Анна Марченко
Истории и практики с каким-то психологическим смыслом

В начале… декабря… было слово …

Лина проснулась раньше будильника – редкая роскошь.

В комнате было чуть прохладно, и она на секунду свернулась клубочком, будто кошка, прежде чем выбраться из-под тёплого одеяла. Окно покрыло тонкое кружево инея, а уличные фонари подсвечивали морозные узоры как-то чудно.

Дом тоже был непривычно тихим. Только кошка лениво перемещалась по коридору, мягко касаясь пола лапами – Лина почувствовала, как ей приятно быть в этой утренней пустоте, когда еще все спят и от нее ничего не ждут.

Она прошла на кухню, заварила ароматный кофе, вдохнув чуть глубже – запах корицы из стоящей рядом баночки всегда создавал ощущение, что день будет добрым. Устроилась у окна в мягком кресле, подогнув ноги, укрыв колени пледом. Это был её маленький ритуал – до того, как начнётся всё, что «надо».

Первый день зимы…

Лет пять назад она бы уже открыла блокнот, составила списки целей, подводила итоги с каким-то неприятным таким чувством, что где-то «недостаточно старалась», а где-то «сама дура, так как позволила случиться чему-то.

Но сегодня… нет.

Сегодня в ней было что-то новое.

Тонкая внутренняя честность, какое-то тихое «я больше не хочу себя заставлять».

Она сидела, смотрела на тёмное ещё утро. Без планов. Без героических задач. Без списков. Сколько курсов об успешном успехе и красивой красоте, идеальных детях и кармических партнерах она не закончила, скольких книг не дочитала, сколько ссылок на медитации всё ещё лежат в почте с пометкой «не прочитано»…

Но в этом декабре ей хочется не «успеть», а… настроиться. Не строить следующий год кувалдой, а прожить его начало нежно, в контакте с собой.

«Как бы создать настроение так, чтобы ничего не делать?» – усмехнулась она про себя.

И тут – будто шагнув из утреннего серого неба – появилось два слова.

Безмятежность.

Не та, которая блаженная, а такая, которая сильная, невозмутимая, собранная, но при этом мягкая. Как кошка, греющаяся на солнышке…

Она почти ощутила, как это слово шуршит внутри, мягко касается, разворачивается бабочками и укрывает, как плед.

«Я хочу прожить этот месяц так, – подумала Лина. – Как будто внутри меня мягкое облако. Не от внешних событий зависеть, не реагировать на эмоции окружающих, не сравнивать свои итоги с чужими».

Будильник запел – рабочие задачи звали обратно в реальность: в отчёты, письма коллег и напоминания. И кстати да, нужно покормить кошку.

Лина снова хмыкнула:

«Вначале было слово…» И это было хорошо.

Тепло собственной ладони

Ночью Лина проснулась от ощущения странного беспокойства, лёгкого, но навязчивого, как если бы кто-то тихо постучал в дверь.

Она долго не могла понять, что именно её тревожит – комната была тёплой, темнота мягкой, а дом спокоен.

Это беспокойство злило ее. «Хочется спать, почему я проснулась?»

Лина ворочалась с боку на бок. «Я знаю. Вот так и бывает. Я помню те бессонные ночи… ну хватит, нет, не в этот раз».

Лина села в кровати и выпрямила спину.

– Что с тобой, моя золотая девочка, – спросила она сама себя.

Она прислушивалась и прислушивалась к себе. Мысли убегали. Лина уже знала, что это нормально, так работает сопротивление: мысли убегают, а ты их возвращаешь. Как же хорошо, что она это уже знала! Нужно отнестись к сопротивлению мягко и просто продолжать с вниманием к себе. Вспоминались склоки на работе, пустячный, но такой обидный конфликт с мужем, еще что-то вроде подходящего срока по кредитке, а там еще ворох мыслей о том, как ее гасить… это злило и вводило в бессилие. Но Лина, как сквозь смолу, стремилась продраться через эти мысли к ощущениям в теле и чувствам. Она уже знала, что именно это называют контактом с собой здесь-и-сейчас. Было нелегко, Лина не знала, сколько ушло на это времени.

Но мыслей постепенно становилось всё меньше и меньше, и все яснее становилось, что она встретилась со своей обычной тревогой, просто потому, что много всего навалилось, она устала, и через состояние истощения внутренних ресурсов происходит то, что было привычно для её психики, как в той шутке: «да вы, голубушка, бегаете внутри себя и орете».

Она положила ладонь себе на грудь и вдохнула глубже, чем обычно.

«Я тебя вижу, – Лина старалась удержать внимание на ощущении тепла ладони и дыхании, никуда не торопясь, – Я вижу, что ты устала и боишься. Но то, к чему ты меня призываешь, – это детский опыт. Я взрослая и сейчас всё, о чем ты тревожишься – это для меня лишь задачи. Сложнее и легче, но это задачи и я с ними справлюсь. Это не ужас, не катастрофа, не конец света, не разрушение. Это за-да-чи. Чтобы их решить, нужно включить логику, составить план и действовать методично и иногда гибко. Я умею. Я хорошо это умею. Но, моя хорошая, для начала мне нужно выспаться. Не сегодня, похоже, но тем не менее. Я поищу способ позаботиться о спокойствии и самоподдержке, насколько только смогу в этот сумасшедший месяц».

Внутри что-то чудь дрогнуло, как тень. Как если бы тень могла дрогнуть так, что вы это чувствуете – как бабочки в горле, груди и где-то вверху живота… будто она была… благодарна за внимание.

Лина видела в тревоге не врага, которого нужно победить, не болезнь, которую нужно исправить, а часть себя, ту, которая когда-то стучалась в закрытую дверь… и, похоже, достучалась.

Она тихо сказала тихо, почти про себя, с небольшим комом в горле и немного влажными глазами: «Я здесь. Я вижу тебя. Я больше не отвернусь».

И тревога больше не казалась тёмной. Она стала похожа на ребёнка, которому, наконец-то дали руку.

Сегодня Лина не выспится. Но она знает, что будет делать.

У нее есть идеи и энергия, потому что есть вдохновение. А еще есть Безмятежность. Пусть пока только в форме слова и еще – в форме мысли. А мысль – она ведь ее собственная, а значит тоже в ней, а значит тоже… есть.

Осознанность и заземление возможны даже в очереди к киоску

Сегодня Лина стояла в длинной очереди за кофе – люди в пуховиках, сумки, тающий снег…

«Очередь за кофе? Серьезно?»,– но до другого киоска было далеко, а горячего кофе хотелось сильно… Наверное, все они так же, как и Лина, спешили куда-то, но не хотели делать лишних движений в своей спешке – как будто были одновременно скованы и торопливы.

В какой-то момент она почувствовала, как её стопы твёрдо стоят на земле. «Почему бы не сделать практику на опоры и заземление, кстати говоря.

Ты уже стоишь, уже держишься, уже здесь…»

Она выпрямилась, немного расслабила плечи и вдруг ощутила странное спокойствие, хотя вокруг ничего не изменилось.

Лина закрыла глаза на секунду – и почувствовала свой внутренний вес, устойчивый и настоящий. Лина даже загордилась собой. Одно дело – сделать «практику заземления» под руководством тренера, а другое дело – самостоятельно, в очереди за кофе.

Постепенно Лина начинала чувствовать, как гудящий рой мыслей, делающий голову тяжелой и раздутой, уступил место спокойному глубокому дыханию, ощущению собственного тела под пуховиком, предвкушению вкуса горячего ароматного напитка…

Из этого состояния расхотелось торопиться. Можно делать в своем темпе то, что нужно, да – идти на работу в нужном темпе. Но не бежать в суете мыслей туда.

Лина взяла свой кофе и спокойно пошла. Она шла, ощущала свое тело – мышцы, кожу, соприкасающуюся с мягким свитером, немного мешающую бретельку (охота поправить)… она видела улицу и людей, которые шли по улице: кто-то шутил, кто-то улыбался, кто-то был задумчив.

Как приятно идти, смотреть по сторонам и чувствовать себя в каждом моменте.

Безмятежность в чашке

Сегодня утром Лина налила себе чай и так ей захотелось задержать руки, обнимая огромную чашку, не торопясь подносить её к губам.

Тепло проникало в ладони медленно, как будто пропитывало кожу маленькими мягкими волнами. Лина сидела в тишине кухни, слушала, как за окном редкие машины проезжают по мокрому снегу, а ей было тепло, уютно и…. безопасно

Она подумала, что безопасность не обязана быть большой, глобальной, уверенной.

Вот сейчас она ощущается в тёплых ладонях и мягко разливается по всему телу, обволакивая и наполняя изнутри… Мягкие глотки приятно-горячего травяного чая вливались в нее теплом, уютом и безмятежностью.

Один вдох меняет всё

Сегодня Лина была занята обычными делами (а их в декабре у нее всегда много) – работа, почта, покупки – и всё это требовало внимания, переключение, усилия, скорости… Времени и места для себя не оставалось.

Знаешь, дорогуша, если ты будешь продолжать в том же духе, ты, может, и успеешь все эти дела – а, может, и нет, а вот свалиться в стресс точно успеешь. Да, но когда, когда сделать паузу? "У меня нет времени на паузу. Я даже завидую тем, кто курит, они же как-то находят на это время…»

Она разбирала почту, немного в этом подзависнув, делая работу на автомате, как будто в трансовом состоянии, как бывало, когда она листала ленту соцсетей. Она делала это, думая о своем состоянии, еще о чем-то… и тут -клац – быстрым движением, как будто это и не она, а ее рука лишь, – заблокировала экран, закрыла глаза и сделала долгий, глубокий вдох.

Если ждать специальных условий – можно и не дождаться.

Она сделала такой вдох, который не случаен, а выбран. Она старалась заметить каждую деталь – как прохладный воздух соприкасается с кончиком носа, проходит в дыхательные пути, постепенно согреваясь и наполняя легкие, расширяя диафрагму и как будто бы даже опускаясь в живот, и медленно, в обратном порядке выходит, оставляя абсолютно другие ощущения, теплые и немного щекотные: выдох оказался почти сладким – таким, что расслабляет, как тёплая вода.

Лина чувствовала, что возвращается: не в дом, не в комнату, а в саму себя. Это создало приятное удивление, радость и предвкушение – возвращалось чувство ожидания чуда, ожидание Новогоднего волшебства.

Достаточно быть увиденной

Сегодня Лина почувствовала тяжесть —знакомую, не физическую, а такую, что ложится на плечи как тень.

Она было начала разбираться: от чего это? Много дел? От обиды?…

Но быстро поняла, что эта усталость не просит объяснений. Да сейчас можно не искать объяснений, потому что, чего уж там, для усталости полно причин и внутренних и событийных, и внешних.

Она нуждается в том, чтобы быть увиденной и признанной.

Лина села на диван, укрылась пледом и позволила себе чувствовать.

Она знала, что попытка разобраться, от чего да почему – это попытка решить задачу, чтобы перестать быть уязвимой.

Да, Лина умела быть деятельной, эдакой решалой. И, зачастую, попытки «решить» ничего не дают, и даже не могут дать, потому что это и не решения вовсе, а на самом деле, стремление избежать признания в том, что отдых нужен. И, может, это не отдых в привычном смысле.

Может, это просто внимание к своему состоянию, короткий взгляд на себя и маленький жест – как проходя мимо кроватки ребенка, подтыкаешь ему одеяло. Так же, замечая себя, можно мимоходом прикоснуться к себе, реально или метафорически – и вот, усталость отступает…

Она просто положила руку себе на грудь и сказала: «Я слышу. Я не игнорирую и не убегаю. Сейчас так».

Иногда забота – это не действие, а присутствие

Маленькое Да себе

Проснувшись в воскресенье, Лина вдруг почувствовала что-то похожее на то, что она чувствовала в детстве 31 декабря утром – ещё ничего не началось, а внутри уже светится ожидание чуда.

Это ощущение приближающегося праздника было таким тонким, почти неуловимым, что Лине захотелось сберечь его – не расплескать, не забросать делами.

Она задумалась: что могло бы поддержать это тихое «почти-новогоднее» настроение?

Тишина? Чай? Музыка?

Но всё это она уже делала. А хотелось чего-то по-детски тёплого, странного, смешного…

И Лина вспомнила: когда ей было шесть лет, она строила «тихие домики» из пледа и стула – просто так, посреди комнаты.

Смешно. «Представляю, как отреагируют дети и кошка. Муж-то уже привык к моим «психологическим экспериментам», как он это называет».

Но Лина была уверена, что, стоит ей взять в свой домик вкусных пончиков, и дети тут же пожелают присоединиться к этой весёлой кутерьме. Почему бы и да)

Пусть это будет её маленькое «да» себе сегодня.

Она перетащила стулья к окну, накрыла его мягким пледом, создав неровный, уютный навес. Поставила внутрь чашку горячего какао, маленькую свечку в стеклянной баночке и положила свой дневник.

Села. Поджала ноги. Вдохнула.

Внутри пледа воздух был чуть теплее, чем в комнате. Свет свечи делал пространство похожим на крошечный зимний праздник – тот, который устраивают себе, когда никто не видит.

Она шепнула себе:

– Да, Лина. Да этому утру. Да мне.

И тут она услышала: «Маааам? Ты чего… там? А можно к тебе?»

«Ну, я так и знала,– Лина была счастлива».

Она болтала с близкими и фоном прислушивалась к себе. "Не тут ли ты, моя безмятежность, которую я загадала в начале месяца?"

Хорошее сегодня получилось “да”. Маленькое, смешное и настоящее»

Границы

Вчера у Лины был очень насыщенный суетой день: дела тянулись цепочкой, как гирлянда без выключателя. Она ощущала, что устаёт быстрее, чем успевает закончить хоть что-то. Она посмотрела в окно, где медленно падал снег, плюхнулась в кресло и и впервые за день ничего не делала. 5 минут можно. СТОП. Просто стоп.

Просто сидела. Просто дышала. И время, казалось, остановилось рядом с ней, присев на краеше

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.