Александр Стаматин
Таксист в Междумирье

Глава 1

Длительность поездки: неизвестно

Цена поездки: 210 условных минут/час

Количество пассажиров:один человек

– А ну замереть, – шипит моя незваная попутчица.

Я слышу щелчок взведённого курка. Дыхание девушки прерывистое, но увы – не слышно тихого лязга дрожащего пистоля. Кинуть взгляд на зеркало. Глаза слегка прищурены, фокус между зеркалом и моей головой. Чёрт. Видимо, своё дело знает, хоть и вырядилась стереотипным дефективно-нуарным детективом.

– Есть замереть, – отчитываюсь я, стараясь не ухмыльнутся. Такие персонажи не очень любят, когда кто-то пытается (или «пытается») поставить их опасность под сомнение.

– Извини, но мне нужно убраться подальше от этого атолла.

– Да могут быть обиды, дорогуша.

– Вот и славно. А теперь медленно положи руки на руль и слушай пункт назначения.

Итак, я на высоте около пятиста метров над бескрайним океаном бес знает в какой реальности. У меня проломлен верхний люк, на хвост присели какие-то горгульи, любящие автоматы, а дама в образе стереотипного нуарного детектива тычет мне ствол револьвера в затылок. Похоже, планы заработать ещё немного часов пошли фелиниду под хвост, потому что придётся везти пассажира не по заказу, а по воле ствола. Короче говоря – я в дерьме.

Должно быть, вам интересно: как же ты, Иван Батькович, дошёл до жизни такой?

Что ж, всё достаточно просто.

В славном городе Ростове-на-Дону, что у южных границ нашего отечества, существует пересечение двух окраинных магистралей. На этом пересечении по дурной традиции всё того же отечества некто решил воткнуть круг вместо светофоров. Поскольку у водителей от одного вида окружности начинают капать слюни и дрожать руки, то проезд через кольцо всегда выкачивал дозу адреналина из надпочечников.

Однажды, матерясь на «Яшу», я возвращался порожняком с Западной промзоны на своем таксомоторе и конечно же бес меня потянул на кольцо. Выезд на него прошёл неплохо, а вот продолжение… Бешеная фура появилась в левом зеркале, но уходя вправо понял, что и она явно метит туда же. Плавно оттормозился, давая ей вылететь с внутренней стороны кольца, успел увидеть оранжевую табличку «X423-1415»… вспышка. Темнота.

Полёт. Удар об воду, сработавшие подушки. Тупая мысль: «а говорили, что на новые универсалы их не завезли». Только потом, когда журчащая вода с нежностью ледника начала щекотать колени, пришло понимание – пора бы вылезать. Мало ли что там везли с водой в грузовике, о который грохнулся. Вот только за окном было не кольцо на Доватора. А чёртово море, укрытое туманом, на волнах которого и покачивалась моя повреждённая ласточка, да потихоньку заполнялась водой.

Меня выловили какие-то амбалы с позеленевшей кожей. Выдали когтистой лапой пару ободряющих пощёчин. Обтёрли голову, сопровождая процесс какими-то гортанными вскриками, повернули её набок (едва не сломав шею), и закапали чего-то в ухо. По ощущениям – то ли ледяной клей, то ли стакан соплей. Поставили голову на место. Ухо заболело, да так резко, что пришлось вспомнить армейскую службу. Зеленокожие выдали пару ободряющих затрещин и не менее ободрительных ругательств (которые я теперь понимал) да отправили к ангару. Пару раз чуть не столкнулся… с разными персонажами. Здоровыми и малыми, дамами, мужиками и чем-то невнятным. Высокие и низкие, бледные и зеленокожие, при бородах, щупальцах и острых ушах – кого только не было! Один раз я обогнул какой-то парящий мигающий куб – и только потом понял, что это мой соратник по беде. И вообще-то, с него начинается очередь.

– Чё пацаны, поплавали? – попытался я поддать жару.

Зря. Очередь ответом меня не удостоила, да и вообще слабо реагировала на происходящее вокруг. Что ж, с пониманием. У каждого наверняка была собственная жизнь, вот только её заменили на очереди в ангаре и ту мадам преклонных лет при очках. Если бы не чешуйчатая кожа – сидеть бы ей в водоканале, а не этом ангаре.

– Добрый вечер. Вы попали в пространственно-временную аномалию, носящую условное название Междумирье. Подробную информацию о нём вы найдёте в брошюре для новоприбывших, а пока отвечу на самые распространённые вопросы. Да, туман стоит тут почти постоянно. Нет, обратно вы не попадёте. Да, вот это вы попали. Нет, туда я не пойду. А теперь ваша очередь отвечать. Имя? Фамилия? Родовое имя?

Равнодушные «клац-клац» по клавиатуре.

– Какие ключевые параметры вашего мира вы можете назвать?

– Планета Земля, Солнечная система, год две тысяче двадцать пятый от рождества Христова.иМагии нет, энергию получаем на электростанциях, страна – Российская Федерация. А, ну и президент нашей страны…

– Знаю, знаю, – дребезжит миссис Ящерица. – Это не ключевой параметр, я эту фамилию уже в пятидесяти вариантах слышала. Кем вы были до прибытия?

– Ээээ, таксистом. Извозчиком. Перевозчиком по найму. Возил людей, дрова, людей в дрова.

Клац-клац-клац. Что вы умеете делать? Имеете ли при себе культурные ценности своего мира? А цифровые? И ещё с десяток бесполезных вопросов до главного приказа:

– Руку в приёмник.

Я запихнул руку, всем видом демонстрируя энтузиазм (которого не было) и умильно улыбнулся. За это был награждён чем-то вроде разряда током и пробитым иглой запястьем, приправленными отборным нудежом о снятии ответственности за побочные эффекты. Реакцию мою вы можете представить сами, так что я сокращу все возможные емкие фигуры речи, сказанные тогда, до лаконичного:

– Ааааай!

– У вас на запястье хроноком – сочетание монитора вашей продолжительности жизни. Если вы не чувствуете один из побочных эффектов: шелушение кожи, браптоптоз средней пары конечностей, немение жабр, сбои в работе второго сердца – кивните. Отлично. В вашем мире распространён такой механизм как сма-рт-фон. Вы имели с ним дело?

– Допустим, – я оглядел монструозные часы, но не думал про «продолжительность жизни», а только про то, можно ли к ним подсоединить наушники. В последнее время с этим на сматфонах туговато. – А можно было мне просто на него установить программу? У меня андроид, проблем не будет, просто скиньте апэкашку…

– Нет, – продребезжала чиновница. – Раз имели, то разберетесь и с хронокомом. Исходя из средней продолжительности жизни мужской особи в вашем мире, вам начислено тридцать четыре стандартных расчётных года. Основная валюта в Междумирье – время. Тратите чужое время, покупая услуги и товары – отдаёте своё. Тратите своё – получаете чужое. Всё просто, не так ли?

– Ну да.

– Раз так, то свободны. Брошюру с информацией о Междумирье возьмите на стойке информации.

Брошюру, конечно, я взял. Только там не было ответов и на десятую часть вопросов – в основном реклама ночлежек и баров (визитки аж прикреплены степлером), да советы как не оскорбить те или иные распространённые в это дыре виды. С орками я уже встречался, но длинный перечень повода для эльфийских оскорблений меня рассмешил, но некоторые виды я и прочитать с первого раза не смог.

Промолчим, с кем и как я тогда отправился пить, кому и что говорил, применял угрозы расправы и убеждения, и почему решил поспать на лавке просто по зову сердца. Важно, что предварительно крепко налакавшись и потеряв почти год из собственного запаса, всё ж умудрился найти таксопарк, а потом – выучиться водить воздушное такси, никого не убив при обучении. Так и стал таксистом в славном архипелаге посреди гигантского ничего. В общем – в Междумирье.

И вот, в один прекрасный момент, набирает ход наш сюжет.

– Ну вот, ещё пара поездок и план закрыт, – улыбаюсь я. Нажимаю клавишу приема заявок, но не успеваю откинуться обратно.

Звон разбитого стекла и грохот откуда-то сверху заставили меня напрячься. Спустя пять секунд нечто проламывает верхний люк, и от грохота я инстинктивно дёргаюсь, словно уклоняюсь от аварии. Что бы в меня не врезалось – машина заметно теряет в устойчивости.

– Ёк твою налево! – ору я в пустоту, – а пять метров вправо нельзя было прицелиться?

Оборачиваюсь назад: девица. Молодая, темноволосая, изрядно помятая девушка человеческой расы (перечень эльфийских оскорблений можно оставить на потом). Двубортный бежевый плащ, в окровавленной руке – большой для нее ствол. Удивительно даже, что не залита кровью; видать, плащик скрывал пару любопытных артефактов.

– Добрый вечер.

– Куда уж добрее… – девушка потирает задницу. Понимаю – крыша у «малышки» не из пуха сделана. – Ты таксист? – её голос удивительно спокоен для парашютиста без парашюта.

– Когда последний раз смотрелся в зеркало, – уверяю я и проверяю: никто не стремится въехать мне в зад? Вроде нет.

Я откидываю кресло и смотрю вверх – откуда прилетела черноокая. Увы, ангелов не замечаю – только пяток пикирующих горгулий, сжимающих в лапах что-то подозрительно напоминающее классический автомат Калашникова.

– Давай-ка ходу отсюда, – отвечает девушка, наугад паля куда-то прямо через дыру в крыше.

– Моя стандартная ставка, миледи – 210 условных минут за час. Если вас это устраивает…

– Да! Ходу, ходу, живо!

Я жму на педаль газа. Откуда-то сверху начинается пальба. Простые пули: такое нам не страшно.

– Пристегнитесь! – ору я и не желая испытывать терпение Фортуны, подставляю багажник моей малышки пулям. Он рассчитан на таран дирижаблем – выдержит и лёгкие укусы.

Простреленный верхний люк завывает, как душа в аду, но триплекс стёкол пока держится. В зеркале – три тени. А то и больше. Уродцы с кожистыми крыльями и мордами, которым позавидовал бы и бульдог. В лапищах – короткостволы, плюющиеся свинцом. Простые пули, такое нам не страшно. Триплекс панорамных стёкол выдержит почти всё кроме пульки калибром больше 12 миллиметров. По крайней мере, было бы не страшно, если б мадама не проломила своей задницей мне верхний люк.

– Они не отстают! – кричит девушка, пытаясь прицелиться через дыру в крыше. Её выстрелы глохнут в ветре.

– Удивительно даже, – цежу я сквозь зубы, бросая кэб вправо, под прикрытие ржавой грузовой платформы. Пули цокают по броне, как град. – С чего бы это они так?

– Видимо, плохой день! – кое-как пожимает плечом девушка и выкидывает что-то в дыру. Двигается медленно. Ремень безопасности или ранение? Она пристегнулась?

– А ну осторожнее там, не рассыпайте по салону гильзы! Мне потом убирать.

Третий промышленный атолл. Тут турбулентность повыше, чем полезно для полёта – так что я встаю на ровный горизонт и прибавляю газу. Чёртовы дружинники, вы собираетесь охранять корпоративную собственность? Я же так и протаранить трубу могу! Одна из статуй умудряется обогнать нас и грозно раскинуть лапы в полёте, но при виде моей небритой хари, решительно не уклоняющейся от столкновения – предпочитает отлететь в сторону.

– Что-то корпоратов не видать! – кричу я, перекрикивая воющий ветер.

– На них не рассчитывай!

Дымовая труба! Резко увожу такси влево и едва не вписываюсь в какой-то скворечник на крыше здания. Прижимаюсь к воде – только для того, чтобы увидеть не спеша плывущую длинную лохань. Я чуть набираю высоту – но там меня ждёт прогулочный дирижабль, так что приходится делать хорошую такую «горку» вверх.

– Чёртовы лодочники! Ты там не выпала?

Ответа я не дожидаюсь. Дамочка сзади ведёт своё сражение – дурацкий двубортный плащ при каждой фигуре низшего пилотажа превращается в восьмипалое чудовище из ткани и мешает пристегнуться. То ли он он защитный и только что отвёл особенно мощное заклинание – то ли кто-то просто не может совладать с куском ткани.

– Пристегнулась?

– У тебя ремень…

Извини, деточка, но мне не до того. Снизу сейчас появятся твои дружки, а мне нужно то ли нырять, то ли вилять.

– Да или нет? – требую я, приглядываясь к уплывающей внизу громадине. Демоны вылетают из-за неё, словно пачка реактивных снарядов.

– Да!

Делаю «бочку», уходя от столкновения с медлительным грузовиком на антигравах. Да, мы не просто так просим пассажиров пристегнуть ремни! Смотрю в левое зеркало – нужно посчитать преследователей… не смотрю в левое зеркало, оно снесено выстрелами. Наше счастье, что гаргульи хоть и быстрее шершней, но настолько же неуклюжее. Достаточно того, что они умудряются попадать в моё (сволочи!) такси. Очередной выстрел вслепую с грохотом разбивает мне круглый таксистский сигнал. Стоивший мне, между прочим, двух недель!

– Вы первый раз в такси попадаете так? – осведомляюсь я под звон очередного выстрела сзади.

– А тебе какое дело? – девушку прерывают очередные взрывы где-то среди летунов.

– В моём мире был хороший фильм, который начинался примерно так же, – пожимаю плечом я, благоразумно умолчав, что в нём девица не рядилась в крайне неудобный для полётов плащ.

– О, ты, наверное, из тех, что вообще был известным творцом, только в этом мире пришлось работать таксистом? Или богатым дельцом? Или вообще царём? – язвит она, перезаряжая револьвер.

Ох уж эти шутки за триста… Они начинают надоедать примерно после пятого повторения. Особенно – под обстрелом.

– Что вы, в моём мире царств не осталось, – морщусь я под бодрую барабанную дробь попаданий. – Да и королевств уже не так много. А что по принцам – таких тоже среди коллег не знаю. Ну, среди людей. Опричник при дворе Ивана Грозного – было; дважды капер – было; командир фелинидов – было; фигуристка – было; дотер и организатор пороховых заводов и тот был. Один парень, которого давненько не видно, и вовсе был цензором в чём-то типа современной Римской империи. А что до дельцов…

Я не заканчиваю фразу. Потому что впереди, прямо по курсу, клубится искрами туман аномалии. Не просто серый и скучный, а сиреневый, с прожилками малиновой молнии. «Бенгальское облако». Сырая магическая материя, которая не щадит никого. Что ж, пора притормозить – а то наша компания даже подотстала после всех моих выкрутасов.

– Только не говори, что ты думаешь туда нырнуть?! – повышает голос девушка. О, у вас есть эмоции?

– Я не думаю, – ухмыляюсь я в ответ, глядя на её побелевшее лицо в зеркало. По голубоватому покрытию кэба уже вовсю стучат пули. – Я собираюсь туда нырнуть. Потому что иначе – не уйти!

Даю полный газ. Разряды молний начинают искриться на корпусе моей малышки, добавляя к звукам пальбы шипение сотен бенгальских огней. Гаргульи вокруг воют, но не отстают. Вот только сырая магическая материя, буйствующая в таких аномалиях, не щадит тела. Одна фиолетовая молния никого не пугает – хоть и бьёт откуда-то снизу. Ещё пара – и одна химера пропадает во вспышке короткого пламени. Только крик долетает до меня сквозь ветер и сухой треск. Третья – и ешё один преследователь превращается в груду мяса чуть изящнее большой тефтели. Пассажирка начинает ругаться такими словами, которые и в жизни не подумал бы услышать от столь молодой мадамы.

– Прижмитесь к креслу и не высовывайте руки: молнии сдерут мясо с кости, – ворчу я, закладывая левый вираж. – Ещё обивку мне чистить не хватало сегодня.

Мы несколько раз делаем вираж. Туповатые преследователи садятся на хвост и поочерёдно попадают под пробои. Я ловко маневрирую, и вскоре последние из пойманных в ловушку гаргулий врезаются в искры, превращаясь в горку пепла. Хвала всем местным богам, что они не смотрели «Трон».

Наклоняюсь вперёд – точно, все, кто рискнул нырнуть в туман, в нём и остались. Если правильно помню, «Бенгальское облако» должно перенести нас куда-то вперёд и вверх, огибая здания. Тишина. Только шипение магии по обшивке.

– Цела? – спрашиваю я, отряхивая с плеча ошметок какой-то гаргульи.

– Немного, – едва слышно отвечает пассажирка.

Теоретически я должен сказать что-то ободряющее. Это, наверное, неплохо скажется на чаевых к двойной ставке за боевое столкновение. Но увы, я слишком занят: отключаю подсистемы, которые всё же были задеты попаданиями. К счастью, повреждены мелочи вроде фар, наземного шасси да пары вспомогательных датчиков. Но вой предупреждающих сигналок изрядно раздражает – так что щёлк-щёлк и одним звуком меньше.

– Что ж, теперь вы знаете, что скрывается за таким цветом тумана, – весело говорю я. Моя гостья явно едва держит желудок на замке – лицо бледное, а выражение лица страдальческое. – Главное…

Я выключаю очередную повреждённую подсистему, но кроме щелчка тумблера слышу ещё один. Револьвер.

– А ну замереть, – шипит моя незваная попутчица.

Глава 2

Длительность поездки: Тридцать три минуты

Цена поездки: 210 условных минут/час

Количество пассажиров:один человек

– А ну замереть, – шипит моя незваная попутчица.

Я слышу щелчок взводимого курка. Дыхание девушки прерывистое, но увы – не слышно тихого лязга дрожащего пистоля. Значит, своё дело знает, хоть и вырядилась стереотипным дефективно-нуарным детективом.

– Есть замереть, – отчитываюсь я, стараясь не ухмыльнутся.

Посмотреть в зеркало. Такие персонажи не очень любят, когда кто-то пытается (или «пытается») поставить их опасность под сомнение. Сомнений на моей роже нет – только выражение лёгкой озадаченности. Наконец, разглядываю гостью – вполне себе миловидная. Грозное выражение лица ей не идёт.

– Извини, но мне нужно убраться подальше от этого атолла.

– Да могут быть обиды, дорогуша.

– Вот и славно. А теперь медленно положи руки на руль и слушай пункт назначение. Слушаешь?

– Не без этого, – слегка пожимаю плечом я.

Знаете ли, если бы только слушал – меня бы обязательно торпедировал какой-нибудь гоблин на грузовом мобиле. Или чёртовы лодочники запустили бы воздушные шары, чтобы я уклонился и врезался в кого-то. В общем, кроме выслушивания угроз я осматриваюсь по сторонам.

– Хороший мальчик. Теперь медленно давай вперёд, скажу куда ехать.

– Вперёд так вперёд, – подтверждаю я, поддавая газку и нащупывая левой ногой особую педаль. Если вы так пожелаете…

Следующие действия были отработаны до автоматизма в предыдущие разы. Нажать на особеннуюпедаль. Перекинуть правую ногу на «тормоз». Резко остановиться. Услышать стук удара головы о мой подголовник. Дёрнуть баранку вправо, кинув такси в «бочку». Газ из малого перевести в полный. Потянуть руль в противоположную сторону, снова сбивая ориентацию в пространстве, прижаться к стеклу подальше от возможной пальбы. Вспышка артефакта, вмонтированного в заднюю торпеду (тормознутый он). Дальнейшее – дело техники. Точнее – дело магии. А если ещё точнее – ответа организма на техномагию.

Кэб делает «бочку». Взвизгнув, незадачливая захватчица замирает да и (бах-бах-бах!) падает сначала на крышу, а потом (бах-бабах!) на задний диван бревном. Через секунду, лязгнув, за ней следует и пистолет. Вывести Щелчок тумблером, вывести камеру обзора заднего кресла. Да, девушка кое-как осела, аки статуя, у которой нету… в общем, чего-то там у неё нету.

– Видите ли, мадмуазель, грабить меня пытаются достаточно часто, – доверительно сообщаю я ей, потянув руль на себя. Недовольно заурчав, Малышка поплыла на эшелон выше. Щёлкаю кнопками радио и таксометра, но системы пока не отошли от магической бури. – Иногда даже по пару раз за смену. Ну, только в самые отвратительные смены, если честно.

Девушка молчит. Я отщёлкиваю ремень. Кое-как перегибаюсь через спинки (высоты кабины хватает) и беру пистолет. Он пойдёт в бардачок, к своим товарищам (надо бы их сдать в ломбард). Так, а что насчёт пассажирки? Глаза открыты и замерли, зрачки… в норме. Дурацкий двубортный плащ от игры в перекати-поле перекосило и смяло. Пятна крови – от погони, так что отделалась можно сказать, лёгким испугом.

С «Малышкой», конечно, дела похуже. От верхнего люка остались одни воспоминания – панорамное стекло верхнего люка вынесено детектившей, механизм наверняка заклинил (ему хватает для поломки и лёгкого ветерка), куда-то улетело правое зеркало, да и судя по лучам света, левая фара странно мигает. То ли не пережила столкновение с гарпией, то ли вся электроника сбоит после магического шторма. Впрочем – ничего такого, с чем не справится умелый гном, оснащённый рунной киянкой, механодендритом и мотком синей изоленты.

– Вы, наверное, хотите узнать, что я собираюсь сделать, – замечаю я красотке. – Что ж. Обычный бомбила мог бы сделать с дамой что угодно в этом треклятом городе: выкинуть прямо отсюда, сдать на опыты механомагам или архитекторам плоти, да просто отыметь. С нами, таксистами, такое правило не работает. Корпоративная этика – она такая. Так что вместо всех прелестных вариантов я вас всё-таки отвезу на точку. Только не по адресу, а в Центральную Цитадель Закона. Гильдия «Хронос», если интересно. Вам вынут почку или что там полагается, а мне выдадут квиток на пару бонусных часов за гражданскую ответственность.

Насчёт разборки на органы я, если что, не шучу. Корпораты ноют, что Междумирье не вывозит постоянно прибывающих «плавунов» (попаданцев вроде меня). Поэтому смертная казнь применяется часто и разнообразно. С трансплантацией никаких проблем нет, да и хоть часть беспредельщиков остывает. Но только часть. Особые радикалы пугают общество тем, что совсем негодных будут пускать на зелёную (почему-то) питательную пасту. Откупиться? Можно. Но не у всех есть столько запасных лет.

– Ну ладно, не скучайте тут.

Я неспешно лечу в сторону законников, попутно благодаря и матеря неведомых мне техномагов. С одной стороны, они свою работу делали так, что интерьер Малышки напоминает скорее ретро с кучей тумблеров и щёлкающих клавиш. С другой стороны – благодаря тому, что они построили антигравитационный привод на магии, я остался в воздухе. Иначе – привет, прохладная водичка великого Океана. Электроника потихоньку оживает, но радио, коммуникатор и (главное!) таксометр включаются только после неоднократного включения-выключения.

СООБЩЕНИЕ от: Таксисты Центро-ВостокаАвтор сообщения: КруллтукТекст сообщения: На мне гоблины пытались утащить мешок серебра (какие-то кубки-мубки и прочая хрень). Дебилы решили пригрозить мне стволом, я их и изжарил. Как думаете, если оставить себе – пустят по нулю или обойдётся?Приложения: видеофайлТэги: закон, мудилы, гоблиныКомментарии: 32

Ну да, какая там магическая буря. Бури – обыденность, зато забавные случаи и потенциальное обнуление (то есть штраф, оставляющий только символическое время на хронокоме) куда интереснее нашему брату. Центровосток – это наше место обитания. Центр – то есть Башня Молний, рядом. Башня щедро оттягивающая на себя большую часть магических бурь и вроде как накачивает хронокомы временем. Точнее – магией, которую те… Или наоборот? Ладно, неважно.

Так вот, Башня Молний перекрывает заметную часть горизонта. Чат «Центровосток» назван так, потому что касается восточной части центрального архипелага. Всё просто. Как и словесные баталии таксистов, мечущихся от кодекса этике к жадности и обратно с уморительной непостоянностью. Я отдаю им должное, но через пару минут всё же переключаю коммуникатор в режим передачи. Паралич дамы сзади не вечен.

– Цитадель, примете преступника? Она тут немного парализована, но сможет отвечать на вопросы. А судя по одёжке – и оплатить урон.

В ответ я слышу страдальческий стон.

– Иван, когда ты начнёшь их просто выкидывать в море, – вздыхает Ландика. – Какой это за последний месяц?

– Всего лишь третий.

Я не очень-то люблю насилие, поэтому у меня и стоит парализатор. А вот поэтому у нас с законниками есть некоторые разногласия. Обычно таксисты для особенной педали прикупают что-нибудь обращающее в пепел и сокращающее заботы дружин. «Щекотку дьявола», «Смерть-лампочку» или там «Дыхание дракона». Свежевыплывшие новички, наслушавшись баек, прикупают себе «Стальной шторм». А после первой же попытки ограбления долго и мучительно чистят салон от ошмётков.

– Вот скоро сократят время для «плывунов» и перестанете тратить своё, перехватывая нашу работу!

– Перехватывают лодочники у честных таксистов, а я… Стоп, а с чего бы сокращать?

– Совет обсуждает. Не слышал, что ли? Каждый нытик в Гало об этом рассуждает уже несколько дней подряд.

Совет – сборище пердунов, делающих вид, что управляют Городом. Теоретически, среди них должны быть лучшие маги, техномаги и инженеры из попадающих сюда. В реальности – имеющие на хронокоме десятки и сотни тысяч лет. Для всего остального они нанимают профессионалов.

– А, совет… Я, дорогуша, и в прошлом мире держался подальше от власть держащих. Это они ко мне иногда прыгали.

– Рассказывай мне, таксист… а может всё же выкинешь дамочку?

– Чёрта с два. Просто признайся, что тебе жаль видеть, как ужин отправят на переработку.

– Да как ты смеешь, – давится смехом дежурная.

Она вампир, и очередное «списание» воспринимает примерно так же, как если бы выкидывали колбасу.

– Ландика, завязывай трепаться! – орёт кто-то на заднем фоне.

– Привет Гордаульфу.

Пожилой гном, начальствующий над участком, принял когда-то у меня первого пойманного преступника. И долго отчитывал, что вместо использования современной техники я грабителя слегка укачал, а потом поколотил. В качестве средств остановки преступника он предлагал: магические артефакты, огнестрельное оружие, рунические молотки («только небольшие, как для отбивания баранины»), светошумовые кристаллы… Но особенно он выделил отравляющие газы.

Он отчего-то думал, что в моём мире они очень распространены и осведомился, какой стоял у меня в машине. Пришлось отвечать, что с маркировкой не знаком, а вот производные назвать могу. Копчёная колбаса, сыр «Дружба», лимонад «Колокольчик». И ничего, удостоился серьёзного кивка.

– И тебе привет от него, – смеётся Ландика, но её голос быстро становится суровее. – В общем, Ваня, у нас тут завал. Тотальный. В ближайший час принять твой груз не сможем.

– У вас всегда завал. Или сегодня особенный?

– Не то слово. Ватагу орков повязали. Упились портвейном, как скотины, и разнесли половину переулка на Джанкере. Урона лет на пятьдесят, а то и больше.

– Представляю, что творится… Могу повисеть в зоне ожидания? Мне с дамы ещё нужно стрясти компенсацию, как-никак.

– Да пожалуйста.

Очередь на сдачу преступников – это серьёзно. И окончательно множит на ноль вероятность, что я спокойно сдам «Малышку», получив квиток о возмещении урона, да пойду спать. Отваливаю подальше от «силового» острова и начинаю пытаться поймать хоть что-то радио. Оно два раза щёлкает и женский голос отчётливо сообщает:

– Раз-раз.

– О, ожило наконец, – хмыкаю я.

– Принят запрос от внешнего устройства, Ваня, – заявляет густой женский голос.

Я от неожиданности чуть не бросаю баранку, но сдерживаюсь. Мне всё ещё нужно как-то держать контроль над кэбом, да Что-то поселилось в мозгах моего такси? Ну, после магических аномалий бывает и не такое.

– Ээээ, что за запрос?

– Сообщение. Вывести информацию на экран?

– Ну давай посмотрим, что от нас хотят. Давай на основной.

СООБЩЕНИЕ от: частное лицоАвтор сообщения: ЛиаданТекст сообщения: отключи артефактПриложения: отсутствуютТэги: пжлст

Лиадан. Так вот как тебя зовут, дамочка.

– Ни черта себе наглость! Малышка, как тебе такое?

– Я бы сказала – даже хамство, – замечает такси другим, более суровым (но всё ещё женским) голосом.

– Кроме текста ничего не было?

– Есть унылые попытки взломать меня, но они слишком примитивные.

СООБЩЕНИЕ от: частное лицоАвтор сообщения: ЛиаданТекст сообщения: у меня есть часы и годы чтоб расплатиться за ущерб пусть жестянка посмотрит есть работаПриложения: отсутствуютТэги: пжлст

– Это я-то жестянка? – возмущается такси новым голосом. – Да у меня вычислений в секунду больше проходит, чем у этой…

Видимо, с женским голосом моё такси получило и женский характер. Что ж, не по этой части жизни с женщиной я скучал, оставив свою жену в другой реальности.

– А про время наш нуарный детектив не трындит? – прерываю я истерику. – И если тебя не затруднит – не меняй так часто голос.

– Нет, – замечает Малышка после паузы. – У неё триста лет на хронокоме.

– А залатать тебя будет стоить… – прищуриваюсь я.

– Примерно лет пять.

– Не многовато?

– Я предлагаю включить в компенсацию химчистку салона, замену давно глючащего приёмника, компенсатора потока и прогоревшей обивки заднего дивана.

– Хорошо жить не запретишь. Отключаем артефакт?

– Отключаю.

Лиадан резко вдыхает, пару раз моргает и успокаивается. Неожиданно, но неплохо. Она оправляет тренч и сразу берёт быка за рога.

– А ты неплох, Иван, – она медленно вдыхает и осторожно спрашивает: – Слышал о «водолазах»?

Кто ж не слышал (вру, в качестве комплимента – первый раз). «Плавуны» один раз оказываются в воде и всегда в шоке. Их места появления примерно научились высчитывать, но всё равно не совсем понимают, что с ними делать дальше.

– Старая байка. Вот только никто из моих знакомых не видел их. Обычные «плавуны» вываливаются часто – на этой неделе одного вот…

– Нет-нет. Именно повторно вылетевшие и выплывшие. Они реальны.

Другое дело – «водолазы». Они тоже оказываются в воде и тоже явно сменили мир. Вот только ведут себя как бывалые – и нередко их узнают вновь, хоть опознавательных чипов в конечностях больше нет. Как правило, за «водолазов» принимали бухих граждан, падающих в море. Но среди таксистов они – одна из любимых баек. Где-то после похотливых заказчиц и чаевых в пятьсот лет.

Всё это я и вместил в одно слово:

– Брехня.

– Я бы могла с тобой спорить, но нет времени, – торопливо сообщает Лиадан. – Скажу так – близкий человек моего нанимателя пропал без вести. А затем «выплыл» посреди центрального сектора, на виду у десятка разумных созданий.

– Он мог неудачно заняться дайвингом.

– В офисном костюме?

– Выпасть с гравицапы.

– Без единого перелома?

– Наконец, просто решил поплавать по пьяни.

– Плавал-то он хорошо. Но недолго. Две пули в грудь – и пара сотен лет отправляются в никуда. – Она молчит, давая мне переварить сплетню.

Впрочем, мне без разницы, какое двойное дно у её рассказа.

– Байка знатная, Лиадан, но я всё ещё не понимаю, чем могу вам помочь.

– Ты таксист.

– Был им, когда последний раз смотрел в зеркало.

– Ты хорошо водишь. Такие люди мне пригодятся, – сверкает глазами Лиадан. – Я понимаю, что ты не детектив, но возможно, когда-нибудь ты услышал от пассажиров…

Я смеюсь и решаю перейти на «ты». С таким подходом мадмуазель быстро отправится кормить крабов, а с покойниками вежливость нужна только на поминках.

– Греца с два тебе.

– Может…

– Нет, милочка. За продажу данных о пассажирах меня пустят по нулю, едва я успею выговорить «что-то водород подорожал». Не надейся.

– Опасная работа оплачивается вдвое дороже.

Я лишь вздыхаю. Мне, конечно, нравятся бой-бабы, пусть даже и упавшие сверху, но предложение мне откровенно не по душе.

– Милочка, и мне что с того?

– Работа хорошо оплачивается.

– Как и работа плотника, изготавливающего деревянный макинтош.

– Чего?

– Гроб делающего, – ворчу я. – Нафиг не нужно мне время с твоего хронокома. У меня его и так хватает, поверь. Пять лет заряжай за ущерб – и свободна.

Лиадан прикладывает хроноком без лишних вопросов, пока я держу педаль над парализатором. Пять лет – честно, ни секундой меньше, ни секундой больше.

Я высаживаю Лиадан на «Буграх» – неказистом островке,если честно. Некогда тут свалили целую кучу гравия, гордый проект какого-то дельца. Да так и забросили. К тому моменту, как владелец вынырнул из очередной временной аномалии, на каменистой горке уже вовсю зеленели кусты и цепкие деревца впивались корнями в щебень. Смотреть на это ему, видимо, стало приятнее, чем воевать с любителями природы. Так и оставил.

«Сударушка» с тихим неодобрительным гудением касается шасси шершавого камня. Лиадан выходит, её тренч резко контрастирует с этим одичавшим пейзажем. Она осматривается с тем самым критическим взглядом, которым, наверное, проверяет места преступлений. По старой традиции лодочников я выкидываю ей револьвер с одним патроном. Ибо нечего было мне им греть затылок.

– Уютно, – сухо бросает она, смахивая несуществующую пыль с рукава.

– Понимаешь, в уютности и есть гениальность, – парирую я, глуша двигатель. – Никто и никогда не подумает искать детектива на заброшенной куче гравия, поросшей сорняками. Это даже не подворотня. Это – ничто. Идеальная точка для встречи с призраком.

Она молча кивает, её взгляд скользит по островку, выискивая тени, которых тут попросту нет. Только камни, упрямая зелень и вечный шум океана внизу.

– И как мне отсюда выбраться, – говорит она, больше себе, чем мне.

– Найми лодочников, а лучше – такси. Но не меня.

Я захлопываю дверь и взлетаю наверх.

Глава 3

Длительность поездки: Шестьдесят пять минут.

Цена поездки: 180 условных минут/час

Количество пассажиров:три амфибийника

– Счастливой дороги! – машу я вслед какой-то семейке рыболюдей.

Вроде как они собираются на отдых, судя по небольшому разговорчику. Почему нет – всё ж дело происходит на узловом атолле, отсюда можно сесть и на комфортный воздушный корабль и даже качающуюся лоханку лодочников взять. Не люди они что ль, чтоб не отдыхать? А может, и переехать приехали – вещей у них много было и только бездна знает, где они живут. Не в жилых блоках же?

Я припарковываю Малышку на выделенной площадке, зыркая в сторону недовольных «капитанов» пассажирских корыт, и вскрываю саморазогреваемую кружку с кофе. Да, вредно. Да, плохо отражается на сердце и мозгах. Но пока у такси есть самосознание – буду называть её так. Если вы подумали, что я вещаю о кофе – то зря. Его я просто люблю, и плевать на побочные эффекты. Дневной туман меняется на вечернюю дымку. В этом проклятом месте редко бывает что-то третье. Пару раз я попадал в хороший такой ливень, а на некоторых атоллах регулярно идут заряды снега. Впрочем, возможно – это всего лишь очередная магическая аномалия, которые меняются чаще, чем настроение у хобгоблина.

– Тебе там гном звонит, Ваня, – деловито сообщает мне Малышка.

– Который из?

– Я их не различаю. Соединять?

Я не успеваю ответить, как на небольшом экранчике появляется сначала борода, густо усыпанная амулетами и бусинами, не менее блестящие щёки и только затем – два глаза-бусинки. Грор. Один из тех, кого в этом мире можно назвать если не другом, то уж точно – товарищем.

– Рус, здорово!

– И тебе не хворать, Грор.

– Ты сейчас не в восточных атоллах?

О, наверное вы и не поняли. Город представляет собой архипелаг. Кольца островов, расположенных так, словно кто-то уронил мешок с камнями в луже. К ним как-то сразу приклеилось название «атолл», да так и осталось. Забавно, но проклятой дымке, хорошо снижающей видимость днём и не менее проклятому ночному туману ни одного нормального названия так и не дали.

– Не, ближе к северным, – качаю головой я, представив в голове карту архипелага.

Атоллы разделены океаном пятидесятиметровой глубины. Материнская порода дна – какой-то отвратительный кристалл по типу обсидиана. Пространство – бесконечное, ещё никому не удавалось дойти до его края. Некоторые маги считали, что мир бесконечен, потому что он является «прослойкой» между всем вариантами мультивселенных. Поэтому его и прозвали Междумирьем.

– А. Ну, если будешь рядом с атоллом «Крубаль», то осторожнее. Там орки-шабашники пытаются в такси со строительным добром уехать.

Орки. Я уж не знаю почему, но их тут немало – хоть и меньше людей всех возможных оттенков и разновидностей. У зеленозадых как-то не получается встраиваться в почтенное общество (как и у людей, впрочем). С другой стороны, есть и совсем принципиальные бомжи, предпочитающие жить, будто ничегошеньки не случилось с ними. И да, есть те же феи или демоны, с которыми половина Междумирья вообще брезгует водиться.

– Я бы на такое не согласился. Как-то смотрю на карточку заказа, – скалю рожу я.

И действительно, зря что ли в таксографе пишут, кого именно нужно везти?

– А вот Чроб зачем-то решил подсобить братьям-оркам. Только на бетономешалку он был не согласен, а её в карточке заказа и не было, бвахахаха! Кстати, я тут вот чего подумал: слышал что-нибудь про исстётлинг?

Бип-бип. Таксограф ненавязчиво моргает лампой вызова, но Грога таким не смутишь.

– Это вродё сюрстрёмминга?

БИП-БИП!

– БВАХА! Да нет, дурень наземный! Это спорт! Камень по льду таскаешь, перед ним щёткой…

– ГРОР ДАЙ ЕМУ ОТВЕТИТЬ НА ВЫЗОВ! – рявкает моё такси командным голосом так, что у гнома аж борода уменьшается.

– Грор, у нас такое называется «кёрлинг». Извини за такси, после магической бури она стала нервной и болтливой.

– Да я-то что, смотри, смотри… – тушуется малой.

А Малышка, издав довольный «бип», выводит вместо гнома сообщение.

СИСТЕМНОЕ СООБЩЕНИЕ: НОВЫЙ ЗАКАЗМесто отправления: Грузопассажирский Атолл-3. Таксофон 1113Место прибытия: Развлекательный атолл «Звёздная дюна»Пассажиры: 1 человек.Пометки: …

– Ладно, тут заказ прилетел. На Звёздной дюне сегодня спокойно?

– Да как обычно – пара драк и больше шума. Давай, мне тут тоже нужно ещё высаживать пассажира… Насчёт кёрлинга ещё перетрём!

Что ж, с местом посадки мне повезло – система поймала пассажира на этом же атолле. Лететь недолго, поэтому сначала я от души затягиваюсь солёным воздухом, вливаю в себя немного кофе и только затем сажусь за руль. Включаю двигло, пристегиваюсь (без этого никак) и малым газом двигаю в воздух. Судя по навигатору, нужно просто облететь остров и сесть у одной из лестниц к воде.

– Кофеин вреден, – ворчит Малышка.

– Работа тоже. Но обычно ни это, ни то в причинах смерти не пишут.

Пейзаж меняется. Эта часть вокзального атолла заметно пустыннее. Какие-то участки огорожены, но в основном пейзаж состоит из пыльных мини-дюн, начатых, но брошенных дорожек и очень старого асфальта.

Наконец, зуммер сигнализирует, что пассажир в пределах пятидесяти метров. Я снижаю скорость и включаю обзорную камеру – но фонарей маловато.

– Вон твой таксофон, справа-спереди. А под фонарём, видимо…

– Наш пассажир. Больше и некому.

Человек. Мокрый. В странном плаще при капюшоне. До попадания я бы подумал, что он сбежавший с проплаченного поединка боксёр. Ну вы знаете, взял деньги за подставу, поставил на себя и завалил противника к грецам собачьим. Но только мы в Междумирье – а странные плащи и не менее странные капюшоны вполне в моде местных магов. Коих тут вагон и маленькая тележка.

– С него вода льётся, как с «воздушного водопада»! – восклицает такси.

– Попал под ливень может? – сомневаюсь я.

– Может, и под ливень, – покладисто замечает Малышка. – Но в этой части атолла магических бурь или непогоды не видела.

– Сомневаюсь, что тут дело в погоде. Скорее он только вылез из океана.

– Плывун? – настораживается «такси».

– Попаданец, – киваю я. – Но не факт. Подготовь систему просушки пассажира, а то останутся мокрые пятна на обивке. Оно тебе надо?

Вместо ответа такси ворчит – то ли движком, то ли голосом. Я же просто приземляюсь рядом. Ворчание ворчанием – а клиента нужно везти. Видок у пассажира, конечно, тот ещё. Потерянный, помятый – он оглядывается так, словно не совсем понимает, где находится. Но мои попытки присмотреться (особенно к зрачкам) ни к чему не приводят – он накидывает капюшон и прячет лицо. Ну и ладно. Ну и пожалуйста.

– Что, искупался, болезный? – ворчу я.

– Да, – глухо выдавливает он из себя, оглядывается, и добавляет: – наверное. Не уверен. Где мы?

– Третий перевалочный атолл, двенадцатый причал. Первый раз в Междумирье?

Вместо ответа мужчина кивает, словно не вполне понимает мои слова. Что ж, если «вавилонская рыбка» у него вытекла в голове или вовсе отсутствует – его можно понять. Некоторые маги могут себе скастовать аналог этой хитрой дряни, но всем даётся тяжело резкая смена обстановки.

– Ориентировочная длительность поездки – тридцать три минуты. Цена – двести десять минут. Едем?

Вместо ответа мужик залезает внутрь. Я принимаю это за согласие и активирую поездку.

Длительность поездки: Тридцать три минуты

Цена поездки: 210 условных минут/час

Количество пассажиров:один человек

Где-то далеко на западе бушуют молнии. Пять секунд – одна молния. Адское зрелище. Немудрено, что пассажир неотрывно смотрит в окна, пока мы взлетаем.

– «Кататумбо» явился, – негромко комментирует магическую бурю моё (моя?) такси. – Давненько его не было.

– Ждём возвращения путешественников?

«Кататумбо» был очень и очень специфичным видом магической бури. В то редкое время, когда ночная погода близка к ясной, по большой площади океана начинают бить молнии. Самые обычные. Но сотни. Грохот страшенный и не дай боже попадёшь под одну из них – удовольствие пикирования в воду переживают не все. Но по странной иронии природы, они никогда не бьют далеко в открытом океане – только неподалёку от обитаемых атоллов. И очень часто с «Кататумбо» «попадали» целые толпы народа.

Правда, иногда – прожаренного до степени готовности «велл дан».

– Посмотрим. А вы как думаете? – повышаю голос я.

Пожатие плеч было мне ответом. Пассажир на ночь глядя попался совсем не болтливый.

– Возможно, он плавун вроде тебя, – негромко замечает Малышка. Я неодобрительно кошусь на приборную панель. – Что? Я просто предположила!

– У вас искусственный интеллект в машине? – подаёт голос пассажир.

– Нет, просто эээ глюк.

– Глюк? – мужчина задумывается. – Что ж. Интересно, после чего может возникнуть разум в железной коробке.

– А ну полегче! – возмущённо вскрикивает Малышка.

– Извините, мэм, – спокойно отвечает «плащ». – Для меня такое в новинку.

Поездка проходит в молчании, нарушаемом лишь гулом антигравитаторов и подчеркнуто монотонным голосом навигатора. Видимо, Малышка обиделась. Впрочем, её можно понять. Я краем глаза наблюдаю за пассажиром в зеркало. Странный какой-то. Не смотрит в окно. Не читает, не слушает музыку, не смотрит во все глаза, как это обычно бывает у новичков – просто сидит, неподвижный, как статуя.

– Это последствие чего-то вроде шторма, – сообщаю я ему. – Но магического. Чаще всего такое вредит, иногда даже убивает. Очень редко – помогает, но в основном – предлагает разные странные штуки. Медуз летающих, миражи, призраки – ну и вот у меня теперь такси болтает, пока не попросишь замолчать. Ну или пока не нагрубишь.

Мужик выдавливает из себя негромкий смешок.

– Никогда не слышал о подобном.

– Недавно у нас в Междумирье?

– Только что выплыл, можно сказать, – мгновенно отвечает мужчина.

Ой темнишь ты, мил человек. Только что выплыл, а сразу накинул на рожу мокрый капюшон. Первый раз в Междумирье – а не сильно удивился такси, летающему над водной гладью, аки фея над укуренным троллем. Пытался вернуться обратно, нырнув? Думал подышать в воде? Ну, мне плевать.

– У нас дела просты. Работаешь, получаешь время, тратишь время и снова работаешь. Рано или поздно привыкнешь.

– Возможно, – соглашается пассажир и отворачивается к окну.

Ну, мы не идиоты, намёки понимаем. Хочешь подумать – так пожалуйста. Хочешь отправить подумать – хорошо, обнимемся и вместе думать пойдём. Да и как-то не до того: в воздухе всё такая же буйная малина с лихачащими гоблинами и прущими напролом орками. Они то тормозят, то резко выныривают перед носом – а я не летучий корабль, чтоб намотать их на киль. Уклоняться приходится, да.

Минут через двадцать кэб выныривает из тумана перед «Звездной Дюной» – причудливой формацией из песчаника, отдалённо напоминающей руины башни и светящейся изнутри слабым звездным светом. У входной группы уже трутся тени – гуманоиды и не совсем такие. Торгаши и маги активно выуживают тут часы и дни у свеженьких «плывунов», которые ещё не разобрались или уже не хотят разбираться в местных хитросплетениях. Вместо этого они проводят вечера, а иногда и целые дни, употребляя зелья, погружающие в воспоминания об их изначальном мире. Кто-то из числа поехавших крышей магов и примкнувших к ним активно пытались найти способ попасть обратно.

– Приехали. Осторожнее с этим местечком, тут только и думают, что выудить пару лет на халяву.

– Не дождутся, – ворчит мужик и одёргивает рукав. Я вижу хроноком размером так с генеральские котлы, пяток перстней (наверняка магических) и какую-то геометрическую татуировку.

Что ж, если и «плывун» – то не свежий. Пассажир платит практически машинально, без лишних слов. Прежде чем выйти из кэба, он слегка повернул голову к терминалу, и на мгновение капюшон откинулся. В тусклом свете приборной панели я вижу лишь часть лица: немолодое, небритое, но с легкой, едва заметной ухмылкой в уголках губ.

– Хорошего вечера, – ворчу я.

– Увидимся, – негромко соглашается пассажир и растворяется в толпе.

Я провожаю его взглядом. В этом «увидимся» не было вопроса, лишь утверждение. Я часто возил пассажиров в Звездную дюну – место, куда попадали новички, потерявшиеся в Междумирье. Но в этом пассажире было что-то другое. Что-то слишком самоуверенное.

– Только что выплыл, ага, как же, – ворчу я и качаю головой.

– Его минуты ничем не хуже других, – замечает машина.

– Вот только откуда они у него есть?

– Откуда-то. Как и у всех, – начинает раздражаться Малышка.

– Да. Но все всплывшие офигевают и тем более не знают о том, как расплачиваться собственным временем. Смекаешь?

– Смекаю. Но этот разобрался, раз не умудрился продать свои перстни.

– Заметила?

– Конечно. Зря ты, что ли, камеры внутрь ставил?

Я лишь качаю головой и завожу двигатель. Таксометр я пока выключил. На этом атолле больших чаевых не срубишь – зато нервы тут любят потрепать. И нытьём, и жалобами во все инстанции.

– Тебе просчитать вероятность, что этот перец – «водолаз»? – вдруг негромко спрашивает Малышка.

– Давай не задумываться об этом, – отвечаю я после паузы. – И молчать как можно дольше. Это не та городская байка, которую я рад встретить вживую. Лучше ту про автономный пивзавод. Или про атолл-кусок космоса, с собственной звездой. Поехали домой.

– Тебе напомнить про вред алкоголя?

– Не стоит.

– Табака?

– Не курю.

– Излишнего сна?

– Вези уже домой, – вздыхаю я и откидываюсь на спинку, сгибаясь-разгибаясь влево-вправо. Поясница пошаливает что-то.

Розоватая дымка окончательно загустела и сменилась ночным, синеватым, густейшим туманом. В такой чертовне можно было влететь на часы, бабахнув такси, так что я решил, что с меня на сегодня хватит. Пора, так сказать, и честь знать. Дома меня ждёт тёплое одеяло, слегка наклонённые полы (этот домик не очень удачно «выплыл» из другого мира) и «гало» – чудо техномагии, проецирующее картинку в модных трёх измерениях.

Правда, уже на приквартирной площадке я чую, что дела неладны. Вечно срущиеся соседи (пара гоблинов и небольшой выводок в четыре рыла кобольдов) внезапно сидят тише воды ниже травы. Из квартиры хоббита не пахнет едой. От такого рука тянется к кобуре. Не то, чтобы там был магический посох, но и девять миллиметров свинца – вполне неплохой задел для разговора. Даже с тем учётом, что последний раз я стрелял ещё в прошлом мире.

Дверь приоткрыта. Замок явно выбит. Бесшумно ругаюсь, толкаю дверь вперёд.

Тишина. Прохожу ближе, принюхиваюсь. Чроб всегда говорил, что о засаде даже люди могут догадаться по изменившемуся запаху. Даже пытался меня как-то научить, как эти изменения поймать, но всё без толку. Чужих мой шнобель не чует. Да и уши. Да и глаза. Никого нет.

Вы спросите: «Получается, пронесло?» и будете чертовски неправы. Ведь квартире хана. Кровать перевёрнута. Зеркало разбито, из шкафа все вещи выкинуты на пол. Весь уют как слизан магическим туманом. Но самое страшное – все тайники с временем вскрыты. Самый большой, в пустотелой колонне, до самого маленького под матрацем. Я холодею – в наличии всегда оставлял себе не больше пары дней. Чтоб никто не обчистил в дороге.

Я мечусь от одной нычки к другой, но они выбиты, вырваны, вытащены и грубо спёрты вместе с тики-статуэткой.

– Чёрт, ну хоть ты-то будь на месте! – почти ору я, роясь в выкинутых на пол вещах.

Может, среди предков вашего покорного слуги немцев не было, но такого беспорядка я не допускал. К счастью, волшебный ларчик на месте. В нём полнейшая чушь, сувениры, а ещё – должна быть хоккейная шайба с ЧМ в Минске. Мало кому интересная, но хранящую в себе целых три месяца. Но фигурки поломаны, а шайба унесена. Пусто. Банкротство и уход на ноль стали даже не подмигивать мне опасностью – а выть сивучем.

В недавно взятом кредитном бунгало лежит год на «крайний случай». Но до него лететь часов шесть минимум. Можно быстрее – но магов, которые бесплатно телепортируют на тот атолл, у меня нет.

Что ж, я снова по уши в дерьме.

Глава 4

Ночь прошла в аду судорожных заказов и эпизодического с

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.