Бируля Валентин
Боулинг судьбы, или Заманчивая перспектива

Приключения

Научно фантастический Роман

Боулинг судьбы,

или Заманчивая перспектива

Аннотация

Мыслящее человечество всегда ищет лёгкие пути к богатству, жаждет иметь много денег, но не желает прилагать усилий. Многовековая мечта – отдыхать, путешествовать, заниматься своими увлечениями – кажется воплощением абсолютного счастья.

Учёные утверждают, что вскоре нас ждёт технический прорыв, сложнейший философский и экономический перелом. За людей будут работать умные машины, роботы с искусственным интеллектом и генетически модифицированные сотрудники. А обычные граждане тем временем станут отдыхать, гулять в парках, предаваться развлечениям и беззаботно распоряжаться своим временем.

Однако эта очередная утопия может привести к потере смысла жизни и глубокому социальному кризису.

– Чудес, увы, не бывает, – с грустью заключает молодой человек, мечтающий найти работу.

Пролог

Основатель школы «Квантовый Гамбит» товарищ Бинди П.Н. утверждает: учёные не знают, почему существуют физические законы, и даже не понимают, где они находятся – в природе или в нашем сознании. Нередко случаются досадные сбои и нестандартные отклонения, но тем не менее осознание своего единства со Вселенной является величайшим благом человечества. Теория вечной хаотической инфляции красноречиво доказывает беспредельность мироздания: вселенные возникают спонтанно, и нет им конца. Это означает, что за бесконечное время могут реализоваться абсолютно все возможные события.

Глава 1

«Город N…»

От грубого скользящего удара тяжёлой ветки о подоконник я нехотя просыпаюсь. В сознании растёт социальная усталость, бессмысленная и нелепая неизбежность нищенского существования. Чем яснее мысли, тем мрачнее на душе.

Лежу, беспокойно ворочаясь в сырых носках и потрёпанном трико. За окном нагло разгуливает промозглая осень, зловеще шуршит жёлтыми листьями, раздражённо разбрасывает городской мусор. Холодный нудный дождь отбивает по ржавому подоконнику монотонную морзянку обречённости. «Отопление дадут через месяц», – мелькает в голове. Муха, сидящая на столе, заметив мою активность, ненадолго отрывается от трапезы, чтобы приветственно махнуть лапкой – мол, с добрым утром. Я натягиваю на себя старый заштопанный плед. Влажные трещины на потолке складываются в серо-жёлтое уродливое лицо с двумя большими глазами. Перевожу взгляд на окно: водянистое небо закрыто плотным одеялом туч. Длинные тени, стараясь быть незаметными, спускаются с небес и прячутся в ветвях облезлого дерева. С потолка на стул с тихим стуком падает тяжёлая блестящая капля. Закрываю глаза, пытаюсь уснуть.

Слышится тихий звон, монотонная мелодия колокольчиков; звук нарастает. Из панельной потрескавшейся стены в бальном красном платье выходит виртуальная девушка Алиса.

– Вы просили напомнить: сегодня в 7:33, пора вставать, идти на биржу труда, искать работу. Кстати, – прямой рукой показывает на меня, – у вас есть непрослушанные уведомления.

– Ах, Алиса, не до этого сейчас, какие уведомления! – сердито возмущаюсь я.

Виртуальная помощница, закручиваясь как балерина, подпрыгивает и, плавно поднимаясь, исчезает, пронзая потолок. Настроение хуже некуда, меня буквально трясёт. Приподнимаюсь, уныло сажусь, протираю слипающиеся глаза. Пустой взгляд упирается в одиноко висящую икону пророка Сочавского, вырезанную из газеты. С надеждой крещусь, встаю и, хмуро бормоча, бреду на кухню.

«Работа… Сортировать посылки, раскладывать бандероли по ячейкам – какая дурацкая работа. После университетского колледжа я трудился на почте – это дело не по мне, но сейчас и такой нет. Меня уволили два дня назад, заменили шустрым роботом с искусственным интеллектом. Никогда не забуду красное самодовольное лицо директора и его розовые волосатые пальцы с приказом. Андроид всё делает точнее, в десять раз быстрее, не устаёт, не требует оплаты, не курит и не пьёт. Электронная тварь постоит у розетки как неприкаянный минут двадцать – и снова за дело. Устроиться в наше время на работу почти нереально, а на государственное пособие не прожить. Умные машины вытесняют людей каждый день, а за квартиру, еду и лекарства необходимо платить. Так теперь по всему миру. Правительство обещало, что машины будут пахать, а сытые счастливые люди – играть на арфах… тьфу ты… точнее, как же там… на лютнях».

– Зато я впервые выспался! – пытаюсь себя подбодрить.

Впереди – нудный сумрачный день под дождём, в длинной потной очереди на бирже труда. Как же хочется есть! От мыслей о шкварчащих на раскалённой сковороде котлетах, жареной картошке с румяными тающими шкварками и квашеных огурчиках в животе закручивается бурный водоворот, в сознании начинается гастрономический коллапс. Потерянно согнувшись, упираюсь в пол тупым неприязненным взглядом, иду на кухню. Вытираю лицо влажным полотенцем, открываю шкаф – там только кусок старого хлеба. Ещё полпачки овсяных хлопьев, на которые невозможно смотреть без слёз. Пойти к сестре? Но она закрывает свой бизнес – торговлю хот-догами и квасом. Рядом с её палаткой поставили автомат, выпекающий горячие пирожки и наливающий различные напитки. При воспоминании о румяной выпечке урчание в животе усиливается.

Неуверенно направляясь к плите, замечаю на столе вчерашнюю газету, проклятую квитанцию и… очень подозрительный тёмно-синий конверт. Меня передёргивает, словно от удара локтём об острый угол косяка. Что это? Неоплаченные счета или того хуже – «письмо счастья» из налоговой? Вчера этого послания не было! Может, выпало из газеты? Настроение опускается до нуля, хотя куда уж ниже. Трясущимися руками беру казённый конверт, вскрываю. Непослушные пальцы ощущают плотную, холёную бумагу. Боязливо вытаскиваю цветную рекламную открытку. Чувствую лёгкое тепло, едва заметную вибрацию. Буквы оживают. В центре появляется чёткое, невероятно реалистичное изображение: по натёртой до блеска дорожке катится тёмно-синий шар и сбивает все кегли.

«Страйк!»

«Только боулинга мне не хватает», – думаю я и раздражённо бросаю назойливую рекламу на стол.

Шары с буквами начинают кататься, выстраиваясь в новую фразу, я невольно читаю:

«Дорогой друг, приглашаем Вас на работу! Требования просты: два раза в неделю писать восторженные, одобрительные отзывы. Оплата – 6 тысяч, бесплатный обед, рабочий костюм и многочисленные льготы».

– Что?!

Сколько!

Сколько!?

– невольно выкрикиваю я и быстро хватаю открытку. – Это в три раза больше, чем я зарабатывал!

Чушь какая-то. Но позвонить нужно! Вот только ни адреса, ни телефона – ни здесь, ни на обороте нет. Тусклые координаты на конверте «Город N…», улица, область – неразборчивы. В сердцах бросаю пустышку и слышу приятный женский голос. Замираю.

– Евгений, нам очень важно ваше мнение!

– Евгений?.. – удивлённо повторяю я. Она знает моё имя… До чего техника дошла!

– Если у Вас возникнет желание посетить нашу игровую площадку, коснитесь пальцем шара в правом верхнем углу листа и произнесите: «Боулинг Судьбы». Вы сразу окажетесь у нас! Не пугайтесь быстрому перемещению, это безопасно. Чтобы вернуться обратно, скажите: «Стоп, игра» – и окажетесь на прежнем месте.

– Какие глупости! IT-технологии до такого ещё не дошли, телепортация не существует, – гневно бурчу я и нарочито сильно тыкаю пальцем в нарисованный шар, издеваясь, произношу, коверкая дикцию: «Боулинг судьбы».

В комнате мгновенно возникает белое облако тумана. Чёткие контуры окна и край холодильника вспыхивают серебряной пылью, таинственно искажаясь в свете лампы, и растворяются. Сидящая на краю стола зелёная муха с недоумением крутит головой, растерянно потирает лапками. Она явно удивлена внезапному исчезновению большого человека. Секунд десять, а то и все двенадцать, озадаченное насекомое смотрит выпученными фасетчатыми глазами на то место, где только что стоял сонный юноша. Крадучись, с презрительным недоверием, подходит к рекламной открытке и, поднатужившись, сбрасывает её со стола. Цветной листок не падает на пол, а пронзает его, словно не имеющее массу пёрышко, и скрывается из виду.

В это время я уже нахожусь в просторном затемнённом зале. Лавина хаотичных звуков, кричащие краски и яркие огни окружают меня со всех сторон.

Шок.

Шок!

Шок…

Висящие на тёмном потолке сияющие лампы прицельно освещают стройные ряды игровых дорожек. Новенькие полосы уходят влево и вправо – так далеко, что конца не видно. Красочные мониторы моргают, привлекая внимание. В воздухе пахнет весенней свежестью и чем-то неуловимо приятным, но чужим. Кругом ходит миролюбивый народ, между ними снуют мигающие лампочками роботы. Радостные компании смеются, с удовольствием играют в боулинг. По дорожкам катятся разноцветные шары, сбивая белые фигурные кегли. В воздухе парят самокаты и скутеры удивительного дизайна. Чёрный мистический потолок как бесконечное ночное небо, усыпанное звёздами. На чём держится крыша – непонятно, и есть ли она вообще? Но прозрачные колонны с летающими кабинами лифтов убеждают: над головой есть и другие этажи. Бодрые радостные люди облачены в прекрасную одежду, как в фантастическом кино, а я… я… среди этой блистательной чистоты и великолепия стою в драном трико. Круто наклоняюсь, бросаю придирчивый взгляд на себя и вижу шикарный спортивный костюм и дорогую кожаную обувь.

– О-о-о! – непроизвольно восклицаю я.

Сквозь приглушённые голоса прорываются радостные возгласы:

– Фрейм! Бросай! Заступ! Теперь мой ход! Хук! Победа! Лофт!

– Динь…

Дон…

Дан…

Тун…

Звучит восходящий мажорный септаккорд, срываясь на серебряный полнозвучный флажолет.

По телу бегут колкие противные мурашки, будто костлявая невидимая рука демона касается моей спины. Что это? Счастливая райская жизнь, воплощённая в реальность? Или сбой Великой Матрицы?

Слева, зазывая огнями, располагается кафе «Три семёрки». За стойками непринуждённо общаются посетители. Поворачиваюсь не торопясь, с опаской, и вижу стеклянные окна во всю стену, уходящие под потолок. Там, за стеклом, – другой удивительный мир, сияющий огнями рекламы, подмигивающий многостворчатыми окнами невообразимый мегаполис будущего. Внизу нет автомобильных дорог: широкие улицы-парки, пешеходные тропинки, тенистые аллеи пересекаются живописными мостами и извилистыми речушками. Всюду ходят люди (или существа, похожие на людей), красивые животные, порхают незнакомые птицы. Выше, на разных уровнях, передвигается транспорт.

Вот оно. Будущее, красивая размеренная жизнь. Но никто не играет здесь на арфах, нет-нет, как их… забыл… на лютнях. Наверное, это и есть «Город N…». Несмотря на всё это благополучие, меня охватывает инстинктивный страх. Неизвестность давит, ощущение опасности нарастает, становится невыносимым.

Глава 2

Добрые руки мамы

Сквозь безумную какофонию азартных воплей и триумфальные вспышки фанфар едва пробивается неземная, сладкая, как синтетический мёд, мелодия. И в этот момент я ощущаю на себе взгляд. Не простой, а сканирующий, изучающий, словно меня взвешивают на невидимых весах, определяя процент добра, глупости и склонности к безрассудному азарту.

Осторожно поворачиваюсь и застываю: передо мной стоит красавица с большими голубыми глазами. Идеально точная стрижка – оранжевое каре, короткое розовое платье с широкой белой окантовкой, стильный элегантный фартук. На стройных ногах – белые туфельки со сверкающими каблуками. Яркий, мгновенно запоминающийся образ. Таких обворожительных я никогда не встречал в своей серой жизни. От доброй улыбки девушки всепоглощающий страх понемногу отступает. Кого-то она мне напоминает, что-то забытое и прекрасное.

В её изящной левой руке каким-то непостижимым образом медленно вращается серебряный поднос. На нём – фужер коньяка, скрученные из отборных листьев толстые сигары и аппетитные бутерброды, от которых исходит такой манящий аромат, что я невольно сглатываю.

– Вижу, вы здесь впервые, Евгений? – смущённо говорит она нежным голосом.

– Да, – с трудом выдавливаю я, вспоминая, что это тот самый голос с открытки.

– Угощайтесь, пожалуйста. Не волнуйтесь, осваивайтесь. Погуляйте, познакомьтесь с кем-нибудь, поиграйте. Если захотите вернуться, просто произнесите: «Стоп, игра» – и мгновенно окажетесь на прежнем месте.

Очаровательная девушка ставит поднос на небольшой стеклянный столик с тремя стульями, которого я раньше не замечал. «Что происходит? Что делать?» – лихорадочно соображаю я. Правая нога предательски трясётся, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Может, это хитрая ловушка? Дерзкий социальный эксперимент? Чей-то жесткий маркетинговый ход?

– Меня зовут Олли Миллер, я работаю здесь уже почти три года и встречаю новичков. Они такие растерянные, всего боятся – это трогательный ответственный момент, – красавица серьёзно смотрит в мои глаза. – Если что-нибудь понадобится, просто произнесите моё имя.

Девушка выразительно указывает на визитку, лежащую рядом с тарелкой. Подмигнув так, словно мы заключили тайный сговор с самой Вселенной, и элегантно разворачиваясь, уходит. Сделав несколько шагов, Олли оглядывается и растворяется в воздухе, как тёплое дыхание опоздавшей Золушки в ночной прохладе.

Ноги у меня подкашиваются, и я почти падаю на бархатный стул. Стеклянная столешница оживает – на ней проявляется множество окон, иконок. Понимаю, что это интерактивный экран, и стараюсь ничего не задеть.

Сводящий с ума аромат еды настойчиво манит, заглушая чувство опасности. «Ладно, сдаюсь. Попробую, будь что будет. Хотя бы умру сытым», – думаю я, ощущая, как пустой желудок сводит судорогой. Осторожно оглядываюсь: моё прибытие не произвело ни малейшего впечатления на местную публику.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.