Телохранитель для принцессы

Глава 1

В гостиной, помимо Дианы, находился высокий мужчина в неброской, но явно дорогой и качественной одежде. Помнится, во время последнего нашего разговора отец обмолвился, что хочет меня кое с кем познакомить. И намекнул, что новый знакомый сыграет в моей жизни очень важную роль.

Шагая к центру огромной гостиной, я внимательно изучала незнакомца. Цепкий взгляд стальных глаз, темные брови вразлет, высокий лоб, прямой нос с едва заметной горбинкой, острые скулы, недовольно поджатые губы – явно возмущен моим откровенным изучением его персоны – гладко выбритый волевой подбородок и светлые волосы, аккуратно зачесанные назад.

Я даже руки в кулаки сжала, чтобы унять неуместный зуд от желания растрепать его прическу, а то слишком уж все идеально. Скользнула взглядом от широких рельефных плеч к мощному торсу, угадывающемуся под слоями одежды, потом опустилась еще ниже, к узким бедрам и крепким ногам, выгодно подчеркнутым тканью штанов. Впрочем, думаю, дело тут было совсем не в штанах. На этого что ни нацепи – все равно будет выглядеть шикарно.

Закончив осмотр, я поразилась коварству своего родителя: против такого жениха и возразить-то нечего. Но мне не хотелось ничего, кроме как сообщить, что договорные браки уже лет как пятьсот не практикуются и послать всех к демонам. Ну не люблю я, когда мне что-то навязывают. Не люблю! Отец называет это бунтарским духом, а Диана врожденной вредностью.

Остановившись у стола, я перевела взгляд на любовницу отца и приветственно кивнула. Она ничуть не изменилась за то время, что мы не виделись – такая же изящная и ухоженная, только взгляд стал другим. Сейчас в нем не было даже намека на притворную радость от встречи со мной.

–Знакомься, Эбигейл, это лир Аррон Алистер, твой телохранитель, – представила мне мужчину Диана, и я едва не поперхнулась вдохом.

То есть, не жених? Я облегченно выдохнула, но почти сразу осознала, что радовалась зря.

В смысле, «телохранитель»? Он похоронит мое тело в случае, если очередная выходка будет стоить мне жизни? Или будет таскаться за мной повсюду, постоянно путаясь под ногами? Такого счастья нам не надо, спасибо.

К тому же, мужчина мне понравился и не был виноват в том, что у меня тяжелый характер, поэтому я подумала, что мне стоит избавить его от такой участи, как постоянное пребывание в моей компании. Так сказать, по доброте душевной решила сделать хорошо и приятно нам обоим.

Дорога была долгой и порядком меня утомила, поэтому я решила сразу обозначить свою позицию, не размениваясь на положенные этикетом расшаркивания.

–Я не нуждаюсь в услугах телохранителя, – обратилась я к женщине, а потом перевела взгляд на господина Алистера. – Вы уволены.

–Это последняя воля твоего отца, – с нажимом произнесла Диана и окинула меня тяжелым взглядом. – Если в тебе осталась хоть капля совести, ты не посмеешь оспорить его решение.

Я уже набрала в грудь побольше воздуха, чтобы высказать свое мнение о том, у кого из нас двоих эта самая совесть хотя бы имеется в наличии, но тут до меня дошел смысл фразы «последняя воля». Так вот, почему он сам меня не встретил.

Меня как обухом по голове ударили, и я опустила ресницы, чтобы скрыть вспышку силы, которая всколыхнулась и попыталась прорваться наружу. Медленно выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Как сквозь толщу воды до меня донесся мягкий баритон блондина:

–… так что с этой минуты я буду вас охранять.

–Сочувствую, – обронила я, развернулась и покинула гостиную.

Моя комната находилась на втором этаже, и весь путь я пыталась осмыслить то, что недавно сказала Диана. Не получалось. Я не то, что осознать, я даже поверить в это не могла. Папы больше нет. Может, это какой-то глупый розыгрыш? Может, я неправильно истолковала ее слова?

Перед дверью я остановилась и тупо уставилась на позолоченную ручку. Мгновение спустя на нее опустилась широкая ладонь, и дверь открылась. Я медленно перевела взгляд на телохранителя. Он все это время шел сзади, а я даже не заметила.

–Мне кажется, вы слишком превратно истолковали слово «всюду».

–Вовсе нет, – ответил мужчина. – Я сейчас осмотрю комнату, потом вы сможете пройти.

–Это моя комната. Мой дом. Мне не может здесь угрожать опасность, – произнесла я тоном «для слабоумных».

Блондин закатил глаза и вошел. Я сразу проследовала за ним. Мужчина бросил на меня осуждающий взгляд, потом окинул помещение острым взглядом, пустил быстрое сканирующее заклинание, удовлетворенно кивнул и обернулся ко мне:

– Принимая во внимание то, как погиб ваш отец, не могу с вами согласиться.

Погиб. По телу прокатилась волна мурашек. Магия взбунтовалась с новой силой. Ответить я не смогла. Просто кивнула и указала на дверь.

–Мне нужно еще осмотреть ванную и гардеробную.

Честное слово, я еле сдержалась от того, чтобы вышвырнуть наглеца из комнаты заклинанием. Нельзя. На мне печать. Никто не должен знать, что она не работает.

–Подите вон, – рыкнула я, когда блондин закрыл дверь ванной и обернулся ко мне.

Он сверкнул глазами, но покорно вышел. Кажется, я его раздражала. Но мне было плевать. Сейчас главное предотвратить срыв. Это будет сложно, потому что ничего, кроме как отпустить контроль над эмоциями, мне не хотелось.

Я опустилась на ковер, задрала форменную рубашку и пробежалась пальцами по рисунку, расположенному в районе солнечного сплетения. Печать, которая удерживает необузданную магию. Когда ее на меня накладывали, я успела слегка вмешаться в процесс, и теперь завершающий узелок заклинания легко развязывался. Точнее, почти всегда отсутствовал. Я запирала в себе магию сама, только в критические моменты, вот как сейчас.

Прикрыв глаза, я нащупала нити внешнего круга и потянула за них, соединяя концы и замыкая печать.

Закончив, я утерла пот со лба и помассировала зудящую печать. Ее может сорвать, если поток магии будет сильным. У меня так уже случилось один раз, но никто не пострадал – это происходило в школе, где все было увешано поглощающими магию щитами. Сейчас все было иначе. Мне нужно как можно скорее куда-то «слить» силу, так как она вряд ли успокоится сама.

Сделав пару глубоких вдохов, я поднялась и прошла к двери. Телохранитель на диво недобросовестно выполнял свою работу – в коридоре было пусто. Может, получится по-тихому сбежать из дома?

Когда я уже почти натянула на себя черную рубашку с вышивкой по вороту и черные узкие штаны, в комнату, коротко постучав, вошла Диана.

–Эби, нам нужно поговорить, – ее чарующий голос был полон печали.

–Не сейчас, – процедила я, засовывая ноги в высокие сапожки на шнуровке.

Она не соизволила поставить меня в известность, когда погиб отец, а я должна теперь с ней разговаривать? Кстати, а когда он погиб? Судя по тому, что глаза у женщины не заплаканные, не два и не три дня назад. Я выясню все подробности. Потом.

–Я думала, ты все знаешь.

–Диана, – рыкнула я. – Определение «учебное заведение закрытого типа» не наводит тебя ни на какие мысли?

–Ты что, пойдешь веселиться, как ни в чем не бывало? – наконец, спросила она, наблюдая за моими сборами.

–Не твое дело, – отрезала я, накинула на плечи плащ и вышла в коридор.

Телохранитель нарисовался уже во дворе, когда я и вправду начала верить в то, что у меня получится избавиться от его общества. Молча помог мне взобраться в седло, потом грациозно взлетел на своего скакуна и поинтересовался, куда мы едем.

К его счастью, мужчина не стал высказывать свое мнение по поводу трактира, который я собиралась посетить, спокойно выехал на дорогу и не сказал мне больше ни слова. Я тоже не горела желанием общаться, даже не высказалась по поводу того, что меня окутала сфера защитного заклинания.

–Здравстуйте, лира Моргалис, – поприветствовал меня охранник у входа.

Алистеру пришлось вытерпеть сканирующее заклинание и сдать оружие. Я мысленно присвистнула и покачала головой. Не удивлюсь, если ушлый телохранитель умудрился оставить что-то при себе.

–Мне как обычно, Лайз, – сообщила я, плюхаясь за стойку, и обернулась к Аррону. – Хочешь чего-нибудь выпить?

Мужчина ожидаемо скривился и сообщил, что он при исполнении. Я пожала плечами и принялась ждать. Хозяин сегодня здесь, ему уже наверняка обо мне доложили.

–Крошка Эби! – меня сдернули с высокого стула и сжали в объятиях.

Я едва не опрокинула на себя большую глиняную кружку с темным напитком. Эдвин и сам не выглядел взрослым – скорее, даже, наоборот, но на самом деле он был в несколько раз старше меня, поэтому я и прощала ему «крошку». Ну и потому, что мы были довольно близкими приятелями.

– Давненько ты не радовала нас своими визитами.

–Но сегодня ваше везение закончилось, – гаденько ухмыльнулась я и смачно чмокнула Эдвина в щеку.

Смазливый красавчик скорчил рожицу и притянул меня к себе поближе. Естественно, он сразу оценил мое состояние и понял, зачем я приехала.

–А я ведь совсем недавно косметический ремонт сделал, – словно ни к кому не обращаясь, сообщил он.

–Слушай, Эд, я уже больше не могу терпеть, – прошипела я мужчине на ухо и, заметив внимание телохранителя, уже громче добавила. – Соскучилась, сил нет.

Была вероятность, что Аррон меня с Эдом никуда не отпустит. Я, честно говоря, очень сильно этого опасалась, так как уединиться с этим красавчиком мне было жизненно необходимо. Но Алистер вообще вел себя на удивление тихо. Он почти слился с окружающей обстановкой и ни слова не сказал мне, когда мы с парнем направились к лестнице, ведущей на второй этаж. В мою голову закралась робкая мыслишка о том, что телохранитель не так прост, как кажется, а еще знает что-то, чего не знаю я. Это раздражало.

Эд запер дверь и привлек меня к себе. Разорвать печать, которая уже начала нещадно жечься, на этот раз оказалось очень просто. Я потянулась к губам парня, вдохнула искорку его магии, позволяя ей сплестись с бушующим во мне потоком, и выдохнула ее обратно, медленно отпуская силу. Мужчина едва слышно застонал, запуская пальцы мне в волосы и сдавливая затылок.

Очень хотелось выплюнуть все разом, но какое-то время я держалась. А потом, когда, как мне показалось, основная часть уже вылилась, окончательно расслабилась, полностью отпуская контроль. Магия хлынула потоком, Эд сжал меня крепче и пошатнулся, продолжая, впрочем, жадно пить мою силу. Я вцепилась в плечи парня, не давая ему отстраниться или случайно разорвать контакт. Прецеденты уже случались – я разнесла весь кабинет и вынесла двери с окнами, не помогли даже встроенные заклинания.

Наконец, мой резерв полностью опустел, и мы оторвались друг от друга, тяжело дыша. Я тут же сползла на пол, так как ноги не держали. В теле поселилась предательская слабость. Слегка пошатывающийся Эд добрел до своего стола, выудил из ящика бутыль и протянул мне. Стабилизатор.

–Я не хочу, – вяло сообщила я, запрокинув голову к склонившемуся надо мной парню.

Он тряхнул головой и жадно отпил сам. Потом поднес горлышко к моим губам и насильно влил напиток в рот, зафиксировав для надежности мой затылок.

–Эд, ты паразит, – откашлявшись, сообщила я.

–В противном случае по твоему состоянию всем стало бы ясно, чем мы тут с тобой занимались, – развел руками красавчик, усаживаясь в кресло.

По телу медленно разливалось обманчивое тепло. Напиток нормализовал работу организма, стабилизируя эмоциональный и магический дисбаланс. Вскоре от моей апатии не останется и следа, а что я буду вести себя так, будто нахожусь в состоянии легкого алкогольного опьянения – так какое же лекарство без побочных эффектов?

–А я не хочу ничего чувствовать, – медленно произнесла я, массируя печать. – Я не знаю, как все это пережить.

–Подожди, когда ты приехала?

–Сегодня.

–Тебе не сообщили, – понял Эдвин.

Я покачала головой и запустила пальцы в волосы.

–Тогда тем более нельзя прятаться за безразличием. Тебе надо это пережить и отпустить, Эби, – серьезно сказал мужчина, глядя мне в глаза.

–Тогда расскажи мне, – твердо попросила я, – а то я ведь так толком ничего и не поняла.

–Если коротко, то экипаж твоего отца взорвался во дворе вашего дома. Он погиб на месте, щиты не спасли от перегрева. Но твой отец умудрился оставить для тебя кое-что. Кристалл с записью. Думаю, тебе его если не отдадут, то хотя бы запись покажут. Я дам контакты следователя, который ведет дело.

Потом мы смотрели запись с магического кристалла, сделанную месяц назад. Месяц, подумать только. Я целых тридцать дней прожила в счастливом неведении.

–Твой резерв очень сильно вырос за последний год, – сообщил мне Эдвин, когда я уже собралась уходить. – Я насытился. Вкус-с-сно, – он блаженно закатил глаза, но потом продолжил нормальным тоном. – Будь осторожнее с магией, если что, ты знаешь, где меня найти. Не тяни до последнего.

–Да уж, мне повезло, что когда-то я решила устроить погром именно в твоем трактире, – фыркнула я, открывая дверь.

–Ты знаешь, что твой… сопровождающий – из Разящих? К тому же, у него имеются определенные особенности. Регенерат, если я не ошибаюсь. И маг очень высокого уровня. Так что не пытайся его обдурить, будешь выглядеть глупо. И печать советую привести в нормальное состояние.

Помещение ему нужно было проверить. Гад. Что он успел там навертеть, пока я глазами хлопала? Я мысленно выругалась, завязала силовую нить печати и захлопнула дверь.

Отличное у меня окружение. Сирена, высший энергетический вампир, теперь вот элитный телохранитель из разряда неубиваемых. И выглядят же многие как люди, заклинаниями маскирующими пообвешаются, поди разберись, кто есть кто.

Сегодня выступал полуэльф. Этот менестрель был мне знаком, поэтому я без зазрения совести плюхнулась на скамью с ним рядом и попросила исполнить что-нибудь более душевное и менее веселое. Тот кивнул и провел пальцами по струнам лютни, вызывая тягучие, глубокие звуки.

Я какое-то время молча слушала и пила свой настой из трав и ягод с капелькой меда. Ягоды были кислыми, а травы – горькими и терпкими, но результат смешивания меня вполне устраивал. Напиток слегка обжигал горло и оставлял на языке едва различимую горечь, но никакого опьяняющего эффекта не оказывал. Я вообще алкоголь не употребляю. Вредно для здоровья окружающих.

–Что тебе сыграть? – негромко поинтересовался Таль, завершив очередную песню.

Я неопределенно передернула плечами.

–Я же вижу, что тебе хочется, – он начал перебирать струны, безошибочно угадав мое настроение.

Не то, чтобы у меня был великолепный голос. До Дианы мне было еще дальше, чем до достижения контроля над собственной магией, но слушать вполне можно, особенно, если у меня хорошее настроение. А вот если я пою, когда мне плохо, то становится плохо всем. Потому что с голосом я выплескиваю накопившиеся эмоции. Честно, открыто, прямо. И песни я выбираю соответствующие.

–Посетителей жаль, – пояснила я, оглядывая полупустой зал. – И тебя.

За то, что я делилась с Эдом своей магией, мне было позволено в его заведении творить все, что вздумается. Так что вампир мне ничего, кроме «спасибо» не скажет. Где еще такой мощный источник энергии найдешь, причем, добровольно отдающий силу? Но сегодня все слишком плохо. Не припомню, чтобы мне когда-нибудь было так паршиво.

–Тебе это нужно, – мягко сказал парень, продолжая наигрывать мелодию.

Эти песни исполнял на празднике Ночи один заезжий бард. Я не все приняла, но меня зацепило, хоть в них и было, на мой прежний взгляд, много грусти, боли, жестокости. А сейчас это было то, что нужно.

Каждый переживает песню по-своему, пропускает ее через себя и заставляет звучать так, как он чувствует. Я отставила кружку, поднялась и кивнула Талю.

Ну вот и все, конец игре:

Сгорают двое на костре,

А я смотрю на них в надежде видеть истину.

Над плотью, что уже мертва

Взлетают искрами слова,

Но я же, право, никогда не верил в мистику.

Но казнь окончена, и вот

Уходит с площади народ,

Он завтра вновь себя вернет к своим занятиям.

Да это все, но как мне быть,

Ни днем, ни ночью не забыть:

Летит из пламени костра мне вслед проклятие.

Я пела, а перед глазами стояла запись с кристалла. Полыхал экипаж, пламя взметалось ввысь, клубы дыма застилали небо, и я горела. Я сгорала там, вместе с ним…

И длится день, давая свет,

Но смерти матерный акцент

Теперь все время слышу я в любой мелодии.

И тонет в ужасе душа,

И сухо крыльями шурша

Ко мне подходит не спеша моя агония.

Таков уж, видно, жребий мой,

Нет сил смеяться над судьбой,

Я отлученным был, и стал сегодня проклятым.

Тебя отправил я на смерть,

Чтоб самому в огне гореть,

Но я сгорать уже устал, глотая горький дым…

(с) Канцлер Ги «Ну вот и все, конец игре»

Я чувствовала себя виноватой. За то, что не научилась держать в узде свою силу, не смогла стать достойной преемницей, не оправдала надежд. За то, что не смогла быть рядом.

Я пела, пела и пела. Перед глазами вставали картины прошлого, подсвеченные пламенем, наши ссоры и разговоры по душам, редкие встречи. Мыслями я была далеко, я забыла о том, где нахожусь и о том, что меня слушают люди. Я просто пыталась избавиться от боли и горечи, засевших в душе.

Наконец, я поняла, что пора заканчивать. Последний куплет был произнесен хриплым шепотом и поставил точку в моей исповеди. Я обвела зал шальным взглядом и с изумлением заметила слезы на лицах некоторых из присутствующих. Склонила голову и спустилась с небольшого возвышения, которое заменяло здесь сцену. В следующее мгновение ноги подкосились, и я рухнула на пол.

Точнее, почти рухнула: меня подхватили сильные руки. Подняв глаза, я с изумлением встретилась взглядом с лиром Арроном, про которого успела забыть. Да уж, воистину, память девичья. Я хихикнула и обвила его шею руками, потому что ноги не держали.

Алистер подался вперед, и я запрокинула голову, глядя в глаза цвета грозового неба. Сильные руки прижимали меня к горячему телу, ноздри мужчины едва заметно трепетали, будто он к чему-то принюхивался.

–Позвольте полюбопытствовать, дорогой телохранитель, как называется то, чем вы сейчас занимаетесь? – хрипло спросила я.

–А на что похоже? – темная бровь взметнулась вверх. Видимо, он был удивлен тем, что я могу связно разговаривать в таком состоянии.

–На харассмент.

–Что?

–Поведение личности, причиняющее неудобство или вред другой личности, нарушающее неприкосновенность ее частной жизни, – сообщила я и добавила для ясности. – Домогательство, проще говоря.

–Даже не мечтайте, – рыкнул мужчина мне на ухо. – Мы сейчас с вами, юная лира, отправимся домой…

–Но я не хочу домой, – капризно заявила я, пытаясь высвободиться из тисков.

–А вас никто не спрашивает, – отпускать меня не спешили, напротив, целеустремленно волокли к выходу, а когда я начала сопротивляться, бесцеремонно закинули на плечо.

–Тебе повезло, что моя магия запечатана, – доверительно сообщила я мужчине на ухо. -Поставь меня. Поставь, я сказала!

Я брыкалась, молотила кулаками по широкой спине и грозила своему телохранителю различными карами. Случайно выбила ногой поднос с пустой посудой из рук подавальщицы и едва не угодила пяткой по магическому светильнику на одном из столиков.

Алистер что-то невнятно побормотал, нажал несколько точек на моем теле, и я почувствовала, как оно предает меня. Руки и ноги безвольно повисли, отказываясь повиноваться. Демон, да я пошевелиться не могу!

–Ты что сделал, изверг? – взвыла я. – Как у тебя рука вообще поднялась? Да чтоб тебе…

И тут я с ужасом поняла, что из моего рта не вырывается ни звука. На этот раз мужчина использовал банальное заклинание. Что обидно, очень простенькое, но я, в силу своего состояния, защититься не смогла. Позор мне. В мыслях промелькнула картинка: отец неодобрительно качает головой. Опять взгрустнулось.

Ночной воздух окутал меня прохладой, по телу пробежали мурашки. Я поморщилась. Алистер усадил меня на своего скакуна, а сам устроился за моей спиной. Меня затошнило. Я снова поморщилась и злобно сверкнула глазами, так как никаким другим способом выразить свое отношение к ситуации была неспособна. Мы ехали медленно, но меня все равно немного укачивало. Моя лошадь послушно плелась рядом.

Я ощущала, как к телу постепенно начинает возвращаться чувствительность и думала о том, что скажу этому… телохранителю, когда он вернет мне дар речи. Сделать это самостоятельно не представлялось возможным: дурацкая печать не давала воспользоваться магией. Которой во мне сейчас оставались жалкие крохи. Можно, конечно, было эту печать снять, но я даже в своем нынешнем состоянии понимала, что это глупо – мне ведь ничего не угрожает, потерплю. Я мысленно одарила сидящего за моей спиной мужчину парой ласковых фраз, но он, естественно не проникся.

Наконец, я почувствовала, что оцепенение, сковывающее тело, полностью спало, медленно пошевелила пальцами ног, затем рук, потом размяла кисти и облегченно выдохнула. Промычала что-то невразумительное и царственным жестом указала на свое горло. Верни как было, мол.

–А ты будешь себя хорошо вести? – раздалось над самым ухом.

Я даже рот приоткрыла от такой наглости. Что ему не понравилось? А, бедняжка просто не знает, как выглядит мое плохое поведение. Я сочувствующе вздохнула.

–Я так понимаю, это отрицательный ответ? Тогда сиди так, – и он поудобнее перехватил мое опасно накренившееся тело.

Я сложила пальцы одной руки в неприличный жест, который девушкам моего положения даже знать не полагается, другой похлопала по обвивающей меня руке, привлекая внимание, и продемонстрировала мужчине получившуюся конструкцию.

–Сиди смирно, мы уже скоро приедем… принцесса, – последнее слово он произнес так, будто это было оскорбление.

Мужчине повезло, что он сидел сзади и не видел всей гаммы эмоций, отразившихся на моем лице. Так меня называл папа. Только ему это было позволено. И звучало прозвище ласково, нежно, и я сразу понимала, что, несмотря на все наши недомолвки и ссоры, отец меня любит. А этот… этот… да как он посмел вообще? Еще и с такой интонацией!

Из седла я вылезла самостоятельно, проигнорировав протянутые ко мне руки. Да я теперь не то, что прикасаться к нему, я теперь разговаривать с ним не буду, вот! По крайней мере, в ближайшее время.

Появившуюся в коридоре Диану я тоже проигнорировала, хотя возможность говорить этот вредитель вернул мне, как только я вошла в дом. В комнате я молча разделась и упала на кровать, накрывшись одеялом с головой. Какое-то время просто лежала и молча сопела, потом не выдержала и высказала в потолок все, что я думаю о своем новом сопровождающем. Получилось на удивление коротко и емко: «Гад бессердечный». Даже проклятия никакие на его блондинистую голову не наслала. Потому что я незлобная, а не потому что устала. Глаза закрываются.

Утро началось… просто началось. Я открыла глаза и уставилась в окно, за которым виднелся кусочек ясного неба и залитые солнцем верхушки деревьев. Но сегодня хорошая погода не могла повлиять на мое настроение. Стабилизатор подействовал как надо, поэтому чувствовала я себя вполне неплохо. Физически. Морально я была подавлена.

Посмотрев в висящее над раковиной зеркало, я с силой провела ладонями по лицу и растянула губы в улыбке. Вышло натянуто и неестественно. Нужно взбодриться. Я влезла в ванну и решительно открыла кран с холодной водой. С потолка хлынул ледяной поток, и я, хоть и была к этому готова, не смогла сдержать душераздирающего вопля, плавно переходящего в ультразвук.

Не прошло и двух секунд, как дверь в ванную распахнулась, ударившись о стену, и внутрь ворвался мой телохранитель. Я настолько опешила, что даже орать перестала. На нем были низко посаженные штаны и… все. Мужчина, бегло осмотрев комнату и сообразив, что никто меня убивать не собирается, стремительно двинулся в мою сторону, а я… я застыла, разглядывая его идеально вылепленный торс и крепкие руки.

Про ледяную воду вспомнила только тогда, когда Алистер ее выключил. Я сглотнула и перевела глаза вверх, запоздало залившись краской. Руки сжала в кулаки, подавив порыв прикрыться. Он уже все увидел, демонстрировать еще и свою неловкость я не собиралась.

–Вы забыли, как настраивать температуру воды, лира Моргалис? – спросил мужчина, глядя мне четко в глаза.

–Подите вон, – да, я была неоригинальна.

Как только за Алистером захлопнулась дверь, я закрыла лицо руками и села в ванную. Полную ледяной воды, естественно. Вздрогнула, но не произнесла ни звука, просто молча вынула пробку. Демоны, ну почему я все время попадаю в такие идиотские ситуации?

Активировав встроенное в ванну испаряющее влагу заклинание, прелесть которого заключалась в том, что оно срабатывало и у неодаренных магией тоже, стоило лишь нажать нужный камушек на панели, я дождалась, пока высохнут волосы и завернулась в махровый халат. Заявляться в таком виде на кухню не позволяли приличия, а позавтракать было нужно, хоть и не хотелось – у меня сегодня много дел, нужны силы.

Скрутив волосы в пучок, я облачилась в строгое темно-синее платье, сунула ноги в туфли на невысоком тонком каблуке и вышла из комнаты.

–Доброе утро, Эбигейл. Завтрак будет подан через полчаса, – оповестила меня хлопочущая на кухне женщина.

–Здравствуйте, лира Лайт, – улыбнулась я. – Можно я пока фруктов перехвачу?

–Конечно, деточка, – захлопотала она. – Ты кушай-кушай, вон как осунулась. Вчера даже и не поужинала. Да что там не поужинала, вообще на кухню не заглянула. А я, между прочим, черничный пирог испекла, специально для тебя.

–Извините, – покаялась я, – как-то так все навалилось…

–Тяжесть последствий от приема дурманящих разум веществ – единственное, что на тебя навалилось, – раздраженно произнесла заглянувшая на кухню Диана. – лира Лайт, не добавляйте корицу мне в кашу, в последнее время терпеть ее не могу.

Я вгрызлась в яблоко, заедая рвущуюся с языка фразу. С Дианой я старалась не спорить, предпочитала делать вид, что ее нет. Потому что дивный голос сирены, когда та изволила скандалить, играл с ней и окружающими злую шутку, которая шуткой вовсе не была.

–Что-то она не в духе в последнее время, – неодобрительно заметила наша кухарка, а потом сочувствующе поинтересовалась. – Ты сама-то как?

Я неопределенно пожала плечами. Хотела бы я это знать. Вроде бы, нормально. Способна мыслить и действовать. По крайней мере, пока. Как и когда изменится мое настроение, я предсказать не могла.

–Как твоя учеба? Всех там за пояс заткнула? – кухарка положила передо мной кусочек вчерашнего пирога и подвинула чашку с чаем.

Я благодарно ей улыбнулась и принялась пересказывать забавные ситуации, случавшиеся во время занятий. Вообще-то, в нашем «Туманном Острове» – так называлось место, где я училась – веселого мало, а развлечения можно по пальцам пересчитать, но нужно во всем находить положительные моменты.

–Лира Лайт, что там с завтраком? – прервал наш смех недовольный голос Дианы.

Я поднялась, подхватила тарелки с нарезкой из фруктов и понесла в столовую.

–Деточка, оставь, – шикнула на меня женщина, но я только отмахнулась. Мне несложно.

–Эби, ну что ты творишь? Сядь, пожалуйста, – закатила глаза Диана, уже занявшая свое место за столом. – Каждый должен заниматься своим делом.

Я молча уселась на стул. Взгляд наткнулся на пустое место во главе стола, и я поспешно вернула его в свою тарелку с кашей.

–Доброе утро, лиры, – поприветствовал нас спустившийся к завтраку Алистер.

Мы с Дианой нестройно пожелали мужчине того же, и я даже почти не покраснела, вспомнив утренний инцидент

–Ваш завтрак на кухне, – оповестила Аррона моя недомачеха.

–Почему лир Алистер не ест с нами? – вздернула брови я.

–Потому что здесь едят только члены семьи. Я попрошу тебя соблюдать этикет, Эбигейл.

Если уж на то пошло, Диана членом семьи не была. Но я не стала ей этим тыкать. Просто поджала губы и продолжила размазывать кашу по тарелке. Для Алистера место приема пищи, похоже, не имело никакого значения, поэтому он спокойно отправился на кухню. За небольшой уютный столик. А я осталась сидеть здесь, за огромным столом на двенадцать персон, напротив Дианы, и ее вид отбивал у меня весь аппетит, которого и так не было.

–Эби, ты ведешь себя отвратительно, – расправившись с завтраком, уведомила меня сирена.

–Ты тоже. Хотя бы тем, что отчитываешь меня при свидетелях.

–Как с тобой сложно, – сокрушалась женщина. – Почему ты никогда меня не слушаешь?

Я молча поднялась, подхватила поднос со своей порцией и направилась на кухню.

–Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! – чудный голос взлетел на тон выше.

Я поморщилась и захлопнула дверь кухни, надеясь на то, что Диана постыдится идти за мной и предъявлять претензии. Мои надежды оправдались. Выждав еще пару мгновений, я плюхнулась за стол напротив Аррона, рядом с лирой Лайт, и принялась запихивать в себя кашу.

–Мы поедем в департамент городской стражи, мне нужно поговорить со следователем, – уведомила я Алистера, как только с кашей было покончено.

Сегодня мы передвигались в экипаже. Телохранитель сидел напротив и буравил меня изучающим взглядом. Я делала вид, что меня это не раздражает, но потом не выдержала:

–Прекратите на меня пялиться.

–Как скажешь, принцесса, – и мужчина перевел взгляд чуть в сторону. Теперь он смотрел в мою сторону, но словно сквозь меня.

–И не называйте меня принцессой, пожалуйста, – рыкнула я.

Блондин хмыкнул, но промолчал.

В здание меня пропустили без проблем, как только услышали мою фамилию. Проводили в кабинет, усадили на жесткий стул, предложили воды. Я вежливо отказалась. Тинар Габи, тот самый следователь, принес мне кристалл с записью. Я отерла вспотевшие руки о платье (не видит меня сейчас Диана!), приняла кристалл и замешкалась, бросив косой взгляд на камень в массивном браслете – более мелких украшений с камнями подходящего размера у меня не нашлось.

Когда я узнала, что кристалл мне не отдадут, пришлось придумывать, как заполучить запись. Я была уверена, что папа оставил мне не просто сентиментальное послание, в нем наверняка было гораздо больше информации, чем смог выудить следователь. И мне придется очень сильно постараться, чтобы понять, что именно хотел донести до меня отец.

–Если хотите, я могу оставить вас, – тактично предложил лир Габи.

–Благодарю вас, – кивнула я, не веря своему счастью.

Если бы я знала, что все сложится так удачно, принесла бы еще один записывающий кристалл. Тогда скопировать запись не составило бы труда – нужно было бы просто сделать такой же рисунок кода без всяких изменений, так как все записывающие кристаллы стандартны. У них одинаковое строение и одинаковые свойства, разница лишь в размере, но он здесь большой роли не играет.

Однако я никак не могла предположить, что меня вот так запросто оставят одну. А поэтому придется сначала скопировать и развернуть ленту записи с кристалла, а потом намотать ее на кристаллическую решетку драгоценного камня, учитывая поправки на разницу в строении, все переносы на следующий слой и следя за тем, чтобы запись накладывалась ровно, не путаясь и не прерываясь – это могло привести к искажениям картинки и повреждению звука. В общем, работы было много, а времени очень мало, поэтому я приступила сразу же, как только за лиром Габи закрылась дверь.

Вроде бы, все прошло успешно. Все-таки, не зря я дочь лучшего артефактора столицы. Я выдохнула, натянула бесстрастное выражение лица и выглянула в коридор. Запись я потом посмотрю в спокойной обстановке, без свидетелей и, желательно, неподалеку от Эда. Кто знает, чем этот просмотр обернется.

–Есть еще что-то, что я должна знать? – возвращая кристалл следователю, поинтересовалась я.

–Это все. Пока идет следствие, я не вправе обсуждать с вами его детали. Спрашивать, видели ли вы что-то подозрительное – бессмысленно, я в курсе, что вы не встречались с отцом полгода. До свидания, и примите мои соболезнования.

Я кивнула и повернулась к Аррону, подпирающему стену. Тот бросил на меня внимательный взгляд. Я поспешила к выходу. Назвала вознице адрес одной из лавок с артефактами и села в экипаж.

–Что за сообщение оставил лир Моргалис?

–Вы знали моего отца?

–Я первый задал вопрос.

–Вам не кажется, что это личное?

–Послушай, я интересуюсь не из праздного любопытства, – терпеливо разъяснил блондин. – Я отвечаю за твою жизнь, хотя даже не знаю, от кого тебя нужно защищать. Важна любая мелочь.

–То есть, вам папа ничего не объяснил?

–Он связался со мной и попросил приехать к твоему возвращению на каникулы. Эбигейл, лир Моргалис предполагал, что тебе угрожает опасность. Повторю еще раз. Что было на записи?

–Не знаю, я не посмотрела, – отмахнулась я.

–Демоны, – рыкнул Аррон, сжимая руки в кулаки. – Ты дура или да? Как можно быть такой… безответственной?

–Сам дурак, – обиделась я.

Теперь уж точно не буду ему ничего показывать. И рассказывать. И вообще, я пыталась быть вежливой. Не высказывала претензии по поводу истории с моей комнатой, терпела постоянное присутствие постороннего человека, а он… обзывается. И обездвиживает. И голос отнимает. Так, приехали.

Несмотря на гибель отца, бизнес продолжал жить. По крайней мере, лавка, которая находилась непосредственно при лаборатории, работала.

Папин заместитель, лир Варлоу – человек хваткий, по сути, все дела ведет он. Мой отец, в основном, занимался наукой – изобретением новых артефактов и разработкой охранных заклинаний.

–Доброе утро, лира Моргалис, – почтительно поклонилась мне лавочница.

Поговорив с ней и расспросив насчет странных заказов и посетителей, которые наведывались сюда в последнее время, я поднялась на второй этаж, в кабинет лира Варлоу. К нему приставать с расспросами не стала – пожилой мужчина явно не станет делиться со мной информацией. Все, что посчитал нужным, он уже рассказал следователю.

Поэтому я выслушала соболезнования, высказала благодарность за то, что лир держит все под контролем, и обговорила условия дальнейшего сотрудничества. Проще говоря, сообщила, что полностью доверяю мужчине в этом деле и не собираюсь снимать его с должности, когда мне исполнится двадцать один, и я вступлю в права наследования.

Вниз я спускалась в состоянии крайней задумчивости. В том, что произошедшее – не случайность, я была уверена. Мог ли лир Варлоу убрать моего отца, чтобы завладеть бизнесом? По-моему, это нелогично. Во-первых, с новыми изобретениями дело идет гораздо лучше. Во-вторых, всего через пять месяцев бизнес перейдет ко мне, а это – новая проблема. Меня, конечно, тоже можно убрать… я тряхнула волосами.

Нет, очень глупо строить какие-то предположения при почти полном отсутствии фактов. Надо узнать о жизни моего отца за те последние полгода, что мы не виделись. Надо посмотреть эту запись, неплохо бы еще изучить то место, где сгорел экипаж.

Алистер ждал у выхода из лавки с недовольным выражением лица. Мы проехались еще по нескольким лавкам, но я там ничего интересного не узнала. Решила, что нужно заехать перекусить, потому что время уже близилось к вечеру, а голодный мужчина – злой мужчина.

Ели в тишине, на открытой террасе вполне милой кафешки. Точнее, ел Алистер, а я лениво потягивала сок через трубочку. Тарелка мужчины уже наполовину опустела, но на его настроении это никак не сказалось.

–Ты можешь просто свалить туда, откуда приехал, – не выдержала я. – никто тебя не заставляет за мной таскаться.

–Не боишься, что тебя кто-нибудь пристукнет? – блондин оторвал от еды заинтересованный взгляд.

–Тебе-то что? – я откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.

–Я должен твоему отцу. Поэтому, хочешь ты того или нет, я буду рядом, пока все не уляжется.

–А если мне ничего не угрожает?

–Как только я буду уверен, что это так, меня ничто не заставит остаться, – заверил меня Аррон.

А вот это было обидно. Не такая уж я и отвратительная. Я с противным звуком втянула в себя остатки сока и отставила стакан. Ясное дело, о том, что их связывало с папой, Алистер мне не расскажет. По крайней мере, не сейчас. Потом, возможно, удастся выудить из мужчины информацию, а пока не стоит демонстрировать свое любопытство.

Я повернула голову к рощице, которая располагалась сразу через дорогу от кафе. Ярко-зеленые листья берез, пронизанные солнечными лучами, шелестели на ветру, и я, делая вид, что любуюсь деревьями, уплыла в свои мысли.

–Эби, дорогая, привет! – окончательно портя мое и так не самое прекрасное расположение духа, раздался голос Алисии.

–Здравствуй, Лисс, – кивнула я. – Привет, Дерек.

–Так хорошо, что мы тебя встретили! – прощебетала девушка, радостно улыбнувшись.

Я бы поспорила, но не буду.

–Нам нужно с тобой кое-что обсудить, – продолжала она, не замечая моего настроения.

Я окинула взглядом хрупкую фигурку, белокурые локоны и милое личико, и повторила себе, что мне не стоит на нее злиться. Самовнушение не помогло. Девушка кинула на своего спутника многозначительный взгляд. Та-а-ак.

–Я, и правда, хотел с тобой поговорить, – наконец, произнес Дерек. – Наедине, если можно.

–Аррон, ты не возражаешь, если я отойду? – ухватилась я за возможность остаться.

Но вредный телохранитель величественно мне кивнул и даже улыбнулся Алисии, опустившейся за наш столик.

Я поджала губы и поднялась, следуя за парнем. Прямо к той самой рощице, на которую я так усердно пялилась последние минут десять.

–Ну? – я привалилась спиной к стволу березы и вопросительно вздернула брови.

–Эби, я хотел еще раз извиниться за то, что все так вышло…

–Короче, – перебила я.

–В общем, я надеюсь, что нам, все-таки, удалось сохранить теплые отношения…

–Еще короче.

–Мне нужны деньги, – выдохнул Дерек. – Я хочу записать свою песню, ну ты же помнишь…

–Конечно, я помню, – кивнула я, чувствуя, как внутри все сжимается.

–В общем, стартовый капитал. Затрат по минимуму, записывать будем меня и Лисси, а голос и музыку наложим отдельно. Нужны кристаллы, плюс работа артефактора, еще…

–А не пойти бы тебе к демону, Дер? – подавшись вперед, прошипела я.

–Давай честно, мы с самого начала договаривались, что ничего серьезного между нами не будет, так что твои обиды неуместны. Но просить я больше не собираюсь. Счастливо, – Дерек развернулся, махнул рукой Алисии и направился к стоящим у кафе экипажам.

Больше эта парочка не нуждалась в нашей компании, и я была этому рада, хоть мы с Арроном уже собирались уходить. Алистер поднялся, а я так и осталась стоять, прислонившись к стволу. Как же не вовремя все происходит!

–Эбиге-е-ейл, – кажется, не в первый раз звал меня Аррон.

–Прости, задумалась.

–Что там дальше в твоем маршруте?

Можно было бы проехаться по поставщикам материалов для артефактов или по тем местам, где часто бывал папа, или покопаться в его лаборатории, пока в ней никто не работает…

–Домой, – сказала я, искренне надеясь, что Дианы там нет.

Но Диана была там.

Она лежала на полу в гостиной, изо рта, носа и ушей у нее растекались красные пятна. Я, кажется, вскрикнула и бросилась к женщине, трясущимися руками нащупывая пульс, которого, ожидаемо, не было. Все еще в это не веря, я попыталась просканировать ее заклинанием, забыв, что моя печать замкнута.

Аррон за шкирку оттащил меня от женщины, вызвал стражу и увел меня в мою комнату, предварительно проверив дом и накрыв гостиную щитом.

Я сидела на полу, прислонившись спиной к кровати, и считала. Раз, два, три, вдох. Раз, два, три, выдох. Я почти не помнила, что спрашивал следователь, в основном, механически кивала или мотала головой, реже выдавливала из себя короткие лаконичные фразы. Мы же только утром разговаривали, и она меня неимоверно раздражала. Как же так вышло? Почему? За что? Я не понимала.

По всем законам психологии у меня уже должен был случиться нервный срыв, но вместо вполне логичного желания устроить истерику я испытывала апатию пополам с сожалением. Возможно, от того, что буквально вчера я полностью опустошила свой резерв, а потом накачалась стабилизатором, а может, от того, что мне уже нечем было нервничать.

–Что это? – я подозрительно принюхалась к жидкости в стакане, который мне протягивал Аррон. – Мне нельзя успокоительное, – не с моими проблемами с контролем.

–Я знаю, это просто вода, – блондин опустился на пол рядом со мной и зажег на ладони «светлячок», решив не раздражать меня светом люстры.

Я только сейчас заметила, что стемнело. Это сколько я уже так сижу?

–Откуда знаешь?

–Я всегда серьезно подхожу к своей работе, и твое досье изучил очень тщательно.

Я поморщилась. Мне не нравилось, что он знает про мою жизнь если не все, то очень многое, а сам для меня остается в тени.

–Что думаешь по поводу Дианы? – осторожно спросил Аррон.

–В это сложно поверить, но, оказывается, она кому-то мешала даже больше, чем мне.

–И насколько же сильно твоя мачеха тебе мешала? – тут же подобрался блондин.

–Думаешь, это я ее? – я нервно рассмеялась я.

–Просто интересуюсь, – успокаивающим тоном произнес Алистер.

Я прекрасно поняла, что не «просто», но подумала, что не стоит заострять на этом внимание. Аррон хотел знать все как можно подробнее, и я решила послушно выполнить его просьбу, максимально развернуто ответив на вопрос. Я, конечно, сделала это не для того, чтобы облегчить Алистеру жизнь. Мне просто нужно было выговориться.

–Диана в принципе не могла никому мешать, – медленно начала я. – Она была безобидной. Да, досаждала мне своими нотациями и нравоучениями, но… мне плевать на ее мнение. Мне все равно, что она считает… считала меня отбитой наркоманкой, незнакомой с понятием «хорошие манеры», потому что мне она – никто.

–Но ты не осталась безразлична к ее гибели, – уверенно констатировал мужчина.

–Мне жаль ее, – призналась я, глядя на магический шарик, зависший в воздухе почти перед моим носом. – Все время было жаль. Она пыталась заменить мою мать в глазах отца, но… какая-то часть его души так и не ожила после маминой смерти. Ты, наверное, решишь, что с моей стороны это просто глупое отрицание того, что папа мог полюбить кого-то, кроме мамы, но я прекрасно понимаю, что это не мне решать. И я была бы рада, если бы он снова ожил по-настоящему, но увы. И Диана где-то в глубине души понимала, что я все вижу и ее жалею. Поэтому наши отношения и не складывались.

Спустя пару мгновений задумчивой тишины, я перевела глаза с огонька на лицо сидящего рядом мужчины. Он смотрел на меня, и в его взгляде было что-то новое, но он это быстро спрятал, стоило мне повернуть голову. Я все же заметила и усмехнулась:

–Удивлен, что я умею нормально разговаривать?

–И ты только что испортила все впечатление, – фыркнул Аррон, поднимаясь на ноги. – Отдыхай, у тебя был тяжелый день. Если что, зови.

–Ты еще и подслушивающих заклинаний понавешал? – с негодованием прошипела я, поднимаясь следом.

Никаких «следилок» я, естественно, не заметила – видно, Аррон действительно так хорош, как о нем говорил Эдвин, но у меня есть голова, и я умею ей думать.

–Это для твоей же безопасности. Спокойной ночи, принцесса.

Скрип моих зубов в опустевшей комнате прозвучал очень отчетливо.

Заставив себя умыться и переодеться, я забралась в кровать и взяла в руки браслет. Нет смысла тянуть. На записи наверняка что-то важное и, чем скорее я ее посмотрю, тем будет лучше. И Аррону завтра покажу. Если будет утром себя хорошо вести.

Деактивировав печать, я укутала себя пологом тишины, чтобы кое-кто не подслушивал, и, набрав в легкие побольше воздуха, коснулась камня. Изображение было подсвечено синим, видимо, из-за того, что камень, на который я перенесла запись, был сапфиром, и языки пламени этого оттенка выглядели очень зловеще. Лицо отца, покрытое испариной, заставило сердце болезненно сжаться.

–Эби, – голос прозвучал надломлено, папа закашлялся, но потом взял себя в руки и заговорил. – Ты в большой опасности. Слушайся во всем лира Алистера, ему можно доверять. Думал, познакомлю вас лично, но не вышло. Будь осторожна, не делай глупостей, – отец провел рукой по шее, словно ему не хватало воздуха. – Я люблю тебя, моя маленькая принцесса.

Поставив запись на повтор, я все смотрела и смотрела в глаза самого близкого мне человека, не в силах начать анализировать его слова. Любимое лицо было так близко и одновременно так недостижимо далеко. В какой-то момент я начала хрипло дышать, сминая пальцами одеяло, и постепенно мои сухие рыдания переросли в полноценные всхлипы.

Не знаю, сколько прошло времени, в себя я пришла, свернувшись на мокром от слез одеяле и мелко дрожа. Выпила принесенную Арроном воду, прошлась очищающим заклинанием по постели, замкнула печать и взяла браслет в руки, готовая мыслить рационально.

Правда, вскоре оказалось, что выловить тайный смысл не так просто, а еще я тратила очень много сил на то, чтобы держать себя в руках. Последнее еще получалось, а вот с первым было глухо. В конце концов, я плюнула на это дело, улеглась на кровать и уставилась в потолок. Сон не шел. Мысли ворочались в голове, причиняя мне почти физический дискомфорт. Я вертелась с боку на бок, пытаясь найти удобную позу, но не преуспела.

Передумав о злополучной записи все, что только можно было, я решила, что нужно переключиться на что-то другое. Некстати вспомнилась встреча с Дереком. Правильно ли я поступила, отправив парня в дальнее пешее путешествие? С одной стороны, мне обидно. До сих пор. А с другой – может, стоит уже отпустить ситуацию? Тем более, для меня это не сумма. Все так просто и сложно одновременно. Я зажмурилась и побилась затылком о подушку.

Да, я начала спать с Дереком потому, что секс – отличный стабилизатор без побочных эффектов, и мне это было очень нужно, чтобы по достижении совершеннолетия попасть на волю, а не в изолятор, и я прямо об этом сказала, когда парень начал за мной ухаживать. Но все изменилось.

Я к нему привыкла, стала ждать наших встреч, обсуждала с ним его увлечения, главным из которых была музыка. Он мне песню написал. И это я подкинула ему идею записать свой клип. Да, я тогда сама предложила помощь. А потом увидела его с Лисс. Он сразу сказал, что нам стоит все прекратить. Я тогда жутко обозлилась – надо сначала все прекращать, а потом уже зажиматься по углам с другой девушкой. У меня почти случился срыв после годового промежутка, кстати, я как раз тогда и познакомилась с Эдом… Наверное, стоит съездить завтра в банк, это будет полезно нам обоим.

Небо за окном уже посерело, скоро совсем рассветет. Я сползла с кровати и поплелась в ванную. Отмокала в горячей воде долго, меня даже слегка разморило.

На то, чтобы привести себя в более-менее приличный вид, удалив последствия бессонной ночи, пришлось потратить уйму времени. В ход пошли все имеющиеся косметические средства, и все равно получилось скорее менее, чем более. Я критично оглядела свое отражение в зеркале, решила, что лучше уже все равно не будет, только если иллюзию накладывать, и махнула рукой. Заплетенные в сложную косу волосы и платье нежного кремового оттенка почти спасли положение.

Когда я спустилась в кухню, обойдя опечатанную гостиную, за окном уже вовсю светило солнце, а на столе дымились тарелки с завтраком.

–Доброе утро, как спалось? – поприветствовал меня лир Алистер.

–Благодарю, хорошо, – окинув его неприлично свежую физиономию завистливым взглядом, я опустила глаза в тарелку и принялась за еду.

А потом мою голову посетила очень неприятная, но вполне закономерная мысль: нужно организовывать похороны. Настроение испортилось окончательно.

Глава 2

С похоронами мне очень помогла лира Лайт, откровенно говоря, она почти все взяла на себя, от меня были нужны только кое-какие мелочи.

И, несмотря на это, мы с Арроном непозволительно много шатались по городу, и это были шатания совсем не по тем местам, по которым я собиралась пройтись, когда строила в своей голове план расследования гибели отца.

День, когда нам выдали погруженное в стазис тело, подкрался до неприличия быстро. Глядя на мертвую женщину, я, помимо прочего, испытала иррациональное чувство вины, хотя точно знала, что я ни в чем не виновата. И все же… почему папа приставил телохранителя ко мне, а не к Диане? Он не мог ошибиться. Он что-то знал. А вот убийца явно ошибся, вот только в чем?

Когда я ходила к Диане в комнату и перебирала ее гардероб, выбирая погребальный наряд, у меня сложилось ощущение, что в нем еще кто-то покопался до меня. И это явно была не сирена. Дело в том, что она никогда не была перфекционисткой, а в комнате все выглядело слишком идеально. Все безделушки на своих местах, одежда, которая не висит на плечиках, сложена уголок к уголку в ровные стопочки. И ни одной вещи не валяется на полу и не висит на спинке стула.

–Эби, – подтолкнула меня под локоть лира Лайт, когда я, задумавшись, не ответила очередным гостям, подошедшим выразить свои соболезнования.

Я тут же вынырнула из своих мыслей, благосклонно кивнула и поправила рукав платья, из-под которого начал выглядывать браслет. Сапфир с записью я постоянно таскала при себе, не снимая даже на ночь. Аррон это, кстати, заметил, судя по тому, как он косился на мою руку, но ничего не спрашивал. А удобный случай для того, чтобы все рассказать ему, так и не подвернулся.

Как я ни отпиралась, пришлось публично объявлять место похорон и время прощания, чтобы все желающие могли прийти. И, честное слово, я столько цветов за всю свою жизнь не видела. Мне даже стало стыдно от того, что я Диану недостаточно уважала. Поток соболезнующих казался мне неиссякаемым. Все же, Диана была довольно известной личностью, и у нее было много поклонников. У меня уже болели все мышцы, бесстрастное выражение, казалось, приклеилось к моему лицу, а они все шли, шли и шли. В какой-то момент я поймала себя на том, что даже не запоминаю подходящих к гробу людей.

Неудивительно, что появление Дерека и Лисс я пропустила. Я даже не сразу поняла, что слышу голос Дера. Кажется, он собирался еще что-то сказать, но я качнула головой: не сейчас. Да, я перевела на его счет нужную сумму. Смешно, но мне и вправду стало легче. И обсуждать с ним то, почему я вдруг передумала или выслушивать благодарности не хотелось.

Наконец, пришло время отправлять Диану в последний путь. Вполне логично, что эту миссию возложили на мои хрупкие плечи. И, хотя ничего сложного в том, чтобы поджечь гроб с помощью артефакта, не было, мне виделся в этом какой-то зловещий подтекст.

Вокруг гроба образовалось свободное пространство, всего около десятка шагов, но мне казалось, что мы с Дианой сейчас совсем одни. Точнее, я совсем одна. Произнеся прощальную речь, я активировала артефакт и положила его женщине на грудь. А дальше произошло странное.

Возможно, я просто никогда на подобных церемониях не находилась так близко к усопшему, но мне показалось, что пламя вспыхнуло как-то слишком быстро и мощно, обдав меня горячей удушающей волной, ввысь взвились клубы черного дыма. Я, едва сдержав крик, отшатнулась, но огонь успел перескочить на подол моего платья.

Подставляться и демонстрировать свою возможность использовать, вроде как, запечатанную магию, я не могла. Нужно было всего-то не опозориться перед половиной города и дождаться, когда Алистер со всем разберется. Случилось это уже через несколько мгновений, даже ткань моего платья не пострадала, но я за это время успела растратить добрую часть своих нервов. А еще, кажется, с этим дымом было что-то не так, потому что у меня закружилась голова, и я бы точно грохнулась на пол, если бы Аррон не подхватил меня и не прижал к себе.

А я вдруг поняла, что абсолютно в нем не сомневалась. Вот ни капли. Да, мне было очень страшно, но я была уверена в том, что Алистер меня спасет. И дело было вовсе не в том, что он мой телохранитель и это его работа. Просто я внезапно осознала, что безоговорочно ему доверяю.

И на меня наверняка нашло какое-то помутнение рассудка, потому что я, глядя в стальные глаза, изучающие меня с легким оттенком беспокойства, еще сильнее приблизила свое лицо к его и поцеловала твердые губы, которые после прикосновения, казалось, затвердели еще сильнее. А сам Аррон, застыв на пару мгновений, медленно отстранился. Мое сердце стучало, грозясь проломить ребра, воздух с трудом проталкивался в легкие, но мне удалось сохранить лицо, хотя желание вывернуться из железной хватки и закрыться ладонями было почти непреодолимым.

–Я прошу нас простить, лире Моргалис нездоровится, – во всеуслышание объявил Алистер, увлекая меня к выходу.

На небольшой инцидент никто, казалось, не обратил внимания. Возможно, потому что все смотрели на объятый пламенем гроб, а возможно, потому, что я не кричала, потом еще и Аррон закрыл меня собой от чужих взглядов. В любом случае, все сложилось как нельзя удачно.

–Надеюсь, лир Варлоу и лира Лайт справятся, – пробормотала я.

Мы сидели на лавке в дальнем уголке сада, у меня в руках был стакан с водой, который я изучала с самым внимательным видом.

–Тебе не все ли равно? – насмешливо хмыкнул телохранитель.

–Ах да, точно. Спасибо, что напомнил, – буркнула я.

Даже как-то странно. Мы знакомы с Алистером так мало времени, а я уже забываю выпускать при нем иголки. Я, кажется… не боюсь рядом с ним быть собой. Откуда такое доверие? Я тряхнула головой и оторвала свой взгляд от стакана:

– Мне показалось, что с гробом что-то не так. Или с Дианой. В смысле, с этим заклинанием стазиса.

–Почему не с артефактом?

–У меня отец артефактор, – напомнила я. – Один из лучших. И я тоже кое-что знаю. Артефакт все время был у меня, если бы с ним что-то было не так, я бы заметила.

–Если что-то и было, то после активации оно развалилось. Я просканировал пространство, пока ты меня целовала… кстати, зачем ты это сделала?

–Затем, что мне захотелось, – предельно честно ответила я.

Даже тараканы в голове замерли, обалдев от такого заявления. Но оно само вырвалось, я сначала ляпнула, а потом подумала. Вот идиотка! Еще бы призналась, что он тебе нравится!

–Когда в следующий раз захочется, хорошо подумай, прежде чем следовать желаниям, – серьезно сказал Алистер. – Ты взрослый человек, пора учиться контролировать свои порывы. Возможно, тебе не объясняли, но нельзя просто так взять и сделать что-то просто потому, что тебе вдруг захотелось. Вокруг живые люди, а не предметы для удовлетворения желаний.

А я вот в упор не понимала, почему нельзя, я же ничего плохого не сделала. Что, от этого кто-то умер? Хотя, при взгляде на лицо Аррона, стало понятно, о чем он думает: избалованная принцесса, которая привыкла получать все, что ей хочется, по первому требованию, решила поиграть с новой игрушкой. Мог бы понять, что это не так.

Но он не понимал. Аррон не отчитывал меня, он просто спокойно, как несмышленому ребенку, объяснял мне прописные истины. Меня аж злость от этого его менторского тона взяла.

– Но все же я надеюсь, что ты хотела подразнить своего Дерека или преследовала какую-то другую, неведомую мне цель. Потому что в противном случае – забудь, я не смешиваю личное и работу, – продолжил Алистер, так как я молчала, пытаясь задавить раздражение и обиду.

–Без проблем, – быстро согласилась я и даже загордилась тем, как ровно звучал мой голос. – Вернемся к гробу. Ты ничего не обнаружил во время сканирования?

Подумать только! Он, видите ли, пространство успел просканировать, пока я его целовала. То есть, он даже не удивился, просто начал незаметно плести сканирующее заклинание, как ни в чем не бывало. Профессионал, вы посмотрите-ка!

–Кое-что было, но очень слабое, я не успел подцепить след, – раздосадовано признался мужчина.

–Папин экипаж сгорел, гроб Дианы тоже как-то неправильно вспыхнул. Думаешь, просто совпадение?

–Надо проверить. Но не забывай, причиной смерти Дианы стало чрезмерное ментальное давление. И я не вижу смысла поджигать уже мертвую женщину. Если только… – он метнул на меня быстрый взгляд.

–Если только целью не была я. Но я бы точно не сгорела, что за глупая попытка… напугать? Меня хотели напугать?

–Или проверяли, насколько серьезная у тебя охрана.

–О, очень серьезная. На моей памяти она даже ни разу не улыбнулась, – фыркнула я.

Губы блондина дрогнули в намеке на улыбку, но он тут же снова стал серьезным:

–Пока не закончится мероприятие, не отходи от меня ни на шаг. А я попытаюсь проверить всех посетителей. Ты никого странного не заметила?

–Да я большую часть из них впервые в жизни увидела, – покачала я головой. – И как ты собираешься их проверять? Мы же не будем стоять на воротах и прощаться с каждым?

Я просто не выдержу всю эту экзекуцию по второму кругу!

-До свидания, и спасибо, что нашли время посетить мероприятие… – улыбалась я, уже демон знает, какому по счету гостю, покидающему особняк.

Аррон молчаливой тенью маячил за моим плечом. Правда, его поддержки я не ощущала от слова «совсем», так как мужчина был занят проверкой, ради которой весь этот спектакль и затевался. У меня болели ноги, спина и особенно скулы, так как удерживать на лице дежурную улыбку стоило больших трудов. К радости Аррона, они уходили не сплошным потоком, а группами, иногда по одному, и многие перекидывались со мной парой фраз, поэтому прощание затянулось, и мой телохранитель имел прекрасную возможность проверить всех с ног до головы.

–Лира Моргалис, позвольте еще раз выразить вам мои искренние соболезнования, – раскланялся передо мной импозантный брюнет лет сорока .

–Благодарю вас, – встрепенулась я, внимательно его рассматривая, – не знала, что в окружении моей дорогой мачехи есть настолько серьезные люди. Я ведь не ошиблась, это вы продаете драгоценности из лунного серебра?

–Увы, дорогая лира, я всего лишь владелец кожевенной лавки, но могу вас заверить, товар у меня только высшего качества, и я приглашаю вас лично в этом убедиться, – мужчина сцапал мою руку и коснулся губами запястья.

–Всенепременно, – заверила его я, украдкой вытирая обслюнявленную конечность о подол.

Дерек и Лисс подошли одними из последних. Они были не единственными моими товарищами по учебе, которые пришли на похороны, на остальных я просто не заостряла внимание – мы не слишком дружили. Точнее, я вообще ни с кем не подружилась в новой школе. Я порадовалась, что при Алистере Дерек не стал даже пытаться сказать мне что-то, кроме дежурных слов прощания, и облегченно выдохнула, едва последний гость покинул особняк.

Скорчила пару рожиц, проверяя, как работают лицевые мышцы, стащила туфли и босиком направилась к себе в комнату. В дурацком платье было жарко и неудобно. Лира Лайт крикнула мне в спину, что сейчас пройдется по гостиной и холлу очищающими заклинаниями, и тоже уйдет. Я кивнула, не поворачивая головы.

У себя в комнате я сбросила одежду и с наслаждением потянулась. Сейчас еще ванную приму, и можно будет считать, что этот ужасно длинный день закончился.

Но моим мечтам не суждено было сбыться. Едва войдя в ванную, я поскользнулась на измазанном полу, чуть не приложившись головой о плитку. Грязно выругалась, трясущейся рукой нащупала полотенце и, набегу обматывая вокруг себя пушистую ткань, рванула в комнату Аррона. Благо, бежать было недалеко.

–Эби, тебе вообще этикет в школе преподавали? – возмутился, к счастью для моего здоровья, одетый Алистер (в противном случае я рисковала захлебнуться слюной), занятый изучением содержимого своего шкафа.

–Премного извиняюсь, – я даже обозначила пару ударов по двери, – но не соблаговолите ли вы отвлечься от своего, несомненно, важного дела и посетить мою ванную? Того требуют веские обстоятельства в виде трупа дохлой птицы… – тут я сбилась. Труп по определению не может быть живым, что за бред я несу?

На слове «труп» Алистер стремительно развернулся, окинув меня внимательным взглядом. Я сглотнула, поплотнее закуталась в полотенце, и протараторила:

–Прошу простить мой внешний вид, я была чрезмерно ошарашена открывшейся картиной, а посему…

–Эбигейл, прекрати паясничать! – мужчина схватил меня за локоть и поволок в коридор. – Я отошел от тебя во второй раз за день, и во второй раз ты во что-то вляпалась. Тебя хоть на минуту можно одну оставить?

–Не думаю, – пролепетала я, окидывая взглядом свою ванную.

Лучше бы я этого не делала, потому что птиц оказалось две. Вторую я просто не заметила по причине того, что ее, видимо, разорвало, а останки размазало по полу и стенам. Алистер, в точности повторив фразу, произнесенную мной несколькими минутами ранее, вытолкал меня из ванной и захлопнул дверь прямо у меня перед носом.

Немного потоптавшись на месте, я уставилась на красные следы моих босых ног и, честное слово, мне захотелось прибить того, кто это сделал. А еще смыть с себя останки бедных пернатых. Поэтому я потопала в ближайшую ванную, и мне было абсолютно плевать, что она смежная со спальней моего телохранителя.

Что меня очень порадовало, отделана комната была в темных тонах и немного отличалась планировкой, поэтому не вызывала ассоциаций с моей собственной ванной, а следовательно, и с птицами. Но я все равно думала о случившемся. И птичек было неимоверно жаль. Я бы похоронила хотя бы одну, как делала в детстве с бабочками-однодневками, которых находила на крыльце, но, боюсь, Аррон уже все убрал. Ну и ладно, все равно этот поступок не вписывается в мое амплуа прожженной стервы.

–Эби! Ты торчишь там уже почти час, – донесся до меня сквозь шум воды недовольный голос Алистера. – Давай, выползай уже, а то жабры отрастут.

Ну что за невыносимый тип? Я нехотя перекрыла воду, проследила, как в слив убежала последняя прозрачная дорожка, подождала, пока сделает свое дело испаряющее влагу заклинание, замоталась в полотенце и толкнула дверь. На кровати Аррона лежало мое синее платье, самого хозяина комнаты видно не было. Спасибо за заботу, конечно, но вы, дорогой телохранитель, кое о чем запамятовали.

Правда, подняв платье, я убедилась в том, что с памятью у Алистера все в порядке, и не могу сказать, что этот факт меня обрадовал. Точнее, то, что про белье он не забыл – это хорошо. Но сама ситуация жутко раздражала. Ну вот что мешало мне самой взять с собой одежду? А я была настолько под впечатлением от случившегося, что даже не подумала об этом.

–Ты готова?

–Да, заходи, – я поморщилась, глядя на поднос в руках телохранителя.

–Тебе нужно поесть, последний прием пищи был утром, а сейчас уже поздний вечер. Давай.

–Ты копался в моем белье, – озвучила очевидное я. – И я не хочу есть.

–Могла бы просто сказать «спасибо», – парировал мужчина, принимаясь за еду.

–Спасибо, – решив, что слишком вымотана для словесных перепалок, произнесла я. – Правда, спасибо. И за одежду, и за еду, я оценила.

–Раз оценила, съешь хоть немного, – попросил телохранитель.

Я послушно взяла с тарелки бутерброд и принялась его жевать. То, что поздний ужин готовила не лира Лайт, было очевидно, и я нехотя признала для себя, что вредный Аррон – просто идеальная нянька.

–Что-то не так? – сразу заметил падение моего настроения с отметки «плохое» до «совсем плохое» телохранитель.

–От меня слишком много неприятностей, – поморщилась я и поспешила увести разговор в другое русло. – Ты нашел что-то в ванной? Как туда попали птицы?

–Похоже, кто-кто очень хотел проникнуть в особняк, но у него ничего не вышло, – злорадно ухмыльнулся Аррон. – На время похорон я усилил защиту всего дома, так что никуда, кроме гостиной и холла, пройти было невозможно. А твои комнаты вообще защищены чуть ли не как здание правительства. Если бы ты не оставила окно открытым, даже птиц пропихнуть было бы невозможно. Первую убило охранным заклинанием, вторую еще и размазало. Там система такая – с каждым разом отдача все жестче. Человека бы в первый раз не убило, а просто вырубило.

То есть, если бы я закрыла демонову форточку, птички бы сейчас спокойно спали в своих гнездышках. Я потерла лицо и глотнула воды.

–Получается, настоящая цель – пробраться в особняк, а мое вспыхнувшее платье – это отвлекающий маневр? Если бы ты его так вовремя не потушил, я бы наделала шума.

–Я тоже так подумал, – согласился Алистер. – И мне интересно: что такое ценное может находиться в доме? Это не драгоценности, иначе их бы вынесли еще тогда, когда убили Диану. Какие-то мощные артефакты?

–Отец ничего такого дома не держит. По крайней мере, раньше не держал, – покачала я головой, сняла браслет и вручила его Аррону. – Активируется так же, как и обычный записывающий кристалл. Только смотреть будешь без меня и потом вернешь. Спокойной ночи.

–А ты знаешь, что копировать материалы дела – незаконно? – насмешливо поинтересовался блондин.

–Просто молча посмотри и верни мне. Я все сотру, если тебе так будет спокойнее, – я хлопнула дверью и направилась в свою комнату.

Правда, дойдя, я поняла, что так и не узнала итогов устроенной нами проверки. Плюхнулась на кровать прямо поверх покрывала и уставилась в потолок. Возвращаться или нет? Я пока точно не готова опять смотреть ту запись, а Аррон ее наверняка сейчас изучает. Ладно, я и завтра могу узнать результаты спектакля одного актера со мной в главной роли, а сейчас я точно туда не сунусь.

–Эби, ты еще не легла?

Конечно, легла. А свет не выключаю потому, что мне дохлые птицы мерещатся. Демоны, а ведь и правда страшно свет выключать.

–Я войду?

–Входи, – вздохнула я, садясь на кровати.

–Я посмотрел, – Аррон положил браслет на тумбочку у кровати и сел рядом со мной. – думаю, это послание рассчитано исключительно на тебя, никто другой понять истинный смысл не сможет.

Я кивнула.

–Просто обрати внимание на детали и отдельные фразы. Может, нужно вспомнить какой-нибудь важный разговор, и все станет понятно.

Я снова кивнула.

–Я знаю, что у тебя получится, ты очень сообразительная. Нужно просто покопаться в памяти.

–Хорошо.

–Эй, – Аррон положил руку мне на плечо в ободряющем жесте. – Не кисни, мы со всем разберемся.

–Что там с проверкой? Ты засек кого-нибудь? Есть шансы найти нашего истребителя живности?

–Есть несколько зацепок, надо будет завтра проверить.

–Я только одного заметила, – вздохнула я.

–Почему ты спросила его про серебро? – поинтересовался Алистер.

–Да просто ляпнула первое, что пришло в голову, чтобы он назвал свою сферу деятельности.

–И что это тебе дало?

–Да ничего, скорее всего, мужчина соврал. Я просто не смогла быстро придумать, как его разговорить, – я раздосадовано закусила губу и пояснила. – У него был амулет со встроенной иллюзией. Я думаю, на самом деле этот дядечка лет на десять-пятнадцать моложе, судя по голосу и походке. Если он не маг, конечно.

–Ну, маячок я на него повесил на всякий случай, проверю, что к чему. Ты мне другое скажи, Эби, разве можно невооруженным глазом распознать артефакт, скрывающий внешность? Это же не наведенный морок.

–Нет, если у тебя нет артефакта-индикатора. Я просто знаю, как они выглядят, папа делал такие, правда, в небольшом количестве, и продавались они не каждому покупателю. У него еще и хватило глупости нацепить амулет как украшение, а не спрятать под одеждой. Подожди, хочешь сказать, ты повесил на того типа маячок только потому, что я обратила на него внимание?

–Я должен был подумать, что тебе нравятся мужчины постарше?

Я фыркнула и ткнула локтем телохранительский бок. Мужская ладонь соскользнула с моего плеча, попутно успокаивающе огладив руку, отчего по коже пробежали мурашки.

–Я хотел сказать, что ты молодец – ловко провернула этот фокус с записью, не ожидал.

–Алистер, за несколько минут я услышала от тебя больше добрых слов, чем за все время нашего знакомства: ты похвалил меня уже несколько раз за вечер, один раз – даже в открытую. Завтра снег пойдет?

–Я просто пытаюсь тебя подбодрить, – мужчина щелкнул меня по носу.

–Спасибо, – я смешно сморщилась.

–Ты сегодня тоже удивительно щедра на добрые слова.

–Это я все еще под впечатлением, – проворчала я, закутываясь в покрывало.

–Спокойной ночи, принцесса.

Глядя на закрывшуюся за телохранителем дверь, я думала о том, что он, все-таки, гад. Просила же так меня не называть. Но в этот раз прозвище меня не задело, оно прозвучало даже как-то ласково, и я решила: пусть.

Глава 3

–А я говорю, что мне надоело сидеть дома, пока ты занимаешься всякими интересными делами!

–Э-э-эби, ну найди себе какое-нибудь занятие, – буркнул Алистер, размазывая кашу по тарелке.

Каша, кстати, сегодня получилась даже съедобной и почти не подгорела – я восстанавливала в памяти давно забытые навыки. После того, как Аррон доходчиво объяснил мне, что дело серьезное, и угроза вполне реальна, я отослала лиру Лайт отдохнуть к сыну и его семье, и все домашние дела возложила на свои хрупкие плечи. Меня хватило на два дня, еще сутки я продержалась взаперти на чистом упрямстве и вынашивании планов о том, как так увязаться за Алистером, чтобы он ничего не заподозрил.

–Мы же решили, что ты будешь покупать нам еду, так как, будем честны, готовлю я отвратительно, – парировала я. – Чем мне еще заниматься? Для того, чтобы активировать очищающие заклинания, много времени и ума не надо.

–Займись своим образованием, – предложил мужчина. – Книжки почитай.

–Единственное мое проблемное образование – это мозоль на том месте, которым я в последнее время очень много сижу! Ты даже в сад мне не даешь самой выходить.

–Хорошо, я сегодня вечером усовершенствую защиту, и ты сможешь гулять в саду, – пообещал блондин.

А все уже, раньше надо было об этом думать. Сейчас я настроена крайне решительно.

Дождавшись, пока за телохранителем закроется дверь, я понеслась в свою комнату собираться – меня ждали великие дела.

Попасть в неприятности я не боялась. Во-первых, Алистер будет неподалеку, во-вторых, я не так уж и беззащитна, как это может показаться на первый взгляд. Да, на факультет боевой магии я перевелась всего несколько лет назад, но все равно многому успела научиться.

Стащить вчера вечером из кошеля Аррона монету, проделать с ней кое-какие манипуляции и засунуть ее обратно, было делом плевым. Такой маячок работал на небольших расстояниях, а потому колебаний фона почти не вызывал, и обнаружить его было крайне сложно. И вот теперь моя лошадь покорно рысила в нужном направлении.

Сбор информации о подозрительных личностях, посетивших похороны, оказался делом еще более муторным, чем выявление этих самых личностей. Если сначала я испытывала азарт, подкрадываясь ближе и подслушивая разговоры Аррона с лавочниками, соседями, родственниками этих людей и боялась быть обнаружена, то во второй половине дня пришла к выводу, что следить за телохранителем не так уж весело, как я себе представляла.

Но, конечно, все равно веселее, чем сидеть в четырех стенах. Свежий воздух, опять же. Мимо проехал обильно политый духами юноша, я чихнула и злобно уставилась на Алистера, застрявшего в трактире. И ладно бы, он там делом занимался, так нет же. В окно прекрасно было видно, что мой телохранитель самым бессовестным образом… ел.

Ну и ладно. Я тоже голодна. И я тоже буду обедать. Тем более, скоро ужин. Я решительно спешилась и зашла в так кстати расположенную рядом булочную. Как назло, у прилавка образовалась очередь, пришлось ждать. Но Алистер, казалось, никуда не торопился. Я расположилась за столиком и с комфортом перекусила, поглядывая в окно трактира. У меня, конечно, был маячок, но, как говорится, лучше один раз увидеть… как мой телохранитель флиртует с подавальщицей. Я аж задохнулась от возмущения. Я, значит, «дома сижу», жду его, а он тут развлекается.

Я проглотила застрявший в горле кусок, выдохнула и попыталась призвать мысли к порядку. Аррон ведь занят делом, ну зашел перекусить, так мужчина почти весь день на ногах, и мое возмущение тут совершенно неуместно. Я просто… просто ревную. Прекрасно! Эбигейл, я тебя поздравляю.

Так, стоп. Процесс рационального мышления запущен, а потому ругать себя я буду после. Я прикоснулась к висящему на шее маскирующему внешность амулету и задумалась: а как давно Алистер меня обнаружил? Ведь неслучайно же он выбрал место, в котором два заведения, где можно поесть, расположены так близко друг к другу.

Ну просто таких мест мало, это же очень невыгодно. Конечно, неслучайно. Это же Алистер. Профессионал своего дела, демон его побери. Что для него какая-то девчонка, впервые в жизни решившая устроить слежку? Определенно, сидение в четырех стенах оказывает тлетворное влияние на мои мозги. Я дожевала слойку и поднялась. Надо идти каяться.

–Скучаете, юная лира? – дорогу преградил молодой парень, ростом на пару дюймов ниже меня.

Впрочем, недостаток роста отлично компенсировался высоким самомнением. Юноша и не подумал уступить мне дорогу после вполне однозначного ответа, еще и посоветовал прекращать ломаться.

–Если вы сейчас же меня не пропустите, пожалеете, – прошипела я, вырывая руку из цепкого захвата.

Не знаю, чем бы все закончилось, если бы Алистер решил меня проучить и молча подождать развития событий. Но мой телохранитель, конечно, поступил как настоящий мужчина: спас лиру от хулигана. Последний понятливо испарился, как только на его плечо легла широкая ладонь.

Алистер же молча вывел меня из булочной, завел за угол и пришпилил к стене, нависнув надо мной каменной глыбой. Я виновато потупилась и уже собиралась начать извиняться, но он начал первым.

Нас накрыл звуконепроницаемый щит. С каждым предложением голос Алистера звенел все больше от едва сдерживаемого гнева. Я закипала. Обиднее всего, конечно, было то, что он прав. Я бы это, может быть, даже признала и покаялась, если бы он не обзывался.

–Прекрати уже меня воспитывать, – не выдержала я. – Я тебе что, ручная зверушка, чтобы терпеливо дожидаться дома? Вообще-то, мне скучно!

–Зато мне сегодня твоими стараниями было ой, как весело, – рыкнул мужчина, опаляя дыханием мой лоб. – Раз не понимаешь по-хорошему, будет по-плохому.

Что значит его «по-плохому» я поняла только на следующее утро, когда попыталась выйти в сад. Точнее, сначала даже не поняла, просто остановилась в дверном проеме, налетев на невидимую преграду. Ощупала пространство руками и высказала пару нелестных комментариев в адрес ушедшего телохранителя. Он даже не счел нужным дождаться меня за завтраком, просто ушел. Молча. И вчера со мной весь вечер не разговаривал. Теперь-то я понимала, почему – совершенствовал защиту, а тогда думала, мне назло притворялся, что спит, сидя в кресле.

Стукнув пару раз по невидимой преграде, я захлопнула дверь – благо, та открывалась внутрь, и пошла завтракать. После приема пищи я без особой надежды направилась проверять все остальные двери и окна, ожидаемо не обнаружив выхода. Дальше настал черед охранных заклинаний. Я копировала части плетений, вертела их перед глазами так и эдак в надежде найти слабое место, но Аррон сделал все идеально четко, а места слияния щитов закрепил так прочно, что проще было провертеть новую брешь, чем размотать шов на уже имеющейся. Ну а что я хотела? Профессионал же. Даже мой отец бы восхитился, а он толк в этих делах знает.

Опытным путем я выяснила, что защита пропускает предметы и заклинания. А также предметы с наложенными на них заклинаниями, но только наружу – на подходе к барьеру заклинания развеивались. То есть, барьер с одной стороны еще и гасит магию. Вот это Алистер силен. Но это не отменяет того, что он негодяй! Разве можно так издеваться над подопечной?

Поежившись от ощущения чужого взгляда, я оставила изучение охранки, захлопнула дверь и ушла к себе в комнату. Достала учебник по боевой магии, раскрыв его на странице с разрушающими чарами. Так, чисто из интереса. Пробовать эти плетения на защите, на которую Алистер угробил столько сил и времени, я не собиралась. Во-первых, вряд ли сработает, во-вторых, тогда Аррон узнает, что я могу использовать магию и, чего доброго, поработает с печатью, а этого мне не нужно.

Мужчина вернулся, когда почти стемнело. Я даже начала немного волноваться, и выбежала его встречать, хоть и планировала демонстративно игнорировать телохранителя.

Как оказалось, переживала я зря: он был абсолютно цел и невредим, а еще чем-то донельзя доволен. Ко мне в голову тут же закралось подозрение о том, что позднее возвращение и хорошее настроение Аррона вызваны посещением одного увеселительного заведения, о котором приличным девушкам даже знать не полагается. Скрипнув зубами, я несколько раз проговорила себе, что это не мое дело и попыталась сделать взгляд чуточку приветливее.

–Как ты тут, не скучала? – как ни в чем не бывало, поинтересовался Алистер.

–Ну что ты, мне было, чем заняться – ядовито ответила я, развернулась и направилась к лестнице.

–Может, поужинаешь со мной? Я мясо в грибном соусе принес, – предложил мужчина и тоном коварного искусителя добавил, – и пирожные.

Я остановилась. Ладно, сделаем шаг навстречу примирению. Обижаться глупо. Тем более, я соскучилась.

–Что празднуем? – спросила я, когда с мясом было покончено, и настало время пирожных.

Воздушных, со взбитыми сливками и ягодами. Я почувствовала, как рот заполняется слюной, и принялась разливать чай.

–Просто хотел тебя порадовать. И дело, кажется, сдвинулось с мертвой точки.

–Отлично, – я опустилась на стул и выжидающе уставилась на мужчину.

–У меня есть несколько подозреваемых, главный из них – мальчишка из театра, где выступала Диана. Скорее всего, парень – просто мелкая сошка, но завтра я планирую заняться им вплотную и попытаюсь выйти на того, кто за всем этим стоит.

–Надеюсь, у тебя все получится, – я отсалютовала Аррону чашкой чая.

Расставляя посуду по местам, я размышляла о том, что буду делать, когда это все закончится. Аррон уедет, я верну лиру Лайт, спокойно продолжу обучение, вступлю в права наследования, продемонстрирую на экзаменах свой контроль над силой, с меня снимут печать… Демоны, как не хочется, чтобы он уезжал.

–О чем задумалась? – вопрос телохранителя застал меня врасплох.

–А? – чашка дзинькнула о блюдце.

–Ты сегодня непривычно молчаливая.

–Да так, пытаюсь понять, что хотел сказать отец, – я почесала нос и развернулась к сидящему за столом Аррону.

–Вижу, успехи оставляют желать лучшего, – понятливо произнес Алистер.

Я развела руками.

–Не переживай, – мужчина подошел и положил руки мне на плечи. – Я обещаю тебе, что со всем разберусь. Нужно только немного потерпеть, хорошо? – большие пальцы огладили мою кожу сквозь ткань платья.

Я вдохнула и выдохнула, прикрыв глаза. От Аррона очень хорошо пахло. Я не могла сказать, чем. Спокойствием, защищенностью. Просто – Арроном. Хотелось уткнуться носом в его рубашку и дышать, дышать.

–Эби?

Я поспешно открыла глаза.

–Я понимаю, Аррон, – буркнула я, отходя подальше. – Ты делаешь все, как надо. И я не обижаюсь, что приходится целыми сутками сидеть взаперти.

Хоть это и неимоверно скучно! Честно, на следующий день я даже по лестнице начала бегать вверх-вниз, проявляя физическую активность. Размявшись, приступила к своему любимому развлечению – прыжкам на силовых нитях. Заодно и резерв раскачаю, а то магия застоялась, а это вредно. Жаль, в доме недостаточно места. Я с сожалением вспомнила тренировочный полигон боевиков – вот где простор и свобода для маневров. Там я могла часами скакать по полосе препятствий, даже без магии это занятие было весьма увлекательным. Но прыжки на веревках, созданных из собственной энергии, дарили мне чистый восторг и чувство полета, и это было в сто раз круче, чем простая левитация. И вообще чем что-либо.

Взобравшись на перила, я спрыгнула вниз, на первый этаж, на лету цепляя перекладину силовой нитью. Прокатилась под лестницей, зацепила перила с другой стороны, чуть помогая себе силой, взбежала вверх по стене, у потолка оттолкнувшись ногами, и приземлилась обратно на перила, балансируя на одной ноге.

От веселого времяпровождения меня отвлекла вибрация сигнального заклинания. Кого это к нам занесло? Я поправила одежду, на всякий случай окутала себя щитом и двинулась к двери, на ходу выравнивая дыхание. Не то, чтобы я не доверяю профессионализму Алистера или у меня паранойя, но лучше перестраховаться.

–Здравствуйте, лира Моргалис? – поприветствовал меня паренек лет шестнадцати.

На нем была простенькая невзрачная одежда, за плечами – огромная сумка, волосы растрепаны и припорошены дорожной пылью.

–Доброго дня. Как ты вошел? – ровно поинтересовалась я, нацепив на лицо вежливое выражение.

–Так у вас это… ворота не заперты были, а у меня посылка. Вы же не сердитесь? И вы не ответили: лира Моргалис – это вы?

Я кивнула, осматривая дорожку, ведущую от ворот к крыльцу. Ну, с одной стороны, может, Алистер действительно не запер ворота? Я ведь все равно выйти не могу. А с другой – ну он же тот еще… профессионал. А тут открытые ворота.

–Так что, будете посылку принимать? – поторопил мальчишка.

–А от кого?

–Отправитель не указан.

–Тогда распаковывай, посмотрим, что там.

–Не положено, – заупрямился мальчишка.

Мне, конечно, было интересно, что там внутри. Но жить, в случае чего, все-таки, будет интереснее, поэтому как-нибудь перебьюсь. Тем более, у меня даже нет предположений, от кого посылка. Точнее, предположение было всего одно, и оно мне категорически не нравилось.

–Оформляй возврат.

–А в причинах что указывать? Вы ведь не посмотрели даже! – насупился пацан.

–Мне все равно, придумай что-нибудь. Всего доброго, – и я взялась за ручку двери.

–Лира Моргалис! – запричитал пацан. – Ну вы хотя бы откройте. А вдруг меня из-за этого без работы оставят? – с этими словами паренек шагнул вплотную к порогу и сунул коробку в дверной проем.

–Демоны, просто оставь ее се… – окончание фразы потонуло в оглушительном грохоте.

Дом содрогнулся. Я рефлекторно упала на пол и откатилась подальше, накрывая себя еще одним слоем щита. С потолка посыпалась лепнина, совсем рядом грохнулась люстра, весь холл окутало облаком пыли. Щит, хоть и содрогался от ударов, надежно их выдерживал. Однако, крупицы пыли свободно проникали через него вместе с воздухом и попадали в дыхательные пути. Я дышала через стянутую впопыхах рубашку и то и дело кашляла. Надеюсь, все это скоро закончится. И не тем, что мой щит лопнет от очередного удара.

Наконец, грохот затих, и все вокруг перестало вибрировать. Я осторожно поднялась и, перешагивая через обломки, направилась к двери. Точнее, к тому месту, где она находилась. Сейчас там зияла дыра – разворотило не только дверной проем, но и часть стены. А на земле, неподалеку от крыльца, лежал мальчишка-посыльный. Не отдавая себе отчета в том, что творю, я бросилась к нему. А вдруг жив?

Но защита, будь она неладна, меня не пропустила. Полдома разнесло, а охранкам Алистера хоть бы что! Я хрипло расхохоталась, но быстро взяла себя в руки и побрела на второй этаж. Надо отправить вестника за целителем и сообщить лиру Габи о случившемся. И оценить ущерб.

Больше всего пострадал холл, там развалилось буквально все. Второй этаж и, как ни странно, лестница, остались целыми, в гостиной слегка обвалился потолок, кое-где попадали люстры, ну и стекла из рам повылетали, куда же без этого.

Я размышляла, безопасно ли сейчас будет принять ванную, чтобы смыть с себя слой пыли, когда услышала шаги и голос Алистера. Быстро развеяла щит, замкнула печать и поспешила к нему, на ходу натягивая рубашку, через которую до этого дышала.

–Стражу я вызвала, целителя мальчишке тоже, со мной все в порядке, – выпалила я, вываливаясь в коридор.

Мужчина мне на слово не поверил, подошел вплотную и принялся сканировать меня заклинанием. Я покорно стояла, наблюдая за руками, скользящими в какой-то паре дюймов от моего тела. Следом за ними табуном бежали мурашки, сердце выстукивало бешеный ритм. Демоны, еще немного, и я покраснею, как подросток! Наконец, телохранитель отступил, и я едва заметно выдохнула.

–Видимых повреждений нет, – заключил Аррон. – Ты же стояла прямо у очага взрыва, как так вышло?

–Ты меня что, упрекаешь? – тщетно пытаясь скрыть возмущение в голосе, спросила я. – Мне нужно было там умереть, чтобы ты остался доволен?

–Я бы остался доволен, если бы ты не открывала двери кому попало, – произнес Алистер с таким невозмутимым выражением лица, что мне захотелось его ударить.

–Ты невыносим! – рявкнула я, развернулась на пятках и направилась к выходу из дома.

Целитель прибыл быстрее следователя, но все равно, увы, слишком поздно. Лир Габи настоятельно рекомендовал нам с Арроном переселиться куда-нибудь в другое место на время расследования, а дом решили опечатывать.

–Лира Моргалис, вы знали этого мальчика? – спросил следователь после того, как я в подробностях пересказала свой разговор с посыльным и несколько раз описала взрыв.

Я покачала головой, потом вспомнила вчерашний разговор с Алистером и предположила:

–Возможно, он работал в театре, где выступала моя мачеха.

–Верно, а еще посыльным в двух почтовых отделениях, – огорошил меня лир Габи.

–Я был сегодня на почте, и личность отправителя выяснить не удалось, – сообщил Алистер, а я потихоньку выскользнула из комнаты.

–Лир Алистер, давайте каждый будет заниматься своей работой, – уже из коридора услышала я просьбу следователя не лезть не в свое дело.

Я не думала, что этот щелчок по носу оказался для Алистера более неприятным, чем прилипшая к одежде соринка, но все равно злорадно усмехнулась. Так его!

Обратно я вернулась довольно быстро, без особых усилий держа дорожную сумку, в которой уже было все необходимое. Плюхнула ее на пол и выжидательно уставилась на телохранителя. Тот закончил разговор со следователем – видимо, делился тем, что ему удалось раскопать – и, бросив на меня мимолетный взгляд, вышел.

Я сунула лиру Габи тяжелый кошель и попросила передать его семье погибшего мальчика. Не знаю, что удивило мужчину больше: моя вера в то, что следователь не оставит деньги себе или мое желание помочь мальчишке, из-за которого я могла погибнуть, но он обещал выполнить просьбу. Я благодарно кивнула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.