Мотя Губина
Не ешь меня, Серый Волк!

Глава 1 Бедная хребтина…

«Внимание, мы падаем», – отстранённо думала я, наблюдая свой очередной кошмар.

Последнее время они приходят ко мне с пугающим постоянством.

Нет… Подождите-ка… Мы реально падаем!

Я падаю!!!

– А-а-а-а-а!!!

Небо уступило место зелёной листве. Жёсткие упругие ветки налупили меня по лицу и по всему, что ниже лица. То есть по телу.

Зелень сменилась коротким свободным падением, а потом…

Плюх! Шмяк!

– Ау-у-у! Агхгр-р-р-р!!!

Жалобное скуление подо мной неведомого существа, так удачно оказавшегося на пути сверху вниз, вмиг превратилось в утробное, угрожающее рычание.

Меня, без лишних церемоний, скинули на влажную землю, а в зоне видимости мелькнул серый… Хвост?!

– Мамочки! – зажмурилась я.

– Р-р-р-р! Р-Р-РР-РР!!!

Господи, обладатель хвоста явно недоволен! При таком скудном словарном запасе, я прекрасно понимала его негодование. Больше того! Всё бы сейчас отдала, чтобы оказаться… Не здесь!

– Р-р-р-р!

– Не ешь меня, серый волк, я тебе песенку спою! – быстро протараторила неожиданно для себя самой, обливаясь липким, холодным потом от страха.

– Агр-кххх-рхрх… – закашлялся мохнатый собеседник.

Ну всё, Алька, попала ты по самые панталончики! Говорил мне наш технолог: «У тебя, Косолапова, всю жизнь вместо жульена будет получаться грибной суп! Потому что неудачник – это диагноз!» Оскорблял по полной, в общем.

Вот и теперь – неужели не могла во всём лесу найти себе другую подушку для приземления? Почему именно волчья хребтина?!

Животное тем временем пошло по кругу, пугающе рыча и злобно фыркая.

Почувствовав горячее дыхание у себя за спиной, я приоткрыла один глаз.

Лесная полянка, на которую я так неудачно приземлилась, со всех сторон оказалась прикрыта густыми деревьями. И только в одном месте, чуть левее, между стволами виднелся тёмный проход вглубь леса. Может, волк пожалеет свою шкуру и не будет ломиться за мной сквозь чащу?

Я аккуратно перекатилась с одной полупопии на другую, напрягая мышцы и готовясь к решительному броску. Риск, что меня догонят и сожрут был довольно велик, но, как говорится, если не попробую, то сожрут однозначно.

Три…

Глубокий вдох мохнатого позади. Готовится к броску?

Два…

Долгий выдох от серого. Наверняка думает, за какой бочок лучше кусать. Не хотелось бы хвастаться, но у меня они весьма выдающиеся!

Один!

Быстро встав на четвереньки, а потом оттопырив пятую точку, я оттолкнулась ногами от земли, посылая в морду лесному зверю комья грязи, и понеслась со всей возможной скоростью в запримеченную расщелину, придерживая на ходу верхние «все сто двадцать».

Лишь бы добежать! Лишь бы!

Я разнесла своим крепким телом ближайшие ветки и буквально ворвалась в густую чащу.

Быстрей, быстрей! А то чувствую, что чуть-чуть замешкаюсь, и в мою упругую, колышущуюся на бегу попку вонзятся острые клыки настоящего волка.

Я неслась всё дальше, невзирая на то, что мои огромные меховые домашние тапочки с милыми ушками совсем не способствовали развитию скорости. А густые ветки всё никак не заканчивались. Они исцарапали уже всё, что только можно, и всё чаще в голову закрадывалась мысль, что волк не так глуп, раз не стал бежать за мной. Он же не бежит?

Оглядываться и проверять было страшно, так что я упрямо неслась, чувствуя, что на футболке под мышками уже расползаются уродливые пятна. Фуфло эти ваши антиперспиранты! Двадцатиминутный забег по пересечённой местности, и от действия хваленого средства не осталось и следа.

Мамочки, где же выход?!

Выход нашёлся чуть левее.

Счастливая и обрадованная, я выскочила на свободное пространство и… встретилась нос к носу с волком.

– Дура, – спокойно резюмировал он.

Ноги подкосились, и я шлёпнулась на собственный зад.

– На кой ляд ты через кустарник побежала? – склонил голову набок зверь.

– Он говорящий, – прошептала я.

– Я думающий, в отличие от некоторых, – закатил глаза волк. – Сначала на меня в лесу падает чокнутая, весьма тяжёлая девица, потом вместо извинений сбегает через кусты, где только чудом не убивается. А теперь смотрит на меня коровьим взглядом. Дура, как есть!

Вы когда-нибудь слышали, чтобы вас оскорбляло животное?

Пренеприятное, скажу я вам, чувство.

– Я бы попросила! – возмутилась я, рыская рукой по земле в поисках палки или камня. Говорящий волк или нет, а кушает он явно не чертополох.

– Проси, – разрешил Серый.

– Можешь уйти? – закинула я удочку.

– Это ты в мой лес пришла, – пожал он мохнатыми плечами.

– Я уйду.

– Уходи.

Наш разговор всё больше напоминал общение двух сумасшедших.

– Ну так я пойду? – уточнила у него.

– Ну так иди, – опять закатил глаза волк.

Я бочком отползла от животины подальше и аккуратно села на корточки. Под руку попалась крепкая коряга.

Знаю я эти уловки! Всем известно, что за бегущей дичью скакать приятней. Инстинкт охотника, что б его!

Не выйдет!

Меня детдом не сожрал, учёба в обшарпанном ПТУ не сломала и ночная работа в ближайшей к дому забегаловке не добила. Не волку серому со мной тягаться!

С этой героической мыслью я метнула найденную корягу зверю прямо в глаз и под громогласный рёв поверженного противника бросилась наутёк.

– Стой, дура! Остановись, глупая женщина! Ты же в деревню бежишь!

Ага! Испугался, гад обзывательный!

Проговорился, что деревня неподалёку! Вот там-то я и укроюсь от всех бед!

На всех парах я вылетела из леса и, перебежав небольшое поле, оказалась в центре небольшой деревеньки.

Проходящая мимо крестьянка при виде растрепанной девицы в весьма сомнительном одеянии уронила коромысло с полными вёдрами воды. Одно из них приземлилось четко на ногу плюгавому мужичку.

– Лихо, – прошептала она. А потом как заорёт в полный голос: – Лихо вырвалось из леса! Жги его!

Я испуганно крутанулась вокруг себя.

Лихо?! Где Лихо?!

Через пару секунд оказалось, что Лихо – это я.

Двое дюжих молодцов, под командованием пострадавшего плюгавого, быстренько подхватили меня под белы рученьки, связали верёвкой, в рот засунули кляп и потащили в самый центр деревни к деревянному столбу, куда расторопные селянки живенько натаскали хворост.

Это что же, меня жечь будут?!

Жечься не хотелось категорически!

– Помогите! – завопила я, выплёвывая грязную тряпку.

– Говорящее оно, не к добру, – проскрипел один из мужиков, а в следующую секунду мне врезали по голове лопатой.

– Тащи его к костру, – последнее, что услышала я, прежде чем потеряла сознание.

Глава 2 Разговор с волком

Голова болела, затылок ныл, а сознание уплывало.

Я разлепила опухшие веки и первым делом увидела морду серого волка.

– Только не кричи, – тут же предупредил он.

Я захлопнула рот и глубоко задышала через нос.

“Не кричать, не кричать, не кричать!”

– Я. Не буду. Тебя. Есть, – произнёс хищник четко выделяя каждое слово, а потом облизнулся.

Я сглотнула.

– Да я так и поняла… А если есть не будешь, не мог бы ты отойти? Мне немного некомфортно…

Я поёрзала, а животина, печально вздохнув, убрала с меня свои огромные лапы.

Если он есть не собирался, зачем тогда лапой придерживает, как пойманную курицу? И это хорошо ещё, что я такая крепкая и со всех сторон мягкая женщина! А если бы была тощей?! Сломалась бы под этой тушей!

Серый волк отошел и сел на пару метров дальше, давая возможность приподняться на локте и оглядеться.

– А где?.. – я недоуменно повертела головой, но со всех сторон стоял один и тот же лес.

– Что? Костёр? Могу вернуть, – волк явно считал меня чуток слабоумной.

– Нет, возвращать не надо, спасибо… Это ведь ты меня спас?

В ответ молчание.

– А чего они, то есть люди, взъелись-то?

Молчание.

Ладно, попробуем с другой стороны.

– Я же – не Лихо!

– А ты себя видела?

Я обиделась. Да, вот так бывает – сидишь в лесочке, разговариваешь с волком, а тебя морально унижают.

Нормально я выгляжу… Ну да, растянутая старая футболка после бега по пересечённой местности выглядела уже не первой свежести… Да и серые лосины, обтянувшие мою аппетитную поварскую попку, кое-где просвечивали дырами, а в волосах застряли ветки и листья…

Там же все ходили сплошь в платьях и сарафанах, а мужики в рубахах. Распущенных волос вообще не заметила. Мало того, все женщины головы под платки прятали. На их фоне я, круглая, потная, растрёпанная, в домашних меховых тапочках и с сумасшедшими глазами, действительно, выглядела… необычно.

Но это же не повод жечь!

– А как ты меня вытащил? – осторожно поинтересовалась. Ещё хотелось узнать зачем, но спрашивать не рискнула – вдруг он предпочитает не жареное, а сырое мясо?!

– Крестьяне не любят волков, – всё, что сказал волк, поднимая мохнатый зад и направляясь вглубь леса. Его длинный серо-белый хвост, словно пышная метёлка, еле заметно покачивался в такт каждому движению.

– Эй, стой! – переполошилась я. – А ты куда?!

Компания волка пугала, но остаться одной в незнакомом месте, в котором я непонятно как очутилась, казалось ещё страшнее!

С заметным усилием поднялась на ноги. Мышцы после неожиданно устроенной пробежки ныли и крупно подрагивали.

– Я ухожу.

– Эм… – сомневалась я недолго, – а с тобой можно?

В ответ зверь промолчал, а я, недолго подумав, решила, что можно счесть это за согласие, поэтому пошатываясь отправилась вслед.

***

Волк

Я шёл и с раздражением поглядывал на плетущуюся позади девицу. Она громко топала, громко дышала, сбивала на своём пути всё, что попадалось ей под ноги, а ещё бесконечно болтала.

Хотелось злобно зарычать и закопать её под одним из кустов.

Но нельзя.

Нельзя, потому что заклятие не спадёт, память не вернётся, и и не обернуться опять человеком. А жаль… Поэтому приходилось медленно, словно черепаха, идти через лес и слушать непрекращающийся трындёж глупой бабы. Неужели именно ей придется помогать?!

Как там Кикимора сказала? «Коль поможешь бескорыстно попавшему в беду человеку, что не испугается тебя в волчьей шкуре, то станешь вновь добрым молодцем. Память возвратишь и счастье своё найдёшь. Что? Как ты его узнаешь? Не волнуйся, он сам тебя отыщет».

«Отыщет» – не то слово. Мне чуть хребет не переломала эта дурында! И что мне теперь с ней делать?!

– Волк, а волк? – проныла странная баба в обтягивающих все неприличные места штанах. Я, правда, старался не смотреть, но иногда один глаз всё же съезжал… – А когда мы кушать будем? И куда мы идём? Мне домой надо!

Я глубоко вздохнул, стараясь не реагировать. Может, она сама как-нибудь замолчит?

– Волк, ты не слышишь, что ли? – куда громче спросила она, а потом… пару раз дёрнула меня за хвост!

Дёрнула. За хвост. Волка!

С яростным рычанием я повалил мягкое тело на траву и громко клацнул челюстями прямо перед круглым носом.

– Ещё. Раз. Так. Сделаешь, – медленно, впечатывая каждое слово в глупый мозг, прорычал на незнакомку, – и я тебя разорву.

– Н-нет, д-да! – проблеяла она, тараща на меня огромные голубые глаза, словно овца на выгуле. – То есть, всё поняла, милый волк. Не нужно меня есть!

Я убрал лапы и со скептическим видом наблюдал за тем, как она неуклюже поднимается, а потом, подозрительно посмотрев на меня, встает на ноги.

– На болота пойдем.

Была бы моя воля, вообще бы ничего не говорил. И так в лес сказочный впустил! Буквально недавно границу перешли, куда обычным людям хода нет. А она и не заметила!

Незнакомка замерла и, развернувшись ко мне полубоком, подозрительно осведомилась:

– Зачем?

– Кикимору навестим.

Ну вот, теперь уже точно всё.

Развернувшись, уверенным шагом пошёл вперёд. Пусть хоть бежит, мне всё равно.

Но стоило пройти шагов пятьдесят, как я понял, что не слышу за спиной характерного шумного дыхания.

– Ты чего? – развернулся на стоящую столбом девушку.

– Да вот мне уже не очень хочется идти, – призналась она. – Может, ты мне просто поможешь сарафан добыть? Я тогда в другую деревню попробовала бы зайти.

У меня чуть дым из ушей не повалил.

В несколько прыжков я оказался рядом, поднырнул под ноги, что мгновенно подкосились, вывернулся из-под руки, и не успела чужачка оглянуться, как оказалась закинута мне на спину.

– Держись, а то свалишься и костей не соберёшь, – предупредил её и под испуганный писк рванул сквозь чащу.

Чтобы я свой шанс снять заклятие упустил? Да ни в жизнь! Притащу эту девицу к Кикиморе, и пусть разбирается, тот самый это «человек», или другого искать…

Глава 3 Вот и познакомились…

Это агрессивное животное скакало через лес, время от времени угрожающе щёлкая зубами, если я пыталась свалиться с его спины.

Честно сказать, я попыталась соскальзнуть лишь один раз, но оценив, на какой скорости придётся падать, лишь крепче вцепилась в серую жёсткую шерсть. Все остальные «попытки» побега возникали сугубо вне плана, потому как волк совершенно не заботился о том, чтобы везти меня аккуратней. Он прыгал, скакал, делал резкие повороты, так что я вообще удивлялись удивлена тому, что выжила после подобной прогулки.

На очередном повороте мой транспорт резко затормозил, а я, не успев зажать его спину коленками, перелетела через мохнатую голову и шмякнулась носом о мягкий мох.

– Прибыли, – известил меня Серый.

Я нечленораздельно произнесла пару ругательств прямо в зелёную растительность, а потом всё же подняла голову.

Вокруг простиралось… болото.

Вот прямо как его описывают во всяких сказках… На настоящем болоте раньше мне бывать не доводилось, но примерно так себе его и представляла.

Рыхлая почва кое-где с лужами, кое-где с мхом, а кое-где она срывалась в настоящие озера; редкая растительность в виде чахлых деревьев, но при этом довольно жирных кустов, непонятные лианы, вьюны и тошнотворный запах. А ещё духота…

– Пойдём обратно, а? – жалобно попросила я у мохнатого.

На меня посмотрели убийственным взглядом.

– Выходи давай, – рыкнул он, – я не буду ждать вечность!

Я подскочила и испуганно огляделась.

– Куда выходить? Я же уже здесь!

– Да не ты, – закатил он большие ореховые глаза, – а она – хозяйка болот.

– Да, Алевтина, он обращался не к тебе, а ко мне.

Я резко крутанулась и уставилась на лесную нимфу… Или кого-то очень похожего.

Зеленоватая кожа, небольшие аккуратные жабры на шее. Чёрно-смоляные волосы и тонкий стан. Мечта, а не девушка! Ну и что, что экзотичная внешность, зато держится как королева!

Я незаметно одёрнула мокрую грязную футболку, задравшуюся со спины.

– Откуда вы меня знаете?

– Природа шепчет, – туманно ответила дева, не меняя отстраненно-одухотворенного выражения лица. Она смотрела чётко в противоположную чахлую сосну.

– А что ещё она шепчет? – заинтересовалась я. – Как мне домой вернуться? Как я сюда попала? Понимаете, я спала. Наверное… А потом мне такой сон приснился… И я как полетела! И упала! Еле жива осталась, ей Богу!

– Кто бы говорил, – кашлянул сбоку волк, недружелюбно на меня посматривая.

– Не спала ты дома, а бродила в полуснах. Нет тебя больше в том мире, – был мне ответ.

– Логично, – согласилась я, – потому что я здесь. В этом и проблема! А как обратно-то?

– Да помолчи ты! – рассердился сзади мохнатый.

– Домой хочу! – я бочком придвинулась поближе к… Кикиморе, видимо, и подальше от волка. – Верните меня обратно, а?

– Теперь твой мир тут, – дева впервые посмотрела на меня, и от её потустороннего взгляда у меня мороз по коже пошёл. Она вскинула руку и показала на животное. – Он поможет тебе выжить в новом мире.

– Что?!

– Нет!!! – взвыл волк, задирая мохнатую пасть. – Только не она!

– Только не он! – вторила я.

– Да я её лучше прямо здесь утоплю!

– Да я… Что?! – я поперхнулась.

– Урона меньше будет, – серьёзно ответил он. – это же – ходячая катастрофа. Зачем ей мир новый? Пусть обратно в свой катится!

– Ну, вот да! – пришлось согласиться, хоть и стало немножко обидно

– Поможете вы друг другу, – удовлетворённо заключила лесная дева, а в следующую секунду легко прыгнула в ближайшую лужу и провалилась с головой под воду!

– Что?! Куда?! – переполошилась я, бросаясь следом.

– Куда, ненормальная?! – в край моей футболки вцепились волчьи зубы, а в следующую секунду меня отбросили на мох. – Там же болото! Жить надоело?!

– Так она же… – я трясущимися руками указала на пару раз булькнувшую жижу.

– Она – Кикимора, дурында! Это её владения!

Я поджала губы.

– Хватит уже обзываться! Я – не дурында! Иначе я тоже обзываться буду!

– Да? И как же? – насмешливо поинтересовался мохнатый.

– Ну… это… волк зубами щёлк! – начала было я, но под уничижительной ухмылкой быстро скисла… Пока меня не осенило: – О! Блохастый!

Ухмылка мигом слетела с морды зверя, а следом меня снова впечатали в мох.

– Ещё раз такое скажешь, – прорычал Серый, страшно скаля белоснежные зубы… Даже знать не хочу, обо что он их точит! – И я тебя всё же закопаю, понятно?!

Я мелко-мелко закивала.

Всё-всё понятно! За хвост не дёргать, шуточки по поводу внешности не отпускать. К сожалению, мне пригрозить ему в ответку совершенно нечем, так что, скорее всего, придётся терпеть оскорбления в одностороннем порядке.

Хотя… Если нам теперь вместе путь держать, а готовить, скорее всего, буду я, то не могу поручиться, что кое-кто мохнатый не подхватит желудочные колики, если ещё раз меня оскорбит… Случайно, конечно…

Видимо, на лице отобразились довольно кровожадные мысли, потому как с меня слезли и хмуро скомандовали:

– Вставай, женщина, и иди за мной, раз уж ты теперь моё наказание…

– Я девушка, вообще-то, – проворчала я, перекатываясь поднимаясь на ноги и отряхиваясь. Земля под ногами хлюпала и ходила ходуном.

– Ну, идёшь? Или оставить тебя здесь? Леший как раз недавно жаловался, что мало стало пропитания на болотах.

А он умеет уговаривать!

– Иду, иду! – преданно засеменила я за пушистым провожатым, стараясь наступать точно туда, где проходили его огромные лапы. – Не переживай, я исключительно понятливая девушка, у тебя не будет со мной никаких проблем, честно-честно!

Спереди лишь страдальчески вздохнули.

– Я, кстати, Аля, а ты?

Некоторое время мы шли в молчании, но потом, когда я уже и не надеялась получить ответ, Серый повернул голову и произнес:

– Волк. Зови меня Волк…

Глава 4 Заяц

– А кушать мы когда будем? – ныла я, уже не чувствуя ног от усталости. – У меня пяточки болят, и в боку колет.

– Да когда же ты уймёшься-то, женщина?! – возмутился блохастый.

– Ну, давай устроим привал! – я устало плюхнулась на землю и сложила ручки на животике. – Я не сделаю больше ни шажочка. Ну, Волк… Волкуша… Ну, пожалуйста…

– Какая я тебе Волкуша?! – возмутился Серый, усаживаясь на пушистый хвост и задней лапой элегантно почёсывая ухо.

Я как-то даже засмотрелась и сама тоже почесала за ухом – всё же комары в этом лесу – звери дикие. Похуже Волка будут!

– Так может… – я с интересом огляделась, – ты костёр разожжёшь, а я за грибами схожу? Вот мы мимо рощи проходили, там беленькие были – я видела.

Скептически посмотрев на свои лапы, зверь хмыкнул.

– А как я тебе его разожгу? Нет уж, пошли дальше. Через километр на лесную тропу выйдем. Авось, кто и приютит на ночь…

Простонав я снова поднялась. Вот чувствую, после такой прогулки точно на несколько килограммов похудею. Всё, что нажито непосильным трудом, сброшу!

Долго ли коротко ли… шли мы, шли…

– Смотри, домик! – обрадовалась я, резко срываясь с места, хотя до этого уже еле плелась, чувствуя, что вот-вот замертво свалюсь.

– Стой, блаженная! Куда ты несёшься?! – послышался позади голос Волка.

Но я не слушала, ведь там, впереди, стоял дом! Самая настоящая небольшая избушка, утопленная в мох. А в маленьком круглом оконце горел приветливый огонёк.

Я прижалась к двери носом, чувствуя, что от голода сводит все внутренности, и громко постучала.

– Эй, хозяева! Открывайте! Мы к вам в гости пришли! Принесли… – тут я задумалась, – настроение хорошее и песню радостную!

– За что мне всё это? – пробормотал позади Волк.

– Я хоть что-то пытаюсь сделать для общего блага! – возмутилась я. – Мы и так без гостинцев, а могли бы…

Тут я замолчала, так как сбоку от избушки показались два серо-розовых ушка. За ними высунулась узкая мордочка и с интересом повела носом по воздуху, шевеля белыми усиками.

– Вооолк… – прошептала я, облизываясь. – Смотри, заяц! Хватай его!

– Что?! – Серый посмотрел на меня оторопело.

– Знаешь, какое я умею рагу с крольчатиной делать?! – стараясь не шевелиться, чтобы не спугнуть наш ужин, прошептала я. Заяц тем временем таращился на нас и чуть дёргал ушами в такт разговору. – Давай быстрее, пока не сбежал, я даже сама готова с него шкуру содрать! Ням!

Ушастый вздрогнул, а мой провожатый усмехнулся.

– Э-э-э, нет, ты, пожалуй, как-нибудь сама лови.

Попрыгун тем временем сделал пару осторожных шагов обратно за дом, так что спорить с Волком уже было некогда. Плюнув на всё, я с громким кличем решительно рванула в сторону мохнатой дичи.

– А-а-а-а!!! – завизжал заяц, выскальзывая прямо из моих пальцев и бросаясь наутёк.

– Волк, убегает! Держи его! – я носилась за зайцем, то и дело наклоняясь, чтобы поймать.

Ещё один бросок…

– Отстань от меня, ненормальная! – послышался визгливый голос, когда я лицом угодила в запрелый стог сена.

– Кто это сказал?! – я подняла голову и испуганно огляделась.

Перед входом в дом стоял Волк и нагло ржал надо мной, фыркая и сотрясаясь, словно в приступе астмы. Рядом с ним, на краю деревянной телеги сидел заяц и, сложив передние лапы на мягкой грудке, отбивал задними нервную чечетку.

– Серый, ты где это животное достал?! – недовольно уточнил он.

Я так и села.

– И этот говорящий… – прошептала поражённо.

Звери переглянулись.

– Где ты взял ЭТО? – недовольно повторил ушастый.

– Не поверишь, сверху упало.

– А отдать обратно?

– Нельзя, ЭТО – оно самое…

– О-о-о…

– Да.

– Эй! – возмутилась я. – А меня никто спросить не хочет? Я не «это» и не «то самое»! Я – Аля!

– А кто с меня шкуру сдирать собирался? – справедливо возмутился Заяц.

Я немного смутилась.

– Ну, я погорячилась… немного. Просто кушать очень хочется.

Оба вздохнули.

– Что, совсем никак не избавиться? – с надеждой уточнил ушастый.

– Совсем никак, – печально кивнул блохастый.

– Ладно! – мягкая пушистая лапка, как я уже поняла, хозяина домика топнула, и Заяц проговорил: – Тогда сегодня будете моими гостями. Заходите, так и быть, накормлю вас рагу…

Я заулыбалась. А он зловеще добавил:

– …с человечиной.

– Эй! – возмутилась я.

Парочка рассмеялась такой удачной шутке и дружно направилась в жилище Зайца. Ну, и я вместе с ними. Угрозы угрозами, а желудок просит кушать…

Внутри оказалось… тесно.

– И как тут у вас помещаться? – бормотала я, пытаясь не задеть головой потолочный светильник, осторожно вытягивая ноги на почти игрушечной кровати.

– Никаких проблем не вижу, – с другого края развалился Серый, довольно грациозно подвернув лапы к мохнатому брюху.

– Тебе хорошо, – возмутилась я, – у тебя там простор, на кухне-то. А у меня…

– На улице удобно будет, могу предложить, – хмыкнул хозяин землянки, проскакивая мимо моего локтя, подпирающего дверь.

– Да нет, – тут же сориентировалась я, – это я так, господин Пушистик, просто мысли вслух. У вас очень удобный и красивый дом!

– Другое дело, – проворчал он, помешивая деревянной поварёшкой в огромной кастрюле.

При желании, там и он, и всё его заячье семейство поместилось бы. Но нет, из кастрюли поднимался густой пар с запахом ароматного свежего рагу, которое… было совершенно вегетарианским…

Я голодно облизнулась. Жаль… а с крольчатинкой было бы вкуснее.

Но, похоже, отведать в ближайшее время мяса для меня не представлялось возможным, так что пришлось радостно хлопать в ладоши, когда из такой огромной кастрюли мне наложили рагу в… малюсенькую тарелочку.

– Ой, спасибо, Зайчик, – умилилась я, – а добавка будет?

– С чего бы? – недовольно дёрнул он ухом, щедро наваливая целую лохань для Волка.

Сам же, вооружившись деревянной ложкой, довольно цивилизованно начал поглощать тушёную морковку да капусту из средней тарелки. Поменьше, чем у волка, побольше, чем у меня. Только длинные зубы стучали о дерево. Тык-тык-тык…

– Ну как же… – так как мне ложку никто не предложил, я наклонила тарелочку и залпом влила в себя всё её содержимое, – как же… у вас же… столько.

– Ты прожуй сначала, – посоветовал Волк.

– Ага… – я быстро пережевала обжигающе горячие овощи и громко сглотнула, – у вас такая большая кастрюля, стухнет же! На улице чай не зима, хранить негде.

– А у меня семейство Ежей столуется, – совсем не смутился ушастый, – я им за грибы сушёные горячее питание выделяю.

Вожделенная добавка прямо на глазах ускользала в ненасытные желудки каких-то Ежей.

– Я же гость! – возмутилась искренне. – Давайте, тоже пользу принесу?

– Это какую, например? – тут же с интересом уточнил Заяц, дёргая носом.

– Я посуду помою, – решение нашлось быстро.

Уж я-то знала, какая работа самая противная на пищевом производстве. И если для маленьких тарелочек даже наша столовая приобрела в своё время специальный агрегат, то для огромных кастрюль, ножей и досок посудомойками назначались самые несчастные проштрафившиеся повара. Ну, и я, соответственно. Мне вообще всегда больше всех доставалось. Жаль, не зарплаты…

– Посуду, это хорошо, – задумчиво проговорил ушастый, кивая сам себе и прыгая обратно к плите.

Он достал с полочки такую же маленькую тарелочку, какая была у меня, а потом огромную лохань, из которой угощал блохастого.

– Хм… – протянул задумчиво. И, судя по интонации, в маленьком сером комочке явно притаился расчётливый делец.

– И завтрак сделаю, – добавила я вкрадчиво.

– Вообще-то, я не планировал здесь ночевать, – хмыкнул Волк.

– Цыц! – прервала я, радостно наблюдая за тем, как делец в Зайце победил, и он вернул кукольную тарелочку на место.

Я заулыбалась, только и лохань вернули обратно. Вместо нее хозяин дома снял с полки обычную глубокую тарелку, какие всегда имеются в любой уважающей себя столовой.

– Радуйся, блаженная, – проговорил он с достоинством, наваливая мне половником чуть больше половины объёма. – Сегодня я невероятно щедрый!

– Спасибо, – довольно кисло улыбнулась я.

За дверью послышалось какое-то шебуршение, и Заяц, деловито вымыв лапы в допотопном умывальнике, попрыгал на выход. Мы остались с Волком одни и лишь моя ложка громко стучала по дну тарелки. Волк почему-то не притронулся к своей порции, довольно лениво позевывая и оглядывая жилище старого знакомого безразличным взглядом.

– А ты что… не будешь? – я жадно всмотрелась в тарелку соседа.

Если честно, уже не помню, когда не ела целые сутки подряд! Я попала сюда прямиком из кроватки, а значит, последнее, что видел мой желудок, – это поздний ужин…

С тяжёлым вздохом Волк лапой отодвинул от себя лохань. Она прокатилась по деревянным доскам прямо до моих ног и послушно застыла, источая дурманящий аромат.

– Вот спасибочки! – я схватила подношение, совсем чуть-чуть устыдившись своего дурного поведения.

В конце концов, у меня стресс, и совсем непонятно, когда ещё выдастся возможность поесть – надо запастись на пару дней вперёд!

– А вообще, ты прав. Такая еда не для волков – здесь же мяса нет! А ты не козёл, чтобы жевать морковку! Ничего, сбегаешь в лесок, поймаешь себе кролика… – тут я сообразила, что сказала, и исправилась: – Ну… не говорящего. Тут же есть такие?

Волк молча закатил глаза.

– Или ты вегетарианец? – я даже жевать перестала.

– Молчи и ешь, – не выдержал он, рыкнув.

– Слушаюсь! – я оперативно застучала ложкой по лохани.

Я успела выхлебать чуть недосоленное варево как раз до того, как Заяц вернулся в дом. Даже лоханку обратно к Волку придвинула, мол, это не я! Ушастый задумчиво осмотрелся.

– Так, девка, – распорядился он, – кастрюлю бери и на выход. Накладывать порции будешь.

– А ты? – удивилась я.

Честно говоря, я наелась так, что не то что куда-то идти, мне дышать было тяжело! Поэтому искренне надеялась, что оно как-нибудь… само…

– А у меня лапки, – усмехнулся наглец.

Я перевела взгляд на Волка. Тот скорчил скептическое выражение лица на морде и тоже чуть приподнял лапу.

– Понятно, не лапки только у Альки, – проворчала недовольно, поднимаясь и ухватывая за ручку огромную кастрюлю. – Где там ваши Ежи? Алевтина на раздачу встаёт!

Ежей оказалось много. Целое семейство. И все с вёдрами. Такими, на ремешках, закреплённых на круглых пузиках.

Я только рот открыла, но потом оперативно его захлопнула и скомандовала:

– Товарищи Ежи! Не толпимся, встаём в одну линию, в очередь. Женщин и детей вперёд. Нет, драться и кусаться, мистер Колючка, не надо, давайте мирно. Кто будет кусаться, может совершенно случайно получить меньше рагу. Вот рука дрогнет у меня… Ага, вот, вот так хорошо, так бы сразу!

Я довольно оглядела идеально ровную шеренгу и, поставив кастрюлю на землю, вооружилась поварёшкой.

– Ну, с Богом!

Где-то через полчаса спина начала отваливаться. А ноги так и вовсе решили онеметь. Ну конечно, это вам не на движущуюся ленту еду выкладывать. Попробовали бы вы сидеть на корточках, враскоряку, когда спина буквой «зю», а шея то и дело постоянно вытягивается, пытаясь вновь и вновь расслышать, чего там эти Ежи фыркают.

– Что? Нет, с грибами нет только овощное рагу. И с мясом нет. Вы что, не вегетарианцы, что ли? Так, всё, получили – до свидания, здесь вам не ресторан, у нас всё с собой…

Заяц тем временем сидел на пеньке и с большим интересом наблюдал за мной. Я думала, что он наконец-то уйдёт, но не тут-то было. Ушастый вскочил и, словно опытный прораб, начал ходить взад-вперёд, заглядывая в кастрюлю и время от времени давая ценные указания.

– Не надо с горкой класть. Всё равно у них вывалится из ведер. Да, даже если только до половины полные, у меня опыт, я знаю. Нет, лишь один половник на одну харю… то есть Ежичью морду. И побыстрей, побыстрей, пожалуйста.

– Слушай! – не выдержала я, доскребая последние остатки со дна кастрюли.

Последний, очень толстый и очень печальный Ёж со вздохом проследил, как на дно его ведёрка грустно упали пара кружочков моркови и несколько картошинок.

– Не переживай, – посоветовала я, – лучше подойди к какой-нибудь худеющей Ежихе и предложи мужскую помощь в поедании остатков рагу. Уверена, она тебе не откажет.

Ёж приободрился и, развернувшись, засеменил за собственной стаей… если так можно сказать про Ежей…

– Ну, теперь можно и поспать, – широко зевнула я.

– Рот закрой, деревенщина, а то муха залетит, – посоветовал Заяц. – Тебе ещё посуду мыть!

– Завтра помою!

– Сегодня!

– Завтра!

Доругались, в общем, до того, что верх одержал… Заяц… Я же, корча презрительные рожи, поплелась к берегу ручья, бегущего неподалёку, и песком до скрипа вымыла и кастрюлю, и половник, и даже те тарелки, из которых мы сами ели.

Лишь потом, когда еле волоча ноги вернулась в избушку, встретила Волка, спокойно трусящего из тёмной чащи.

– А ты где был? – удивилась совершенно искренне.

Вместо ответа мохнатый облизнулся и спокойно прошёл мимо, чуть задев меня объёмным пузом.

– Тебе лучше не знать, – прошептал рядом Заяц.

Да я и сама уже поняла, что любопытство – не самая лучшая в данный момент вещь. Кого бы он ни съел, лишь бы это была не я, правильно?

– Так что?.. – с надеждой развернулась к приветливо мигающему огоньку из окна дома.

– В сарай идите, – благосклонно кивнул Заяц на стоящую рядом развалюху. – Так и быть, на сене поспите…

– В сара-а-а-ай? – кажется, я сейчас была готова взорваться от возмущения, но дверь в тёплый дом за его ушастым хозяином захлопнулась, и мы остались на стремительно холодеющей улице вдвоём с Волком.

– Что делать будем? – с надеждой посмотрела на мохнатого. Может, он как-нибудь заставит своего товарища передумать?

Но Волк лишь дёрнул ухом и поплёлся в сторону сарая. Ну, и мне пришлось… Оставалось надеяться, что хищник уже сытый и меня в ночи кушать не будет. А то знаю я этих мужчин…

Глава 5 Завтрак в лесу

Утром я счастливо потянулась, с удовольствием сжимая руками тёплую, чуть подрагивающую подушку.

– Отпусти, малахольная, – услышала недовольный рык.

Застыв на месте, я, не открывая глаз, осторожно задвигала пальчиками, прощупывая эту самую «подушку». Она оказалась очень мягкой, волосатой… даже шерстяной. А ещё…

– Так, всё! – услышала я отрывистое, а потом Волк вскочил на все четыре лапы, а я кувырком полетела с сеновала на землю, по дороге слегка притормозив головой. То есть и так не самой свежей причёской.

– Ну Во-о-олк! – проныла жалобно, перекатываясь на четвереньки и вставая. – Тебе что, жалко, что ли? Ночью, между прочим, холодно, а человек так устроен, что ищет источник тепла. А ты и мягкий, и тёплый, и вообще…

– Пошли, – отрывисто приказал он, выходя из сарая.

Пришлось подчиниться. А куда мне деваться?

На улице нас уже ждал Заяц.

– Выспались? – довольно потянулся он. – Лично я прекрасно спал всю ночь. Слышали, как мило сверчки за окном стрекотали?

Я смерила его убийственным взглядом.

– Если честно, было не до сверчков. Мне веточки из сена в бока впивалось. Муравьи по ногам ползали, а в спину дуло. Если бы не тёплый бок…

– Хватит, – оборвал Волк, – нам пора. Женщина, за мной.

Я возмущённо открыла рот.

– Какая я тебе женщина?! Подожди, а завтрак?

– Эй, Серый, – поддержал моё возмущение ушастый, – а мне ничего сказать не хочешь?

– Спасибо за гостеприимство, – даже не оборачиваясь, ответил мой провожатый. – Может, когда-нибудь ещё свидимся, – немного подумал и добавил: – Эй, ты, идёшь?

Видимо, последняя фраза предназначалась мне, потому как Заяц явно на себя её не принял.

Пришлось тяжело вздохнуть и вспомнить о вежливости.

– Спасибо за приют… – за ужин я вроде как сполна расплатилась, так что благодарить не стала и, не найдя ничего лучшего, решила попрощаться: – В общем, всего хорошего.

– Вот уж нет, – вдруг заявил ушастый, быстро запрыгивая домой и выпрыгивая из него с небольшой котомкой. Её он подвесил на палку и перекинул через плечо. – Ну, что встали? Вперёд.

– А зачем ты нам?

– Я, между прочим, ответственный за главную лесную газету. Посмотрю, куда тебя Серый устроит, и возьму интервью.

Я ток возмущенно фыркнула. Как у них тут, однако, цивилизованно в лесу!

– А на кого ежей оставляешь? Ты же говорил, что они постоянно столуются!

– Перетопчутся, – отмахнулся ушастый, – А я в отпуске полгода не был!

– Но как же… – я растерянно оглянулась, – Жалко же..

– О нас лучше подумай. И вообще, ты, девка, ещё и завтрак нам должна, так что поторапливайся.

– А из чего я буду его готовить? Из листьев? И я – Аля!

Но меня уже не слушали – парочка ускакала далеко вперёд, так что пришлось плестись за ними даже не умывшись, не говоря уже о том, чтобы расчесаться, надеясь лишь на то, что меня в этом лесу никто не увидит.

Долго ли коротко ли мы шли, но чем дальше продвигались, тем больше встречалось по пути говорящего зверья. Белки, Лисы, Барсуки. Я словно в сказку попала, честное слово! И всё это общество таращилось на меня, как на восьмое чудо света. У меня от напряжения между лопатками постоянно свербело и чесалось. И как я ни пыталась выглядеть благородно, словно изгнанная из замка королева, скорее напоминала косолапого и хромающего на обе ноги медведя. Идти было… тяжело…

Когда мы проходили мимо берега речки, я измученно посмотрела на гладкий песочек на бережку, который так и манил прилечь. Отдохнуть, поспать… Поесть… А кушать хотелось так, что мой бедный желудок выводил одну руладу за другой. Вчерашнее рагу в момент переварилось, и теперь организм выл об острой нехватке пирожков и сосисок. Прямо-таки страдальчески. Ну, и я вместе с ним.

– Волк, а Волк, а когда мы придём?

– Скоро.

– А скоро, это когда?

– Когда надо.

– А куда мы идём?

– Не твоё дело.

– Как это не моё, раз ты меня туда ведёшь? Откуда я знаю, может, тебе просто ходить нравится, и мы круги по лесу наматываем?! Ты же мне не сказал цель нашего путешествия. Почему я должна слушать какую-то Кикимору и плестись за тобой?

– Хочешь, оставайся здесь одна, – радушно предложил он.

– Нет, – тут же поумерила я пыл, – не хочу. Но всё равно, как-то боязно… О, а можно я на тебя сяду? И тебе будет легче, и мне не так тяжело!

Серые уши дёрнулись, а потом их обладатель чуть повернул голову в мою сторону. Смерив меня сверху вниз оценивающим взглядом, от которого мои щёчки порозовели в смущении, он выдал:

– Легче?! Издеваешься? Что, решила закончить начатое? Не всю спину мне переломила? Если ты на мне поедешь, я просто пополам развалюсь.

– А я сейчас развалюсь! – возмутилась искренне, поднимая пятку. – Ты посмотри как я иду! Эти огромные, мягкие тапки не сильно-то спасают от шишек на земле. Мало того, от подобного издевательства они просто развалились… Ну почти – одна дырка точно есть! Ещё у меня ноги в кровь истёрты, ляжечки болят и ноют. Спина отваливается. Не могу я столько идти! У меня же не четыре лапы!

– А я и на двух нормально скачу, – между делом заметил Заяц. – Может, тебе просто кушать меньше надо?

Я задохнулась от возмущения. Подняв с земли шишку, метнула её в ушастого, но тот увернулся, и снаряд, отрикошетив от сосны, попал прямёхонько в бок волчары.

– У! – дёрнулся Волк.

– Ой! – пискнула я.

– Хе! – выглянула наглая заячья морда из-за ствола.

Серый мрачно на меня посмотрел и клацнул зубами.

– А ну, сядь!

Я, как была, так и плюхнулась с размаху на попу. Застыла, жалобно глядя в глаза представителю единственного хищника из нашей компании.

Он тяжело вздохнул.

– Здесь сидите. Можете завтрак приготовить. Без меня ни шагу.

– Хорошо, хорошо, – закивала я, радуясь лишь тому, что измученные ножки могут просто сидеть.

И только когда мохнатый хвост исчез из зоны видимости, я спохватилась.

– Ой, а как я готовить-то буду? У меня и нет ничего!

– У тебя – естественно, – усмехнулся Заяц, опуская на землю свой кулёчек.

Жестом фокусника он покрутил лапой в воздухе, а потом засунул её в недра платочка и вытащил оттуда…

– Что это? – нахмурилась я. – Камушки какие-то…

– Это огниво, дурында! Костёр разжигай!

– Эй, можно не обзываться?!

– А ты ещё не заслужила обращения по имени.

– Обращение по имени не заслуживают, оно даруется вместе с рождением, – поджала я губы.

Заяц на миг замер, а потом дёрнул одним ухом.

– Хм… Ну ладно, как там тебя, Аля? – как бы между делом спросил он, выуживая из довольно маленького платочка… огромный котелок… литров так на пять. Чугунная посудина с тяжёлым плюхом упала на влажный песок, а я вытаращила глаза.

– А ка-а-а-ак?..

– Ты что, никогда мешка расширительного не видела? – удивился он. – Вот деревня! Где же ты жила всё это время? А, ну хотя, если мирянка, то и не такое возможно. Вы, люди, вообще дикие. Хорошо, что дороги в зачарованный лес не знаете. Иначе бы по глупости перебили половину разумных жителей. А так, живёте себе, коровок, курочек бессловесных выращиваете, и хорошо. Мы вас не трогаем, и вы нас.

Я открыла рот и закрыла… Вот оно как…

Следующие полчаса под руководством чуть поубавившего хамство Зайца я смогла разжечь небольшой костёр и даже приготовить всё для каши. Крупа, у жителя волшебного леса тоже обнаружилась. Целое лукошко золотистого, как на подбор, пшена.

Я его хорошенько промыла и вместе с водой поставила на костёр.

– А молока нет? – с надеждой уточнила у пушистика.

Тот развёл лапами.

– Как я тебе его донесу? Оно же скиснет в дороге.

– Ну да, как я не догадалась, – хмыкнула я. Действительно, в маленький свёрток положить чугунный котёл – нормально, а вот молоко нельзя – протухнет…

– А может, тогда чем-нибудь подсластим? – я начала лихорадочно перебирать варианты.

Свекла – нет. Я понятия не имею, как из неё сахар делают. Всякие сладкие корешки ещё найти надо, а я не садовод, я даже не знаю, растёт ли тут что-нибудь подобное.

– О! А давай ты за кашей последишь, а я ягоды поищу? Мне кажется, мы недавно малинник проходили… Я слишком уставшая была, а вот сейчас думаю, что с удовольствием соберу немного ягод. Тем более, эта каша минут сорок вариться будет…

– У меня есть идея получше, – хитро улыбнулся Заяц.

– Да? Какая?

– Вон, видишь дупло на дереве? – показал он лапой на довольно старую сосну, растущую недалеко от берега.

Я задрала голову вверх, и вот та-а-а-ам, где-то высоко-высоко, где уже птички летают, в сосне темнело ма-а-а-аленькое отверстие. Тёмное такое…

– Так, и?

– Там улей диких Пчёл, – торжественно проговорил ушастый.

– Рада за них, – кивнула, поднимаясь на ноги. – Пойду, пожалуй, по малинку…

– А в дупле мёд… самый вкусный и полезный во всём нашем лесу.

– Правда? – я наивно похлопала глазами.

– Мало того, он волшебный. Пчёлы же тоже не простые. Говорят, кто этого мёда попробует, у того всё в жизни сладится.

О, а это уже интересней…

Я приложила ладонь ко лбу козырьком и, прищурившись, внимательно осмотрела гладкий со всех сторон ствол. Если только… вот там пригорок, а оттуда прыгать до ближайшей ветви…

– Нет! – решительно потрясла головой. – Малина тоже, чай, в этом лесу растёт. Даже если свойств необыкновенных у неё меньше, все равно для каши – самое то. А мне шея ещё понадобится. Да и пчёлы, не думаю, что обрадуются моему вторжению.

– За кого ты их принимаешь? Они разве бессловестные насекомые? У волшебных Пчёл мозги не хуже, чем у людей.

– Очень сомневаюсь, – проворчала я.

– Ой, вроде медведь в малиннике топчется, – как бы между делом заметил Заяц, вытягивая уши и делая самое что ни на есть серьёзное выражение морды. – Слышишь?

– Нет…

– Хотя… нет, наверное показалось.

– Да, конечно, показалось, – выдохнула я, но уже не так уверенно.

Сделала пару шагов в сторону леса. Остановилась. Ещё пару шагов. Опять остановилась.

– Всё в порядке? – невинно улыбнулся ушастый.

Я раздражённо подтянула лосины и фыркнула.

– Ну… Заяц!

И пошла в сторону сосны… Мёд доставать, да…

Я, конечно, не трус, но медведь – это вам не Волк…

****

– Мишка очень-очень любит мёд… – бормотала я, корячась по этому почти вертикальному склону вверх. Может прямо по стволу подниматься? Обхватить его руками и ногами подобно коале и надеяться, что силой мысли моё упитанное тельце само как-нибудь доползёт до дупла.

Но соблазн отведать волшебного мёда был велик… Подумать только, если то, что сказал говорящий Заяц, правда, это же у меня на всю оставшуюся жизнь полнейшее везение появится! Ведь это… это можно и разбогатеть, и счастливой стать, и даже к медведю в пасть сунуться – ничего мне страшно не будет!

Так что, пыхтя и охая, как старая развалина, я всё равно лезла вперёд.

И только добравшись до вершины пригорка, поняла, что ближайшая ветвь дерева находится совсем не близко. А до неё ещё лететь и лететь.

– Ну, что встала? – послышался требовательный голос сбоку.

Развернувшись, наткнулась на недовольное лицо Зайца.

– А ты как? – растерялась я. – За мной, что ли, скакал?

– Ну, а как ты без помощи-то… – недовольно подёргал он лапой, сбрасывая налипшие на пушистую шёрстку комочки грязи. – Коль я снизу бы остался, так ты меня и не услышала бы вовсе. А так я хоть совет ценный дам.

– Это точно… И как ты предлагаешь мне добраться до ближайшей ветви? У меня перепончатые крылья не появляются, как у белки-летяги…

– Да ты себя недооцениваешь! – отмахнулся он. – Тут всего-то и надо – разбежаться, хорошо оттолкнуться и прыгнуть вперёд и вверх. Я на прыжках не одну кочерыжку съел, знаю, о чём говорю.

Я с сомнением оценила расстояние до дерева, потом собственную комплекцию. За пару дней голодовки и активной физической нагрузки в виде бега, ходьбы и других малоприятных вещей я вроде как даже немного схуднула. Словно сам воздух в этом сказочном мире волшебный был.

– Ай, будь что будет! – махнула рукой. – В конце концов, если тут Зайцы разговаривают, то почему девушки не могут летать, правда?

– Ну, можно и так сказать, – осторожно согласился ушастый.

Я отошла подальше по «полосе разгона», вдохнула в грудь побольше воздуха и пожелала:

– Ну, с Богом!

А потом сорвалась с места и как побежала! Добежала аж до самого края, а потом ка-а-ак с силой оттолкнулась… и кусочек земли подо мной обвалился буквально за секунду до того, как я взлетела.

– Падаю! – успела пискнуть я перед тем, как полетела, только не вперёд и вверх, как просил Заяц, а вперёд и вниз.

– Хватайся за что-нибудь! – заорал сверху ушастый.

Я задёргала руками и ногами и практически впечаталась в ствол дерева. Бедная сосна зашаталась, словно флажок на крыше дома, а я, проехав без малого ещё пару метров вниз, застыла словно испуганный кролик, боясь пошевелиться или разжать руки. Объёмные бёдра тянули вниз, а пальцы от испуга стали влажными и грозили вот-вот разжаться.

– Жива? – тихо прошептал над головой голос Зайца.

Я осторожно подняла голову и оценила своё местоположение, находившееся куда ниже того места, до которого я изначально хотела долететь.

– Вроде жива… Только вот что делать теперь?

– Давай ползи наверх, тут недалеко до дупла, а там и до медка… – Заяц облизнулся.

– Ты издеваешься?! – я чуть тряхнула плечами и тут же взвизгнула, потому что тело упрямо поехало вниз.

– Ну что ты, соберись! Ты почти у цели! Вниз лететь всё равно далеко, чай, развалишься на много частей, пока доберёшься, а коль медку отведаешь, так точно живой и невредимой спустишься…

Я сглотнула. Жить хотелось и сильно. Вниз мне тоже ползти опасно. И страх, что не доползу и сорвусь, казался более чем реальным. Поэтому я собрала волю в кулак и, посильнее вцепившись одной рукой в ствол, второй попыталась обхватить его повыше. Потом такой же трюк проделала с ногами. Ну, а сейчас – самое сложное… рывок! Тело чуть подпрыгнуло вверх, и я быстро нижнюю руку и ногу подтянула повыше.

– Получилось! – радостно прошептала я, не веря своему счастью и обливаясь холодным и горячим потом одновременно.

– Получилось? – Заяц на пригорке скептически выгнул бровь. – Ты преодолела максимум пару вершков!

– Ты неправильно считаешь! – пропыхтела я, проделывая тот же трюк ещё раз, но уже с куда большим энтузиазмом. Правда, руки поменять не получилось, поэтому пришлось ровно так же, как в прошлый раз, делать. – И-и-и-и… оп! Это не пара вершков, Заяц, а целая пара вершков!

На самом деле, я с трудом представляла, сколько этот вершок в длину, но, по моим расчётам, я за каждый заход преодолевала около десяти сантиметров.

Руки – ноги – рывок. Руки – ноги – рывок… И так по кругу. Я уже и не помнила, сколько лезла, лишь в голове билась мысль, что каша на огне наверняка сгорит, пока мы тут за мёдом лезем. Но для меня пути назад не было. А мотивация – не упасть и не разбиться – оказалась очень даже действенной.

Вот так, сантиметр за сантиметром, метр за метром, я поднималась всё выше. Чтобы наконец…

– Ооо, это ветка! – я, чуть не плача, перекинула ногу и, распластавшись на толстом суку, словно ленивец в зоопарке, с блаженством застонала.

– Так! Хватит разлёживаться! – заволновался ушастый. – Иначе мы сегодня не поедим вовсе!

– И почему я тебя до сих пор слушаю?

Вопрос был риторический, но я всё же со страдальческим стоном оторвалась от спасительной опоры, чтобы, осторожно держась за ствол, встать на ноги.

– О-о-о-о… высоко… – я нечаянно посмотрела вниз, и мне поплохело. – Зачем я сюда забралась…

– Поздно думать, надо действовать! – Боже, этому Зайцу надо оратором быть – у него явный талант.

Глубоко вздохнув, я, словно обезьяна, полезла наверх… с ветки на ветку, к заветному дуплу.

И чем ближе я придвигалась, тем больше меня одолевали смутные сомнения.

– Слушай, а они точно разумные? – крикнула я вниз, слыша довольно подозрительное и совсем не дружелюбное жужжание Пчёл, которым совсем не нравилось, что к их жилищу ползёт по стволу какая-то девица.

– Ну, теоретически… – Заяц замялся.

Я как раз долезла до последней ветки на моём пути к цели. Забралась на неё и сунула в дупло крайне довольное собой лицо.

Только вот Пчёлы оказались мне совсем не рады… Они все дружно развернулись в мою сторону и выдали:

– Ж-ж-ж-ж!!!

– Простите, уважаемые, – очень вежливо начала я, – понимаю, как для вас важно то, что вы собираете и изготавливаете мёд, но не могли бы вы дать немного нам? Мне бы кашу подсластить… и вообще… хотелось бы попробовать то, что несёт такую славу… – я немного подумала и решила предложить натуральный обмен: – А я кашу вам могу предложить. Вкусная, пшённая, как солнышко.

Пчёлы переглянулись. Подумали.

А потом дружно сомкнули ряды, закрывая обзор на улей и сочившийся из него мёд в сотах. Вместо этого на меня сейчас смотрела целая армия вооружённых колюще-кусачими шипами бойцов.

– Ж-ж-ж-ж-ж!

– Что… нет? – я осторожно протянула руку внутрь, не желая сдаваться. Я сюда лезла столько времени не для того, чтобы меня Пчёлы какие-то выгнали!

Они думали совсем по-другому, так что на мои растопыренные пальцы напали всей кучей.

– А-а-а-ай! – я выдернула руку и, схватившись за ствол, начала пытаться быстро-быстро спуститься вниз.

Пчёлы решительно следовали за мной и выражали недовольство всеми доступными способами. А потом вдруг облепили огромным роем и начали кусать, кусать и опять кусать!!

– Ай! Не надо! Больно! А в ноги зачем?! А руки, пятку не трогайте! Давайте договоримся! Заяц!!!

– Аля, беги, – прикрыв глазами уши, мохнатый предатель выглянул из-за кустика на пригорке и виновато улыбнулся. – По-моему, это обычные пчёлы, а не разумные… Ошибочка…

– Оши… оши… – я схватилась за новую ветку, но, получив болезненный укус в ладонь, сорвалась и кувырком полетела вниз, оглашая визгом всю округу.

Пчёлы разлетелись кто куда, а с ближайших деревьев в воздух поднялась целая туча ворон. Я пролетела сквозь их неровный строй и зажмурилась, понимая, что вот-вот рухну на землю и расшибусь в лепёшечку. Теперь-то меня не спасёт никакая волчья спина…

«Вот тебе и хроническое везение, Алька…» – подумалось напоследок. Как раз перед тем, как меня в бок ударила огромная туша и снесла в сторону, и я, вместе с утяжелением в виде мохнатого тела, рухнула прямо в большую кучу прелых хвойных веток. От нашего падения в воздух взметнулось облако шишек с иголками, а потом осыпалось обратно, заваливая нас с головой. В нос ударил потрясающий и на данный момент живительный запах соснового леса.

– Воо-о-олк… – радостно протянула я, предварительно выплюнув изо рта шишку, и потирая наливающийся фингал. Но что такое фингал, когда тебе грозила смерть? Ерунда!

Провожатый лишь тяжело вздохнул, а потом поднялся, отряхиваясь.

– Вставай.