Амина Асхадова
Развод с криминальным авторитетом

Глава 1

Даша

На ноутбук падает входящее сообщение, но я слишком занята, чтобы его открыть.

Вместо этого я подношу чашку к кофемашине, и тонкая струя горячего кофе наполняет ее до краев, обволакивая кухню терпким ароматом. Я закрываю глаза и вдыхаю запах – крепкий, бодрящий, немного горький. Кофе сегодня мне особенно необходим.

Дом наконец-то погрузился в тишину. Я одна.

Марат уехал в командировку еще вчера вечером. Перед его отъездом мы даже не простились – я сделала вид, что работаю в спальне за ноутбуком, а он хлопнул дверью и уехал.

Никакой работы не было.

Мы просто устали друг от друга.

От бесконечных скандалов, обвинений и вспышек гнева. Обоюдных.

В последние годы мы стали не просто чужими – незнакомцами, но раньше мы хотя пытались жить ради всего, что между нами было…

Нет, не так.

Он пытался жить. А я просто существовала.

Но в последние месяцы между нами поселилась бездна.

Я беру чашку, медленно прохожу в гостиную. Сегодня я не жена Марата Айдарова. Сегодня я просто женщина, которая хочет провести вечер без ссор, без напряжения, без боли.

Включаю фильм и устраиваюсь на диване, подтягивая ноги к груди. Горячий кофе приятно согревает ладони, и впервые за долгое время я ощущаю странное, забытое чувство – спокойствие.

Но оно длится всего треть фильма, а фильм оказывается настолько неинтересным, что я с радостью переключаюсь на ноутбук, на который снова громко падает уведомление.

Я бросаю взгляд на экран ноутбука, который после работы оставила открытым на журнальном столике.

«Входящее сообщение».

Ставлю чашку на стол, подвожу палец к тачпаду. Щелчок.

Сообщение без темы. Без подписи. Только короткая фраза:

«Смотри. Это его вторая семья».

Я моргаю. Ладони неожиданно становятся холодными.

Прикрепленный файл загружается медленно, словно нарочно растягивая этот момент.

Экран замирает на первом кадре, затем видео оживает: мужчина, высокий, крепкий, в черной рубашке закатывает рукава. Я узнаю его сразу, даже если бы в ролике была лишь одна его тень.

Марат.

Но не это заставляет мое сердце сорваться в пропасть.

На видео – маленький мальчик. Он радостно бежит навстречу моему мужу, с разбегу прыгает ему на руки, а затем…

– Папа приехал!

Мир перед глазами дрожит и расплывается.

Марат не отталкивает его. Он улыбается. Тот самый мужчина, который годами хранил холод во взгляде, держит ребенка крепко, как самое ценное в своей жизни.

Я не дышу.

Чей этот ребенок?

Почему этот мальчик называет моего мужа папой?

Рядом с ними стоит девушка. Молодая, красивая. Юная. Она касается Марата, а он… позволяет. Телефон, снимавший их идиллию, стоит на штативе. Я знаю это, потому что я тоже снимала наши счастливые моменты именно таким образом.

– Лина, заканчивай снимать, – Марат обращается к ней. – Помни, что о сыне никто не должен узнать, и наши встречи должны остаться конфиденциальными, до тех пор, пока все не решится.

В груди разгорается настоящее пекло. Я хватаюсь за край стола – за единственный оплот стабильности, который есть вокруг.

Потому что я сама этим оплотом давно не являюсь…

Грудь сдавливает так сильно, что я не могу вдохнуть.

Перед глазами темнеет.

Видео обрывается.

В комнате слишком тихо, но внутри меня громко рушится все, что я знала о своем муже.

Марат. Ребенок. Другая женщина. Воображение моментально воссоздает картинку из видео, и я понимаю, что ребенок – полная копия Марата.

В висках стучит, сердце глухо ударяется о ребра, но мысли все еще не могут сложиться во что-то цельное.

Мой муж – Марат Айдаров, опасный криминальный авторитет. Я почти уверена, что видео – это попытка врагов разрушить нашу сильную семью, поэтому сразу набираю мужа.

Я беру в руки телефон. Пальцы дрожат, когда я набираю номер.

Гудки длинные. Один. Второй. Третий.

– Да.

Его голос низкий, уверенный, будто ничего не случилось.

Я открываю рот, но слова застревают в горле. Как спросить? Как сказать, что мне только что прислали это видео?

Марат молчит пару секунд, потом холодно спрашивает:

– Даш, что-то срочное?

В голосе мужа усталость, в моем – море надежды, когда я спрашиваю:

– Где ты, Марат?..

– Вчера тебя это не интересовало, – он говорит это ровно, как будто это не требует дополнительных объяснений. – Я в командировке. И прямо сейчас – у меня деловая встреча.

Я резко вдыхаю.

В командировке?

А мальчик, который бежал к тебе с криком «Папа приехал»? А девушка, что прикасалась к тебе… так… интимно…

Я зажмуриваюсь от боли и уточняю:

– Когда вернешься?

– Через три дня. Может, задержусь.

Три дня. Три дня мне на то, чтобы все взвесить.

– Что-то случилось, Даш?

Случилось. У тебя есть другая жизнь. Вторая семья. Чудный ребенок. Чужой сын. В свете последних событий для меня это оказывается ударом поддых. Самым настоящим.

– Нет, – отвечаю ровно. – Просто хотела услышать тебя.

Марат замолкает. Он явно не ожидал такого ответа.

– Давай поговорим, когда я вернусь. Я сейчас занят. У меня деловая встреча…

Я киваю и почти ему верю, пока на заднем фоне не раздается детский смех.

– Я слышу ребенка рядом с тобой.

– Это сын партнера, – отвечает спокойно. – Некогда, Даш. Целую.

Марат резко сбрасывает звонок, а меня будто парализует.

Мир перед глазами дрожит и расплывается, а внутри меня громко рушится все, что я знала о своем муже, ведь «сын партнера» оказывается полной копией моего мужа.

Я медленно поднимаюсь с дивана, подхожу к зеркалу.

Отражение кажется мне чужим. Нет, для своих лет я выгляжу прекрасно – об этом мне говорит каждый второй, кого я встречаю, а в числе моих подруг и друзей преобладающее количество молодежи, чтобы оставаться в современном мире на плаву, но…

Сегодня я словно проснулась ото сна.

Я не хочу знать, кто прислал мне это видео. Враги Марата или его любовница – из ревности или большой любви, мне неважно!

Мне все равно.

Очевидно, что видео не подделка, и у Марата действительно есть сын – маленькая копия его. Те же жгучие черные волосы и острые черты лица. Наших двоих детей, увы, ему не хватило, и в свои сорок лет он решил завести вторую семью.

Но я слишком многое пережила с ним в браке, чтобы стерпеть и это. Я прошла с ним через огонь и воду. Тюрьмы, крах империи, враги, предательства и потери. Мы начинали с чистого листа не один раз, но я клялась ему, что буду с ним до конца.

Я принимала его тем, кем он был. Суровым, жестоким, сильным, не прощающим ошибок. Я закрывала глаза на многое, потому что знала – он никогда не тронет меня.

Никогда не предаст.

Но если предаст…

Я всегда знала, что ему придется дорого заплатить за это.

Мой сосуд терпения давно был переполнен, и сегодня, когда я увидела этого мальчика, полную копию моего мужа, он попросту лопнул.

Я нахожу номер хорошего адвоката и договариваюсь о встрече – незамедлительно.

Но самое ужасное начинается, когда я решаюсь подать на развод. На развод с криминальным авторитетом.

Глава 2

Для встречи с адвокатом я выбираю столик в углу – самый дальний и закрытый от глаз посетителей.

Я забронировала его заранее, чтобы наша встреча прошла спокойно, но не так официально, как если бы я заявилась в офис одной из ведущих юридических компаний страны, специализирующихся на бракоразводных процессах.

Для встречи я выбрала костюм из шелка универсального черного цвета, а сверху набросила тренч бежевого оттенка.

Заказав себе кофе, ставлю на стол ноутбук. Открываю его, но пальцы не спешат печатать.

От работы тошнит, а от изобилия одежды на мониторе уже рябит в глазах, хотя я и подумать не могла, что когда-нибудь смогу устать от работы. Тем более, что у меня собственная студия с многочисленными клиентами, которые ждут своей очереди ко мне, ведущему стилисту городу, месяцами, чтобы подобрать образ на важное мероприятие.

Официант приносит мой кофе, и я машинально делаю глоток, но вкуса не чувствую.

В кафе тихо, но я все равно чувствую себя не в безопасности.

Это уже не просто эмоции, не боль от предательства. Это страх. Страх, что Марат узнает о моем решении развестись, а я…

Я к этому совсем не готова, ведь я собираюсь пойти против человека, которого боятся даже его враги.

Против Марата Айдарова.

– Дарья?

Я поднимаю голову.

– Здравствуйте, Дарья. Меня зовут Руслан Слуцкий. У нас с вами назначена встреча.

– Здравствуйте.

Руслан в дорогом костюме, подтянутый, с острым взглядом человека, который привык работать с непростыми делами. Он не спешит садиться, сначала внимательно изучает меня, словно оценивая серьезность моих намерений.

– Вы уверены, что хотите это обсудить? – его голос спокоен, но в нем звучит скрытое предупреждение.

Руслан наслышан о моем муже сполна, но я верю в профессионализм этого человека и не переживаю за конфиденциальность нашей встречи, поэтому киваю.

– Да, Руслан. Я уверена.

Он садится, но прежде чем достать документы, осматривает зал.

Этот человек работал с десятками влиятельных клиентов. Разводил олигархов, политиков, но даже он понимает – это не обычное дело. Мой муж далеко не простой человек, но с меня довольно. В этот раз я точно дойду до конца и добьюсь развода.

– Мне ваш контакт дала моя подруга. Она сказала, что у вас запись расписана на месяцы вперед…

– Да, она упомянула, что дело безотлагательное и попросила за вас. Услышав фамилию, я не смог не взяться. Люблю сложные дела, знаете ли.

Я киваю. В моем случае – дело будет архи сложное.

Однажды я уже пыталась уйти от Марата Айдарова – без подготовки, без стратегии, только на эмоциях. У меня ничего не вышло, но тогда я еще не знала, что у моего мужа есть любовница и внебрачный сын. На этот раз я не повторю своих ошибок, поэтому о своем неудачном опыте я тоже рассказываю адвокату.

– Дарья, ваш муж, Марат Айдаров, не простой человек. В этом городе его знают все. Этот развод будет не просто юридической процедурой, а серьезным шагом, который повлечет за собой последствия. Вы осознаете, во что ввязываетесь?

– Да.

Руслан кивает, но в глазах сомнение.

– Ваш муж – это не просто фигура в бизнесе. Это имя, за которым стоят связи, власть, опасность. Если он узнает о вашем намерении раньше времени…

Он делает паузу.

Мы оба понимаем, чем это может закончиться: шансы выиграть дело снизятся в десятки раз, а со мной…

Что будет со мной – я не знала. Марат страшен в гневе. Очень.

Адвокат изучает меня, будто взвешивает шансы.

Потом достает из папки документы.

– Тогда начнем. Сперва подпишем договор, чтобы вы чувствовали себя в безопасности. Далее я должен узнать причину, по которой вы хотите развестись со своим мужем. Это необходимо, чтобы я мог оперировать этим в суде.

Тот факт, что суду быть, мы не обсуждаем. С учетом того, что несколько лет назад Марат не дал мне развод, сейчас это очевидный сценарий, поэтому после подписания договора мы приступаем к основной части встречи.

– Я узнала, что у моего мужа есть внебрачный сын. Мне прислали видео и фотографии. Я не готова с этим мириться, – сухо выкладываю факты, хотя в груди и в глазах нестерпимо печет.

Руслан говорит что-то про возможность подделать видео, но я резко качаю головой.

– Мальчик – его полная копия. Мне не нужен тест ДНК, это сын Марата. Хотя тест мы обязательно сделаем… когда будем судиться…

Руслан кивает, записывая информацию в свой блокнот, но я уверена, что эта информация не просочится в прессу. Такие, как Слуцкий и его компания, дорожат своей безупречной репутацией. Он один из лучших адвокатов по бракоразводным процессам, а в случае выигрыша у него в кармане окажется солидная сумма.

Я слушаю, что он говорит – про счета, недвижимость, безопасность, детей, но с каждой секундой понимаю: это не развод. Это какая-то война. Причем самая настоящая!

И я в нее вступила.

– Первый вопрос – активы. Если мы инициируем развод, нам нужно четко понимать, какие у вас есть имущественные права. Большая часть собственности оформлена на него?

– Да, – отвечаю я. – Моя студия дизайна полностью принадлежит мне, также есть пентхаус, который он подарил мне на рождение первого… ребенка. Бизнес, наш дом, недвижимость за границей и автомобили – все на нем. Так вышло.

– Брачный договор?..

– Отсутствует… Я любила его…

Я опускаю глаза, когда Руслан понимающе кивает. У него таких случаев, когда женщина слепо любила, вагон и маленькая тележка. Никогда не знаешь, где нужно подложить соломку. Увы.

– Общие счета? Доступ к финансам?

– У меня есть личный счет, но основные деньги контролирует он.

Адвокат чуть прищуривается.

– Вы уверены, что он не заблокирует вам доступ?

Я не уверена. Я знаю, что так и будет.

– Заблокирует. Он уже делал это, когда я пыталась от него уйти. У нас в семье произошло горе… Мы до сих пор не выбрались из того кризиса…

Руслан делает пометки, а я в двух словах описываю ту мясорубку, через которую я прошла некоторое время назад. Марат прошел через нее тоже, но, судя по ребенку на видео, он справился и живет дальше.

Ненавижу его…

– Следующий пункт – недвижимость. Где вы планируете жить после развода?

Я на секунду замираю.

Я не думала об этом. Я всегда жила в нашем доме. В нашей крепости, построенной на его правилах.

– Перееду в свою квартиру.

Адвокат делает очередную пометку.

– Дети? – он поднимает на меня серьезный взгляд.

– Совершеннолетние. Дочь и сын.

Я крепко сжимаю пальцы.

Дочь и сын. Вот и все.

– Вы так молоды… – замечает адвокат.

– Марат забрал меня из дома в восемнадцать. Почти сразу я забеременела…

– Понял. Вы готовы к тому, что он может использовать ваших детей как инструмент давления?

– Дочь будет на моей стороне. У нас с ней… теплые отношения…

– Настоящая мама и дочка, – понимающе улыбается Руслан.

– Да.

Адвокат внимательно смотрит на меня, а затем складывает руки в замок и произносит:

– Первое, с чего мы начнем – это юридическая защита. Мы подготовим документы так, чтобы он не смог заблокировать процесс. Второе – физическая безопасность. Вам нужно место, куда можно уйти в момент, когда он все узнает. Третье – поддержка. Вам понадобится кто-то, кто сможет вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля.

Я киваю.

– Третьего у меня нет. Но я справлюсь.

– Вы готовы к этому?

Я смотрю на него и чувствую, как внутри меня поднимается уверенность.

– Готова.

Руслан подвигает ко мне документы.

– Тогда начинаем.

Я беру ручку и ставлю первую подпись.

Я не скажу Марату ни слова.

Но когда он узнает, будет уже поздно.

…Проходит около часа прежде, чем адвокат Слуцкий начинает собираться: он убирает бумаги в кожаную папку и приглушенно говорит:

– На сегодня наша работа закончена, теперь дело за мной. Если передумаете, обязательно дайте мне знать.

Я сжимаю пальцы на чашке, делая последний глоток остывшего кофе, и уверенно отвечаю:

– Я не передумаю. Я хочу развестись как можно скорее… в нашем случае.

Руслан кивает, словно понимая, что теперь мне нужно побыть одной.

Я провожаю его взглядом, пока он уходит, чувствуя, как на сердце повисает тяжесть. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями, и, возможно, еще одна чашка кофе, поэтому я пересаживаюсь за обычный столик у окна, больше не скрываясь, и заказываю чашку кофе.

Мое внимание привлекает звон колокольчика, и я неосознанно поднимаю глаза. В этот момент порог кофейни переступает крепкая мужская фигура, и я застываю.

С этим человеком я бы хотела встретиться меньше всего, потому что сейчас я объективно нахожусь в особо уязвимом состоянии, но Вадим моментально выцепляет из толпы мое взволнованное лицо.

А затем, помедлив, направляется прямо к моему столику.

Глава 3

Вадим Островский – старый знакомый нашей семьи. Еще каких-то несколько лет назад наши семьи хорошо общались, но после Вадим развелся и уехал из столицы, а наше общение сошло на нет. Я не знаю причины, по которым муж порвал все связи с Островским, потому что с тех пор мы не встречались.

– Даша? Вот это встреча.

Я замираю, прежде чем поднять взгляд.

Он стоит у столика, высокий, чуть загорелый, с легкой небрежностью во внешности, которая ему всегда шла. Он был душой компании и с ним всегда было интересно поговорить.

– Вадим… – я моргаю, не зная, что сказать. – Здравствуй.

Его взгляд цепляется за моего адвоката, который с опозданием выходит из кофейни, и я чувствую, как внутри поднимается тревога. Надеюсь, что они не знакомы, потому что бракоразводный процесс я хочу сохранить в тайне.

– Можно?

Я киваю, хотя еще секунду назад думала уйти.

Он садится напротив, внимательно изучает меня.

– Ты совсем не изменилась. Напомни, сколько тебе? Двадцать пять?

Не выдержав, я тихо смеюсь и провожу указательным пальцем по горячей чашке кофе, который бесшумно приносит официант. Для Вадима тоже принесли горячий эспрессо.

– Ты всегда так говоришь.

– Но не всем. Только тебе, Пчелка.

Пчелка.

Вадим называл меня так с момента открытия собственной студии, когда я стала работать не покладая рук. Марата это злило – и моя работа, и уменьшительно-ласкательное «Пчелка». Мой муж просил его называть меня полным именем, но Вадим никогда этого не делал. Только Островский мог позволить себе обращаться ко мне так… нежно. Остальных Марат сбрасывал со счетов – из ревности, а Вадиму в этом плане везло.

Бывший друг семьи откидывается на спинку стула, оглядываясь вокруг, и я тихо бросаю:

– Не знала, что ты вернулся в город.

– Я прилетел к маме, у нее скоро день рождения. И знаешь, захотелось посмотреть, что изменилось.

– Это отличный повод. Поздравь маму от меня, – прошу его.

– Всенепременно.

Вадим смотрит на меня поверх чашки кофе, и от этого взгляда становится немного не по себе. Будто он изучает меня.

– И как? Что-то изменилось в этом городе? – спрашиваю я, чтобы разрядить напряжение.

– Люди те же. Места те же. Разве что кофе здесь стал лучше.

Я коротко улыбаюсь.

– Как твои дела, Даш?

– У меня все хорошо.

Вадим кивает и делает вид, что верит.

Несмотря на то, что он был душой компанией, он всегда чутко отслеживал настроение других. К тому же, он был в курсе трагедии, которая с нами произошла, и отчасти благодаря тем семейным посиделкам с Вадимом и его женой мы немного пришли в норму.

– Как Марат? Почему он не с тобой?

– Он… в командировке, – я увожу глаза. – Но он скоро вернется. На этой неделе мы планируем сходить в театр, а летом полетим в Грецию.

Когда я говорю о планах, я совсем не лгу.

Мы все это действительно планировали. До тех пор, пока я не узнала о его сыне.

– Прекрасно.

– А вы с Маратом… общаетесь? – спрашиваю у Вадима.

– Нет, – ответ Вадима категоричен, и в нем слышатся стальные нотки.

Я киваю, затем достаю несколько купюр и кладу их на стол, после чего начинаю чуть нервно собираться. На Греции мой голос задрожал, а на глаза навернулись слезы, но я надеюсь, что Вадим их не заметил.

– Была рада увидеть тебя, но мне пора.

– Даш.

– М? – я поднимаю взгляд, когда Вадим выходит из-за стола вместе со мной.

– У тебя не изменился номер?

– Нет, а что?

– Мне нужен совет, а обратиться не к кому, – Вадим пожимает плечами. – У мамы юбилей, и мне нужна твоя помощь с подарком. Ты знаешь, что она погружена в моду и любит красивые аксессуары даже в столь преклонном возрасте…

Я киваю и вспоминаю, как много советов давала ему относительно Ани, бывшей жены Вадима. Советовала, какие цветы лучше купить и какой подарок подарить на день рождения. Жаль, что в конечном итоге они все же развелись.

– Не знаю, что вы не поделили с Маратом, но ты остаешься моим другом, даже если у тебя были разногласия с ним. Напиши, что твоя мама любит, и я что-нибудь подберу.

– Супер. Очень тебе признателен.

– Конечно. Ну… пока.

– Даш, тебя подвезти?

– Нет, я на машине.

Попрощавшись с Вадимом, я выхожу из кофейни под звон колокольчиков, ощущая легкое жжение в области лопаток до тех пор, пока не сворачиваю на парковку в сторону своего автомобиля.

Глава 4

Я слышу звук двигателя еще до того, как его машина заезжает на территорию дома, и он паркуется в гараж. Марат возвращается из командировки с большой задержкой – в воскресенье вечером, а мне бы хотелось, чтобы никогда.

Чтобы он никогда не приезжал, потому что видеть его, зная всю правду – до боли больно. Именно так.

Глубокий вдох. Медленный выдох.

Я готовилась к его приезду пять дней, но такое ощущение, что я ни капельки не собрана. Ни физически, ни морально. Увидеть своего мужа в новом облике – это чертовски неприятно. Ощущение, что меня обманывали столько лет, пробирается в душу и выжигает все изнутри.

К тому же, он задержался.

В последнее время он часто задерживался в командировках, но теперь причина была ясна.

Фары мелькают в ночи, и через минуту я слышу, как щелкает замок входной двери.

Марат дома.

Я проверяю свое отражение в зеркале. Спокойное лицо. Холодный взгляд. Идеально собранные волосы.

Я сильная, и я, наверное, выдержу.

А если не выдержу, то хотя бы попробую не умереть. Ни снаружи, ни внутри.

Я выхожу в коридор, чтобы встретить мужа. В последний раз, когда мы пытались сохранить наш брак, одним из условий было всегда встречать друг друга с работы, и я свою часть уговора выполняю. Хотя бы в качестве дани уважения нашему большому прошлому.

– Привет.

Марат стоит в проходе – высокий, сильный, уверенный, как всегда. Рубашка слегка расстегнута, на запястье дорогие часы. Сумка в одной руке, телефон в другой.

Мужчина, который живет двойной жизнью, ничем не выделяется среди других. На рубашке никаких следов от помады, а на теле нет запаха от объятий другой девушки. Он идеальный. Идеальный обманщик и лгун.

Не могу поверить, что в сорок лет ему стало мало меня. Меня и нашей семьи.

– Ты не спишь? – его голос низкий, усталый.

Я пожимаю плечами.

– Тебя ждала.

Он изучает меня.

Раньше он бы бросил сумку в коридоре, подошел бы, горячо поцеловал. А сейчас…

Сейчас между нами воздух, натянутый, как струна.

– Как прошла поездка? – спрашиваю я, будто ничего не произошло.

Марат хмурится, устало потирает лицо.

– Как обычно.

– Что-то новое?

Он медлит.

– Нет, ничего. А у тебя?

Ложь.

В голове вспыхивает тот самый кадр: он держит на руках маленького мальчика, а тот называет его папой.

– У меня все прошло как обычно: работа в студии, дом, – произношу будничным голосом, не считая важным вписывать в свой распорядок встречу с нашим общим другом Вадимом.

– Совсем ничего нового? Ни с кем не встречалась?

– Нет. Говорю же – все как обычно.

Марат кивает, и под его пристальным взглядом я направляюсь на кухню.

– Хочешь есть? Я приготовила ужин.

Он медлит, затем ставит сумку у стены и подходит ближе.

– Да, буду. Я соскучился по твоей кухне. Что у нас сегодня?

– Запеченная утка с картофельным гарниром и салат.

Марат хмыкает, но ничего не говорит. Мы двигаемся по кухне молча, будто это обычный вечер.

– Помой руки и садись за стол.

Он кивает и направляется к раковине. Я подхожу следом, набираю в ладони горячую воду, но если бы раньше она меня обожгла, то сейчас…

Сейчас я не чувствую ничего.

Наверное, именно так можно описать наш брак. После одной боли – новая уже не обжигает.

Марат молча подставляет руки под струю. Мы стоим рядом, и я чувствую его обжигающий взгляд на своей щеке. Его грудь и бедра слегка вдавливают меня в столешницу, но сейчас это заигрывание не вызывает во мне ничего, кроме отвращения.

– Эй, вода горячая, Даш, – шепчет он на ухо.

– Да, наверное…

– Не обожглась?

Только разве что о тебя…

– Нет. Пусти меня.

Сделав короткий выдох, Марат отступает назад и опускает ладони на талию.

Мы садимся за стол. Марат берет вилку, пробует мясо, откидывается на спинку стула. Разговор выходит коротким и в основном о детях – об Алине и Эмире. Они совершеннолетние и не живут с нами – Алина вышла замуж в восемнадцать, как и я, а Эмир предпочел жить отдельно. С уходом детей из семьи мы тоже справились нелегко, мы рано стали родителями и так же рано остались вдвоем. Это… тяжело.

Сухим разговор получается лишь из-за меня – я осознанно не иду на контакт. Боюсь, что если начну говорить слишком много, то просто заплачу и брошу в него сотни обвинений – начиная от трагедии, заканчивая его новоиспеченным сыном и любовницей.

– Даш…

Я резко поднимаюсь с места, стараясь на смотреть Марату в глаза.

Меня слегка потряхивает, а эмоции вот-вот вырвутся наружу, но допустить этого нельзя. Никак нельзя.

– Я пойду к себе. Сегодня в студии у меня было несколько привередливых клиенток. Я устала.

– Сегодня воскресенье. Ты снова работала?

– Не могла отказать судье – ей нужен был образ на светскую встречу. К тому же, я не против работать сверхурочно, работа… отвлекает, – поясняю сухо.

– Мы вроде бы договаривались работать меньше.

– На тебя это правило не распространяется, так?

Я чувствую, как мои шипы вонзаются в его тело. Ему больно, но только мне-то все равно больнее. Это у него есть третий ребенок в то время, как у меня их всего два.

– Даш, ты хотела поговорить.

Я выгибаю бровь.

– Ты звонила мне, когда я был в командировке, – напоминает мне. – А сейчас снова бежишь?

При упоминании бегства и изматывающих разговоров я снова превращаюсь в колючую розу, поэтому в своих ответах я подключаю максимальное равнодушие:

– Я лишь хотела тебя услышать. Разговаривать не хотела. Доброй ночи.

В глазах Марата написано многое – от бурлящей ярости до кипящей злости, но произносит он совершенно другое:

– Даш, извини.

– За что?

– За то, что задержался в командировке. Ты ведь поэтому на меня злишься? Мы не всегда в этой жизни делаем то, что хотим. Иногда жизнь решает за нас.

Я стискиваю вилку в пальцах и молча киваю. Марат поднимается следом и ставит посуду в раковину.

– Все в норме, я совершенно на тебя не злюсь. Кстати, ты помнишь, что мы скоро идем в театр? Надеюсь, что ты не забыл, что периодически нам нужно выбираться в свет, чтобы не ходили дурные слухи?

– Даш, мне все равно на слухи. У меня есть проблемы, и я пытаюсь… их решить. Я лишь хочу получить от тебя долбаную поддержку…

– Ты получал ее все годы, и вот, во что это вылилось!

Склонившись над столом, Марат сжимает столешницу ладонями до побеления костяшек и, кажется, совсем меня не слышит. Словно он в своих мыслях или хочет сказать мне нечто важное, но…

Не говорит.

Так и стоит молча, пока я быстро загружаю посуду в посудомойку и выбираю программу, после чего выхожу из кухни, до последнего чувствуя на себе прожигающий взгляд мужа.

Я закрываю дверь своей спальни и медленно, почти без сил стягиваю с себя платье, по пути направляюсь в душ. Под горячими каплями воды мне ожидаемо не становится лучше, хотя одно преимущество все же есть – можно плакать и не вытирать слезы – их смывает вода.

В последнее время мы спим раздельно, а близость осталась лишь в качестве потребности, не более того, и в свете последних событий это было нашим лучшим решением. Я абстрагировалась, и скандалы в доме закончились. Осталось лишь сухое, равнодушное общение. Без огня, пожаров, слез и чертовых скандалов.

Закончив принимать душ, я быстро переодеваюсь в шелковую ночную рубашку и приглаживаю влажные волосы.

Темнота спальни обволакивает меня, и на секунду кажется, что в ней можно спрятаться, но едва я прикрываю глаза, как телефон на прикроватной тумбе коротко вибрирует.

Я машинально тянусь к нему, щелкаю по экрану.

Вадим Островский.

Сообщение короткое, но какое-то… какое-то теплое.

«Не спишь?»

Я замираю.

Сердце отбивает глухой ритм.

Я не знаю, что ему ответить.

Не знаю, зачем Вадим пишет мне в столь позднее время и не знаю, зачем я ему отвечаю, но пальцы сами набирают ответ, вовлекаясь в опасную ночную переписку, которую Марат может вычислить на раз и два.

Глава 5

В понедельник я просыпаюсь с первым будильником – в девять утра. На десять тридцать у меня назначена первая клиентка, поэтому поспать подольше не получится. Жаль, ведь сегодня я уснула очень поздно.

Сделав короткую дыхательную практику, отправляюсь в ванную на сборы.

Сегодня – мой день.

Не день жены Марата Айдарова. Не день женщины, которая скрывает боль и планирует развод. Сегодня день Даши – стилиста, основательницы собственного бренда, той, у которой клиенты расписаны на месяцы вперед.

Из ванной я следую прямиком к гардеробу. Внутри – идеально развешенные костюмы, платья, блузы, туфли, сумки. Все тщательно подобрано и все отражает меня как стилиста.

Мой выбор сегодня – брючный костюм графитового оттенка с идеальной высокой посадкой на талии. Четкие линии, дорогая ткань, тонкий аромат парфюма на манжетах. Туфли на шпильке. Волосы – в элегантные волны, легкий сияющий макияж, скрывающий синяки под глазами, и вуаля.

Стилист не может выйти из дома без укладки и идеального лица – это мое правило, которого я придерживаюсь больше десяти лет.

Вместо завтрака делаю себе кофе, чтобы окончательно проснуться, и в этот момент за моей спиной раздается низкий голос:

– Я думал, ты останешься дома. У меня сегодня выходной.

– Но у меня не выходной.

Я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Маратом.

Он стоит в проеме гостиной в домашних мягких штанах и белоснежной футболке, которая выгодно подчеркивает смуглый цвет его кожи. Марат осматривает меня. Медленно, внимательно. Словно его удивляет то, что он видит, хотя я всегда была такая. За исключением тех лет, когда ночами захлебывалась в слезах, но даже тогда на утро я уже была собрана с иголочки.

– У меня плотная запись, – спокойно поясняю ему, застегивая браслет.

– Понял. Ты всегда так собираешься?

– Я всегда так одеваюсь. Просто ты давно этого не замечал.

Он хмурится, но ничего не отвечает.

Его взгляд цепляется за мои ярко накрашенные губы, за завиток волос на ключице, за изгиб бедер в идеально сидящих брюках.

Я беру сумку, чашку кофе и ключи от автомобиля. Марат выглядит не выспавшимся, но зато в его глазах нет абсолютно никакой трагедии – он пережил ее значительно легче, но теперь я понимаю, благодаря кому.

Благодаря любовнице и новому сыну.

Надеюсь, что совсем скоро Слуцкий подготовит все необходимые документы, и я…

Я стану свободной.

Студия встречает меня привычным уютом, в который я вложилась на все сто.

– Дарья Викторовна, доброе утро! – помощница Настя улыбается мне, передавая планшет с расписанием. – Одна из клиенток приехала раньше и уже вас ждет.

Я просматриваю список: пять клиенток. Каждая уникальна, каждая ждет от меня идеального образа.

– Доброе утро, Настя. Ты же не забыла закрыть мою запись на вечер следующей субботы? Мы с мужем…

– Да-да, я помню, что вы идете в театр. Запись давно закрыта.

– Ты предложила клиентке кофе?

– Я уже даже сделала его.

– Ты золото, Настя.

Помощницу я искала долго и с особым трепетом, и сейчас я понимаю, что нашла настоящий алмаз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.