Р. Н. Тэсс
След в душе

Глава 1

Глава Первая«

Нет боли глубже, чем та, что оставляет след в детском сердце…»Почему я снова так тихо сижу?Маленький девятилетний ребёнок свернулся клубочком в углу тёмной комнаты, изо всех сил пытаясь стать незаметнее. Тело сотрясала мелкая дрожь, глаза испуганно блестели в темноте.– Ты опять думаешь? Мечтаешь, небось? – Голос отчима грохочет по комнатам, словно гром. Он стоит рядом, мужчина большой и крепкий, взгляд твёрдый и строгий.Я молчу. Лучше молчать, потому что молчание порой спасает от побоев. Но отчим злится именно тогда, когда молчу.– Говори! Немедленно скажи, о чём задумался!Я пытаюсь произнести хоть слово, но горло предательски сдавливает спазмом.– Я… – выдавливаю шепотом.Отчим резко приближается ко мне, хватая за плечо железной рукой.– Ещё тише будешь говорить, получишь ремня! Понял?Сердце бешено колотится, губы дрожат, слёзы наворачиваются на глаза. А дальше снова тишина, полная напряжённого ожидания.Вечером дом наполняется неприятными запахами: прогорклого жира, кислого пива и дешёвого табака. Все собираются за одним столом, отчим сидит в центре, возле тарелки с жирным куском мяса и отварными макаронами. Передо мной – крошечная порция еды, выглядящая совершенно непривлекательно.Мама, ставя передо мной полную миску макарон с салом. – Есть хочешь?Еда выглядит противно, каждый кусочек вызывает отвращение, но лучше съесть, чем нарваться на недовольство отчима.Отчим внимательно следит за каждым моим движением, подавляя желание отвлечься хотя бы на мгновение.– Работать надо, Басмач ! Будешь сидеть и мечтать – пропадёшь!Стакан водки опускается на стол, отражая тяжёлую атмосферу вечера.Много позже, лежа ночью в кровати, я прислушивался к звукам, доносящимся из-за двери. Родители шумно ругались, голоса переходили в глухие удары и проклятия. Страх сжимал грудь, слёзы бежали по щекам, растворяя темноту вокруг.Детские мечты постепенно затихают, заменяясь болью и обидой. Каждое утро приносит новый день страданий, каждую ночь одолевают страхи и бессонница. Это становится моей повседневной жизнью, замкнутым кругом насилия и несправедливости.Моя детская душа покрылась трещинами, каждое воспоминание о прошлом отдаётся болезненной волной в груди. Однажды утром я решу бежать далеко-далеко, прочь от ужаса, укоренившегося в нашем доме. Тогда моя маленькая жизнь изменится навсегда.Теперь же, уставший и опустошённый, я закрываю глаза, погружаюсь в мир детских грёз, в надежде обрести там долгожданный покой и утешение. Рассвет лишь начал окрашивать серое небо, а тишина ночи уже нарушилась дикими криками отчима. Холод зимней ночи проникал сквозь тонкие стены нашего дома, заставляя дрожать. Моё маленькое худощавое тело, едва достигшее школьного возраста, медленно пробуждалось от звуков ругани и стука дверей.– Чего разлегся?! Хватит дрыхнуть! – голос отчима звучал грубым эхом, словно удары кнута. – Поднимайся! Надо выгонять скотину!Я открыл глаза, чувствуя острую боль в каждой косточке своего тела. Сонливость смешивалась с усталостью и чувством беспомощности перед предстоящим днём. Школа казалась далекой мечтой среди бесконечных обязанностей и наказаний, выпавших на мою долю.Мысль о завтрашнем дне вызвала приступ тошноты. Вечером мать снова приготовила привычное блюдо из дешёвого сала и липких макарон, которое теперь лежало тяжёлым комом в моём желудке. Питаясь таким образом, я чувствовал себя слабым и истощённым, будто лишился последних сил бороться с жестокостью окружающего мира.Комната была холодной и мрачной. Дом вонял сыростью и плесенью, ведь ремонт давно никто не делал. Я поднялся с постели, надев старую одежду, потерявшую способность защищать меня от зимнего холода. Движения мои были неуклюжими и замедленными, словно тело отказывалось слушаться моих команд.Окно дрожало от ветра, словно вторя моему состоянию души. Казалось, сама природа издевается надо мной, усиливая чувство одиночества и отчаянья. Однако выхода не было: нужно было идти кормить животных, чистить сараи и носить воду.Отчим нетерпеливо смотрел на меня, готовый сорваться вновь:– Ты чего застыл, лохматое чучело?! Давай шевелись быстрей, бери калоши! Только ноги не промочи, а то пеняй на себя!Калоши были такими же старыми и прохудившимися, как всё остальное моё облачение. Наконец выбравшись наружу, я ощутил холодный удар зимы. Животные ждали меня, глядя голодными глазами, надеясь на еду, которой сами взрослые часто забывали обеспечить их своевременно. День тянулся бесконечно долго и мучительно тяжело. Мне приходилось двигаться быстро, боясь наказания отчима, однако вскоре я понял, что руки начинают утрачивать чувствительность. Пальцы становились сине-чёрными от холода. Вода просачивалась внутрь старых калош, превращая мои ноги в настоящие льдинки.Возвращаясь обратно, я встретил взгляд матери, неподвижно сидящей в углу комнаты. Её глаза были пусты, её сердце безразлично. Она смотрела на меня, но не говорила ни слова поддержки, никак не пыталась облегчить моё положение. Её молчание ранило сильнее любого физического удара."Скорее бы я вырос…" – думал я, борясь с нахлынувшими слезами. – "…Выберусь отсюда. Покину этот кошмар навсегда!"Однако впереди ждало ещё одно испытание – школа, тяжелый труд и нескончаемые страдания… У меня нет лица, имени, прошлого, потому что оно было стерто теми ужасающими ночами, полными страха и боли, которые никто и никогда не сможет описать словами точно и полно. Но одно я знаю наверняка: я пережил самое страшное испытание своей короткой детской жизни – избиение и унижение от руки пьяного отчима.Мир утратил краски. Каждый день стал похож на предыдущий, серый, холодный и пустой. Ночью моя комната превращалась в камеру пыток, наполненную стонами, криками и болью. Утро приносило лишь иллюзию спокойствия, пока снова не наступала ночь, и кошмар повторялся вновь.Больше всего мучила не физическая боль. Она была временной, исчезнувшей вместе с синяками и шрамами. Глубже сидели психологические травмы, скрытые внутри моей души, заставляющие чувствовать себя грязным, ненужным, нелюбимым.Ночи стали самыми длинными. Иногда я просыпался среди ночи, сердце бешено колотилось, тело покрывалось холодным потом. Казалось, что темные углы комнаты таят опасность, прячась за пределами видимости. Страх подавлял волю, лишал способности мыслить ясно. Голоса шепотом звали мое имя, словно пытаясь заманить обратно в тот ад, откуда я вырвался однажды утром.Эти мгновения казались вечностью. Стены сжимались вокруг меня, воздух становился тяжелым и вязким. Каждое движение отдавало болью, каждый вдох звучал громко и отчетливо. Даже тишина становилась врагом, ведь именно в ней мои мысли обретали четкость и ясность, погружаясь глубже в бездну отчаяния.Именно тогда я осознал, что единственный путь к выживанию – забыть. Нужно было запечатать все воспоминания, скрыть их подальше внутри, накрыть невидимой печатью, которой я сам наделял силу удерживать прошлое там, где оно должно остаться навсегда. Так родился мой собственный ящик Пандоры, куда отправились все чудовища моего детства.Решение оказалось труднее, чем казалось вначале. Прошли годы борьбы, попыток удержать замок закрытым, сохранить внутренний покой, несмотря на постоянные атаки воспоминаний. Без поддержки извне, полагаясь исключительно на собственные силы, я учился заново дышать, смотреть на солнце, радоваться простым вещам.Тем не менее, порой, посреди сна, я слышал еле заметный щелчок замка, чувствовал легкий ветерок, пробирающийся сквозь щель закрытой двери… Тогда понимал, что мой ящик открылся. Из глубин сознания медленно поднимается призрак, заполняя пространство тенями, вызывая прежнюю панику и новый ужас.Передо мной возник выбор: сражаться снова, рискуя окончательно утратить контроль над собой, или позволить тени выйти свободно, надеясь, что она рассеется сама собой. Эта внутренняя битва превратилась в ежедневное испытание, подвергая проверке мою решимость и мужество.Моя история еще не закончилась. Впереди ждут новые трудности, возможно, прошлые раны дадут о себе знать опять. Однако теперь я способен взглянуть им прямо в лицо, осознавая, что источник внутренней силы гораздо мощнее любых страхов снаружи.Детство мое прошло в постоянной борьбе за выживание. Отчим часто впадал в запои, и именно в эти моменты я чувствовал себя полезным маме, помогая ей справляться с делами дома. Его возвращение в трезвое состояние означало конец покоя: жизнь мгновенно наполнялась криками, скандалами и новым этапом насилия.Однажды, сидя за партой в школе, я почувствовал сильнейшую усталость. Всё тело ломило, голова кружилась, желудок сводило от голода. Учительница обратила внимание на моё нездоровое состояние и отправила меня к врачу. Осмотр показал тяжёлую степень истощения, сильную анемию и признаки воспалительных процессов в организме. Мама была вызвана в школу, однако её реакцию сложно назвать озабоченностью: всё выглядело так, будто ничего необычного не произошло.Взрослые привыкли смотреть сквозь пальцы на мои страдания. Дома царила атмосфера равнодушия и непонимания, соседи отворачивались, считая ситуацию нормой. Однажды медицинский осмотр вскрыл правду: многочисленные кровоподтеки, раны и опухшие лимфатические узлы свидетельствовали о регулярных избиениях. Тем не менее, школа закрыла глаза на произошедшее, как будто преступление против ребёнка никого не касалось.Так продолжалось изо дня в день. Я стал объектом постоянных нападок сверстников, насмешек учителей и общей неприязни окружающих. Беззащитный и сломленный, я понимал одно: бежать отсюда, убегать от ужасов, которыми стала наполнена моя жизнь.

Детские игры чужды моему миру. Нет ни игрушек, ни друзей, ни любимых занятий. Единственное развлечение – созерцание облаков, бегущих мимо крыши нашего гнилого жилища. Но даже они напоминают о собственном ничтожности и ненужности.

Дни проходят однообразно и монотонно. Никаких праздничных мероприятий, никаких сюрпризов, никакой возможности почувствовать принадлежность семье. Мой день рождения – ещё одна страница календаря, ничем не отличающаяся от остальных. Это не праздник, а повод ощутить собственную неважность и забыть, что существует иной мир, полный любви и заботы.

Иногда ночью, свернувшись клубком в углу кровати, я мечтаю о другом бытии. Мне видится семья, объединённая любовью, тёплый очаг, радостные лица близких. Эти грёзы ненадолго успокаивают душу, но вскоре действительность возвращает в ледяной мир страдания и безнадежности.

Страх становится моим постоянным спутником. Каждое мгновение приносит тревогу и неуверенность. Я боюсь будущего, боюсь настоящего, боюсь прошлого. Ребёнок, выросший в таком ужасе, навсегда сохраняет эти чувства, запечатлевая память неизгладимым знаком.

Продолжение следует

Эта книга посвящена памяти тех маленьких мальчиков и девочек, чья судьба оказалась столь тяжела, чьи детские сердца остались искалеченными навсегда. Их опыт напоминает нам о важности защиты наших детей, заботы о каждом ребенке, независимо от обстоятельств.Читателю предоставляется уникальная возможность погрузиться в глубины чужой судьбы, пережить чужую боль, попытаться понять, каким нелегким путем пришлось пройти человеку, оказавшемуся жертвой насилия и пренебрежения взрослых.Пусть эта история станет предупреждением каждому взрослому, ответственному за воспитание и защиту будущих поколений. Пусть рассказ станет зеркалом нашей совести, поводом задуматься о собственном поведении и поступках, символом надежды на лучшее будущее, свободное от жестокости и угнетения.Дорогой читатель, будьте внимательны к детям, проявляйте заботу и любовь, поддерживайте их веру в добро и справедливость. Ведь детство – самая важная страница человеческой жизни, определяющая нашу дальнейшую судьбу и способ жизни. Не позволяйте никому разрушить эту драгоценную страницу вашей личной истории.Дайте вашим детям шанс жить счастливо, без страха и боли, подарите им уверенность в будущем, наполненном радостью и светом любви. Именно так мы сможем создать достойное общество, свободное от зла и насилия