастся с ним познакомиться?

От знакомой фамилии захожусь в кашле. До вчерашнего вечера я эту фамилию ни разу не слышала, а за последние двадцать четыре часа она звучит слишком часто.

– А кто это?

– Слышала о компании “СереброСтрой”? – киваю. Крупнейший застройщик страны, рекламные баннеры на каждом шагу, обещающие лучшую жизнь в комфортных жилых комплексах. Кстати, Майя, по-моему, живёт в одном из таких. – Эту компанию создал Серебряков-старший. У него три сына. Прям как богатыря, – глупо хихикает над собственной шуткой. – Но они и выглядят такими. Офигенские! Их только бы на журнал горячих австралийских пожарных снимать. Кирилл, Илья – от жены, Егор – от любовницы. У Егора своя фирма. Кирилл и Илья долгое время вместе руководили “СереброСтрой”, но в прошлом году Илья тоже отделился. И теперь у руля “СереброСтрой” один Кирилл. Ты прикинь, какие это деньги! Да, точно! Я стану его женой! Надо Адаму сказать, чтобы он добился нашей встречи.

Вика подскакивает со стула и мчится в свою комнату. Видимо, заранее готовится к встрече с завидным женихом. Не завидую папе, зная “сестрицу”, она с него не слезет, ещё и маму свою подключит, чтоб тот подстроил встречу Вики и Кирилла.

Ха!

А что я с попкорном понаблюдала бы, как Вика охмуряет Кирилла.

Глава 8

– Это правда, пап? Ты серьёзно готов меня выдать замуж за левого мужика ради должности? – накидываюсь на родителя сразу, как он появляется дома.

– Карен – хороший мальчик. Из приличной семьи, будет о тебе заботиться. Тебе больше не придётся всё свободное время бегать по подработкам.

– Я бы и не бегала, если бы твоя жена не тратила все заработанные ТОБОЙ деньги на себя и свою дочь. Пап, очнись! У меня даже кроссовок нет! За то у Вики, которая даже тебе не дочь, шкаф ломится от коробок с обувью. Как так вышло, что чужие люди тебе стали ближе дочери?

Папа раздражается, отмахивается от меня.

– Ерунды не говори! Права Ларочка, любишь ты утрировать. Пустяковые ситуации до масштабов вселенской трагедии раздуваешь.

От шока пальцем ухо прочищаю. Мне же послышалось? Но по раздражённому виду родителя понимаю: ни фига подобного, он на самом деле так считает!

– Ты меня замуж за незнакомца сватаешь, продаёшь за должность!

– Я о тебе забочусь, глупая. Столько сейчас абьюзеров, гнилых мужиков, которые головы девушкам кружат, а потом издеваются над ними. Ты благодарна мне должна быть! Я нашёл для тебя порядочного мужчину. Карен любить и заботиться о тебе будет. В его семье ценят скромных и воспитанных девушек. С ним бед не будешь знать. Любая другая на твоём месте только счастлива была бы выйти за такого мужчину. А ты не ценишь! Такая же, как твоя мать, неблагодарная!

– Не смей о ней ничего говорить! – от злости меня колотит. Бросаюсь на папу с кулаками, бью по груди, но он перехватывает мои руки, отшвыривает от себя. Падаю на попу, больно ударяюсь. Смотрю снизу вверх на него, потирая запястья, – совсем тебя отравила Лариса собой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.