К. Шмель
Балкон

Глава 1

Жизнь обыкновенного семейного мужчины. Дом, работа, несколько семейных дел, ребенок и жена. Точнее наоборот, все нет: жена, ребенок, дом, работа! Мужчина порядочный и трудолюбивый – где-то карьерист, где-то семьянин. Просыпаясь утром выпивал кофе и бежал на работу, а бывало и кофе не выпивал. Работал старательно – с любовью к достатку, к возможности жить без тревог, к радости жены и успехам дочки. С любовью к достатку и возможности жить с расслаблением, с радостью жены и успехами ребенка. И всё это понемногу обрастало тихой, рутинной пылью. Пылью, которую не в чем винить, но которая оседала на днях, делая их предсказуемыми и одинаково знакомыми. Жизнь мчалась, то сужаясь в опасный вираж, что в голове метался один вопрос: «Проскочу ли?», – то вновь выравнивалась, устаканивалась и катилась дальше. Всё – как у всех, и всё – не как у всех. Со временем перестаёшь ждать от мира чудес. Так и он – ничего не ждал. Замечал краски и пылинки, но, обладая житейской мудростью, не придавал им значения. Просто шёл вперёд.

Так и в то субботнее утро он просто шёл вперёд: много дел по хозяйству, магазин, пока жена с ребёнком заняты своим. Умывшись, подошёл к окну. Жили они высоко, впереди дома и только, район не особо зеленый, но вечером, при магии света выглядело все не так уж и плохо. Бегло промелькнул его взгляд по фасаду дома, который стоял буквой «П», и остановился на человеке. На общем балконе крайнего подъезда стоял дедушка, на нём была расстёгнута куртка, накинут капюшон, полосатые треники. Дедушка курил, похоже, что это был именно пожилой человек. Рассмотреть лицо было трудно, но в его неподвижной позе читалась не просто задумчивость курильщика, а какая-то глубинная, возрастная сосредоточенность. Мужчина машинально глянул на часы: «12:20». Почему-то проводив деда взглядом и, чувствуя как проникся душой к незнакомому человеку, он отправился по делам. А поздно вечером, зашторивая окно спальни, снова увидел в темноте тусклую точку огонька. «00:20».

Отныне для мужчины увидеть курящего дедушку на балконе стало неким важным дневным или вечерним ритуалом. Своеобразной галочкой, что день состоялся. Сам того не замечая, он превратился в внимательного наблюдателя, начал считывать настроение деда по манере курить. Глубокая и медленная затяжка – спокоен и погружён в себя. Короткая, нервная – что-то тревожит. Обычная, неспешная – всё как всегда. Иногда он подолгу стоял у окна, будто ждал выхода актёра на сцену. А когда тот появлялся, разглядывал: во что одет, куда смотрит сегодня. Вспоминал, как сам когда-то курил, но никогда не позволял себе просто так постоять с сигаретой – всё на бегу, между делом, как и вся его жизнь. «Все хорошо, дорогой?», – как-то спросила жена, заметив мужа сосредоточенным у окна. «Да»,– скромно ответил он,– «На цветок смотрю. Думаю, когда стрелу пустит…». «Так это только летом»,– улыбнулась жена, погладила его по спине и подумала, что муж совсем заработался.

Бывало и на работе мог задуматься мужчина о дедушке и вспомнить своего отца, который бы также стоял и курил на соседнем балконе, был бы он жив. Или подумать о том, что дед раньше был молод, как он. И мысли эти хоть возникали неожиданно, зато приносили такое тепло на душу, что и работалось после быстрее.

В один из дней мужчина не дождался дедушку и побежал по делам, а вечером не всегда бывало заставал его в «00:20». Этот день повторился вновь и вновь. И вот уже почти неделя, к концу которой в его груди уже поселилась тихая, но навязчивая тревога. В выходные мужчина специально стоял у окна с 12 до 13, но никто не вышел курить. Так прошло полторы недели и мужчина немного запаниковал. В голову начали лезть дурные мысли, но с другой стороны он, конечно же, понимал, что все это жизнь и он не вхожий в дом к дедушке, не мог знать точно случилось ли что-то или нет. Он лишь с удивлением осознал, какую тревогу за незнакомца способно носить в себе его сердце, словно перенеся на того все свои скрытые страхи за близких. И продолжал в «12:20» подходить к окну, зная, что когда-то этот ритуал пропадет сам по себе.