Vvann Van
Золотая нить

Глава 1

Теплый майский ветерок нежно колыхал расцветшие деревья сирени, подхватывая сладкие ароматы и разнося по всем уголкам небольшого городка, расположенного у моря. На морском побережье царила умиротворяющая погода, и местные тетушки, выбравшись на улицы, раскладывали свои столы и стулья, готовясь сыграть с соседями в го.

Проходившие мимо школьники, возвращавшиеся с занятий, останавливались при виде столпотворения у одного из столиков магазина с закусками. Протискиваясь вперед под громкую брань тетушек и дядюшек, они вскоре заметили, как игра вошла в финальную фазу.

Загнав свою старую подружку в безвыходное положение, тетушка с решимостью завершила ход, громко стукнув камнем о игровое поле. Смех раздался по всей округе, а последовавший за ним восхищенный крик толпы говорил о яркой победе с колоссальным отрывом в очках.

Всего на мгновение остановившись у этого киоска, две девушки перекинулись парой слов и направились дальше, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Им просто не интересна эта игра с ее сложными правилами и ходами, где каждое действие нужно просчитывать заранее, иначе оглянуться не успеешь, а уже стоишь с ветром гуляющим в трусах.

В трех переулках от этого места располагалась закусочная с неброским названием «Течение времени». Удивительно, но заведение не завоевало популярности, вопреки бесподобным кулинарным навыкам хозяйки. Однако её это особо не огорчало – несколько посетителей в день уже неплохо.

Наконец, добравшись до нужного места, животы школьниц издали протяжный голодный вой, предвещая скорый обеденный перекус. Даже сейчас сладкий запах тушеной свинины в меду и соевом соусе, который они ели вчера, будоражил их воображение.

Внутри небольшого заведения обстановка выглядела скромно и ухоженно. Можно сразу увидеть, как хозяйка дорожит этим местом. На стенах висели картины неизвестного художника, лишь с небольшим инициалом внизу – «М», вызывая интерес. Неизвестно, сколько им лет и кто автор, но по чистоте холстов любой скажет, что за ними тщательно ухаживают.

За стойкой, переходящей в бар, сидел невысокий мужчина, внимательно слушающий какое-то развлекательное варьете о выживании в дикой природе со знаменитостями, набирающими в последнее время популярность. Телевизор удобно располагался за стойкой, и гости могли, не крутя головой из стороны в сторону, просматривать разные дневные показы. Шоу, которое началось более двух часов назад, подходило к концу, и к тому моменту, как школьницы сели за столик, ведущий говорил последние слова.

Бросив школьные сумки темно-синего цвета около своего столика, девушки взяли в руки буклеты с меню, некоторое время всматриваясь, а после опустили их, чувствуя сомнения в глубине живота.

Хотелось все и сразу.

Вскоре к ним подошла женщина невысокого роста в фартуке с черными вьющимися волосами, собранными в низкий хвост. Ее образ был нежным и приятным, а искрящиеся любовью глаза образовывали полумесяцы, делая ее ещё более привлекательной.

Окинув взглядом одновременно поднявших головы девушек и улыбнувшись им, она протянула руку, забирая буклеты обратно. На безымянном пальце сверкало неприметное золотое кольцо без единого камушка. Оно выглядело ухоженным, словно с трепетом заботились о драгоценности.

– И почему же моя малышка выглядит такой грустной? – дотронувшись тонкими пальцами рук до подбородка одной из девушек, женщина сделала наигранно недовольное лицо. – Это же я должна расстраиваться! Опять вы прогуливаете занятия.

Ответом на ее замечание была тишина. Никто из них и слова не смел произнести в свое оправдание.

– Утром я готовила вашу любимую свинину, и остались излишки. Сейчас принесу, и вы сможете перекусить, пока ждете пасту с морепродуктами.

Весело взъерошив обеим головы, женщина отправилась обратно в небольшую кухню. Все оставшиеся с утра блюда хранились в холодильнике, и она планировала съесть их либо на обед, либо оставить девочкам – как раз на такой случай. Девушки безумно любили ее стряпню, и отказать им было невозможно.

Тщательно подогрев свинину и добавив зелени, женщина аккуратно поставила две порции, после чего вытерла руки полотенцем. Приятно видеть, как твои усилия ценят по достоинству.

Только собравшись идти разделывать мидии, женщина остановилась на пару секунд, замечая, как по телевизору пошел показ дневных новостей.

– Как думаешь, нас завтра отчитают?

– Не думаю, а точно знаю. – перемешав сладкий соус в тарелке, девушка наколола несколько маленьких кусочков мяса и отправила их в рот. – Нас наказывают почти каждый день, так почему не должны в этот раз?

По мнению учителя, наказание служило им уроком, и в начале так и было. Однако позже чувство страха исчезло, и девушки спокойно стояли вдоль стены у кабинета. Чаще всего наказанием было вытирание стен от рисунков хулиганов, но и оно уже не воспринималось как настоящее.

– Скукота~

Чуть сгорбившись, черные локоны девушки колыхнулись, а облокотившись на спинку стула, и вовсе спутались за спиной. Ее взгляд периодически обращался к телевизору с только вышедшими новостями, что не осталось незамеченным для подруги. Проследив за ее взглядом, девушка тоже посмотрела на экран.

В последнее время все казалось странным.

Ее родители – биологи и занимают не самую низкую должность. Из-за различных исследований они и так пропадали днями в лаборатории, а теперь и вовсе уехали куда-то. Девушка так скучала по теплой домашней атмосфере и уюту, но не могла сказать об этом ни слова – знала, насколько важна для них эта работа.

Посмотрев еще раз на телевизор, Вэннес невольно сжала палочки в руках.

" – В последнее время участились случаи с аномалиями. По данным военно-разведывательной группы, по всей стране разбросаны сотни черных круглых субстанций, вокруг которых появляются колебания странной энергии, при контакте с которой все живое начинает видоизменяться, а в некоторых случаях – погибать. Среди людей жертв не наблюдается, что нельзя сказать о многих животных, случайно угодивших в эту ловушку. Настоятельно просим не приближаться к данным объектам при обнаружении и сразу сообщить властям. Не занимайтесь самоисследованием, которое может привести к непоправимым последствиям…"

– Тьфу! Чушь собачья! – громко возмутился мужчина, с грохотом ставя стакан на стол.

Громкие бранные выражения мужчины разнеслись по всей закусочной, пугая немногочисленных клиентов. Девушки привыкли к подобному типу посетителей, поэтому не реагировали, ожидая, когда же хозяйка заведения вышвырнет его.

– Далия, думаешь, это ложь, направленная на запугивание людей? – тихо спросила Вэннес, наклонившись поближе к подруге.

– М? – будто ничего не произошло, девушка посмотрела искоса на телевизор, но голову так и не подняла. – Не нам судить, что правда, а что ложь, но ты сама должна понимать: твои родители не просто так уехали, так и не объяснив ситуацию.

Это была чистая правда. Родители Вэннес, будучи биологами, согласились на какую-то серьезную работу, но, в отличие от обычного случая, когда они всегда предупреждали, где будут проходить исследования, в этот раз была полная тишина. Они просто собрали вещи, оставили записку, пока Вэннес была в школе, и уехали. Больше ничего – ни единого звонка после этого.

Только прочитав записку, Вэннес поняла, что родители тянули до последнего и не говорили ничего. Они не хотели, чтобы она знала о работе, которая могла обернуться трагедией.

– Девочки, ваши напитки. – с улыбкой протянула женщина, ставя перед ними два прозрачных стакана.

– С личи? – поинтересовалась девушка, принюхиваясь к аромату, исходящему из кружки.

– Да, детка. – вытерев руки о полотенце, женщина взглянула на телевизор, слегка хмурясь. – Как закончите с едой, идите домой и не гуляйте где попало.

Легкое полотенчико на плече женщины соскользнуло, и, крепко обхватив его одной рукой, она направилась к разбушевавшемуся мужчине, хорошенько огревая его со всех сторон. Для постоянного клиента – особое обслуживание. Вряд ли он вспомнит свои пьяные бредни на утро.

– Да, мам. – коротко прошептала Далия, опуская личико еще ниже.

" – Прибывшие ученые со всей страны стараются собрать как можно больше данных об аномалиях...." – звучал голос на экране телевизора.

*******

Вечером ветер немного усилился, но не настолько, чтобы сдувать прохожих. Две девушки с школьными сумками медленно вышагивали по вымощенной камнем дорожке вдоль домов у холма, не проронив ни слова.

Сколько бы времени ни прошло, сколько бы им ни пришлось молчать, прожив вместе столько лет, они пришли к молчаливому взаимопониманию. Более десяти лет они делили крепкую дружбу, и, пускай было множество ссор и недопониманий, сейчас их можно считать родными сестрами, делящимися всем на свете без утайки.

– В следующем месяце у тебя день рождения. – нарушила тишину Вэннес, идя по краю дорожки. – Что думаешь?

– Ничего. Не вижу смысла праздновать.

Перекинув сумку с правой руки на левую, Далия остановилась, смотря вдаль, на раскинувшееся открытое море, на горизонте которого заходило солнце. Яркие бордовые лучи разливались по водной глади, окрашивая белые паруса вышедших в плавание кораблей.

Прекрасный вид.

– Не думаю, что тетушка позволит тебе так скучно провести этот день. – заметив задумчивость подруги, Вэннес так же остановилась и посмотрела на море.

– Мне хватит простого ужина с тобой и мамой. – опустив голову, Далия сжала крепче лямку сумки и пошла дальше.

Вид и правда прекрасен, вот только каждый раз, глядя на него, к горлу подступал комок, вызывая рвотные позывы.

Отвратительно.

– Хочешь, я приготовлю торт? Тесто, конечно, не моя стихия, но если постараюсь, что-то да выйдет. – улыбнувшись, Вэннес в несколько быстрых шагов догнала Далию, выравниваясь с ней в одну линию.

– Фу! Ты хочешь, чтобы я ела угольки? – нахмурив брови, Далия бросила на подругу странный взгляд, совершенно не веря в ее кулинарные способности.

Конечно, она пробовала различную еду Вэннес и была готова поклясться, что у нее золотые руки, способные приготовить любое блюдо с первого раза. Но был один минус в этой схеме, выбивающийся из общей картины: Вэннес абсолютно не дружила с кондитерскими изделиями.

– Эффективная профилактика. – усмехнулась девушка, прищурив довольные глаза. – Чистка желудка еще ни разу не навредила человеку!

– Если чистка в твоих глазах выглядит именно так, то, пожалуй, откажусь.

Не хотелось признавать, но Далия очень любила свою глупую подругу, которая совсем не дружила со сладостями. Это не первый год, когда она предлагает испечь торт, и первое время Далия действительно соглашалась, но вскоре пришло понимание, что лучше резкого отказа для желудка ничего нет.

По пути домой девушкам попадались несколько пожилых людей, идущих в город, и каждый из них здоровался, зная кто эти маленькие негодяйки. Почти каждый второй в городе может ответить, кто они и чем знамениты. Нет, не частыми побегами из школы, а своим взбалмошных характером, благодаря которому пострадали некоторые лавочки в городе.

Конечно, все это было еще до того, как они перешли в среднюю школу, но на тот момент они пугали не только прохожих, но и своих родных.

Дома Далии и Вэннес находились недалеко друг от друга, на склоне горы, в часе ходьбы от школы. Городок маленький, местность достаточно дикая, оттого и школа всего одна, разделенная по этажам для разных ступеней обучения.

Вставать приходится рано, чтобы успеть на занятия, а уходя после последнего урока, и вовсе приходишь к полуночи. Многие подростки мечтают уехать отсюда в более развитые города, и таких в классе много, вот только Далия и Вэннес были белыми воронами. Им не было дела до того, кто о чем говорит и мечтает. Они просто хотели жить там, где выросли, там, где прошло все их детство, и там, где были их родные.

Ровно в пять часов вечера они дошли до дорожки, разделяющей их дома. Попрощавшись, Далия быстрыми шагами направилась в сторону своего дома, заслоненного большими раскидистыми ветвями ивы в конце тропы, а Вэннес тем временем бездвижно стояла на месте, смотря на ее маленькую спину.

На сердце заскребли кошки, и в носу защипало. Ей не хотелось быть такой сентиментальной, просто… просто так грустно и обидно смотреть на подругу, которая каждый год отказывается праздновать свой день рождения по одной и той же причине.

Вэннес прекрасно знала причину. Когда им было по пять лет, отец Далии погиб в этот особый день. У него была работа и возвращаясь из моря, начался шторм, неожиданно обрушивший всю свою мощь на корабль. Спаслось всего два человека, и ее отца среди них не оказалось.

В этот день Далия считала неправильным веселиться и радоваться. Вместо этого она проводила время у могилы отца, смотря на его надгробие пустыми глазами. Она не помнила его, но чувствовала тоску и обиду, отчего не могла спокойно смотреть на его работы.

Тяжело вздохнув, Вэннес наконец сделала шаг, отправляясь к себе домой, где никого нет, и сопровождать ее будет лишь темнота с тишиной. Не сосчитать на пальцах рук, сколько времени прошло с последнего раза, как перед ее глазами стояли родители и нежно улыбались, поглаживая по голове. Тоска заполняла каждый уголок юной души, а одиночество съедало изнутри.

Каждый раз, открывая дверь дома, Вэннес надеялась увидеть родителей, которые ушли больше года назад, но внутри ее ожидания сталкивались с жесткой правдой. Пыль тонким слоем покрыла комод у входа; любимую шубу матушки погрызла моль, а туфли отца на выход оказались продырявлены каким-то острым предметом. Из-за спины, через открытую дверь, падал мягкий майский свет, согревая спину, в проблесках лучей виднелись маленькие кристаллические частицы пыли. Бросая взгляд на собственную тень, даже та казалась опечаленной, с опущенными плечами.

Фигура на свету дернулась, и, подняв глаза, Вэннес закрыла за собой дверь, после чего сразу включила свет. Освещение было приглушенным, и этого хватало, чтобы хоть что-то увидеть в темное время суток. Не сказать, что их семья экономила на лампочках, просто девушка не желала заморачиваться и купила самую дешевую у дядюшки из хозяйственного магазина у пристани.

В тишине раздался щелчок, за которым последовал легкий грохот падающей обуви. Чуть потрепанные школьные туфельки валялись на полу, а босая нога уже шагала вдоль коридора. Дотронувшись до еще одного выключателя, Вэннес включила свет в гостиной, совмещенной со столовой и кухней. На столе валялось несколько маленьких жестяных бутылок из-под газировки, а в полиэтиленовом пакетике находилось множество кожуры мандаринов, которые девушка ела прошлым вечером. Она так увлеклась чтением романа, что забыла убрать за собой, ложась в кровать вместе с книгой.

Выложив из карманов спортивок телефон и один мангустин, добытый по пути из школы, Вэннес положила все на стол, решив наконец убрать весь беспорядок. К счастью, для уборки не требовалось много времени, и вскоре у стола стояло два пакета с мусором.

Обычно машина для вывоза мусора приезжала в их район по средам и воскресеньям, вот только Вэннес до сих пор не могла этого запомнить, поэтому стабильно выносила к забору, откуда его уже забирали сотрудники в эти самые дни. Так и сегодня она умостила пакеты на траве, не заботясь, беспокоит ли это других или нет.

Стоило только зайти в дом, как из кухни послышался звон телефона. Сперва девушка подумала, что это наконец ее родители соизволили позвонить – от этой мысли губы растянулись в радостную улыбку. Но стоило звону стихнуть, как стало ясно, что это всего лишь обычное уведомление.

Несколько уведомлений.

Экран телефона на столе пару раз замигал, а затем выключился, не дождавшись разблокировки. Вэннес нажала кнопку, и ее взору предстало сообщение из банка: на ее счет было зачислено пятьдесят тысяч шен (валюта), что вполне себе хватало на месяц. Порой она не могла потратить всю сумму, из-за чего решила откладывать на непредвиденные ситуации.

Родители каждый месяц присылали ей пару тысяч шен на еду, одежду и содержание дома, проявляя свою заботу. Вэннес было приятно это первые разы, но вскоре она поняла, что это совсем не то, чего хотелось бы на самом деле. Она могла прожить и без денег, ведь матушка Далии предлагала помощь, но лучше бы вместо этого они прислали ей фотографию, лишь короткое сообщение: «Мы живы, мы скучаем».

Самые банальные вещи сделали бы Вэннес намного счастливее, чем эти деньги, которые не заменят ей родительское тепло.

Тонкие пальцы легко прошлись по экрану, и все уведомления исчезли.

Обратив внимание на журнальный столик у дивана, Вэннес подошла к нему, подняла пульт и включила телевизор, словно создавая ощущение чужого присутствия. По каналу крутили какое-то вечернее шоу на подобии «выживание пар в условиях дикой природы», но оно особо не интересовало ее. Вэннес включила телевизор просто для фона, а сама тем временем поднялась на второй этаж, в свою спальню.

По пути к своей комнате ноги сами остановились у двери родителей. Вэннес замерла на мгновение, уставившись на сколы и царапины, оставшиеся еще со времен ее детства и копившиеся до сих пор. Весь дом хранил теплые воспоминания – смех, мелкие ссоры и нежные моменты. Теперь все это могло ей только сниться, ведь он не знала, когда вновь увидит родителей.

Хотелось просто открыть дверь их спальни и увидеть матушку за чайным столиком у окна с чашечкой чая, а рядом с ней – отца, читающего вслух новые научные статьи. Это та самая атмосфера, которая всегда заставляла ее чувствовать себя в безопасности. На секунду даже показалось, что в воздухе витает запах корицы и сахарной пудры от свежей выпечки с кухни, но это была лишь фантазия. Сладкая оболочка сознания, за которой скрывается неумолимая реальность.

Собравшись с мыслями, Вэннес сделала шаг назад и прошла к своей комнате. Из-за стиснутых зубов послышался еле заметный скрежет, отрезвляющий ее сознание. Прогнав навязчивые мысли, как старую музыку с пластинок, застрявшую в голове, девушка захлопнула за собой дверь в комнату, расставаясь с надоедливой симфонией ностальгии и грусти.

Вскоре ей исполнится 17. Она почти взрослая и должна научиться выживать самостоятельно.

От громкого хлопка двери несколько картин, которые она рисовала не так давно, упали на пол, пачкая поверхность мелкими соринками. По всему столу были разбросаны разнообразные оригами, сложенные прошедшим вечером, а стоящая рядом лампа периодически мигала.

– Опять выключить забыла, что ли? – пробормотала Вэннес, выключая лампу.

Свет в комнате погас, но не надолго. Протянув руку к стене, Вэннес включила свет, который оказался ярче, чем на первом этаже. Все-таки она здесь училась и занималась своими увлечениями, поэтому трепетно относилась к освещению – от него менялось восприятие красок.

Стаскивая с себя школьную форму, она заметила небольшой порез на плече, понимая, что спрыгнула с забора не самым удачным способом, цепляя рукой ветки. Ее это особо не волновало, как и людей вокруг. Никто не будет тыкать в тебя пальцем, если ты пойдешь гулять в заштопанной одежде или будешь сидеть в классе с зашитым рукавом. Это норма для провинциального городка, где многие дети ведут, скажем так, дикий образ жизни.

В шкафу было еще много рубашек, поэтому, откинув испорченную в сторону корзины для белья, ее взгляд зацепился за фотографии на верхней полке. В рамочках стояло несколько снимков с Далией и несколько с родителями, сделанных незадолго до их отъезда. На них они улыбались и были счастливы, словно говоря о том, что в каком-то смысле они все еще рядом.

Оставшись лишь в нижнем белье, Вэннес быстро приняла душ, смывая не только накопившуюся за день пыль, но и печальные мысли. Этот процесс действительно помог: она чувствовала себя посвежевшей. Пижама, захваченная со спинки компьютерного кресла, приятно легла на кожу, даря тепло и уют. Не хватало лишь романа, который она так и не дочитала прошлым вечером.

Сейчас ей нужен был срочный уход от печальных мыслей, и она знала, как его устроить. Взяв с полки второй том романа, Вэннес уселась в любимое кресло у окна, за которым простирался сад, плавно переходящий в плотную стену высоких деревьев. Скользнув пальцами по страницам, все ее мысли погрузились в историю о потерянных мирах и героях, за которыми было интересно наблюдать.

Чем больше Вэннес погружалась в роман, тем увлекательнее ей казался тот мир, стирающий все ее переживания и тоску. Сама того не заметив, она незаметно закрыла глаза, а книга с глухим звуком упала на пол обложкой вверх.

" – Это вечерние новости на телеканале «Мир». Вокруг аномалий возникает все больше шума со стороны обычных жителей, обвиняющих правительство в сокрытии информации. На данный момент известна лишь малая часть сведений, которые удалось достать ученым-физикам совместно с биологами. Одним из таких является феноменальное вмешательство черных субстанций в генофонд животных. Они не только принимают ужасающие формы из-за изменения набора генов организма, но имеют неизвестные частицы, которые ранее не были обнаружены учеными. Пока неизвестно, как черная субстанция влияет на человека, но ученые-биологи предполагают, что при длительном воздействии могут появиться необратимые последствия, способные исказить и изуродовать все тело…"

Телевизор в гостиной замолк, оставляя фоном лишь белый шум. Пространство окрасилось в холодные тона серого, и только тусклый лунный свет пробивался лучом через маленький проем закрытых штор.

***

– Ты в порядке? – спросила Далия, встречая свою подругу у того самого места, где они расстались вчера.

– М? Все в порядке. Просто все тело ломит. – подтянувшись в разные стороны, девушка зевнула, заспанно смотря на дорогу. – Вчера я уснула в кресле, читая второй том того романа, который ты советовала. Странно, что я так и не проснулась ночью, хотя обычно встаю выпить стакан воды.

Ситуация и правда была странной, ведь это уже стало привычкой. Возможно, так сказался накопившийся стресс. Ее тело могло сильно утомиться, а постоянно кружащие мысли окончательно добить.

– … – сжав лямки школьной сумки, Далия чуть напряглась. – Не хочешь сегодня остаться у меня? Завтра начинаются выходные, поэтому никакой домашки. Можем пойти к озеру и искупаться.

Далия прекрасно понимала состояние Вэннес и очень переживала. У каждой из них что-то случилось в жизни, что гложет сердце. Они были единственными друг для друга, с кем можно было поделиться тем, что не скажешь взрослым.

– Почему бы и нет? Мы ждали целый сезон, чтобы искупаться в озере. Море морем, но у пресноводных водоемов свое очарование. – наконец улыбнулась Вэннес, чуть прибавляя темп.

– Хооо, и что же? Мутная вода и полуголые старики, не рискующие выходить в море на рыбалку? – догнав подругу, Далия легонько толкнула ее в плечо и со смехом вырвалась вперед.

– Хахахаха, конечно! Только на них и смотреть мне!

– Ну не на Николаса же. – съязвила в шутку Далия, замечая краем глаза, как Вэннес и вправду задумалась.

– Почему бы и нет? Он стал бы отличным дополнением для отдыха на озере. Хааа, я бы год не мыла глаза. – отпарировала Вэннес, подмигивая в ответ на шутку.

– Фу-фу, без подробностей. – замахав руками, Далия рассмеялась.

Девушки долго смеялись, и с каждым шагом веселье разгоняло тьму, которая какое-то время преследовала обеих. Улыбка на лице подруги была столь прекрасной, что не хотелось отдавать ее никому. Словно лучик солнца, Вэннес с самого детства освещала Далии дорогу в этом мире. Являясь дополнением друг друга, девушки давно стали считать друг друга не кровными сестрами.

Сами того не замечая, они пересекли школьный двор, где вовсю цвели дикие травы и цветы вдоль дороги. Майский воздух приносил с собой тепло и легкий аромат свежих листьев, смешиваясь с запахом моря, что освежало и помогало забыть о всех проблемах.

До начала занятий еще оставалось время, поэтому Вэннес и Далия не спешили, предпочитая наслаждаться моментом. Остановившись у бордюра, они решили сделать несколько фотографий одуванчиков, на которые попадали пятна солнечного света в тени деревьев. Мимоходом Далия засняла на камеру улыбку и профиль подруги, выглядевшие весьма удачно.

Мгновения, подобные этому, были теми, что они так ценили – просто радость жить здесь и сейчас, не думая о взрослении и будущем.

Недалеко от них проходила группа третьегодок, которым осталось совсем немного до окончания старшей школы. Их расписание было намного свободнее, чем у первогодок, которые с утра до вечера оставались в стенах школы. Однако Вэннес и Далию это не волновало. Они приходили всегда вовремя, а вот уходили когда в голову взбредет. Если на улице стоит теплая погода, они могут спокойно сбежать в обед, а если пасмурно – продолжают сидеть на занятиях.

Двояко, однако.

И тем не менее, девушки с мимолетной завистью посмотрели на третьегодок, жалея, что не родились чуть раньше. Кто в этом мире решает, когда кому рождаться? Почему это существо не сместило их срок на чуть пораньше? Хотя они и так знали, что, случись все так, как сейчас думают, все равно сидели в свои шестнадцать и сетовали на несправедливую жизнь.

– Хах, разве это не бред? Правительство явно хочет просто замести следы своих неудачных экспериментов. Зачем выдумывать эти байки про круглые черные субстанции? – возмутилась одна из третьегодок, проходя мимо сидящих у тротуара первогодок.

– Звучит как бред. Если сами напортачили, зачем остальных пугать то? – возмутилась вторая.

– Ну а что, звучит интересно. Согласитесь, намного интереснее думать, что все эти мутанты связаны с мистическими сферами, чем с промашкой биологов. – усмехнувшись, девушка что-то нашла в телефоне и протянула остальным.

После этого раздался пронзительный смех, который прервал проходящий дежурный учитель. Взрослые явно были настроены серьезнее чем дети, до сих пор живущие наивными днями. Верить или нет в байки о том, что травит правительство – дело каждого.

Вэннес заметно напряглась, когда третьегодки говорили о биологах. Не то чтобы это значит, что виноваты ее родители, и тем не менее было обидно. Ее родители понимали и изучали раньше генную инженерию, но не любили вмешиваться в естественный ход эволюции, поэтому предпочли заниматься обычными исследованиями.

Не стоит верить всему, что крутят по телевизору. Среди тонны лжи всегда найдется капля правды, вот только ты и сам не заметишь, как попадешь в пучину обмана. Люди имеют стадный инстинкт: стоит одному что-то сказать, как остальные последуют. Поэтому нельзя сказать, что Вэннес совсем не верит во все последние новости. Выдумка это или нет – для принятия решения нужно видеть все собственными глазами.

На классном часе, организованном для каждого класса, преподаватели настоятельно просили учащихся не бродить поздними вечерами по городку и соблюдать осторожность. Никто точно не мог гарантировать безопасность человека, если эти черные сферы появятся и в этой глуши. Всегда сохраняется вероятность 50/50, и в худшем случае риск не будет оправдан.

Отсиживаясь на последней парте, Вэннес делала небольшие зарисовки в тетради, совершенно не обращая внимания на слова учителя. По новостям то и дело крутят одно и то же, и теперь же тема про неизвестные субстанции дошла и до школы. Сердце желало скорейшей кончины всего этого фарса, но ее подростковые руки не могли ничего сделать.

Под дуновением ветра несколько страниц тетради перевернулось назад, открывая вид на маленькую девочку-героиню, отбивавшуюся от разных демонов. Рисунок был создан еще с прошлого занятия и очень понравился Вэннес. При свежем взгляде чего-то словно не хватало, и, недолго думая, ее голова наклонилась вперед. Длинные шелковистые волосы темно-каштанового цвета спадали на стол, закрывая солнечному свету проход и создавая смутную тень, придающую большую плавность и героизм рисунку.

Именно теней не хватало на рисунке, что делало его плоским и неинтересным. Несколько линий добавили новые чувства, и, довольная, глядя на девочку с копьем в руках и орду монстров, Вэннес улыбнулась. По правую сторону от нее сидел мальчик с вьющимися светлыми волосами, который все это время не сводил взгляд с так называемых "каракуль" своей одноклассницы. Пристальный и явно недоумевающий взгляд порой настораживал Вэннес, но сказать она ничего не решалась.

Причиной было не то, что она боялась его, а статус, которым он обладал. Нет, это не богатый мальчик богатых родителей. Он был просто лучшим другом Николаса – одноклассника, который ей нравился. Именно поэтому Вэннес не хотела показывать свой характер перед кем-то, кто может испортить ее лицо в чужих глазах.

Прискорбно, но терпение – самое гениальное и недооцененное чувство, придуманное человечеством. Кто бы что ни говорил, а попытки совладать со своими бурлящими чувствами и пляшущими чертями в голове – дело весьма сложное.

Нахмурив брови, Вэннес притворилась бесстрастной, и перевернув страницу, почувствовала вибрацию в кармашке юбки. Этот карман на замке ей специально сделала мама, понимая, как именно растет ее дочь, которой проще выбежать гулять без сумки или рюкзака, чем тащить с собой все лишнее.

Телефон в руках снова вздрогнул, и на экране моментально появилось новое сообщение, согревающее душу.

[Щеночек, не хмурься, иначе станешь шарпеем]

За сообщением Далии следовало множество смеющихся смайликов, от чего настроение Вэннес немного поднялось.

[Хочу стать щеночком и жить с тобой. Бесплатное проживание и бесплатная еда. Фактически, как в отеле «все включено»]

Отправив ответочку, Вэннес убрала телефон обратно, замечая краем глаза, как ее подруга, незаметно для учителя, повернулась к ней лицом и показала язык, прежде чем снова отвернуться. Улыбка не сходила с ее лица до конца занятия, а солнечная погода с приятным ветерком убаюкивала.

Однако мимолетное ощущение спокойствия закончилось так же быстро, как и началось. Сидя с прикрытыми глазами, длинные ресницы слегка подрагивали на ветерке, и стоило Вэннес чуть провалиться в дрему, как все вокруг затряслось. Это не было похоже на землетрясение; скорее складывалось впечатление ударной волны после огромного взрыва. Многие первогодки сразу вскочили со своих мест, пугаясь столь необычного происшествия, а учитель, находясь в панике, изо всех сил старался успокоить подростков. Хотя можно было поспорить, успокаивает он их или себя.

Вэннес пару раз хлопнула ресницами, с трудом вытаскивая себя из состояния дремоты. Ее сознание все пыталось понять, что происходит, в груди разрасталась тревога, а сердце стучало так, как будто пыталось выбраться наружу. Окинув взглядом своих одноклассников, она заметила, как картинка перед ней рябит, никак не фокусируясь, и тем не менее прекрасно понимала чувства остальных – паника и ужас.

Судьба точно недолюбливала их.

– Что за чертовщина? – прошептала Далия, хватая Вэннес за руку.

Ногти на тонких пальчиках девушки со всей силы впились в кожу, распаляя все по кругу. Далия не была одна напуганной, все вокруг испытывали одно и то же, и Вэннес понимала, что если отдернет руку, паника со всей силой охватит хрупкое тело ее подруги.

Класс наполнился смешенными криками и испуганными голосами. Вэннес с трудом сконцентрировала свои мысли, абстрагировавшись от постороннего и сосредоточившись на странном ощущении, которое не покидало ее с самого начала дрожи. То чувство, которое она испытывала, было не чем-то обычным; скорее напоминало то, что испытывают герои в романах, встречаясь с небывалой силы зловещей силой. Что-то неведомое, растущее в неопределенности.

– Учитель Жане, что мы будем делать? – задала вопрос староста, чьи ноги подкашивались от страха.

Ее голос еле заметно дрожал, но все же сохранял толику рассудительности. Учитель, растерянно посмотрев на нее, вытер платочком выступающий холодный пот, не зная, что ответить. Молодой преподаватель, только заступивший на работу в этом году, считал своим достижением, сразу же принять пост классного руководителя первогодок, однако он понятия не имел, как правильно вести себя в данной ситуации. В маленьком провинциальном городке землетрясения – редкое явление, и чаще можно столкнуться с нордостом, разрушающим своим сильным порывистым ветром не только мелкие постройки, но и срывающим деревья с корнями.

В суматохе учитель Жане пытался придать себе вид спокойствия, что в совокупности с дрожью и трясущимися ногами выглядело неуместно и глупо. На глазах всех учащихся он дошел до двери и, приказав сохранять спокойствие, просто вышел. Его действия выглядели странно, но паника была слишком роскошным чувством в столь сложной ситуации.

Вэннес застыла, и в глубине ее разума закралась тревога: а что, если это не просто физическое явление, а предвестник чего-то более серьезного? Вспоминая последние новости, верить в столь неподтвержденные вещи не хотелось до последнего. Тонкие пальцы сжались в кулаки, и, посмотрев на подругу, прижавшуюся к ней, Вэннес решила: пора бежать!

Насторожившись, она схватила Далию за запястье, выгадывая подходящее время. Пока все находились в панике, а учитель ушел, ноги в туфлях сделали разворот, готовясь к побегу. Напоследок Вэннес лишь подмигнула Далии, и, подгоняемые распространяющейся дрожью, обе побежали к задней двери кабинета, выскакивая в коридор.

Сердце колотилось так, что его мог услышать любой, стоящий рядом, а время словно и вовсе остановилось, когда они бежали по коридору. Перед ними открывалась точно такая же паника не только на лицах учащихся, но и на лицах учителей, направляющихся в сторону эвакуационного выхода. Оббегая каждую живую душу, готовую вот-вот впасть в панику, Вэннес находила это забавным. Каждая из голов выглядела, как тысячи бегающих птичек, напуганных выстрелами.

Далия все время оглядывалась в замешательстве, а ее розоватые губы были покрыты легкими укусами от волнения. Завернув за угол, девушки столкнулись с трясущимся классным руководителем и сопровождающей его учительницей другого класса. Даже не думая сбавлять скорость, Вэннес оббежала их и направилась в сторону лестницы.

– Это разве не ваши подопечные? – спросила женщина, бросив странный взгляд в сторону девушек, где уже никого не было.

– А… д-да… наверное. Может, это чьи-то дети из другого класса? – оправдывался учитель Жане.

Только две неординарные личности могли сбежать с занятий, и тем более во время столь опасной ситуации, когда каждая жизнь, казалось, висела на волоске. Оставалось только отводить взгляд и делать вид, что он видит их в первый раз.

– … Хорошо. – ответила женщина, продолжая идти дальше.

***

Ноги начинали побаливать от долгого бега, а легким не хватало воздуха. Вэннес сама не понимала, куда бежит, но чем ближе они подбирались, тем отчетливее становилось то самое странное чувство. Все тело окутывал жар, по лбу и спине скатывались капельки пота, точно намекая, что пора сделать передышку. Сбавив немного темп, Вэннес наконец заметила, что Далия еле переставляет ноги. Ее грудь учащенно вздымалась, а волосы спутались, образуя хаос.

– Далия, ты в порядке? – спросила Вэннес, оглядываясь вокруг в поисках автомата с напитками.

Далия подняла голову и коротко кивнула, однако в ее зеленых глазах мелькнула усталость. Они стояли одни посреди пустой улицы, совершенно не ощущая присутствия кого-либо, но, проследив за взглядом Вэннес, застывшей на месте, Далия заметила силуэты толпы, движущейся в сторону центральной площади города.

– Куда они все идут? – не понимала девушка, подходя к Вэннес.

– Без понятия, но нам тоже в ту сторону.

Закончив небольшой перерыв, они направились вслед за далекими силуэтами. Чем ближе подходили, тем отчетливее становился обдающий их жар, а на горизонте засветилось то, во что не верилось. Вдали виднелась площадь, полностью разрушенная от черной сферы, застывшей в воздухе. От нее исходили черные языки пламени небольших размеров, и создавалось впечатление, что стоит только прикоснуться – и ты будешь сожжен заживо.

Вокруг площади стояли полицейские, не пропускавшие никого за оградительную ленту, а за ней работали люди в странных защитных костюмах. К сожалению, без жертв не обошлось. Их мир – не сказка, и не каждому удастся чудом выжить. Возможно, это событие было предначертанной судьбой тех людей, а может, злым роком, ниспосланным теми, кто управляет ниточками за кадром.

Молодые люди и старики все пытались узнать, что происходит, но их жестко отодвигали в сторону и старались всячески успокоить. Самыми разъяренными были те, кто потерял близких. Почему они не могут пройти дальше и взглянуть на родного человека? Почему непонятно кто осматривает их и относит в специальные фургоны? Почему им никто ничего не говорит?

С застывшим взглядом, Вэннес смотрела на все происходящее и до последнего не могла поверить в происходящее. Эта штука просто так появилась, просто так убила невинных людей… по новостям ничего подобного не говорили. Там не говорили, что она способна на большее, чем просто менять генофонд животных. Разве там просто не заверили, что пока ничего не известно о влиянии на людей? Тогда какого черта эти ублюдки не показали реальную картину?!

– Щеночек?

Далия взволнованно дернула Вэннес за руку, и только тогда та поняла – Земля больше не трясется, а жар отступает. Сейчас не только она была напугана, но и Далия, смотрящая на весь этот ужас.

– Позвони маме. Спроси, все ли у нее хорошо. – сказала Вэннес, пытаясь унять дрожь в руках.

Так и сделав, Далия отошла в сторону, подальше от возгласов толпы. Только тогда Вэннес дрожащими руками расстегнула молнию и достала телефон из кармана юбки. Ее пальцы нервно нажимали на экран, то и дело не попадая по клавиатуре. Набрав большое сообщение, девушка отправила его своей матушке, надеясь на любой ответ. Даже если та отправит только точку, это точно сможет в какой-то степени успокоить.

Стоило ли ждать ответа? Конечно, нет. Ни одно из сообщений так и не было прочитано за последний год. Никто не ответит, даже если настанет конец света. Опустив голову, Вэннес убрала телефон обратно, так и не увидев, как серая галочка превратилась в синюю, а пользователь появился в сети.

Глава 2

После появления черной субстанции, парящей в воздухе и уничтожившей все в радиусе нескольких метров на центральной площади, жизнь местных жителей изменилась навсегда. Некоторые из них, опасаясь за свою безопасность, покинули город, в то время как другие остались, скорбя о погибших близких. А были и такие, кого произошедшее и вовсе не интересовало.

Изначально мама Далии тоже собиралась уехать к дальним родственникам неподалеку от Сейчена, однако нахлынувший поток посетителей приятно удивил ее. В центре города располагалось множество закусочных и небольших, но весьма популярных кафе, что привлекало людей и заставляло владельцев заведений за его пределами завидовать. Когда сфера, возникшая несколько дней назад, разрушила значительную часть заведений, владельцы оставшихся бизнесов были в восторге. Наплыв клиентов не заставил себя ждать, и теперь каждое утро госпожа Цзин весело напевала песенки, готовясь к открытию своей закусочной.

Из школы в чат родителей пришло сообщение, уведомляющее о недельном перерыве для учащихся до прояснения ситуации. В связи с этим школьники неожиданно обрадовались, казалось бы, ужасному событию. Ранее жизнерадостный и шумный городок временно погрузился в молчание. Даже пожилые люди перестали выносить на улицу свои доски для игры в го, не говоря уже о том, чтобы просто выйти на свежий воздух. Им не было смысла покидать свои дома – их интересовал лишь вопрос, как дожить до конца своих дней.

С сумками в руках две подруги шли по знакомой улочке к закусочной "Течение времени". Тишина вокруг казалась им непривычной и вызывала дискомфорт. Весь город погрузился в траур, и только в закусочных можно было увидеть множество людей. Никто не решался подходить к месту, где находилась та зловещая сфера, опасаясь последствий.

Подойдя к входу в "Течение времени", Вэннес бросила взгляд в сторону центра. С холма четко просматривалось место разрушения и сама сфера, устрашающая своей необычной энергией. Столь зловещая и загадочная энергия одновременно притягивала и отпугивала. Если пройти возле ограждения, можно заметить вокруг сферы странных людей, работающих с ней. Рядом располагалась палатка, перед которой стояла женщина около сорока лет с волосами, собранными в высокий хвост. Ее военная форма восхищала и пугала, а сопровождающий холодный взгляд миндальных глаз обдавал невообразимым холодом в майские дни.

– Ты заходишь? – раздался голос Далии сзади, которая слегка пнула Вэннес под колено.

– А… да. Пошли.

Внутри закусочной в это время было довольно много посетителей, и госпожа Цзин торопливо разносила только что приготовленные блюда. Относя очередную порцию, она увидела вошедших девушек и, тепло улыбнувшись, поманила их к себе.

Легкий гул разговоров делал атмосферу более оживленной. Это маленькое заведение служило укрытием для людей, не желающих оставаться наедине с собой в собственных домах. По телевизору снова показывали новости о новых случаях появления черных субстанций и мельком продемонстрировали Тетон. С каждым днем их количество росло, и никто не знал, когда этот невообразимый рост завершится.

Войдя на кухню, тяжелые пакеты выскользнули из рук на пол, и два тела рухнули на деревянные стулья. На изгибах пальцев вытянутой вперед руки появились легкие заломы, а кожа посинела. Еле сжав и разжав пальцы, Вэннес взглянула на протянутый ей стакан с освежающим лимонадом, и в сердце сразу стало легче.

– Наконец-то можно попить.

Последние несколько дней Вэннес оставалась в доме Далии, что было обусловлено настойчивыми уговорами тетушки Цзин. Она так настойчиво уговаривала остаться, что не оставляла места для отказа. В конце концов, было бы невежливо отказываться от заботы тех, кто проявлял к ней такое внимание. Поэтому с улыбкой на лице оставалось только согласиться.

Ситуация оказалась не такой обременительной – находясь в компании лучшей подруги, Вэннес находила поддержку и умиротворение. Ей стало спокойно: кто-то точно был дома, кто-то готовил завтрак и ужин, и кто-то разговаривал с ней перед сном, а приятное "Спокойно ночи" согревало душу.

Телефон на столе издал легкую вибрацию, и перевернув его, Вэннес заметила очередное сообщение из банка. Эти уведомления сыпались градом в ее телефоне, и она не знала, как реагировать. Это не было чем-то плохим – лишние деньги не могли ухудшить её жизнь. Однако если раньше они приходили раз в месяц, то теперь – каждый день.

С нахмуренными бровями Вэннес не могла понять, чего от нее хотят родители. Возможно, так они намекают, чтобы она покинула город и отправилась в безопасное место, вот только все сообщения остались проигнорированными. Она не хотела покидать Тетон и своих близких, с которыми росла и сближалась. Так что, отложив телефон, Вэннес попыталась забыть о возрастающих суммах, все еще испытывая обиду в душе.

Вместо столь странных и завуалированных сообщений, лучше бы приехали или, на крайний случай, отправили сообщение. С тех пор, как появилась сфера, Вэннес не открывала свои личные чаты и не общалась с людьми из списка друзей. Ей просто не хотелось ничего из этого.

Девушки помогали в закусочной до позднего вечера, разнося блюда к столам и иногда становясь подручными на кухне. Подать соус, достать специи, перемешать что-то на плите – всё это они делали для госпожи Цзин, прекрасно понимая её усталость. Женщина, не привыкшая к столь интенсивной работе, даже не предполагала, что все запасы, приготовленные на день, могут исчезнуть за несколько часов. Поэтому днём Вэннес и Далия отправились за покупками на торговую улочку.

Так как дом Далии находился рядом с домом Вэннес близ закусочной "Течение времени", после закрытия они первыми направились домой. Улица была расположена на небольшом холме, рядом с горой, и ночное небо, усыпанное сверкающими звёздами, завораживало своей красотой. Это было так прекрасно, что хотелось остановить время и, не моргая, рассматривать каждую звезду.

Каждая звездочка испускала свет и посылала знаки людям, которые невозможно было расшифровать. Они находились так далеко друг от друга, что чувствовалось взаимное одиночество. Каково им, там, одним на небосводе, окруженным лишь черным течением времени? Как грустно оставаться наедине с пустотой, которая окружает тебя?

Сжав футболку, Вэннес снова одиноко взглянула на звезды, чувствуя некую родственную связь. Если бы у этих звёзд были жители, могли бы они чувствовать себя менее одинокими?

– Щеночек? Ты заходить будешь? А то я устала дверь держать. – с легким смехом произнесла Далия.

Щечки девушки надулись, а свободная рука отбивала ритм, благодаря чему она походила на забавную рыбку фугу.

– Я… завтра возвращаюсь домой. – ответила Вэннес, переводя взгляд с неба на свою подругу.

– Домой? Но почему? – Далия сильно удивилась, опустила дверь и, подскочив в пару шажков к Вэннес, схватила её за руку. – Почему ты решила вернуться? Мы с мамой чем-то тебе досаждаем? Ты чувствуешь себя неуютно?

Вэннес почувствовала, как внутри нее вспыхивает мимолетное раздражение – не на Далию, а на себя. Словно пронзая острым лезвием, вопрос подруги заставил ее отступить на шаг назад, и она понимала, как порой сложно выразить собственные чувства.

– Нет, что ты! – быстро успокоила она, стараясь максимально естественно улыбнуться, но что-то в ее выражении все же выдавало напряжение. – Просто… Просто мне нужно побыть одной. Буквально до начала занятий.

Далия прищурила глаза, будто что-то искала в чужом лице, но ничто не могло дать ей ответа. Это ощущение, когда ты не можешь понять, что творится в душе близкого человека, удручало.

– Ты же понимаешь, что даже звезды не ответят на твои вопросы? – спокойно произнесла Далия, зная, какой шторм бушует в мыслях Вэннес. – Может, они и правда дают ответы, но мы ведь знаем, что это просто капли света на черном полотне. Они не смогут ответить на вопросы, ответ на которые ты жаждешь услышать от родителей.

– Возможно, так и есть, но… по крайней мере, так кажется, словно мы не одни в этом мире. Не думаешь? – тихо произнесла Вэннес и отвернулась, устремив взгляд в небо.

Далия только покачала головой и, поднимаясь по лестнице к дому, не отпускала руку Вэннес.

– Ладно, идем внутрь. Если тебе нужно это время, то я не имею права отговаривать тебя… – открыв дверь, Далия затихла на секунду и обернувшись, с надутыми губами прошептала: – но я все равно чувствую себя обиженно.

Зеленоватые глаза в лунном свете выглядели завораживающе, пленяя сердце. Вэннес кротко улыбнулась и, сжав ладонь подруги, произнесла:

– Мы с тобой – это связь, которую не сможет заменить ни одна звезда в этом мире. Мы словно сестры, которые остались друг у друга, поэтому не обижайся. – ткнув подругу в щеку, Вэннес сделала шаг вперед, вставая рядом.

Чувствуя лёгкое тепло от слов подруги, Далия подтолкнула её вперёд, намекая, что пора зайти внутрь. Она не знала, что иногда даже самые простые слова от близкого человека могут согреть душу.

– Девочки? Почему вы до сих пор стоите у входа?

Сзади послышался удивлённый голос тётушки Цзин, держащей небольшой пакет с контейнерами, полными остатков еды. Следом за ней вальяжно плелся пухленький кот, который явно рассчитывал на угощение. Этот котик – Император семьи Цзин и маленький любимец, которого котенком подобрали с улицы. Отец Цзин нашел его возле дома, находя весьма привлекательным и с завораживающими, блестящими глазами, в которых горела надежда.

Как вообще можно было бросить такого милашку на улице?

Еще одним фактором появления Императора в их семье стала сильная прилипчивость Цзин Далии к родителям. Она не хотела играть с другими детьми в саду, а Вэннес, с которой они стали лучшими друзьями, в то время проходила стадию вражды и драк. Так что котенок стал настоящим глотком свежего воздуха на четвертое день рождения Далии. Она каждый день играла с Императором, важно расхаживающим по дому и даже хвасталась Вэннес.

Кот стал частью семьи и чувствовал себя довольно уверенно. После смерти отца Цзин он, как будто понимая происходящее, успокаивал Далию и следовал за ней повсюду. Когда Далия шла купаться, Император тревожно сторожил у ванны, заглядывая внутрь, словно переживая. Когда Далия ложилась спать, Император уютно забирался к ней под одеяло и, свернувшись калачиком, тихо мурчал, нагоняя спокойный сон.

– Мы уже заходим. Просто решили тебя подождать. – улыбнулась Далия, затягивая Вэннес в дом.

Вечер прошел спокойно, но наутро, заметив собравшую рюкзак Вэннес, тетушка Цзин всполошилась, не понимая, почему та хочет уйти. Да, их дома находились близко, но эта девочка стала ей как вторая дочка и, тем более, она обещала присматривать за ней по просьбе ее родителей. Происшествие с черной субстанцией дало толчок, чтобы та перебралась к ним, и вот теперь она снова уходит.

Сколько бы тетушка Цзин ни уговаривала ее остаться, в конце концов, к разговору подключилась Далия, успокаивая маму и обещая, что это временно. Вэннес никогда бы не подумала, что уходить из чужого дома будет так тяжело. Обычно семья, приютившая кого-то, только рада такому событию, а тут её отпускают со слезами на глазах.

Смотря на тетушку Цзин перед уходом, Вэннес радовалась, что у её подруги такая заботливая мама. Лучше так, чем когда твои сообщения игнорируют и суют деньги, как будто в попытках откупиться.

На прощание, тетушка Цзин крепко обняла ее и, словно провожая в последний путь, впихнула в руки множество домашних заготовок. Вэннес точно не готовится к зиме, но ощущая огромный вес тетушкиной любви, на лице появилась улыбка.

Далия стояла в стороне с Императором на руках, и когда Вэннес готова была уже выходить, кот спрыгнул на пол и, виляя хвостом, отправился к входной двери, явно намереваясь проводить гостью. К сожалению, за всем этим запасом еды Вэннес не заметила пухленькую мордочку, но почувствовала его трение о свою ногу.

Дорога до собственного дома не заняла много времени, и через пять минут Вэннес уже стояла на пороге. Дверь с характерным скрипом открылась, обдавая её непреодолимым чувством одиночества. Всего каких-то несколько дней пребывания в доме Цзин наполнили ее времяпрепровождение уютом и теплом, которые теперь резко контрастировали с унылой картиной, стоящей перед её глазами.

Войдя в дом, Вэннес остановилась в гостиной, странно посматривая на телевизор. Он снова был включен, и, как ни странно, звучали только помехи. Она была уверена, что отключила его перед уходом, но как он мог включиться? Это было очень странно.

– Как такое возможно? – тихо спросила Вэннес, хмуря брови.

Снедаемая тревогой, она ощутила, как по спине пробежал холодок, словно кто-то посторонний находился в ее доме. Она осторожно сделала несколько шагов к кухне, положила всю еду на стол и снова обернулась к телевизору. Внимательно прислушиваясь к шуму помех, раздававшемуся по комнате, она решила, что не хочет пугать себя, и прошла в гостиную.

Пульт от телевизора лежал на диване, и стоило только наклониться, чтобы взять его, как рука вздрогнула. Из динамиков раздался громкий звук какого-то канала. В ушах вдруг зазвенело, и, взглянув на экран, в глазах поплыло. Зажмурившись на секунду, Вэннес постаралась сфокусировать зрение и, все же дотянувшись до пульта, наконец убавила громкость.

Соседи точно услышали звук, выкрученный на максимум.

Устало вздохнув, она провела рукой по своим волосам, понимая, что скорее поседеет, чем произойдет что-то адекватное в ее доме. За окном тем временем светило яркое майское солнце, а легкий ветерок колыхал листву деревьев, создавая жизнерадостную атмосферу, в отличие от происходящих событий.

Подумав о своем бедном сердечке, Вэннес снова оглянулась на телевизор, где шла развлекательная программа.

– Чтоб ты в аду горел. – пробурчала она, направляясь в кухню.

Обойдя стол, аккуратно разложила заготовки тетушки Цзин по разным секциям в холодильнике, поставила чайник и подготовила смесь из горных трав и ягод, которые тоже принесла из дома Цзин. Пока вода постепенно закипала, Вэннес прибралась на кухне, выбрасывая в мусорку ненужные упаковки и мелкие крошки.

Пока чай заваривался, Вэннес поднялась в свою комнату с намерением закинуть белье в стирку. Скрипучая лестница по-прежнему радовала своим разнообразием звуков, и это напомнило ей, как незадолго до того, как родители внезапно уехали, мама шутки ради упоминала о бесполезности отца, который никак не мог исправить эти жуткие звуки.

Каждый шаг на ступеньку издавал разные звуки, и, остановившись, Вэннес хмуро опустила голову вниз.

– Стоит ли мне самой этим заняться?

С первого этажа донеслись голоса из телевизора, которые, конечно же, не смогли бы ответить на ее вопрос. Фыркнув, Вэннес продолжила подниматься. К сожалению, она и сама понятия не имела, как исправить скрип лестницы, а смотреть ради этого обучающие ролики само по себе звучало утомительно.

Тишина и тревога – именно так проходили последние дни перед началом занятий. Днем Вэненс сидела в кресле и читала роман, вечером выходила ненадолго в сад, чтобы привести его в порядок, а после долгого дня спускалась вниз, снижая громкость телевизора. По крайней мере, пока в доме звучал пусть и голос с экрана, она не испытывала одиночество и беспокойство. Почему-то именно ночью ощущалась странная энергия, так похожая на ту, что исходила от черной сферы на площади.

Хотя энергии действительно были похожи, от этой Вэннес не ощущала невероятной злобы. Она лишь испытывала дискомфорт и чувство, будто за ней из сада пристально следят через окна. Утром это ощущение исчезало, а прогулки по саду не приносили никаких изменений: тишина и ни единого чужого следа.

Спустя неделю отдыха занятия, наконец, возобновились. Вэннес, как обычно, стояла, облокотившись о столб на развилке – в том самом привычном месте, где они с Далией встречались перед школой. Придя чуть раньше, она просматривала ленту новостей в телефоне, замечая, как все буквально наплевали на произошедшее в их городе событие. Тогда чем же они с Далией отличались от этих людей?

Они также остались в городе, продолжали жить своей жизнью, и казалось, что ничего не изменилось. Паника и ужас, охватившие их в день происшествия, стали такими мимолетными, что теперь вспоминались с трудом. Никто из их близких не погиб, и держаться за место, где всё это случилось, не имело смысла. Пусть их и считают бесчувственными, но таких людей в Тетоне не одна тысяча, и не две, а гораздо больше.

Если и говорить о бесчувственных людях, то не стоит выделять кого-то конкретного – речь о народе в целом. Тетон был лишь одним из пострадавших городов, где, к счастью, всё же продолжала кипеть жизнь. Каждый жил по-своему, а способы выживания были так же разнообразны, как лица, мелькающие в толпе.

– Что ты читаешь?

Со спины подскочила Далия, со смехом обнимая подругу за шею. Все ее тело навалилось на согнувшуюся Вэннес, и едва удерживая равновесие от неожиданности, она перевела взгляд на подругу. Все та же милашка с длинными волнистыми волосами, собранными в беспорядочную гульку и торчащими из нее заколками, все та же веселая улыбка и все это предназначалось лишь близким людям.

Вернув взгляд к экрану, Вэннес поднесла его ближе к лицу Далии:

– Новости. Ничего нового про сферу так и не выложили.

Далия внимательно прочитала заголовки и почувствовав дрожь в чужом теле, спрыгнула.

– Ммм, не думаю, что там хоть что-то появится. Если судить по новостям, то вряд ли такой погром просочится в сеть. – скорчив задумчивую рожицу, Далия поднесла палец к лбу и, вспомнив, сообщила: – Вчера, когда я шла с покупками в закусочную, случайно встретила Лину. Она сказала, что выкладывала в сеть кадры с того дня и как все выглядит после, но все ее посты моментально были удалены, а аккаунт заблокирован.

– То есть…

– Ага, скорее всего те люди, во главе с их главной дамочкой, полностью контролируют сеть. – выдохнула Далия, подхватывая Вэннес за руку и не спеша идя в сторону спуска с холма.

– И что по-твоему будет дальше? – спросила Вэннес, ощущая, как неопределенность начинает закрадываться в ее мысли.

Далия пожала плечами, пока их шаги все быстрее и быстрее звенели по тротуару.

– Не знаю. – призналась она, медленно собирая все мысли в голове воедино. – На нас словно наложили цензуру.

Надув губы, Далия возмущенно затопала ногами, а подняв взгляд, поняла, что они идут так быстро, что сами того не заметив, почти дошли до школы.

– О… мы уже у ворот… – удивленно произнесла Далия, смотря на открытые ворота.

Так же подняв взгляд, Вэннес ничего особенного не заметила, лишь спокойствие в глазах учащихся. Казалось, того дня и вовсе никогда не было. Неужели только они вдвоем задавались многочисленными вопросами о произошедшем?

– Вы заходите?

Сзади раздался знакомый голос, и одновременно обернувшись, девушки заметили Николаса, смотрящего на них с абсолютно безэмоциональным выражением лица. Ворота не были полностью открыты, и места хватало лишь на то, чтобы на территорию зашло одновременно только два человека.

Взгляд Вэннес и Далии устремился вверх к высокому парню, который все ждал, когда они сдвинутся хотя бы немного в сторону, чтобы дать ему пройти. Однако от такого неожиданного появления они обе застыли на месте. Хотя как сказать обе… скорее только Вэннес удивлено и завороженно поглядывала на его лицо. Заметив этот странный взгляд, Далия отдернула подругу в сторону и сильно ущипнула за руку.

– Ау! – тихонько вскрикнула Вэннес.

– Проходи. Мы зайдем чуть позже. – вежливо и с натянутой улыбкой сказала Далия, пропуская Николаса вперед.

Она не могла объяснить, почему, но этот парень ей совершенно не нравился. Вот бывает так, что у человека повышенная чувствительность и хорошее шестое чувство, которые позволяют считывать людей. Далия не назвала бы себя живым радаром, но тем не менее, Николас вызывал у неё негативные эмоции – просто так, без причины.

Парень, судя по всему, не придавал им никакого значения. Лишь бросив на них мимолетный взгляд, прошёл на территорию школы, даже не поблагодарив, что ещё больше задело Далию. Почему он не может просто сказать "Спасибо"? Она этого не понимала.

– Зачем ты меня ущипнула? Больно вообще-то! – возмутилась Вэннес, тоже щипнув подругу за плечо.

– Эй! – вернув ответочку, Далия нахмурилась. – Потому что ты ведешь себя как дурочка, когда видишь его.

– Не правда. – смущенно отвернувшись, Вэннес опустила глаза.

Может, она и правда странно себя ведёт рядом с Николасом, но не до такой же степени… Или всё-таки до такой, если Далия успела это заметить?

– Как знаешь. – коротко ответила Далия, переступая через невысокий порожек. – Но он все равно кажется мне странным. Как можно быть таким безэмоциональным в нашем возрасте? У него вообще не было детства?

В ответ Вэннес промолчала. Она не знала, как правильнее ответить на эти вопросы. Просто… в ее глазах Николас был немного молчалив, не тратил время на посторонних и больше общался со своими друзьями. Кто знает, может, он рос в строгой семье? Судя по тому, как он одевается, можно было понять, что он из состоятельной семьи. У каждого человека свой образ жизни и никто не может точно сказать, что творится в чужой голове.

Вэннес просто нравился этот парень. Немного странный, с необычной походкой и нестандартным мышлением, но умный, вежливый и снисходительный. Каким было первое их знакомство? Они только стали первогодками, сидели друг за другом в классе и постоянно ставили палки в колеса. Подшутить, подставить, раздраженно фыркнуть – все это они прошли, и Николас поддерживал такое странное общение со своей странной одноклассницей. Вэннес видела, что он не особо раздражается от таких выходок и все равно идет на контакт.

Однажды, стоя за его спиной у стенда с клубами, Вэннес впервые подумала, что этот парень привлекательный и интересный. Его широкие плечи, аккуратно подстриженные волосы и удивлённый взгляд, когда он обнаружил её за своей спиной…

«Думаю, именно с того момента он посчитал меня полностью поехавшей, странной одноклассницей.» – вздохнула Вэннес в своих мыслях, осознавая, что ее чувства, скорее всего, останутся незамеченными.

Сколько бы Вэннес ни думала, день пролетел незаметно. Погода стояла прекрасная, предвещая скорое начало лета и фестивалей. То, чего она не понимала, как все могут продолжать так спокойно сидеть на своих местах? И это с учетом того, что несколько одноклассников не пришло. Несмотря на то, что в конце классного часа выяснилось об их переезде в другой город, это ничуть не меняло ситуацию. Как можно так легко оставить тех, с кем провел почти целый год?

Время не стояло на месте, день сменялся днём. Все глубже погружаясь в собственные мысли, Вэннес почти на каждом уроке смотрела задумчиво в окно, словно искала там смысл. Но ответы сами по себе не приходят, и она это знала.

Каждый день её поза у окна не менялась, и в начале учителя делали ей замечания, но вскоре прекратили, понимая, что ответов не дождутся. Как можно ругать ребёнка, чьи родители даже не появились на церемонии вступления?

Три недели после происшествия.

В выходные Вэннес пообещала тетушке Цзин прийти на ужин и остаться на несколько дней. Она не могла отказать доброжелательности этой замечательной женщины, поэтому любезно согласилась. Подготовив небольшие подарки для семьи Цзин, Вэннес вышла из дома с небольшим пакетиком в руках.

Телефон в её кармане вновь завибрировал, но она не стала проверять содержимое сообщения. Вэннес уже не видела смысла открывать сообщения из банка, которые продолжали приходить каждый день без перерыва. Кто-то мог бы возмутиться: «Как ты можешь не радоваться столь большому количеству денег, поступающим каждый день?!» Ответ Вэннес был бы просто: её это больше раздражало, чем радовало.

Она постепенно поняла, чего добиваются её родители. Возможно, они знают что-то, что даёт им повод действовать так, словно предупреждая её бежать от эпицентра бури. Но Вэннес не собиралась бежать. Куда ей податься, если она не знает никого из родственников? Бабушек и дедушек не осталось, тётя по маминой линии живёт за границей, а дядя по папиной линии каждый день проводит в море в городе Мортэ, близ столицы. Поэтому Вэннес не имела представления, куда ей направиться.

Уже подходя к дому Далии, Вэннес заметила движение у тропинки, ведущей в сторону лесной опушки, где в летнее время они собирались на пикники. Времени у неё было достаточно, поэтому, решив проверить, Вэннес ступила на примятую короткую траву от чужих шагов. Чем больше она углублялась в лес, раскинувшийся за домами, тем знакомее становилась энергия, витавшая в воздухе.

Эта энергия, словно невидимая нить, влекла её вперёд, окружая сознание и направляя в какое-то конкретное место. Свежий запах хвои, щебетание птиц и шорохи лесных обитателей… все это напоминало Вэннес о прошедших теплых деньках, когда они устраивали семьями пикники на опушке и весело играли. Но чем ближе она пробиралась в сторону опушки, тем тише становилось вокруг.

Отталкивая мешающие ветви раскидистых деревьев, перед глазами предстала маленькая черная сфера, крутящаяся в воздухе из стороны в сторону. Вокруг не наблюдалось никаких разрушений, никаких обожженных растений – лишь небольшая ямочка внизу. Ничего разрушительного по сравнению с той, что находилась в центре города. Энергия не излучала злобу, просто витала в воздухе, вызывая ощущение странного спокойствия.

– Что происходит? – удивление полностью отображалось на ее лице, и Вэннес не знала, как реагировать.

Первым делом она достала телефон и, зайдя в новостной канал их города, нашла лишь информацию о сфере, находящейся на площади города. Но про эту… Оторвав взгляд от экрана, Вэннес снова посмотрела на сферу, не имея понятия, как та оказалась здесь. Страннее выглядело только то, что никто не знал о ее новом появлении.

В голове сразу развернулась борьба двух оборонительных позиций: одна сторона предполагала, что надо сообщить об этом, а другая – что нет. Вот только что делать с этой информацией? Стоит ли рассказать кому-то? А вдруг эти ненормальные сотрут ей память и отправят неизвестно куда? У кого просить совет? Кто сможет подсказать правильный ответ?

Сколько бы ни сражались эти две стороны, правильного ответа так и не находилось.

Телефон снова издал короткий сигнал уведомления. На экране появилось очередное сообщение из банка. Снова. Вместо того чтобы испытать раздражение, палец над строчкой с несколькими словами безмолвно замер.

– А что, если спросить маму? – вдруг пришла ей в голову мысль.

Это казалось логичным. Её родители явно занимаются этими черными субстанциями, как их называют в новостях, и точно должны знать, как поступить. Эта идея выглядела разумно, и тем не менее Вэннес просто выключила телефон.

Слишком опасно.

Она не могла точно сказать, как отреагируют ее родители. Был вариант и скорейшего приезда, раз дочь в опасности, но если учесть, как им было наплевать на те разрушения и насколько близко находится площадь к школе, то высока вероятность, что вместо них скорее приедет та устрашающая женщина.

Но если подумать, эта сфера, похоже, ничем не угрожала окружающим объектам и, казалось, не слишком пугала – ведь она значительно меньше своей "родственницы" на площади. Осмотрев её ещё раз, Вэннес убрала телефон в карман. Она решила, что пока не будет никому рассказывать о том, что увидела на опушке. Если судьба на то расположена, кто-то другой увидит и расскажет.

Всё, что сделала Вэннес, – это развернулась на месте и двинулась к выходу, по той же тропинке. Она чётко осознавала происходящее, и думать о новой потенциальной угрозе казалось утомительным. Сфера, сохранявшая спокойствие, могла быть важным сигналом о том, что с миром происходит что-то необычное. Не просто же так они стали появляться повсеместно?

Глубокий вздох и быстрое движение ног – Вэннес старалась отогнать тревожные мысли. Вряд ли получится долго скрывать находку, но вдруг эта сфера не несёт в себе опасности? Может, каждая из появившихся сфер отличается друг от друга?

А что, если поговорить с Далией? Она часто могла подкинуть неожиданные идеи и новый взгляд на вещи. Возможно, вместе они найдут наилучшее решение. Но если задуматься поглубже, Вэннес не хотела втягивать Далию в опасные дела. И если сравнить расстояние от их домов до сферы, у кого будет ближе? Прикидывая навскидку, она осознала, что дом Далии находится ближе всего к сфере, и это желание рассказать о находке угасало.

Дойдя до дома подруги, Вэннес сделала глубокий вдох и со всей силы толкнула заедающую калитку. Как только она переступила порог, послышались быстрые шаги – первым из открывшейся двери вылетел Император, мчащийся со всей скорости, куда глаза глядят. Следом за ним с криками и растрепанными волосами выскочила Далия.

– Что у вас происходит? – спросила Вэннес, наблюдая за удаляющейся тушкой Императора, которая скрылась где-то у кустов. – Неужели ты наконец решила посадить Императора на диету? Что на этот раз съел?

Хихикая, Вэннес подошла к Далии, поправила ее футболку и, заглянув в глаза, дунула.

– Черт! Он съел мое пирожное! Кот – троглодит! – взревела Далия, с наигранной злостью посматривая на торчащий хвост. – Отвернулась всего на секунду! Только покажись мне, сразу на кастрацию отправлю!

– Так радикально?

Злой взгляд подруги переместился на нее и, встретившись со сверкающей зеленью и солнцем в глазах, Вэннес неловко улыбнулась. Зная, как Император любил подворовывать еду, независимо от её происхождения, становилось понятно, что кот – настоящий любитель острых ощущений.

– Хаа… он… он съел мое любимое… мое любимое с вишней. – сказала Далия, надувая обиженно губы.

Ее любимое с вишней. Вэннес прекрасно понимала, о чем говорит подруга. Будучи младше, они по телевизору увидели рекламу кондитерской из столицы со всевозможной выпечкой. От разнообразных хлебобулочных изделий до завораживающих дух тортов с воздушным кремом. Далию так впечатлил маленький тортик с вишней, что она все уговаривала маму отвезти ее туда. Вот только Эфеса находилась не близко, и добираться было проблематично, поэтому тетушка Цзин нашла выход из ситуации. Она научилась сама готовить эти мини-тортики.

Однако они только внешне походили на те, что показывали в рекламе, и тетушка сильно боялась давать их своей дочурке. В разрезе они значительно отличались, и тётушка Цзин никак не могла понять, как приготовить именно те особенные. Сколько бы она ни думала, но, как оказалось, Далии пирожные очень понравились.

– Ничего, я уверена, тетушка приготовила не одну штучку. – утешающе похлопала по плечу Вэннес.

В воздухе повисло молчание, и, посмотрев на Далию, в голове закралось сомнение.

– Неужели…

– Ага… я все съела. – пробурчала Далия, опуская взгляд на собственные ноги.

В доме Цзин был не только кот-троглодит, но и маленькая госпожа-троглодит. Вроде и удивляться нечему, но Вэннес была потрясена, с какой скоростью та съела все пирожные. Всего лишь вчера вечером Далия звонила и восторженно рассказывала о том, какие блюда готовит мама к её приходу, а сегодня они будут пить чай без сладкого угощения.

Злиться или обижаться за это не имело смысла – ведь и так было ясно, что к утру ничего не останется. Однако неожиданностью стало, когда тётушка Цзин вернулась из закусочной с несколькими пирожными, упакованными в контейнеры. Походу, она прекрасно понимала натуру своей дочери и заранее сделала запасы на работе.

Выходные в доме Цзин прошли весело и без происшествий, но в чужом доме та энергия… Вэннес ощущала её ещё ярче, чем до этого. Энергия, казалось, пропитывала каждый дюйм её тела, окутывая невидимыми нитями, которые плелись вокруг.

Ночью от столь странного ощущения Вэннес встала с кровати – она не могла найти себе места. Будучи в собственном доме, она не замечала этого так навязчиво, но здесь… ей казалось, что ещё чуть-чуть, и она сможет коснуться этой энергии, исходящей от сферы, но стоило протянуть руку, как она ускользала.

Неужели она одна чувствует это? Вэннес просто не могла объяснить, что именно ее беспокоило, но в одном была уверена – эта сфера ведёт себя весьма странно.

Тихонько выскользнув из комнаты, стараясь не разбудить Далию, Вэннес спустилась по лестнице и, приоткрыв дверь на террасу, остановилась. Свежий ночной воздух обдавал её лицо холодком, а лунный свет мягко освещал маленький сад и деревья, начинающиеся за забором. Все это завораживало и отражалось в блестящих капельках росы на листве.

Ей казалось, что одно неверное движение, и странная энергия окутала бы всё её тело, не отпуская из переплетений тонких нитей. Она не знала, что это такое, но прекрасно чувствовала окружение. Проведя рукой перед собой, кожу обдал лёгкий жар, проникающий внутрь.

Вэннес хотела снова прикоснуться к этой энергии, но, стоило протянуть руку, как за спиной послышался сонный голос подруги, испугавший её до глубины души.

– Ты чего там стоишь, как тысячелетнее изваяние? – спросила Далия, облокотившись на подоконник и чуть наклонившись вперёд.

Успокоив свое бедное сердечко, Вэннес обернулась и сперва посмотрела на дверь террасы. Не увидев никого, она подняла взгляд ко второму этажу. И действительно, там скучающе смотрела на неё Далия, подперев руками щёчки.

– Ммм, просто решила воздухом подышать. – ответила Вэннес, улыбаясь широкой улыбкой. – Ты ложись, а я сейчас поднимусь.

Далия лишь внимательно осмотрела свою подругу, кивнула и закрыла окно. Вэннес не знала, показалось ли ей, но на мгновение она услышала кашель. Утверждать, что это была Далия, было трудно, но, на всякий случай, она зашла на кухню, налив в стакан теплую воду, и поднялась на второй этаж.

Не стоит пока ничего рассказывать. Никакого вреда от сферы еще не было замечено, и зря наводить суету не хотелось. В конце концов, эти сферы появились больше года назад, и ничего радикального пока не происходило. Шум в интернете исчез так же быстро, как ночь сменяется днём.

Никакие переживания не изменят ситуацию, как одна капля не изменит состав целого моря.

Глава 3

По всему зданию зазвучала громкая мелодия легких оттенков, проникая в самые отдаленные уголки. Из кабинетов в приподнятом настроении выходили старшеклассники, направляясь кто в клубы, кто на дополнительные занятия. Никого уже не волновали произошедшие месяц назад события, оставляя лишь мысли о предстоящих каникулах.

Через неделю начинаются летние каникулы, и на это время учащиеся получат большего свободного времени, поскольку третьегодки будут сдавать экзамены. Больше всего этому радовались первогодки, которые переходят на второй год обучения, и не испытывали тех забот, которые волновали остальных.

Вэннес и Далия не стали исключением.

"Дзынь-дзынь"

– Госпожа Цзин, вы меня слышите? – взволнованно произнес молодой учитель, сидя напротив расслабленной женщины.

– Разумеет, я вас внимательно слушаю. – ответила она спокойным тоном.

Перед преподавателем сидела женщина с мягкими чертами лица, ее нежный облик завораживал, но встречаясь с холодом в глаза, он невольно вздрагивал. Мимоходом бросив взгляд за ее спину, он заметил, как непринужденно ведут себя две девушки, но в то же время их руки, сжимающие подол юбки, выдавали нервозность.

– Кхм… Поскольку вы являетесь опекуном Цзин Далии и… Немея Вэннес, кх-кх

– Может выпьете воды? – предложила женщина.

– А! Да-да! – залепетал учитель, выпивая половину стакана. – Итак… речь о прогулах. Вам известно, что ваши дети регулярно пропускают занятия? Порой даже не дожидаются конца первого урока.

С неуверенностью взглянув на неё, он вздрогнул, заметив, как на привлекательном лице появилось недовольство.

– Знаю. – кратко ответила тетушка Цзин.

– Знаете? Почему же не предприняли ничего? – удивился учитель, вновь просматривая журнал с записями прогулов девочек.

– Знаю. Но у меня есть встречный вопрос. – кинув на учителя холодный взгляд исподлобья, она усмехнулась. – Почему же вы начали действовать только сейчас?

Бедный учитель вздрогнул; его глаза забегали, и он не знал, как ответить на этот вопрос. Действительно, он ничего не предпринимал, предполагая, что это временное явление. Не заметив, как пролетел учебный год, он только сейчас, когда его прижал к стене директор, решил вызвать опекуна в школу.

– Девочки начали прогуливать занятия еще в начале учебного года, так почему же вы отреагировали на это только сейчас? Может… – изображая задумчивый вид, женщина натянула на лицо глупую маску и, невинно глядя на мужчину, произнесла. – Может причина в вашем методе преподавания? Ни в начальной, ни в средней школе девочки не пропускали ни одного урока.

Сидящие позади девушки вздрогнули, и лишь сейчас Вэннес почувствовала вину перед семьей Цзин. Они так заботятся о ней, а из-за прихоти и обиды, она потянула за собой вниз свою лучшую подругу, портя не только себе средний балл, но и ей. Изначально Вэннес хотела сама проворачивать эти маленькие хулиганские пакости, но Далия с улыбкой на лице остановила ее и протянув руку, решила следовать в любой авантюре. В конце концов, пережив бурное детство, полное конфликтов и ссор, Далия прекрасно понимала подругу.

Обида, сковывающая Вэннес, сидела глубоко внутри, и Далия понимала, что избавиться от неё просто так не получится.

На что же злилась Вэннес? На родителей. Обычно она знала, куда они уезжают в командировку и на сколько, получала вечерние видеозвонки и навязчивые, но заботливые сообщения. Они редко отсутствовали больше месяца, поэтому, когда они вдруг исчезли, оставив лишь бессмысленную записку, Вэннес ощутила себя растерянной. Ничего особо конкретного она не содержала: только "не беспокойся", "не балуйся", "слушайся госпожу Цзин", "не пропускай приемы пищи". Ничего. Только бессмысленные наставления.

Очень содержательно и информативно.

Сначала Вэннес думала, что пройдет всего месяц, и она как обычно увидит радостные улыбки родителей, вернувшихся из командировки.Однако чем дольше она ждала, тем больше рушились её надежды. Не было ни звонков, ни сообщений – лишь поступающие на её банковский счёт деньги, который родители открыли для нее несколько лет назад. Это было единственным подтверждением того, что они всё еще живы.

На вступительной церемонии, спустя два месяца, Вэннес с надеждой ожидала у ворот родителей с букетом цветов, как в начальной и средней школе. Час, два, три… она стояла до позднего вечера, полная надежд. Сердце трепетало в ожидании встречи с близкими, лица которых становились всё более размытыми в памяти. Она могла видеть их на фотографиях, но не могла точно представить их лица. В памяти осталась лишь тёплая улыбка матери, которая встречала её на первой церемонии в начальной школе.

Когда за воротами послышались торопливые шаги, Вэннесс с надеждой подняла голову, но все её мечты рухнули, разбиваясь о тёмный асфальт. Перед ней стояла встревоженная тетушка Цзин, ее руки дрожали, а глаза были на мокром месте. Подойдя к шестнадцатилетней малышке, тетушка крепко обняла ее, роняя слезы на белоснежную блузу с пиджаком темно-синего цвета. Ткань слегка намокла, а тихое всхлипывание терзало её душу.

Рухнувшие надежды снедали Вэннес изнутри. Почему это не родители? Почему это не они пришли за ней? Как…Как они могли так легко оставить её без объяснений?! Каждого поступившего встречали родители, так чем она отличалась от них?!

Боль, обрушившаяся на ее сердце, взорвалась множеством обжигающих искр. Глаза покраснели и крепко прижавшись к единственному оставшемуся рядом взрослому, слезы градом потекли по ее лицу. Истошные вопли заполнили округу, и Вэннес уже не волновала реакция окружающих. Пустота от отсутствия родителей чуть заполнилась присутствием тетушки Цзин, но и этого было недостаточно, чтобы исцелить её раны.

После вступительной церемонии Вэннес выбрала другой путь, каким могла бы вернуть родителей. Она была гордостью семьи Немея, и по всему дому были развешены грамоты и призы с конкурсов. Родители с гордостью делились с гостями достижениями своей дочери, а Вэннес лишь смущенно улыбалась. Она считала, что именно так сможет сделать свою мать и отца счастливыми. Видеть сияние их улыбок от гордости – вот что было ей важно.

Считая свои успехи в учёбе основным недостатком в жизни родителей, Вэннес решила начать с прогулов. Она помнила, как родители расстраивались, когда в средней школе за день до выпускных экзаменов она сбежала с ребятами в зал торговых автоматов. Погода располагала к этому, а занятия казались нудными и бессмысленными. Каждый подросток хоть раз нарушал правила. Весь день Вэннес провела в зале игровых автоматов и закончилось все тем, что она получила выговор за пропущенные пробные экзамены.

Этот случай оказался для неё первым и последним. Тем не менее, теперь Вэннес начала свой первый день в старшей школе с прогулов. Проведя несколько утренних уроков, она спрыгнула со второго этажа на козырёк закрытого чёрного выхода, захватив с собой Далию. Она не хотела вовлекать подругу в свои семейные проблемы, ведь как говорили ее родители родственникам:

"Вэннес – очень умный и одаренный ребенок. Правда, милый?"

Будучи "одаренным" ребенком, она обладала отличной памятью, и любой предмет давался ей без труда. Так что придумав себе хулиганский образ, Вэннес вполне себе была спокойна за свои оценки. Как бы часто она ни сбегала, все задания выполнялись, что создавало некое противоречие. Конечно, если за свои знания она была спокойна, за понимание теории Далии, стоило переживать больше.

Далия не была глупа и не недостаточно образованна; просто ей было немного сложнее усваивать материал. Каждый предмет давался трудно, и порой ей приходилось несколько раз перечитывать пройденные темы, чтобы разобраться даже с простым уравнением или фразой на иностранном языке. Но вот интуиции Далии можно было позавидовать: будь то экзамен или простая лотерея, она могла с закрытыми глазами набрать минимум 50 баллов, просто тыкая наугад, или выбрать билет, который точно окупит стоимость. Поэтому, несмотря на то что они пропускали занятия, чаще всего прятались на пристани, рядом с рыболовной будкой, где занимались за столиком, установленным для них. Добродушный старик часто угощал их, а в некоторые дни делился захватывающими историями о своих выходах в море.

Каждый день приносил спокойствие и умиротворение, но чем больше шло время, тем сильнее опускались руки у Вэннес. Родители не только не реагировали на её проделки, но и продолжали пересылать деньги. Ради наказания… хотя бы один раз они могли бы не отправлять их, но складывалось ощущение, что им всё равно.

Теперь, когда прошел целый год, Вэннес чувствовала, как тяжелое ожидание перерастает в безразличие, смешанное с глубокой обидой. Она понимала, что это их работа: они живы, если пересылают деньги, но как можно было просто так оставить своего ребёнка без объяснений?

С виной в глазах, она посмотрела на прямую спину тетушки Цзин, которая, будто заметив ее взгляд, тепло улыбнулась. Казалось, её совершенно не волновали подростковые шалости, будто она понимала ту боль, которую испытывало чужое сердце. Да, Цзин Бейли, безусловно, понимала причины столь радикального поведения Вэннес и осознавала, что Далия никогда её не бросит.

– Ещё в начале учебного года, – сказала Бейли, глядя на своё обручальное кольцо и улыбаясь, – родителей уверяли, что молодой учитель, полный новичок, справится с детьми без проблем. Но почему же тогда я вижу обратный эффект?

Её пухлые губы, нежного розового цвета, растянулись в улыбке, и, прищурив глаза, она грозно смотрела на молодого учителя, который был на десяток лет моложе. Хотя учитель не был виновен в прогулках девочек и неплохо проводил занятия, по словам других родителей, но в плане коммуникации… случай с чёрной сферой показал, насколько он неорганизован. Тем не менее, его не стоит осуждать: он был молод, и первый опыт не всегда приводил к успеху.

Тем не менее, обсуждать личные дела и семейные проблемы Вэннес Бейли не хотелось, поэтому она решила сыграть роль надменного родителя, у которого его чадо святое и никогда не сделает ничего плохого.

В глазах учителя читалось сомнение, и было видно, как он не может подобрать подходящие слова. Отсутствие опыта в проведении таких разговоров явно сказалось на нём, и, сжалившись, Бейли произнесла:

– Хорошо. Я поговорю с девочками дома и наставлю на правильный путь. – встав с места, женщина посмотрела на учителя сверху вниз. – Есть что-то, что вы хотели бы добавить?

Словно давая ему шанс восстановить свою репутацию в глазах собственных учениц, мужчина выпрямился, ловя брошенный канат:

– А… кхм… В основном девочки учатся хорошо и вовремя сдают задания, но если после выпуска они хотят поступить в хороший институт, Далии нужно еще немного подтянуть свои знания по некоторым предметам. – подняв взгляд, учитель застыл, увидев безразличие в ее глазах.– Хахах, в целом с оценками всё в порядке.

– Я вас поняла, – ответила она. – надеюсь, в следующий раз мы встретимся перед подготовкой к выпуску.

Дверь кабинета хлопнула, и как только она закрылась, мужчина почувствовал, как угнетающая атмосфера вокруг начинает рассеиваться. В день вступительной церемонии, когда эта женщина сопровождала двух девочек, он подумал, что она приятна не только внешне, но и по характеру, но лишь сейчас осознал, насколько заблуждался.

За окном школьного коридора начало темнеть, и тусклый свет фонарей заливает двор, добавляя в атмосферу нечто загадочное. Идя за тётушкой Цзин, туфли девушек издавали звенящее цоканье, сливаясь с её размеренным шагом.

Тёплое чувство охватило сердце Вэннес, и, с благодарностью взглянув на спину тётушки Цзин, она кивнула, еле заметно улыбнувшись. В чужих глазах не было осуждения, только искреннее человеческое понимание. Тревога и обида постепенно отступали, уступая место спокойствию. Кому и что она пыталась доказать? Своим родителям или самой себе, которая, казалось, была бессильна что-либо изменить без посторонней помощи?

Позже, когда они добрались до дома Далии, тётушка Цзин остановила Вэннес во дворе, желая поговорить наедине. Отправив Далию первой, тонкий свет уличного фонаря освещал лицо девушки, столь напоминающее черты матери Вэннес – Клои. Тонкие пальцы рук аккуратно дотронулись до её щеки, и, заправив прядь волос за ухо, Бейли улыбнулась.

– Дорогая, ты же понимаешь, у твоих родителей не было выбора. Если бы они могли сказать, куда уезжают, они бы точно это сделали. – сделав паузу, Бейли положила руки на плечи Вэннес и заглянула в глаза. – Они очень любят тебя и не хотят, чтобы ты вредила себе.

– Я… я понимаю. – тихо ответила Вэннес, опуская голову.

– Твоя мама просила присмотреть за тобой. Что же она скажет, когда узнает о твоих прогулах? – усмехнулась женщина, легонько щипнув пухлую щечку Вэннес.

– Узнает о прогулах? – удивилась Вэннес, не до конца понимая, о чем говорит тётушка.

Она была уверена, что родители в курсе её передвижений, но тогда что хочет сказать тетушка Цзин?

– Да.– уверенно заявила тетушка. – Если бы у них была связь и возможность, они бы точно не оставили тебя в покое. Такая проказница заслуживает родительского выговора. – наигранно хмуро пригрозила Бейли, затем звонко рассмеялась.

– Тетушка, вы знаете где они?! – воскликнула девушка, резко схватив тетушку за руку.

– Дорогая… – на лице отображалось разочарование, и она понимала, что ее слова только расстроят. – Я не знаю. Клоя лишь просила позаботиться о тебе, потому что в том месте, куда они уехали, нет связи, и даже телефон не получится использовать.

– Тогда как они отправляют денег? – спросила Вэннес, задав логичный вопрос.

– Этого я не могу знать. Может, у них там есть терминал? – задумалась Бейли,сама не представляя, как они могут это делать без связи.

– Хорошо. Возможно, действительно есть такой способ. – улыбнулась Вэннес, сцепив руки и чувствуя лёгкий стыд. – На самом деле, эти прогулы… я продолжала их совершать, скорее, по привычке, так как давно сдалась, надеясь привлечь внимание родителей. Я думала, что как только они узнают о моих прогулах, они вернутся, но, похоже, они даже не знают, как проходит мой день, что я ем, где сплю… теперь мне всё понятно. – выдохнув, она шагнула вперед и обняла тетушку. – Они не бросили меня, они скучают и стараются своим способом показать свое внимание.

Слова Вэннес тронули сердце Бейли, и, обняв хрупкое тело, она успокаивающе погладила чужую макушку. Стоило давно поговорить об этом, но она никак не могла найти подход. За прошедший год, сколько бы она не звала ее к себе домой, та отказывалась, находя всевозможные отговорки. Оставалось только доверить присмотр за Вэннес Далии, которая итак следила и поддерживала ее.

– Вы долго еще стоять будете? Я голодная! – крикнула из резко открывшегося окна Далия.

Из окна выглянула её пышная шевелюра, а вскоре за ней на голову запрыгнул толстячок Император, мгновенно приземляя Далию обратно к подоконнику. От столь неожиданного маневра руки машинально уперлись о твёрдую поверхность, и из её рта вырвалось недовольное ругательство.

Спустя неделю, когда у третьекурсников закончились экзамены, и на последнем классном часу учитель объявил о мерах предосторожности в связи с появившейся сферой в центре города, одноклассники Вэннес и Далии пропускали все его слова мимо ушей. Их внимание привлекали лишь две девушки, исправно посещавшие занятия. Это напоминало вымирающее животное, вернувшееся в заповедник и больше не смеющее убегать.

Удивительная картина.

Сразу после классного часа Вэннес направилась к выходу, чтобы подождать Далию, которую попросили зайти в учительскую. Остановившись у колонны, поддерживающей навес, ей казалось, что на неё смотрят. Подняв взгляд, она заметила, как большинство учащихся не сводят с нее глаз. Разве так удивительно, что кто-то посещает занятия?

Вэннес ощущала сотни глаз, направленных на неё, и понимала причину такого внимания. За этот год они с Далией стали достаточно известными благодаря своим прогулам, что даже несведущий знал их. Тем не менее, это внимание не вызывало у неё сильного дискомфорта.

Постояв ещё немного, Вэннес посмотрела время на телефоне и, нахмурившись, обернулась к входу. Сперва послышались шаги, а когда появилась тень, Вэннес тут же спряталась за колонной, осознавая, что это не Далия. Во-первых, шаги были тяжелее, во-вторых, силуэт явно принадлежал парню. Угадать, кто это, было нетрудно: выглянув немного из-за колоны, она увидела Николаса.

Парень шёл с прямой спиной и смотрел вперёд, а услышав шорох, лишь бросил мимолетный взгляд в сторону клумбы. Там никого не было, а звук шуршащих листьев мог создать ветер, поднимающийся с раннего утра. Единственное, что привлекло его внимание, – странная реакция пары, сидящей на лавочке недалеко от клумб. Они с интересом уставились на кусты, а потом на Николаса, но сам парень не обращал на них никакого внимания. Когда ему поступил звонок, он ответил, продолжая двигаться к выходу с территории.

По спине прошлись мурашки, и листья в волосах запутались с ветками. Не только Вэннес чувствовала себя неловко в данный момент. Та парочка все время поглядывала в ее сторону и не решалась что-либо сделать, вот только Вэннес помощь не нужна была. Она скорее убила бы себя, чем попросила вытащить ее из кустов клумбы. Как она могла так глубоко упасть, что только ноги видны?

– Что ты там делаешь?

Сверху послышался мягкий удивленный голос. Стоило поднять глаза, из-за перил выглянуло личико Далии, распираемое от смеха.

– Не видишь? Медленно деградирую. – надувшись, ответила Вэннес, продолжая валяться в клумбе.

Спиной она чувствовала, как листья и цветы начинают все больше проминаться под ее весом. Наконец, чуть приподнявшись, она услышала, как все косточки в позвоночнике хрустят.

– Это что, хруст безе? – хохотала Далия, замечая краем глаза, что парочка на лавочке тоже начинает хихикать.

– Это хруст моей жизни, пережеванной и выброшенной в этот мир. – усмехнулась Вэннес, вставая на ноги.

В волосах у неё всё ещё торчали ветки и листья, а если присмотреться, можно даже было заметить приклеившийся комок грязи, ещё не высохший после утреннего полива. Попытавшись убрать весь беспорядок с волос, Вэннес почувствовала, как начинают болеть руки, и, подняв обиженный взгляд, фыркнула, понимая, как же нелепо выглядит в чужих глазах. Пошатываясь, она сделала шаг к тротуару, но её нога скользнула по мокрой земле. Внизу находились остатки цветочной грядки с примятыми ветвями кустарников, старающимися выжить после внезапного нападения.

– Лучше бы пожалела меня~ – с игривой интонацией произнесла она.

– Ты хочешь, чтобы я пожалела тебя? Ну… – задумчиво произнесла Далия, улыбаясь. – Жала нет и жалить нечем.

Далия старалась разрядить атмосферу, прекрасно понимая всю неловкость происходящего, и ее смех вызывал у Вэннес тихую, озорную улыбку. Покосившись в сторону смеющейся парочки, она показала им язык и, переступив бордюр, ступила на тротуар.

– Хорошо-хорошо, я сейчас выгляжу как пугало. – констатировала Вэннес, отряхивая юбку от прилипших листьев и пыли с грязью.

К сожалению, ее пятая точка очень хорошо вписалась в куст, достав до самой земли, поэтому задняя частью юбки окрасилась в легкий черно-коричневый цвет. Хотя на темной форме это не так уж было заметно, при ближнем рассмотрении вполне могло показаться, что выглядит это не очень хорошо.

– Как симпатичное пугало. – с улыбкой протянула Далия, доставая платок из сумки. – Как ты упала туда?

Оглянувшись на примятую клумбу, Далия примерно прикинула, что для падения в нее, требовалось либо выпасть из коридора первого этажа, либо перелезть через перила и совершить прыжок веры спиной вниз, что Вэннес вряд ли бы сделала.

– Увидела кошку, пробежавшую под ногами, испугалась и упала. – ответила смеясь Вэннес, вытирая руки и ноги.

Так сильно испугаться кошки? Далия прекрасно понимала, если бы такое произошло, то Вэннес вряд ли смогла бы настолько сильно испугаться, да и тем более, чтобы упасть, сперва нужно перелезть через перила. Логики в словах подруги не было, но и они не были на допросе, чтобы выпытывать ответы.

Каникулы проходили спокойно, и ничего странного не происходило. Сфера в центре оставалась на месте, в то время как та, что располагалась в лесу, так и не была обнаружена кем-либо, кроме самих девушек.

Утром они спускались на рынок с списком продуктов, который давала им тетушка Цзин. А если оставалось время, могли немного пройтись по улицам центра и заглянуть в книжный, из которого выходили с парой новых романов в руках. Скорее даже не в руках, а в зубах, потому что в каждой руке было по пакету.

Управившись с покупками за час до открытия в десять утра, девушки чувствовали себя так, будто пахали всю неделю как лошади на поле. Раскладка продуктов и подготовка рабочего места также входила в их обязанности, и быстро справившись с ними, они ощущали благословение. Тётушка Цзин давала им время отдыха до обеда, после чего они должны были вернуться и помочь в закусочной.

Днём солнце беспощадно палило оголенные спины Вэннес и Далии, которые, сняв футболки и шорты на пляже, мчались в голубые просторы открытого моря. После нескольких таких сессий, напрочь забыв про солнцезащитный крем, они походили на угольки картошки, которую забыли достать из костра. Начавшая слезать на покрасневших плечах кожа сильно напугала тётушку Цзин, поэтому им на время запретили приближаться к воде.

Теперь им оставалось только страдать и таскать за собой специальный тканевый зонтик, защищающий от солнечных лучей. Час купания в разгар летней жары казался им настоящим раем, а что теперь? Теперь они только стояли на набережной и с тоской в глазах смотрели на солоноватую воду, так приятно окутывающую тело.

Единственным спасением в этот период стал пожилой мужчина на пристани. Он периодически угощал их сушеной рыбой с газировкой, а на обратном пути подкидывал им разнообразные дары моря: рыбу, кальмаров, осьминогов, даже креветок. Девушки с радостными улыбками тащили всё это в закусочную, ведь когда ещё им перепадёт бесплатная еда? В первый раз, когда они принесли целый мешок с морскими обитателями, бедная тётушка Цзин подумала, что они ограбили рыбную лавочку на рынке. Но после тщательных объяснений она благодарно передавала мужчине гостинцы.

Во время обеда в закусочной кипела жизнь, и наплыв посетителей заставлял Вэннес и Далию бегать не щадя ног и рук. Хотя бегать приходилось только им, к вечеру девушки чувствовали себя вымотанными до предела. Исполняя роль официантов, они стали зарабатывать небольшой процент от продажи, что не могло не радовать – это были карманные деньги, заработанные собственным трудом.

Сейчас, глядя на свой банковский счёт после разговора, Вэннес не потратила с него ни шена. Она чувствовала гордость, рассматривая деньги, которые заработала собственным потом, «крокодильими слезами» и болью в ногах от постоянной беготни.

Вечером, когда уходил последний клиент, Вэннес выходила на улицу, забирала стенд с меню дня и заходя обратно, переворачивала табличку с "открыто" на "закрыто". Легкий ветерок дул ей в спину, принося с собой свежий морской бриз, от чего так и хотелось обернуться, и смотря с склона вниз, весело прокричать радостные оды лету. Прокричать так, чтобы весь квартал всполошился от нарушения спокойствия.

Однако она не хулиган и не нарушитель спокойствия района, поэтому люди, живущие поблизости должны быть рады, что в юной голове нашлась толковая мысль, победившая порыв. Теперь пожилые люди могут спокойно ложиться спать и не бояться за странные звуки непонятного происхождения.

– Забрала? – спросила Далия, вытирая тряпкой столы.

– Ага. – ответила Вэннес, прикладывая стенд к стене у входной двери. – Куда ты убрала веник утром?

Встав у входа в кухню, Вэннес посмотрела на Далию,которая нагнулась, чтобы поднять упавший держатель для салфеток. Плечи девушки до сих пор покрывались корочкой в некоторых местах и выглядели, как свеже сваренный картофель, с которого счищают кожуру. Но Вэннес тоже не отличалась – её плечи выглядели не лучше.

– В подсобке. Мама утром отругала, потому что я бросила его в углу на кухне. – надувшись ответила Далия, еще усерднее вытирая стол.

– Еще бы на стол ей кинула. – хихикнула Вэннес, зная, что вина целиком лежит на Далии.

– Ноль поддержки! – фыркнув, Далия повернулась спиной, показывая всю глубину своей обиды.

Вэннес, улыбнувшись, направилась в подсобку. Проходя мимо задней двери, она увидела тётушку Цзин, разговаривающую по телефону на порожке заднего дворика. Её тон казался серьёзным, но, лишь пробежав мимо, Вэннес забрала веник и совок из подсобки и, прикрыв дверь, вернулась обратно.

Не говоря лишнего, девушки быстро убрались в зале, а потом, собрав вещи, спокойно сидели за столом, играя в армрестлинг большими пальцами рук. Увлекшись игрой и не желая проигрывать, они даже не заметили, как к ним подошла тётушка Цзин, внимательно наблюдая за их сражением. Они бы так и продолжили свое захватывающее сражение, если бы не легкое покашливание женщины, которое испугало их.

В руках у тётушки было два пакета с упакованными в контейнеры блюдами, что остались после приготовления и не были проданы. Поставив их на стол, она направилась к выходу, выключая по дороге свет.

– Пора домой. – мягко произнесла она, держась за дверь.

Медленным и расслабленным шагом, они вскоре достигли развилки, где их пути расходились. Обняв Далию на прощание, Вэннес отстранилась. Температура чужого тела ощущалась намного холоднее чем обычно, а если взглянуть на погоду, то это казалось еще страннее. Лето было в полном разгаре и скорее они зажарятся от жары, чем станут живыми сосульками.

Под странным взглядом Вэннес, Далия чуть съежилась и ткнув ее в живот, усмехнулась:

– Не хочешь остаться у нас?

Этот вопрос не заставил себя долго ждать. Однако Вэннес не хотела быть обузой в чужой семье. Она просто расслабленно улыбнулась и чуть приподняв пакет с едой ответила:

– Я собираюсь устроить пир дома, поэтому без этого.

От обиды, Далия слегка пнула подругу по ноге и, развернувшись, затопала наигранно громко к своему дому, бросая через плечо:

– Ну и катись!

Вэннес не могла не рассмеяться – она знала, что Далия не воспринимает это всерьёз. И в тот же миг Далия с вьющимися волосами обернулась. Её сияющая улыбка освещала всё вокруг, особенно согревая душу. Вэннес помахала на прощание, прежде чем скрыться за поворотом.

В доме все так же присутствовали тишина и бездушность, но в этот раз Вэннес чувствовала себя менее одиноко и грустно. Словно все оковы были сброшены, а движения стали плавными и легкими. Та легкость, которую она испытывала рядом с родителями, наконец вернулась. Пусть не полностью, по крайней мере, дышать стало легче.

В гостиной, как обычно, работал телевизор с теми странными помехами, к которым Вэннес уже привыкла. Она находила странным то, что телевизор сам включался и, ладно бы показывал каналы спутникового телевидения, вот только постоянные помехи оглушали, а порой раздражали. Однажды Вэннес решила сама разобраться и проверить, сможет ли она устранить помехи, но имея низкий уровень познаний в работе телевизора, так и не смогла что либо сделать. Разобраться в телефоне, компьютере? Запросто, но телевизор… чаще им пользовались родители, и она лишь знала, как переключать каналы.

Поставив пакет с едой на столик, Вэннес не спеша разложила контейнеры в холодильник, убрала за собой и наконец вышла в гостиную. Пульт, как всегда, лежал на диване, и, ловко подхватив его, она случайно надавила на кнопку переключения канала. На экране снова появилась новостная программа, рассказывающая о черных субстанциях.

Женщина, говорившая монотонным голосом, гипнотизировала и, усевшись на диван, Вэннес подперла голову руками, сложенными на коленях, и весь ее вид говорил о глубоком интересе. Но, больше чем заинтересованность, Вэннес боролась с накатывающей сонливостью, заставлявшей её тяжело моргать.

" – Сегодня у нас специальный гость, приглашенный для глубокого разбора текущих мировых событий. А конкретно, одного события, потрясшего весь мир."

На экране женщина повернула голову вправо и улыбнувшись, словно ее кожа резиновая и ее растягивают, поприветствовала гостя.

" – Давайте поприветствуем, Эллиат Хэрли – глава департамента военно-экономических систем."

В кадре появилась высокая женщина с светлыми собранными в хвост волосами. Пара миндальных глаз бесстрастно взглянула на студию, и устремив взгляд в камеру, встретилась с зрителями.

С полусонным, затуманенным взглядом, Вэннес поймала взгляд незнакомки, и тут же вскочила с места. Перед ней на экране стояла та самая военная женщина, которую она не раз видела рядом с черной сферой на разрушенной площади.

– Глава департамента военно-экономических систем? – удивлённо произнесла Вэннес, пытаясь припомнить, где она уже слышала об этом человеке.

" – Госпожа Хэрли, не могли бы вы поделиться информацией о последних событиях в мире?

– Поделиться информацией? Ха-ха-ха. Вы же знаете, я не имею права разглашать столь конфиденциальную информацию.

– Как это может быть конфиденциальным, если весь мир знает о черных субстанциях, количество которых превышает сотни тысяч? – прищурившись, заметила ведущая, пытаясь поймать главу департамента на слове.

– Это так, но мы живем в мире, где информация иногда опережает реальные события. Порой, раскрытие карт, лишь больше запутывает людей в ложных фактах. – уверенно произнесла Хэрли."

Даже через экран телевизора ощущалась напряженная тишина в студии, повисшая на мгновение. Камера быстро зафиксировалась на внимательном взгляде ведущей, которая пыталась оценить, где заканчивается грань шутки и начинается реальность.

Вэннес тоже замерла на месте, сжимая пульт в руках.

" – Попробую объяснить проще. – продолжила Хэрли, скорее как бы размышляя вслух. – Существуют проблемы, которые не поддаются быстрому решению, а везти к ним общество неуместно. Черные субстанции – это не просто аномалия, это потенциальная угроза, способная изменить порядок вещей, что несомненно требует осторожного подхода."

Ведущая слегка наклонилась вперед, проявляя явный интерес. Вэннес обошла журнальный столик, села на него и уставилась на экран, как будто боясь пропустить важную информацию.

" – Так что же на самом деле происходит? Можете объяснить это простыми словами, позволяющими слегка приоткрыть завесу тайны? Объяснить так, чтобы наши зрители, не имеющие специального образования, поняли…

– Хмм…Могу попробовать. – Хэрли расправила плечи и продолжила. – В нашем мире черные субстанции впервые появились на острове Фис, принадлежащем Росмэ. В этой стране множество талантливых ученых, и тем не менее ни для кого не секрет, что они и сейчас продолжают переманивать к себе талантливых биологов, химиков и физиков со всего мира.

– И что вы этим хотите сказать?

– Я хочу сказать… Люди в Росмэ действительно молодцы. Они активно исследуют субстанции и пытаются найти решение проблемы, которое поможет избавиться от этих аномалий."

На лице Эллиат Хэрли отразилась ухмылка, словно она знала намного больше, чем остальные. Это было видно не только по её выражению лица, но и по интонации. Складывалось впечатление, что она считает людей из Росмэ дураками, движущимися по неправильному пути.

Нахмурив брови, Вэннес хмыкнула, прикрепляя к главе департамента ярлык "Язва".

Стоило только взглянуть на Хэрли, Вэннес чувствовала, как за чужими словами и мимикой скрывается поистине талантливый тактик. Она не могла понять, почему такая расчетливая женщина, обладающая властью и знаниями, вызывает внутри леденящий трепет.

" – Хорошо. – спросила ведущая. – Можете поделиться планами вашего департамента на ближайшее будущее? Есть ли какие-то действия, которые могут улучшить ситуацию не только в нашей стране, но и во всем мире?

– Во всем мире? – явно наигранно удивилась Хэрли, заставляя ведущую вздрогнуть. – Как знать. Мы работаем круглые сутки, чтобы вести точные исследования и контролировать даже малейшие изменения. Необходимо время, чтобы все изучить и понять, какое вмешательство действительно требуется. Но время все равно истекает.

– То есть, вы утверждаете, что мы на пороге новой эры, где старые порядки могут рухнуть, если ситуация выйдет из под контроля? – уточнила ведущая.

– Хахах, вы забавная. Но заметьте, я этого не говорила. – прищурилась Хэрли, её смех насторажил не только всех в студии, но и зрителей за экраном телевизоров.– Все довольно просто. Человечество всегда находится грани пропасти – будь то расовые конфликты, деление территорий или внутренние войны. И те, кто отказывается признавать изменения в мире, могут столкнуться с последствиями, о которых даже не догадываются."

Слова Эллиат Хэрли прозвучали глухим эхом в гостиной, и Вэннес была совершенно обескуражена. Ведущая тоже застыла на месте, не зная, что ответить. Тишина в воздухе наполнилась многозначительным подтекстом, который не многие могли понять.

Вэннес выключила телевизор и некоторое время просидела в тишине, не находя слов. Она старательно обдумывала услышанное, пытаясь понять, что имела в виду Хэрли. Всё, что она только что увидела, вызывало массу вопросов, а также заставляло задуматься о том, в какую опасную авантюру ввязались её родители.

Тревога медленно заполняла её мысли, и не вынеся этого напряжения, она схватила телефон, брошенный ранее на диван. Пальцы стремительно ввели пароль, и, найдя в списке пользователей маму, Вэннес только сейчас заметила синие галочки.

– Она прочла… – тихо произнесла Вэннес, вскочив с дивана и начав ходить из стороны в сторону. – Она прочитала!

Чуть ли не плача, Вэннес с глупой улыбкой смотрела на экран телефона. Глубоко внутри она всё еще не верила, что после года молчания её родители наконец-то прочитали все её сообщения. Не теряя времени, она быстро зашевелила тонкими пальцами по экрану, набирая текст:

"Мамочка, у вас все хорошо?"

"Я видела новостное интервью с некой Эллиат Хэрли. Эта женщина сейчас находится в нашем городе. Она говорила странные вещи."

" Вы же не стали теми, кого переманили в Росмэ?"

"Если да, то неужели вы именно поэтому ничего мне не сказали?"

"Мама?"

"Мамочка, скажите, что вы хотя бы живы"

Сколько бы она ни смотрела в телефон, ответа не приходило. Сообщение оставалось не прочитанным, и, устроившись на диване, Вэннес уснула, сжимая телефон в руках, экран которого уже потух.

Тем не менее, посреди ночи, переворачиваясь с одного бока на другой, она расслабила руку, и телефон выпал из ладони на ковер. На экране возникло тусклое сияние, и всплыло уведомление:

[ Мамочка ]

«Беги из города.»

Вслед за снова потухшим экраном раздался шум из телевизора, на котором появились помехи, но в этот раз они были гораздо тише.

***

Морской бриз нежно обвивал лица двух девушек, сидящих на пирсе. Глядя на зыбкие волны, которые с легким шорохом накатывали на пристань, они увлеченно обсуждали что-то. По мере того как солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небосвод в яркие оттенки розового и оранжевого, Вэннес положила голову на плечо Далии и неуверенно уставилась на телефон в руках.

– Как думаешь, что она имела ввиду? – нахмурилась Вэннес, в сотый раз за день открывая сообщение от мамы.

– «Беги из города»? Может, она имеет ввиду сферы? Ученые всяко больше знают, чем обычные люди. – задумавшись, Далия продолжила. – А вдруг, это бомба замедленного действия? А что если вскоре она взорвет весь город?

С недоверием посмотрев снизу вверх на лицо подруги, Вэннес хмыкнула.

– Какие постапокалиптические романы ты на этот раз прочитала? Что за чушь? – возмутилась хихикая Вэненес, задевая подругу локтем. – Не думаю, что это правда. Может они просто волнуются, так как видели последствия в городе?

Далия не сдержалась и кашлянула, прикрывая рот.

– Как они могли узнать, если эти военные пресекают все попытки выложить в интернет местную разруху? – спросила она, мельком замечая на своей руке черные пятна.

Далия быстро вытерла черные пятна о ткань своего темно-коричневого платья, словно их и не было.

– С тобой все в порядке? – отстранившись от чужого плеча спросила Вэннес, подмечая бледность на лице. – Я еще в прошлый раз заметила, что твоя температура нереально холодная. Ты заболела?

Беспокойство в глазах Вэннес грело сердце Далии, но, промолчав, она лишь пошатываясь на ногах, встала с края пирса. Вэннес последовала за ней и, сделав шаг в сторону, почувствовала, как тело подруги колыхнулось в такт ветру, чуть не падая в морскую воду. В следующий миг, она еле успела схватить ее, сжимая в объятиях

– Далия! – испуганно вскрикнула Вэннес, крепче прижимая её дрожащую от кашля фигуру к своей груди.

– Все в порядке. – сквозь зубы ответила Далия.

Сейчас она была рада, что Вэннес, прижавшись лбом к её спине, не видела черную кровь, оставшуюся на её руке.

Сердце Вэннес билось в унисон с ее испуганным дыханием, и мысли путались в хаосе. Что вообще происходит? Это простая болезнь, или так на тело Далии повлияла черная сфера, находящаяся рядом с их домами? Но если это так, то почему с ней самой ничего такого не произошло?

– Ты ведь не упадешь? – с сомнением спросила Вэннес.

Продолжая держать Далию в своих руках, она старалась почувствовать, что та рядом, чтобы успокоить свои собственные страхи и отбивающее барабанную дробь сердце.

– Эм… Как я по-твоему могу упасть, если мы сидим и ты меня держишь? – сказала Далия и, казалось, хотела улыбнуться, но вместо этого лишь тяжело вздохнула.

– Ну… не важно. И все же, что происходит? – спросила Вэннес, выпуская подругу из своих объятий.

– А что может происходить? – прикинулась дурочкой Далия.

– Не увиливай. Это же не обычная болезнь. Что случилось? Мы же лучшие друзья… – состроив страдальческое выражение лица, Вэннес уставилась в чужие глаза.

В этот момент Далия только убедилась, что Вэннес, по своей натуре, была как милый маленький щеночек. Расчетливым, наглым и своевольным – такое описание больше подходило, но смотря на милую мордашку перед своими глазами, она нахмурилась, обдумывая каждое слово.

– Я… я видела это. – тихо произнесла Далия, поднимая глаза. – Видела новую сферу у своего дома. Я боялась кому-либо сообщить об этом, поэтому молчала. Но в какой-то момент мое самочувствие подкосилось. Это просто пониженная температура и кашель, пока ничего страшного. Думаю, это обычная болезнь.

Увидев хмурый взгляд Вэннес, Далия прекратила оправдываться. Опустив виновато голову вниз и схватив рукой футболку, она посмотрела исподлобья, стараясь вызвать жалость.

– Хааа… на самом деле я тоже должна сознаться. Я тоже видела эту сферу, и тоже молчала, потому что боялась сказать другим. – честно призналась Вэннес.

– Дура.– пробурчала Далия.

Не сказать, что Далия была сильно удивлена, но, по крайней мере, теперь она не чувствовала себя более виноватой. Не одна она оказалась столь не решительной, чтобы сказать об этом даже лучшей подруге. Облегченно вздохнув, Далия стукнула Вэннес в плечо, выплевывая странные бормотания, похожие на проклятия.

В конечном итоге, они провели еще немного времени на пирсе, пока не стемнело и не пришло время возвращаться домой. Настолько сильно задержались, что даже тетушка Цзин успела обоим позвонить не менее десяти раз.

Идя по улицам, девушки миновали перекресток, ведущий к центральной площади и продолжая весело болтать, мимолетным взглядом Далия кое-что заметила, а точнее кое-кого. Ее шаг замедлился, и, обернувшись в ту сторону, где она увидела знакомую фигуру среди редких прохожих, она поняла, что никого там нет.

В её сердце вспыхнуло странное чувство, и, нахмурившись, она сжала пальцы рук. Она точно видела те черные локоны, которые навсегда запомнит, но возможно ли, что это лишь её воображение?

– Что-то случилось? – спросила Вэннес, следуя за чужим взглядом.

– М? Ничего, пошли.

Глава 4

– Хм…

Рука потянулась к книжной полке, пытаясь принять трудное решение. Роман про перерождение или захватывающий детектив? Вот в чем вопрос. Вэннес никак не могла определиться с выбором, стоящим меньше одного шен.

Лампа на столе несколько раз мигнула, на мгновение погружая комнату в полумрак. Часы, отмеряя время, показывали 22:27, а проникающий лунный свет почти не справлялся с темнотой, укрывшей каждый уголок спальни. Всего десять минут назад Вэннес внезапно подскочила с кровати, намереваясь собрать вещи, и именно поэтому, не дойдя до выключателя, с этой задачей справлялась лишь настольная лампа.

Ранее вечером, провожая глазами удаляющуюся Далию, Вэннес не могла выбросить из головы странные мысли. Словно ей не все рассказывают, утаивая саму суть. Медленно накатывающий сон отошел в сторону, стоило только представить странные сюжеты. Возможно, она прочитала слишком много романов, но что, если самое худшее сбудется?

Далия спокойно возвращалась домой вечером. Внезапно ее голова закружилась, и, не увидев камень на дороге, оступилась, теряя равновесие !БАЦ! Резкая головная боль, и оказалось, что рядом лежал камень еще большего размера, к которому как влитая вписалась ее голова. Море крови, не успевшие медики и бескровный труп.

Одним словом – нелепая смерть.

Или же такой вариант:

Ночью Далия резко встала с кровати от сильного кашля. Хватаясь холодной рукой за горло, она пыталась откашляться, но все было тщетно. Бросив взгляд на прикроватную тумбочку, где стоял стакан с водой, она потянулась к нему. Но как ни старалась, руки не слушались, и стакан упал на пол, разбившись вдребезги. Не имея иных вариантов, в полной тишине Далия направилась на кухню и, спускаясь по лестнице… упала, свернув себе шею.

Или немного по-другому:

Наконец спустившись вниз, Далия взяла стакан с водой, сделала несколько поспешных глотков… но захлебнулась, так и не будучи услышанной обитателями дома.

Отбросив в сторону мрачные сценарии, Вэннес решила отказаться от детектива, выбрав роман о мести тем, кто предал главного героя в прошлой жизни. История избитая, но именно за это она ее и любила.

Словно подтверждая её выбор, лампа снова мигнула, и довольная Вэннес закинула книгу в рюкзак. Все произведения, которые она и Далия делят между собой, проходят независимую оценку от Цзин и Немея – строгих ценителей разных жанров.

Отойдя в сторону, Вэннес осмотрела комнату, обдумывая, что еще стоит взять с собой. Конечно, она не собиралась переезжать в дом семьи Цзин, но на несколько недель точно останется. Через две недели будет тот самый день, ради которого в этот раз Вэннес чувствовала себя обязанной остаться рядом.

1 июля – день рождения Далии, а также дата смерти отца Цзин. Не самый приятный день в жизни девушки. Вэннес прекрасно знала, что Далия не собирается праздновать, но сколько можно держать в сердце одинокую скорбь? Только она одна весь день скорбит, забывая про собственный маленький праздник.

Кто-то потерял жизнь, а кто-то обрел ее.

Цзин Бейли из года в год с первыми лучами солнца посещает могилу мужа: очищает территорию, высаживает свежие цветы вокруг небольшой берёзки, посаженной в первую годовщину смерти, зажигает благовония и приносит подношения ради спокойствия его души. Благовония на подставочке горят час, после чего Бейли встает с колен и, поклонившись мужу, тушит их.

По завершении ритуала дома женщина устраивала небольшой праздник для дочери, но та никак не реагировала. Она просто не хотела праздновать, предпочитая провести весь день у могилы отца.

Когда же все это началось? На свой десятый день рождения Далия отправилась рано утром к могиле отца и, разревевшись, словно пятилетний ребенок, категорически отказалась возвращаться домой. Хотя ее и удалось отцепить от надгробия отца, вечером все, что она делала, просто ковыряла торт ложечкой, потеряв аппетит.

Последующие годы прошли без изменений, и Вэннес хотела это изменить. Даже если не удастся привнести масштабный праздник, по крайней мере она постарается вызвать улыбку на лице подруги. Это ее святая обязанность.

Вэннес понимала, что этот день навсегда останется в памяти – не только как день рождения Далии, но и как печальный день из жизни ее семьи. Если первое она могла изменить, то второе навсегда останется в любящих сердцах. Каждое 1 июля напоминало Вэннес о том, как трудно возрождаться после горькой утраты. Но если один день был связан с утратой, то другой мог быть отмечен надеждой. Она была решительно настроена не позволить мраку затмить светлые моменты в жизни Далии.

Собрав волю в кулак, Вэннес легла обратно в кровать, намереваясь погрузиться в глубокий сон. Однако, сколько бы она ни пыталась закрыть глаза, сон упорно не приходил. Счёт овец, цифры, визуализация сюжетов из романов – ничего не помогало. Повернувшись сначала на один бок, почувствовала дискомфорт, затем – на другой, и начала ерзать ногами. Её тонкие брови нахмурились, а открыв глаза, она с напряжённым взглядом уставилась в точку за окном, выходящим в сад.

Если бы Вэннес знала, что сборы приведут к бессоннице, она бы и не встала с постели. К сожалению, изменить ничего нельзя, так же как и мгновенно вызвать сонливость. Несмотря на тяжесть в глазах, само тело ощущало небывалый прилив бодрости – словно влили целое ведро кофе без сахара и сливок.

Отбросив одеяло, Вэннес резко села на кровати и, осмотрев свою комнату, опустила ноги на пол, решая немного пройтись. Может, повезёт, и сон нагрянет?

Холодные пальчики ног опустились в теплые пушистые тапочки. Прошоркав в коридор к лестнице, Вэннес чуть ли не через каждую секунду зевала, сильно жмуря глаза. Знакомая скрипучесть лестницы казалась мелодией в ушах, а доносящиеся помехи с первого этажа добавляли красочности и разнообразия звуков.

Когда оставалось всего ступеней пять, Вэннес еще раз зевнула, нога опустилась вниз и, не почувствовав следующей ступени, сердце екнуло, руки молниеносно вцепились в перила. Стоило открыть глаза, как сон окончательно был утерян. Теперь она чувствовала себя бодрее, чем когда-либо. Ступенька все еще была на месте, вот только сама нога каким-то образом пролетела мимо нее.

Если бы она не среагировала вовремя, сейчас, вероятно, лежала бы с переломом шеи. Шутки шутками, но неужели это карма за странные мысли?

Вздрогнув от своих предположений, Вэннес осторожно, шаг за шагом, спустилась по оставшимся ступеням и только ступив на ровную поверхность, вздохнула с облегчением. Если так подумать, не стоит ли тогда опасаться и воды, которую она хотела выпить? Вдруг захлебнется?

Оставшуюся часть ночи до рассвета Вэннес провела на диване в гостиной, смотря ночные телепередачи. Не самые приличные, но если постараться, можно найти и бриллиант среди кучи отходов. Одна из таких передач оказалась обычным обсуждением и разбором новинок кино. Так что почерпнув много нового, к утру Вэннес познала этот мир и могла назвать себя просветленным человеком.

Кто же знал, что в программе будут обсуждать не совсем подходящий для детской психики фильм для взрослых? 70% сюжет и 30% откровенные сцены. К такому жизнь Вэннес не готовила. Ей почти 17, и да, она и вправду этим никогда не интересовалась. Сегодня же ей пришлось пройти экспресс-курс по анатомии и правилам взрослой жизни, чего не хотела бы знать по крайней мере до совершеннолетия.

Несмотря на все попытки отвлечься, перед глазами Вэннес всё равно возникали яркие и неожиданные образы, совершенно чуждые её привычному воображению. Она с недоумением уставилась на экран, словно пыталась понять, как ее жизнь превратилась в нечто похожее на сюрреалистический фильм: место детских ожиданий, врываясь с ноги, заняла ненужная ей информация. И что теперь делать с этим пониманием нового мира?

Переключая каналы, она искала что-то более безобидное, и дойдя до детского канала, вздохнула с облегчением. Хоть что-то, что подходило ее возрасту.

– Неправда, что взрослым быть лучше! – возмутилась Вэннес, откидываясь на спинку дивана. – Я не хочу больше видеть этих химер змеевидных!

Взвыв от отрицания и не желания принимать происходящее, Вэннес какое-то время потратила на просмотр серии мультсериала, а проголодавшись, встала с дивана. Еды в доме предостаточно, поэтому оставалось только достать, разогреть и отправить в желудок, что она и сделала.

Экран планшета на журнальном столике, оставленный прошлым вечером, засветился, и, кинув на него взгляд, отображалось сообщение от Далии. Сообщение в такое время?… Весьма странно. На экране также отображался циферблат, показывающий только пять утра. Обычно Далия спала утром, особенно таким ранним.

Разблокировав планшет и зайдя в сообщения, Вэннес привстала в удивлении, а после со смехом упала обратно на диван. Все ее тело тряслось от душераздирающего смеха, до такой степени, что слезы выступили на глазах.

Дали: [Короче, проснулась я значит от кошмара, где свернула себе шею, чуть не упав с лестницы]

[Решила сходить в туалет по такому случаю]

[Вот только не смейся]

[Спускалась вниз, и на ровном месте споткнулась уже внизу, на РОВНОМ полу]

[Слава богу, влетела в стену, а не в пол носом]

[ (T ^ T) ]

[Представляешь эту сцену?]

[Просто смотрела вперед и ПРОСТО споткнулась, как оказалось, об Императора!]

[Вот колбаса пушистая!]

[Я вижу, что ты прочитала…]

[Смешно? Долго смеяться будешь?]

Еле успокоив дыхание, Вэннес взяла планшет обратно в руки, читая новые сообщения. В ее голове до сих пор не укладывалось, как можно было не заметить бедного Императора, спокойно спавшего на полу. Неужели Далия не включала свет? А что теперь испытывает сам Император?

Оставалось только гадать, насколько ущемлены были права бедного кота таким жестоким поступком. Хотя и невиновным.

Щеночек: [Знаешь, я разное представляла, но не думала, что причиной будет Император ахахаха]

Дали: [Вот черт! Ты там пишешь детектив, где я умираю сотней разных способов!?]

[ (｀_´)ゞ ]

Усмехнувшись воображению подруги, Вэннес встала с места с планшетом в руках, отправляясь на кухню. Хотелось взять какие-нибудь закуски с напитками и удобно умоститься обратно на диване, весело болтая с Далией.

Щеночек: [Ты думаешь, я настолько смелая? хахаххах]

Дали: [Ладно, не суть. Я теперь перехотела в туалет идти. Мой мочевой пузырь сдулся]

[ -_-b ]

Чуть не поперхнувшись сладкой газировкой, Вэннес вытерла рот тыльной стороной ладони. Почему-то в голове сразу всплыл образ Далии из детства, когда она настолько сильно испугалась льва в зоопарке соседнего города, что сходила под себя. Радоваться можно было только тому, что это была не поездка с классом, а обычная с ее мамой и родителями Вэннес.

В тот день, обмотав дочку собственной кофтой, тетушка Цзин подняла ее на руки и крепко обняв, вернулась обратно в отель. Они собирались провести все выходные в соседнем городе, поэтому забронировали два номера заранее. Кто же знал, что это так быстро сыграет ей на руку.

Щеночек: [Не дай мне пошутить на эту тему!]

[О нет! Мой демон вырывается наружу!]

[ ψ(｀∇´)ψ ]

Дали: [Черт!]

[Нет!]

[Нет! Я не обоссалась со страху!]

[Если бы ад существовал, демоны вертели бы тебя на вертеле сотни лет!]

[ ʕʘ‿ʘʔ ]

Даже через экран планшета, Вэннес чувствовала весь спектр стыда, который испытывает в этот момент Далия, но шутки шутками, а смущать неловкими воспоминаниями она не хотела. В конце концов, она должна сохранить ей толику лица, дабы не утонуть еще глубже в постыдном прошлом.

Щеночек: [Я насмеялась]

[Твоя взяла]

["Поднимаю белый флаг"]

Дали: [Так-то!]

[Но почему ты сама не спишь?]

Щеночек: [Не могла уснуть, а добил меня канал с разбором фильма для взрослых]

Дверца нижней столешницы уже была приоткрыта, и отложив планшет в сторону, Вэннес присела на корточки, роясь в своих залежах вкусняшек. В прошлый раз она так много купила сладостей и других вредных вещей, что оставалось только копаться, словно плывешь в море из цветных пластиковых шариков.

Услышав новое уведомление, Вэннес резко встала и тут же ударилась головой о верх столешницы. Моментально прижав ладони к макушке, из рта посыпались недовольные шипения с проклятиями в адрес невинной вещи.

Дали: [Оу-оу~]

[Что это было?]

Выпрямившись, Вэннес все еще держала ладонь на макушке и с презрением смотрела на планшет, на котором сыпался град сообщений. Ничего приличного там не наблюдалось, поэтому смело проигнорировав половину из того, что написала Далия, Вэннес ответила:

Щеночек: [Хоть убей, не скажу название этой похабщины]

[С тебя мешок со льдом]

[Из-за твоего сообщения я ударилась головой о столешницу]

Какое-то время стояла тишина, и стало сразу ясно, что ее дражайшая подруга сходит с ума со смеху.

Карма?

Дали: [Слушай, демоны услышали меня и решили проявить милосердие]

[Но, как ты умудрилась удариться?]

Щеночек: [Плыла в море вкусняшек и с неба упал груз калорий, предназначенных моему телу]

[ （╹◡╹） ]

Дали: [Почему ты не делишься со мной?]

["Обида, обида"]

["Кручу обиженно головой"]

Вэннес, подавив смешок, удобно уселась на диван. Теперь вокруг нее было разбросано много снеков и напитков, которые она один за другим продолжала открывать.

Щеночек: [Я принесу сегодня много снеков, так что не расстраивайся]

Дали: [Сегодня?]

[Почему сегодня?]

Щеночек: [Потому что сегодня я под натиском тетушки иду к вам на время]

Дали: [Черт! Черт!]

[Она уговорила тебя?!]

Щеночек: [Скорее тетушка несколько раз предлагала и я все же решила на каникулах остаться у вас]

Дали: [Окей! Окей!]

[Тогда я все подготовлю]

[Вряд ли буду ложиться спать]

Прежде чем Вэннес набрала свой ответ, Далия прислала ей фотографию Императора, который обиженно расселся на подоконнике и с суровым взглядом смотрел в камеру. Его глаза светились красным на экране телефона, от чего создавалось впечатление, что перед ней сидит аристократичный кот-вампир с безупречно шелковистой шерсткой.

Испивая кровь своих хозяев, в первых лучах света блеск его шерсти плавно переливается и поблескивает, делая его еще более благородным и… обиженным на весь мир.

Гордый Император получил 80% урона неуважением хозяйки.

Щеночек: [У него слишком обиженная мордочка]

[Теперь объясни ему, что ты сделала это не специально]

Послав множество смеющихся смайликов, Вэннес отпила немного газировки и краем глаза заметила, как экран телевизора начинает немного рябить. В последнее время она привыкла к этому, поэтому совершенно не обратила внимание, снова опустив глаза на планшет.

Дали: [Вот ты думаешь, он поймет меня?!]

[Эта колбаса шерстяная не понимает, что нельзя есть мои вкусняшки, так как он должен понять, что я не собиралась его убивать своими ногами?]

[ ʅ（◞‿◟）ʃ ]

Щеночек: [Силой веры своего сердца]

[Шли в него флюиды доброты]

[И вкусняшек]

Сколько бы они ни продолжали разговаривать, время прошло очень быстро. Оглянуться не успели, как часы уже показывали восемь утра. В планах на этот день у Вэннес было не только идти к Далии, но и отправиться в кондитерскую. Так как у Далии скоро будет день рождения, Вэннес собиралась заказать торт с дизайном, придуманным не так давно. Праздновать может никто и не собирался, но угостить хорошим тортом хотелось.

Ближе к обеду, когда по детскому каналу закончился мультсериал, Вэннес забрала на втором этаже свой блокнот с рисунками и, проверив, точно ли все взяла, вышла из дома. Кондитерская находилась не так далеко от центра, и тем не менее в городе она оставалась единственной уцелевшей.

Каждый раз, когда Вэннес шла мимо этой кондитерской, ей казалось, что она проходит мимо маленького мира, заполненного сладкими грезами и воздушными кондитерскими шедеврами. Оформление так и манило, одурманивая своей атмосферой пряного праздника, не отступающего ни на день. Сменившиеся весенние цветы на летние, создавали вокруг ощущение какого-нибудь фестиваля, готовящегося задержаться до конца августа.

Дверь кондитерской заскрипела, как будто приветствовала ее, а из-за угла доносился аромат свежеиспеченных булочек и десертов, заставляя внутренности танцевать от веселья. На стенах висели винтажные картины, обрамленные разными засушенными цветами, создавая прекрасную композицию икебана.

У хозяина однозначно есть вкус.

В "Депеша" Вэннес подошла к витрине, где внимательно рассматривала вздыбленные кремовые горки, манящие своей сладостью. Помимо нее в кондитерской также находилось еще два клиента, с которыми работали кассиры. На журнальном столике с небольшим диваном у окна, лежало несколько каталогов, которые привлекали к себе внимание.

Не удержавшись, Вэннес села на диванчик. Листы каталога в ее руках быстро перелистывались, и, остановившись где-то на середине, в глазах засиял свет. Она нашла то, что искала. На странице красовался один из вариантов начинки, и хватило мгновения, чтобы понять – это то самое.

Повторять точь-в-точь чужую идею торта не было необходимости. Вэннес заранее придумала незатейливый дизайн, который точно должен понравиться Далии. Определившись с выбором, она коснулась стекла витрины, и в этот момент за ее спиной неожиданно возник кондитер – добродушный мужчина с бородкой. Раньше Вэннес уже видела его на улице, выставляющего стенд с меню, так что незнакомым он не казался.

– Привет! Чем могу помочь юной леди? – чужой голос напоминал бархат, и на секунду Вэннес показалось, что она ест нежное пирожное с большим количеством взбитых сливок.

– А… А! Здравствуйте! Я хотела бы заказать торт. Но не один из представленных вариантов в вашем каталоге и на витрине. Можно ли сделать уникальный дизайн? – чуть растерявшись, Вэннес все же собралась с мыслями.

Любопытные глаза кондитера расширились, и он приподнял одну бровь, находя такой подход забавным и интересным.

– Хорошо-хорошо. Вы можете нарисовать дизайн сами или же просто показать мне фотографию-референс, по которой делать торт.

Услышав сигнал к действию, дающий зеленый свет, глаза Вэннес засветились, и она тут же достала свой блокнот, пролистывая несколько сотен маленьких и больших рисунков, все же находя то самое. На бумаге был рисунок торта, который она набросала во время урока. Он представлял собой мордочку Императора, у которого из рта торчали длинные клыки, а пухлые щечки обрамлял стоячий воротник плаща.

Кондитер при виде рисунка сдержанно рассмеялся, прислонившись к прилавку.

– Кот-вампир? Это интересно. – широко улыбнувшись, кондитер еще раз посмотрел на рисунок. – Я готов взять на себя такой вызов. Вы уже выбрали начинку?

Если честно, все начинки выглядели заманчиво, и хотелось просто смешать все подряд. Однако Вэннес так же понимала, что скорее они получат несварение желудка, чем гастрономическое удовольствие. Так что тщательно обдумав все, она выбрала начинку из киви и манго, что, по ее представлению, неплохо сочеталось.

– Кот-вампир с зеленой кровью? – спросил кондитер, не совсем понимая логику выбора.

И только сейчас Вэннес поняла, что логичнее было бы выбрать какие-нибудь красные ягоды, вместо киви и манго. Хотя откуда человек может знать, какого цвета кровь у вампиров, если их не существует?

– Он… он просто болеет, поэтому кровь окрасилась. – придумав глупую отговорку, Вэннес смутилась, опуская голову вниз.

– Я вас понял. – коротко ответил мужчина, внимательно рассматривая рисунок перед собой.

Через полчаса Вэненс вышла из кондитерской в приподнятом настроении, ведь наконец смогла уладить все детали, связанные с подготовкой к знаменательному дню. Оставалось не так много времени, поэтому она очень надеялась, что торт будет готов вовремя.

Обстановка в городе была весьма обычная, на фоне всего произошедшего, и это совсем не клеилось с происходящим внутри Вэннес. Сколько бы она ни думала, болезнь Далии никак не вязалась с обычной. Сколько бы сама ни болела, Вэннес ни разу не испытывала таких симптомов, поэтому даже невозможно было предположить, как именно помочь дорогой подруге.

В возрасте шестнадцати лет, не имея достаточного опыта, невозможно рассуждать более рациональнее. Когда ты болеешь, кто становится первым человеком, который начинает ухаживать за тобой и ставить диагноз? Конечно, родители. Матушка Немея ухаживала за Вэннес во время каждой ее болезни и хотя сама она не особо замечала даже поднявшуюся температуру, была благодарна. Какие таблетки принять, какие компрессы сделать – Немея Клоя знала все. Невозможно было предположить, откуда она все может знать, но Вэннес восхищалась ею. Может, это от того, что Клоя биолог, а может, это просто опыт тяжелой жизни.

Делая вывод, Вэннес не особо разбиралась в лекарствах и при каких болезнях что делать. Могла лишь сказать, что когда температура, лучше сделать холодный компресс и не скакать по дому, словно к спине прицепили торпеду. Кто же виноват, что она становится гиперактивной, стоит только температуре подняться выше нормы?

Именно поэтому Вэннес и не знала, как именно помочь подруге с медицинской точки зрения. Она не врач и самолично впихивать неизвестные таблетки не собиралась. Тем более, знать, что делать при высокой температуре – это одно, но что делать, когда температура понижена? Достаточно ли будет только закутать ее в теплые вещи или же заставить греться в горячей ванне? Опять же, если переборщить с температурой, тело же сварится как пельмень.

Задумавшись, Вэннес оставалось лишь расстроенно вздохнуть. Радовало лишь то, что какое-то время она сможет сама наблюдать за состоянием здоровья Далии. Однако, если копнуть глубже, оставалось непонятно, точно ли не влияет появившаяся сфера рядом с их домом на Далию.

Бессмысленно потрогав свое тело, Вэннес собрала странные взгляды прохожих и, показав язык, нахмурилась.

– Со мной же все в порядке. Может, и правда обычная простуда?

Точный ответ никто не мог знать, и тем не менее, обернувшись, Вэннес заметила аптеку. В голове всплывал образ их совместных посиделок, когда они могли часами обсуждать любую ерунду и делиться самыми сокровенными секретами.

«Возможно, я смогу хоть как-то помочь?» – подумала Вэннес, открывая массивную дверь аптеки в старом здании.

Просторный магазин ярко освещался, а ряды со всевозможными упаковками лекарств и витаминов, выглядели как лабиринт. Вэннес внимательно читала каждую этикетку и старалась тщательно осознать, какие витамины подошли бы лучше всего. И вскоре она наткнулась на знакомую упаковку. Голубо-белые витамины для иммунитета, которые в детстве ей давала матушка. Это не могло не радовать бурлящий котел с чертями в голове.

На всякий случай, Вэннес проконсультировалась с фармацевтом, уточняя, точно ли все будет в порядке при простуде. Фармацевт заверила, что этот вариант витаминов безобиден и его обычно дают детям до 15 лет. Таким образом, Вэннес с гордо поднятой головой вышла из аптеки, считая себя крутой. А кто бы так не посчитал, когда получилось только по одной упаковке вспомнить, то, что давала ей матушка.

Теперь оставалось заставить Далию выпить витамины и, укутав в теплое одеяло, вложить в руки горячий чай. План был гениальный, а исполнение – на стадии подготовки.

Собравшись с мыслями, Вэннес вернулась домой. Еле как найдя в завалах сумки ключи, наконец отперла дверь и, бросив вещи в угол прихожей, быстро поднялась наверх за пожитками. В доме все так же стояла тишина, без людского присутствия, только телевизор продолжал вещать помехи, к которым Вэннес уже привыкла. Возможно, это просто какие-то сбои в самом телевизоре, поэтому трогать и заниматься починкой она не собиралась.

В основном все давно было собрано, поэтому, спустив вещи, Вэннес оставалось лишь пересчитать и проверить. Ослепляющие лучи солнечного света падали сквозь окна, осветляя пыльные потоки, и прежде чем выйти, Вэннес еще раз пробежалась по дому. Стоило на всякий случай убедиться, что она точно ничего не забыла.

Немного запыхавшись, Вэннес встала в коридоре и окинув взглядом гостиную с кухней выдохнула. Все же ей слегка неуютно уходить из дома даже на неделю, но больше этого, беспокойство за Далию было сильнее.

Когда Вэннес подошла к двери дома подруги, она собиралась постучать, но изнутри донесся крик. Очень громкий крик. Однако беспокоиться не было смысла. Уже через секунду дверь открылась, чуть ли не ударяя по лицу, а из дома выбежал сверкая задними лапами Император. Оглянувшись на него, Вэннес лишь усмехнулась.

Стоило предположить, что кот опять что-то сотворил.

– Ты уже пришла? – удивилась Далия, стоя на пороге.

– А ты не ждала меня? – усмехнулась Вэннес, передавая в руки подруги пакет с витаминами.

– Кто это сказал? Я такого не говорила. – улыбнулась девушка, впуская Вэннес в дом.

Заметив любопытный взгляд Далии на пакет, проходя мимо, Вэннес уточнила:

– Витамины для тебя. В последнее время ты выглядишь не очень, поэтому надеюсь, они немного укрепят твой организм.

– Я правда выгляжу так плохо? – достав коробочку с витаминами, она повертела ее в разные стороны, припоминая, что раньше ей уже давали такие пить.

Эффект детского бумеранга. Кто вообще вспомнит, что вы принимали около десяти лет назад?

– Бледнее обычного и частый кашель. – поставив вещи в коридоре и сняв обувь, Вэннес обернулась. – К врачу ходили уже?

Лицо Далии сразу напряглось, и отведя взгляд, она неловко улыбнулась, словно не особо хотела честно отвечать на этот вопрос.

– Нет смысла. Мне уже лучше. – накрутив переднюю прядь волос на указательный палец, Далия искоса посмотрела на подругу.

Конечно, Вэннес сомневалась, что самолечением может быстро стать лучше, и тем не менее, она думала, что после произошедшего, Далия с самого утра пойдет к врачу, а не будет сидеть дома. Но винить ее в этом она не могла. За последний год Вэннес болела пару раз и тоже не хотела к врачу, принимая в основном те лекарства, которые были подписаны матушкой. И это Немея Клоя сделала не до уезда из дома, а когда Вэннес было лет десять. Как раз в тот период они с мужем все чаще стали уезжать в командировки на дальние объекты для недолгих исследований, поэтому Клоя и взяла в привычку расписывать стикеры на упаковках для своей своевольной дочери.

– Хорошо. – ответила Вэннес, словно не замечая попытки увернуться от вопроса.

В эти дни, проведенные в доме Цзин, Вэннес тщательно следила за самочувствием Далии, то и дело заставляя ее пить горячие чаи и укутываться в одеяло. Сколько бы ни было возмущений, в конце концов она просто сдалась. Стоит просто дать Вэннес сделать то, что она задумала, чем устраивать перебранки.

Незаметно для всех, подкрался тот самый день. Первое июля. Утром Вэннес тихонько встала с кровати, убедилась, что Далия еще спит и на цыпочках вышла из комнаты. На первом этаже она встретилась с удивленным взглядом тетушки Цзин, которая в это время только пила чай с пирогом. Время раннее, и стоило точно уточнить, куда именно она собралась идти, поэтому, как примерный ребенок, сообщила, что идет подготавливать сюрприз для Далии.

Утро раннее, но с учетом подъема солнца в три часа ночи, на улице уже было светло, так что тетушка Цзин без лишних вопросов и беспокойства отпустила ее по своим делам. Приятно смотреть, как дети стараются ради того, к чему стремятся их сердца.

На улице было свежо и приятно. Вэннес закрыла глаза, вдыхая утренний воздух, будто бы это был самый лучший момент в ее жизни. И с этим нельзя поспорить, ведь она и правда рассчитывала на что-то волшебное. На лице растянулась довольная улыбка, стоило только представить, как обернется ее сюрприз. Уютный домашний праздник без всяких излишеств.

Первым делом Вэннес забежала в магазин с подарками и украшениями, где взяла семнадцать шариков красного и золотого цвета, и среди них колыхались в воздухе цифры один и семь. Все было именно так, как она и представляла, от чего настроение с улыбкой поползло вверх. Напоследок она оставила торт, который должен быть готов как раз к тому времени, которое Вэннес ранее обговорила с дядюшкой-кондитером при повторном визите.

Немного подождав нужного времени, Вэннес все кружила коршуном у входа в кондитерскую. Она уже давно открылась, но времени оставалось настолько много, что оставалось только ждать.

– Доброе утро, мисс! – весело поприветствовал Вэннес кондитер, неожиданно появляясь за ее спиной.

– Доброе утро! – чуть вскрикнула Вэннес, не ожидая кого-то увидеть за своей спиной.

Кондитер стоял у входа, держа дверь чуть приоткрытой, а стоило посмотреть за его широкую спину, как стало очень неловко. Уши и щеки моментально покраснели, и Вэннес поняла, что так волновалась, что выглядела очень странно. Окна витрины были большими, и через них прекрасно видно, что происходит на улице, так что все в кондитерской на протяжении получаса смотрели на ее круговые движения.

Неловко.

Вся неловкость, которую Вэннес испытывала, моментально сошла на нет, стоило ей увидеть на прилавке милейший торт, упакованный в коробку с праздничными ленточками. Он выглядел намного лучше тех рисунков, которые она рисовала. Кондитер постарался на славу, и у уголков глаз собрались слезинки. Такой шедевр и есть то совестно будет, тем более, когда он так сильно похож на милого пухляка Императора.

Удовлетворенная, Вэннес заплатила вторую часть суммы и, бережно держа торт в руках, направилась обратно, предвкушая реакцию Далии. К тому времени, как она дойдет до дома Цзин, Далия должна уже проснуться, поэтому будет интересно посмотреть, что произойдет.

Придя домой, Вэннес незаметно вошла в кухню и положила торт на стол. Шары она привязала к стульям, красиво украшая кухню, но сколько бы она ни шумела, со стороны не было никакой реакции. С подозрением, она прошлась по комнатам, так и не обнаружив Далию, что сразу ей не понравилось. Самое большое опасение, это то, что Далия все же ушла с самого утра к могиле отца.

С каждой секундой тревога нарастала внутри, как буря в замкнутом пространстве. С толикой волнения Вэннес позвонила тетушке Цзин в надежде, что Далия сейчас в закусочной. Однако, как оказалось, Далии там не оказалось. Сжав и разжав пальцы рук, Вэннес выдохнула.

С самого начала она рассчитывала не дать Далии грустить, но в итоге упустила момент. Вэннес хотела вечером сходить вместе с Далией к ее отцу, но теперь невозможно было обернуть время вспять. Оставалось только с опущенными руками идти на кладбище.

Каждый шаг отдавал тяжестью, а бьющий в лицо ветерок чуть сжимал ее сердце в своих тисках. Над кладбищем склонялось серое небо, и воздух наполнился спокойствием, как будто мир замер в ожидании ее прихода.

Когда Вэннес наконец-то дошла до нужного места, ее сердце замерло, а глаза наполнились ужасом. Перед ней словно оказалась сцена из фильма ужасов. У могилы отца Цзин на четвереньках стояла Далия, ее тонкая бледная рука с дрожью хваталась за памятник, лицо опустилось вниз, извергая непонятную черную жидкость.

Вэннес замерла на месте, не в силах произнести ни слова. Ее разум застыл, не понимая происходящего. В голове крутилась только одна мысль: «Что происходит?». Мгновение, наполненное ужасом, пронеслось в груди, как тень, останавливающая время.

– Далия! – наконец вырвалось у нее, и Вэннес сделала шаг вперед, бросаясь к подруге.

Далия не слышала ее, словно была потеряна в собственном мире. Ее плечи дрожали, а волосы развивались на ветру. Собрав все свои мысли воедино, Вэннес обняла Далию, давая опереться на себя.

– Далия, это я, Вэннес…

Слабое движение в ответ, и Далия медленно подняла голову – на ее бледном, как полотно, лице смешивались оттенки боли и страданий, а из глаз лился град слез. Вэннес и представить не могла, что когда-либо увидит свою подругу в таком состоянии.

Не медля, Вэннес судорожно достала из кармана телефон, набирая номер скорой. Сегодня им точно не будет дела до праздника.

Простое прикосновение к руке Далии казалось важнее любых слов. В ожидании скорой, Вэннес держала волосы Далии, вытирала рот и поглаживала по спине. Вэннес ощущала, что ее собственные слезы предательски наворачиваются, но она старалась не подавать виду, понимая, что иначе Далии будет намного тяжелее.

Обняв Вэннес, Далия уткнулась лбом в изгиб ее шеи, понимая, что постепенно теряет сознание.

Глава 5

Сквозь легкую завесу сна, в ушах ритмично раздавался звук больничных аппаратов, ритмично разносящихся эхом по палате, оставляя лишь гул. Глаза медленно открываются, и первое, что бросается в глаза – ослепительный холодный свет, разбивающийся на маленькие искорки. Прикрыв глаза, Далия потихоньку открывает их снова, стараясь привыкнуть к белизне вокруг.

Белые потолки, запах дезинфицирующих средств и лекарств, тишина в палате в перемешку с редким шорохом бумаг и приглушенными голосами докторов за дверями. По коже пробежал холодок и появилось чувство тревоги. В руке она почувствовала катетер, подключенный к капельнице. Размытое сознание пыталось собраться воедино.

Чуть повернув голову на бок, Далия заметила Вэннес. облокотившуюся на койку. Волосы спутались, лицо побледнело, а под глазами появились темные круги. Стоило только гадать, сколько времени прошло, пока она валялась вот так в больничной койке. Больше всего Далия боялась, что ситуация окажется как в дешевых романах и фильмах, где герой впадает в кому и просыпается, когда в мире все встало с ног на голову.

Вэннес тихонько посапывала, поддерживая лицо рукой, и как только почувствовала рядом движение, мгновенно распахнула глаза, взволнованно поднимая их на подругу. Прекрасная пара зеленых глаз испуганно смотрела в ответ, и стоило вздохнуть, тело снова рухнуло на постель.

– Хаа… дай воды. – хрипловато сказала Далия, протягивая руку вперед.

Она не знала почему, но во всем теле чувствовалась тяжесть, и даже поднять руку получалось с трудом.

– Сейчас-сейчас! – бегло пролепетала Вэннес, подскакивая к столику.

Руки дрожали, и еле удерживая графин, она налила воды в стакан, немного пролив на стол. Аккуратно поднеся его к койке и передав Далии, Вэннес наконец вздохнула с облегчением. Ее подруга наконец открыла глаза, но бледный цвет лица все так же сохранялся.

Пока Далия пила воду, Вэннес нажала кнопку вызова врача и, в момент ожидания, быстро набрала сообщение тетушке Цзин. Далия больше ничего не говорила и не спрашивала, словно понимала, из-за чего оказалась в больнице. Становилось ясно, она что-то не договаривает. Вскоре в палату вошел доктор с практикантами и стал осматривать Далию. Девушка спокойно сидела на кровати и украдкой смотрела на Вэннес, задумчиво сидящую неподалеку на стуле.

На самом деле Вэннес обдумывала вариант сходить к той черной сфере, находящейся рядом с их домом. Почему-то ей казалось, что она точно найдет там объяснение необычному состоянию Далии. Как бы это сказать… чутье?

Наконец доктор закончил осмотр, делая пометки в электронной истории болезни на планшете. Вэннес вслушивалась в каждое его слово, надеясь поймать хоть какое-то объяснение странному состоянию подруги. И все же вместо точного описания он лишь произнес какие-то общие профессиональные фразы и рекомендовал просто отдохнуть пару дней. Ничего про первопричины болезни.

Перед уходом врача Вэннес настоятельно просила еще раз сдать анализы, ведь теперь Далия не спит, и они могут отличаться от тех, что брали при поступлении в больницу, но ответом было лишь надменное выражение лица. Мужчина-врач четко сказал, что ничего не поменяется и вообще, никакой черной жидкости не было обнаружено. Возможно, это просто была кровь.

Когда палата опустела и в ней осталось только два человека, атмосфера вновь омрачилась. Прикусив нижнюю губу, Далия подняла глаза и посмотрела на Вэннес:

– Ты… не веришь, что это просто усталость, да?

– А должна? – надувшись произнесла Вэннес, присаживаясь на стул.

– Я хорошо себя чувствую. Давай выписываться. – тихонько произнесла Далия, виновато смотря на подругу.

– Это уже буду решать не я, а тетушка. Она прислала сообщение, что уже подходит.

Проверив еще раз сообщения, Вэннес не нашла новых и сразу засунула телефон обратно в толстовку.

В палате было слегка прохладно, но не настолько, чтобы пациент на койке замерзал. Однако Вэннес терпеть не могла холод, поэтому долгое нахождение в палате понизило ее температуру. Так что хочешь не хочешь, пришлось просить тетушку Цзин принести теплую кофту. Не лезть же под одеяло к больному человеку.

– Мама сильно волновалась? – сжав бледными пальцами край одеяла, Далия посмотрела на подругу.

– А ты как думаешь? – надувшись спросила Вэннес, отворачиваясь в сторону. – Конечно, она была в шоке. Я позвонила ей сразу, как только мы прибыли в больницу на скорой. Тетушка бросила все дела в закусочной и прибежала к тебе. Ты… ты не просыпалась два дня, но этого хватило, чтобы у нее повылазили седые волосы.

Вэннес вздохнула, чувствуя, как каждое произнесенное слово все больше и больше застревает в горле. В этот момент она почувствовала, как по коже пробежала дрожь.

– Честно, я не знаю, что сказать маме, но…

В этот миг Далия не успела произнести последние слова. Дверь в палату распахнулась, и на пороге появилась тетушка Цзин. Все ее волнистые волосы были растрепаны и торчали в разные стороны, щеки налились румянцем, а грудь вздымалась от жадного поглощения недостающего воздуха. Правая лямка платья спала с плеча, и весь вид женщины выглядел так, словно она только что подралась с кем-то на улице.

Следом за тетушкой Цзин примчались медсестры, которые едва успели догнать ее. Как только они заметили, что в их отделение вбежала женщина в растрепанном виде, старались расспросить и остановить, но та легко оттолкнула их и побежала к нужной палате.

– Малышка… – слезно произнесла тетушка Цзин, медленно подходя к дочери.

По слезам тетушки Цзин Вэннес понимала, что им нужно время, чтобы проплакаться. В конце концов, женщина ни на секунду не отходила от кровати своей дочери в первый день, и потребовалось много сил, чтобы отправить ее домой хорошенько отдохнуть от бессонной ночи. Вэннес так же сильно волновалась за тетушку и не могла смотреть, как цвет ее лица побледнел и осунулся.

Не медля, Вэннес встала со стула и подхватив свою сумку с диванчика, юросила последний взгляд на близких людей. Она без оглядки вышла из больницы, четко понимая, куда ей двигаться дальше. Стоило хотя бы раз посмотреть, и если ее мысли окажутся неверными, то ничего страшного. Просто нужно будет стараться в сто раз больше.

Пробираясь меж густой листвы в сторону опушки, в лицо все больше ударяла странная энергия. Густые порывы тепло обволакивали тело, стараясь проникнуть глубоко внутрь. Вэннес не могла вспомнить, чтобы такое было в прошлый раз, но, хотя внутри ее сердце безумно сильно колотилось, ноги продолжали двигаться.

Рука с напряжением в кончиках пальцев отодвинула последние пышные ветви куста, открывая вид на что-то действительно невероятное. Посреди опушки раскинулось нечто, похожее на врата, которые до этого Вэннес могла видеть только в комиксах и сериалах, снятых с эпических ракурсов. Чуть подойдя, врата завибрировали словно рябь на зеркале: их края игриво вились черным пламенем непонятной энергии, а исходящие теплые порывы ветра чуть смягчились. Врата полностью поглощали падающий свет, от чего казались черной дырой, неизвестно как образовавшейся в лесу.

Вэннес не знала, что это на самом деле и что с ней станет, если коснется черной материи, однако любопытство перебороло. Протянув руку, она легонько коснулась сперва языков пламени, и, на удивление, они не обжигали кожу, лишь оставляли приятное покалывание. Скользнув же чуть левее, словно по зеркалу, Вэннес поняла, что она может с легкостью опустить руку в черную гладь.

Окунув руку по локоть, кожа ничего не чувствовала, и казалось, что ее и вовсе нет. На секунду эта мысль испугала Вэннес, и отдернув руку назад, она убедилась, что все в порядке. Рука на месте, без единого повреждения, и можно было вздохнуть с облегчением.

Однако это только подогревало интерес, и снова повторив те же действия, она чуть заглянула за врата, испытывая неоднозначные эмоции. Врата сбоку, в сравнении с запястьем Вэннес, казались одинаковой толщины, но просунутая в них рука не появилась с другой стороны. Казалось бы, логично. Но Вэннес впервые видела такую штуку, отчего интерес только рос и рос.

Поигравшись с этим еще какое-то время, она собиралась вытащить руку обратно, но стоило ее потянуть на себя, как… ничего. Просто не получалось. Словно застряв в зыбучих песках, любое резкое движение стоило жизни. Находясь в панике, сама того не заметив, что-то коснулось руки с другой стороны. По коже моментально прошла дрожь, глаза расширились, и застыв, как каменное изваяние, казалось даже сердце остановилось.

Тонкое, но холодное прикосновение было пугающим, и стоило этому "нечто" обвить ее запястье, дыхание замерло. Все тело резко потянуло внутрь, не успев и глазом моргнуть, Вэннес просто исчезла во вратах. Странная энергия окутывала ее со всех сторон, чувство окружающей среды вокруг исчезло, а темнота затуманила взгляд. Не было разницы, с открытыми глазами она стоит или закрытыми – впереди была тьма.

Зажмурив глаза, Вэннес молилась всем богам на свете и клялась, что больше не будет лезть куда не следует, только бы остаться в живых. За закрытыми веками глаза безбожно бегали из стороны в сторону, а время по ощущениям замерло на месте. Казалось, бесконечно тянущееся мгновение текло, как размытая картина, где границы реальности смешиваются с неясными, бесплотными тенями.

– И долго собираешься стоять у моей лавки, как цапля на болоте, мрр? – промурчал слегка высокий голос.

Ветер легонько зацепил локоны, подвязанные в кривой хвост, и до носа тут же донесся свежий аромат полевых цветов. Приоткрыв один глаз, в него тут же ударил солнечный луч, просачивающийся сквозь густую листву окружающих деревьев и ослепляя на долю секунды. По веточкам деревьев скакали золотые солнечные зайчики, мерцая то в одном месте, то в другом. Вэннес думала, что это из-за ослепившего ее света, но протерев глаза, они все равно не исчезли, продолжая перескакивать с места на место.

– Чего встала, мррр, раз глазенки разлепила?!

Сзади опять донесся урчащий голос, и не успев обернуться, по ноге тут же прилетел легкий удар.

– Ауч! – вскрикнула от неожиданности Вэннес, тут же оборачиваясь.

Весь мир в глазах застыл, а на лице отобразилось ошеломление. Перед ней на задних лапках стоял Император: белая пушистая шерстка, милый красный платочек, обвивающий шею, и бамбуковая шляпа с большими прорезями, из которых торчали ушки. В правой лапке он держал небольшое полено, неизвестно для чего нужное, но так дополняющее образ лесного жителя.

– Милота… – неосознанно произнесла Вэннес, до сих пор не веря своим глазам.

– Я тебе дам милота! – фыркнул Император, поправляя свой платочек свободной лапкой. – Это моя униформа.

Все так же ошеломленно смотря на кота, Вэннес и правда не могла поверить в увиденное. Говорящий кот, не говоря уже о том, что он ходит на задних лапках, сейчас мило возмущался, что он не милый.

– Когда ты научился говорить? Ты ходил в кошачью школу? – недоумевала Вэннес, склоняя голову на бок. – Когда ты успел выпуститься из кошачьей школы, университета и начать работать?

Император сурово и в то же время обиженно посмотрел на девушку, подошел ближе и еще раз ударив по ноге, развернулся, чтобы уйти. И только тогда, смотря в маленькую пушистую спинку, Вэннес заметила на его фоне небольшой деревянный дом, как раз подходящий под размеры кота. Рядом с входом стоял большой стол с разными склянками и предметами, рядом умостился небольшой стульчик. Окно за столом было открыто, и подоконник плавно переходил в полочки с еще большим количеством склянок с разноцветными жидкостями. Сложно было представить, что именно там может храниться.

Пройдя за Императором, Вэннес подошла к столику и заметила, что каждый предмет, каждый бутылек подписаны, однако понять язык она не могла. На этикетках плавно прописывались незнакомые слова на неизвестном языке, который Вэннес видела впервые. Хотя сложно сказать, видела ли она больше языков, чем есть в мире, но где-то внутри поселилось семя сомнения. Точно ли это не выдуманное?

Неужели она просто отключилась у тех врат и теперь видит этот странный сон? Весьма странный. Вэннес никогда бы не подумала, что когда-то увидит Императора, ходящего на задних лапах и разговаривающего с ней. Ну, не безумие ли?

– Тц! Не трогай! – фыркнул Император, ударяя хвостом по руке Вэннес. – Каждая вещь имеет себе цену, и если ты ее повредишь – за всю жизнь не расплатишься.

Предупреждение императора звучало весьма убедительно, и тем не менее, разве это не ее сон? Почему она должна слушаться выдуманного персонажа в своей голове?

Представляя все как сон, Вэннес чуть коснулась небольшого свитка, связанного плотной веревочкой. Однако больше этого она так и не смогла сделать. Император снова ударил ее хвостом по руке и продолжил зачем-то ставить палено у столика.

– Император! Это мой сон! Дай посмотреть все! – возмутилась Вэннес, выхватывая тот самый свернутый свиток, которого касалась секундой ранее.

Какой еще сон, мрр!? – возмутился Император, выхватывая свиток своей лапкой, оставляя на коже Вэннес легкое щекотание. – Во-первых, это не сон, а реальность. Во-вторых, меня зовут Сом! – гордо произнес кот.

Новое имя Императора удивило Вэннес, и она не могла понять, сам он его придумал, или кто-то другой нарек так, или же… это и правда не Император? Просто похожий кот?

И… не сон? Тогда как она попала сюда? Через врата? Портал в другие измерения?

– Кхм-мрр! Посетитель, позвольте представиться!– деловито встав перед Вэннес, кот опять поправил платочек и чуть подняв шляпу, гордо посмотрел вверх. – Меня зовут Сом – я, кот-торговец. Готов обговорить любые условия сделок и выполнить любое желание. – завершил он и словно вспомнив что-то, нахмурился. – Конечно, в пределах разумного. Итак, зачем вы пожаловали?

– Кот… торговец? – недоверчиво спросила Вэннес, и все же, думая о том, что кот перед ней говорящий, а не обычный, стоило предположить, что все возможно.

Вэннес стояла перед говорящим котом, ее разум метался между реальностью и безумием. Никто в здравом уме не стал бы воспринимать эти галлюцинации всерьез, однако Вэннес всегда мечтала о захватывающих приключениях, но… действительно ли это происходит на самом деле? Может, она и правда ударилась головой? С трудом то верилось в черные сферы, пока сама того не увидела вживую, а тут это…

Очень сложно осознать происходящее.

Сом перед ней стоял с горящим огнем в глазах, который так и говорил, что она – его первый клиент. Не хотелось рушить чужие надежды на светлое будущее и лучшее начинание. Каждому бизнесу нужен первый клиент, без которого он не сможет двигаться дальше.

Испытывая тяжесть ответственности, Вэннес пыталась придумать, что такого попросить у Сома, что-то легко выполнимое. Пока она думала, он продолжал с надеждой смотреть на нее и с каждой пролетаемой искрой становилось все труднее. И стоило уже подумать о самых простецких заданиях, Вэннес вспомнила действительно важную деталь.

Далия.

С резкой сменой обстановки Вэннес совсем забыла про свою лучшую подругу. Под каким бы сильным впечатлением она ни находилась, не стоило забывать о самом важном человеке. Раз Сом сказал, что может исполнить любое желание, разве это тогда не волшебный джин из лампы?

Но… какую цену придется отдать за желание?

– Есть? Есть что-то, мрр? – мурчал Сом, смотря на Вэннес.

– Ага, есть одно. Но я не знаю, что именно мне нужно. – честно ответила девушка.

Вэннес не понимала, что именно ей нужно, чтобы помочь Далии. Однако, раз Сом может исполнить любое желание, то и консультацию в роли кота-торговца провести в силах.

– Просто расскажи, и я подберу подходящую вещицу, мрр!

– Ам… Далия… я не знаю точно, что происходит с ней, но она выплевывает черную жидкость…

– Выблевывает, если точнее говорить, мррр. – поправил ее кот, продолжая невозмутимо смотреть в чужие глаза.

– … хорошо, выблевывает эту непонятную черную жидкость. – с небольшим отвращением произнесла Вэннес, словно у самой все содержимое желудка готово выйти наружу, развивая белый флаг.

– Не черную жидкость, а духовную энергию, которую ее организм отвергает. Это называется «Дэризма» – явление, при котором человеческое тело не способно усваивать духовную энергию по той или иной причине. – добавил Сом, отводя взгляд в сторону.

– Дэризма? Кто придумал это название? Детсадовец, добавив к аневризму первые буквы духовной энергии? – не понимала Вэннес, недоверчиво смотря на Сома, словно он так решил подшутить над ней.

– Это не я, мрр. Данный термин ввели жрецы храма Араспел, ранее называвшегося Асель, мрр. – помахав хвостом, Сом чуть наклонил мордочку, ожидая окончания истории.

– Ладно? И все же, Далии не становится лучше, а врачи только разводят руками, мол, с ней все в порядке, и мы просто выдумываем.

Присев на корточки, Вэннес подперла лицо руками, смотря на Сома грустным взглядом темных глаз. Если и столь странное чудо не поможет, она боялась представить дальнейшую судьбу подруги. Шутки шутками, а реальную смерть никому не пожелаешь.

– Дэризма – неизлечимая болезнь в этом мире, мрр. Обычно ее невозможно излечить, и человек просто умирает, мррр. – спокойно сказал Сом, кладя лапку на колено присевшей рядом Вэннес.

– Умирает? То есть, Далия умрет? – ошарашено спросила Вэннес, смотря на Сома с застывшим страхом в глазах.

В голове не укладывалось, как Далия могла подцепить эту заразу, если она существует в этом мире? Но… что за «этот» мир? Разве они не находятся на все той же опушке леса? Вэннес была уверена, что стоит ей только встать и подойти к маленькой ели, на ее молодом стволе она найдет вырезанные охотничьим ножиком первые буквы их имен, а под лежащим рядом камнем будут лежать небольшие фигурки из скрепок.

– К сожалению, да, мррр. – опустив голову, неловко поводил лапкой по земле, оставляя небольшой пыльный развод. – Однако… – проговорил он тихим голоском, словно не знал, стоит ли говорить.– есть один способ. Очень дорогой способ.– уточнил Сом, натягивая шляпку на глаза.

Стоило только услышать, что все же существует способ спасти дорогого ей человека, как руки сами потянулись к Сому, и схватив его за мягкие плечики, ее взгляд говорил вместо тысячи слов. Было итак ясно – это последняя надежда. То, ради чего Вэннес и попала сюда. Возможно, ей было предначертано судьбой попасть в другой мир, встретить другого Императора и найти единственный способ для спасения.

Вэннес было не важно, какую цену придется заплатить за спасение Далии, ведь ее жизнь ценнее любых денег мира. Если говорить о денежной цене, то она готова была отдать все накопления, что она старательно откладывала от перечислений родителей за последний год. Этого может и не хватит на то, чтобы купить дом, но это все, что она имеет на данный момент. Все, что готова отдать.

– Скажи. Просто скажи, что может не дать умереть Далии? Я готова хоть жизнь свою на кон поставить! – громко заявила Вэннес, смотря на кота.

– Жизнь, мрр? Не стоит разбрасываться ею так просто. – ответил кот, чуть грустно водя по чужой коленке мягкими подушечками лапки. – Есть способ, мрр. Существует зелье воссоздания, мрр. Оно способно вылечить Дэризма за одну ночь и помочь обычному человеку обрести пути протоков духовной энергии. Это зелье создал верховный маг, поэтому в надежности можно не сомневаться.

Закончив говорить, Сом приподнял шляпу и неуверенно посмотрел на Вэннес. В ее взгляде читалась задумчивость, и казалось, она с трудом верит в услышанное. Если клиент сомневается, стоит ему показать товар, дабы подтолкнуть к сделке.

Глаза Сома быстро метнулись к маленькому прилавку и, бегло просмотрев все выставленное на продажу, нашел нужное. Его движения были быстрыми, и бутылек мгновенно исчез с верхней полочки, оказываясь в пушистых лапках. На неизвестном языке Сом четко прочитал название и, вытерев пыль, показал Вэннес.

– Вот оно, мрр. – произнес он с легким трепетом, обращая бутылек к свету.

Углубленные грани отражали солнечный свет, придавая жидкости внутри более магический вид. Яркий алый цвет казался живым, и Вэннес, едва дыша, почувствовала, как сердце забилось быстрее. Неужели это единственное спасение?

– Это… это оно? – спросила она, не в силах оторвать взгляд от зелья.

Сом, прижав бутылек к своему мягкому брюшку, кивнул. Он держал зелье как что-то безумно ценное и это было правдой. Зелье, способное спасти человека от смертельной болезни – сродни божественному чуду.

– Да, но, мррр, любая вещь не дается просто так. Все требует свою цену, и эта цена не всегда измеряется лишь богатством, мррр.

Каждое слово звучало в ее ушах, как удар грома. Она и так знала, что ничего просто так не дается, и была готова к тому, что придется дорого заплатить за спасение подруги. Однако… если ради жизни дорогого человека ей придется отдать собственную жизнь, она готова к этому. В этом случае родители точно будут горевать, но они точно поймут, ради чего их дочь отдала жизнь.

– Я готова заплатить любую цену. – твердо ответила Вэннес.

– Хорошо, мррр.

Поставив бутылек на землю перед девушкой, он засеменил в свой домик, роясь в поисках нужного пергамента из главной книги законов божества этого мира. Найдя нужный пергамент, его личико засветилось, и обняв его, он быстро вернулся к Вэннес, которая с серьезным лицом рассматривала зелье.

– Я все равно не понимаю написанное на этикетке. – надувшись сказала Вэннес.

Сколько бы она ни старалась прочитать содержимое, текст все равно плыл и не складывался воедино.

– И не поймешь сейчас, мрр. – ответил Сом, снимая голубую ленту с пергамента.

Слова Сома заинтересовали Вэннес, и она задумалась, поймет ли она это чуть позднее? А когда будет это позднее? Оставалось больше вопросов, чем ответов, на которые существо кошачьего вида перед ней отвечало расплывчато и не до конца.

– Что это у тебя в лапах?

– Это – пергамент из главной книги законов. Эта книга – первое и единственное писание рук богини Асель, которая больше не правит в этом мире, мрр. Но это длинная история, мрр, поэтому не будем об этом. – промурлыкал Сом, растягивая пергамент в вертикальном положении, чтобы видеть все священные слова.

Заинтересованная, Вэннес заглянула в пергамент и все так же не понимала написанного там. Сколько бы ни старалась, понять не получалось, от чего в глазах все плыло. Почему какой-то кот мог понять текст, а она, школьница – нет? Неужели это кошачий язык, которому обучили Императора в кошачьей школе?

– Убери лицо. Все равно не поймешь, мрр. – отчитал ее Сом.

Прочистив горло, он еще раз взглянул на пергамент, а потом на Вэннес, подготавливаясь к заключению своей первой сделки. Вэннес видела его волнение и не торопила. Где ей и придется торопиться, так это на пути в больницу, дабы помочь Далии вылечить неизвестный ранее недуг.

– Итак. Приступим, мрр. – величественно сказал Сом, чуть поднимая пергамент вверх. – Условия сделки выставляются в зависимости от целей клиента и ценности выбранного предмета. Все это в совокупности высчитывается и назначается выгодный для нас – торговцев, вариант, мррр. – весело и с предвкушением промурлыкал, совсем не замечая, что выдал небольшой секрет.

– … Кот-торговец, лучше другим клиентам не говорить о том, кому именно выгодны условия сделки. – неловко улыбнувшись, Вэннес мягко ткнула императора в носик. – Но я согласна. Самое главное – не дать Далии умереть.

Чуть поморщившись, Сом неловко опустил ушки, но замечание принял к сведению. Ему сильно повезло получить в первые клиенты внимательного человека, готового просто закрыть глаза на его оплошность. На небольшом курсе, предоставленном ему перед началом работы, тот человек в белой мантии предупреждал, что за такие оплошности следует наказание. Если в главном храме узнают об этом, «следует невыносимо страшное наказание». Ну, это если вспоминать дословно.

Задумавшись, Сом не понимал, о каком точно наказании идет речь, как и о том, как вообще в храме смогут узнать об этой ошибке. С самого начала так много вопросов, и, виляя пушистым белым хвостиком, он был благодарен Вэннес, что смог понять некоторые нюансы работы кота-торговца.

Однако стоит ли гордиться этим?

– Кхм, мрр! Весы равенства показали, что… мррр, заключение небесного договора. Мрр… этот пергамент точно из главной книги законов богини Асель, но … нет подписи. – не понимая происходящего, Сом вертел пергамент из стороны в сторону, надеясь на решение проблемы.

– Я понятия не имею, что за подпись, но я согласна на все, чтобы там не было написано. – заявила Вэннес, прикусывая палец до крови.

– Мррр! Что ты делаешь!? – в панике вскрикнул Сом.

Пергамент из его мягких лапок тут же выпал, падая на землю. Его суетливые движения вызывали неловкость внутри Вэннес, и она начинала думать, что сделала что-то глупое. Но разве обычно такие договоры не заключаются с помощью крови? Она точно видела такое в фэнтезийном сериале, где девушка-простолюдинка заключала брачный договор с драконом, спасшим ее от смерти. Ох, этот изъезженный сюжет. Вэннес так много раз видела эти сцены, что и вправду поверила – договора в магических мирах заключаются именно так.

Пока Вэннес осмысляла свой промах, Сом успел наложить на ее палец небольшой кусочек чистой ткани, зачем-то дуя на него.

– Ты дура, мрр? Кто подписывает договора кровью?! – возмутился кот, отпуская руку Вэннес и поднимая пергамент с земли.

– В фэнтези мире? – голос звучал неуверенно, и к концу последнего слова она окончательно перестала верить в свое здравомыслие.

– Только в вымышленном мире, а это вполне себе настоящий, мрр. – ответил Сом, вчитываясь в пергамент. – Продолжим, мрр. Договор – условие сделки за зелье воссоздания, приготовленное самим верховным магом. И… – продолжая менее уверенно, чем до этого, его глазки бегали то на Вэннес, то обратно.

– Говори уже. – не вытерпела Вэннес, плюхаясь пятой точкой на землю.

– Договор, по которому тебе предстоит выполнить волю богини в определенный день, мрр. – сощурившись, Сом еще раз бегло пробежался по пергаменту, стараясь выловить более понятную информацию. – Если коротко, мрр, здесь не написано, чем именно это будет и когда. Много странных слов, мрр, и много чепухи. Странный пергамент, мрр, но выглядит безопасно! – радостно произнес он, виляя хвостом.

С трудом верилось, что что-то, написанное на неизвестном языке, от неизвестно кого, будет безопасным. Однако лучше этого придумать было невозможно. Подумаешь, просто выполнить какие-то условия и неизвестно когда. Да и тем более, будет ли этот договор действовать в ее мире? Разве это не распространяется только в этом волшебном месте?

Сколько бы Вэннес ни размышляла, решение она уже приняла.

– Я согласна. Что нужно делать? Расписаться где-то? – спросила Вэннес, протягивая руку вперед.

Она ожидала, что ей протянут хотя бы перо с чернилами или печать, обмакнутую в краску, но вместо этого Сом стал читать на странном языке записи с пергамента. Каждое произнесенное им слово неясно расплывалось на слуху и превращалось в мелодию, а танцующие на пергаменте буквы светили голубым свечением. Строчка за строчкой слова вспархивали с пергамента и спиралью неслись в воздухе.

Захватывающее зрелище, которое Вэннес видела впервые в жизни. Она так сильно хотела бы показать это и Далии, но, к сожалению, ее нет рядом, и увиденное можно передать лишь словами.

Вокруг возникла теплая аура, которая трепетала в воздухе расплывчатыми словами, словно легкий ветерок. Вэннес не могла отвести взгляд от танцующих букв, кружащих вокруг нее, и когда Сом заканчивал чтение, казалось, магия исчезнет. Но произнеся последнюю строку, он разорвал пергамент, а слова стали переливаться золотом и ускорять темп, преобразуясь в тонкие золотые нити.

Нити легонько закружились вокруг запястья Вэннес и, сросшись в одну единую нить, перестали сиять ярким светом, выглядя как обычный тканевый браслет, только из золотой пряжи. Это выглядело и вправду великолепно, и стоило прикоснуться к браслету, на секунду он не сильно засиял.

– Это золотая нить духовной энергии – знак договора, мрр. – внимательно рассмотрев золотую нить, Сом завилял хвостом, ведь впервые видел такое собственными глазами.

Первый клиент – первые впечатления. Сом в который раз радовался заключенной сделке.

– Почему она золотая? До этого же слова были голубого цвета. – спросила Вэннес, не понимая, что к чему.

– Хороший вопрос, мррр. – замурлыкав, он подошел к разорванному пергаменту, который тут же загорелся синим пламенем и растворился на месте. – Потому что твоя духовная энергия источает золотую ауру, мрр.

Коротко и ясно ответив на заданный вопрос, Сом и не представлял, что у другой стороны возникнет намного больше вопросов. В его голове он идеально выполнил первую сделку, от чего гордость распирала грудь.

– Золото? Я буду богата? – спросила Вэннес, с предвкушением смотря на кота-торговца.

– Скорее просто цвет, мрр, ничего более. – радостно ответил он, кружась вокруг девушки.

Сделка была совершена, и теперь, держа в руках бутылек с зельем, оставалось лишь вернуться обратно. Вот только Вэннес не знала, как это сделать. Сколько бы ни оглядывалась, вокруг не находилось того самого черного портала, ведущего из одного места в другое.

– А где портал в мой мир?

Остановив Сома, Вэннес еще раз осмотрела местность, чувствуя себя странно потерянной. Кот же просто охнул и щелкнув пальцами, открыл портал прямо перед ними. Все те же черные языки пламени и все та же знакомая энергия, которая теперь ощущалась немного по-другому.

– Это не портал, мрр. Это врата измерений. – пояснил Сом, подводя Вэннес поближе к ним.

Впервые соприкоснувшись с чем-то поистине волшебным, Вэннес желала узнать намного больше. Хотя бы то, что это за врата измерений и все ли черные сферы станут ими, и почему же кот так похож на Императора? Однако задать эти вопросы и множество других она так и не смогла. Сом легонько пнул ее лапками и оступившись, врата моментально поглотили тело, оставив другой мир позади.

Открыла глаза Вэннес уже на той же самой опушке, но без какого-либо волшебства. Врата, которые буквально выплюнули ее на родную землю, снова сжались до размеров небольшой сферы. Она все так же излучала странную энергию, но теперь более знакомую и привычную. Ее черные языки пламени больше не так активно развивались в воздухе и не было других признаков активности.

Казалось, все произошедшее за вратами привиделось, однако наличие зелья в руке говорило об обратном. Теперь в глазах горела надежда. Положив зелье в сумку, которую, как оказалось, она обронила перед проникновением в врата, встала с земли и слегка поклонившись сфере, развернулась на месте.

В тот момент, когда Вэннес хотела уже бежать из леса, в кустах послышалось шевеление. Насторожившись, она медленно подняла с земли камушек и стараясь не издавать лишних звуков, запустила его в раскидистые ветви кустов. На мгновение все звуки стихли, а стоило расслабленно выдохнуть, как на край небольшой опушки выскочил полностью обезображенный заяц.

Его лапы отличались сравнительно большими размерами, передние зубы больше напоминали длинные и острые клыки хищника, из головы торчало несколько пар ушей с небольшим дополнением в виде роговых наростов. Лишь от одного вида обезображенного животного по позвоночнику пробежал холодок.

– Что за....? – прошептала Вэннес, отступая назад.

Заяц будто чувствовал ее страх, остановился на мгновение, но затем с резким, порывистым движением бросился к ней. Сердце Вэннес заколотилось, и она, не зная, что делать, собрала всю свою смелость в ногах, убегая прочь из леса. Трусливо, но зато надежно и безопасно. Но сколько бы ни бежала, она буквально чувствовала, как это существо приближается быстрее, чем получается убегать от него.

Попытка избежать проблемы была действительно потрясающей, и, к сожалению, рабочей только в фильмах. Поняв свое безнадежное положение, Вэннес резко остановилась и повертев головой, нашла оторванную ветку дерева с острым концом. Если не получается сбежать, то верное действие – дать отпор.

Круто развернувшись и крепко сжимая ветку в руке, она была готова встретиться с врагом лицом к лицу. Сердце стучало в унисон с волнением и страхом, которые испытывались впервые в жизни в таком колоссальном объеме.

Заяц сжался, готовясь напасть, острые клыки угрожающе сверкали в лучах заходящего солнца, просачивающегося сквозь листву высоких деревьев. Это был вовсе не милый зайчонок, а существо, излучающее весьма негативную энергию и непредсказуемую силу.

Сквозь страх, пронизывающий все тело, Вэннес почувствовала, как адреналин заполняет ее вены. Руки крепче сжали ветку – единственное реальное оружие, когда заяц прыгнул на нее с дикой, хищной грацией, сверкая серебристой шерстью, словно смертоносная стрела.

В этот момент все внутри замерло. Сосредоточившись, Вэннес моментально присела на корточки и, как только заяц стремительно подлетел к ней, резко увернулась в сторону. Касание воздуха и переплетение его туши с веткой вызвали у Вэннес чувство скоротечного удара. Удар лапы зацепил ее плечо, едва не сбив с ног.

– Вот черт! – вскрикнула Вэннес, тут же хватаясь за плечо.

Хотя это было легкое касание, оно оказалось достаточно сильным, от чего и представить сложно, что случилось бы, если бы, она приняла весь удар в лоб. По телу пробежал холодок, и, не обращая внимания на боль, Вэннес вскочила на ноги. Взгляд метался вокруг – нужно было продумать следующий шаг.

Заяц, почувствовав свою неудачу, быстро приземлился на землю и, развернувшись на своих длинных лапах, продолжил атаки. Каждое движение животного сквозило дикостью и безумием, от чего уворачиваться становилось все сложнее и сложнее. В звериных глазах горела ярость, затмившая разум, и больше всего Вэннес боялась принять тот самый прямой удар, ведь для нее он мог стать последним.

– Да успокойся уже! – крикнула в страхе Вэннес, размахивая палкой.

Волна страха и гнева накрыла ее. Понимание своей беспомощности лишь усугубляло ситуацию, ведь с какой стороны не посмотри, противник был более ловким и быстрым, а у нее что? Всего лишь обломившаяся ветка дерева и иссекающая выносливость.

Заметив, как заяц готовится к новому, и скорее всего, намного сильнее предыдущих прыжку, Вэннес подгадала момент и резко ударила в воздух, промахнувшись. Заяц отпрыгнул вбок и снова атаковал, но с меньшей силой удара. Эта атака оказалась идеальным маневром, и, ринувшись ему навстречу используя последние остатки скорости, врезалась в него боком, сбивая с толку. По всему телу разлилась отвратительная тяготящая боль, лицо скривилось, а из глаз потекли слезы.

Они оба падали на землю, но, собрав всю волю в кулак, Вэннес мгновенно оказалась на ногах, прикрываясь своим оружием. Дрожащей и травмированной рукой она смахнула водопад слез и посмотрела на замершего в ошеломлении зверя.

– Сдохни же! – крикнула Вэннес, замахиваясь острым краем ветки в сторону животного.

Преодолевая страх и дрожь, наполнившие ее руки и ноги, словно окрепший осиновый лист, она сделала шаг вперед, занося ветку за голову и готовясь к удару. Заяц только и успел, что вскинуть голову, прежде чем потерять единственный шанс на жизнь. Вэннес без колебаний и капли жалости собрала последние силы в своих руках, и когда ветка засвистела в воздухе, несмотря на испытываемую боль, желание свести счеты с этим монстром на мгновение окутало ее мысли.

Один сильный удар, и ветка за долю секунды проткнула шею зайца. Сделав это раз, Вэннес резко вытащила ветку из животного, замахнулась раз, два, три… из глаз продолжали литься слезы, а руки двигались сами по себе. Она просто не могла остановиться. Чувство мимолетной эйфории накрыло ее с ног до головы, и, успокоившись, взгляд затуманенных глаз наконец упал на зайца.

Однако, Вэннес думала, что это из-за застывших в глазах слез. Проблема точно в этом! Однако, вытерев грязными ладошками лицо, в голове повисло понимание. Сейчас на земле валялся окровавленный, полностью изрешеченный труп зайца. Одним словом – фарш, до этого бегающий и радостно нападающий на людей. Возможно. Вэннес не могла точно знать, нападал ли он до этого на других людей, но тем не менее, по новостям точно говорили о том, что черные сферы видоизменяют животных.

Вот тебе и живой пример. Живой пример, отправившийся в далекие земли снов.

Времени себе Вэннес дала не так много и, проверив, цела ли бутыль с зельем, вздохнула с облегчением. Стоило только гадать, из чего сделано стекло, но оно достойно похвалы. Столько валяться и принять самые жесткие удары, и при этом уцелеть… весьма героичный поступок.

Выйдя из леса, Вэннес отправилась на остановку. К счастью, нужный автобус пришел быстро, вот только при входе внутрь взгляды людей тут же направились в ее сторону, а некоторые начинали перешептываться. Обращать внимание с дрожащими ногами Вэннес не стала, моментально приземляясь на свободное местечко. Каждая клеточка тела испытывала невыносимую боль, и казалось, она один сплошной синяк, гуляющий по улице.

Дорога до больницы не заняла много времени, и вскоре она оказалась у входа в здание. К счастью или к худу, но взглянув на свое отражение в стекле, она наконец поняла, почему все на нее так странно поглядывали. Изодранные руки и ноги, вся в грязи, а на лице остались продолговатые следы от пальцев. Сразу видно – дикий ребенок, сбежавший из джунглей. Маугли?

Сколько бы Вэннес ни старалась оттереть грязь с лица, получалось только хуже, так что просто отпустив ситуацию, она решила плыть по течению. Однако она также прекрасно понимала, что стоит только сделать шаг в больницу, как ее тут же выпроводит охрана. Кто вообще в здравом уме впустит чумазого ребенка в стерильное помещение? Оно же сквозит чистотой…

Нахмурившись, Вэннес обошла больницу с другой стороны и, найдя забор, ограждающий частную зону с черным выходом, за пару болезненных прыжков перебралась на другую сторону. Ноги подкосились, но не имея права на минутную слабость, она незаметно проскочила к черному выходу. На батарее у стены висел медицинский халат, брошенный кем-то из сотрудников, словно специально ждавший ее появления, и да, он оказался кстати. Одним тяжелым движением Вэннес накинула его себе на плечи и, просунув руки в рукава, запахнула на талии.

Пробраться на нужный этаж по лестнице не составило труда, и вскоре со скоростью молнии Вэннес проскочила в палату Далии. Девушка лежала на кровати, ее взгляд бесцельно блуждал по открытому окну и развивающимся занавескам, а тело, укрытое одеялом, на секунду вздрогнуло, стоило только услышать резкие движения со стороны двери.

Медленно повернув голову, взгляд застыл на Вэннес. Губы несколько раз пошевелились, и не найдя нужных слов, она могла только кидать вопросительные волны.

– Без комментариев. – коротко ответила Вэннес, подходя к кровати.

– Нет, вопрос все же будет. Что с тобой произошло? Какое шоу на выживание ты прошла?

Оглядев Вэннес с ног до головы, Далия лишь сильнее нахмурилась. Многочисленные раны, грязь по всему телу и одежде. Если не смыть и не обработать раны, можно же занести инфекцию.

– Вот. Я принесла тебе то, что точно поможет. – сказала Вэннес. доставая из сумки бутылек с алой жидкостью.

– Это кровь? – с подозрением спросила Далия, принимая преподнесенный подарок.

– Нет. Это зелье, которое спасет твою жизнь. – гордо ответила Вэннес, с выжиданием смотря на Далию.

– Точно не отрава?

Повертев бутылек с алой жидкостью в разные стороны, ничего подозрительного не нашлось, вот только от этого желания пить неизвестную гадость не появилось.

– Уверяю. Если у тебя ноль доверия, давай я тоже отпью немного? – предложила Вэннес, протягивая руку к зелью.

Одним быстрым движением она открутила пробку бутыли, из которой тут же хлынул легкий ароматный запах трав и цветов. Обе девушки придвинулись чуть ближе, стараясь разобрать вкусные нотки.

– Пахнет приемлемо. – сказала Далия.

Примерно по одному запаху Далия понимала, что состав около цветочный – травяной, вот только это лишь запах, и неизвестно, что еще могли подмешать. Однако, раз Вэннес готова сама отпить, рискуя жизнью, значит, ничего такого не случится. И действительно, собрав все мужество в кулак, Далия выпила все содержимое за один глоток.

– Как ты?! – взволнованно спросила Вэннес, осматривая подругу с ног до головы на любые изменения. Вдруг у нее вырастет хвост или рога?

Вытерев рот тыльной стороной ладони, Далия еще раз осмотрела бутылек, подметив, что содержимое оказалось настолько вкусным, и она даже не против выпить еще. Однако вопрос оставался все тот же: откуда Вэннес достала его?

– Все в порядке. – ответила Далия, ставя бутылек на столик.

– Фух. – протянула Вэннес, скидывая сумку на пол. – значит, я пока пойду помоюсь. Выгляжу сейчас просто кошмарно.

Чтобы Далию никто не беспокоил, Вэннес потратила немного своих сбережений, оплатив ей VIP-палату, так что считай, как в отеле – все включено. В глубине души, Вэннес молилась, чтобы зелье подействовало, а стекающие по телу грязные капли из душа смывали всю дрожь и тревогу. Не хотела бы она больше испытывать столь ужасающий опыт, когда ты загнан в клетку, и мозг перестает работать.

Ужасающее чувство подавляющей силы противника.

Глава 6

2 месяца до происшествия.

В первые дни июля врачи немного понаблюдали за Далией и, заключив, что с ней все в порядке и никаких отклонений нет, выписали без лишних вопросов. Жизнь быстро вернулась на круги своя. Вернувшись домой, Вэннес достала из морозилки замороженный торт в виде Императора-вампира, но не для того, чтобы съесть его. Таким образом она решила сохранить его и потом показать Далии. Причина столь странного действия? Она просто не знала, сколько подруги не будет дома, и именно так решила возникшую проблему. Торт состоял из скоропортящихся продуктов, а заморозка идеально подходила для сохранения вида.

Торт действительно удивил девушку, и, рассмеявшись, она сделала несколько фотографий, которые тут же выложила в соц-сети с подписью: «Самый лучший подарок на день рождения? Замороженный торт на заказ!». Момент разлетелся по близким людям и одноклассникам, вызывая смех и умиление.

Цвет лица Далии улучшился, как и состояние тела. Головные боли и кашель пропали, глаза горели азартом и жизнерадостностью, которые Вэннес так сильно любила. Они все так же помогали тетушке Цзин в закусочной: с утра покупали продукты, а в течение дня принимали и разносили заказы. В обед девушки так же бегали к морю и уже через неделю, снова ходили с облезающей кожей. Второй раз за лето. Это нужно быть гениями.

Когда наступили выходные, закусочная закрывалась, так что это время Вэннес и Далия использовали по полной. Хотя городок и не столь большой, в нем можно найти много чего интересного. Одним из таких мест являлся небольшой водопад, чуть выше по горе за городом. Рядом с этим местом так же находилось озеро, в котором летом любили купаться местные жители.

В тот день солнце светило ярче обычного, от чего девушки пребывали в приподнятом настроении. С сумками на плечах, они с раннего утра направились к водопаду, у которого хотели сделать множество фотографий на фотоаппарат моментальной печати, которые останутся на память. Став старше, они точно будут с теплом вспоминать все моменты, запечатленные в эти дни.

Пробравшись через неровный горный рельеф, по пути Вэннес каждый раз оборачивалась, помогая Далии забираться на возвышенности. Как ни странно, она чувствовала во всем теле легкость, словно может и слона поднять. Без труда подталкивая Далию, которой периодически требовался привал, к водопаду они добрались только ближе к обеду.

Ноги остановились и, подняв взгляд вверх, зрелище захватило дух. Вода падала с высоты, искрясь на солнце, создавая радугу из мельчайших капелек, раскрашивая воздух в яркие оттенки. Далия застыла в полном восхищении, с усталым, но довольным лицом, глаза не переставали бегать по пейзажу.

– Вау, это невероятно! – воскликнула Далия.

Голос звучал мелодией, постепенно теряясь в шуме падения воды. Вэннес с легкой улыбкой на лице подняла свисающий с шеи фотоаппарат, запечатлев прекрасный момент. Когда первая фотография напечаталась, Далия в пару шажков подскочила к подруге, в ожидании смотря на постепенно проявляющуюся фотографию.

Мелкие брызги воды падали на загорелую кожу девушек, мягко покалывая и оставляя легкий холодок. Свет играючи скользил по каплям, и Вэннес, смотря на подругу, не могла не улыбнуться – в этот миг все, что беспокоило их в последнее время, казалось ерундой. Вытирая руки о футболку, Далия с восторгом смотрела на фото, а на лице играла счастливая улыбка.

– Какая красота! – восхитилась Далия, беря фото в руку.

– Ты или водопад? – хихикнула Вэннес, тут же получая кулаком по плечу.

Легкая боль все еще присутствовала, но ее больше невозможно было сравнить с тем, что она испытала в тот день. После принятия душа стало сложно смотреть на себя в зеркало. Вэннес с трудом достала с верхней полки в ванной аптечку и, найдя там заживляющую мазь, полностью использовала содержимое по всему телу. Еле коротко, то она стала одним сплошным синяком. А позже, в день выписки, Вэннес встретила Далию с солнцезащитными очками и маской. Как выяснилось, она не самым удачным образом упала в момент боя и заработала яркий фингал под глазом.

Первоначально Вэннес думала, что ей придется около месяца выводить синяки и ждать, пока раны затянутся. Но прошла неделя, и с смятением в сердце, смотря на себя в зеркало, становилось подозрительно страшно. Обычно ее синяки не сходили так быстро, а раны иногда затягивались больше месяца, а тут неделя и бац, все прошло. Ни единого шрама, ни единого пятна.

– Так что же произошло в тот день? – спросила Далия, удобно усаживаясь на траве и сбрасывая ноги с небольшого обрыва.

– Честно, самой до сих пор не верится. – вздохнула Вэннес, усаживаясь рядом.

– Я не решалась спросить до этого, но зелье и правда помогло. У меня так много вопросов… – надувшись, Далия нашла под рукой небольшой камушек и, прицелившись, запустила в сторону водопада.

Была бы возможность, Вэннес и вовсе не хотела бы рассказывать Далии о том, что произошло в тот день. Впервые в жизни она испытывала одновременно радость, ошеломление и дикую угрозу жизни. Стоило только вспомнить мутировавшего зайца, как руки начинали непроизвольно трястись.

Тяжело вздохнув, Вэннес кратко рассказала о сфере, превратившейся в врата, о Соме, заключившем с ней сделку, частью которой было зелье воссоздания. Она рассказала, как красиво выглядело то место, так похожее на их мир, сколько захватывающих и непонятных вещей можно увидеть, и магия, витающая в воздухе. Конечно, был и неприятный момент. Утаивать о своих ранах Вэннес не стала. Она честно призналась о том, как же отвратительно выглядел заяц, с которым пришлось биться, еле выжимая последние силы из тела. Именно поэтому все ее тело было так сильно изранено и требовало лечения.

Далия слушала рассказ, сжимая руки в кулак. Стоило только представить, какой кошмар пришлось пройти Вэннес ради спасения, как внутри вскипала злоба. Они уже давно не маленькие, и появившиеся аномалии уже не вызывали никакого удивления. Однако видеть их по телевизору и вживую разные вещи.

Слова Вэннес звучали, как сказка с приключенческими подвигами, но стоит перевернуть страницу на новую главу… сразу вскрывается обратная сторона, где тебе приходится сражаться, чтобы выжить. Мир давно изменился, и пора привыкнуть к этим изменениям, как и к потребности в самозащите. Уж лучше научиться защищать себя, чем умереть потом от лап какого-то мутировавшего зайца.

– … но знаешь, я только одного не пойму. – нахмурив брови, Вэннес неловко перевела взгляд на подругу. – Сом… он так похож на Императора. Ну, кроме того что умеет ходить на двух лапах и говорит на человеческом языке.

– Может… это его подработка? – с иронией произнесла Далия, совсем не веря в это. – Думаю, это просто похожий кот. Если бы это был Император, он бы точно узнал тебя, а не вел себя как с незнакомкой. Хааа… я теперь тоже хочу посмотреть на него и потискать пухленькие щечки.

Немного задумавшись над доводами Далии, стало понятно, что это имеет смысл. Котов в мире много, и хочешь не хочешь, а пару похожих точно сможешь найти. Тем более, если брать в учет существование другого мира, то выходит нет ничего странного в том, что там найдется кот, похожий на Императора.

Вспомнив о договоре, Вэннес подняла руку на уровень глаз и стала внимательно рассматривать переливающуюся золотом нить. Заметив это, Далия чуть придвинулась ближе, смотря на запястье Вэннес, но так ничего не увидела.

– Это здесь? – спросила она, приближая указательный палец. – Золотая нить, я ее не вижу.

Сколько бы Далия ни пыталась притронуться к ните, ее палец проходил насквозь, ни за что не цепляясь. Но стоило Вэннес самой коснуться нити, как она тут же отреагировала на прикосновение.

«Вполне себе ощутимо.»

– Ты ее не видишь и не чувствуешь? – Вэннес опустила руку, и тонкая нить тут же растворилась.

– Если бы. – обиженным тоном произнесла Далия, продолжая посматривать на руку подруги. – Совсем не вижу.

– Хмм… может, это противоугонное заклинание? – пошутила Вэннес, понимая, что это так не работает.

– Ну тебя! Твоя нить – машина, чтобы угонять ее?

Оставалось еще множество вопросов, на которые так и не нашлось ответа, но девушек это совершенно не волновало. Впереди была целая жизнь и ее точно хватит, чтобы понять то, чего не понимают в данный момент.

Немного поплескавшись в воде, время пролетело незаметно и пора было уже возвращаться обратно. Дорога до дома через горную тропу требовала много моральных и физических сил, поэтому в шесть вечера они собрали вещи и выдвинулись. Сперва все было хорошо, но на крутом спуске, где требовался расчетливый прыжок вниз, Вэннес почувствовала легкое недомогание и, не удержав равновесие, поскользнулась.

Падать недолго, да и высота не такая большая, чтобы разбиться насмерть, однако боль в руке была реальной. В какой-то момент Вэннес даже услышала хруст, но списала его на сломавшуюся под ее весом веточку. Большую веточку.

Стиснув зубы и зажмурившись, Вэннес кое-как встала, понимая, что в довершение всего, подвернула лодыжку. «Что не день – то сказка» – как говорила Немея Клоя, видя каждый раз свою дочь с ушибами. Только ей могло так повезти пораниться второй раз за месяц.

С помощью Далии они дошли до дома Вэннес, и уже там, под давлением уговоров и аргументов, пришлось сдаться. Вскоре они стояли в больнице у травматолога, который констатировал легкий внутренний перелом запястья и растяжение связок голеностопного сустава. Одним словом, очень «удачно» упала. Долго врач не задерживал их, просто наложил гипс и, выписав некоторые лекарства для ноги, отпустил в долгое и счастливое плавание на месяц до повторного приема.

Всю неделю у Вэннес ужасно чесалась рука, и пока никто не видел, она находила тонкие продолговатые предметы и, просунув их в свободный промежуток, чесала кожу. Зуд был ужасным и хотелось просто разорвать гипс, дав рукам волю. Пока она находилась в доме Цзин, ей всячески мешали осуществлять задуманное, поэтому она действовала тайно. Вот так, в одну из ночей, проснувшись от дикой чесотки, Вэннес тихонько встала с кровати и на цыпочках спустилась на кухню.

Часы показывали промежуток между двумя и тремя часами ночи, а значит никто не сможет помешать. Пошарив немного по столешницам, Вэннес нашла нож побольше и поплотнее. Все было просто: стащить гипс к чертовой матери. Ей просто не хватало терпения продолжать его носить и в будущем как-то не хотелось повторять данный экспириенс.

Скрючившись за столом, Вэннес осмотрела свои приготовления и, кивнув, словно хирург перед операционным столом, приступила к операции. Уверенно взяв в руки карандаш, наметила на гипсе на глаз линии реза, а после приступила к самому главному. Плавные движения, грация перекореженной картошки, и кривой срез был готов. Этого хватило ровно на то, чтобы самолично разорвать пропиленный срез и дать свободу руке.

К удивлению, рука не болела и двигалась вполне нормально. Так и не скажешь, что неделю назад пришлось идти в больницу для наложения гипса. Пребывая в эйфории, Вэннес не заметила, как сзади подошла тетушка Цзин. Женщина двигалась бесшумно, и стоило заглянуть за спину беззаботной девушки, как та тут же вздрогнула.

Пойманную с поличным Вэннес ругали больше получаса, а на попытки сказать, что с рукой все в порядке, получала злой взгляд. В конце концов ее отправили спать, а на утро схватили за шкирку и повели в больницу. Там, объяснив всю ситуацию, врач отправил на повторный рентген, который, к общему удивлению, показал, что запястье полностью зажило. Нога с растяжением связок так же быстро восстановилась, и врачу-терапевту ничего не оставалось, кроме как отправить их домой.

Забрав вещи из дома Далии, Вэннес отправилась к себе домой, считая, что няньки ей теперь не нужны. Рука и нога зажили, поэтому она может прекрасно сама справиться со своей повседневной жизнью. Вот только эта повседневная жизнь превратилась в хаос.

В какой-то момент Вэннес начала замечать за собой странность. Неконтролируемая сила. Требовалось много усилий, чтобы держать обычную кружку в руке, не разбив ее на множество осколков. Стоило случайно удариться ногой о ножку железного стула, как та неумолимо трагично прогибалась, а ножи при готовке чего-либо со всей силы вбивались в деревянную доску, словно топором рубили дрова. Страннее этого выглядит только говорящий кот в вратах и существование магии.

В один из дней, когда Далия пришла навестить Вэннес и устроить вечер критики новых фильмов, первое, что она услышала и увидела с порога, было:

– Я всесильна!

После этого последовало головокружение, почти до рвотного рефлекса, и кружащаяся под ногами земля. Вэннес без каких либо усилий подняла ее в воздух, закинув на плечо. Казалось, перед ней горилла, способная хоть по небу летать. И все же, приземлившись на твердую поверхность, Далия увидела счастливую и взволнованную улыбку подруги. Какая разница, горилла или нет, для Далии она всегда будет милым прилипчивым щеночком.

Аномальные странности происходили не только с Вэннес, но и с Далией. В последние дни она чувствовала, как ее мозг постепенно закипает. Спокойно выйти в сад больше не получалось, а смотреть на растения становилось невыносимо. Стоило ей только увидеть какое-то растение, в голове тут же всплывало мимолетное воспоминание, которое подсказывало, что можно приготовить из той или иной его части. Как ни странно, после рассказов Вэннес о другом мире и о том, что это зелье сделано верховным магом, Далия предположила кое-что сомнительное. После того как она выпила зелье, ее тело стало перенимать часть воспоминаний про травничество и алхимические эксперименты, коими обладал сам маг.

Это как вода, которая может впитывать воспоминания. Наверное, в то зелье было вложено много сил и эмоций, раз в нем сохранились такие важные частички. Однако Далия представления не имела, что делать со всей этой информацией. Даже имея обширные знания, создавать что-то не было ей подвластно из-за отсутствия нужных ингредиентов. Поиски в интернете ничего не дали, и стоило предположить, что таких вещей просто не существует в их мире.

1 месяц до происшествия.

Время пролетело незаметно, и подкралась важная дата: девятнадцатое августа.

Жаркий летний день. Вэннес стоящая вечером на берегу моря и чувство полнейшего одиночества. За спиной стоял ящик с бенгальскими огнями и корзинка с закусками, специально приготовленные к этому особому событию. Оглянувшись, Вэннес почувствовала тяжесть в сердце и легкое предательство.

Почему? Почему никто не пришел на ее семнадцатый день рождения? Она точно рассылала всем друзьям в классе приглашение и даже Николас… поборов свою застенчивость перед человеком, который ей нравится, она отправила его ему. А каков итог? Уже одиннадцать вечера, и никого вокруг нет, словно ничего и не было.

Вэннес смотрела на темную морскую гладь, отражающую звездное небо, и пыталась подавить нарастающую волну обиды. Ее мысли метались между меланхолией и недоумением. Как же так? Она столько всего приготовила, а в ответ не получила даже сообщения с поздравлением. Неужели ее отношения с остальными ребятами были настолько ужасны?

Подойдя к ящику с бенгальскими огнями, Вэннес достала одну пачку и сразу же зажгла один из огней. Сияющие искры окрасили темноту вокруг, и на серце потеплело. Краем глаза она заметила вдали приближающуюся фигуру, держащую что-то в руках. Приглядевшись, стало ясно, что это Далия.

– Эй! Чего это ты разожгла их без меня?! – возмутилась Далия, ставя на каменную ограду стаканчики с напитками. – Значит, пока я забочусь о том, что нам пить, ты тут решила праздновать без меня!

– Ничего подобного. Я и так увидела тебя, поэтому приготовилась заранее. – соврала Вэннес, протягивая огонек подруге.

– Хааа… забей на этих идиотов, которые не пришли. Главное, я рядом, а они пусть локти себе кусают.

Заглянув в корзинку, Далия аккуратно достала оттуда торт, приготовленный в кондитерской, и, расположив его на оградке, принялась вставлять свечи.

– Нашей Немее Вэннес сегодня исполняется семнадцать лет, а это значит, что ты на шаг ближе к тому, чтобы стать совершеннолетней. – весело пропев эту часть, Далия закончила вставлять свечи и, держа торт в руках, сказала: – Итак, загадывай желание.

На самом деле у Вэннес было только одно желание – наконец увидеть родителей. Однако одних лишь ее усилий не было достаточно для достижения этой цели, поэтому, грустно улыбнувшись, она закрыла глаза. Все что угодно, ей без разницы, что это будет за желание, главное – исполнение. Отсчитав, Вэннес задула свечи и счастливо посмотрела на свою лучшую подругу.

– Спасибо тебе, что всегда остаешься рядом.

– Вот черт! Не говори так, будто видимся последний раз в жизни. – возмутилась Далия, ставя торт обратно на ограждение. – Ты до конца своей жизни будешь видеть мое миленькое личико.

Смеясь, Далия протянула Вэннес стаканчик с лимонадом, понимая, что ни за что в жизни не оставит ее одну. В какой-то момент и сама мысль о совместной старости не казалась таким уж бредом.

– Хорошо-хорошо. Обещаю, последнее, что увижу перед смертью, это твое миленькое личико.

– Пф! Это обещание! В старости я хочу сидеть напротив тебя и спорить о том, что это не я съела твой пудинг! – гордо заявила Далия.

В двенадцать часов, когда все бенгальские огни были использованы, а торт съеден, Далии позвонила мама, спрашивая, какие ветра носят их не пойми где. Так что с набитыми животами, держась за руки, они еле ковыляли домой. Приходилось играть в перетягивание каната, где одной из сторон периодически приходилось тащить другую.

Дома их, конечно же, отругала тетушка Цзин, и тем не менее, с теплой улыбкой еще раз поздравила Вэннес с днем рождения, отправляя спать. Далия не хотела оставлять Вэннес одну в доме и именно поэтому потащила к себе, так что ночь прошла мирно и без волнений. Конечно, обидно, когда на твой день рождения никто не пришел, и тем не менее, не имело значения заострять на этом внимание. Далия верила, неважно, придут другие или нет, пока она рядом с Вэннес, не позволит ей грустить.

3 недели до происшествия.

– Черт! Руку вообще так держать надо!? – возмутилась Далия, чувствуя пульсирующую боль в запястье.

– Не знаю, но в интернете пишут, что так. – ответила Вэннес, развалившись на траве.

Телефон в ее руках был поднят высоко к небу, а бросавшие тень ветви деревьев пропускали тоненькие солнечные лучи. Еще раз пролистав страницу веб-сайта, в голове до сих пор не укладывалось, как правильно выполнять сложные движения.

– В пункте 3 написано, что бедра должны быть выдвинуты вперед, но… как это должно выглядеть? Хотя бы показали, что ли. – сказала Вэннес, листая страницу дальше. – О! В 6 пункте написано, что оружие нужно держать перед поясницей обеими руками примерно на высоте пупка… Я должна его себе в спину засунуть?

Остановившись на месте, по спине Далии пробежал холодок, и бросив деревянный меч на землю, она подошла к подруге. Легонько пнув ее по ноге, так же легла рядом, чувствуя жжение в ладонях.

– Не воспринимай все так буквально. – прижавшись поближе, Далия забрала телефон себе, читая пункты действий и разъяснения.

– Я же шутила. Конечно, я все понимаю, но почему они не могут объяснять чуточку проще? – перевернувшись, она подперла голову рукой.

От этих слов Далия почувствовала волну облегчения, зная, что Вэннес способна на многое, а имея теперь безумную силу в руках, все невозможное становится возможным. Если и говорить о способе обучения, то сайт оказался скорее анти-учителем о введении в кэндо, чем реально чем-то полезным.

– Думаю, им стоило вставить фотографии или… нам стоит просто найти другой сайт. – закрыв вкладку, Далия нажала на следующую, чувствуя большую радость. – Смотри, здесь уже есть фотографии.

С фотографиями и правда стало лучше получаться держать стойки, но так же оставались проблемы с руками и положением ног при движении. Вариант с фотографиями звучал для них как что-то слишком простое, поэтому выбрав хардкорный вариант, они продолжили размахивать мечами, которые выкупили у закрывшегося додзе после происшествия на главной площади. Зал был наполовину разрушен ударной волной, и требовалось много времени и денег на его восстановление, так что можно сказать, они сделали свой собственный вклад в восстановление.

Мечи, которые им продали, хоть и были хорошего качества, но сохраняли отметины времени, проведенного в долгих тренировках. Они прошли долгий путь и множество рук, а стоило только оказаться на попечении новых хозяев, как стало ясно, что проще отправиться на мусорку, чем вынести все это унижение. К концу недели тренировок меч можно было смело отправлять в отставку. Деревянные края подбиты, а в некоторых местах появились сильные сколы.

Именно по этой причине спустя неделю девушки приняли решение изучать те боевые искусства, в которых не требовалось держать что-то в руках. При таких методах больше всего пострадало лесное окружение небольшой опушки, у которой они тренировались, чем они сами. Как ни странно, и у Вэннес, и у Далии лучше всего получалось крушить все вокруг именно руками и ногами. Боевые стойки и движения из разных боевых искусств давались достаточно легко, но стоило прийти на следующий день в приподнятом духе, как становилось ясно, что они опять все забыли. Так начался круговорот бесконечных повторений одного и того же.

Тетушка Цзин, видя столь занятых девушек, успевающих и ей помогать и заниматься своими делами, не понимала, откуда берется такой запас энергии. Почему-то ей казалось, что в последнее время они стали намного активнее, чем раньше, оттуда появился и огромный аппетит. Усадив их в обеденное время за стойку, тетушка поставила перед ними тарелки с легкими летними супами и дополнительно мясные закуски.

По телевизору показывали последние минуты какой-то передачи, после которых начинался показ новостей. С наслаждением поглощая еду, Вэннес продолжала поглядывать на экран под общий шум закусочной, и стоило только проглотить свежий кусочек тушеного мяса, он застрял в горле. По всему телу прошла дрожь, и откашлявшись с помощью Далии, Вэннес обернулась на закрытую стеклянную дверь.

– Ты это почувствовала? – встревоженно спросила Вэннес, не понимая, что происходит.

– Что именно? Как ты подавилась? Да, слышала. – чуть посмеиваясь ответила Далия, но тут же остановилась, видя серьезное лицо напротив.

– Дрожь. Только что была дрожь, из-за которой я подавилась. – сжав кулак, Вэннес посмотрела на начавшиеся новости, но там не было ничего странного.

– Я ничего не почувствовала. Только конвульсии твоего тела от застрявшего куска в горле. – непонимающе ответила Далия, несколько раз осмотрев помещение с клиентами. – Может, это…

Договорить не представилось возможности. По всему зданию прошла мощная волна энергии, сотрясающая все вокруг. Не удержавшись на шатающемся стуле, Далия упала на пол, ошарашенно смотря на Вэннес, вскочившую с места.

Казалось, время застыло, и все вокруг замерло. Вэннес, ощутив удар энергии, почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Она не могла понять, что происходит, но эта дрожь… верный предвестник чего-то необратимого. Нервозность пробегала по ее венам, словно электрические разряды, а в голове царил беспорядок.

Некоторые люди тоже попадали со своих мест, а кто-то в панике выбежал на улицу, не желая оставаться в закрытом пространстве. Схватившись за стойку, Вэннес наклонилась вперед, помогая Далии встать на ноги. Их глаза метались по обстановке внутри, искаженной страхом и недоумением. Телевизор, висящий на стене, давно упал на землю, но продолжал искаженно вести прямой эфир.

Люди, которые только что мирно беседовали и уплетали еду, быстро переключили свое внимание, угнетая атмосферу. Паника охватывала не только их, но и девушек, еле удерживающих равновесие. Дрожь была похожа на землетрясение, но теперь, когда есть с чем сравнивать, Вэннес крепко сжала кулаки. Эта энергия… именно ее она чувствовала вокруг себя за вратами. Текущая в изобилии, она плавно окутывала и наполняла в том мире, а сейчас, складывалось ощущение, что ее разом выпустили из заточения.

– В-вэннес… – схватив подругу за руку, Далия указала вперед.

За стеклянными дверями темнело небо, и казалось, в воздухе застыли не только остатки лучей солнца и какие-то светящиеся частицы. Над улицей клубились темные облака, как будто сама природа обретала оттенки гнева. Дрожь под ногами чуть утихла, но от этого легче не стало.

– Иди к тетушке Цзин, посмотри, как она там, а я пока схожу на улицу и посмотрю, что происходит. – скомандовала Вэннес, убирая руку Далии с своей.

– Все точно будет в порядке? – взволнованно спросила Далия, не желая отпускать подругу одну, но и оставить матушку тоже не могла.

– Конечно. По крайней мере, по городу не бегают монстры. – улыбнувшись, ответила Вэннес.

Без лишних слов она направилась к двери, решая найти правду. Выйдя на улицу, Вэннес в тот же момент окутала энергия, исходящая от той самой сферы в центре города. Никого на улице не было, что создавало атмосферу вымершего города. И тем не менее, вдали, с холмистой местности, виднелась картина происходящего. Не высоко в воздухе над площадью застыли врата голубого цвета, с знакомыми языками пламени.

Первоначально, Вэннес предполагала, что они все будут одинакового цвета, раз сами сферы черные. Однако находящиеся в центре врата излучали более опасную энергию и по размеру превышали черные в три раза. Вокруг врат сновали военные, а по оцепленной зоне столпились ничего не понимающие местные жители.

Вэннес медленно сделала шаг вперед, решая пройти и проверить происходящее, но дверь за спиной снова открылась. Далия с непониманием в глазах посмотрела на подругу и, поманив за собой, сказала, что в прямом эфире транслируют новости. К этому моменту дрожь утихла, и волны энергии стабилизировались. Вряд ли получится узнать что-то стоящее у амбалов, сторожащих врата, да и они точно не скажут правды.

Людей в закусочной почти не осталось. Тетушка Цзин, еле как повесив телевизор на место, отряхнула свой передник. На ее колене виднелся синяк, а руку неряшливо обвивал бинт, который по всей видимости был работой Далии. Стулья и приборы были разбросаны, и, проходя вглубь закусочной, Далия с Вэннес убирали этот хаос.

«На данный момент известно, что черные субстанции по всему миру вошли во вторую стадию. Это событие сопровождалось мощнейшими землетрясениями, которые в некоторых районах повлекли за собой необратимые последствия, такие как наводнения и даже извержение вулканов.»

– Ого. У нас же нет никаких вулканов поблизости? – спросила Далия, поднимая упавшую вилку.

– По-моему, тебе стоит беспокоиться не об этом, а о том, не движется ли на нас цунами. – парировала Вэннес, подойдя к стойке. – Тетушка Цзин, вы в порядке? Вам перевязать рану?

«По сообщениям военных служб, рекомендуется покинуть места с находящимися рядом субстанциями во избежание возникновения чрезвычайных ситуаций. Пока нам неизвестно, последует ли следующая стадия, но многие малонаселенные пункты уже пострадали от малейшего всплеска неизвестной энергии, и, к сожалению… не обошлось без жертв.»

– Вот же, до этого говорили, что на людей никак не влияет, а теперь что? – возмутилась тетушка Цзин, отмахиваясь от вопроса Вэннес, зная, что та так же плохо обращается с бинтами. – Сколько еще можно обманывать? Столько людей пострадало.

Кадры по телевизору сменяли друг друга, и было видно, как совсем отдаленные деревушки почти полностью разрушились, а некоторым людям и вовсе теперь негде жить. Вэннес не спускалась с холма вниз, в центр города, но могла представить, как сильно пострадали близлежащие постройки. Наверняка, у врат пострадавших намного больше, чем оказалось в закусочной. Если здесь была просто сбивающая с ног дрожь, то… насколько же опасно оказалось в самом центре?

Чуть притихнув, Далия размышляла о чем-то, и, когда додумала мысль, прижалась к Вэннес, заранее понизив голос до шепота.

– Слушай, те врата выглядели так же? – с надеждой в глазах спросила Далия.

– Похожи. Но эти намного больше и синего цвета. – тихо ответила Вэннес, вытирая стол полотенцем. – Да и энергия, исходящая от этих врат, намного противнее.

На лице показалась неприязнь, и, фыркнув на новости, траслирующиеся на экране, отвернулась. Ее не волновала вся та ложь, которую там говорят. Будь она кем-то важным в этом мире, то ни за что не стала бы лгать, говоря лишь правду.

Взглянув в последний раз на экран телевизора, Вэннес прикусила губу.

«Как там родители?»

– Я тут подумала, если ты прошла через те врата, то можем ли мы пройти в те, что находятся в центре? – весьма серьезно спросила Далия.

Вопрос ошарашил Вэннес, и она не понимала, чем именно думает эта дурочка. Как минимум, врата оцеплены и их охраняют военные. Как им вообще удастся пробраться? Да и… им неизвестно, что может скрываться за этими. Они ничего не знают.

С сомнением взглянув на подругу, Вэннес натянула неловкую улыбку.

– Ты думаешь, там сидят идиоты, которые закроют глаза на двух несовершеннолетних? – подняв бровь, Вэннес ткнула пальцем Далию в лоб. – Если нас заметят, то боюсь представить, что с нами сделают.

– Эй, ну не на органы же продадут. – в голосе сквозила обида, но и не согласиться она не могла. – Не пойдем?

– Нет. – уверенно ответила Вэннес.

1 неделя до происшествия.

Хотя по всему миру произошли изменения, обычная жизнь не сильно изменилась. Или… немного сильно. В лес мало кто заходил, и тем не менее, кое-какие изменения можно было увидеть на обычной дороге. По краям асфальта и тропинкам холмов пробивались неизвестные растения. До этого никто не видел таких, и тем не менее Далия с интересом рассматривала их и некоторые срывала для своих экспериментов.

Видя необычные растения, Далия сразу понимала, что это и чем полезно. Сперва, получив столь странный дар, ей было страшно и непривычно, но с появлением врат, энергия в их мире устаканилась, и следствием чего стало появление новых удивительных вещей. Появились не только новые растения, так же теми самыми светящимися частицами в небе оказались новые виды светлячков, мутировавшие из-за энергии.

Из собранных растений и корешков Далия делала лечебные мази, и первые сто попыток экспериментов она тестировала на Вэннес. Так как стало ясно, что у нее высокая регенерация, Далия не боялась навредить ей. И вот, спустя N-ное количество попыток, ей удалось воссоздать то, что сможет залечить по крайней мере самую обычную рану. В нынешних реалиях это средство было намного лучше и эффективнее, чем те лекарства, которые имеют долгосрочный эффект действия.

– Дай корень зубки. – скомандовала Далия, смешивая растворы в чаше.

– Эм… ты уверена, что эта хрень не укусит меня?

На столе в банке лежало несколько корешков, и Вэннес не хотела еще раз к ним прикасаться. Глаз понемногу дергался, а рука сжималась и разжималась. Она прекрасно помнила, как корень зубки впился в нее, оставляя кровавый след. Жгучая боль тут же разлилась по ее руке, и это оказался тот эксперимент, который Вэннес ни за что не хотела бы повторять.

– Если в этот раз наденешь перчатку, то ничего страшного не случится. – чуть посмеиваясь ответила Далия.

По комнате раздался звонкий удар. Вздрогнув, Вэннес обернулась в сторону Далии, пребывая в полнейшем шоке. Далия со всей силы воткнула охотничий нож в светящегося, словно маленькое солнышко, светлячка, пригвоздив его обратно к столу. Послышался тонкий писк, и свет чуть притух.

– Живодерка. – буркнула Вэннес, ища в ящике толстую перчатку, которую обычно они использовали для купания Императора, кусающего все и вся.

– Это не более чем ингредиент. – констатировала Далия, но тем не менее чуть замедлила действия. – До этого я думала, что эти знания не пригодятся мне нигде. Но теперь смотри! Мы создаем волшебные мази, которые в тысячу раз лучше тех, что человечество создало за всю жизнь.

– Ага. – тихо произнесла Вэннес, морально готовясь к схватке. – Только не забывай, эти знания получены от верховного мага. Ты не сама все это придумала.

Нацепив перчатку на руку, Вэннес вздохнула, успокаивая свои нервы. Взгляд тут же стал серьезным и даже появилась искра золотого цвета. Стеклянная крышка банки медленно открылась, и заглянув внутрь, сердце забилось в бешеном ритме.

– Боже, чего ты сюсюкаешься с ним. – произнесла за спиной Далия, хватая подругу за руку и засовывая ее в банку.

Корень зубки тут же отреагировал, и самый ближайший к руке впился в перчатку. От неожиданности Вэннес вскрикнула, выдернула резко руку из банки, отскочила на метр. Один взгляд на этот корень приводил ее в ужас и хотелось просто выкинуть его куда-нибудь подальше.

Желательно навсегда.

– Ты точно убила того зайца в лесу? – спросила Далия.

Подойдя к Вэннес, Далия спокойно взяла ее за запястье. Поднеся с ее помощью корень к блендеру, одолженному с кухни, сбросила вниз. Крышка закрылась, и тонкие пальцы мигом нажали на старт.

– Фу… какая гадость. Заяц в лесу выглядел просто страшно, а это еще и мерзко. А последствия? У меня же рука опухшая была. – с толикой отвращения произнесла Вэннес, усаживаясь рядом на стул.

– Но мазь же помогла.

– Спустя пять дней проб и ошибок твоих экспериментов. – с жалостью взглянув на свою руку, Вэннес уставилась на перемолотый корень зубки и усмехнулась. – Так ему и надо.

Далия улыбнулась, наблюдая, как Вэннес с пренебрежением смотрит на смесь внутри блендера. В ее глазах читалось чувство победы. Благодаря изменившемуся миру, они начали создавать что-то по истине уникальное и удивительное.

– Кхм… не суть. – кашлянула Далия, вспомнив, что нужно закрыть крышку банки с корешками.

Зазвучал глухой звук, когда Далия вылила перемолотый корень в баночку, смешивая с другими ингредиентами. В воздухе раздался резкий аромат свежей травы и чего-то мертвого, от чего хотелось выбежать на улицу и выпустить погулять все содержимое желудков.

– Оно и должно так вонять? – спросила Вэннес, зажимая нос пальцами.

– Эм… не знаю? Вроде нет. – так же зажав нос ответила Далия.

Это был совсем новый эксперимент, и она не знала, чего стоит ожидать от его завершения. Уже то, что оно просто противно пахнет, говорит о значительном успехе. Еще раз взглянув в записную книгу со всеми зельями, мазями и остальными экспериментами, пришедшими в голову короткой нитью воспоминаний, Далия нахмурилась.

Ингредиенты были верными, последовательность вроде тоже правильная. Так где же она ошиблась?

Задумчивое лицо Далии заинтересовало Вэннес, и так же заглянув в записную книгу, больше похожую на записки ведьмы, она нахмурилась. Почерк оставлял желать лучшего. Закрыв один глаз, потом второй, Вэннес с трудом различала слова, не говоря уже о составлении взаимосвязанных предложений.

– Ты вообще понимаешь написанное своей куриной лапкой? – без задней мысли спросила Вэннес, тут же получая локтем в бок.

– Конечно!– возразила Далия, хмуро смотря на свои каракули. – Это «о» с «р», или «ф»? – тихо пробормотала она.

– Что?

– Ничего. Сама с собой. – еще больше нахмурив брови, Далия без сил рухнула на стол. – Не понимаю. Можешь прочитать?

Далия указала на одно единственное слово в рецепте и вопросительно посмотрела на Вэннес, ища каплю поддержки. Кто же знал, что будет так трудно прочитать собственные заметки, написанные впопыхах. Она так старалась быстро записать все пришедшее в голову, что скачущий под конец почерк перестал волновать. Почерк ее, а значит и прочитать тоже сможет.

Однако правда оказалась жестокой.

– Хах, признаешься, что не по силам прочитать собственный почерк? – усмехнулась Вэннес, пододвигаясь ближе. – Хммм…

Внимательно рассмотрев буквы в словах, Вэннес так же впала в ступор. И правда непонятно, перед тобой «о» с «р», или «ф». Попробовав написать это слово от руки, Вэннес поняла, что хоть они и пишут почти одинаково, ее собственные буквы были титанами по сравнению с буквами Далии, поэтому сколько не пыталась, ничего похожего не получилось.

– Может… может это «ф»? Звучит вполне логично. Послушай. – прочистив горло, Вэннес начала зачитывать вариант. – «Танеоф»? «Танеоор»? «Танеоф» звучит лучше.

Повернув голову в сторону Далии, чужое лицо выглядело вымученным, а волнистые волосы торчали в разные стороны, создавая воронье гнездо. Далия же прижала голову к столу с заметками, и стоило услышать предположение, ее уголки губ дернулись.

– Нет. – выдохнула она, но тон ее скорее был неуверенным, чем отклоняющим. – Это точно не то… наверное.

Она снова подняла голову и с прилипшей к губам прядью волос взглянула на Вэннес, осознавая, как нелепо они сейчас выглядят. Двое детенышей, не знающих, как вернуться домой. Примерно так это выглядело с их попытками разгадать написанное на бумаге.

Далия пыталась вспомнить, в каком именно контексте это слово всплывало и как именно звучало, но кроме запаха красок и благоухающих трав в мастерской она не могла вспомнить.

– Ха, да ты сама не уверена! – упрекнула ее Вэннес. – Я понимаю, что можно забыть, как читается, но как ты могла забыть, как оно звучит?

Ответить Далия не успела. К ним в комнату зашла тетушка Цзин, держащая в руках тарелку с нарезанными фруктами. На ней была рабочая одежда, и она готовилась отправиться в закусочную. Ранее ей названивали местные старушки и спрашивали будет ли она открываться в обед, поэтому, идя на уступки, тетушка Цзин решила все же открываться в обед по выходным.

– Что вы делаете? – тетушка Цзин поставила тарелку на стол и взглянув в записную книжку, усмехнулась. – Это «Танеор». Ты уснула, что ли, когда писала это?

– А? – задались вопросом девушки, не понимая, как она смогла разобрать написанное.

– Ты еще с начальных классов так и не научилась нормально писать слова. – погладив дочь по голове, тетушка Цзин забрала другую использованную тарелку. – Я отправляюсь в закусочную. Как закончите свои эксперименты, спускайтесь вниз и пообедайте.

Примерно так и был разрешен вопрос с названием ингредиента, которое Далия перепутала. «Танеор» – призрачное растение, светящееся в темноте бледным сиреневым светом, и оно обладает парализующим и анестезирующим эффектом. Поэтому, не смотря на свою красоту, стоит очень аккуратно срезать его стебель и не дать коснуться открытых участков кожи. В свою очередь «Танеоф», который в итоге был добавлен, был обычным кустарником с алыми листьями.

0 дней до происшествия.

Так как для мази требовались листья Танеора, а найти это растение можно было только ночью, Далия с Вэннес выждали удобный момент. Они прекрасно понимали, что тетушка Цзин ни за что не даст своего разрешения на посещение леса ночью. А так как после инцидента с вратами Вэннес насильно приволокли в дом Цзин, она также попадала под все правила и запреты этой семьи. Попасть в лес стало весьма трудно после захода солнца.

Подслушав недавний телефонный разговор тетушки Цзин на кухне, девушки узнали о праздновании дня рождения какой-то девушки, которой очень понравилась закусочная. Она так сильно хотела отпраздновать свое день рождения именно там, что тетушка Цзин сдалась, планируя все последние дни меню на выходные. Лишь по этому можно понять, что праздновать будут минимум до двенадцати ночи.

После ухода тетушки Цзин в закусочную, они дождались, когда солнце начнет заходить за хребет у моря, и только тогда начали действовать. Вэннес взяла небольшой рюкзак с разными контейнерами и охотничьим ножом, после чего нашла внизу Далию, собравшуюся словно на охоту. Резиновые сапоги, легкая куртка и брюки, бейсболка и свисающий на шее фонарик. По сравнению с ней, Вэннес собиралась в легкий поход.

После захода солнца с фонариками в руках, они освещали тусклым светом себе дорогу, и казалось, все окружение движется. Каждый листочек, каждая травинка – казалось, все вокруг ожило и следовало за ними. В какой-то момент Вэннес даже показалось, что за ними кто-то следует, однако обернувшись, никого не было.

Девушки шли молча, лишь время от времени переглядываясь друг на друга. Испытывая легкий страх, больше всего они боялись наткнуться на неизвестного мутировавшего монстра, от которого в темное время суток убежать труднее, чем днем, не говоря уже о попытках дать отпор.

Легкие шаги, витавшая в воздухе свежесть и волнение.

Пришлось сильно попотеть в поисках Танеора. Растение тщательно пряталось, и выдавали его только светящиеся лепестки. Присев рядом с одним экземпляром, Далия протянула руку Вэннес, прося охотничий нож.

– Уверена, что мы не встретим кого-то? – спросила Далия с чуть подрагивающей рукой.

– Не совсем, но если будем действовать аккуратно и быстро, уже через полчаса будем дома. Тетушка Цзин не заметит даже, что мы куда-то выходили. – с легкой хрипотцой ответила Вэннес, чувствуя, как легкий ночной холодок пробирается до костей.

– Ммм…

Заканчивая с последним срезом, Далия тяжело вздохнула, считая эту работу кропотливой и не самой легкой. Она аккуратно пометила последний цветок с стеблем в контейнер и только закрыв крышку, по всему лесу прошелся оглушительный рев. Все птицы, отдыхающие среди деревьев, тут же всполошились, взлетая в воздух, а животные, тихо бродящие вокруг, убежали прочь глубоко в горы.

Настолько сильный рев не походил ни на что другое, что они слышали в своей короткой жизни, и этот звук… этот звук точно исходил со стороны города. Обменявшись испуганными взглядами, их сердца забились в унисон, отражая растущее волнение.

– Что… что это было? – голос Далии дрожал от страха, а рука с ножом дрогнула, роняя его на землю.

– Не знаю, но нам пора убираться отсюда. – ответила Вэннес, подбирая ножь с земли и плотно сжимая его в ладони.

Быстро минуя лесные тропы, рев становился все громче и ближе, словно существо, испускающее его, ставило себе цель и искало жертв. Здания уже показались на горизонте, и вбежав на задний двор дома Далии, их руки леденели. Им точно не показалось, они видели обрамленный светом город, словно само солнце спустилось с небес. Становилось намного тревожнее.

Выбежав на склон, увиденное навсегда изменило их жизни. Город полыхал огнем, и по разрушенным улицам бродили монстры. Люди спасались бегством и прятались в доступных укрытиях, но не всем это удавалось. Монстры были намного проворнее и сильнее, хватали все, что двигалось, убивая на месте.

Вэненс и Далия застыли на месте, не веря своим глазам. То, что раньше казалось им вымыслом, написанным на страницах книг, ожило, представляя собой картину, писанную кровью невинных людей. Их уши наполнились криками и стонами, которые смешивались с оглушительным треском и громыханием разрушающихся зданий.

Опустив взгляд чуть ниже по склону, Далия заметила разрушенное здание закусочной. Сердце дрогнуло, фонарь выпал из рук.

– Мама… – с застывшим ужасом в глазах Далия смотрела на здание, вокруг которого кружило несколько монстров.

Глава 7

(глава требует редактуру)

Морской пейзаж окрасился кровавыми красками, в небе больше не летают птицы, а воздух наполнен железом и мертвой плотью. Разрушенные здания, словно потемневшие от пронесшихся мимо столетий, вздымают свои крыши к серо-бордовому небу. Пляжный песок, так манящий своим теплом, превратился в размытые лужи из крови, которые извиваются, как зыбкие реки.

Провинциальный город у моря будто поглотил сам ад, а бродящие монстры служили этому веским доказательством.

Держа в руке охотничий нож, тонкие пальцы, измазанные в грязи, подрагивали. Далия прижала холодное оружие к своей вздымающейся груди, взгляд опухших глаз застыл в одном месте и, казалось, само время для нее остановилось. Она не помнила, сколько времени прошло с их возвращения в город, но отчаяние постепенно снедало ее изнутри.

Прежде чем она успела снова всхлипнуть, Вэннес мгновенно закрыла ее рот своей ладонью, перевязанной бинтом. От нее пахло кровью и травами, входящими в состав волшебной заживляющей мази. Переведя взгляд на подругу, Далия вздрогнула.

Среди всего шума и множества криков людей в попытке выжить, она потеряла бдительность. Вэннес приложила указательный палец к своим губам и просила быть тише. Сквозь небольшую щель, через которую и мяч футбольный не пролетит, Далия увидела нескольких монстров. Они двигались по склону вниз, явно не найдя ничего стоящего среди разрушенных домов у леса.

Монстры выглядели однотипно и не блистали красотой. На картинках они еще ничего, но стоило увидеть вживую, страх пробирал до костей. В этот момент ты больше не думал о том, кто они и что они. Все мысли в голове голове лишь кричат «бежать!». У двух монстров, только прошедших мимо, все мохнатое тело было покрыто огромными черными глазами. Их руки и ноги примерно достигали двух метров, что в совокупности с общей массой выглядело устрашающе.

Как только они уйдут достаточно далеко, мы сможем через соседние участки пробраться ближе к закусочной.– с дрожью в голосе скомандовала Вэннес.– Хотя у них много глаз, улучшающих обзор и хороший слух, обоняние страдает. Поэтому ведем себя, как можно тише при передвижении. Поняла?

Вэннес не просто так присвоила столь смелые критерии монстрам. Когда они стояли на склоне, Далия произнесла лишь одно слово, а монстры внизу тут же подхватили его и обернулись в их сторону. Оставалось спасаться быстрым бегством в доме Вэннес, находившемся ближе всех других построек, на территорию которого можно легко проникнуть. Преследуемые, они вбежали в дом, но дальше коридора спрятаться не удалось. От пары ударов стены дома обрушились и, прикрывая друг друга, Вэннес считала удачей, что им повезло быть прикрытыми от обломков большим шкафом.

Далия прижалась к коленям, пытаясь не думать о том, что ждёт их за пределами временного убежища. Вся жизнь теперь казалась божьей шуткой, исход которой решался прямо сейчас. Дышать становилось все труднее и только дрожащая рука подруги придавала толику спокойствия – она не одна.

Из последних сил напрягая слух, Вэннес прислушивалась к звукам за стенами. Все те же истошные людские крики, с каждым разом становящиеся тише и рев монстров, заполонивших город. Привстав с колен, она и шагу не успела сделать, как ее руку поспешно схватили. Далия смотрела с паникой в глазах и было видно, как сильно она потеряна во всем происходящем вокруг.

Я лишь выгляну немного. Проверю, далеко ушли или нет. Если на достаточном расстоянии, чтобы не услышали наши шаги, то будем выдвигаться.– сказала Вэннес, успокаивающе похлопывая Далию по ладони.

Только аккуратней.– прикусывая нижнюю губу прошептала Далия.

С обнадеживающей улыбкой Вэннес полезла выше по обломкам. Она не представляла, что ее может ожидать там, точно ничего страшнее монстров и мертвых трупов. В этой ситуации ей не о ком переживать. По ранее полученному от родителей сообщению, стало и так понятно, что они уже предполагали данный исход событий. Скорее всего заранее подготовились и сидят в надежно защищенном месте.

Выглянув наружу, Вэннес не увидела ни оду живую душу, лишь несколько разрушенных домов и деревьев.

Можно выдвигаться.

Аккуратно спустившись, Вэннес посмотрела на Далию, испытывая собственную бесполезность. К сожалению она не могла соврать ей, ради секундного утешения. Стоило готовиться к худшему развитию событий.

Далия… я не могу обещать, что все будет хорошо, ты же это понимаешь?– обняв подругу, Вэннес сильнее сжала охотничий кинжал в чужих руках.– Ты можешь надеяться на лучшее, но ситуация всегда будет 50/50, а в наших обстоятельствах… боюсь предположить…

Мама… Император… что с ними будет?– всхлипнув, Далия сжалась в объятиях.

Сложно рационально думать в нынешних обстоятельствах, но Вэннес так же как и Далия держалась из последних сил. Все тело ныло от полученных ран, а о гигиене можно только мечтать. Монстры не реагировали на их сильный человеческий запах, и тем не менее Вэннес решила перестраховаться. Грязь, скопившуюся на обуви плотным слоем они размазали по всем возможным участкам кожи, в надежде на дополнительный бал в копилку выживания. Неизвестно, насколько это окажется действенным способом, но попробовать стоило.

Сейчас мы находимся в сейчас и если тебя не станет, ты уже не узнаешь, что с ними. Сперва… давай доберемся до закусочной… либо до того, что от нее осталось.– тихо закончила Вэннес.

Перед глазами все еще стояла картина разрушенной закусочной и многочисленные крики людей. Дожив до утра, Вэннес не намеревалась умирать просто так.

Пойдем.

Схватив Далию за запястье, Вэннес потащила ее через завалы внутрь дома. Так как дверь, где они и были заблокированы, оказался завалена при открытии, оставалось двигаться внутрь и молиться.

Сквозь потемки завалов, которые приходилось откидывать, путь освещала залитая нить, чуть поблескивая. Этого хватало ровно на столько, чтобы не врезаться в обломки или не напороться на что-то острое. Вполне не плохо.

Откинув мешающий блок, Вэннес встретил яркий дневной свет. Казалось, она вечность не видела дневного света, от чего закрытое тучами небо напоминало легкий морской бриз в августовскую жару. Сравнительно свежий воздух, в отличие от бетонной пыли и деревянной трухи, вселял немалую надежду.

План перед ними стоял четкий. Вести себя максимально тихи. Это касается как и движения, так и собственных голосов.

Двигаясь очень тихо, Вэннес провела Далию к ближайшему разрушенному домику. На пути им повезло не наткнуться ни на одного монстра, что можно считать великим успехом. Но удача, казалось, была обманчива. Пройдя крошечный открытый проем, Вэннес замерла, прислушиваясь к звукам, которые доносились издалека. Ужасные ревы и пугающие взрывы звучали отовсюду. Твари искали себе жертв.

Чем больше они ускользали от опасности, тем отчетливее становилось ощущение, что что-то не так. Не может быть, чтобы в районе их перебегов не нашлось ни одного монстра.

Далия, тяжело дыша, вытирала рукавом пот со лба. Ее глаза сверкали в лучах света, не смотря на всю ту жуть, что окружала их. Она кивнула, словно поняв мысли Вэннес без слов. Оставаться на одном месте опасно для жизни.

Осторожно, они двинулись дальше, раздвигая обломки и стараясь избегать мест, с сильно наваленными вещами, создающими лишний шум. Вскоре они подобрались к стенам полуразрушенной закусочной. Ловко обойдя клумбы соседнего дворика, остановились у разбитого окна закусочной, смотрящего на задний дворик. Внутри, кроме заметного разгрома и обломков потолка, ничего не было. Ни единой души.

Руки Далии похолодели и в голову закрались темных мысли. Не обращая внимание на Вэннес, внимательно осматривающую окружение, Далия просунула руку внутрь, и с щелчком отперев окно, запрыгнула внутрь. Раздался громкий хруст разбитых стекал. Резко обернувшись, Вэннес заметила, как Далия пробирается через обломки в главный зал.

Оставалось только пара вопросов: почему нельзя было зайти буквально через разрушенную стену и, почему она ничего не сказала. Однако делать было нечего и бросать Далию одну Вэннес не намеревалась. Проверив, что вокруг никого нет, Вэннес прыгнула следом. Сам вид здания выглядел будто ему просто снесли половину стен, от чего движение не затруднялось.Чем ближе Вэннес подбиралась к двери в зал, тем отчетливее она слышала всхлипы.

– Далия?– позвала Вэннес.

Со всей силы толкнув обломок двери, он с грохотом упал на пол, открывая вид на хрупкое тело девушки, вздрагивающее при каждом всхлипе. На ее руках, в крепких объятиях лежало тело женщины, которое невозможно было не узнать.

Вэннес сразу все поняла.

Не имело значения, притворится она или нет, картина перед глазами не изменится. Руки невольно вздрогнули и по коже прошел холодок. Тетушка Цзин…

– Далия…– пробормотала Вэннес, обнимая подругу со спины.

Она не знала, как словами можно утешить разбитое сердце, но обнять и ласково погладить по спине могла. Мертвых невозможно вернуть с того света и раз необратимое уже случилось, оставалось лишь смириться. Вэннес уверена, будь сейчас обычные времена, ничего такого не случилось, но оглянувшись, понимаешь, что необратимо утрачено множество жизней.

Отстранившись, Вэннес собиралась сесть напротив Далии, но жуткий рев оглушил уши. Стало сразу ясно, монстры вновь направились в их сторону.

– Мама… мамочка…– ревела Далия, не обращая внимание на окружение.

Если Далию ничего не волновало в данный момент, то Вэннес вскочила на ноги. Ее взгляд наткнулся на их тренировочные мечи, чуть заваленные обломками. Припоминая, Вэннес вспомнила, что они кинули их в угол закусочной с неделю назад. Они правда собирались забрать их домой, но теперь в этом не было смысла.

Схватив свой тренировочный меч, Вэннес и без чужих упреков понимала бесполезность этого предмета. Вряд ли деревянный меч поможет выстоять против монстров, но попытаться стоит. С мечом в одной руке и прихваченной с пола спинки стула, Вэннес подкралась тихонько к окну витрины.

Среди всех обломком, можно наблюдать множество разорванных трупов людей и животных, вызывающих неприятный осадок внутри. Грустно смотреть, как ранее оживленный город превратился в ходячий хаос, сродни аду.

Вскоре на обрубленной дороге появилось два монстра, оглядывающихся из стороны в сторону. Их глаза вертелись в разные стороны, то сужаясь, то расширяясь. Стоило раздаться мелкому шороху в кустах, как они тут же нападали, убивая своими когтями животное.Тушка белоснежного домашнего кролика безжизненно повисла на длинном когте монстра, вызывая внутри Вэннес тошноту.

– Нам пора уходить.– твердо произнесла Вэннес, быстро подходя к Далии.

К сожалению Далия словно не слышала ее слова. Сжав в своих объятиях тело матери, ее спина безудержно вздрагивала. Вэннес прекрасно понимала ее чувства. Она вообще не знает, что произошло с ее родителями после прорыва врат.

Сжав кулаки и собравшись с духом, Вэннес посмотрела на Далию:

– Нам сейчас же нужно сваливать отсюда.

– Я не могу бросить маму!– вскрикнула Далия, прижимаясь к охладевшему телу.

Кристальные капли слез разбивались о бледное тело Цзин Бейли, окутывая кожу и раны тонким слоем влаги.

– Я понимаю твои чувства, но…

– Ни черта ты не понимаешь!– оскалившись, Далия со всей силы ударила протянутую руку.

В этот момент в глазах Вэннес отражался страх и беспокойство. Ее тыльная сторона ладони побаливала от сильного удара, но сделать в ответ она ничего не могла. Далия пребывала в таком сильном отчаянии, что оказалось трудно подобрать нужный ключик к ее сердцу.

– Дали…

Не успев и слово сказать, пол затрясся. Инстинктивно, Вэннес подбежала к Далии, накрывая ее тело своим. По всему помещению прошелся безумный рев и холодок ветра, не свойственный лету. Тело Далии в руках Вэннес вздрогнуло, а слезы перестали течь.

– О-они тут…– заикаясь прошептала Далия.

Руки с силой вцепились в жилетку Вэннес, а взгляд не отрывался от множества глаз, смотрящих прямо на них. В воздухе застыла тишина и обернувшись, Вэннес столкнулась с монстром, находящимся в двух метрах от них. Казалось, он не заметил их, но стоило двинуться, как откуда-то сзади него появился хвост, направляющийся в их сторону.

– Беги!

Поставив перед собой быстрый блок деревянным мечом, Вэннес полностью приняла удар, чувствуя сильную отдачу в плечо.

Трудно.

– Черт!– зашипев, Вэннес обратила внимание на свое запястье, на котором остался след от хвоста.– Задел все же.

– Вэннес!

Подняв взгляд, Вэннес тут же присела, ощущая как ее суставы хрустнули от резкого движения. Монстр с размаху махнул своим хвостом, обрушая остатки уцелевших стен. Он точно не ожидал, что жертва сможет увернуться, застывая на мгновение на месте. Хватило секунды и опомнившись, монстр издал очередной нещадный вопль, явно зовя подмогу.

Перед ним стояла не обычная жертва и встрепинув свою жесткую шерсть, приготовился нападать.

– Хватай тело тетушки и спрячь его в укромном месте!– скомандовала Вэннес, ставя очередной блок.

Боль волной растеклась по руке, оставляя неприятное ощущение. В данный момент Вэннес беспокоилась о Далии и ей было все равно на свое собственное тело. Скорее всего, принимая удары, она слома себе пару костей в руке, но ей было все равно. Высокая регенерация компенсировала все травмы, поэтому Вэннес стойко продолжал стоять на месте.

– Только через мой труп!– взмахнув мечом, Вэннес криво ударила по хвосту, отсекая его малую часть.– Аааа! У меня получилось!

В глазах Вэннес сиял восторг, а сердце зашлось бешеным ритмом. Однако радость оказалась не долгой. Монстр развернулся, злобно завывая от боли. Отсеченный кусок хвоста упал на землю, оставляя на грязном полу лужу черной, вязкой жидкости. Вэннес знала, что своими действиями разозлила монстра, и теперь выстоять будет намного труднее.

– Вэннес!– Далия прижалась спиной к стене, обнимая тело матушки.– Что нам делать!?

Глаза Вэннес забегали из стороны в сторону, обдумывая следующий ход, но сделать это было трудно. Монстр со всей силы набросился на нее, намереваясь убить одним движением, но вовремя отскочив, он пролетел мимо, врезаясь в стену.

– Сейчас!– крикнула Вэннес, вставая между монстром и Далией.– Отнеси тетушку в кладовую. Там есть погреб. Спрячь ее внизу!

Далия тут же послушно встала с места и на дрожащих ногах понесла мертвое тело в погреб. Хотя он был завален, под громкие звуки битвы Далия разгребла обломки, еле как открыв потайную дверь. Внутри тетушка Цзин хранила разные консервы и закрутки овощей собственного приготовления и Далия никогда не подумала бы, что ей придется прятать тело своей мамы в таком месте.

Не заставив себя долго ждать, Далия выскочила к Вэннес. Монстр уже изрядно истек черной кровью, прихрамывая на одну ногу. Спина Вэннес непрерывно вздымалась, меч уткнулся в кровавую лужу, поддерживая ее тело. Картина выглядела сюрреалистично и с трудом верилось, что происходящее перед ее глазами на самом деле реально.

Незаметно прокравшись к стене с ее собственным деревянным мечом, Далия схватила его и встала за спиной Вэннес, не решаясь двинуться дальше.Монстр обезумев смотрел на девушек своими израненными глазами, готовясь к атаке.

Встав в стойку, Вэннес рукой оттеснила Далию подальше за свою спину. Она примерно поняла атаки противника и сейчас, когда у него нет возможности атаковать своим основным оружием – хвостом, оно лишь неумело пыталось нанести удары лапами.

– К-как ты его так и-изранила деревянным м-мечом?– чуть заикаясь произнесла Далия, смотря на свой собственный.

– Просто вливаешь энергию в него и края становятся острее любого лезвия.– без задней мысли ответила Вэннес, парируя удар монстра и вонзая свой меч в его единственный уцелевший глаз.

Далия задумалась и помахав мечом, не совсем понимала, о чем говорит Вэннес. Какая энергия? Но долго думать ей не дали. Схватив Далию за руку, Вэннес отскочила назад. Места в помещении и так мало было, а из-за бойни стало еще меньше. Единственным верным решением для Вэннес стало выйти наружу. Рискованно находиться на открытой местности, зато можно не бояться быть заваленной обломками.

Теперь, когда все глаза монстра поражены и зрение наверняка ослабло, оставалось всего несколько ударов. Поднявшийся ветер с силой развивал волосы девушек, чьи тела были окрашены человеческой кровью в перемешку с черной кровью монстра. Это было доказательном, что они могут постоять за себя.

– Осталось немного.– произнесла Вэннес.– Мы почти закончили…

Все тело вздрогнула и Вэннес поняла, что именно упустила из виду. Их было два. Два монстра… но где же второй? Оглядевшись, Вэннес подняла взгляд на крышу соседнего здания, чувствуя как внутри холодеет.

Вцепившись в крышу дома, монстр пристально смотрел на Вэннес и стоило услышать рев сородича, бьющегося о стены, издал громкий рокот. Времени оставалось не так много.

– Обороняйся.– твердо сказала Вэннес.

Сорвавшись с места и действуя на опережение, Вэннес побежала к израненному монстру. Она намеревалась добить его намного быстрее, чем эти твари успеют объединиться. Вложив всю свою духовную энергию в один удар, появился легкий золотой свет. Рассекающий удар прошелся по всему телу монстра и вздрогнув напоследок, замертво упал на землю.

Первая большая победа. Гордо посмотрев на монстра, Вэннес подняла взгляд наверх, смотря прямо в многочисленные глаза второго монстра. В ее крови бесстрашно бил адреналин и на эмоциях подняв руку вверх, показала средний палец. Вряд ли монстр понял ее благой посыл, но точно был недоволен смертью своего сородича.

– Э?– застыв, Вэннес посмотрела на монстра, прыгнувшего прямо к ней.– Почему он прыгнул прямо ко мне?

– Может потому, что ты его спровоцировала? Кто вообще показывает средний палец в такой ситуации?– дрожа, Далия подбежала к Вэннес, ставя меч прямо перед собой.– Ты устала, в этот раз я встану на твою защиту.

Хотя голос Далии дрожал, а руки покрылись мурашками, Вэннес была признательна. Все ее тело выглядело убого и в грязи, но по большей части, ран не было. Даже царапина на запястье, полученная хвостом монстра уже затянулась.

Переживать не о чем.

– Справишься?– на всякий случай спросила Вэннес.

– Постараюсь.

Собравшись с духом, Далия встала в боевую стойку, хотя внутри нее все еще бушевал страх. Она не могла поверить, что именно сейчас ей нужно сражаться с монстром лицом к лицу. Но Далия так же понимала – от этого зависит не только ее жизнь, но и жизнь Вэннес.

Монстр со свирепым ревом прыгнул прямо на Далию. Тело его взметнулось в воздухе, как будто готовое вонзиться в них с невероятной силой. В этот миг Вэннес заметила, что у него травмирован один глаз – видимо успел с кем-то провести бой.

– Бей сначала в глаза, а я пока отвлеку его мешающий хвост!– громко скомандовала Вэннес.

Быстро схватив Далию за край куртки, Вэннес потянула ее в сторону, уворачиваясь от прямого столкновения. Силы у монстров много и удары болезненные. Далия только недавно отошла от болезни, поэтому Вэннес ясно осознавала, что для ее тела будет тяжело принять удар на прямую.

Волнение внутри Далии перетекло в желание действовать. Кровь бурлила, а сердце призывало наступать. Действие адреналина в реальной жизни. Сжав крепче меч в руках, Далия решила действовать по плану Вэннес.

Монстр, делая крутой разворот, подскочил к Вэннес, а она, скользнув в бок и обманув его ожидания, взмахнула мечом, отрубая часть хвоста, направлявшегося в ее сторону. Может монстр и думал, что девчонке повезло победить глупого сородича, когде его часть хвоста валялась на асфальте, его яростный рев распространился по всему району.

– Черт! Он зовет сородичей!– крикнула Вэннес, подхватывая конец заостренного, словно лезвие, хвоста.

Поняв намек, Далия изо всех сил напрягла свои силы, вспоминая ту энергию, разлившуюся по всему телу от принятого зелья. Яростно открыв глаза и сжав меч, сильный удар отразился на теле монстра, за раз повреждая несколько бегающих глаз. Черные брызги крови окропили одежду и лицо Далии, придавая ей мрачный вид.

– Тварь, это за маму!

По щеке Далии прокатилась тонкая нить солоноватой слезы. Ее крик разорвал секундную тишину, наполняя душу горем утраты. Теперь она точно осталась одна в мире, полном отчаяния и только лучшая подруга, давала повод жить.

Поняв малую толику работы духовной энергии, Далия с злобой посмотрела на скорчившегося монстра и вложив в меч всю свою силу, рассекла воздух, дробя тело на две части. Разрывающая тишина разнеслась вокруг, и настоящий момент победы, казалось, стал вечностью. Далия стояла возле расколотого тела монстра, ошарашенная собственным поступком. В ее руках все еще ощущались остатки духовной энергии.

– Мы… сделали это…– прошептала Далия.

Глаза Вэннес светились удовлетворением, а голос трепетал от усталости, но тем не менее не мешал издавать победоносные возгласы. Но это мгновение радости оказалось мимолетным. С соседней улицы послышался новый рев, сопровождаемый гулом топота другого монстра. Страх и волнение снова вернулись.

Опустив взгляд на меч, Вэннес вынесла вердикт – ему очень плохо. Бой с двумя монстрами сильно износил деревянный меч, что в принципе немыслимо. Сложно поверить, что эта деревяшка вообще не развалилась от пары ударов. Возможно, меч уцелел только из-за духовной энергии, питающей его.

"Нужно искать новое оружие."

Быстро осмотрев окружающие дома, Вэннес старательно вспоминала, есть ли кто-то, у кого есть оружие. Дома находились фактически у леса и естественно здесь жили охотники, вот только все они пользовались огнестрелом, который вряд ли поможет против этих громадин. Скорее это будет легкий пшик в их сторону.

***

– Госпожа, что прикажете делать с этими существами?

Мужчина в белом плаще и с накинутым капюшоном склонил голову, не смея поднять ее, и лишь небольшие ушные крылья выглядывали наружу. Рядом с ним стояла девушка в точно таких же одеждах, склоняя голову. Перед ними возвышалась статная фигура женщины, надменно смотрящей с края высокого здания куда-то в сторону склона. Ее рука подрагивала, но лицо не выражало ни единой лишней эмоции.

– Оставьте. Эти крысы не выживут в новом мире больше дня.– голос женщины лезвием прошелся по воздуху, развивающим ее белоснежные локоны, спадающие на плечи.

Женщина еще раз окинула взглядом две далекие фигуры, считая их лишь небольшим отклонением от заданного курса. Белоснежные ушные крылья дернулись и развернувшись, окинула своих подчиненных светом голубых глаз. Серьга с завитком солнечного луча колыхнулась в так движениям и пройдя мимо, ее силуэт наполовину растворился.

– Уходим.– властно произнесла женщина, щелкая пальцами и растворяясь в воздухе.

– Есть!– громко произнесли в унисон подчиненные поднимая головы.

Приказ госпожи для них закон. Использовав тоже заклинание, они исчезли вслед за своей госпожой.

Неделю спустя.

Прижавшись уставшим телом к теплому песку, Вэннес смотрела в ясное небо, подергивая уголками губ в улыбке. Все произошедшее теперь казалось страшным сном. Стоило на мгновение закрыть глаза и тут же слышались голоса местных жителей: дедушки, угощающего их вкусностями, кондитера, пекущего вкусные сладости, даже спорящих тетушек за игрой в го. Все это исчезало, как только веки открывались и ресницы вздрагивали под морским бризом.

– Вот.– послышалось сбоку.– Уцелевший сок из автомата с напитками. Выбор маленький, ведь мы разнесли пол города, но тем не менее…

Далия неловко улыбнулась, протягивая Вэннес вишневый сок. Они и правда хорошо постарались в течении недели. Первые два дня приходилось бегать от монстров и по минимуму встревать в бой, но чем больше они крушили, тем больше опыту набирались.

Сейчас Вэннес с Далией точно могут сказать одну вещь, замеченную во время зачистки всего города – после прорыва врат, местность разделилась на уровни преображенной зоны, в которых монстры могли разительно отличаться друг от друга. И не только это, по минимуму, но зоны так же отличались своей местностью, словно подстраиваясь под самих монстров. Так же босс – они нашли логово главаря, который обосновался на втором уровне.

С трудом зачистив все уровни, Вэннес часто натыкалась на различные предметы, от которых исходила духовная энергия, прямо как от предметов за черными вратами. Казалось, все найденные вещи принадлежат другому миру и сам бог знает, как они попали в их мир. Однако все найденные предметы не были лишними и каждый из них по своему помог в битвах. Так после одного из боев у моря Далия нашла три небольших красных мешочка с коричневой лентой. Сперва они показались бесполезными находками, но из-за исходящей от них духовной энергии, решили оставить. Кто же знал, что эти мешочки окажутся очень полезными?

Чем дальше они пробирались по зоне, тем больше различных артефактов находили. Сперва просто скидывали в найденный рюкзак, но некоторые вещи имели большие размеры и не могли уместиться в маленьком пространстве. Именно поэтому в один из дней они уселись на пляже и выложив все найденное, стали перебирать. Предстояло решение, что оставить, а что выкинуть. Некоторые из вещей Вэннес с Далией уже успели опробовать и все, что они точно оставляют, сейчас на них. Защитная одежда, копье и меч из странного сплава, а так же артефакты в виде вечно пишущего пера для записной книги Далии и кольцо Вэннес, помогающее предугадывать движения врагов. Хотя вряд ли кольцо Вэннес имеет реальную способность, но по крайней мере веру в себя дает.

Как раз обдумывая, что можно выкинуть, привязанные к талии мешочки задергались. Сняв их, Вэннес не смогла удержать их в руках и взмыв в воздух, два из них равномерно поглотили вещи Далии и вещи Вэннес. Удивлению не было предела. Первоначальная паника тут же отошла на второй план и пораскинув мозгами, Вэннес предположила, что это пространственный мешочек. К счастью все так и оказалось. Стоило призвать нужную вещь, она тут же появлялась в их руках.

Удобно.

– Не хочу больше двигаться.– произнесла Вэннес, выпивая весь сок за раз.

– Нам остался только босс.– открутив крышку, Далия села рядом с Вэннес, раскидывая ноги в разные стороны.

– А что дальше? Что будет после того, как мы его одолеем? Да и одолеем ли?– чуть встряхнув бутылку, Вэннес пыталась вылить последние капли сока, что удавалось с трудом.

Далия тоже задумывалась об этом, ведь они почти завершили все свои дела в этом городе. Как только они расправились с большей частью монстров, пришло время провести последнюю церемонию проводов. Хотя копье Вэннес использовалось не по назначению, тем не менее выкопала яму возле могилы отца Далии. Раньше тетушка Цзин говорила, что хотела бы упокоиться рядом со своим любимым мужем, но никто не думал, что это время так быстро настигнет их.Захоронив тетушку Цзин, девушки провели прощальную церемонию с благовониями и молитвами, после чего оставив цветы и подношение, отправились обратно в город.

– Думаю… мы сможем. Наши силы как минимум вдвое выросли!– гордо произнесла Далия, чувствуя, как духовная энергия разливается по ее телу.

– Хах, это только ты так думаешь. Все стало лучше получаться только из-за обретенного опыта в бою. Мы хорошо изучали монстров и слаженно действовали, от чего было легче справиться с ними.– посмотрев в далекую голубую даль моря, Вэннес сжала бутылку из под сока.

– Может ты и права, но разве это не говорит о нашем личностном росте?– Далия выхватила из рук Вэннес бутылку и закинула в урну.– У нас всего одна попытка на эту тварь и как минимум мы отомстим за всех, кто покинул нас.

Задумавшись, Вэннес улыбнулась, считая ее слова правильными. Им есть за кого мстить.

– Хорошо. Тогда можем отправляться. Пол дня отдыха и силы полностью восстановлены.– вскочив с места, Вэннес поправила свою одежду.

Главный босс находился на противоположной стороне города. Его вид напоминал тех тварей с глазами по всему телу, от чего не сложно предположить, что повадки у него те же. Хотя они и похожи, никто не отменяет внезапных факторов, поэтому прибыв на место, Вэннес предложила первым делом остаться в стороне и немного понаблюдать. Все текло как по маслу и даже очень гладко. Монстр-босс просто спал на своем месте и лишь переодически открывал пару глаз, осматривая свое окружение на наличие вторженцев.

Те самые вторженцы полусонно сидели облокотившись друг на друга и не понимали сути происходящего. Вроде они нужным делом занимаются – высматривают нюансы поведения босса, а на деле все оказалось намного скучнее.

Кто же просто спит весь день?

В первый раз, когда они только обнаружили босса, он мирно спал на обломках, вернувшись к нему, они снова застали его спящим и понять причину такого поведения не предоставлялось возможности. Словно натуралисты, они потратили день на наблюдение за его повадками, а в итоге выяснили только то, что он любит поспать.

Ночью, когда луна ярко освещала пространство. Вэннес и Далия вытащили свое оружие, намереваясь провести внезапное нападение. Из всего этого внезапным была только его полная боеготовность. Выжидающий хищник все это время ожидал свою жертву. Теперь не понятно, кто на самом деле жертва: они, планирующие охоту с самого начала, или он, выжидающий нападения. Встрепенувшись, монстр откинул их ударной волной и ступив лапами вперед, уставился своими многочисленными глазами на двух жертв.

– Это не входило в наши планы…– прошептала Вэннес, втиснувшись в укрытие за обломками металлической конструкции.

Внутренний голос дрожал от осознания, что эта ночь могла оказаться для них последней. Вэннес не отрывая взгляда от монстра, неумело сжала рукоять своего копья так, что костяшки побледнели. У нее не было времени на сомнения. Стратегия требовала быстрые и уверенные решения.

– Черт! Кто же знал, что он не спал все это время?– прошептала Далия, перебегая к другому укрытию.

Выглянув из-за укрытия, Вэннес посмотрела на два развивающихся хвоста и в голове сразу всплыла та большая груда острых концов, валяющихся в мешочке. Вряд ли кто-то решил бы их собирать, но Вэннес и Далия нашли их весьма полезными.

– Нужно атаковать первыми, иначе он просто прихлопнет нас.– взволнованно произнесла Вэннес, присаживаясь на корточки.– Давай опробуем нашу стратегию против его мини версий.

Слова Вэннес звучали не совсем убедительно, и тем не менее попробовать стоило. Далия перехватила поудобнее свой меч из неизвестного сплава и приготовившись, кивнула. Всего пара взмахов хвостов разрушила укрытие, заставляя врагов выйти наружу. В несколько плавных прыжков Вэннес оказалась за спиной монстра, готовясь атаковать хвосты. Задача труднее, чем слежка за одним, но попытаться стоило. Пока Вэннес отвлекала внимание сзади, Далия сосредоточенно рассекала воздух.

Тело монстра было намного прочнее его меньших сородичей, от чего было труднее нанести какие-либо увечья. Словно насытившись этими мелкими покалываниями, он бросился вперед, его лапы выбрасывали клубы пыли. Вэннес успела увернуться, но Далия, цепляясь за свой меч, не колеблясь бросилась в атаку, надеясь поразить несколько его глаз, пока он отвлекся на свои хвосты.

Но монстр был не так прост. Его движения оказались более ловкими, чем ожидалось. Далия бросилась вперед и сосредоточив духовную энергию в мече, взмахнула им, проскальзывая мимо. Край меча задел боковой глаз, оставляя еле заметную царапину. Ответ на действие пришел моментально и не сумев увернуться, Далию откинуло ударной волной от ударившего в пол лапой монстра.

– Дали!– вскрикнула Вэннес, на секунду вздрагивая. Она не могла потерять и ее.

– Все ок!– помахав рукой, Далия привстала и вытащив мазь, моментально обработала рану на лбу.

Вэннес не колеблясь, проскользнула несколько раз мимо ударов хвостов и замахнув копье, решительно отсекла небольшую часть. Этого оказалось мало для хоть какого-то существенного урона и получив удар по ребрам, тело упало на колени. Адская боль разнеслась по всему телу. Вэннес застонала, пытаясь вдохнуть и в тоже время подняться. Разум боролся с жестокой реальностью.

Тем не менее Вэннес совершенно не беспокоилась о своих ранениях и монстр, словно чувствуя это, не дал ей ни минуты отдыха. Развернувшись, он снова взмахнул хвостами, намереваясь оставить зияющую дыру в хрупком теле. Однако Вэннес лишь улыбнулась и уклонившись в сторону, рассекающих движением отрезала значительную часть хвоста, проскользнувшего мимо нее.

Неимоверный рев раздался по всей округе и этот клич они уже знали. Призыв подкрепления.

– Ой-ой! Прости, но никто не придет к тебе на помощь.– сплюнув кровь, Вэннес уверенно выпрямила спину, облокачиваясь на копье.– Далия!

– Действую!

Далия решительно ринулась вперед и оперевшись всем весом на правую ногу, несколько раз взмахнула мечом. Сияющая энергия окрасила пространство, молниеносно устремляясь в монстра, явно не ожидающего эту атаку. Далия всего лишь решила попробовать что-то новое, что-то похожее на то, что она видела в комиксах. Она точно не ожидала получить положительный результат.

Воспользовавшись моментом, Вэннес влила огромное количество духовной энергии в копье и метнулась к черной тени в ночи. С неожиданной для себя быстротой, ее копье понеслось вперед, едва не оставляя след на холодной шерсти монстра.

Один удар – конец!

Проскочив мимо, монстр думал, что человек промахнулся, но стоило Вэннес резко остановиться всего в метре от него, ее тело моментально развернулось. Сияющее копье со всей силы пролетело сквозь монстра, вверх к небу, оставляя в его теле огромную дыру.

Монстр взвыл, и его огромная фигура колыхнулась в ответ на неожиданную атаку. Свет луны отразился в его глазах и закрыв их с истошным воем рухнул на землю. Недооценив противника, он пал в этом бою, даря другим надежду на лучшее будущее.

– Мы… мы сделали это!– в унисон закричали девушки, обнимаясь на земле.

На крыше высокого здания одиноко стояла фигура, презренно смотря на существо, безжизненно лежащее на земле. Все его тело было покрыто ранами и пылью, выглядя жалко. Хмыкнув, человек в белом нахмурился, разворачиваясь на месте.

– Госпожа будет недовольна.

Взмахнув плащом, капюшон на голове дернулся, открывая пару ушных крыльев. В темной ночи фигура растворилась в воздухе, не оставляя после себя ни пылинки.